***
Кровь запятнала его кроссовки: чёрные потемнели от красного, белые — от бордового. Их уже не восстановить. Придётся купить новые. Небольшой магазинчик на рынке продавал отличный выбор обуви, принадлежавший троюродному брату одной из девушек из класса 2-C. Магазинчик перешёл к нему по наследству от отца, деда и прадеда, и история тянется от поколения к поколению, вплоть до сёгуната. Широ мог быть уверен, что там найдётся качественная обувь, что он найдёт хоть немного покоя и нормальной жизни в этой крошечной берлоге. Он отчаянно нуждался в этом.
— Мастер…
У Его Слуги не было времени на мир.
Ему было трудно смотреть на тело… труп… тушу… на эту штуку, потому что, когда он повернулся в ту сторону, объект, который он отказывался видеть, загорелся. Он не горел, Широ знал, какой жар исходит от пламени. Но разум продолжал лгать ему. Эта штука горела, говорило оно, потому что если бы она не горела, то была бы живой. Единственным, что не горело, будучи неживым, был его отец, в тот солнечный день, когда он впервые посетил крематорий и навсегда связал неживое с огнём.
Широ сделал шаг вперёд, затем назад. Ещё шаг вперёд, ещё шаг назад. Его Слуга появился в ярком свете теней.
— Это уже третье тело на этой неделе, — Эвенджер всегда говорил с тихой напряжённостью, — И всё же мы продолжаем блуждать в этом лабиринте, гоняясь за ложными нитями, ведущими в тупик.
— Они даже не пытаются это скрыть… — Широ вспомнил телевизионные репортажи о последней жертве. Несмотря на то, что телевизор обеспечивал дистанцию, тела продолжали гореть.
— Возможно, серийный убийца, — сказал его Слуга, держа руки в карманах и дыша так, что на холоде не было ни капли тумана, — Или участник, которому всё равно, чей взгляд он привлечёт.
— Разве этот глупый священник не должен разбираться в таких вещах? — те несколько раз, когда Широ встречался взглядом с этим человеком, его глаза светились злобой. Что-то внутри него скрежетало и стонало каждый раз. В глубине души он понимал, что никогда не сможет ужиться с этим человеком.
Мститель фыркнул, довольный.
— Нет, похоже, он довольствуется ролью пассивного наблюдателя, — ответил он, — Хотя я уверен, что у такого человека, как он, есть свои планы, которые разворачиваются за нашими спинами. Мы будем внимательно за ним следить.
— Знаю… — Широ посмотрел на тёмное, затянутое облаками небо, в воздухе висела изморозь, готовая вот-вот обрушиться, — Мне просто кажется… слишком много всего, на что наод обращать внимание… Священник, этот убийца, Тосака, та маленькая девочка…
— Ха, если мы когда-нибудь окажемся в пределах видимости ребёнка… — его шерсть, окрашенная мхом, дрогнула, когда он перевёл взгляд на своего Хозяина, — Ты едва пережил нашу последнюю встречу. Уследить за ней может быть непросто.
— Хмф, — Широ инстинктивно вздрогнул от высокомерного женского голоса, — Ты так быстро забыл меня, союзник по расчету?
Он поморщился, прислонился к кирпичному зданию и, сделав глубокий вдох, повернулся к женщине с блестящими карими глазами. Было заметно, что её обычное веселье и жизнерадостность поугасли, но не исчезли совсем, когда она присоединилась к собравшимся вокруг тела.
— Шеро, — даже одно её слово несло в себе силу воли, с которой он и мечтать не мог. Она держалась уверенно, словно весь мир был ей обязан.
Она была слишком сильной для него, и всё же она была его единственным союзником в этой Войне. Хотя она заставляла его переодеваться в грязные ботинки, потому что он был слишком грязным и бедным, чтобы быть рядом с ней, он почему-то чувствовал, что она его поддержит. Что он может ей доверять.
Это не значит, что он ее не боялся.
— Лувия, — сказал он вместо приветствия. — Что ты узнала?
Её улыбка собиралась воедино, осколок за осколком. Она начертила в воздухе несколько знаков, черпая ману из своего герба, и окружающее пространство медленно нагрелось до температуры чуть ниже комнатной. Он и не подозревал, насколько сильно дрожит.
— Мы идем по следу в снегу, который быстро тает, — просто сказала она, заставив Широ нахмуриться.
— Чёрт возьми… Ненавижу это… — сказал он, стукнувшись затылком о кирпичи. Он снова поднял взгляд, молча моля звёзды за облаками об ответе.
— Ты кажешься не самым удобным союзником, девочка, — её улыбка стала ещё более натянутой в ответ на холодный голос его Слуги. В конце концов она фыркнула и скрестила руки.
— В этой варварской глуши на многое рассчитывать не приходится, — пробормотала она.
— Я знаю, да~?
По его спине пробежала дрожь, когда Слуга Лувии заняла место рядом с ней, с неизменной ухмылкой на лице. Он всегда чувствовал себя куском мяса, которого она осуждает. Это было нехорошее чувство.
— Страна, полная таких жалких людей, что они скорее покончат с собой, чем поспорят с начальником касательно переработок, — Её длинные фиолетовые волосы развевались из стороны в сторону, когда она кружилась на месте, размахивая палочкой, словно дирижируя оркестром, — Неудивительно, что рождаемость падает! Кто захочет жить в этой дыре?
Широ дёрнулся. Он не был большим патриотом, но ему не понравилось, что его родину назвали адской дырой. Он чуть не сказал что-то, но Эвенджер его опередил.
— Смелые слова от блуждающего духа, ты ничем не лучше цыганки. Не отвлекайся от сути, ББ. Что ты нашёл?
Она надулась.
— Ты никогда не бываешь весёлым, — заявила она, прежде чем снова улыбнуться своей обычной ухмылкой и пожать плечами, — Как и сказала мой Мастер, найти там было нечего. Ритуальный круг на бойне был заляпан кровью и грязью, так что этот свинец мертвее, чем всё живое в этом здании.
— Рулер сказал, что почувствовал… что-то, — продолжила Лувия, нахмурившись, — Что-то проникает в лей-линии и… искажает их. Они отключаются от глобальной сети, и… как именно он это сказал?
— В процессе самоуничтожения в цикле обратной связи, ведущем к забвению, или что-то в этом роде, — ответила ББ. — В общем, в Фуюки творится что-то неладное~.
— Ничего нового, — бесстрастно заметил Эвенджер, — Разочаровывающе. Ты же вроде говорила, что тебя тренировал детектив?
— Я… — Лувия выпрямилась и прижала руку к сердцу, — Я работала с ним не раз, клянусь! Как ты смеешь обвинять меня в нечестности!»
— Какой огонь~, — игриво сказала ББ, — А что ты там нашёл? Пару камней с червями под ними? Тебе понравилось играть на детской площадке, грызть мокрый песок?
Эвенджер прорычал ответ, но Широ не стал его понимать. Он оглянулся на покоившийся там необъятый огнём труп, наблюдая, как они перешучиваются, пока его дух задыхался на пути в загробную жизнь. Один-единственный порез пронзил оба глаза, вернее, то, что теперь было пустыми глазницами, а царапины оставили на его щеках обжигающие узоры.
— Это неважно, — пробормотал он. — Обвинения нас ни к чему не приведут. Что нам делать дальше?
— Формальный союз с Рулером, — предложил Эвенджер, — В конце концов, он нас предаст, но, уверен, в ближайшее время он поймёт необходимость сотрудничества в этом контексте.
— Вражеский Слуга, способный столь радикально манипулировать лей-линиями… это угроза, которую нельзя недооценивать, — тихо сказала Лувия, — И Рулера следует включить в список подозреваемых. Рулерам предоставлены исключительные полномочия по отношению к другим Слугам, и, возможно, он пытается сбить нас с толку, — она покачала головой, — Не хочу в это верить, но… не могу исключать такую возможность. Такая сила, даже если ты Слуга, может ударить в голову.
— Спасибо за такую невероятную проницательность, Мастер~ — BB обняла Лувию за шею, и та улыбнулась с энергией, свойственной предполагаемому вечному двигателю, — Уверена, это значит, что мы можем доверять этому маленькому повелителю теней, ведь он — существо, вызывающее постоянную ненависть, не так ли? Возможно, Слуга Сэйбер — просто очередной самурай, ревностно преданный своему делу, который покончит с собой при малейшем отклонении от своих глупых идеалов бусидо? Чёрт возьми, может, класс Арчеров и правда в этот раз призвал лучника!
— Хватит, ББ, — Лувия, нахмурившись, отдернула руку, — Мы работаем над этим. Принеси пользу.
— У тебя это ужасно получается… — Слуга отстранилfcm от Лувии и приблизилfcm к нему. Спина Широ напряглась, когда она подошла к нему сзади и обняла его за шею, прижавшись к нему своей пышной грудью. Он сосредоточил внимание на другом, сосредоточившись на брызгах крови на ботинках. — Бедный Эмия едва успевает поддерживать разговор.