Фургон остановился. Эгида открыл его задние двери и вышел. Этот конкретный гараж не был обычным гаражом, которым пользовались все сотрудники СКП. Он предназначался только для Стражей, поскольку у героев Протектората, которые приезжали сюда, обычно была своя парковка. Оглядевшись, Эгида убедился, что здесь не было никого из тех, кого здесь быть не должно, что его вполне устраивало.
Эгида обернулся, чтобы взглянуть на свою подавленную команду. Призрачный Сталкер выскочила из задних дверей второго фургона. Он знал, что дальше она направится к лифтам с другой стороны парковки, так что не был удивлён, когда она так и сделала, даже не посмотрев в их сторону. Сталкер была взбешена, и её отношение к ним прямо сейчас так и грозило обернуться проблемами. Ему придётся понаблюдать за Сталкером, чтобы убедиться, что она не начнёт вымещать своё разочарование на Висте, как она обычно делала, когда её никто не видел.
Кид Вин легко выскочил из машины, помогая Стояку выбраться из первого фургона. Как и большинство из них, Вин был в порядке. Стояк, однако, тяжело опирался на него, когда они медленно начали идти в сторону лифтов. Эгида был почти уверен, что с ним всё будет хорошо, как только он передохнёт. Если не считать того жёсткого приземления, когда его откинуло взрывом, под прямые атаки он не попадал. Что ж, с ним всё будет в порядке через какое-то время. Не все в их команде обладали такими же способностями к регенерации, какими обладал Эгида.
Из второго фургона вышел Рыцарь. Его броня была поцарапана о дорожное покрытие, на которое он упал после того же взрыва, который бросил на землю Стояка. Что бы не говорили об Оружейнике, но он был одним из лучших технарей в Протекторате, и если не считать некоторых визуальных повреждений, в остальном броня справилась со своей задачей на отлично. Что было более важным по мнению Эгиды, сам Рыцарь тоже был в порядке. Хотя вряд ли он бы согласился с мнением Эгиды.
Через месяц Эгида переводился в Протекторат. Стояк был самым старшим в команде после него и должен был заменить Эгиду, но пройдёт всего месяц, прежде чем он будет переведён вслед за ним. Это означало, что следующим главой команды Стражей на весь следующий год должен был стать Рыцарь. А зная отвращение Стояка к любым руководящим должностям, скорее всего, следующим капитаном команды после перевода Эгиды будет сразу назначен Рыцарь. Вот почему, когда поступил тот звонок, Эгида решил, что сейчас было самое подходящее время посмотреть, каким лидером себя покажет Рыцарь, пока его не будет рядом, чтобы ему помочь.
Эгида наблюдал за тем, как его упавший духом товарищ по команде бредёт прочь. Никто не любил проигрывать, особенно Рыцарь. Но проиграть так, как это сделали они — что ж, это повод корить себя сильнее, чем в любых других случаях. Прошло много времени с тех пор, как они участвовали в столь одностороннем противостоянии. Если он правильно помнил, в последний раз со Стражами такое случилось ещё до того, как Рыцарь присоединился к их команде. Эгида надеялся, что сегодняшнее поражение не пошатнёт его уверенность в будущем. Они и раньше проигрывали злодеям, переживут и этот проигрыш. Он поговорит с ним наедине попозже. Может быть, он расскажет о той провальной битве против Мэйбилл.
Другой человек, с которым он хотел сегодня поговорить, в этот момент покинул второй фургон, чем привлёк внимание Эгиды к себе. Страшила принял на себя самый большой урон из всех Стражей, но его биокинез помог ему легче справиться с последствиями атак. Его мышцы уже сдувались, но Эгида знал, что потребуется какое-то время, чтобы его фигура приобрела обычные размеры. Как только Эгида помог Висте выбраться из первого фургона, он направился к Страшиле.
— Как ты себя чувствуешь?
— Со мной всё будет в порядке. Могло быть намного хуже.
Эгида кивнул. Это тоже было правдой. Обычно СКП не отправляла их в опасные для жизни миссии. Обычно. Тем не менее, это не означало, что они не получали никакого серьёзного вреда, когда возникали недопонимания или когда их недостаточно информировали о ситуации. Такое уже случалось раньше, и каждый знал, что подобные ситуации могут повториться в любой момент, когда их вызовут работать в поле. Они прошли половину пути к лифтам, прежде чем Эгида решил нарушить тишину.
— Значит, Бордюр?
Маска не позволяла Эгиде видеть улыбку на чужом лице, но он услышал её в голосе Страшилы, когда тот заговорил.
— Мой младший брат дал мне это имя вскоре после того, как я получил свои способности. Я использовал его в течение нескольких месяцев, прежде чем присоединился к Стражам.
— Я так понимаю, это как раз в это время ты пересёкся с тем кейпом-злодеем? — спросил Эгида, переходя на интересующую его тему.
— Не в том смысле, о котором ты подумал.
Увидев, что Эгида нахмурился, Страшила продолжил, когда они вошли в лифт.
— Он спас мне жизнь.
— Злодей спас твою жизнь.
Страшила кивнул, скрестив свои массивные руки на груди.
— Тогда я не знал, что он был злодеем, но да. Тогда-то я и познакомился… нет, встретил в первый раз Ренегата.
Эгида не думал, что сможет побороть своё любопытство, даже если бы хотел. Как только двери лифта закрылись, он встал в точно такую же позу, как и Страшила, и спросил:
— Как это произошло?
Страшила выдохнул, когда, как показалось со стороны, ушёл в себя. Хотя, подумал Эгида, это могло быть и следствием того, как его сила изменяла его тело.
— Ты же знаешь, что раньше я учился в Джеферсон, да? Ну, как и мой младший брат, только он учился в классах младше. В любом случае, в том районе полно барыг. Папа говорит, что там всегда было плохо с наркоманами, но в последние пару лет ситуация резко ухудшилась. Что ж, до того, как я получил свои способности, рядом со школой постоянно тёрлось трое парней. Они пытались уговорить детей сходить с ними на вечеринку. Их любимой мишенью для приставаний был мой брат. В какой-то момент всё стало настолько плохо, что после уроков он оставался в школьной библиотеке и ждал, когда закончатся мои занятия. Потом мы шли домой вместе. Однажды этого оказалось недостаточно, чтобы заставить их отступить. Я надеялся, что если мы срежем путь по переулку между двумя жилыми комплексами, мы с ними не пересечёмся, но это не сработало, и он загнали нас в угол. Я думаю, они устали упрашивать брата и решили просто притащить его на ту самую «вечеринку». Мы не могли убежать, поэтому я сопротивлялся. Просто пытался выиграть время, чтобы мой младший брат смог сбежать, понимаешь?
Эгида кивнул.
— А он..?
— Да, и это им совсем не понравилось, — Страшила отвернулся, и продолжил говорить, понизив голос. — Слушай, это вроде как личное…
— Страшила, — сочувственно начал Эгида. — Послушай, мне неприятно это говорить, но ты ведь знаешь, что если не расскажешь мне, тебя будет спрашивать Пиггот. Ты с нами недолго, но ты уже должен был понять, что она не отличается добрым отношением, ну, ни к кому.
Эгида присоединился к немного мрачноватому смеху своего товарища по команде. Его слова были преуменьшением, и они оба это знали.
— Тогда могу я попросить тебя, чтобы это осталось только между нами?
— Насколько я знаю, да. Что произошло после того, как твой брат сбежал?
Страшила вздохнул. На мгновение Эгиде показалось, что он не продолжит рассказ, но через некоторое время он заговорил снова.
— Их лидер сказал, что поскольку я позволил почётному гостю уйти, мне придётся занять его место. Двое из них держали меня, пока их лидер втыкал мне в шею несколько игл, вводя какой-то жидкий наркотик. Понятия не имею, что это было, но оно распространялось по венам словно огонь. Я помню, как катался по земле, крича и агонизируя от боли. Они стояли там и смеялись надо мной всё это время, будто это была отличная шутка. Говорили о том, что скоро мы все станем действительно хорошими друзьями…
— Иисусе… — пробормотал Эгида.
Страшила дёрнул плечом.
— Короче, всё расплывалось перед глазами. Цвета перемешивались, а предметы начали менять свою форму и вытворять другие странные вещи. Затем я потерял сознание. Когда я очнулся, я всё ещё валялся в том переулке, но со мной всё было в порядке. Наркоманы… ну, они ушли в какой-то момент, видимо после того, как я потерял сознание, и больше никого рядом не было. Только вернувшись домой я понял, что пробыл в отключке несколько часов. Младший брат благополучно добрался до дома, а я был… жив, если не считать того факта, что я не понимал, как мне это удалось. Я продолжал не понимать до тех пор, пока случайно не пробил стаканом стену, когда просто за ним потянулся. В итоге мы не видели их до следующей недели. Я снова шёл домой с братом, когда появились они. Думаю, они решили, что у меня будет ломка и мне потребуется ещё одна доза. Возможно, они хотели… повторить то, что делали в прошлый раз. Что ж, всю ту неделю я провёл, тренируя свои способности, и не намеревался позволять этой ситуации повториться. Вместо этого я использовал свои силы, чтобы прогнать этих засранцев. Я запустил уличную мусорную корзину в мусорный бак с такой силой, что тот разорвало напополам. Это напугало их настолько, что они тут же сбежали.
Когда Страшила сделал паузу в разговоре, Эгида воспользовался краткой передышкой, чтобы осмыслить услышанное под неспешную поездку лифта. Страшила был не самым общительным из Стражей. На самом деле, он был лишь немного более общительным, чем Призрачный Сталкер, хотя, конечно, находиться в его обществе было куда как приятнее. Разговорить его за всё то время, что он был с ними, не удавалось почти никому из них. Поэтому было удивительно слышать то, как он открывался ему прямо сейчас.