За завтраком снежинки падали красивыми маленькими завитушками с зачарованного потолка Большого Зала и исчезали в небытии. Сириус Блэк мрачно наблюдал за ними, равнодушно ковыряясь в беконе. Напротив Питер страдал над домашним заданием по Заклинаниям. Джеймс пропадал на тренировке по квиддичу, а Ремус – в больничном крыле. Сегодня было полнолуние.
Сириус скучал, опасно приблизившись к откровенной меланхолии. Почти за одну ночь замок преобразился, обзавелся огромным количеством мишуры и теперь буквально лучился рождественским весельем. Огромные гирлянды вечнозеленых растений змеились по перилам лестниц, мигающие цветные фонарики парили по всем залам. Кто-то – скорее всего, Джеймс, – заколдовал коридор на четвертом этаже, и ворчащий без устали Филч большую часть дня разгребал постоянно сыплющийся снег, чтобы ученики могли пройти в класс. Даже Пивз подхватил праздничное настроение, то появляясь, то исчезая из классов и во весь голос распевая непристойные версии рождественских песен.
Сириуса, однако, отталкивало всеобщее веселье. Каждая снежинка, каждая стайка девчонок, смеющихся над пучками омелы, каждое «Мы желаем вам веселого Фигдества» («И счастливого дерьмового года») только портили его и без того нерадужное настроение.
− СилЕнцио или СиленцИо? – волновался Питер, листая «Стандартную Книгу Заклинаний» перепачканными чернилами пальцами.
− Хочешь, я на тебе покажу? – злобно предложил Сириус, и Питер заткнулся.
Будь здесь Ремус, он бы его отчитал, но серьезно, сколько еще Сириус должен зубрить Заклинания с Питером? Если до парня с первого раза не доходит…
Однако от этой мысли его отвлекла команда Гриффиндора по квиддичу, розовощекая и вымотанная. Один Джеймс был в хорошем настроении, он радостно поприветствовал Сириуса, рухнул на скамью и, отвлекшись только чтобы исправить ошибку у Питера в домашке («Нет, Пит, ты все перепутал. Вот…»), переключился на завтрак.
− Бекон! – обрадовался он, навалив себе щедрую порцию.
− Тренировка была удачной? – поинтересовался Сириус, поведя бровями в сторону Айши Коллинз, сидевшей рядом с Лили Эванс и пытавшейся согреть пальцы над чашкой чая.
− Жуть как холодно, − весело ответил Джеймс.
− Я думал, Монтгомери даст тебе отгул за хорошее поведение, учитывая, что ты выиграл последний матч.
− Нельзя тратить впустую такие хорошие выходные, − пояснил Джеймс с полным ртом. – Мадам Хуч всегда закрывает поле, если становится слишком холодно. И мы не сможем тренироваться, пока не потеплеет. О, смотри: почта.
Над головой пронеслась стая сов, и мгновение спустя большой филин Поттеров приземлился перед Джеймсом. Он тут же устроился поудобнее, чтобы прочитать длинное письмо от мамы, рассеянно подкармливая птицу кусочками тоста. Сириус обычно не получал писем, кроме подписки на «Ежедневный Пророк», но все равно поднял глаза, наблюдая за последними совами. Он разыскивал рыжевато-коричневую птицу, доставлявшую газету, но его внимание отвлек Главк – красивая серая сова, которую родители купили Регулусу, когда его распределили в Слизерин. На какое-то ужасное мгновение Сириусу показалось, что сова летит к нему, – только не это, неужели матери не хватило ругани на этот месяц? – но затем она грациозно нырнула к столу Слизерина, с достоинством устроилась рядом с Регулусом и изящно взъерошила перья, когда тот отвязал письмо от её лапы.
Вид брата вызвал неожиданное чувство вины. Они даже не разговаривали с тех пор, как сели в Хогвартс-экспресс в сентябре. Сириус не часто искал брата. Регулус был неприятным напоминанием о доме, ожидающем его за стенами замка. Более того, люди, с которыми общался брат, обычно осуждали Сириуса сильнее, чем он их. Но все же, надо хотя бы узнать, как дела…
В сотый раз с тех пор, как Джеймс рассказал ему об этом, Сириус поймал себя на мысли, что без конца думает о том, что Регулус присоединился к сборной Слизерина по квиддичу. Он не волновался о перспективах Гриффиндора, зная, как никто другой, что места в команде Слизерина раздаются не по заслугам, а по имени. Сириус очень сомневался, что брат – хороший игрок, но его не удивило, что Лестрейндж залучил Блэка в команду.
Тем не менее, у Сириуса на этот счет было плохое предчувствие. Регулус всегда был немного одиночкой в школе, и Сириуса такое положение дел устраивало. Это значило, что младший брат не заигрывает с когортой энтузиастов, поддерживающих Пожирателей Смерти, как Белла и Цисси.
Он с тревогой вспомнил, как летом, когда братья застряли в Блэк-Холле, Регулус обсуждал с Люциусом Малфоем статьи о Пожирателях Смерти. Цисси тогда настаивала на том, чтобы привести своего парня на чай. Позже Регулус поднял тему этих статей за ужином у матери, но Сириус тогда не придал этому особого значения. Конечно, ему было противно, но он предполагал, что Регулус просто пытается выслужиться. Быть на хорошем счету у Вальбурги Блэк давно стало его постоянной работой.
Но раз Регулус теперь игрок сборной Слизерина, значит, он общается с Лестрейнджем, Эйвери, Мальсибером… А они, бесспорно, члены фан-клуба Сами-Знаете-Кого.
«Не будь идиотом, Рег», − подумал Сириус с оттенком отчаяния. Брату всего четырнадцать. В ближайшее время в лагерь Пожирателей ему хода нет. Тем не менее, пожалуй, настало время поболтать с младшим братишкой.
− Мама шлет привет, − сказал Джеймс, и Сириус вновь обернулся на стол Гриффиндора. – Передает, можешь приехать на рождественские каникулы, что тебе и следует сделать, я тебе уже сто раз это говорил…
− Хотел бы я, − пробормотал Сириус.
− И что тебя останавливает?
Жалобное уханье и чувствительный удар клювом в руку известили Сириуса, что прилетела сова с «Ежедневным Пророком» и требует оплаты. Он порылся в кармане, достал горсть кнатов и сунул сове в кошель.
− Отлично, новости, − произнес Сириус, немедленно скрывшись за страницами «Пророка».
Он чувствовал, что Джеймс наблюдает за ним, чувствовал, как он хмурится, как легкая морщинка беспокойства прорезает его лоб. Но потом Джеймс достал клок пергамента и принялся сочинять письмо маме. Он всегда так делал, сразу же отвечал. Сириус не мог припомнить случая, чтобы Джеймс не ответил на письмо родителей. Он гадал, на что это похоже.
Единственные письма, которые Сириус когда-либо получал из дома, были исключительно от матери. Обычно это был не более чем список жалоб на недостатки Сириуса как сына и как мужчины. Злобная старая свинота, его мамаша, просто пыталась вывести его из себя. Наверняка ей было скучно, она сходила с ума, сидя взаперти в этом ужасном старом доме, где предки критиковали её со стен… Поэтому ей нравилось время от времени терзать сына, изводить его, так ей становилось чуточку легче… Тупая корова… Пытаясь отвлечься от неприятных мыслей, он переключил внимание на «Ежедневный Пророк». Первая страница была посвящена исключительно статьям об усилении безопасности Министерства и последних политических трудностях Юджины Дженкинс: еще одна горстка политиков требовала её отставки. Абраксас Малфой, видимо, опубликовал очередную безобразную статью, и Сириус уже просматривал газету, ища её, когда внимание привлек заголовок в разделе «Светская Хроника», и он чуть не поперхнулся чаем.
«НАРЦИССА БЛЭК ОБЪЯВИЛА О ПОМОЛВКЕ С ЛЮЦИУСОМ МАЛФОЕМ»
На колдографии под заголовком Нарцисса выглядела невероятно самодовольной. Её гладкие светлые волосы были уложены в замысловатую прическу, она была одета в великолепные шелковые одежды, расшитые бледно-серебряными звездами. Рядом стоял Люциус Малфой, в зеленом, высокий и надменный, с оскалом вместо улыбки на лице. Одна его рука собственнически обнимала Нарциссу за талию, другая властно опиралась на трость с затейливой резьбой. Рукоять представляла собой серебряную змею с изумрудными глазами, блестевшими даже сквозь колдографию. Мантия Малфоя выглядела роскошно, а волосы были такими же светлыми и ухоженными, как у его невесты. Сириус ненавидел его.
Нахмурившись, он пробежал глазами статью. Это был один из приторных текстов, в котором говорилось о предстоящей свадьбе, «светской свадьбе года», и о красивой, благородного происхождения невесте. Он не был удивлен – все знали, что эта помолвка состоится – но все же испытал раздражение. Теперь Нарцисса станет невыносимой.
Неудивительно, что мать в таком плохом настроении. Виделись они, к несчастью, часто, но Блэки не были ни близкой, ни любящей семьей. Конечно, мать и её невестка Друэлла не питали друг к другу теплых чувств. Вальбурга была обижена на обоих братьев, которые, хоть младше по возрасту, превосходили её в наследовании, так как были мужчинами. Глупость, но Блэки, будучи древней семьей, соблюдали старинные правила наследования: Вальбурга первенец, но, поскольку она женщина, то ничего не получит.
Поэтому для матери стал ударом тот факт, что у Сигнуса и Друэллы родились только дочери – Беллатрикс, Андромеда и Нарцисса – в то время как Вальбурга обеспечила семейство Блэк двумя здоровыми сыновьями, старший из которых унаследует все.
Состояние Блэков вновь оказалось в цепких руках Вальбурги. Ужасно, что её сын и наследник оказался неудачником и предателем крови. И теперь видеть, как дочь презираемой Друэллы делает столь респектабельную – нет, выгодную – партию… конечно, для Вальбурги это было слишком.
Может, если Сириусу повезет, этот шок доконает её.
Почти неохотно он обернулся к столу Слизерина, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Регулус, собрав вещи, направляется к двери.
− Увидимся в классе, − резко произнес Сириус и ушел, прежде чем Джеймс успел сказать хоть слово.
***
В вестибюле царил обычный гомон утренней рутины, студенты спешили кто куда, опаздывали на завтрак или торопились закончить эссе перед уроком. Сириус безуспешно искал брата. Не мог же тот так быстро сбежать… И тут он его заметил: Регулус поднимался по величественной мраморной лестнице с надменным скучающим выражением лица, доведенного до совершенства за годы тренировок. Сириус шевельнул палочкой в кармане и увидел, как аккуратно завязанные шнурки Регулуса развязались. Когда брат опустился на колени и принялся бесконечно долго и тщательно их завязывать, Сириус неспешно приблизился.
− Все нормально, Рег?
Регулус напрягся, затем выпрямился и повернулся к старшему брату, приподняв брови то ли неверяще, то ли презрительно, Сириус не мог определить.
− Ты разговариваешь со мной. На людях.
− И что?
− Ты никогда не разговариваешь со мной на людях.
Сириус нахмурился и поглубже засунул руки в карманы.
− Это неправда.
− Забавно, мы впервые с лета разговариваем, а сейчас уже почти Рождество.
− Ну, мы вращаемся в разных кругах.
− Это еще мягко сказано, − фыркнул Регулус. – Ладно, чего ты хочешь?
− Почему я должен чего-то хотеть? Разве я не могу просто спросить, как поживает мой братишка?
Регулус скривился, и Сириус не удержался от ухмылки. Регулус ненавидел, когда его так называли.
− Сколько раз тебе напоминать, что я всего на полтора года младше тебя?
− Видимо, еще парочку, братишка.
− Заткнись, − завязав шнурки, Регулус направился вверх по лестнице.
Сириус последовал за ним.
− Слышал, ты попал в команду по квиддичу, − сказал он небрежно.