— Ха, ты выглядела так великолепно, что у меня перехватило дыхание, — радостно заметил Джинши, когда они вернулись в маленькую аптеку. Он сидел на полу, скрестив ноги, и толчил травы, которые Маомао нужны были для её снадобий. Она в это время формировала пилюли рядом с ним, а на плите томился котелок с сиропом от кашля. — Я имею в виду, ты всегда потрясающе выглядишь, но в той одежде ты казалась настоящей принцессой — как и сказали твои сёстры. У них действительно потрясающие вещи, должен признать.
— Ну, чтобы воспользоваться их услугами, нужно быть чертовски богатым, так что неудивительно, что они получают от клиентов такие дорогие подарки. Тут один подарок, там другой — со временем всё это складывается в немалую сумму, — ответила аптекарь, молча выслушав его весёлую болтовню, и поднялась, чтобы проверить консистенцию сиропа, помешав его ложкой.
Её тон был абсолютно нейтральным и не выдавал мыслей о том, что он только что сказал о ней. По крайней мере, она на это надеялась. Потому что, как бы часто он ни хвалил её внешность и сколько бы искренности она ни слышала в его комплиментах, что‑то внутри неё всё равно ощущало лёгкое неудобство и отказывалось принимать их просто так. И она предпочитала, чтобы он об этом не знал.
Даже сейчас она совершенно не могла понять, что этот красивый мужчина нашёл в ней, ведь, по её собственному мнению, её внешность была лишь средней. Не уродливой, но определённо ничем не примечательной.
Она — похожая на принцессу? Ох, да ладно!
Ну, может, он находил её простую внешность привлекательной, потому что считал собственную красоту своего рода проклятием, лишь усложнявшим ему жизнь. Да, должно быть, так.
Маомао слегка нахмурилась, снимая котелок с плиты, чтобы сироп остыл — позже его можно будет разлить по маленьким бутылочкам. Нет, она не собиралась снова ломать голову над этой темой. В любом случае это не имело значения.
Она снова села рядом с Джинши и осторожно провела указательным пальцем по переносице. Похоже, её веснушки уже высохли. Хорошо.
Поскольку сёстры стёрли их во время переодевания (утверждая, что они испортят наряд), ей пришлось нарисовать новые, как только она вернулась домой. Ох, какая морока! Как будто у неё нет более важных дел! Но, к счастью, рядом был Джинши, который к этому времени стал для неё поистине ценным помощником, так что, похоже, они всё‑таки успеют приготовить все необходимые лекарства до вечера. Вместе.
Джинши с большим интересом наблюдал, как она рисует веснушки, но, к счастью, не стал задавать лишних вопросов о них — как и обещал в своей резиденции.
Краем глаза она заметила, что теперь он с удовлетворённым видом разглядывает свои ногти и поглядывает на её ногти. Они всё ещё были накрашены в тот же красный цвет — единственный след, оставшийся после их визита. Ему, похоже, действительно нравился этот цвет, хотя сама Маомао считала, что более тёмный подошёл бы к его длинным сильным пальцам лучше. Может, фиолетовый — в тон его волосам.
Но неважно. В любом случае ему явно очень понравился этот визит, и это главное. Ладно, может, такие развлечения не так уж и плохи. Пока они не происходят каждый день.
Она почувствовала, как он берёт её за руку, и подняла взгляд на его улыбающееся лицо.
— Но я и понятия не имел, что ты всё это время носила с собой мою шпильку для волос. Спасибо! Я так счастлив!
Аптекарь насмешливо фыркнула.
— Конечно, не знал — как ты мог, если каждый раз отворачиваешься и закрываешь глаза, когда я переодеваюсь, — ответила она, ощутив внезапное желание немного подразнить его. — Пока на мне хотя бы нижнее бельё, я не возражаю, чтобы ты на меня смотрел, знаешь ли? В конце концов, я тоже вижу тебя, когда ты здесь переодеваешься.
Помогая ему переодеваться, пока они ещё жили вместе в его резиденции, она давно привыкла к виду его в нижнем белье.
— Сяомао?! — Как и ожидалось, молодой человек покраснел так сильно, что из его ушей чуть не пошёл пар. — Но э‑это… Я не могу так!
— Ох, правда? — Маомао тихо рассмеялась и нежно погладила его по щеке, прежде чем встать и подойти к ящикам, чтобы достать что‑то из одного из них. — Если не хочешь, конечно, не надо. Смотри, это сушёная ромашка, которую ты мне дал.
— Ты тоже её сохранила?! Ох, Сяомао! — Джинши мгновенно забыл о своём смущении и вскочил, чтобы обнять её сзади, переполненный радостью.
Прижатая спиной к нему, Маомао слегка улыбнулась и осторожно убрала цветок обратно в ящик.
— Да. И я рада, что он пережил поездку в экипаже без проблем.
На самом деле она не совсем понимала, почему так дорожит этой ромашкой — совершенно обычным растением, которое можно найти почти везде, — если у неё уже есть шпилька. Но она просто не могла заставить себя выбросить её или допустить, чтобы с ней что‑то случилось. Как ни абсурдно это звучало, у неё было жгучее ощущение, что случится что‑то ужасное, если она это сделает. Глупо, она знала.
Ох. Может, она бессознательно ассоциировала этот цветок с нынешним хрупким состоянием разума Джинши?
Стук в дверь вырвал её из мыслей, и она почувствовала, как Джинши отпускает её, поспешно доставая свою маску. Убедившись, что он её надевает, Маомао бросилась к двери, предположив, что пришёл клиент. Аптека ведь была открыта.
— Можете войти, дверь открыта.
Но, открыв дверь, она вместо клиента увидела ту же самую ученицу куртизанки, которая уже приходила к ней в лачугу этим утром, чтобы передать послание от Пайрин. Аптекарь подняла обе брови.
— О, опять ты? В чём дело?
Тем временем Джинши завязал шнурки маски на затылке и, заметив, что это не клиент, снова сел на пол, продолжая толочь травы — как усердный помощник, которым он стал, — и позволил Маомао разобраться с посетительницей.
Девушка приняла недовольное выражение и протянула аптекарю маленький глиняный горшочек.
— Пайрин попросила меня принести это вам двоим. Она хотела сама отдать это тебе во время вашего визита, но забыла. Она получила это от клиента и захотела поделиться с тобой, — протараторила она монотонным голосом без малейшего интереса.
Маомао с лёгким удивлением взяла горшочек.
— Понятно. Передай ей мою благодарность.
Ученица фыркнула и упёрла руки в бока.
— Я не твоя личная посыльная, чёрт возьми! — Её тон ясно показывал, что она считает ниже своего достоинства бегать с такими поручениями. — Я буду куртизанкой Медяного Дома!
«Которая не продержится долго, полагаю», — подумала Маомао, ненавидевшая таких высокомерных сорванцов и уже неоднократно сталкивавшаяся с подобным поведением со стороны женщин Императорского дворца.
Не удостоив её даже взглядом, она скучающе отмахнулась:
— Да‑да, а теперь иди, — и внимательнее рассмотрела глиняный горшочек, закрывая дверь свободной рукой. От предмета исходил подозрительный сладкий запах. Очень знакомый…
Маомао сглотнула. Она опасалась худшего…
Она открыла крышку и заглянула внутрь. Вся краска мгновенно сбежала с её лица, и она замерла.
Это был мёд. Мёд, из всех возможных вещей!
Они с Джинши не могут провести и дня в покое и тишине, да?
***
Охваченная отчаянием, Маомао пыталась придумать, что делать с этим неожиданным и, главное, нежелательным подарком. Она не могла винить сестру — та ведь не знала о случившемся (разумеется, Маомао никому об этом не рассказывала, с какой стати?). Но и просто выбросить мёд было нельзя — он стоил слишком дорого. Не говоря уже о том, что она не смогла бы объяснить Джинши подобное поведение.
Маомао даже не хотела представлять, как он отреагирует, узнав о «медовом инциденте». История вчерашнего дня по сравнению с этим выглядела бы совершенно безобидной. К тому же ему вовсе не обязательно было об этом знать — это была всего лишь глупая шутка, которая зашла слишком далеко. Джинши не нужно об этом знать. В любом случае он больше никогда не станет делать подобной глупости — в этом она была уверена.
Это следовало просто задвинуть в самый дальний угол сознания и забыть. Не стоило ни думать об этом, ни переживать.
Точно. Ей просто нужно притвориться, что всё в порядке — и дело с концом. Да. Ничего особенного. Просто мёд.
— В чём дело, Сяомао? Что она тебе дала?
Маомао услышала, как Джинши поднялся позади неё и подошёл, положив руку на плечо. Наверное, она слишком долго стояла перед закрытой дверью.
Аптекарь подняла взгляд и заметила, что он с любопытством смотрит на глиняный горшочек в её руках. Он уже снял маску и убрал её в складки одежды. Вторая его рука потянулась к крышке горшочка — очевидно, чтобы открыть и заглянуть внутрь. Но прежде чем он успел это сделать, она положила свою руку на его, остановив его.
Неосознанно, даже не подумав.
Отлично. Подобный поступок выглядел более чем подозрительно, не так ли?
— Сяомао? — Джинши в замешательстве нахмурил брови.
Стараясь сделать вид, что ничего не случилось, аптекарь заставила себя улыбнуться и слегка погладила его руку, прежде чем осторожно убрать её с крышки.
— Это мёд. Подарок от сестры Пайрин, — она постаралась изгнать из голоса любые эмоции. — Ничего особенного. Просто мёд.
Джинши удивлённо посмотрел на неё.
— О? Очень мило с её стороны.
Он, очевидно, поверил ей, но всё же что‑то заметил — его улыбка так и не вернулась на лицо. Разумеется, заметил. Теперь он положил обе руки ей на плечи, развернул к себе, взял за подбородок и осторожно приподнял, заставляя посмотреть ему в глаза.
Маомао вздрогнула и сглотнула, увидев его обеспокоенное выражение.
— Я… я попросила девушку передать ей мою благодарность.
— Почему ты такая бледная, Сяомао? — однако он тут же сменил тему. Маомао почувствовала, как участилось сердцебиение. — И почему ты так сильно потеешь? Ты плохо себя чувствуешь?
Каждый раз, когда она нервничала, он думал, что она заболела. Беспокоился о её здоровье почти так же, как она о его.
Чёрт возьми. И что теперь?
— Ничего, — пробормотала она.
— Правда? — он положил руку на её лоб, проверяя температуру — точно так же, как она всегда делала, осматривая его, — а затем обнял. — Но твоё сердце бьётся так быстро…
Маомао прижалась головой к его груди, пытаясь хоть немного успокоиться. С самого начала было бесполезно пытаться что‑то скрыть — она не могла обмануть Джинши. Точно так же, как тогда, когда он обнаружил шрам на её ноге.
В его резиденции у неё хотя бы была помощь Суйрэн или Гаошуня, чтобы утаить подобные вещи от него. Здесь же она была совершенно одна в этом отношении.