Глава 6.2
Трое кейпов в костюмах, все в одинаковых плащах и домино-масках, и трое людей без костюмов сидели за столом, и их представили нам, используя в качестве позывных названия цветов. Контесса прислонилась к стене рядом со Счётоводом. Не думаю, что я видела, чтобы она сидела — то же самое, кстати, касалось и Счётовода.
Триумвират уселся на стороне, противоположной «цветным», а я села рядом с Александрией, оставив Доктор Маме место во главе стола. Её заявление об убийстве Симург, судя по всему, стало новостью только для Триумвирата и для меня.
Похоже, остальные уже давно не были на Бете.
«Курт», — сказала Доктор Мама, когда все уселись, — «не начнёшь ли ты для нас, пожалуйста?»
Счётовод кивнул. «Основная цель плана — доставить Горизонт Событий на расстояние удара до Симург до того, как та сможет ответить или осознать опасность. Для этого мы делаем несколько допущений о Симург. Главные из них: она не может видеть за пределами Земли Бет, и у неё есть максимальная дистанция влияния, не превышающая окружность Земли».
Он говорил ровным тоном, но не без интонации. Это было где-то на грани захватывающего и скучного, и мне стало интересно, какой же план был составлен в рамках этих ограничений.
«Исходя из этого», — продолжил он, — «мы начнём миссию на противоположной от Симург стороне планеты, поднимемся на высоту в 150 000 миль над Землёй и оттуда двинемся вокруг Земли, чтобы получить беспрепятственный путь к ней. Используя подставных лиц и посредников, мы заказали несколько высокоточных устройств технарей, которые будут использоваться для совмещения направления ускорения Горизонт Событий с позицией Симург. Как только это будет достигнуто, мы заставим её создать открытую чёрную дыру и протаранить Симург на высокой скорости. Под высокой скоростью подразумевается значительная доля скорости света».
По крайней мере, с открытой чёрной дырой я не превращу атмосферу, в которую врежусь, в ядерную плазму, но к моему удивлению, я оглянулась на остальных, чтобы проверить, не кажется ли это им столь же невероятным, как и мне. Александрия лишь слегка наклонила голову, но в остальном не проявляла никаких эмоций, и я не знала, было ли это принятием или недоверием.
Наклон головы Легенды сопровождался взглядом замешательства, а Эйдолон вообще не отреагировал, казалось, безразлично.
«Что-то не так?» — спросил Счётовод, заметив, что я оглядываюсь.
Я снова сосредоточилась на нём и постаралась прозвучать заинтересованно, а не сомневаюсь в том, что от меня просят. «Возможно ли мне прицелиться и попасть в пятнадцатифутовую цель с такого расстояния?»
Если я промахнусь, последствия могут быть катастрофическими. Я не была точно уверена, что сделает дыра диаметром в двенадцать сотен футов, если пронзит планету насквозь, но полагаю, ничего хорошего. Это не казалось лучшим из планов, просто тем, что работает в рамках упомянутых ограничений.
Он указал на троих кейпов напротив: «У нас есть несколько паралюдей, которые смогут на короткое время значительно усилить ваши умственные способности. Мистер Руж может замедлить ваше восприятие для большей точности. Мистер Заффр может ускорить ваше мышление, чтобы помочь справиться с усиленным восприятием. Наконец, Мистер Пюис улучшит ваше тело, чтобы оно успевало за разумом. Мы не уверены, поможет ли это в управлении вашей силой, но это рекомендуется в комбинации с остальным. Это, в сочетании с точным позиционированием и долгим временем для разгона, будет достаточно, чтобы гарантировать точное попадание».
«Время для разгона?»
«Да, мы не ожидаем, что вы стартуете с места на полной мощности. Устройства технарей будут получать обновления в реальном времени от системы наблюдения и позволят вам поддерживать медленное ускорение столько, сколько потребуется, чтобы вы были уверены в прицеливании. После этого просто ускоряйтесь без каких-либо отклонений, и у вас будет приемлемо высокая вероятность попадания».
«Ладно», — сказала я с долей неуверенности. Хотя план и описывали как продуманный, лично у меня он вызывал сомнения. Возможно, я просто не могла представить, как можно поразить что-либо с такого расстояния.
«Я понимаю ваши сомнения, но мы сочли это наилучшим шансом на успех. Простой подлёт к ней вряд ли сработает, так как мы подозреваем, что она будет держаться от вас подальше. Вы быстры, но вам нужно почти две секунды, чтобы чёрная дыра активировалась, а на скоростях, необходимых, чтобы догнать её, она достаточно проворна, чтобы уйти из вашей зоны досягаемости за это время».
Я кивнула. Оставалось лишь выслушать остаток плана. Он продолжил рассказом о том, что мы будем делать, если я промахнусь, какие есть запасные варианты и при каких условиях мы откажемся от всего плана. Трое без костюмов изредка вставляли реплики, чтобы прояснить некоторые моменты, но в основном молчали.
Самым ранним сигналом к отмене будет, если Симург начнёт двигаться как-то иначе, чем по своему обычному пути в спящем состоянии, пока мы будем прицеливаться для удара. Это будет означать и то, что она осведомлена о готовящемся, и то, что попасть в неё будет невозможно.
Собрание продолжилось, и я в основном сохраняла внимание, но оно ослабевало, пока я снова и снова прокручивала план в голове. Это казалось таким безумным, но я не хотела просто отбрасывать его — в конце концов, это были люди, которые поставили себя в положение спасителей мира, и если это то, что у них есть, то с этим я и буду работать.
Меня осенила внезапная мысль, и я начала обдумывать её. Чем больше я думала, тем лучше она мне казалась. Она убирала всю неопределённость попытки попасть в неё с такого расстояния, а заодно решала проблему достижения и удержания её в моей зоне достаточно долго, чтобы покончить с ней.
Пара минут без обнаружения каких-либо изъянов — и мне ужасно захотелось просто встать и выполнить план. Это желание боролось с разочарованием, которое испытала бы Александрия, и, без сомнения, бесконечным гневом всех остальных.
Вместо этого я наклонилась и прошептала Александрии: «Что, если я использую дверь и открою её рядом с ней?»
Александрия не отреагировала на мой вопрос. Она продолжала не реагировать почти минуту, и я отчаянно надеялась, что она и услышала меня, и что это не была настолько тупая идея, чтобы она проигнорировала меня вместо того, чтобы отчитать.
Наконец, она среагировала и проявила больше эмоций, чем я когда-либо видела на её лице, открыто вздохнув. По мне пробежала дрожь от мысли, что я сделала глупое предложение, когда она поднялась.