18 декабря 1999 года — суббота
Утром восемнадцатого декабря Теодор Нотт просыпается, задыхаясь от длинных светлых волос, попавших в рот, и чувствуя нестерпимый жар. Он убирает пряди с лица и обнаруживает, что Полумна обхватила его так крепко, что вырваться практически невозможно.
Если честно, вырываться не сильно-то и хочется. Он проводит по её волосам и вниз по спине, щекоча бледную кожу. Полумна глубже зарывается лицом в его плечо, и Тео снова проводит по нему кончиками пальцев.
В её больших голубых глазах появляется сонное узнавание.
— Уже пора вставать?
— Только если хочешь всё-таки устроить свой приём, — полушёпотом отвечает Тео, не решаясь нарушить мирную тишину спальни.
Полумна улыбается и медленно моргает.
— Ну, тогда, видимо, пора.
Она отодвигается от него и садится, натягивая одеяло на плечи. Великолепное зрелище: кожа его жены купается в лучах рассветного солнца и тепле постельного белья. Прошло почти шесть недель со дня их свадьбы, а Тео так и не привык к этому зрелищу. И сомневается, что когда-нибудь привыкнет.
Полумна слезает с кровати, длинные волосы струятся по обнажённой спине. Она хватает волшебную палочку, призывает из шкафа рубашку — одну из его ночных — и натягивает её. Тео наблюдает за всем этим и думает, что, возможно, он всё-таки погиб на войне и теперь каким-то образом вознаграждён в загробной жизни.
— Я тебе когда-нибудь говорил, что это отличный способ проснуться? — спрашивает он.
Полумна улыбается через плечо.
— Всего-то каждое утро.
Она выскакивает из комнаты, а Тео поднимается из постели и начинает одеваться.
Он находит Полумну на кухне, беседующую с Тельмой. Всё поместье украшено к Рождеству, и если бы Тео знал, что одно только разрешение Тельме развесить повсюду гирлянды сделает Полумну настолько счастливой, то попросил бы её нарядить дом пораньше.
— Доброе утро, — говорит он.
Тельма мгновенно замолкает и исчезает. Тео хмурится, поворачивается к Полумне.
— Что с Тельмой?
Полумна лукаво улыбается.
— Ничего.
Тео смеётся и дёргает Полумну за подол, пока она не подходит ближе.
— Вы слишком явно что-то замышляете, госпожа Нотт.
Полумна хихикает и обвивает руками его шею, приподнимаясь на цыпочки, чтобы поцеловать. Когда она отстраняется, озорное выражение её лица сменяется нервной улыбкой.
— Что случилось, Полумна? — спрашивает Тео.
Она моргает.
— Всё в порядке. Просто кое-что новое.
Конечно же, её ответы — всегда ответы, даже если не сразу кажутся таковыми.
— Новое — это хорошо. И ты когда-то была для меня вновинку.
От широкой улыбки на её щеках появляются ямочки, и Тео не может сдержать ответной улыбки.
— Пойдём покормим фестралов, — предлагает Полумна.
Он ни в чем ей не отказывает, и они отправляются к конюшням.
***
Когда наконец опускаются сумерки, Полумна уже одета в тёмно-зелёное платье с серебряной каймой, волосы распущены по плечам. Тео — в парадной мантии, а Тельма расставляет по бальному залу свои кулинарные изыски. Тео не заходил в бальный зал после смерти отца ни разу, а теперь вовсе не узнаёт его. Тельма превзошла саму себя: под потолком парят свечи, как когда-то в Хогвартсе. Оконные рамы оплетены гирляндами, и из каждого угла выглядывают мерцающие огни. Тут и там стоят украшенные ели, а начищенные полы блестят чистотой.
Обещанные Полумне сказочные гирлянды переливаются снаружи, в саду, и их, как и лебедей на озере, поддерживает заклинание тепла. Вокруг порхают феи, освещая пространство и издавая при полёте мелодичную музыку, которая эхом разносится повсюду.
— Ты веришь в привидений? — спрашивает Полумна. Она слегка хмурится и упирает кулаки в бока. Взгляд сосредоточен на глухой дубовой стене.
— Полумна… мы же их встречали, — отвечает Тео, — ты что, забыла Почти-Безголового-Ника и Кровавого барона?
Полумна отмахивается от его слов.
— Да-да. Я про другое… про духов. Ты веришь в них?
— Пожалуй, должен верить, раз живу в волшебном мире.
Полумна, наконец, отворачивается от пустой стены и встречается с ним взглядом.
— Ты знал, что у тебя мамины глаза?
Тео замирает. Полумна, прищурившись, смотрит на него, как будто не может чего-то понять.
— Как… откуда ты знаешь? — спрашивает он.
Полумна делает шаг вперёд, поднимает руку и касается его щеки. Как всегда, она нежна. Нисколько не пугает, но всё же он вздрагивает.
— Люди не уходят просто так, — говорит она.
— Она умерла, Полумна. — Голос Тео хриплый. — Она не уходила.
Голубые глаза Полумны скользят в сторону, и она улыбается.
— Как зелено, зелено, зелено… Она прелестная.
Тео так резко поворачивает голову в сторону, что чуть не растягивает мышцу. Там никого нет, и Тео возвращается к жене, которая снова глядит прямо на него.
— Иногда они остаются с нами после того, как уходят, — добавляет Полумна. — Не волнуйся так сильно. Она очень гордится тобой.
Тео с трудом сглатывает подступившие к горлу слёзы.
— Ты её видишь?
— Нет, — отвечает она, — просто знаю.
Внезапно появляется Тельма, и Тео вздрагивает. Полумна не двигается, её ладонь всё ещё прижата к его щеке.
— Гости начинают прибывать, — сообщает Тельма. — Тельма проводила их в гостиную.
Полумна взволнованно вскрикивает и вырывается. Она хватает Тео за руку и направляется в гостиную, увлекая его за собой. У него до сих пор кружится голова, когда Полумна приветствует Гермиону, и приходится через силу взять себя в руки, чтобы поздороваться с Драко.
— Спасибо за приглашение, — раздаётся знакомый голос, и Тео, обернувшись, видит, как Полумна обнимает Гарри Поттера и его жену Уизли. Происходящее кажется нереальным — видеть спасителя волшебного мира в своей гостиной при том, что и он, и Драко носят на коже клеймо его врага.
Внимание привлекает очередной стук, входная дверь распахивается, и на пороге появляются Панси Паркинсон и Невилл Долгопупс.
— Панси! — удивлённо восклицает Тео. Он уже в курсе, что они поженились, но Полумна не знала наверняка, ждать ли их в гости.
Панси входит так, словно поместье принадлежит ей, и улыбается.
— Нотт. А здесь миленько.
— Привет, Невилл, — говорит Полумна, обнимая его в ответ. Тео думает, что вряд ли обнимал столько людей за всю жизнь, сколько обняла она за последние пять минут.
— Невилл, рад, что ты смог прийти, — говорит Гарри. Он бросает взгляд на Панси. — И ты тоже, Панси.
— Давайте пройдём в бальный зал, — предлагает Полумна. — Тельма столько сил вложила в украшение и сервировку стола. — Она направляется к большим открытым дверям, а Тео принимает у гостей верхнюю одежду и вешает на крючки у входа.
— Привет! — Входная дверь снова распахивается, и на пороге появляется компания Уизли. Медленно входят Рон и Ханна, за ними по пятам — Джордж. Последними идут Парвати вместе с сестрой и Блейз.
— Проходите! — говорит Тео. — Я возьму пальто. Остальные только что прошли вон туда.
— Спасибо, приятель, — говорит Блейз, протягивая ему итальянскую кожаную куртку. Тео вскидывает брови при виде явно магловского покроя, а Блейз закатывает глаза. Парвати отдаёт бутылку эльфийского вина, и Тео любезно благодарит её.
— У тебя такие выразительные зелёные глаза, — шепчет Парвати, — ты знал?
Тео хмурится — уже второй раз за сегодняшний день кто-то обращает внимание на цвет его глаз.
— Да? — медленно отвечает он.
Парвати смотрит ещё мгновение, затем разворачивается на пятках и идёт в бальный зал.
Тео оглядывает прихожую. Последние несколько часов прошли довольно сумбурно, и он одновременно взволнован и нервничает из-за гостей в своем доме. Много лет назад, когда мама была ещё жива, они устраивали грандиозные балы в Нотт-мэноре. Тео заранее предугадал, что не все его друзья захотят потанцевать, потому они с Полумной установили несколько стульев и столов и принесли кое-какие игры, чтобы занять их. Однако места для танцев всё равно осталось предостаточно, ведь Полумна несомненно расстроилась бы, если бы он хоть раз не потанцевал с ней.
Тео тяжело вздыхает и отправляется к гостям. Почти все уже пришли: осталось дождаться только остальных Уизли с супругами, а также Майкла Корнера, поскольку Полумна настаивала, что они хорошо дружили в школе. Чжоу Чанг в ответном письме любезно отклонила приглашение, заявив, что у неё уже имеются планы; Полумна согласилась с её доводами, но у Тео закрались подозрения, особенно после того, как Драко упомянул, как Чжоу вела себя с Теренсом на свадьбе Блейза.
Когда Тео входит в зал, Полумна стоит рядом с Панси, и он с благодарностью отмечает её тактичность: Панси осталась одна, пока гриффиндорцы болтают друг с другом. Хотя выражение лица Панси кажется нетерпеливым, Тео хорошо знаком с ней, чтобы понимать, что она не скажет ничего неприятного; она, несмотря на острый язык, преданная слизеринка и не стала бы причинять боль Полумне, если бы это означало причинить боль ему.
Тео взмахивает волшебной палочкой в сторону старого пианино в углу, и оно тихо наигрывает праздничные мелодии. Мимо проплывает поднос с шампанским и огневиски, и он хватает бокал.
Тео направляется к гриффиндорцам. Если его жена достаточно храбра, чтобы сделать так, чтобы Панси Паркинсон чувствовала себя желанной гостьей, то и он не посрамит её и сразится со львами. Правда, не без помощи Гермионы. Она стоит лицом к Гарри Поттеру, Драко положил ладонь ей на поясницу. Гермиона улыбается при виде приближающегося Тео.
— Тео, так рада тебя видеть. Спасибо, что пригласил нас, здесь так красиво.
— Боюсь, это всё заслуга Тельмы с Полумной, — признаётся Тео. — Последние несколько недель они трудились в поте лица, чтобы придать этому месту уют.
— Невероятно, — подхватывает Джинни. — Не могу дождаться, когда выйду на улицу. Я слышала от Гермионы, что сад здесь потрясающий.