12.08.283 ПЗЭ,
Планета Кингсланд, система Блэкуотер
У Яноса болела спина, которой он прижимался к ультрабетонной стене. И голова болела. И ноги болели. И руки. И вообще все болело.
«Что… это… было?»
Он с трудом мог разглядеть свои собственные руки. Оторвав край плаща, лейтенант Слинт вытер забрало и понял, что дело не в нем. Все вокруг было затянуто пылью и дымом от пожаров. И единственным источником света в этой каше был искрящий силовой кабель. Но тут рядом рухнул еще один кусок стены, подняв еще больше пыли.
Даже фильтры уже не спасали от такого количества пыли. Он закашлялся.
«Что это было?»
Янос попытался встать. Ноги не слушались. И вот тут стало по-настоящему страшно. Неужели позвоночник сломан? Но нет, ноги все же дергались, отталкиваясь от мусора и обломков. Янос снова закашлялся, с облегчением ощутив, как возвращается контроль над телом. И наконец, со стоном и охами, ему удалось встать на ноги.
Это было тяжело. Очень. И Яносу все равно приходилось опираться на ту же стену, чтобы не упасть. Он постоял так несколько секунд, привыкая к вертикальному положению. Спина и ноги все еще болели, но уже терпимо. Опираться о стену больше не нужно — теперь он мог стоять сам. Он осторожно сделал шаг, другой, оглядываясь сквозь оседающую пыль на окружавшую его картину опустошения.
«Где мой лазган? Проклятье, только что в руках был!»
Go-29, табельный лазган Золотых Плащей, был полнейшим хламом. Но это все равно было оружие — и другого у него не было. Немного пошарив по обломкам, Янос свой лазган таки нашел — он оказался под упавшей дверью, на которой еще остались следы вычурной резьбы. Теперь осмотреть батареи и другие детали… Фух, слава Семерым, все цело. Конечно, лучше еще раз проверить, может ли эта рухлядь стрелять… Потому что скоро это наверняка понадобится.
«А какой тут выбор, а? Гранат-то все равно больше нет…»
Янос заглянул за угол… И тут же скрылся за углом от возможной атаки. Только сейчас он вспомнил, наконец, что было перед тем, как он отключился.
«Танк… Они послали на нас танк».
Слинт хорошо знал эту модель. «Саламандра-296», самый легкий танк в арсенале Императорской армии. В свое время, когда Янос еще только собирался пойти в армию, он хотел стать именно танкистом. И перечитал все, что мог найти о танках, в библиотеке в паре кварталов от мясной лавки его отца. Разумеется, в обычной библиотеке для простого народа не было никаких редких и секретных вещей, поэтому большая часть информации, которую он впитал, касалась таких простых и массовых машин, как «Саламандра». Вес 41 тонна, длина 7,8 метра, основное орудие — плазменная пушка калибром 75 гигаватт, вспомогательное оружие — два комбиболтера, лобовая броня — сто миллиметров дюрастали, крейсерская скорость — 25 километров в час, основной производитель — «Дракон Мануфакторис»… Очень дешевый, очень легкий танк, который считался не более чем инструментом поддержки пехоты.
«Если бы судьба сложилась иначе, я сейчас бы догорал в этой железной скорлупке… К счастью, у меня не хватило связей, чтобы меня взяли в танкисты…»
Сейчас Яносу очень хотелось бы посмотреть в глаза тому, кто называл «Саламандр» легкими и слабыми машинами, которые легко уничтожить. «Легко уничтожить… Конечно, легко, если у тебя есть артиллерия, поддержка с воздуха и более тяжелые машины». У Яноса и его людей не было ничего из перечисленного. Только «фонарики» модели Go-29 и старые плазменные гранаты.
«Но… Мы же победили, да?»
Янос еще раз осмотрел подбитую машину. Танк был весь в дырах, но, кажется, все равно продолжал стрелять даже тогда, когда его бойцы изрешетили машину насквозь. За последний час или два Янос раз и навсегда усвоил, что сталь намного выносливее плоти. Особенно в отношении плазмы…
«Мои люди… Где они? Где все?»
Центральный проспект Блошиного Конца, который они все-таки отбили у гарнизона Железных Ворот, был усеян воронками и грудами обломков, между которыми догорала «Саламандра». Стекла почти везде были выбиты — в таком дерьмовом районе ультрагласс себе могли позволить очень немногие, в основном здесь использовались более дешевые материалы, не выдерживающие тряски или близких разрывов. Никого из мирных граждан не было видно, они либо попрятались, не доверяя «милости» победителей, либо разбежались, либо погибли.
Янос их не винил. Они хотели выжить. Все хотели. И он хотел. Очень не хотелось, чтобы его дети росли без отца, выживая на скудные гроши пособия за его гибель во имя Императора.
И остальные парни из его отряда хотели того же. Но это их не спасло. Раздавленное обломками тело Тома, превратившееся в кровавое месиво, лежало рядом со стеной, троих или четверых танк раздавил своими гусеницами. Кан. Реми. Филип… Все погибли. Янос уже не прятался за каждым обломком и углом, а просто шел во весь рост к остову танка, изо всех сил стараясь не блевануть прямо в шлем и глядя, как в поле его зрения возникает все больше свежих трупов.
«Братья… простите меня… Простите, что я жив, а вы…»
И вдруг из ближайшего тупика, словно вестник смерти, вышел еще один солдат.
— Лейтенант?
— Семеро тебя забери, Дим! — прошипел Слинт, в последний момент удержавшийся от того, чтобы выстрелить раньше, чем узнал его. — Я же тебя чуть не поджарил! Не выскакивай больше так!
Аллар Дим. Пожалуй, худший из всех, кого Янос встречал за годы службы в Столичной Гвардии. Худший не потому, что он брал взятки в каждой из лавок Блошиного Конца. Этим занимался каждый, кто носил золотой плащ и хотел хоть как-то помочь своей семье. Вовсе не из-за этого. Сержант Дим был натуральным извергом, который, насколько было известно Слинту, лично убил не менее двадцати человек, трое из которых были его соратниками из Золотых Плащей. Единственной причиной, по которой Дима до сих пор не расстреляли и не повесили за его преступления, было то, что он был чьим-то псом, убивавшим по приказу того, кто стоял значительно выше в иерархии гарнизона Железных Ворот.
Тем не менее, Янос продолжал верить, что Дим хоть раз в жизни окажется полезным. Сегодня был лучший для этого момент. В конце концов, ему же нравится убивать, правильно?
Неправильно. Как только на улицу выехал танк, Дим тут же исчез. Он обожал убивать беззащитных, но когда пришли убивать его самого, тут и вывернулась наружу его натура подлого труса. Он моментально растворился в пространстве — и сразу вернулся, как только взвод Яноса остановил танк ценой своей жизни.
«Все мои парни погибли, а этот выродок целехонек…»
— Я ухожу. Им уже не помочь, лейтенант… — «И тебе тоже, если рыпнешься», — Аллар не стал этого договаривать, но Слинт прекрасно все понял.
— Ты что, тварь, дезертировать вздумал? — вопрос был риторическим. Дезертирство было одним из немногих преступлений, которое в правление Эйриса не наказывалась сожжением. Дезертиров сначала распинали и только через сутки, полные мучений, к казнимому приходил техноалхимик с Диким огнем.
— Знаешь, кто такой дезертир, лейтенант? Это не тот, кто бежит. Это тот, кого ловят…
«Они знают все места, где ты прячешься, Дим. Все счета, на которых ты хранишь наворованное… Тебя не оставят в покое, если ты сорвешься с поводка. Бешеный пес на свободе никому не нужен…»
— Прощай, лейтенант Слинт. Я бы сказал, что рад был служить под твоим командованием… Но это не так.
Дим отступал в западном направлении, держа лазган так, чтобы успеть, в случае чего, выстрелить первым, и только когда отошел достаточно далеко, повернулся и побежал.
«Ладно, забудем. Он больше не моя проблема…»
Мысли его вернулись к остальным. Он позволил им всем погибнуть. Остался совсем один. Что дальше? Просто застрелиться? Янос сжал зубы от бессилия. Быть офицером для него значило вести своих людей за собой, а не посылать на смерть.
«И они все погибли из-за меня. Кроме Дима. В какой момент я превратился в это жалкое ничтожество?»
На улице была тишина.
Или… Что это было?
С востока на запад по разрушенной улице, где стоял Слинт, шла… нет, шествовала колонна золотых фигур. Десятки — даже сотни. И это были не Золотые Плащи из гарнизона или Железных Ворот. Это были Золотые Кулаки в ярко блестящих силовых доспехах Mk II.
«А вот и армейцы подоспели… Я спасен…» — равнодушно подумал лейтенант, пытаясь заставить себя забыть о зависти к отличному снаряжению императорских солдат. Сам Янос и его люди были облачены в простые нагрудники, закрытые шлемы с фильтрами воздуха и встроенными вокс-передатчиками, символическую броню на руках и ногах, бронесапоги — и все.
«Было бы у нас такое же оружие, мы бы «Саламандру» в момент разнесли…»
Эти же воины носили настоящие силовые доспехи — не такие, конечно, как у рыцарей и лордов, но вполне достаточные, чтобы спасти жизнь человека там, где земля вскипает от лазеров и плазменных вспышек. И они были совершенно нетронутыми, без каких-либо признаков того, что в них стреляли. Единственным, что нарушало их блеск и чистоту, была пыль, осевшая на дюрасталь и керамит.
«Ну ясно. Ждали, пока мы сами разберемся с противником… Почему меня это не удивляет?»
Янос Слинт побежал навстречу солдатам.
— Слава Императору Рейгару! — прокричал он, снова закашлявшись в конце фразы. Увы, запасных фильтров больше не осталось и пыль забивала ему легкие.
— Слава Императору Рейгару! — крикнул в ответ Золотой Кулак и добавил уже тише. — Потише только, лейтенант. Мы тебя чуть не пришили, приняв за лоялиста…
«Мы тут весь день эйрисовские танки жгли с лазганами и гранатами, а ты еще сомневаешься, на чьей мы стороне?»
Он почти сказал это вслух, но в последний момент передумал. Что это изменит? Золотые Плащи считались, в лучшем случае, вспомогательными силами армии, а Золотые Кулаки — ее ударным костяком. Тем более, он был всего лишь лейтенантом, а его собеседник был капитаном. Пусть и младшим капитаном, но все равно. Не хватало еще под трибунал угодить за пререкания со старшим по званию.
— Иди за нами, лейтенант, вместе с остальными «плащами». Мы зачистили Блошиный Конец. Теперь наша цель — Красный Замок!
Янос согласно козырнул и отошел к краю улицы, пропуская воинов в боевых доспехах. Колонна маршировала, словно на параде, нарушая строй лишь для того, чтобы обойти горящую «Саламандру». Янос провожал их тяжелым взглядом. Может, все-таки сказать им, что идти вот так на укрепленный замок — верное самоубийство? Что врагу так даже целиться особо не придется?
— ВПЕРЕД! К СЛАВЕ! НА КРАСНЫЙ ЗАМОК! ЗА ИМПЕРАТОРА РЕЙГАРА!