Казалось, прошло несколько часов, прежде чем двойная дверь наконец распахнулась. Какаши приподнялся с того места, где он отдыхал, прислонившись к плечу Умэ и наполовину заснув. На руках у него был всё ещё спящий Тензо.
Цунаде выглядела измождённой.
— Цунаде. Как она?
Она вздохнула и потёрла переносицу.
— Нам повезло, что мы нашли её вовремя, Карасу. Она бы долго не протянула.
Умэ успокаивающе положила руку ему на плечо.
— Значит, всё прошло хорошо? С ней всё в порядке?
Цунаде опустила руку, опёрлась на другую ногу и убрала волосы с лица.
— Она жива. Но я сомневаюсь, что она ещё какое-то время будет в порядке.
Рука, лежавшая на его плече, сжалась, когда Умэ вмешалась в разговор.
— Сможет ли она выносить следующие беременности?
Не подумав о таком возможном исходе, Какаши перевёл взгляд с одной женщины на другую, и новая тревога сдавила ему грудь, пока он ждал ответа. Когда Цунаде нахмурилась, словно вопрос был грубым, Умэ добавила:
— Я знаю, что её, возможно, пока это не волнует, но… потом ей станет не всё равно.
Плечи Цунаде опустились, и она почесала затылок.
— Ты права, и если бы это был кто-то другой, я бы ответила: скорее всего, нет. — Умэ всхлипнула. — Но я смогла разбудить её после первой части операции, чтобы активировать её Бьякуго. Печать всё исцелила, так что физически она как новенькая. Насколько я могу судить, будущие беременности не должны стать для неё проблемой.
Вздохнув с облегчением, Умэ нежно похлопала Какаши по плечу.
— Слава богу, что всё обошлось, моя бедная девочка.
— Да, она скоро проснётся и будет нуждаться в твоём присутствии, Карасу. Тебе нужно принять душ, прежде чем ты её увидишь, а потом, думаю, будет лучше, если ты войдёшь один. — Она кивнула на спящего Тензо, и Умэ откашлялась, прежде чем протянуть руки.
— Я останусь с ним, дорогой.
Какаши только что вернул его и не хотел снова с ним расставаться, но Сакура нуждалась в нём больше.
Мой.
Береги его.
Он крепче обнял его, и, несмотря на маску, на его лице, должно быть, отразились все его противоречивые чувства. Умэ положила руку на спину Тензо.
— Всё в порядке, здесь мы будем в безопасности, а если понадобишься, ты будешь совсем рядом.
Ты смеёшься, с ним всё будет в порядке. Цунаде не допустит, чтобы с ними что-то случилось.
Сакура как минимум не уступает Цунаде в силе.
Данзо мёртв.
— Конечно. Правильно. Сюда. Осторожно, чтобы не разбудить его.
Какаши передал Тензо в её руки. Малыш тут же устроился поудобнее, прижался к ней и схватил её за косу.
С ним всё будет в порядке.
— С нами всё будет в порядке, иди к жене, дорогой.
Кивнув, Какаши оторвал взгляд от сына и последовал за Цунаде за дверь.
Он почувствовал оцепенение.
— Кто это был с тобой? Судя по волосам, она родственница Сакуры?
Моргнув, он посмотрел на Цунаде.
— Её бабушка. Она считает, что Аямэ — её племянница, хотя и относится к ней скорее как к дочери.
— Хм.
Она прикусила губу, и у Какаши сложилось впечатление, что она хотела сказать что-то ещё, но сейчас было не время. У него всё ещё не было сил справиться с тем, что она могла бы ему сказать, и, к счастью, она, похоже, это поняла.
Сначала она отвела его в душ для персонала.
— Там есть чистая одежда. Я позабочусь о том, чтобы утром тебе принесли что-нибудь из дома. Я проверю, как действует анестезия, и вернусь за тобой.
Он механически, но тщательно мылся, смывая кровь с волос и кожи, вычищая её из-под ногтей. Я не хочу её расстраивать. Я не хочу напоминать ей о…
В серой униформе он выглядел измождённым и бледным. Он поморщился, увидев своё отражение в зеркале в уборной, и сполоснул майку в раковине. С помощью позаимствованного дзюцу он высушил майку и надел её как раз в тот момент, когда Цунаде постучала в дверь.
Она окинула его взглядом, одобрительно кивнула и повела обратно по коридору.
— Я отведу твоего сына и её бабушку в другую комнату. Когда он проснётся, мы его приведём в порядок, и я проведу более тщательный осмотр.
— Спасибо.
Мебэй стояла за дверью, смотрела в маленькое окошко и нервно жевала большой палец. Услышав их шаги, она с облегчением вздохнула.
— Карасу-сама.
Он вздохнул.
— Мебэй…
— Вы хотите, чтобы я была рядом?
— Нет. Мой сын с её тётей. Я был бы признателен, если бы ты пока осталась с ними.
— Конечно. — Она вежливо кивнула им обоим и пошла по коридору в ту сторону, откуда они пришли. В другой день, когда у него было бы достаточно сил, чтобы проявить заботу, его бы раздражало то почтение, с которым она и её брат относились к нему.
Сегодня его внимание было приковано к кровати, которую он видел через стеклянную раму двери.