Как же сладок был забвенный мрак! Холод пробирал до ломоты в костях, но Нарцисса предпочитала этот леденящий мрак горькой, тоскливой реальности, поджидавшей её при пробуждении. Единственным способом не чувствовать боль было перестать думать вовсе.
Но помутнённое сознание всё равно уловило голоса, жужжащие вокруг:
— Что с ней случилось?
— Не видишь? Она потеряла сознание, как только услышала об аресте Люциуса.
— Очевидно, ты сообщила ей это со своей привычной «деликатностью»…
Нарцисса узнала женский голос — это была её сестра. Но чтобы понять, кому принадлежит мужской, ей потребовалось чуть больше времени. В этом язвительном тоне было что-то до боли знакомое…
— Я презираю Люциуса, но хотя бы он сражался этой ночью. А ты где был, Снейп? Где ты был, пока мы выполняли приказы Тёмного Лорда?
— Это не твоё дело, — отозвался Северус ледяным голосом. — И, в любом случае, я здесь не для того, чтобы спорить с тобой, Беллатриса.
Нарцисса ощутила, как чья-то большая ладонь легонько похлопала её по щеке — не резко, а будто пытаясь вывести из оцепенения.
— Нарцисса, тебе нужно очнуться, — говорил Снейп, но она не хотела. Не хотела просыпаться. Она просто не была готова встретиться с реальностью.
— Открой глаза, — настаивал он, склонившись над ней. — Люциуса вот-вот отправят в Азкабан. Если хочешь успеть с ним поговорить — поднимайся и иди за мной.
И она, собрав всю силу воли, подчинилась. Открыла глаза — и с ужасом поняла, что они полны слёз. Слёз бессилия. Но сейчас она не могла позволить себе быть слабой. Сейчас она должна быть сильной — ради Люциуса.
Северус протянул ей фляжку, и Нарцисса даже не поинтересовалась, что за зелье в ней. Просто сделала несколько глотков — осторожно, по чуть-чуть, — а потом вытерла губы тыльной стороной ладони.
— Тебе лучше? — спросил Снейп.
Она кивнула, хоть прекрасно понимала: ни одно зелье не могло изгнать дрожь, охватившую её тело.
— Отведи меня к нему, — прошептала она с мольбой, будто это было важней всего на свете. А для неё — так и было.
Так, преодолев путь, что показался ей невыносимо коротким, Нарцисса оказалась под мрачной аркой тюрем Министерства магии. Именно здесь заключённые дожидались своей участи — свободы или Азкабана. Но для Люциуса никакого разбирательства не предвиделось. Не теперь, когда против него были собраны столь неопровержимые доказательства.
Следуя за Северусом вниз по лестнице, ведущей к камерам, Нарцисса ощутила, как её обдало зловонием — моча, прокисшая еда, смерть и безысходность. Подол платья волочился по грязному каменному полу, и она изо всех сил старалась не думать о том, по чему именно ступает.
— Ваши палочки, пожалуйста, — сказал надзиратель, завидев их. Получив от Снейпа золотой галеон, он повёл их по узкому коридору между влажными каменными стенами.
Крыса с шорохом пронеслась у ног Нарциссы, и она вздрогнула, коротко вскрикнув. Надзиратель проигнорировал её испуг, но Снейп остановился и с тревогой обернулся.
— Всё в порядке, — солгала она и поспешила продолжить путь. В который раз она приказала себе быть сильной: Люциус не должен был увидеть, как его арест повлиял на неё. Она пришла не затем, чтобы пасть к его ногам в слезах — а чтобы помочь. Придать ему сил, насколько это было возможно…
Добравшись до самых тёмных закоулков тюрьмы, они остановились перед низкой дверью.
— У вас десять минут. Ни секундой больше, — буркнул надзиратель с надменным выражением лица.
Снейп бросил ей лёгкую ободряющую улыбку и отступил в сторону.