Пятница, 3 июня 2005 года
Драко был на грани.
К пятнице ему надоело. Надоело бороться. Надоело пытаться понять Гермиону. Надоели тайные взгляды, которыми она обменивалась с его матерью. Надоели перешептывания, которые они затевали всякий раз, когда он отворачивался. Но самое главное — ему надоели избегания. Его мать избегала вопросов, а Гермиона избегала его. А если ей не удавалось сбегать до встречи, то они цеплялись друг к другу после пары фраз.
Они не сходились во мнениях, что делать с Реддлом. Драко устал прятаться в тени и разрабатывать стратегии. На их стороне была вся мощь МАКУСА. И пусть Гермиона боялась силы Реддла. Драко намеревался пустить в ход все, что находилось в арсенале Сопротивления, и положить конец этой войне, сделав так, чтобы Реддл никогда больше не возродился. Так что, по сути, прятки Гермионы его особо не волновали. Он с головой ушел в переговоры с Магдаленой и составление плана нападения, пока не стало слишком поздно.
Он собирался воспользоваться идеей Гермионы о её встрече с Реддлом, но будь он проклят, если позволит Темному Лорду снова приблизиться к ней. Сейчас все было готово, и осталось только рассказать план Гермионе. Как он и ожидал, ее реакция оказалась, мягко говоря, не слишком положительной.
И, не выдержав, он взорвался.
— Драко…
— Я сказал — нет! — отрезал он, отрывая глаза от ножки кровати.
Гермиона сощурилась, обхватив себя руками и поджав губы.
— Говорю тебе, это ужасный план. Теперь он владеет серой магией, Драко. Он сильнее, чем ты и я вместе взятые, — она сделала паузу и резко втянула в себя воздух. — Если ты встретишься с ним сейчас, то проиграешь.
Драко фыркнул, поднялся на ноги и сделал довольно большой шаг к ней.
— А твой план, значит, намного лучше? — съязвил он, скривив рот в презрительной усмешке. — Думаешь, что можешь просто договориться с ним? Что простой разговор изменит его мнение?
Ноздри Гермионы раздулись, и она в гневе стиснула зубы.
— Я просто думаю…
— В этом и проблема! — злость в его голосе вынудила ее вздрогнуть, но он не обратил внимания, продолжая наступать. — Ты думаешь, что все еще можешь заполучить нас обоих!
Гермиона сделала шаг назад, удивленно распахнув глаза. Ее губы шевельнулись, как будто она собиралась что-то сказать, но не издала ни звука. Просто отвернулась и стиснула руки в кулаки.
— Поэтому меч раскололся, — сказал он, поднимая тему, которую, как он знал, она предпочла бы забыть. — И поэтому Адское пламя только исказило ожерелье, — он сделал последний шаг вперед, оказавшись в ее личном пространстве. Драко медленно положил руку Гермионе на щеку и повернул ее лицо к себе, установив зрительный контакт. — Если бы Чарли не привел тебя сюда, ты бы все еще была с Реддлом, я прав?
Ее глаза, и без того остекленевшие от непролитых слез, заблести, не выдержав всех эмоций.
— Да, — прошептала Гермиона и накрыла его руку своей, когда он начал отстраняться. — Но только ради твоей безопасности.
Драко свел брови, изучая ее лицо в попытках найти правдивые ответы.
— То есть хочешь сказать, что все семь лет ты оставалась рядом с Реддлом только из-за меня?