…
Утечка информации об Арке: Кладезь личных сообщений, записей звонков и прочего, слитое хакерами со свитка Жона Арка
Атлас Таймс
…
Вайс Шни использует влияние, чтобы попытаться добиться удаления 15-летней девочки из Бикона
Вейл Дейли Трибьюн
…
Больше, чем просто друг? Утечка звонков показывает почти ежедневные разговоры между Жоном Арком и Пиррой Никос, поднимая вопросы об истинной природе их отношений, и знает ли об этом его невеста.
Мистраль Ревью
…
Джиллиан Астуриас осуждает утечки личной электронной почты: «частное общение человека должно оставаться именно таким».
Вакуо Сегодня
…
Хакеры из Белого Клыка слили конфиденциальные разговоры известного расиста Жона Арка, показав коррупцию и антифавновские настроения
Куо Куана Экспресс
…
Это была катастрофа.
Жон даже не подозревал об этом, пока Эльм не ворвалась в его комнату, сообщив, что его, его сестёр и родителей нужно срочно перевезти. Мгновение спустя она выхватила у него свиток и разбила его об пол. Всю семью вывели из покоев и увезли, младшие девочки были в ужасе, а старшие пытались сохранить спокойствие. Их не забрали с Атласа, просто перевели в другую его часть, где они были бы в большей безопасности, и где никто не знал бы, где они находятся. Генерал Айронвуд ждал их там в гробовой тишине.
— Твой свиток и его сеть были взломаны, — сказал Айронвуд. Рот Жона открылся, на его губах застыл протест, но мужчина продолжал. — Это не твоя вина. Взлом произошел с другой стороны, скорее всего, из-за вируса, заложенного в МКП, или атаки на провайдера сети. Мы пока не уверены. Мы знаем, что взлом произошёл не с твоего свитка, потому что твои фотографии и личные документы, сохраненные на устройстве, не стали достоянием общественности. Только твои сообщения и звонки.
— Белый Клык взял на себя ответственность, — сказал Кловер. Жон почувствовал, как желчь поднимается в желудке.
— Нельзя принимать их заявление за чистую монету, — прервала Гарриет. Белый Клык заявил бы, что несёт ответственность за то, что кто-то подавился куском хлеба, если бы это было им выгодно. Более вероятно, что это какой-то хакер-любитель решил заработать на продаже твоих сообщений в газету. Если не какой-нибудь этичный хакер, считающий, что мир заслуживает знать, как тратятся деньги налогоплательщиков.
— Что в этом этичного? — прорычал Николас.
— Ничего, — ответил Айронвуд, — но это не мешает людям вбить себе в голову, что люди должны знать. Дело в том, что произошла утечка информации, и нам нужно адаптироваться. Быстро.
Жон сглотнул. — Насколько всё плохо?
— Плохо.
— Могло быть и хуже, — сказала Эльм, положив руку на плечо Жону. — Всё могло быть намного хуже. По крайней мере, вы не посылали друг другу интимные фотографии, иначе ваши гениталии уже были бы по всему интернету. Я видела гораздо худшие ситуации, чем эта, у той или иной знаменитости.
Он не посылал таких фотографий. Чёрт, у него вообще не было таких фотографий. У них с Вайс ещё не было такой физической близости, и он никогда не испытывал потребности в фотографиях. Если уж на то пошло, они с Вайс обменивались фотографиями, на которых улыбались друг другу в камеру. У него также была одна вместе с её командой, несмотря на проблемы с ними, и ещё несколько от Уитли, на которых он запечатлел какую-то игру или забавный мем, который мальчик нашёл в Интернете. Обычные вещи. Он получал гораздо больше сообщений от своих сестёр о школе, Атласе или других случайных вещах.
— Дело не в том, что материал особенно порочен, а в том, что он будет вырван из контекста, — сказал генерал Айронвуд. — Возьмём, к примеру, жалобы твоей девушки на её команду. Вместо того, чтобы рассматривать это как жалобу одного человека своему близкому, СМИ считают, что Вы работаете в тайне, чтобы попытаться сместить лидера её команды.
— Что? Мы не работаем!
— Это не имеет значения. Им нужна сенсация, и они будут её продвигать. Другая проблема — Блейк Белладонна, которую они, к счастью, не упоминают по имени в большинстве отчётов. Даже они знают, что лучше не нарушать закон, раскрывая имя человека, находящегося под защитой. Тем не менее, без контекста, почему вам не нравится напарник Вайс по команде из фавнов, эти чувства воспринимаются по-другому.
— Мисс Шни была проинформирована, и директор Озпин и профессор Гудвич помогают ей и её команде в этом деле, — сказал Вайн. — Более того, их учат смотреть на ложь и вычленять правду. Нет никаких реальных доказательств того, что она пыталась убрать своего лидера команды.
Даже если бы их не было, он знал, что это испортит отношения в её команде, настроит всех против неё, и это будет его вина. Он почувствовал себя неважно. Абсолютно и ужасно плохо. Все в Биконе, все, будут ненавидеть Вайс за это. Она станет изгоем. Он даже представить себе не мог, какой будет её реакция. Он испортил ей жизнь.
— Жон! Жон! — Мама трясла его за плечи. — Жон, пожалуйста, ты меня пугаешь. Перестань.
— Мне… мне нужно поговорить с Вайс.
— Сначала ты должен поговорить с нами, — предупредил Айронвуд. — И мы должны прийти к соглашению о том, как с этим справиться. Первый этап — это решение проблемы: мы уже разослали пресс-релизы и сделали официальные заявления, осуждающие нарушение неприкосновенности частной жизни. Мы дали понять, что частные разговоры двух подростков — это всего лишь частные разговоры. Совет поддержал вас.
Хорошо. Это было… Это было облегчением. Он понял, что его руки дрожат, и засунул их в карманы. Его всё ещё трясло, всё ещё тошнило, но он заставил себя встретить взгляд генерала. — Хорошо. Что дальше?
— Дальше ты должен сам разобраться с этим. Мы не можем допустить, чтобы ты молчал по этому поводу, иначе слухи будут разрастаться. Мне неприятно это делать, но мы договорились об интервью один на один от твоего имени. Телевизионное. — В его голосе звучало сожаление, и не без оснований, поскольку это было последнее, чего сейчас хотел Жон. — Эта проблема никуда не денется, если ты просто проигнорируешь её. На самом деле, будет только хуже. Мы даже не думаем, что одного интервью будет достаточно, чтобы остановить происходящее, но мы, по крайней мере, сумеем разобраться с некоторыми вопросами. Учти, — добавил он. — Там не будет дружелюбного интервьюера. Мы здесь на волоске, и они это знают, поэтому они прислали своего самого популярного. Он популярен не просто так, а потому, что он может быть агрессивным.
Отлично. Замечательно. Тренинги по работе со СМИ, которые он проходил, всегда говорили ему, что нужно тщательно выбирать собеседников, поэтому он и обратился к Лизе Лавендер со своим откровенным интервью. Были определенные люди, обычно те, кто хотел заработать на зрителях, которые были менее заинтересованы в честном репортаже и больше заинтересованы в том, чтобы нанести обиду и спровоцировать драму. Похоже, что его следующий интервьюер был одним из таких.
— Я достал тебе временный свиток, — сказал Айронвуд, передавая его. — Используй его ограниченно. Не посылай ничего личного. Если хочешь, можешь позвонить мисс Шни. Сначала нам нужно доставить тебя в больницу — показать Мантлу, что ты всё ещё выполняешь свою работу. А потом сразу на интервью.
— Сразу!?
— То, что ты будешь уставшим и истощённым после возвращения людей к жизни, вызовет у зрителей больше симпатии, — заявил Кловер. — Худшее, что ты можешь сделать в такой момент, это появиться в сопровождении адвокатов и выглядеть нарядно, как суперзвезда.
— Тем временем, твою семью переселяют, — сказал Айронвуд. — Мы не считаем, что существует какая-либо угроза для тебя или для них, но если Белый Клык действительно стоит за этим, то у них теперь есть доступ к твоему адресу. Даже если это не так, они могут узнать его из утечек так же легко, как и любой другой человек.
/-/
— Вайс, я…