Самые лучшие дни – полные яркого солнца, слабого ветерка, безоблачного неба и радостного пения птиц – по закону подлости наступали именно тогда, когда нужно было заниматься в четырех стенах. Так случилось и сегодня − Лили Эванс с тоской смотрела в окно из кабинета Истории Магии и жаждала свободы.
Когда, наконец, прозвенел звонок, Лили вскочила вместе с остальными студентами и выбежала во двор, чтобы как можно дольше понежиться на солнце в перерыве между уроками. Впереди на несколько шагов она заметила Мэри, догонявшую девочек с четвертого курса. Лили проводила её печальным взглядом. Они все еще не помирились, и казалось все менее вероятным, что когда-нибудь это произойдет. Это было глупо, но каждая была погружена в свою обиду и не желала извиняться первой. Обе были слишком упрямы, слишком горды.
Сегодня Мэри была в приподнятом настроении, смеялась с другими девочками, что-то весело обсуждала, Лили не слышала, о чем шла речь. Как только они вошли во двор, Мэри махнула рукой, чтобы придать выразительности рассказу, но при этом случайно задела слизеринца. Когда он обернулся, Лили с некоторым трепетом узнала Корина Мальсибера.
− Смотри, куда идешь, полукровка, − процедил он.
Мэри лишь скорчила ему гримаску и продолжила разговор.
Лили даже не осознала, как крепко сжала палочку, пока Мальсибер не ушел. Размяв пальцы, она села во дворе и вытащила стопку конспектов, но сосредоточиться на них не могла. Она поймала себя на том, что наблюдает за Мэри, смеющейся в обществе новых подруг, и поглядывает на Джеймса Поттера и Сириуса – те неподалеку перебрасывали квоффл друг другу. По школе вновь поползли слухи. На сей раз они не касались Лили. Все шептались о Джеймсе Поттере и Северусе Снейпе.
Как и большинство самых горячих сплетен Хогвартса, слухи были туманными и переменчивыми. Однако почти все сходились на том, что Северус пытался пройти мимо Гремучей Ивы и едва не погиб.
− Помнишь, что произошло с Дэйви Гадженом, когда он хотел сделать то же?
Но Северус, предполагали студенты, зашел дальше, чем Дэйви Гаджен. Ему удалось добраться до низкого туннеля под деревом, и там что-то произошло. Никто не знал что именно, но выбраться живым ему удалось лишь благодаря Джеймсу Поттеру.
− Может, там был акромантул? – размышлял один из мальчиков за ужином. – Я слышал, они живут в лесу.
− Или дементор! – подала голосок третьекурсница, напуганная этой перспективой.
− Как думаешь, Поттер может вызвать Патронуса? – спросила другая.
Джеймс же упорно отрицал все слухи.
− Честное слово, − громко сказал он за завтраком прошлым утром. – Откуда берется эта чушь? Сперва я должен был тайком целоваться с Эванс, теперь спас жизнь Снейпу? Да я бы не притронулся к старине Нюнчику, даже если бы от этого зависело спасение моей жизни.
Лили лучше, чем кто-либо, знала, что не стоит верить всему, что говорят в школе. Удобнее всего было бы отмахнуться от этой истории, списав все на местных сплетниц. Однако случилось кое-что, чему она была свидетельницей.
Лили собственными глазами видела, как Джеймс Поттер выбежал из гостиной, едва не сбив её с ног. И на лице у него читался первобытный ужас.
И на другой день после этого Ремус Люпин разгромил кабинет. Конечно, об этом больше никто не знал. Она никому не рассказала. Ни у кого не было причин связывать измученного, сломленного, рыдающего мальчика с историей Джеймса Поттера и Северуса Снейпа, кроме…
− КТО-НИБУДЬ, ПОМОГИТЕ!
Лили резко обернулась на крик. Кричала одна из девочек с четвертого курса. Они столпились вокруг чего-то на земле. Воздух был наэлектризован магической энергией. Лили тут же вскочила и бросилась на помощь, вместе с Сириусом и Джеймсом, по-прежнему зажимавшим квоффл под мышкой. Пробравшись сквозь толпу, Лили увидела Мэри, свернувшуюся калачиком на земле. Она рыдала, зажимая глаза ладонями.
− Я ничего не вижу! – стонала она. – Глаза горят, не вижу!
К удивлению Лили, в дело вмешался Сириус. Он молниеносно выхватил палочку и начал бормотать какое-то незнакомое ей заклинание.
− Я позову профессора МакГонагалл! – объявила одна из четверокурсниц и убежала.
Сириус не обратил на неё внимания, продолжая колдовать. Лили развернулась к Джеймсу.
− Что он делает? – спросила она.
− Дай ему минутку, − пробормотал тот.
Не зная, что еще сделать, Лили опустилась на колени рядом с Мэри и погладила её по волосам, шепча слова утешения, пока по щекам подруги струились слезы. Сириус все бормотал заклинание, пока, наконец, Мэри не замерла, крепко зажмурившись.
− Надо отнести её в Больничное крыло, − сказал он, подняв её на руки. – Я остановил распространение проклятия, но не знаю, какой вред оно успело нанести. Пошли.
− С дороги, − потребовал Джеймс, расталкивая толпу зевак. – Давайте, расходитесь.
Сириус двинулся вперед с Мэри, Лили поспешила за ними обратно в замок и в Больничное крыло.
− Нет, сюда, так будет быстрее, − сказал Джеймс, ведя их через маленькую дверцу за портретом, которую Лили прежде никогда не замечала.
− Что ты там сделал? – спросила Лили, изо всех сил стараясь не отставать от рослых мальчиков. – Как тебе удалось его остановить?
− Усложненная версия «Фините Инкантатем», − пояснил Сириус.
− Откуда ты знал, что это сработает?
− Я не знал наверняка, но сильно подозревал, − хмыкнул Сириус, крепче прижав к себе Мэри. И, обращаясь к Джеймсу, мрачно добавил: − Когда растешь в обществе родственничков, любящих практиковать на тебе темные чары, воленс-ноленс выучишь пару трюков.
Лили удивленно уставилась ему вслед. Конечно, до неё долетали ужасные слухи о семье Блэков, но ей никогда не приходило в голову, что Сириус мог стать их жертвой. Она вдруг вспомнила колдографию в светской хронике «Ежедневного пророка» с какой-то роскошной вечеринки Абраксаса Малфоя. Тогда она истолковала угрюмое выражение лица Сириуса как высокомерное, пренебрежительное, так знакомое ей по школе. Сейчас она впервые задумалась о том, что, возможно, ошиблась, и оно больше похоже на страдание.
Однако размышлять об этом времени не было, поскольку путь, указанный Джеймсом, привел их в прямиком в Больничное крыло. Мадам Помфри выслушала их скупой рассказ о проклятии и незамедлительно принялась за работу.
Когда Джеймс и Сириус уложили Мэри на больничную койку, Лили услышала, как мадам Помфри пробормотала:
− Мальчики, у вас не одно, так другое, да?
− Мы просто оказались рядом, − ответил Джеймс. – Вот и все.
Вскоре после этого в палату ворвалась профессор МакГонагалл в сопровождении профессора Дирборна. Бросив быстрый взгляд на трех студентов, ожидающих у двери, он подошел к мадам Помфри. Оба склонились над бледной плачущей Мэри. Лили не могла разобрать, что они говорили. Затем профессор Дирборн принялся колдовать.
Лили с тревогой наблюдала за процессом. Мэри казалась такой маленькой, хрупкой, дрожащей. А потом вдруг пронзительно, ужасно закричала и забилась в судорогах.
Лили всхлипнула, закрыв лицо ладонью. Профессор МакГонагалл вспомнила про трех студентов и вытолкала их в коридор, пообещав скоро прийти.
Крики Мэри эхом раздавались в коридоре, когда Лили сползла на пол по каменной стене, закрыв лицо руками. Джеймс сел рядом.
− С ней все будет в порядке, − пообещал он.
Лили посмотрела на него сквозь пальцы.
− Не очень-то похоже.
− Это из-за того, что Дирборн снимает темную магию, − объяснил Сириус. Теперь он расхаживал по коридору, скрестив руки на груди. – Что бы это ни было за проклятие, это однозначно темная магия. Видимо, тяжело снять все сразу. – Джеймс метнул на него выразительный взгляд, и Сириус тут же добавил: − Но Дирборн явно хорошо справляется, потому-то она и кричит. Малоприятное зрелище, но это значит, что лечение работает.
− Она поправится, − твердо произнес Джеймс. – Дирборн – профессор Защиты от Темных Искусств. Он знает, что делает.
В конце концов, крики Мэри стихли, в коридоре появилась профессор МакГонагалл. Она выглядела усталой.
− С ней все в порядке? – бросилась к ней Лили.
− Она выздоровеет, − ответила МакГонагалл. – Возможно, зрение незначительно повреждено, но очки это исправят. Вероника Сметли рассказала мне, что произошло, но я хотела бы услышать вашу версию событий.
Лили сообразила, что Вероника Сметли – это, должно быть, та четверокурсница, которая сразу помчалась за МакГонагалл.
− Мы с Сириусом были во дворе, − сказал Джеймс, − услышали, как кто-то зовет на помощь. Мы подбежали, на земле лежала Мэри и кричала, что ничего не видит. Её явно прокляли, но мы не видели кто.
− Это был Мальсибер, − вдруг сказала Лили.
Джеймс, Сириус и профессор МакГонагалл удивленно взглянули на неё.
− Вы видели, как он колдовал? – резко спросила МакГонагалл.
− Нет, но я видела, как Мэри столкнулась с ним незадолго до этого, он её оскорбил и сказал, чтобы она смотрела, куда идет… А спустя пару минут она ослепла. Это не совпадение, профессор. Я уверена, что это был он.
Профессор МакГонагалл на мгновение замолчала.
− Это очень серьезное обвинение, мисс Эванс.
− Я понимаю. Я уверена, что это он.
− Кто-нибудь из вас видел его поблизости? – спросила профессор МакГонагалл у Джеймса и Сириуса.
Джеймс заколебался.
− Нет, − признался он, − но я бы не удивился.
− Боюсь, этого недостаточно, − вздохнула МакГонагалл. – Мы проверим его палочку на предмет следов заклинания, но если их нет… Что ж, мы не можем наказывать студента на основании слухов, − еще один вздох. – Прошу прощения, мне нужно отправить сову МакДональдам.
***