− Сириус, пожалуйста…
Темнота. Все вокруг было погружено во тьму, когда он торопливо спускался по бесконечной винтовой лестнице в доме на площади Гриммо, двенадцать. Он спускался все ниже и ниже, но не видел ничего, кроме беспросветной темноты.
− Я пытался, понятно? – крикнул Сириус в пустоту. – Я не могу здесь оставаться.
− Пожалуйста, не делай этого, − взывал голос, словно из далекого тоннеля, неясный и призрачный.
− Береги себя, братишка. И не… не будь идиотом.
Вниз, вниз, вниз…
− Пожалуйста… СИРИУС!
Смутно, необъяснимо, как бывает, когда заканчиваются сны, Сириус осознал, что спит. Он знал, что все, что нужно сделать, – это открыть глаза, и странный сон исчезнет, но он не хотел просыпаться. Не хотел видеть, как над ним вновь нависнет Кричер, слышать, как мать кричит из коридора…
− Сириус…
Голос эхом проник даже в темную пустоту сна.
− Сириус!
− Не могу, − простонал он, глубже зарываясь лицом в подушку.
− Сириус, дружище, вставай. Рождество на дворе!
Сириус моргнул и перевернулся. Джеймс сидел на краю кровати, явно прилагая все усилия, чтобы не сорвать с него одеяло. Сириус оглядел спальню – стены, обклеенные пастельно-голубыми обоями, окна, задрапированные дорогими атласными шторами, – и на него нахлынули воспоминания о прошлой ночи. Он в Поттер-Хаусе. Он сбежал из дома.
Он это действительно сделал.
«Пожалуйста, не делай этого…»
− Ну, пошли, − нетерпеливо сказал Джеймс. – Подарки!
Сириус приподнялся и увидел, что в изножье кровати действительно лежит куча свертков. Рядом лежала куча побольше: Джеймс, очевидно, принес свою долю подарков и сложил на ковре. Теперь он радостно устроился рядом со своей добычей.
Сириус уставился на него.
− Как, черт возьми, ты это провернул?
− Благодаря одной очень предприимчивой маленькой эльфийке, − ухмыльнулся Джеймс. – То есть домовой. Пикси – просто чудо.
Сириус рассмеялся и присоединился на полу к Джеймсу. Хотя бы ненадолго, это давало возможность игнорировать противоречивые эмоции, стучавшие в голове.
«Сириус, пожалуйста…»
Питер прислал каждому из них по большой коробке разнообразных вкусностей из «Сладкого королевства», за которые они принялись, не теряя времени. Сириус громко расхохотался, распаковав подарок Джеймса – большой собачий ошейник и жевательную игрушку.
− Знаешь, − сказал он, запустив игрушкой в Джеймса, − если об этом кто-нибудь узнает, подумают, что у нас извращенный секс…
− А что, его нет? Черт, неловко-то как…
Оба одновременно добрались до подарков Ремуса.
Сириус обнюхал пакет.
− Книга?
− И правда книга.
Сириус развернул пакет. Действительно книга. Но избавившись от упаковки, он сообразил, что это маггловская книга: «История британского мотоцикла» − глянцевое издание с фотографиями блестящих механических красавцев. Он тут же углубился в неё, едва слушая веселую болтовню Джеймса о каком-то томе про квиддич. Последние отголоски сна, наконец, забылись.
***
− Мам, пап, смотрите, что мне принес Санта!
Джеймс радостно выскочил на кухню, где завтракали мистер и миссис Поттер. Сириус несколько смущенно следовал за ним, не зная, как его примут. Ему не хотелось думать, как отреагировала бы его мать на сбежавшего подростка, появившегося в их доме среди ночи без предупреждения.
Но миссис Поттер только тепло улыбнулась и сказала:
− Очень хорошо, дорогой. Садись завтракать. Сириус, мы так рады тебя видеть, − и она поцеловала его в щеку.
Сириус предположил, что Джеймс уже рассказал родителям о его прибытии. А может, почти шестнадцать лет воспитания Джеймса Поттера означали принятие всего словами: «Очень хорошо, дорогой» и дополнительной чашкой чая.
Сириус бывал в Поттер-Хаусе прежде, но, казалось, это было целую вечность назад, и он вновь удивлялся неформальной обстановке. Конечно, стол был накрыт к завтраку – в конце концов, у них был домовой эльф – но фарфор был разноцветным, ложки – разного размера, и никто, похоже, не имел ничего против. Сириус знал, что Поттеры очень богаты. Он слышал, как другие (точнее, его кузины) называли их «нуворишами», и был уверен, что Джеймс тоже слышал. Но Джеймса, казалось, это совершенно не волновало. Скорее всего, ему даже в голову не приходило тревожиться из-за этого. Джеймс никогда не придавал большого значения социальным различиям, к тому же деньги не были для него чем-то особенным.
Однако, несмотря на безразличие Джеймса, Сириус подумал, что этот конкретный ярлык, видимо, неверен. Мистер Поттер, конечно, сколотил состояние на «Простоблеске» недавно, но в Поттер-Хаусе не было ничего нового. Особняк был во всех смыслах слова древним. Гораздо старше, чем дом на площади Гриммо, двенадцать, и, конечно, старше, нежели Блэк-Холл, изо всех сил пытающийся показаться семейным гнездом.
Пока на площади Гриммо стремились утвердить древность происхождения старинными портретами и лучшим столовым серебром, изготовленным гоблинами в пятнадцатом веке, Поттер-Хаус обходился без этого. Его древность заключалась в потертых коврах, которые на протяжении многих поколений никто так и не потрудился заменить, поскольку… ну, в них оставалось еще немного жизни, да? Она присутствовала в забрызганных грязью сапогах, небрежно брошенных рядом с антикварным столом в форме полумесяца у двери. Она скрывалась в преобладании неиспользуемых комнат в огромном доме, изобилующем старой мебелью, покрытой пыльными простынями. А семья жила в основном на кухне, в гостиной и в саду. Скрывалась древность и здесь, за столом, где древний на вид мистер Поттер сидел, густо намазывая маслом поджаренный фруктовый хлеб.
− Счастливого Рождества вам обоим, − весело сказал он, когда мальчики сели.
Мистер Поттер был высоким и худощавым, слегка согбенным, кожу прорезали морщины и испещряли пигментные пятна. Редкие седые волосы нависали над лысеющей макушкой, а очки в серебряной оправе плясали на вечно смеющемся лице. Миссис Поттер – немного моложе, но все же довольно пожилая для мамы, – держалась прямее мужа, её вытянутое лицо с длинным носом обрамляли коротко стриженные седые волосы. Оба они излучали какое-то счастье, которое невозможно было подделать, какую-то удовлетворенность жизнью. Само их присутствие успокаивало, в особенности после зоны сдерживаемых военных действий – стола семьи Блэков.
− О, в саду снова гномы, − произнесла миссис Поттер, глядя в окно и размешивая сахар в чае. – Надо же. Пикси, бедняжка, с ними не справляется. Посмотрю, сможет ли Дотти заглянуть. Она так хорошо ухаживает за садом.
− Не понимаю, почему ты возражаешь против их присутствия, дорогая, − хрипловато отозвался мистер Поттер. – Они никому не мешают. Знаешь, в Исландии считается, что их присутствие приносит удачу.
− Ерунда, − сказала миссис Поттер. – К тому же, они выдергивают мои рододендроны, сам посмотри.
Мистер Поттер повернулся к Джеймсу и Сириусу.
− Я вам когда-нибудь рассказывал, как помогал избавить от гномов королевские сады Бангкока? Это было в 1929 году и…
− Пап, раз сто.