Легенда посмотрел на стоявшего на коленях мужчину.
— Значит, он мёртв уже двадцать минут?
— Приблизительно. Конечно, пока не будет проведено вскрытие, я не смогу говорить точно, но судя по тому, что я вижу, этот мужчина потерял руку из-за того же предмета, которым убили другого парня, у него также сломан нос ударом какого-то твёрдого предмета, и судя по крови и другим жидкостям на брюках, вероятно, его яички были повреждены в результате удара тупым предметом. Возможно, тот же самый предмет мог быть причиной его смертельной травмы, судя по тому, что я вижу по его грудной клетке. Если бы мне пришлось угадывать, а я действительно не люблю строить предположения о таких вещах, я бы сказал, что у него по меньшей мере пробиты лёгкие. Кровь должна была медленно заполнить их, перекрывая доступ к кислороду, пока они окончательно не перестанут выполнять свою работу. Его последние минуты должны были быть очень… неприятными.
Легенда со вздохов кивнул доктору, стоявшему на коленях, и отвернулся. Ситуация становилась всё хуже и хуже. Кем, чёрт возьми, были эти кейпы? Что, чёрт возьми, происходило в этом городе?
У него появлялось всё больше вопросов, но никаких новых ответов, и ноги привели его к палате, где они приводили в порядок вырубленного охранника. Короткий разговор с его напарником дал Легенде достаточно информации, чтобы понять, как всё произошло, но картинка всё ещё была слишком неполной. Когда он вошёл в больничную палату, то заметил, что доктор всё ещё осматривал солдата, что дало Легенде немного времени, чтобы он мог привести свои мысли в порядок. Очевидно, он что-то упускал. Что-то критическое о Матриарх и кейпах, которые на неё работали.
Например, Убер и Элит — из тех, про кого он знал. Убер был Умником-4, если он правильно помнил, мастером профессий. По слухам, Элит был Технарём-4. Последние несколько лет он занимался тем же, что делало большинство злодеев — совершал преступления средней тяжести, вроде грабежей, или использовал свои способности, чтобы повеселиться за счёт налогоплательщиков. Согласно информации от местных героев, это изменилось около месяца назад, когда они начали работать на Матриарх. Тем не менее, это не объясняло, как она превратила двух самых неисправимых кейпов-геймеров в людей, с которыми он разговаривал ранее. Это не имело никакого смысла.
Потом было их нападение на перевозившихся в Птичью Клетку кейпов, Канарейку — теперь Сирену — и Лунга. Но вместо того, чтобы забрать могущественного лидера АПП, они забрали певицу. Что ещё более странно, они никогда не использовали её силу. С тех пор ни в одной из их вылазок не было ни единого достоверного упоминания о том, что они использовали силы кейпа-властелина для достижения своих целей. О, конечно, слухи ходили, например, большинство людей, совершавших преступления, утверждали, что это заставила их сделать Канарейка, но это были, по словам Мисс Ополчение, ничем не подтверждённые заявления. Для Легенды это имело ещё меньше смысла, чем всё предыдущее. Зачем так рисковать, бросить настоящего мощного кейпа, и при этом даже не пытаться использовать силы спасённого ими парачеловека?
А что насчёт таинственного кейпа, которого они видели только один раз? По словам Мисс Ополчение, они ничего о ней не знали. Ходили слухи, что она была кем-то вроде умника или скрытника, но эти данные ничем не подтверждались. Он пытался понять, как новые люди должны были повлиять на ситуацию, которая я самого начала для него не имела смысла.
Из всех кейпов в данный момент сложнее всего было вычислить Ренегата, и тем не менее, именно про него местным героям было известно больше всего. Слухи о нём ходили месяцами, пока он бродил по городу, отбирая у злодеев всё, что хочет, время от времени оставляя после себя одни трупы. Затем появляется Матриарх и почти убивает Лунга. Предположительно, это было спланировано с самого начала. На самом деле, это было типичным поведением злодеев, которые впервые появлялись на какой-либо территории. Они брали самого крутого злодея и избивали его, давая остальным понять, что они лучше и сильнее, прежде чем начнут закрепляться на местной сцене.
Но что действительно смущало Легенду, так это то, что образ Ренегата не соответствовал образу того человека, которого он видел до того, как Левиафан добрался до берега, или того человека, который пожертвовал собой, чтобы дать остальным шанс перегруппироваться. Человек, который сражался в этой битве, поставил перед собой определённую цель, действовал с явным опытом и был готов сделать всё необходимое, чтобы защитить других. Это доказывали слова Длиннобородого, который сообщил, что Ренегат защитил его и двух других героев от волны Левиафана. Это снова доказала Дракон, и более высокой похвалы в системе координат Легенды не могло и быть, когда она сообщила всё ещё атакующим кейпам о его готовности задержать Левиафана для того, чтобы они успели перегруппироваться.
То, что ему рассказывали про Ренегата, рисовало картину кровожадного убийцы, который подчинялся только одному кейпу, Матриарх. Наёмный убийца, с которым вы бы не хотели пересечься, способный наносить массовый побочный ущерб и готовый его нанести. Не говоря уже о том, что он был достаточно силён, чтобы в одиночку справиться со взводом наёмников. То, что он продержался целых восемь минут против Левиафана один на один, говорило о том, что его силы действительно попадали под это описание. И всё же картинка просто не складывалась.
Однако всё это, все его вопросы, не были и близко так важны, как те, которые он хотел задать о Матриарх, о кейпе, находившемся в центре всего этого. Множество предположений окружало её фигуру, словно туман, и были такими же неточными. Легенда вздохнул. Он даже не знал, с чего ему следовало начинать.
Вынырнув из собственных мыслей, он заметил, что доктор всё ещё осматривает охранника, которого они нашли ранее. Вместо того, чтобы прерывать их, он повернулся к своему спутнику.
— Мне нужно больше информации. Ты встречалась с Матриарх однажды, верно?
— Да.
— Какие у тебя остались о ней впечатления?
Мисс Ополчение слегка наклонила голову, явно размышляя над вопросом и упорядочивая мысли. Легенда не торопил её, зная, что преданная своему делу героиня Протектората всегда вдумчиво отвечает на вопросы дня, а Матриарх на данный момент была самой «горячей» темой для обсуждения среди вообще всех. Особенно в свете событий, произошедших за последние 24 часа.
— Моя встреча с ней была короткой, и в основном мы разговаривали о её угрозе убийства Томаса Кальверта, и причин, стоявших за этой угрозой, — Легенда кивнул, поощряя её продолжать.
— Я бы сказала, что она очень умная, вдумчивая и расчётливая. Когда я оказалась поблизости, она послала за мной насекомых, чтобы они привели меня к ней, тем самым выбрав место встречи. Она разговаривала со мной один на один, хотя, замечу, что рядом с ней были и другие люди. Когда я спросила о конфиденциальности нашего разговора, она подала знак Уберу, чтобы он показался. Он держал меня на прицеле технарской винтовки. Это говорило о том, что она мне не доверяет, но в то же время продемонстрировало готовность поверить. У Штурма остались похожие ощущения после разговора с ней.
Легенда кивнул.
— Я хотел поговорить с ним. Позже, конечно, когда Батарею закончат оперировать. Что ещё ты можешь сказать?
— Она не такая, какой ожидаешь увидеть злодейку, — увидев растерянный взгляд Легенды, Мисс Ополчение пояснила. — В качестве примера можно привести людей, которыми она себя окружает. Один из них действительно пытался приударить за мной.
— Прошу прощения?
— Один из её приспешников, без суперсил, клеился ко мне, — усмехнулась Мисс Ополчение, давая более развёрнутый ответ. — Это действительно нервировало, но это только подтверждает мою точку зрения. Почти все злодеи в данной ситуации постарались бы выглядеть неприступными, устрашающими. Матриарх так не делала. Она даже предложила мне чашку чая, пока мы разговаривали.
— Это не совсем тот образ, который сформировался у нас о ней после благотворительного вечера.
— Верно, но и не совсем.
— Объяснишь?
— Матриарх показалась мне очень цельной личностью. Она вежлива в общении, очень прямолинейна и честна, а также тверда в своих убеждениях. Она не любит разговоры и показушность, предпочитая действия словам. Моё личное мнение о ней таково, что у неё есть кодекс поведения, по которому она живёт и которого очень строго придерживается. Люди, которыми она себя окружает, такие же, как и она сама. Взять того миньона, который приставал ко мне, хотя я сомневаюсь, что он был серьёзен — факт остаётся фактом, он сделал это из-за Матриарх. Казалось, она смущается из-за его выходок, но одновременно с этим забавляется. И всё это происходило во время встречи с условным противником. Я поняла, что её люди для неё не только средство достижения цели. Ей комфортно проводить с ними время, возможно, она даже общается с ними без маски. То, как она общается со своими приспешниками, говорит о более важном факторе, на котором строится вся её группа. И этот фактор заключается в том, что Матриарх яростно защищает своих людей, неважно какую позицию в группе они занимают, высокую или низкую.
— Интересно, — задумался Легенда. — Могу понять, почему ты так думаешь. Она не совсем типичный злодей. Продолжай, пожалуйста.
— Нападения, которые они устроили на нас, и которые стали причиной, почему я вообще стала искать с ней встречи, были её ответной реакцией на то, что Убера схватили без костюма, а девушку, которую он сопровождал, взяли как подозреваемого. Что интересно, так это то, что единственной связью девушки с Матриарх было то, что она находилась в компании Убера, однако Матриарх прислала для её защиты очень дорогого адвоката. Мы знаем, что это сделала Матриарх, потому что мисс Рокфорд никак не могла позволить себе нанять его самостоятельно, и у неё нет связей с другими людьми, которые могли бы сделать это для неё. Я согласна, что это не то, что мы могли бы использовать, но это тоже многое говорит о характере Матриарх. В тот же день, когда взяли Убера, кто-то пытался убить её, когда она тоже была без костюма. Матриарх считает, что это было санкционированное Протекторатом покушение на убийство. Которое было совершено специально приглашённым для этого кейпом, Айресом.
— Инцидент на Набережной? — в ответ на короткий кивок Мисс Ополчение, Легенда продолжил. — Тогда это могло бы объяснить его травмы. Она нанесла их не в пылу битвы. Она нанесла их преднамеренно. Она хотела, чтобы он страдал. Её утверждения чем-нибудь подтвердились?
— Ничего такого, что позволило бы выписать ордер на арест, не говоря уже об отправке в суд. Он был моим главным подозреваемым, когда я взялась за расследование, но я не смогла найти никаких доказательств, подтверждающих переданную Матриарх информацию. Всё, что я могла сделать, это ограничить его уровень доступа и запретить ему доступ к другим ресурсам СКП. Есть ещё один момент, на который я хотела бы обратить внимание. Ещё до того, как мы начали разговаривать, Матриарх отправила одного человека принести ей документы. Эти документы она как раз и передала мне в конце нашей встречи. В основном всё это были косвенные улики, связывающие Томасса Кальверта с суперзлодеем Вывертом. Я упоминала в своём отчёте, что она считала, будто он проник в СКП, и что он ответственен за убийство взрослых Олкоттов, а также за исчезновение их маленькой дочери. Матриарх открыто призналась в том, что девочка сейчас находится у неё, и намеревалась использовать устроенный хаос для того, чтобы уничтожить Выверта. Как его лично, так и его гражданскую личность Кальверта. Однако помимо этого, в переданном конверте было также несколько снимков, распечатанных с камер, которые, по всей видимости, встроены в их шлемы. На одной из них Айрес и Ло Ван стояли на крыше, и Айрес направлял винтовку в её сторону. Однако самого факта выстрела на снимке зафиксировано не было, и это была единственная зацепка, которую она смогла предоставить относительно личности стрелка. Мы даже не можем сказать наверняка, был ли сделан этот снимок в тот же день. Несмотря на это, она верит в то, что нападал на неё именно он, и очевидно, что между ними что-то случилось. Зная Айреса, он мог подумать о том, что было бы неплохо использовать Ренегата, чтобы выманить Матриарх. Это звучит как что-то, что он с лёгкостью бы сделал.
— Айрес, очевидно, действовал не сам по себе, — сказал Легенда, размышляя обо всём, что уже знал. — Я хочу знать, кто просил его это сделать, но сейчас это нам ничем не поможет. Прямо сейчас нам нужно решить, что нам делать с тем беспорядком, который она нам оставила. Я не могу представить, что мы сможем сохранить произошедшее здесь в тайне, не больше, чем то, что она убила Левиафана. Она взорвала зажигательное устройство в своей больничной палате, убила двух кейпов, украла тело из морга и, по-видимому, также угнала машину скорой помощи. И всё это прямо у нас под носом, будучи серьёзно раненой. Чего я не понимаю, так это почему она вообще это сделала?
— Она нам не доверяла, — вмешалась Панацея в разговор, заходя в палату, вероятно, чтобы проверить пострадавшего. — Я же говорила вам, она считала себя заключённой.
— Но это было не так, — возразил Легенда. — Предполагалось, что Убер объяснит ей это. Если бы он этого не сделал, это сделал бы Страшила.
Однако Мисс Ополчение согласилась с Панацеей.
— Её последующие действия отражали её точку зрения. Независимо от того, что сообщил ей Убер, он бы в конце концов сделал всё, что она прикажет. Нам следует расспросить Страшилу, чтобы узнать, что произошло. Возможно, он сможет позволить нам лучше понять мотивы Матриарх.
Панацея прошла мимо них, и Легенда повернулся к Мисс Ополчение.
— Пошли за ним кого-нибудь. Я хочу расспросить его о том, почему он дал разрешение вернуть им их снаряжение. Мне также нужно всё, что у нас есть на Матриарх. Если так пойдёт и дальше, мы скорее всего потеряем город, несмотря на всё, что нам удалось достичь.
— Да, сэр.
ХхХИзгнанникХхХ
На моё выздоровление ушло четыре дня. За это время форумы словно взорвались, повсюду передавались слухи, СКП провело настоящую пиар-работу, а я, к счастью, всё это пропустила, будучи без сознания. Не то чтобы я всё равно обратила бы это внимание, если бы не валялась в отключке. Вместо этого я провела весь предыдущий день с Диной, так как это был её последний день с нами.
Это было не так радостно, как я на это надеялась. Во всяком случае, когда погрузочный трап опустился, я подумала, что это было почти также трудно, как хоронить Себастьяна.
Место, которое я выбрала для его могилы, было очень красивым и находилось где-то в глуши Южной Америки. Однажды он показал мне одно место, в котором побывал в рамках его обучения по программе N. В те очень редкие моменты, когда новобранцы проявляли себя хорошо и у них появлялось свободное время, он ездил туда, просто полюбоваться видом. И даже на моей земле вид из этого места открывался потрясающий. Себастьян сказал, что в то время, выбираясь в это местечко, он чувствовал себя более умиротворённо, чем где-либо ещё, с тех пор, как потерял родителей. На Земле Бет это место представляло их себя в основном дикие джунгли, расположенные вдали от каких-либо признаков цивилизации. Я не могла придумать лучшего места, чтобы похоронить его.
Когда трап опустился, Стив и Грэг вышли первыми, держа в руках штурмовые винтовки. У Стива в руках был Ревенант, чудовищно-большая штурмовая винтовка, способная выпустить из себя безумное количество пуль на огромное расстояние. Не очень точное оружие, но в этом и была его особенность — оно в принципе не было рассчитано на точность стрельбы. Оно предназначалось для того, чтобы поливать огнём область, которую вы зачищали, до тех пор, пока тот, в кого ты стреляешь, не перестанет шевелиться. Грэг нёс мою винтовку, оснащённую удлинённым стволом для придания ей большей убойной силы, и барабаном, заряженным термо-обоймой, предназначенной для того, чтобы пушка подольше не накалялась. Оба были одеты в свои доспехи, починенные после прошедшей битвы.
Мы с Диной следовали прямо за ними. Дина держала меня за левую руку, так как моя правая представляла собой что-то вроде скелета руки, который Элит успел собрать. У него было не так уж много времени на то, чтобы восстановить что-то такое сложное, как моя рука, учитывая все остальные проблемы, которые на нас навалились. У меня не было с собой никакого оружия, кроме ножа и пистолета. Ни то, ни другое я не могла использовать правой рукой, так что они были прицеплены ко мне со стороны Дины. К счастью, моя собственная броня была исправна. Внешне она всё ещё выглядела потрёпанно, но функционал был восстановлен. Дина выглядела достаточно нарядно для того, чтобы представлять всех нас. С перьями Сирены на шляпке и всё такое.
За нами шли Пейдж и Роррим. Обе впервые надели доспехи, с пистолетами, закреплёнными на бёдрах и винтовками за спинами. Ни один из костюмов не создавался специально под них, но Убер и Элит доработали их настолько, чтобы девушки могли использовать их для сегодняшнего дня.
Пока Убер и Элит ожидали нас у подножия трапа, я оглядела людей, ожидавших нас. Особенно тех двоих, что стояли впереди. Мэр города Рой Кристнер и его жена. Взгляд миссис Кристнер был прикован к Дине, сияя облегчением. Однако мистер Кристнер, казалось, был очень на нас зол, смотря куда-то поверх наших голов.
Мы не стали маскировать корабль, когда припарковывались на его лужайке. Некоторые люди расстраивались из-за того, что их друзья парковали машины на их лужайках. Мы и близко не входили в категорию друзей, а звездолёт класса Корвет размерами был немного больше автомобиля. К счастью, быть мэром было очень неплохо. В том смысле, что у него была довольно большая лужайка.
Корабль занимал большую часть открытого пространства, на котором мы приземлились. Возможно, SR-3 был не так красив, как предполагалось, из-за того, что его дизайн был основан скорее на наших потребностях, чем на его эстетике, и он был больше длинным, чем широким. Открытый грузовой отсек давал понять, что пространство внутри было многоцелевым, так, там можно было увидеть нашу мастерскую, производственные цеха и другое оборудование. Если хорошенько приглядеться, то можно было заметить сходство нашего корабля с лебедем. У него тоже было массивное туловище и длинная шея. Небольшая, лопатообразная голова немного портила картинку, как и короткие крылья. И, конечно, огромные светящиеся двигатели, расположенные позади корабля, тоже не очень к этому располагали.
Да, думаю, я могла понять, почему мэр был так недоволен нами.
За ними стояло ещё трое. Молоденькая девочка стояла за спинами двух подростков, девушки и парня. Все трое следили за нами. Как ни странно, подростки вели себя не так, как я этого ожидала. На их лицах не было написано страха, были только мрачные, хмурые выражения. Парень даже умудрялся в этот момент переписываться с кем-то по телефону.
Я не стала комментировать это, взяв инициативу в свои руки, направившись ко взрослым. Прежде, чем мы подошли слишком близко, я повернулась к Пейдж и протянула ей руку Дины. Затем я вышла вперёд, чтобы могла поговорить наедине с опекунами Дины.
— Мистер и миссис Кристнер, — поприветствовала я их, отдавая женщине рюкзак Дины. — Личные вещи Дины. Когда мы ей подобрали, у неё ничего не было, но с тех пор она обзавелась парочкой вещей. Кроме того, мы записали её на домашнее обучение под именем Мэри-Энн Грэнфорд. Записи, результаты тестов и всё остальное тоже находятся в рюкзаке, как и все пароли для доступа к её учётной записи.
Тёте и дяде Дины потребовалась секунда, чтобы отреагировать на мои слова.
— Спасибо, Матриарх. Невозможно передать, как мы волновались за неё.
— Ещё парочка вещей, прежде чем мы уйдём, — сказала я. — Я бы хотела кое-что прояснить. Во-первых, мы скрывали её от вас не из-за её силы. Мы обнаружили, что её преследуют наёмники Выверта, и остановили их. Об этом говорилось во всех новостях, о той перестрелке в доках. Как бы нам ни хотелось вернуть её домой как можно скорее, мы не могли этого сделать, пока Выверт был жив. Не уверена, что вам об этом сообщали, но именно Выверт ответственен за то, что случилось с её родителями. Теперь, когда он мёртв, Дина может остаться с вами и быть в безопасности. Во-вторых, мы все очень привязались к Дине. Я очень привязалась к ней. Некоторые из её вещей — подарки от нас, которые мы специально подготовили на её день рождения. Если мы узнаем, что вы отобрали их у неё, я буду… расстроена. Лично я предпочла бы, чтобы между нами не было напряжённости, потому что, уверяю вас, если что-то подобное случится, я об этом узнаю.
Даже когда мэр Кристнер явно возмутился моей угрозе, миссис Кристнер понимающе кивнула.
— Если эти вещи не представляют собой опасности, я не вижу в этом проблемы.
— Они не опасны, — заверила я тётю Дины. — И последнее, сила Дины. Она сопротивляется ей. Иногда её мучают ночные кошмары или сильная мигрень, если она использует свою силу слишком часто. Имея это ввиду, я хочу, чтобы Дина сама выбирала, как она хочет использовать свою способность. Не принуждайте её к этому, не требуйте от неё, чтобы она её использовала. Спросите её, если вам нужно что-то узнать, но не заставляйте.
— И что даёт тебе право диктовать нам условия? — спросил мистер Кристнер, нахмурившись и игнорируя предостерегающий взгляд жены.
— Ничего, кроме моих чувств к Дине, — твёрдо ответила я. — Наверное, сейчас будет уместнее всего упомянуть о том, что я убила восемь человек, пытаясь отвоевать её свободу у Выверта, включая самого Выверта. Не считая тех, кого я покалечила, и всех тех убитых, которых мы оставили после себя как группа. Добавить к этому списку ещё парочку тел? На самом деле, нас не очень беспокоит эта мысль. Я думаю, вы удивитесь тому, насколько я готова отстаивать свободу Дины.
Оба взрослых, стоявших передо мной, слегка побледнели, услышав мои слова, произнесённые с такой лёгкостью, словно я говорила о погоде.
— Мы упорно боролись за то, чтобы вернуть Дину домой, и многим пожертвовали ради этого. Она любит вас. Любите её в ответ, уважайте её выбор, и у вас никогда не возникнет проблем ни со мной, ни с моими подчинёнными. Я не прошу многого, просто не заставляйте меня пожалеть об этом. Вы даже не представляете, насколько мы с ней сблизились за последний месяц. Не испытывайте моё терпение в этом вопросе.
Я посмотрела на подростков, стоявших за спинами взрослых. Они стояли всего в нескольких шагах от нас, и судя по выражению их лиц, слышали каждое моё слово.
— Если вы не возражаете, мы ещё на минутку задержим её, чтобы попрощаться.
Я отвернулась, не дожидаясь их ответа. Как только я вернулась к своим друзьям, я произнесла неизбежное «Время пришло».