Только одна мысль крутится у неё в голове пока она бежит.
Черт.
Стуча так же, как ее сердце бьется в ребрах, так же, как ее шаги эхом отзываются в переулке, слышны шаги полицейского.
В переулке необычайно тихо по сравнению с остальной частью Токио. Голоса слышны, но далеко отсюда. Это хорошо; здесь никто не помогает полицейскому преследовать ее.
Но нет никого, мимо кого она могла бы проскользнуть. Нет ни единого способа сбежать от этого человека — ни раствориться в толпе, ни проскользнуть в здание и остаться незамеченной.
Еще немного, и она сможет. Бумажные купюры денег в ее кармане начинают разлетаться. Проклятье. Но она не перестает бежать.
К тому времени, когда они выезжают из переулка, ее дыхание становится настолько прерывистым, что она боится, что не сможет оторваться. Полицейский намерен поймать её. Поймать того, кого он преследовал несколько месяцев.
«Ловите ее!» Он кричит, когда они оба проталкиваются сквозь толпу людей. Люди оглядываются удивительно, но ничего не делают. Как только до них доходит, что происходит, становится слишком поздно. Девушка слишком далеко, а полицейский хрюкает от гнева.
«Прочь с дороги!» Его крики продолжаются. Он проталкивается мимо группы молодых парней, из-за этого тот, кто сидит на плечах другого, чуть не упал. Они рассмеялась. Ничего не сравнится с тем, как они веселятся
Пока один из них не закричит: «Полицейские!»
Они не замечают, что полицейские на самом деле преследуют бегущую девушку, Байю, которая только что пробежала мимо них. Они начинают убегать, смеясь и хныкая, задыхаясь от внезапного фейерверка в воздухе.
Байя пробирается на станцию, где сразу же направляется в туалет. Она не знает, насколько близки копы, и не знает умный ли это шаг, но она не может продолжать бежать вечно. Что они сделают? Ворвутся в женский туалет?
Ей требуется не менее получаса для того чтобы набраться уверенности и покинуть уборную. Сумма денег, которую она заработала сегодня, обеспечит ей жизнь по крайней мере на три месяца. Оплата аренды, еды и кто знает что ещё ей потребуется. Это был рискованно, но оно того стоило.
На улице удивительно тихо. Фейерверки затихли, болтающие люди замолкли. Ее шаги медленные, когда она выходит из пустого здания. Всё куда это ведет — улицы, которые каким-то образом оказываются еще более пустыми чем казались. За ее двадцать четыре года жизни в Токио улицы никогда не были полностью пустыми. Всегда есть люди. Пьяные, трезвые, грустные, счастливые, одинокие, в группах. Они всегда рядом. Невозможно, чтобы все исчезли, особенно за такой короткий промежуток времени.
Смешок вырывается из ее рта. Полицейские, конечно, не могли быть причастны к этому, ни за что. Она оглядывается вокруг, нахмурив брови, прежде чем они вновь расбляются.
Невероятно. Она совсем одна. Деньги в ее карманах. Здания с бесплатным входом. Никаких правил. Хотя она подождет по крайней мере еще час. Шансы на то, что это все трюк, низки, но все же. Рисковать нельзя.
Сейчас она тайком возьмет немного еды и денег на случай, если мир скоро вернется в нормальное русло, и ее возможности исчезнут.
«Игра?» Бормочет она, не отрывая взгляда от здания перед собой, на котором изображена ослепительно-белая картинка с инструкциями о том, где найти эту игру.
Пожав плечами, девушка следует инструкциям. Жизнь довольно скучна, когда вокруг никого, она может не лгать. Деньги, еда, все это было слишком легко раздобыть. Ни одного рискованного испытания, чтобы сделать ее день более интересным. Какой смысл жить без небольших приключений?
Она прибывает в пункт назначения после двадцатиминутной прогулки по городу. Обычно десятки разноцветных огней освещают это место, но теперь белые экраны единственные вещи, которые преуспевают в этой работе. Остальной свет выключен.
Он кажется заброшенным, это еще больше заинтересовывает ее. Будут ли другие на этой игре? Или это сделано только для нее — это вообще реально или это сон? Байя предполагает, что она в конце концов найдёт ответы. На данный момент ей стоит сосредоточится на месте перед ней, мясном рынке. Вернее, скотобойне.
Она знакома с органами — вещами, которые приносят ей деньги на черном рынке, но это не значит, что она вырезает эти органы из тел. Украсть донорские органы из больницы намного проще. Но, если есть другие конкуренты, сколько из них знакомы с резней?
Никто, она верит в это и молится.
Скотобойня ничем не пахнет, как ни странно. Вход темный, почти ничего не видно, в том числе многих животных, которые, должно быть, погибли за этой дверью.
ПО ОДНОМУ НА ЧЕЛОВЕКА.
Байя смотрит на стол, полный телефонов. Она насчитала семь, все разные модели. Не задумываясь, она хватает первый, который привлекает внимание и включает его в надежде на ответы.
Тень человека появляется на входе. Он берет телефон таким образом, что кажется, что он делал это миллион раз раньше. Девушка наблюдает, любопытно, он прислонился к стене, ожидая…. начала игры?
Она снова смотрит на телефоны. Осталось пять. Еще пять человек должны присоединиться, верно?
Так и происходит. Женщины, мужчины, полные, стройные, волнующиеся и без эмоциональные. Она сжимает губы вместе, образуя тонкую белую линию, которая не позволяет задавать вопросов. Что угодно может быть трюком.
Машинальный голос исходит от всех телефонов одновременно. «Регистрация закрыта», говорит машинальный женский голос. «Игра сейчас начнется»
Тишина. Дыхание в груди замирает — нервы, а может любопытство. Легкое волнение от того, что вот-вот произойдёт
Игра «Цепной побег» Сложность — четверка пик. На ее телефоне появляется игральная карта. «Правила — соедините обе лодыжки цепями. Бензопила будет выставлена перед всеми семью игроками, она включится через две минуты. Разрежьте свои цепи и пройдите через двери. На каждую дверь — один человек. Пол откроется через пять минут, уничтожив всех, кто не вышел через дверь.
Ее пальцы тянутся, чтобы коснуться подбородка. Четверка пик. Бензопила. Пять минут, чтобы сбежать. Это не должно быть слишком сложно
Байя следует за другими игроками через вторую дверь. Несколько вздохов слышны в толпе, когда они заходят в игровую комнату.
Там четырнадцать целей, две из них предназначены для каждого игрока. Бензопила находится в центре круга, прикрученная к полу. Двери окружают их.
Четыре двери.
Всего четыре.
Для семи игроков.
Вспыхает паника. Люди тарабанят в уже закрытую дверь. Байя молча наблюдает, заинтригованная их отчаянием. Это устранение лишних людей…
«Выбывание означает смерть», раздаётся тихий голос человека рядом с ней. «Это твоя первая игра?»
Она медленно кивает. Ее инстинкты говорят ей защищаться, солгать ему, но она сдерживает себя. Помощь не помешает. «Смерть?» Повторяет она.
Он кивает ей в ответ, каменным выражением лица, «Смерть».
Она побледнела. Девушка быстро пристегнула цепи к лодыжкам. Кричать о помощи бесполезно, это точно. Если сможет достать эту бензопилу первой, она будет в порядке. Сохраняя спокойствие, не взаимодействуя с другими, сосредоточившись на одном, она справится.
Обнадеживает.
Другим требуется много времени, чтобы пристегнуть себя. Как только это сделано, женский голос объявляет: «Игра начинается.»
Все семь пар глаз сосредоточены на бензопиле. Некоторые уже пытаются сорвать её с пола, но она пристегнута и будет пристегнута до тех пор, пока не закончится двухминутный таймер.
Байя прокручивает в голове всевозможные ходы. Очевидно, что все будут бороться за бензопилу. Скоро она включится. Когда это произойдет, возможно, она сможет подождать, пока все будут драться. Дождаться возможности разрезать цепи и убежать.
Двое кажутся хитрыми; мужчина и пухлая женщина с лисьими глазами, подозрительно рассматривающими комнату. Остальные паникуют. Сопротивляются цепям, споря, что именно они должны заполучить пилу.
Война начинается, как только таймер заканчивается. Как будто у двух других людей те же мысли, что и у нее, они ждут, пока четверо идиотов борются за бензопилу.
Байе требуется четыре попытки, чтобы наконец-то правильно ударить бензопилой. К этому времени мужчина уже спрятался за одной из дверей. Она мчится вверх, остатки цепей лязгают о ее ноги.
Что-то еще обхватывает ее лодыжку: рука другого игрока. Тело Байи падает на землю с грохотом. Щеки ударяются о прокладный пол, заставляя хрипу вырваться из губ.
Девушка пинает своего нового врага. Гнев наполняет ее, разрушая собственный шанс на выживание ради него. Нет времени задаваться вопросом, будет ли она жертвовать другими.
«Отпусти!» Последним жестким ударом ногой она освобождается. Ноги несутся к двери. И она сделала это, у неё получилось.
Дверь запирается сама по себе.