Пятница, 26 сентября 1944 года
Пятницу они снова провели в Выручай-комнате. Драко не был уверен, сможет ли когда-нибудь привыкнуть сидеть в точной копии гриффиндорской гостиной, но если Грейнджер могла вынести сон в змеином гнезде, то он мог выдержать несколько часов в логове львов. Ужин уже прошёл, и они просто убивали время, прежде чем она должна была вместе с Реддлом пойти на Астрономическую башню.
По приобретенному опыту он понял, что она начинает беспокоиться. Он лично видел, что она могла часами сидеть на одном месте с одной и той же книгой и встать только в том случае, если в комнате начнётся пожар. Но сейчас ее нога нервно дергалась, и девушка никак не могла найти удобное положение на своей стороне дивана.
Драко изо всех сил старался не обращать на нее внимания, но дело дошло до того, что она вместе с книгой встала перед камином и, читая, принялась расхаживать по комнате. Он захлопнул свою и положил ее на кофейный столик, но она этого не заметила.
— Что происходит?
Ее способность отключаться от внешнего мира, когда она была погружена в свои мысли, поражала.
И раздражала.
— Грейнджер?
Когда она, снова не обратив на него внимания, продолжила расхаживать по комнате, он пробормотал себе под нос несколько отборных ругательств и поднялся на ноги. Драко встал у нее на пути и выхватил из ее рук книгу. Грейнджер попыталась вернуть ее, потянувшись к нему, но он наложил заклинание, которое подняло фолиант в воздух удерживало высоко над ними. Девушка скрестила руки на своем гриффиндорском джемпере и кисло посмотрела в его сторону.
— Отдай, — потребовала она.
— Нет, пока ты не скажешь мне, что случилось.
— Всё в порядке, — отрезала она.
— А Поттер король Франции, — фыркнул Драко.
Он посмотрел вниз, на ее постукивающую по полу ногу, а затем скользнул вверх на сложенные руки и барабанящие по предплечьям тонкие пальцы. Когда его взгляд достиг ее лица, она закатила глаза и снова принялась расхаживать по комнате. Или пыталась, пока Драко снова не преградил ей путь.
— Грейнджер, ты сводишь меня с ума. Можешь поговорить со мной? Я думал, что это было частью нашего соглашения? Мы можем говорить о чем угодно — никакого осуждения.
— Поверь мне, Малфой, ты не захочешь обсуждать со мной эту проблему, — она слегка покачала головой.
— Если это поможет тебе быть менее раздражительной, то да. Да, захочу, — парень пожал плечами и приподнял бровь. — Попробуй.
По ее лицу расплылась лукавая усмешка, а блеск в карих глазах заставил Драко пересмотреть свое желание потребовать от неё ответов.
— Ладно, Малфой. Я раздражена, потому что на днях у меня начались месячные, и обычно у меня под рукой маггловское обезболивающее, так как от зелий против судорог мне становится плохо. Кроме того, из-за всего навалившегося стресса это первые со свадьбы Билла и Флёр, которая прошла в августе прошлого года, так что мое тело как будто наверстывает упущенное, — она глубоко вздохнула и склонила голову набок, всем своим видом выражая фразу: «я же тебе говорила».
Она была права. Он не хотел обсуждать с ней эту тему. Драко поднял руку и неловко потер затылок. Однако это он вынудил ее говорить, так что у него было чувство, что он должен предложить ей помощь, какую только получится. Не то чтобы он был уверен, что сможет предложить много. Единственная девушка, которая у него была — Пэнси, но она, черт возьми, не обсуждала с ним эту тему. Если уж на то пошло, то это была единственная неделя в месяц, когда у него было немного свободного времени.
— Я… я могу чем-нибудь помочь?
Глаза девушки расширились. Очевидно, она не ожидала от него такой реакции. Однако через мгновение Грейнджер покачала головой.
— Нет, если только у тебя нет с собой шоколада.
— Мы могли бы спуститься на кухню, — ухмыльнулся Малфой.
— Я пока не хочу уходить, — Гермиона снова покачала головой.
— Тогда почему бы не позвать домовых эльфов? Я уверен, что они принесут тебе всё, что ты попросишь. Они ведь здесь для этого.
Драко очень быстро понял, что это было определенно не то, что следовало ей говорить. Он никогда не видел ее такой злой, как в тот момент, когда с его губ слетело последнее слово. У него едва хватило времени подготовиться, прежде чем она с удивительной силой его толкнула.
— Ты избалованный, высокомерный чистокровный болван! — она кипела от злости, снова и снова толкая его назад по мере выговаривания каждого слова.
— Что? — зарычал он, изо всех сил стараясь отклониться от ее ударов, но каждый раз ее кулаки достигали какого-нибудь участка его тела. — Какого хера, Грейнджер?
Она прекратила атаку, когда поняла, что он зажат между ней и стеной.
— Эти несчастные существа вынуждены жить в рабстве! Они должны выполнять эту работу за справедливую плату. Их нельзя заставлять выполнять чьи-то приказы! Они…