− Ладно, это плохо. Очень, очень плохо. Плохо, плохо, плохо.
Джеймс наблюдал, как Ремус нарезает круги по спальне, грызя ногти. Сириус, в свою очередь, беззаботно развалился на одеяле, подперев руками подбородок. Казалось, его слегка удивляет этот переполох.
− Ремус, по-твоему, это плохо?
− Да, Сириус, − отрезал Ремус. – Это плохо.
− Успокойся, Лунатик, − вмешался Джеймс, пока Сириус не успел разозлить Ремуса еще больше. – Мы со всем разберемся. Выдохни.
Ремус остановился и неверяще развернулся к Джеймсу. Тот временно упустил из виду важный фактор: он раздражал ничуть не меньше, чем Сириус.
− Разберемся? – не веря своим ушам, повторил Ремус. – И это все, что ты можешь сказать? Джеймс, наш друг – крыса! Незаконно! Он пропал, он не может превратиться обратно, а в последний раз, когда мы его видели, за ним гналась ебаная миссис Норрис!
− Ремус, ты впадаешь в истерику. Он знает замок. Пит не настолько дурак, он вернется, и мы ему поможем.
− Ты невыносим!
− Сириус, объясни ему, что он слишком остро реагирует.
− Ну, честно говоря, тут я согласен с Лунатиком, − пожал плечами Сириус. – Это плохо. Без вариантов, уморительно, да… Но плохо.
Ремус со стоном опустился на кровать и закрыл лицо руками.
− Мы не должны были позволять ему это. Я не должен был на это соглашаться. Если мы не сможем его найти… и помочь… нам придется обратиться к МакГонагалл. Или… или… к Дамблдору… − он едва не плакал.
− До этого не дойдет, − пообещал Джеймс.
− Но если дойдет, вас всех исключат. Или, что еще хуже, отправят в Азкабан… я уже говорил, что это незаконно?
− Погоди, − сказал Сириус. – Это было незаконно? Почему мне никто не сказал?
Ремус запустил в него подушкой.
Джеймс вздохнул. Он не винил Ремуса за беспокойство, просто не видел в этом смысла. Все наладится. Они всегда справлялись с любыми неприятностями. В любой момент мог объявиться Питер, и они со всем разберутся.
− Прекрати, − внезапно сказал Ремус, свирепо глядя на Джеймса.
− Что? Я ничего не делаю.
− Нет, делаешь. Ебаный ты оптимист.
Джеймс покосился на Сириуса, но тот лишь пожал плечами.
− Ладно, − Джеймс развернулся к Ремусу. − Сдаюсь. Что ты имеешь в виду?
− Ты просто предполагаешь, что все утрясется, и не утруждаешь себя попытками исправить, когда явно уже пора!
− Ремус, что ты хочешь, чтобы я делал? Паниковал? Бегал по замку, размахивая палочкой и крича: «Акцио, Питер!»?
− Слушай, а это идея, − подал голос Сириус.
Ремус раздраженно застонал.
− Может, я просто хочу, чтобы ты признал наличие проблемы вместо того, чтобы в потолок плевать.
Джеймс рассмеялся и широко развел руки в знак капитуляции.
− У нас проблема! Я это с готовностью признаю. Питер – крыса. Это… внушает тревогу. Но я не вижу, как паника ускорит его возвращение.
Ремус проворчал нечто неразборчивое.
− Слушай, − продолжил Джеймс, − просто вдохни несколько раз. В любую минуту появится Питер и пропищит: «Привет».
Словно в подтверждение раздался писк.
Очень убедительный.
Слишком убедительный…
Они тут же развернулись к двери. Там, глядя на них и шевеля усами, сидела крыса. Она вновь самодовольно пискнула и вбежала в спальню.
− Фух, − от души выдохнул Сириус.
− Поверить не могу, что это сработало, − признался Джеймс.
Ремус приподнял голову и с открытым ртом смотрел то на Джеймса, то на Сириуса, то на крысу, и, наконец, прохрипел:
− Блядь, вы надо мной издеваетесь?
***
− Нет, не так.
− Ну извини. На занятиях мы невербальные не проходили.
− Незарегистрированными анимагами мы стали без занятий.
Ремус открыл было рот, но тут же его закрыл.
− Туше, − пробормотал он.
Питер в крысином обличье терпеливо сидел посреди спальни, подергивая носом. Его обступили Джеймс, Сириус и Ремус. Они смотрели на него в ожидании и слегка тревожно. Они уже почти час пытались превратить его обратно, но Питер все еще оставался крысой.
− Ладно, − вздохнул Ремус. – Тогда пробуй еще.
Сириус направил палочку на Питера.
− А что, если попытаемся вместе? – предложил Джеймс.
− Вместе? – переспросил Сириус.
− Может сработать. Больше силы. Ремус, что скажешь?
− Почему бы и нет?
Они вытащили палочки и направили на крысу, смотревшую на увеличившееся количество палочек как на орангутанга с дубинкой.
− Тогда на счет «три», − скомандовал Джеймс. – Раз… два… ТРИ!
Крыса испуганно пискнула, когда из трех палочек одновременно вырвалась вспышка голубоватого света. Внезапно зверек вырос, конечности растянулись, исчез хвост. И на полу появился Питер в человеческом облике, только взмокший как мышь. Он раздраженно скривился, когда Сириус и Джеймс с радостным воплем рухнули на свои кровати.
− Ты в порядке? – осторожно спросил Ремус.
− Да… да… все нормально.
− Но это же шикарно! – воскликнул Джеймс, усаживаясь на кровати. – Я про всех нас. К ближайшему полнолунию мы – три анимага!
Услышав это, Ремус прикусил губу и сел на свою кровать. Джеймс практически осязал волны его тревоги.
– Ремус… − сурово начал он.
− Ты уверен, что все продумал?
Джеймс и Сириус обменялись раздраженными взглядами.
− Просто… даже если вы анимаги… Я-то нет. Я – оборотень.
− Ты кто? – изумленно воскликнул Сириус. Он повернулся к Джеймсу. – Ты знал?