Они, на самом деле, не целовались всю ночь, но Гермиона не смогла бы вспомнить, кто уснул первым. Единственное, что она знала, так это то, что Драко разбудил её посреди ночи, когда она кричала от кошмара о пытках Беллатрисы. Разум ведьмы всё ещё отказывался принимать реальность, но Драко быстро вывел её из этого состояния, успокаивая, шёпотом отвлекая от последствий сна. Гермиона осознала, что они оба всё ещё были одеты в уличную одежду: она в неудобных джинсах и бюстгальтере, он в брюках и рубашке, которую так и не застегнул. Они даже не успели укрыться одеялом. Но вместо того, чтобы исправить это, девушка снова уснула в его объятиях.
Когда Гермиона проснулась во второй раз, солнце уже светило высоко в небе, сквозь щели в ставнях лучи света пробивались в комнату. Но на этот раз Драко не обнимал её. Сонная, Гермиона обернулась и увидела, что он лежал рядом с ней на спине, уставившись в потолок над собой, нахмурившись.
— С тобой всё в порядке? — потирая глаза, спросила она.
Драко только кивнул и провёл пальцами по волосам.
Капля за каплей события прошлой ночи возникли в её сознании, и улыбка расплылась по её лицу. Теперь Гермиона могла без смущения проявлять привязанность. Потому что её чувства были взаимны!
Девушка взволнованно перекатилась к его стороне кровати, чтобы прижаться к нему, но затем почувствовала сквозь одежду, что он потный и липкий. Вероятно, это был кошмар, который она проспала. На этот раз Гермиона даже не проснулась. Но прежде, чем она успела спросить, Драко скользнул к краю кровати, поставив ноги на пол.
— Я собираюсь принять душ, — пробормотал он, поворачиваясь к ней спиной.
Это было так не похоже на последний раз, когда она спала здесь, когда слизеринец позволил ей увидеть последствия своих кошмаров. Казалось, его тщеславие снова взяло верх. Он когда-нибудь придёт в себя, оправится от событий прошлого, и всё наладится.
Заметив, что солнце близилось к зениту, Гермиона решила принять душ сама. Только тогда она вспомнила, что не взяла с собой свою бисерную сумку. Поэтому она обошла кровать и крикнула в сторону ванной:
— Я аппарирую домой, чтобы принять душ, я не взяла с собой никакой сменной одежды. Я ненадолго.
Тут же Драко снова появился в дверном проёме, на нём были только штаны.
— Но ты вернёшься? — спросил он, и в его тоне явно звучала паника.
Гермиона, однако, была полностью отвлечена зрелищем перед ней. Она никогда не видела его практически голым среди бела дня.
Проигнорировав вопрос, ведьма сделала шаг навстречу. Драко не двинулся, а только наблюдал за ней, когда её пальцы потянулись, чтобы коснуться серебристых линий на его торсе — шрамов от Сектумсемпры, как она предположила, — но на его теле были и другие. Розовые полосы на правом плече, Тёмная метка на предплечье левой руки, и на чётко очерченном прессе она увидела синие шрамы в форме молний, разветвляющиеся по левой стороне его живота вниз по бёдрам под штаны.
Драко, должно быть, заметил её отстранённость, потому что Гермиона, бесспорно, слишком долго медлила, чтобы ответить на его довольно простой вопрос. И когда она подняла глаза, она заметила вспышку внезапной неуверенности на его лице.
Гермиона подняла пальцы и смело провела по линиям одного из его синих шрамов. Она была удивлена, что он не остановил её, поэтому только пробормотала:
— Ты такой красивый… — прежде чем снова отдёрнуть руку, слегка покраснев. Она имела это в виду — он был красив, — но что ещё важнее: он был горяч.
И девушка не могла сдержаться, когда сцены прошлой ночи промелькнули в её голове. Драко трепетал под её прикосновением, когда она оседлала его. Ощущение, как его бедра врезаются в неё, пока она лежала под его тяжёлым телом. Воспоминание о том, как он прижимал её к матрасу и возвышался над ней. Так что не было странно, что жар пронёсся по её телу, концентрируясь внизу живота, подпитываемый отсутствием разрядки прошлой ночью.
Драко же, с другой стороны, всё ещё с нетерпением ждал ответа на свой вопрос, глядя на неё сверху вниз и нахмурившись.
— Эм, да, я вернусь, — сказала Гермиона, не в силах встретиться с ним взглядом. — Я просто приму душ и заберу кое-какие вещи. Встретимся в библиотеке? Да. Эм. Хорошо, я пошла.
Она спрятала руки в карманы, чтобы не испытывать искушения притронуться к мужчине вновь, и повернулась к двери.
— Возвращайся быстрее, — было последнее, что она услышала, прежде чем повернуться вокруг своей оси и аппарировать в свою квартиру. Её щеки пылали от внезапно накатившего смущения.
Однако дома Гермиона вообще проигнорировала запланированный поход в душ и разделась, решив сначала сбросить напряжение.
Полностью обнажённая, ведьма позволила себе упасть в бывшую кровать Драко, под зачарованным небом, и окунулась воспоминаниями в прошлый вечер. В голове проносились картинки того, как он говорил, что любит её, его поцелуи, его слова, его любовь. Гермиона чувствовала фантомные прикосновения его рук на своей коже, его губы на своих, его запах. Позволяя себе расслабиться, не подпуская никаких других мыслей, кроме как о Драко, его изукрашенного шрамами пресса, тонких линиях прикосновение её пальцев по пути к его боксерам… Гермиона кончила за абсолютно рекордное время и подумала про себя, что, вероятно, это стоило ожидания в несколько месяцев. А затем она кончила во второй раз… и в третий. Три раза, представляя, как он будет себя чувствовать, глубоко входя в неё, шепча её имя с благоговением, запутывая пальцы в её кудрях.
Когда дыхание сбилось окончательно, а сама девушка чувствовала себя потной и изнурённой, она задалась вопросом, должна ли она чувствовать себя плохо из-за этого. Но Драко бы обрадовался, если бы узнал, что она делала прямо сейчас, не так ли?
После того, как Гермиона встала и наконец приняла душ, в котором она отчаянно нуждалась к тому времени, она переоделась в чистую одежду и схватила свою бисерную сумку, а также почту, которая пришла утром. Она дала Аделаиде несколько совиных лакомств, и к тому времени, как она аппарировала обратно в библиотеку Малфоев, она чувствовала себя очень, очень воодушевлённой.
— Эй, ты не торопилась, — пробормотал Драко, увидев её. — Долго принимала душ?
Она увидела, что он уже поставил на стол два подноса с завтраком, и Гермиона быстро подошла к нему.
— Что-то в этом роде. — Она покраснела и села на второй стул.
Драко внимательно рассматривал её разгорячённое лицо и пробормотал:
— Что-то вроде… О!
Затем, как и ожидалось, он ухмыльнулся — или улыбнулся — и налил ей чаю.
— Ну, кто-то же должен это сделать, — возмущённо пробормотала Гермиона и схватила тост с тарелки.
— Я ничего не говорил. Но… возможно, я тоже долго принимал душ. — Драко хитро усмехнулся.
— Мы могли бы принять душ вместе. Просто так, к твоему сведению. Экономит воду, время, достоинство… — она откусила кусочек своего тоста и наблюдала, как он с удовлетворением покраснел.
— Что это за письма? — перевёл тему Драко, указывая на стопку писем, которую она принесла из своей квартиры.
— Утренняя почта. Не успела прочитать их дома, — ты сказал, надо поторопиться, — так что я принесла их с собой.
Гермиона намазала тост маслом и джемом, съела его вприкуску к чаю, который Драко ей налил. Затем она просмотрела обратные адреса писем и решила открыть их сейчас, пока сам Драко, казалось, довольствовался тем, что просто наблюдал за ней и неспешно завтракал.
Одно письмо было от Виктора, доставленное его собственной совой, и это не ускользнуло от напряжённого взгляда Драко, пока Гермиона читала рассказы Виктора о его последнем путешествии в Боснию. Закатив глаза, ведьма бросила письмо на колени Драко, чтобы тот прочитал, одновременно открывая второй конверт. Это было от Джинни, которая планировала устроить девичник, когда Рон и Гарри уедут на учения, которые продлятся до утра воскресенья. Третье письмо было от Билла и содержало список литературы по закону о собственности гоблинов, который ему порекомендовал его друг. Драко тоже было любопытно, поэтому она дала ему список, чтобы проверить, есть ли у него какие-нибудь книги в библиотеке.
А затем было четвёртое письмо без обратного адреса, и Гермиона уже почувствовала, что это было. Она увидела, что оно поначалу было отправлено в Министерство, откуда его переслали ей на квартиру, потому что была суббота. Она привычно наложила несколько чар обнаружения, пока Драко заинтересованно наблюдал за её действиями, и, как только чары показали отсутствие опасности, ведьма вскрыла конверт. Беглый взгляд между строк подтвердил её подозрения, и, пожав плечами, Гермиона положила бумагу в стопку прочитанных писем и намазала маслом ещё один ломтик тоста.
— Акцио письмо, — пробормотал Драко и призвал его в свои руки прежде, чем Гермиона успела его остановить. — Что это? — резко спросил он, быстро вчитываясь в слова.
— Да ничего особенного, я уверена, ты тоже их получаешь. Письма с угрозами, они безобидны, — девушка пожала плечами и даже не нашла в себе сил отругать его за нарушение тайны её переписок.
— Ты… ты получаешь такие письма? — прошипел Драко, его тон сочился ядом. — Но… почему?
— Ты серьезно? — спросила Гермиона с набитым ртом. — Я магглорожденная, а в нашем мире осталось много фанатичных чистокровных, которые с радостью обрадовались бы моей кончине.
— Но… но вы ведь выиграли войну? — было мило видеть, как недоверчиво он выглядел.
— Где ты был весь прошлый год? — конечно же, запертым в мэноре. — Извини, я имею в виду, ты был здесь, я понимаю, но ты ведь читаешь газеты? Моя работа — говорить многим чистокровным не относиться к своих домашним эльфам как к рабам, не пытаться превратить их жизнь в ад. Я пытаюсь протолкнуть законодательство, чтобы отнять у них права, репутацию, статус. Конечно, они злятся.
— Ты должна относить эти письма к мракоборцам, — возмущённо сказал Драко.
— Они уже знают о них. Что они могут сделать? Письма анонимные. Гарри и Рон тоже их получат. Остальные Уизли тоже. Предатели крови и всё такое. В них ничего страшного, правда, зачастую это кричалки. Письма с гноем, которые я получала в школе, были намного хуже.
Драко сглотнул. Было ясно, что она говорила о чётвертом курсе Хогвартса после того, как Рита опубликовала эти отвратительные статьи о ней, подогретые ложью и клеветой Драко, переданными журналистке. Он уставился на письмо, и она увидела, как дрожат его руки.
— Драко… — начала Гермиона и положила руки на них, чтобы они не двигались. — Они всегда находят что-то неправильное в том, что я делаю, над чем я работаю. Над чем я не работаю. С кем я встречаюсь, с кем не встречаюсь. Всё в порядке. Я в безопасности. Я счастлива.
— Я думал, что всё кончено. Но ведь так никогда и не бывает, правда?
С отвращением он бросил письмо обратно на стол, и на мгновение она забеспокоилась, что его стошнит прямо здесь.
Очнувшись от своих мыслей, он тихо спросил:
— Могу ли я научить тебя драться на дуэли так же, как я?
Гермиона замерла, не донеся чашку чая до рта.
— Зачем? Это твой билет к победе.
— Это ведь не будет лишним, правда? Если ты будешь знать, как защитить себя… на всякий случай?
— Я… всё в порядке, я в порядке. Теперь я в безопасности. — Это был огромный знак доверия, если Драко был готов раскрыть свой главный секрет ей.
— Гермиона… — взмолился он, и снова дрожь пробежала по её спине, когда он произнёс её имя.
— Ладно, — ответила ведьма, прежде чем успела об этом подумать. Драко только кивнул, взял чашку из её рук и поставил ту на стол.
— Сейчас! — сказал он и, прежде чем она успела возразить, аппарировал их в большую, почти пустую комнату, в которой она никогда раньше не была. Ну, Гермиона почти наелась, но ещё одна чашка чая была бы не лишней. Она вздохнула и оглядела комнату. Судя по расстоянию до деревьев, Гермиона поняла, что они были где-то на третьем или четвёртом этаже.
— Что это за место? — спросила она, обведя рукой пространство вокруг себя.
— Комната для дуэлей, в ней защищённые стены и мягкие полы на случай, если кто-то из нас упадет. Но мы не собираемся устраивать такие дуэли.
— Хочешь показать мне трюк с твоими иллюзиями?
— Да, — сказал он. — Но тебе это, вероятно, не понравится. Вероятно, ты даже рассердишься на меня.
— Почему? — спросила она, скептически прищурившись.
— Потому что они работают с магией разума. Легилименцией, — вздохнул Драко, ожидая, когда она поймёт, что он хотел сказать.
— Подожди? Ты хочешь сказать, что читал мои мысли, когда мы сражались на дуэли, ты… ты изменил мои мысли? Вторгся в них? Заставил меня поверить, что я видела вещи, которых не было на самом деле? Ты… ты проник в мой разум без разрешения?
Чёрт возьми, она была зла на него.
— Чёрт возьми, Драко? Я никогда не позволяла тебе этого делать. — Как он мог это сделать? Чтение чьих-то мыслей было нарушением приватности и вторжением в личную жизнь. Гермиона помнила, как позволила ему один раз, и это стоило ей многого.
— Гермиона…
— Нет! Я доверяла тебе! Ты сказал, что никогда этого не сделаешь. Просто чтобы выиграть чёртово пари и продемонстрировать своё превосходство? — вскрикнула ведьма, и её палочка теперь бесконтрольно испускала красные искры.
— Я не… — начал Драко, но она уже была слишком взбешена.
— Ты хотел, чтобы я тебе доверяла! А потом ты взялся читать мои мысли? — фыркнула она на него, направив палочку ему в грудь.
— Я не читал твои мысли, когда мы сражались! — крикнул ей Драко в ответ. — Ни единой мысли, я ничего не прочитал. Я не подорвал твоего доверия.
— Но ты сказал, что использовал легилименцию…
— Да, и как в тронном зале, когда мы были там с Поттером, я не использовал её для чтения мыслей, — прорычал Драко.
Гермиона попыталась вспомнить, что он объяснял в тронном зале о легилименции.