Понедельник, 11 апреля 2005 года
Гермиона вернулась в поместье за несколько минут до того, как эльфы принесли ужин. Наложив на него заклинание, она отправилась в душ, а затем села на подоконник, чтобы поесть. Взмахом руки убрав тарелку, Гермиона решила лечь. Не заметив, как закрылись глаза, она открыла их уже утром, встречая льющиеся через окно теплые лучи солнца и ощущая на талии пару рук. На несколько секунд ее мысли обратились к… но нет, она быстро осознала опасность и вспомнила, кто лежал рядом.
Последующие дни прошли незаметно. Реддл без конца составлял разные планы и вел переговоры с новыми территориями о безопасности. А Гермиона проводила время с Нарциссой. Ее одновременно удивляло и раздражало то, как много было деталей. С каждым днем их будто становилось всё больше, а некоторые были такими, насчет выбора которых Гермиона никогда бы и не задумалась.
В одиночестве она оставалась только после ужина, но всего лишь несколько часов. Все эти дни Реддл возвращался в комнату в разное время, поэтому повидаться с Драко она не могла. Когда она почти неделю назад покинула Гриммо, он пообещал, что не будет высовываться, пока они планируют нападение, и что он через монету даст ей знать, когда они начнут. И второй раз, когда всё закончится, чтобы она знала, что он в безопасности. Вопрос о том, когда они снова увидятся, оставался спорным, но перед расставанием никто из них вслух это не произнес.
Воскресенье — это был единственный день в неделе, когда она была предоставлена самой себе, хотя даже тогда поблизости всегда была Алекто. Гермиона знала, что Реддл приказал следить за ней — для ее же безопасности, конечно, но это всё равно раздражало. Возвращаясь вечером в свою комнату, она встретилась с Нарциссой, и та сообщила ей о расписании на следующий день. Гермиона еле подавила желание застонать, прежде чем назначить время.
Одевшись, Гермиона отправилась к Нарциссе, которая ждала в одной из гостиных в северной части поместья. Сегодня они окончательно определились с цветовой гаммой и очень долго обсуждали рассадку гостей — эту часть Гермиона слушала вполуха. Ее не волновало, кто приглашен, а кто нет, это всё равно было не по-настоящему.
Тем не менее, обсуждение, которое началось незадолго до обеда, ее слегка увлекло. Вскоре после одиннадцати — именно в это время они и решили встретиться — Нарцисса проводила ее в сад. В конце террасы стояла беседка. Распустившиеся цветы полностью преобразили сад, сделав его очень ярким. Гермиона должна была признать красоту этого места, даже если это была ее тюрьма. В беседке стоял стол, за который могло поместиться человек шесть, но сзади она заметила ещё один. На втором столе лежали образцы тортов. Довольное количество, чтобы, съев по кусочку каждого, она уже была сыта.
— Есть какой-нибудь вкус, который вам совсем не нравится? — спросила Нарцисса, когда они сели за стол.
— Всё кокосовое, — немедленно ответила Гермиона. — И морковное, — пять образцов исчезли с буфетного стола, прежде чем глаза Гермионы расширились. — Можно сделать просто ванильный.
— В день вашей свадьбы? — ответила Нарцисса. Кажется, ее оскорбила такая простота. Она махнула рукой в сторону Гермионы, когда перед ними приземлился первый образец. Гермиона чувствовала себя лучше от того, что Нарцисса пробовала вместе с ней. — Кроме того, сам торт будет трехъярусным. Вы можете выбрать на каждый ярус разный вкус.
— Думаю, что один должен быть лимонным, — сказала Гермиона, остановив вилку у рта.
— Ваш любимый? — спросила Нарцисса, отламывая маленький кусочек.
Гермиона с трудом сглотнула и слегка покачала головой.
— Его, — сказала она через мгновение, когда положила в рот небольшой кусок. Она жевала как можно медленнее, обдумывая свой ответ — то, что она так быстро назвала любимый вкус сладостей Реддла. Она даже не знала, почему так уверена в своих словах. Обычно он не ел десерт.
Гермиона старалась не разговаривать, пока они перебирали оставшиеся образцы. Иногда она качала головой, и тарелка тут же исчезала, заменяясь другой. Закончив, они выбрали два из трех ярусов. Нижний выбрала она: миндальный торт с молочно-шоколадным ганашем, средний решили сделать лимонным с малиновой начинкой и белой шоколадной глазурью. Верхний ярус она позволила выбрать Нарциссе. В итоге женщина остановила свой выбор на темном шоколаде с ванильной глазурью. Гермионе не нужно было ничего объяснять — это был любимый десерт у Драко.
Левитировав в тарелку небольшие кусочки каждой из выбранных комбинаций, Гермиона покинула сад в поисках Реддла. От одного из эльфов она узнала, что он уже некоторое время был в поместье. Она велела им приготовить столовую к обеду и направилась в бальный зал, который был превращен в зал заседаний.
Когда Гермиона вошла, к ней повернулись пять лиц: Люциус, Беллатриса, Чарли, Блейз и Реддл. При виде ее нахмурилась только Беллатриса — впрочем, она всегда это делала в ее присутствии.
— Моя Леди, — сказал Люциус, склонив голову в знак приветствия. Чарли и Забини пробормотали то же самое и повторили его действия.
— Вы нас извините? — спросила Гермиона, хотя все прекрасно знали, что это не вопрос.
— Гермиона…
— Время обедать, — прервала она Реддла. — Ты ведь можешь сделать перерыв, правда? — с этими словами она поставила на стол тарелку и одарила его своей самой милой улыбкой.
Реддл сверкнул глазами в ее сторону, но через мгновение отдал команду, и вскоре они остались одни.
— Что ты делаешь? — спросил он, прижимая ее к столу, как она и ожидала.
— Такой будет моя жизнь, когда мы поженимся? Ты целыми днями играешь в политику со своими приспешниками, а я все своё время провожу в ожидании с другими леди? — огрызнулась она, глядя на него снизу вверх. — Если ты так думаешь…
— Ты будешь делать всё, что я тебе скажу.
— Это тебе не гребаное средневековье, Реддл. Я отказываюсь сидеть без дела, как какая-нибудь домохозяйка. Я на это не подписывалась, — Гермиона оттолкнула его от себя ровно настолько, чтобы можно было с облегчением опереться спиной о край стола. — Я не чувствовала себя такой пленницей с тех пор, как ты снова решил мне доверять.
— Твоя безопасность…
Гермиона вскинула руку к губам, но недостаточно быстро, чтобы сдержать резкий взрыв смеха.
— Моя безопасность? Прошу тебя. Тебе на меня наплевать с…
Его пальцы мгновенно сомкнулись на ее горле. Реддл снова прижал ее к столу, почти растянув на нем. Он навис над ней, метая в нее глазами кинжалы.
— Разве я не дал тебе всё, о чем ты просила? Разве я не старался обращаться с тобой как с равной? Позволил тебе находиться на свободе, а не отправил гнить в темницу, как делаю это со всеми остальными, кто разделяет твой статус крови?
Гермиона фыркнула на это и оттолкнулась. Их магия столкнулась в воздухе. Реддл ослабил хватку, но она сомневалась в причине такого поступка. То ли потому, что он захотел, то ли ее магия выиграла эту маленькую битву. Он до сих пор зажимал ее между собой и столом, только теперь обхватывал руками ее волосы.
— Всё, что случилось с тобой, пока ты была со мной, — это твоя собственная вина, — заявил он. — Ты будешь моей королевой во всех смыслах этого слова, но для этого ты должна остаться живой.