Мужчины в ярких галстуках и женщины в длинных, сверкающих вечерних платьях легко кружились в бальном зале особняка Бродмуров. Нарцисса всё ещё не могла до конца поверить, что её пригласили на этот приём, хотя в последние месяцы люди действительно стали относиться к ней и её семье с большим снисхождением. Война и Лорд Волдеморт становились для большинства волшебников лишь далёкими, размытыми воспоминаниями… и даже сама Нарцисса чувствовала себя легче и свободнее, чем за последние годы. Она могла позволить себе появляться на этих бессмысленных празднествах, блистать под светом люстр и среди перьев в компании других дам — и наслаждаться этим райским ощущением свободы.
— Нарцисса, дорогая!
«Вот и хозяйка дома», — с лёгкой гримасой отметила про себя Нарцисса, увидев, как к ней направилась Бетти Бродмур. Та была женщиной светской и эксцентричной, женой известного игрока в квиддич. Их огромный особняк насчитывал четырнадцать спален, великолепную оранжерею и даже собственное квиддичное поле. Бетти обожала устраивать приёмы и собирать у себя так называемую избранную публику. Нарцисса наблюдала, как хозяйка опустилась в мягкое кресло и пригласила её жестом занять место рядом.
— Вам весело, дорогая?
— Очень. Прекрасный вечер, — вежливо откликнулась Нарцисса.
Бетти улыбнулась и, оглядев зал с довольным видом, добавила:
— Ах, я не пожалела ни галеона, чтобы всё устроить! — Она глуповато рассмеялась. — Но… судя по великолепию вашего платья, можно заключить, что и у Малфоев наконец-то дела снова пошли в гору.
— Разумеется, — ответила Нарцисса, издав лёгкий, чуть натянутый смешок и тут же прикрыв губы бокалом. Если бы она знала, что это платье тридцатилетней давности!
Нарцисса нашла платье в шкафу матери и слегка изменила его заклинаниями, придав наряду благородный и изысканный вид. Как же она тосковала по временам, когда могла позволить себе покупать всё, что угодно! Но никто не должен был заподозрить, в какой нужде теперь оказались она и Люциус: стоило бы правде открыться — и приглашения на приёмы, званые ужины и балы прекратились бы мгновенно.
— Судьба вновь обернулась к нам благосклонно, — произнесла она спустя мгновение. — Знали ли вы, что наш сын Драко получил прекрасное место в Министерстве?
— Нет, я не знала… — протянула миссис Бродмур с нарочитым удивлением.
— О да. У Драко немалые таланты, — с нарочитым равнодушием произнесла Нарцисса, любуясь идеально ухоженными ногтями, покрытыми алым лаком без единой царапины.
— И вы снова поселились в своём поместье?
«Ну вот, опять…» — с досадой подумала Нарцисса, сдерживая раздражение. Эти эгоистичные, жеманные и язвительные ведьмы, в обществе которых ей приходилось вращаться, неизменно вспоминали о конфискации Малфой-мэнора, едва желали поставить её в неловкое положение. Но теперь она уже привыкла и держала ответ наготове.
— Да. Авроры завершили все свои… проверки. Но мы с Люциусом всё же решили остаться в доме моих родителей.
Увидев, как Бетти Бродмур уставилась на неё так, будто она сморозила нелепицу, Нарцисса поспешила добавить:
— Мы прекрасно там обустроились. Правда.
Она, разумеется, не могла признаться, что в последний свой приезд в Малфой-мэнор ощутила мучительное, почти осязаемое присутствие Лорда Волдеморта — словно его дыхание всё ещё впитывалось в стены, стелилось по потолкам, пропитывало воздух. В конце концов Люциус уступил её настойчивой просьбе остаться в доме Блэков, и тот словно пережил чудесное преображение. Старые, шаткие шкафы теперь выглядели куда менее убого; Нарцисса заштопала дыры на шторах и подушках, расставила по комнатам книги, безделушки и картины, которые удалось спасти из мэнора, и зажгла сотни свечей, наполнив дом тёплым, живым светом.
— Мы думаем оставить Малфой-мэнор сыну, — продолжала Нарцисса. В отличие от Люциуса, Драко так и не сумел привыкнуть к их нынешнему дому. — Когда он решит жениться, сможет перебраться туда, если пожелает.
— Понимаю… — протянула Бетти, лениво покачивая бокал. — Впрочем, похоже, этот момент настанет куда скорее, чем вы предполагаете.
Нарцисса не сразу уловила скрытый смысл. Лишь проследив за направлением взгляда миссис Бродмур, она догадалась, на что именно та намекала своей ехидной репликой.