— Хм … они выглядят ужасно аппетитно. — Рена, разглядывала груши, стоящие перед ней. — Но я не знаю, понравится ли моему Хозяину, если я заплачу столько за кучку фруктов.
—Но посмотрите на их цвет, почувствуйте их сладость! — ворковал продавец. — Я гарантирую, что они будут таять во рту господина!
Молодая женщина закатила глаза, глядя на него. — Да ладно тебе, Крысеныш. В прошлый раз ты говорил о яблоках, которые продал мне, и они испортились за день!
Мужчина с избыточным весом нервно хихикнул, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто его не слушает. — Ну, ну, Рена. Я же говорил тебе, что они долго не протянут…
— Ты сказал, что при той цене, за которую ты продавал, они долго не протянут. Ты знал, что они гниют, и все равно продал их мне! Ты лжец и мошенник!
Ратон вспотел, когда голос девушки повысился от гнева, несколько человек повернули головы на ее слова. —Как насчет груш за полцены? Чтобы компенсировать яблоки, а?
Рена прищурилась, глядя на него, прежде чем потянуться за грушей — Я не знаю…
Когда она потянулась за грушей, фрукт был выхвачен рукой и исчез за закрытым плащом лицом мужчины рядом с ней. Незнакомец громко фыркнул, прежде чем бросить плод обратно на тележку. — Эта груша коричневая и гниющая внутри. Она не стоит ваших денег…
Продавец уставился на фигурку, приоткрыв рот, в его глазах изумление сменилось гневом. — Как ты смеешь обвинять меня в продаже гнилых фруктов! Я бы никогда так не поступил! Я честный продавец, говорю вам!
Рена перевела взгляд с фигуры рядом с ней на продавца, схватила с тележки грушу и разломила ее пополам. Фрукт захлюпал в ее руках, почти мгновенно превратившись в коричневую кашицу. — Они гнилые! — она запустила фруктом в голову Ратона. — Как ты смеешь пытаться продать мне испорченные фрукты! Я больше никогда у тебя ничего не буду покупать!
При виде гниющих внутренностей фруктов Ратон быстро повернулся, чтобы убежать, но наткнулся головой на охранника. — Мы все слышали. Продажа испорченных товаров в этом городе запрещена законом, идем с нами!
Рена улыбнулась, наблюдая, как мошенника-продавца утаскивают, переведя взгляд с него на фигуру в плаще, но обнаружила, что он исчез. Оглядывая толпу, мулатка увидела его вдалеке и погналась за ним. — Подождите! Мужчина, стойте! — она крикнула ему вслед, схватив его за руку и слегка потянув, чтобы он остановился. — Я хотел, чтобы…
Женщина закричала, когда капюшон плаща упал, обнажив зеленую морду и длинные желто-зеленые уши, которые дернулись при звуке. Желтые глаза расширились от ужаса, когда одна человеческая рука и одна когтистая потянулись назад, чтобы снова натянуть капюшон на его лицо. — Монстр! — Женщина закричала, указывая на него. — Монстр!
Человек-зверь бросился бежать в ближайший переулок, в то время как люди расступались, чтобы убраться с его пути. Рена погналась за ним, крича, чтобы он подождал, поскольку она увидела, что на рынке начинают собираться стражники. Она побежала по переулку, в котором он исчез, и остановилась в замешательстве на полпути, никого не обнаружив, только чтобы вскрикнуть, когда чья-то рука закрыла ей рот, а когти втащили ее в темный дверной проем. — Не издавай ни звука. — прошептал он, замерев, когда мимо пробежала группа охранников.
Рена замерла и не произнесла ни звука, пока в переулке не стало тихо и чудовище не отпустило ее. Она повернулась к нему и встретилась с его раздраженным взглядом только для того, чтобы сказать первое, что пришло в голову. — Мне очень жаль.
Уши зверя возбужденно дернулись, а его желтые глаза сузились. — Что?
— Прости. Я не хотел втягивать тебя в неприятности. Ты в порядке?
—… Я в полном порядке, насколько это возможно, учитывая, что теперь я должен покинуть этот город благодаря тебе. — раздраженно сказал он, выходя в переулок, прежде чем быстро направиться прочь от рынка.
— Подожди, пожалуйста! — крикнула она, следуя за ним. — Куда ты пойдешь?
— Почему тебя это должно волновать? — Он проворчал — И почему это имеет для тебя значение?
— Потому что это моя вина, что ты должен уйти. — Она чуть не столкнулась с ним, когда он остановился и повернулся, чтобы свирепо посмотреть на нее сверху вниз. Рена откашлялась и продолжила. — Насколько я знаю, у тебя, возможно, было здесь важное дело, и теперь я лишил тебя шанса с ним справиться. Пожалуйста, прими мои извинения.
Он уставился на нее сверху вниз, на его закутанном в плащ лице застыл вопросительный взгляд. —Почему ты меня не боишься?
Она оглянулась на него. — Что прости?
— Как вон та женщина. Большинство людей просто кричат и убегают при виде меня. Откуда у тебя такая храбрость?
Рена не смогла сдержать улыбку, появившуюся на ее лице, она переместила свой вес, положив руку на бедро. — Хочешь верь, хочешь нет, но я видела нечто пострашнее, чем ты, ежедневно работая на своего хозяина. И, кроме того, вблизи ты не такой уж и пугающий.
Он зарычал на ее оскорбление, но урчание его желудка заглушило то, что вырвалось изо рта. Он посмотрел вниз на брюхо, удивленно прижимая к нему когти.
Рена улыбнулась еще шире. — Вот что я тебе скажу. Пойдем со мной домой. Я приготовлю тебе отличный ужин, и мы можем считать, что квиты за то, что доставила тебе здесь неприятности, хорошо?
Он посмотрел на нее, но ничего не сказал, когда она протянула ему руку. — Я Рена.
Чудовище мгновение разглядывало ее руку, прежде чем слегка улыбнуться в ответ и, взяв ее в свою человеческую, слегка пожал. — Амаль.
ஜ═════════ஜ☼☀︎☼ஜ═════════ஜ
Мозенрат сидел за своим столом и капал зелье из пробирки на кучу черного песка снаружи. С легким шипением и дымом песок в чашке Петри дернулся и начал вращаться сам по себе.
У него получилось. Месяцы работы, и он наконец-то добился успеха в своем эксперименте! С улыбкой на лице он поднес блюдо к лицу, злобно посмеиваясь. — О да… осталось просто подождать, пока Аладдин увидит это…
Вспышка красного кристалла на стене привлекло его внимание, и он перестал злорадствовать и улыбнулся по-другому. — Хмм…кажется, прислуга вернулась домой с рынка. — пробормотал себе под нос, поднимаясь на ноги, убирая движущийся песок на потайную полку в стене, прежде чем расстегнуть свой рабочий фартук и снять вторую перчатку. — Тогда пойду посмотрю, что у нас на ужин.
Он вышел из лаборатории, улыбаясь про себя. Маг ничего не мог с собой поделать, у него почти кружилась голова оттого, что для разнообразия все шло хорошо. Эта девушка Садира действительно оказала некоторую помощь в сотворении заклинаний (хотя он никогда бы не признался в этом вслух), и эксперимент был безупречен, его слуга подаст ему любимое блюдо, вымоет ему голову, и на этот раз он сможет нормально выспаться. Все шло так…
Мысли Мозенрата остановились так же быстро, как и его ноги, когда он повернул ко входу на кухню. Там, держа в руках большую миску и ложку, стояло зеленое чудовище, одетое в запасной фартук Рены поверх красной туники. Зверь поднял на него глаза, легкая улыбка, украшавшая его лицо, внезапно исчезла, а мешание прекратилось.
— Кто ты, черт возьми, такой?! — потребовал ответа темный колдун, поднимая свою светящуюся руку в перчатке к существу.
— Это Амаль, мой новый помощник на кухне. — женский голос раздался из кладовой, раздвигая вращающиеся двери. — Я нашла его сегодня днем на рынке, разве это не здорово?! Теперь я могу содержать это место в чистоте и готовить еду, не беспокоя тебя из-за тяжелой работы!
По щелчку его пальцев шатенка исчезла, мешок с мукой упал на землю, разлетевшись по всему полу. Глаза Амаля расширились, он резко повернул голову к молодому человеку, когда тот тоже исчез. — Вот дерьмо…
Рена вскрикнула, когда тыльная сторона его ладони коснулась ее лица с такой силой, что она упала на пол, чувствуя вкус крови во рту и слезы на глазах. Она подняла взгляд на одного очень, очень злого темного мага.
— Как ты смеешь… Как посмела привести такое существо в мой дом без моего согласия! Ты действительно думаешь, что тебе сойдут с рук такие вещи в моей цитадели?!
— Пожалуйста, — взмолилась она, отползая от него по полу, внезапно почувствовав себя очень маленькой и испуганной. — Я не хотела проявить неуважение…
— Неуважение?! Все, что ты когда-либо делала, это не уважала меня! — его рука засветилась, когда в ней появился хлыст, и он поднял его — Дерзила мне! — удар — Была такой нахальной— удар — Всегда ведешь себя так, будто ты мне ровня, хотя ты всего лишь моя рабыня! — удар, удар, удар!
Он остановился, чтобы перевести дыхание, хлыст исчез. Молодой хозяин нагнулся к истекающей кровью девушке и, схватив ее за шею, поднял на ноги, а затем еще выше, душа ее. — Ты привела незнакомца в мой дом без моего согласия, как какая-нибудь шлюха, приводящая домой своих любовников. Что дальше? Ты позовешь продавцов, чтобы они запаслись фруктами в кладовой? Швеи будут шить тебе платья? Почему бы тебе не быть полезной и в следующий раз привести мне кого-нибудь важного, например Аладдина!
Красная пелена в его глазах немного померкла, когда тело, которое он держал, обмякло. Руки, которые сжимали его ладонь на ее горле, безвольно повисли по бокам. Он быстро ослабил свою смертельную хватку на ее шее и опустил вниз, пока ее ноги не коснулись земли. Тело служанки продолжало опускаться и падать вперед. Не раздумывая, он двинулся, чтобы поймать ее, наблюдая, как ее голова откидывается назад, как у куклы.
— Рена? — позвал он, встряхивая ее. — Рена, очнись. — юноша потряс ее еще раз, сильнее. —Ответь мне, черт возьми!
Гнев исчез с его лица, сменившись беспомощностью. Он уложил ее плашмя на пол комнаты. —Нет, нет, нет, тебе нужно проснуться. Проснись, Рена! РЕНА! — маг кричал, тряс ее за плечи, несколько раз похлопал по щеке, наконец, приблизил ухо к ее губам цвета агара.
Она не дышала.
Сердце Мозенрата заколотилось в груди, когда его охватила паника. Он посмотрел ей в лицо. Щека распухла в том месте, куда он ее ударил, кровоточащие порезы от ударов хлыстом и синяк в форме его руки на ее шее, черно-синий. — Что я наделал?
Каждой клеточкой своего существа он хотел убежать. Убежать и просто оставить ее там. Чтобы оказаться как можно дальше от смерти. Единственное, что удерживало его на месте, — это то, что внезапно его ноги отказались слушаться.
Ему не пришлось двигаться, так как его отпихнули в сторону, и его глаза уловили проблеск темно-зеленого меха, покрывающего тело. Существо повернулось всем корпусом, слегка приподняв голову, прежде чем прижаться губами к ее губам.
— Что ты делаешь?! Отойди от нее! — Мозенрат сердито крикнул, но его заставило замолчать рычание и горящие желтым гневом глаза. Волна страха пробежала по позвоночнику молодого человека, и он отпрянул назад по полу, подальше от чудовища и безжизненной девушки перед ним.
— Я спасаю ее, идиот! — он зарычал, возвращаясь к своей работе, прижимая одно из своих больших ушей к ее груди. — Ее сердцебиение слабое, ей нужен воздух.
Бледный молодой человек наблюдал, как чудовище целует его служанку, вдувает воздух в ее легкие и заставляет ее грудь подниматься и опускаться, пока, наконец, Рена не закашлялась и не забормотала, дергаясь и задыхаясь, свернулась на бок в маленький комочек.
Чудовище по имени Амаль осторожно подняло ее, держа крошечное дрожащее тельце в своих объятиях, когда он стоял, сердито глядя на Мозенрата. Он глухо зарычал, прежде чем повернуться и покинуть темную комнату тем же путем, каким пришел, остановившись только для того, чтобы заговорить. — Какое бы оскорбление она тебе ни нанесла, теперь оно отплачено. Я останусь, пока она не попросит меня уйти … и тебе же лучше, если от этих отметин не останутся шрамы.