Пятница, 19 декабря 1944 года
Как только у Гермионы получилось подняться с пола, она сразу выбежала из кабинета и помчалась в подземелья. Ей было плевать на взгляды студентов и на доносившийся ей вслед шепот, когда она пробегала по коридорам. Оказавшись в комнате, она рухнула поперек кровати, смотря в потолок и запоздало понимая, что больше не плакала. А просто неподвижно лежала на одном месте в компании своей боли, которая скреблась под кожей.
Похоже, кто-то из студентов прознал об их расставании, растрепав об этом всем остальным за вечер. А Гермиона с Драко только подтвердили эти слухи, когда на следующее утро встретились взглядами в общей гостиной и тут же отвернулись друг от друга, будто были обычными незнакомцами.
Слава богу, что никто пока не выяснил причину их расставания. И ещё больше радовал тот факт, что Реддл держал дистанцию, поэтому ни у кого не было повода строить догадки или что-то подтверждать.
До конца недели дни перетекали один в другой совершенно незаметно. Во вторник был последний учебный день, а в пятницу заканчивался семестр. Те, кто не оставался в школе на зимние каникулы, уезжали домой в субботу утром. В среду и четверг проводились промежуточные экзамены по каждому предмету. Заканчивая тесты, Гермиона сразу покидала кабинет. Проще простого. Каким бы ужасным ни было ее состояние, она всё ещё оставалась Гермионой Грейнджер. Все работы она сдавала первой, что давало ей немного больше времени побыть в одиночестве.
В основном она уходила в свою комнату, скрываясь за наложенными на пространство, где находилась ее кровать, защитными чарами. Один раз в среду после экзамена Агнес пыталась подбодрить и развеселить ее, но Гермиона, не говоря ни слова, только расплакалась, уткнувшись Берчуотер в плечо. Грейнджер была благодарна ей за внимание и попытку помочь, какими бы незначительными эти жесты ни были.
Каждую ночь Гермиона продолжала практиковаться в серой магии. Каждый раз у нее получалось всё лучше. Каждый раз у неё получалось наколдовывать что-то новое. Теперь она могла создавать вещи из воздуха, как создала розу, но в четверг, когда она сжала цветок в кулаке, он остался целым, а не превратился в дым. То же самое и со внешностью. Становилось легче менять желаемую черту, а также Гермиона могла одновременно изменить три части минимум на тридцать секунд.
У неё даже получилось сотворить из воздуха тарелку тыквенного супа.
В пятницу уроков не было. Вместо них был свободный день, где студенты могли погулять по украшенному к празднику замку или его территории и провести последний день с друзьями. Ещё в этот день должна была состояться вечеринка у Слизнорта. Когда Агнес пригласила Гермиону пойти с ней, на девушку нахлынули воспоминания о такой же вечеринке на шестом курсе. Когда Рон бросил ее ради Лаванды. Когда Гарри вместо нее пригласил Луну, забыв, что Гермиона тоже девушка. Когда Кормак так глубоко засунул свой язык ей в глотку, что она чуть не подавилась им.
Когда Драко поймали при попытке пробраться на неё.
Но даже после отказа Берчуотер продолжала настаивать на присутствии Гермионы. Тяжело вздохнув девушка сдалась, и Агнес радостно обняла ее, сообщив, что они пойдут вместе, как подруги. Начав готовиться, когда зимнее солнце ещё не клонилось к закату, будто замерев в своей наивысшей точке, Гермиона заметила отсутствие Гертруды и Калисты и поинтересовалась. Было довольно необычно, что они собирались не вместе. Агнес слабым голосом ответила, что ушли к своим друзьям с других факультетов и сейчас готовятся вместе с ними.
В глубине души Гермиона знала, что это потому, что Калиста знала. Именно она видела, как они тогда выходили из ванной. Она знала, что по дороге в Хогсмид в последний раз Гермиона лгала. Калиста думала, что знала истинную причину их с Драко расставания, и винила в этом Гермиону. Что касалось Гертруды, то они почти никогда не общались, так что вполне логично, что она решила остаться с Калистой.
Гермиона винила себя, поэтому не держала зла девушку.
— Сегодня мы будем только вдвоем, — с улыбкой сказала Агнес, взмахнув волшебной палочкой в сторону головы Гермионы. Она слегка скорректировала прическу, чтобы волосы были в меру вьющимися и не теряли форму, а затем зачесала верхнюю половину назад, оставив несколько прядей обрамлять лицо. — Никаких мальчиков.
— Никаких мальчиков, — повторила Гермиона, гадая, позволит ли ей Реддл придерживаться этого соглашения. Всю неделю он ни разу не подходил, и она не была уверена, чем это было вызвано: он был сосредоточен на промежуточных экзаменах или ещё просто не решил, что хочет сделать? Но в любом случае Слизнорт был любимым профессором Реддла, а Реддл — любимым студентом Слизнорта. Он ни за что не пропустит вечеринку.
Гермиона взглянула на себя в зеркало. Ее платье было приталенным с высоким квадратным вырезом на груди и длинными узкими рукавами. Оно было темно-бордового цвета с золотой окантовкой — единственное, что за последние дни вызвало улыбку на лице. Было приятно снова оказаться в гриффиндорских цветах. Платье было немного объемнее, чем она привыкла носить, и доходило примерно до середины голени. Трансфигурировав балетки в туфли на каблуках, Гермиона наложила на них стабилизирующие и амортизирующие чары, чтобы ноги не устали.
— Ты вернешь ее? — спросила Агнес, и их взгляды встретились в зеркале.
Гермиона поняла, что перебирает пальцами сапфир на шее.
— Я не… — она откашлялась. — Он не просил об этом.
— А если попросит?
Гермиона пожала плечами и убрала руку, отворачиваясь от зеркала.
— Ты готова? — перевела тему она, не желая думать о Драко.
Агнес немного помолчала, а потом кивнула, и они вместе с Гермионой вышли из спальни. Она взяла Грейнджер под руку, когда они добрались до гостиной, и завела непринужденный разговор, что вызвало легкую улыбку на лице Гермионы.
***
Гермиона была очень благодарна Агнес. На протяжении вечеринки девушка таскала Грейнджер от группы к группе, постоянно поддерживая разговор, так что мысли никогда не задерживались на чем-то одном. Агнес напоминала ей Джинни, потому что в присутствии этой девушки Гермиона чувствовала себя так же уютно, как и в присутствии младшей Уизли. Даже краем взгляда заметив Драко среди группы слизеринцев рядом со столом с напитками, Гермиона не сводила глаз с Агнес, внимательно ее слушая.
Но было понятно, что семикурсница не могла вечно находиться рядом с Гермионой. В какой-то момент разговор затронул Калисту и группу других чистокровных ведьм. Гермиона извинилась и пошла к столу с напитками, предварительно убедившись, что там никого нет. Она наполнила кубок и глубоко вздохнула.
— Нужно что-нибудь покрепче?
Гермиона обернулась на голос и увидела едва заметную ухмылку Керуса. Он распахнул пиджак ровно настолько, чтобы у девушки получилось разглядеть спрятанную во внутреннем кармане фляжку. Ее глаза просканировали помещение, и девушка пожала плечами, протягивая кубок. Нотт взял его и немного плеснул внутрь, возвращая ей.
— Что это? — спросила она.
— Просто кое-что, что может немного расслабить, — сказал он, подмигнув.
Гермиона устало посмотрела на Нотта и перевела взгляд на содержимое своего кубка.
— Если это какие-то…
— Это всего лишь алкоголь, — перебил он, закатив глаза. — Я не из тех, кто накачивает ведьм, — он потянул лацкан пиджака и ухмыльнулся. — Обычно мне достаточно сверкнуть своей ослепительной улыбкой и вскользь упомянуть о своем хранилище в Гринготтсе.
Гермиона фыркнула и нерешительно сделала глоток. После секундного сканирования своего состояния и понимания, что ничего необычного не произошло, она сделала ещё один.
— Спасибо.
— Интересно, — начал он, беря свой кубок, — они сегодня будут драться из-за тебя, как думаешь? Ну, знаешь, устроят шоу перед тем, как мы все разъедемся на каникулы?
Гермиона прищурилась в ответ на его слова.
— Иди веселись, Керус, — сказала она, отступая от него.
— Эй, я налил тебе, — сказал он, поспешно преграждая ей путь. — Самое меньшее, что ты можешь сделать, это…
— Керус, мне кажется, мисс Грейнджер вежливо попросила тебя оставить ее в покое.
Улыбка Нотта моментально испарилась с его лица, и парень сделал шаг назад, склонив голову в сторону подошедшего. Гермиона впилась взглядом в Реддла, как будто своим появлением он заполонил всё имеющееся пространство, и куда ни посмотри, везде наткнешься на взгляд бушующих глаз. Керус откашлялся и растворился в толпе, не сказав больше ни слова и не посмотрев ни на одного из них.
— Мне не нужна была твоя помощь.
Реддл пожал плечами, и уголки его губ изогнулись в улыбке, когда он оглядел ее.
— Ты сегодня выглядишь довольно изысканно.
Гермиона замерла, прокручивая в голове его слова; запоздало понимая, что он сделал ей комплимент. Настоящий. В котором не было угрозы или какого-либо другого намерения навредить ей.