Чарли сидела одна за столом Аластора, повторяя, наверное, в сотый раз свои тезисы и тихо повторяя про себя, изредка нервно поглядывая на устрашающий радиопередатчик и микрофон, расположенные прямо перед ней.
Заглянув в комнату через стеклянное окно, Аластор спокойно наблюдал за ней и быстро вздохнул перед передачей, давая ей возможность спокойно собраться и подготовиться.
— У тебя есть ещё десять минут, Ал, — уведомил его босс, когда тот появился рядом с ним, заглядывая в комнату на блондинку, сидящую в полной сосредоточенности. — Пробеги мимо меня ещё раз, что она собирается сделать?
— «Реабилитационный отель» для преступников, — ответил Аластор, делая ещё одну затяжку и плавно выдыхая дым.
— И что это дает?
— По сути, речь идет о том, чтобы научить всяких придурков быть продуктивными членами общества и перестать делать глупости, чтобы они могли жить лучше.
— Ясно, — медленно произнес босс, явно всё ещё не понимая концепции. — И с каких это пор тебя стали интересовать такие вещи?
— О, меня это и не интересует, — небрежно усмехнулся Аластор, стряхивая пепел в ближайшую пепельницу и поправляя свои новые очки. — Но кукле нужна была помощь в продвижении, и кто я такой, чтобы не помочь маленькой леди в беде?
Начальник просто посмотрел на него, подняв бровь, не понимая этого человека и его странную просьбу привести девушку на собеседование из-за такой ерунды. Но опять же, его звездный радиоведущий всегда был странным человеком, не говоря уже о постоянной улыбке, которая всегда была на его лице. Не задавая больше вопросов, он просто вздохнул и ушел, предоставив Аластору потушить сигарету в пепельнице и вернуться в комнату.
Аластор постучал в дверь, прежде чем войти, и увидел, что Чарли теперь смотрит на него из-за бумаг с оттенком беспокойства в глазах.
— Ты нервничаешь, дорогая? Это того не стоит! Никто не будет тебя судить. Ну, кроме меня, конечно.
— О, ха-ха, — передразнила она, слегка закатив глаза и слегка приподняв уголки губ. — Они могут меня не увидеть, но могут услышать, если я облажаюсь.
— Хм. Ну если, скажем, ты это сделаешь, то по крайней мере никто не узнает, как ты будешь выглядеть! По крайней мере, это плюс!
Чарли рассмеялась, но было очевидно, что это прозвучало нерешительно и не дошло до её глаз, которые всё ещё плескались смешинки. Конечно, это не убедило Аластора, который наклонил к ней голову.
— Ну же. Что случилось?
На мгновение Чарли подумывала оставить это при себе, чтобы не испортить то, к чему она готовилась. Но её глаза опустились, рот сжался, и она начала молча покачивать головой.
— Я… я не хочу всё испортить.
Это было всё, что она сказала, но Аластору не нужно было давить дальше, чтобы понять, как она нервничала по поводу интервью. Вероятно, это был её единственный шанс по-настоящему продвинуть отель в массы, и напряжение, которое с этим возникло, было тяжелым. Это должно было быть всё или ничего, и она должна была быть более чем уверена, что не упустит свои шансы ещё больше, потому что, если бы она это сделала, она бы сомневалась, что в случае неудачи будет какая-либо надеждаа на спасение.
Видеть её в таком состоянии ему ни в малейшей степени не понравилось.
— Чарли.
И вот он снова произносит её имя. Она не знает, осознавал ли он это когда-нибудь. Возможно, это был неосознанный выбор с его стороны. Но она была уверена, что не знал, как это простое произнесение им её имени способно вызвать в ней тепло, которого она никогда не могла понять. Это было почти глупо, учитывая, что это было всего лишь её имя, но по какой-то причине он произвел на неё такое впечатление, когда говорил его.
— Дорогая, последние несколько дней ты, вероятно, повторяла этот свой небольшой сценарий каждую секунду дня, и мы достаточно проработали его, чтобы ты смогла войти в курс дела. Я могу заверить тебя, что с тобой всё будет в порядке.
Аластор, возможно, не из тех, кто успокаивает людей — это всё, что она знала, — но она могла сказать, что, излагая факты, он действительно имел в виду, что, по его мнению, она, вероятно, добьется успеха. Возможно, это не успокоило её нервы, но поддержка заметно приободрила её.
— Спасибо, Ал, — сказала она, вздохнув с облегчением, и выпрямилась в кресле. В глазах её больше не было ни капли страха, что по-своему обрадовало его этой внезапной переменой.
— А теперь давайте подготовим тебя, хорошо? — Сообщил он, взглянув на часы, чтобы понять, что до трансляции осталось несколько минут.
— Да, — уверенно ответила Чарли, её губы растянулись в улыбке. — Давай сделаем это.
Следующие несколько минут прошли как в тумане, пока Аластор помогал ей надеть на голову громоздкие наушники, он инструктировал: Просто говори своим милым голоском в этот микрофон, а всё остальное я сделаю сам. Чарли показалось странным, что оно плотно прижимает её уши и заглушает слух, но отбросила это в сторону и убедила себя, что это только вопрос времени, когда она сможет его снять.
Заняв место напротив неё, Аластор надел свои наушники и принял безупречный вид перед невидимой аудиторией, затем продолжил смотреть на часы, потянувшись к кнопке передатчика. Чарли молча наблюдала, её сердцебиение участилось, когда она внезапно снова начала дрожать, зная, что до её момента осталось всего несколько секунд.
Когда его пальцы начали медленно загибаться, Аластор бросил на неё быстрый взгляд и одарил ещё одной ободряющей улыбкой.
— Шоу начинается.
***
Приветствую тебя, Новый Орлеан! Аластор Карлон здесь, чтобы ознакомить тебя со всеми последними новостями в городе! Надеюсь, вы в курсе событий!
Услышав по радио его голос, Вэгги поспешно села в кресле, наклонив голову к устройству.
Она была дома, и ей сказали, что ей не был предоставлен доступ на радиостанцию, поскольку приглашение было направлено только приглашенному гостю, что, как она подозревает, было сделано намеренно самим радиоведущим. Не имея особого выбора, ей пришлось слушать трансляцию здесь и не иметь возможности сопровождать Чарли, что её сильно раздражало.
Ребята, сегодня вас ждет настоящее удовольствие от этого эксклюзивного интервью! У нас здесь особенная гостья, которая расскажет о своём последнем увлеченном проекте, который, несомненно, вернет грешников на путь праведности к благосклонности общества, и всё это благодаря небольшому пребыванию в самом первом »реабилитационном отеле» в городе!
Вэгги затаила дыхание от смеси волнения и беспокойства, наклонившись ближе к радио, как будто для того, чтобы лучше слышать, и вцепившись в подлокотник своего кресла крепче, чем это было необходимо
Все, давайте тепло поприветствуем мисс Шарлотту Магне!
***
Чарли всегда было любопытно, как на самом деле должен выглядеть Аластор за работой, и теперь, когда она это знала, она была поражена тем, насколько естественно и легко он вёл себя. Очевидно, что он не зря стал самым популярным радиоведущим Юга.
Но когда его взгляд перешел от микрофона к ней, это вывело её из оцепенения и она поняла, что её момент наконец настал. Когда он произнес её имя, он указал на её микрофон, и Чарли почти поспешила, когда она начала говорить.
— Всем привет! Очень приятно познакомиться!
Она сделала паузу, осознав свою маленькую ошибку в последних словах. — Я имею в виду… на самом деле я с вами не знакомлюсь… но… да, всё равно приятно познакомиться!
Её лицо начало гореть, и ей вдруг захотелось удариться головой о стол за то, что она всё испортила в первые несколько секунд. Но прежде чем она успела обдумать этот вариант, Аластор уже спокойно продолжил говорить, как будто она только что не сказала какую-то глупость.
— Я тоже рад с вами познакомиться, мисс Шарлотта! Боже, вы такая жизнерадостная, не так ли?
— Только когда я нервничаю, Аластор. — Рассеянно ответила она, но затем прикрыла рот рукой, вспомнив, что у неё радиоинтервью, а не личная беседа с ним. Черт, как ещё она могла всё испортить, даже не начав?
Он ещё раз отмахнулся от её глупости и продолжил без усилий, вежливо рассмеявшись. — Не нужно так! Мы все здесь дружелюбные!
Он посмотрел на неё, нахмурив брови, демонстрируя озабоченность её выступлением, и Чарли проглотила комок в горле от смущения и злости на себя. Не прошло и минуты, а она уже всё испортила? Совершенно неприемлемо!
«Соберись!» Её мысли кричали. «Просто возьми себя в руки!»
— Так почему бы вам, мисс Шарлотта, не рассказать этим милым людям о «реабилитационном отеле», который вы строите? — Аластор подсказал, его тон был любопытен, чтобы вызвать аналогичную реакцию у аудитории: Я думаю, что могу говорить за всех, что у нас здесь, в Новом Орлеане, никогда и ничего не было подобного.
Отвлекшись от своей внутренней «ободряющей речи», Чарли приложила все усилия, чтобы голос звучал ровно, когда ответила: Ах, да. Я считала Новый Орлеан хорошим местом для начала. В городе был ошеломляющий уровень преступности, и там наверняка были полчища преступников, некоторые — если не большинство — даже возвращались к преступной деятельности.
— Но какой у такого человека, как ты, интерес к преступникам? Большинство людей предпочли бы держаться от них подальше.
Ах, да. Этот вопрос. Она отвечала на него так много раз, что это стало почти её второй натурой, и она почувствовала прилив уверенности, зная, что сможет с легкостью ответить на этот вопрос.
— Что ж, Аластор, я скажу тебе. Именно поэтому люди держатся от них подальше, зная, что они отсидели. И это просто несправедливо. У меня разрывается сердце, когда я вижу, что с ними плохо обращаются только за то, что они находятся под стражей, и никому не дают даже шанса! Я не могу стоять сложа руки и смотреть, как их подвергают такому остракизму.
— Это правда? — Спросил Аластор своим наигранным голосом, хотя выражение его лица оставалось нейтральным. — И как ты собираешься это сделать?
Опять же, на этот вопрос было несложно ответить, учитывая, что она уже знала, что сказать. — Итак, я подумала; нет ли более гуманного способа помочь им? Возможно, мы могли бы создать альтернативный способ изменить их посредством… реабилитации? Что ж, я думаю «да!» Итак, вот на что направлен этот проект.
Слишком увлеченная моментом, Чарли развела руки, как будто обращаясь к огромной толпе, хотя на неё с забавной улыбкой смотрел только Аластор.
— Дамы и господа, я открываю первый в своем роде отель! — Гордо и ликующе объявила она. — Отель, который реабилитирует преступников!
Человек на её месте, вероятно, ожидал бы аплодисментов, и она, возможно, хотела польстить себе, притворившись, что они были, чувствуя прилив сил от этого. Но, увы, это была всего лишь фантазия, и в воздухе повисла тишина, прежде чем Аластор откашлялся и небрежно продолжил интервью.
— Но зачем называть это «отелем?» спросил он в ответ. — Довольно странное название, тебе не кажется?
— О. — Это вернуло Чарли с небес на Землю, она очнулась от своего недолгого переживания и собрала всё своё самообладание, прежде чем продолжить: Потому что, с одной стороны, я думаю, что называть это «реабилитационным центром» или «домом на полпути» только ещё больше запятнало бы их гордость, — осознанно заявила она. — И я бы не хотела, чтобы с их стороны снова случались какие-то исключения.
Аластор немного поразмыслил над её ответом, но когда он наклонился — как будто для того, чтобы рассмотреть её поближе — и заговорил в свой микрофон, его голос звучал совершенно неубедительно.
— Но все же отель?
Сильный скептицизм в его голосе заставил Чарли неуверенно ответить: Да?
Аластор только что-то громко промычал, а затем наступила тишина.
И вдруг громкий смешок.
— Ну, разве это не забавный способ выразить это? — недоверчиво воскликнул он. — Я могу только представить, как это сработает из-за какой-то ложной рекламы! Это смешно! Я прав, ребята?
Такое заявление, очевидно, было направлено на то, чтобы вызвать смех у публики, а не на пользу Чарли, учитывая, насколько снисходительным был его тон. Она была ошеломлена этим внезапным поворотом, и по какой-то причине это только напомнило ей о том, как сильно он, вероятно, всё ещё думает о том, что это полнейшая бессмыслица, как и все остальные.
И вот так её нервы снова ударили в полную силу, её внутренности скрутило, и она съежилась под его взглядом. Только что она была так уверена в себе, но всё, что для этого потребовалось, — это почти насмешливый скептический тон, и вся уверенность улетучилась, а её язык отяжелел от неуверенности.
— Ты знаешь…? Потому что отели предназначены для… проезжающих людей… временно…
Это прозвучало чертовски слабо. О Боже, почему она вдруг так испугалась?
— Я подумала, что это послужит какой-то цели… место для работы по реабилитации… ура…?
***
Паника Чарли была до боли очевидна.
Вэгги нервно кусала ногти, борясь с желанием выбежать за дверь, направиться на станцию и просто быть рядом с ней. Она могла только десять раз проклясть радиоведущего за то, что он не позволил ей сопровождать Чарли на это интервью, за то, что, по крайней мере, не оказал Чарли поддержки, на которую можно было бы опереться, и за то, что он был таким самодовольным и приводящим в бешенство мудаком, говоря это Чарли.
На самом деле она не считала бы себя религиозной, но в тот момент она начала читать всевозможные молитвы в надежде на удачу, горячо молясь Святой Марии, чтобы ничего больше не пошло не так.
***
Аластор видел немало странных собеседников за время своего пребывания в должности радиоведущего, и обычно не мешало бы бесконечно раздражать его тем, сколько его драгоценного эфирного времени они тратят впустую. Но, по общему признанию, неуклюжая Чарли была довольно забавной. Он мог бы даже посчитать это милым из-за того, как сильно она старается.
Она должна была понимать, что в этой обстановке ему приходится выступать в роли интервьюера и задавать все самые важные вопросы, и она должна была быть готова к этому, даже если он спросит или скажет что-то, что ей не понравится. Но, очевидно, всё было не так, как она думала, и она быстро оступилась.
Но среди её неуклюжих действий он заметил, что она начала дрожать, её губы дрожали, и она выглядела так, будто вот-вот заплачет. Ох, бедный кролик. Как бы ему ни было безразлично проявление такой слабости, ему не нравилось позволять ей так страдать. Вероятно, из-за этого она снова не улыбалась бы несколько дней, и он очень хорошо знал, что не хотел этого.
Из того, что он знал о Чарли, она искала утешения в содержательных разговорах и даже в какой-то форме привязанности, например, в объятиях. Очевидно, что он не стал бы этого делать, особенно теперь, когда они были в середине интервью в прямом эфире и на его рабочем месте.
Но, не видя другого способа остановить куклу в её состоянии, он сделал то, что мог сделать лучше всего.
Не говоря ни слова, Аластор протянул руку и положил руку на стол всего в нескольких дюймах от её ладони. Его пальцы вытянулись ещё немного, чтобы коснуться кончиков её пальцев.
Это заставило Чарли выйти из своего небольшого оцепенения, чтобы посмотреть на него, и он выдержал её пристальный взгляд, продолжая двигаться дальше, как будто этого маленького момента не происходило. — Что ж, это, безусловно, звучит как интересный способ выразить это, мисс Шарлотта, — сказал он, и его голос прозвучал слишком весело из-за её тусклого ответа. — Итак, я слышал, вы ещё ищете потенциальных спонсоров. Как, по вашему мнению, вы сможете убедить жителей Нового Орлеана, что это принесет им пользу?
Чарли ответила не сразу, всё ещё не находя слов, поскольку ход её мыслей прервался в ту минуту, когда его пальцы коснулись её руки. Он не отдернул руку, но всё же сказал: Мисс Шарлотта?
Именно тогда к ней вернулось внимание, и она поняла, что её о чем-то спросили. — Извините, ещё раз, о чем был вопрос?
Аластор любезно повторил свои слова. — Как ты собираешься искать подходящих спонсоров для своего отеля, а также показать, какую пользу это могло бы принести городу Новый Орлеан?
Это был вопрос, который потребовал от неё некоторого размышления в поисках ответа, но, по общему признанию, её мысли были далеко, когда она размышляла о его руке. Без сомнения, это застало её врасплох, поскольку она была уверена, что он обеспокоен тем, насколько неудачным оказалось интервью. Очевидно, это означало противоположное, но это было так на него непохоже, особенно в его прикосновениях. Это отличалось от тех, которые он инициировал раньше, которые всегда были более формальными и приличными.
Это было что-то личное, более близкое и — осмелится ли она это сказать? — интимное.
Настолько сильно, что она не смогла остановиться.
Не желая рисковать негативной реакцией из-за его отвращения к прикосновениям, Чарли осторожно приподняла его пальцы, ощущая гладкость кожи под ногтями. Она посмотрела на него и увидела, что он внимательно за ней наблюдает, но не почувствовала с его стороны никакого сопротивления. Поэтому, рискнув, она передвинула свои пальцы так, чтобы они оказались между его и, затаив дыхание, очень осторожно начала переплетать свои пальцы с его, сокращая промежутки, пока их руки не переплелись.
Удивительно, но он не вздрогнул от этого, и, похоже, это его не встревожило, как она могла себе представить. Удивление достигло кульминации, когда их пальцы наконец переплелись, и она почувствовала легкое сжатие его руки, когда они были сцеплены вместе.
Несмотря на тревогу, её сердце забилось ещё сильнее из-за этого незапланированного физического контакта между ними. Они с Аластором никогда раньше не держались за руки, и она не могла не заметить, как хорошо их ладони сочетались. Она почувствовала его тепло в своих прикосновениях, и он даже почти успокаивающе погладил большим пальцем её ладонь, посылая тепло, исходящее из её сердца.
И по какой-то причине этот маленький милый жест не только взволновал её, но и успокоил. Она почувствовала, как комок в горле внезапно прошел, а сердце успокоило свой бешеный ритм, пока она не почувствовала, что, вероятно, потеряет дыхание, которое она восстановила глубоким вдохом.
— Ну что ж, Аластор. Очевидно, что спонсорство исходит только из чьих-то личных интересов. Они должны хотеть внести свой вклад в то, чтобы перемены произошли. Но каждый хочет, чтобы его признали за то, что он может сделать для общества, понимаете?
— Да, это правда, — кивнул он в знак согласия.
Это подтолкнуло Чарли к продолжению в правильном направлении. — Любые средства, вложенные в отель, будут использоваться для привлечения консультационных услуг, которые будут специально адаптированы для каждого посетителя и помогут в его индивидуальной «реабилитации», а также для финансирования мероприятий, которые помогут развить навыки, которые принесут им пользу, когда они решатся найти работу.
Пауза и глубокий вдох. — Можно с уверенностью сказать, что щедрые пожертвования спонсоров в конечном итоге помогли бы снизить уровень преступности в городе Новый Орлеан, и их признали бы за роль в таком масштабном развитии города.
Когда она, наконец, закончила свои предложения, то перевела дыхание, увидев, что он одарил её одобрительной улыбкой.
— Разве это не круто? Вы слышите это, ребята? Став спонсором, вы окажете Новому Орлеану огромную услугу! Разве это не хороший репертуар?
Услышав его положительный ответ, она действительно ещё больше приободрилась и широко улыбнулась в ответ, нежно сжав его руку в качестве молчаливого ответа. Глаза Аластор расширились от этого внезапного действия, и она подумала, что, возможно, поступила слишком опрометчиво. Но он ничего не сказал, и его рука оставалась в её руке, когда он продолжал говорить, ничуть не тронутый их небольшим приватным разговором.
— Итак, мисс Шарлотта, — спокойно продолжил он, — Я думаю, что настоящий вопрос здесь заключается в следующем: как вы надеетесь повлиять на посетителей после их пребывания в отеле «Хеппи»?
Это снова был вопрос, на который она была уверена в ответе, и её растущая легкость и уверенность были на пике, и она могла ответить с удовольствием.
— Они по-прежнему люди и заслуживают того, чтобы к ним относились соответственно, и отель — это способ для них построить мост реформации, чтобы перейти от жизни бандитов к трудолюбивым членам нашего общества. Они смогут жить нормальной жизнью, работать и зарабатывать на жизнь, и даже будут мотивированы не сбиться с пути, поскольку мы помогаем следить за их прогрессом даже после того, как они «выписались.»
Её большой палец начал нежно поглаживал его руку, ощущая грубость его кожи. От этого тепло в ней разгорелось, подпитывая энергию в её речи.
— В глубине души у каждого из нас есть что-то хорошее, — уверенно заявила она. — Я знаю это, и пришло время людям тоже это узнать.
Аластор только один раз кивнул в ответ на её заявление. Его улыбка была нежной, когда он смотрел на неё нечитаемыми глазами и нахмуренными бровями. Чарли не была уверена, означало ли это выражение его лица, что ему было некомфортно от того, что они держались за руки, но, тем не менее, она не чувствовала никакого сопротивления с его стороны, позволяя себе насладиться этим маленьким моментом.
Но затем он осторожно высвободил свою руку из её хватки и прижал к себе, и Чарли почувствовал укол разочарования от потери контакта, и её рука почти последовала за его, прежде чем она остановилась. Она замерла и наблюдала, как он поднял руку, чтобы посмотреть на часы на запястье, и потянулся к кнопке передатчика.
— Боюсь, это всё время, которое у нас есть с мисс Шарлоттой! У вас есть какие-нибудь заключительные слова для наших милых людей?
Всё почти закончилось? Ну, разве это не чудесно! Но она почувствовала большее облегчение от того, что хлопоты позади. Она подавила жажду его прикосновений – в конце концов, всё равно нужно быть профессионалом – и откашлялась, готовая закончить. «Раз уж дело почти закончено, возможно, ей стоит немного развлечься», — подумала она.
— Короче говоря, у меня есть мечта, и я здесь, чтобы рассказать о чудесном, фантастическом новом отеле. Это уникальный отель здесь, в Новом Орлеане, который обслуживает определенную аудиторию.
Её маленькая бессмысленная фраза рассмешила Аластора, и ей оставалось только гадать, были ли слушатели на другом конце радио так же удивлены, как и он.
— Что ж, ребята, вы услышали это прямо здесь! Если вы знаете кого-нибудь, кто хотел бы остановиться в отеле «Хэппи», или вы хотите протянуть руку помощи в благородном деле, обязательно позвоните нам для получения дополнительной информации! Я уверен, что потенциальные клиенты будут с нетерпением ждать отличного отдыха в отеле «Хэппи!»
Аластор кивнул ей, давая понять, что время вышло, и Чарли тихо и напряженно выдохнула, что собеседование подошло к приемлемому завершению, не желая ничего больше, чем снять надоедливую штуку со своей головы. Она слегка улыбнулась и подняла большой палец вверх, показывая, что с ней все в порядке.
— А теперь, как насчет того, чтобы сделать небольшой перерыв? — Объявил он своей аудитории. — Далее мы расскажем вам о последних развлечениях, которыми вы сможете насладиться!
Через несколько секунд он повернул ручку, чтобы выйти их из эфира, и Чарли не смогла удержаться от громкого вздоха облегчения.