Озвучка Ранобэ и Новелл
Главная » Каталог книг » Enchanting Sinner » Часть 98: «Прошлое и будущее»
Маленький Скорпиус стал для Малфоев неиссякаемым источником радости.
Хрупкий, с тонкими чертами лица, он рос крепким и здоровым ребёнком. Его глаза — такие же глубокие и серые, как у отца, — смотрели на мир серьёзно, а золотистый пушок на голове придавал ему вид пухлого ангелочка. Уже в столь нежном возрасте он показывал характер: упрямый, любопытный, решительно норовил выбраться из колыбели и пуститься в шустрые прогулки по дому. А если что-то шло не по его воле, он оглашал особняк пронзительным плачем. Но стоило Нарциссе взять внука на руки — и крики мигом сменялись довольным, счастливым гулением.
К своей бабушке Скорпиус испытывал особую привязанность, а Нарцисса отвечала ему нежностью, которой не дарила больше никому. В её глазах появление этого ребёнка было личной победой, словно она сама подарила ему жизнь.
— Знаешь, Люциус… — сказала однажды Нарцисса, обращаясь к мужу, пока они вместе наблюдали за внуком. — Уже заранее жаль женщин, которых Скорпиус встретит на своём пути. С таким милым личиком он оставит за собой целую череду разбитых сердец.
Она смотрела на мальчика в колыбели так же, как когда-то — на маленького Драко. Но если их сын в младенчестве был на редкость спокойным, серьёзным и вечно хмурым, то Скорпиус оказался полной противоположностью: одни улыбки, весёлые ужимки и звонкие визги. Нарцисса часто ловила себя на мысли — каким человеком он станет, когда вырастет?
— Вылитый дед, — пробормотал Люциус с гордостью, тоже наклоняясь над колыбелью. — Видишь эту чёткую линию подбородка? В точности моя.
Он протянул палец, и малыш тут же схватил его крохотной ладошкой, с удивительной силой сжав крепким хватом.
— Сколько энергии! — с удовлетворением произнёс Люциус. — Этот Малфой всегда будет точно знать, чего хочет от жизни.
— Но не слишком ли рано делать такие уверенные прогнозы? — с улыбкой возразила Нарцисса, забавляясь горделивым видом мужа. — Скорпиус вполне может пойти в бабушку: быть капризным и непредсказуемым.
Люциус тяжело вздохнул. Он знал: Нарцисса будет баловать и обожать внука без меры, а ему самому достанется неблагодарная роль строгого наставника и хранителя дисциплины. Но странное дело — ребёнок нисколько его не боялся. Напротив, словно находил особое удовольствие в том, чтобы дёргать деда за рукав, играть с лентами его камзола, запускать пальчики в его волосы или весело карабкаться на широкую грудь.