Глава 642. Нисхождение Божественной Души (часть 3)

Хань Юй заявил: «Не надо так говорить, Цайэр. Юаньюань был прав только что, воскрешение капитана — это не только ваша ответственность. С тех пор как наш отряд охотников на демонов был основан, сколько капитан пожертвовал ради нас? Хотя мы не упоминали об этом много, все было выгравировано глубоко в наших сердцах. Если бы у нас не было капитана, возможно, мы бы уже давно были уничтожены. И как мы могли все еще быть здесь в этот день? Как мы могли получить честь называться титулованным отрядом по охоте на демонов? Следование за капитаном на территории демонов дало нам преимущество. Теперь, когда капитан погиб в бою, даже заплатив за каждую из наших жизней стоит того, чтобы мы могли вернуть капитана к жизни. Так думает каждый из нас. Без капитана яркий проблеск надежды не имеет своей души. Нам нужно, чтобы он вернулся к жизни и продолжал вести нас, чтобы творить еще больше чудес, чтобы вести нас в победе над демонами. Даже Бог-Демон император, Бог-Демон Луны и Бог-Демон звезды должны были признать, что существование капитана угрожает выживанию всего демонического рода, делая жизнь капитана даже более важной, чем все наши вместе взятые. Воскрешение капитана необходимо для того, чтобы увидеть Зарю победы альянса: какой бы ценой это ни было, оно того стоит.»

Линь Синь кивнул: «Хань Юй прав. Пока капитан воскрешен, я готов заплатить любую цену. Мы наконец-то прошли испытания на этом пятом этаже, но в следующий раз нам придется столкнуться с еще более серьезными проблемами. Соперники будут еще сильнее, но сейчас нас осталось только трое. Цай’Эр, когда дело дойдет до этого, ты не должен нас останавливать, что бы нам с Хань ю ни пришлось сделать.»

Глядя на Линь Синь и Хань Юй, стоявших перед ней, глаза Цай’Эр были твердыми и решительными, их уже нельзя было остановить простыми словами.

Зайдя так далеко, они должны были продолжать идти вперед, иначе жертвы их товарищей были бы напрасны.

Сняв тело Лонг Хаочен со спины и осторожно опустив его на землю, Цай’Эр больше не спорил с Линь синем и Хань Ю. В этот момент она могла только оставаться сильной. Пока Хаохен временно замещал ее на посту капитана, у нее было гораздо больше обязанностей.

Хань Юй и линь Синь сидели по другую сторону от Цая. Поглаживая вечную мелодию, полную тепла, она объявила: «башня вечности имеет всего семь этажей. Когда мы впервые приехали сюда, Хаохену было предложено наследие Элюкса. Тогда он сказал, что его наследие находится на седьмом этаже башни Вечности, но ему предстоит пройти через множество испытаний, прежде чем он сможет встретиться с ним. Десять из двенадцати святых стражей уже появились перед нами, так что теперь осталось только двое последних, и все они неизбежно появятся на следующем этаже. Согласно предыдущей диспозиции, вполне возможно, что они появятся именно на шестом этаже. Другими словами, судебные процессы на шестом этаже, скорее всего, будут нашими последними.»

Хань Юй кивнул: «это весьма вероятно. Испытания на пятом этаже все это поставило нас перед доменом, владеющим силовыми установками девятой ступени, и шестой этаж пойдет на один шаг дальше. Было бы неоправданно, чтобы на седьмом этаже также проходили судебные процессы. Если он действительно должен быть таким сильным, какой смысл бороться за наследие?»

Линь Синь спросил: «Но каким же может быть этот суд на шестом этаже, сделавший еще один шаг вперед? Основываясь на наших предыдущих встречах, мы должны были встретиться с магом элементалей тьмы и воином, владеющим святым светом. Может быть, эти два домена, владеющие силовыми установками девятой ступени, появятся вместе?»

От этих слов у всех троих был совершенно шокированный вид.

На самом деле, нужно знать, что из шести великих элементов свет и тьма изначально были помещены выше четырех природных элементов. Поэтому обладатели света и тьмы обычно были немного сильнее, чем обладатели четырех природных стихий. Даже появление только одного из них уже было бы значительным вызовом для них, а тем более для двух из них, собирающихся вместе.

Хань Юй нахмурил брови “ » они не должны были собираться вместе, верно? С этим было бы слишком трудно справиться.»

Напротив, Кай’Эр покачала головой: «я надеюсь, что они смогут появиться вместе.»

— Но почему же?— Почти сразу же спросили Хань Юй и линь Синь.

Цай’Эр ответил: «Это потому, что это единственный способ, которым мы можем пройти через этот шестой этаж. Испытания Башни вечности все постепенно становятся сложнее, но последнее испытание всегда обязательно будет намного сложнее, чем все предыдущие. Когда мы достигнем шестого этажа, в том случае, когда мы сталкиваемся только со светом и тьмой элементарных электростанций в одиночку, увеличение сложности не будет отличаться слишком сильно от ранее, по крайней мере, не качественно. Но только в том случае, если они появятся вместе, увеличение сложности сделает его правдоподобным как последнее испытание башни вечности. Хотя такое испытание будет гораздо труднее выдержать, по крайней мере, это лучше, чем впоследствии столкнуться с совершенно неизвестным другим судом. ”

Хань Юй пробормотал: «на самом деле, это не обязательно плохо, когда свет и тьма появляются рядом друг с другом.»

«А разве это не плохо? Это два домена владеющих электростанциями!— Линь Синь говорил с непониманием.

Хань Юй ответил: «но не забывайте, что из всех шести великих элементов свет и тьма-самые противоречивые. Скажи мне, как может свет и тьма дополнять друг друга? И прежде всего, давайте поговорим о доменах. Домен — это способности большого масштаба, действующие на регион. Если области света и тьмы появляются вместе, они могут только мешать друг другу. Как вообще можно было подумать о браке? Возможно, если они появятся вместе, они не обязательно будут использовать домены, что немного облегчит нам ответ.»

Кай’Эр не произнес ни слова, глубоко задумавшись. Она усиленно пыталась строить догадки, но все еще не могла сказать, каким может быть испытание шестого этажа.

Хань Юй посмотрел на Цай’Ер “ » в любом случае, как насчет того, чтобы дать мне попробовать?»

Кай’Эр поспешно отверг его “ » не может быть и речи! Независимо от того, какие испытания ожидают нас на шестом этаже, экзаменатор будет чрезвычайно мощным. И без достаточной силы, они наверняка даже не будут выходить на все, так что вы не сможете ничего разведать. У нас есть только один шанс, чтобы справиться со всем этим в один рывок, и пройти через это сразу. Давайте сразу восстановим наши силы: на этот раз никто из вас не пойдет против меня. Я единственный, кто может пройти через это.»

Теперь же формулировать новые догадки было бесполезно. Только столкнувшись с ним лицом к лицу по-настоящему, они смогут понять проблемы последнего этажа.

Все трое сидели скрестив ноги, быстро входя в медитативное состояние, чтобы восстановить свою духовную энергию. Несмотря на временную паузу между употреблениями, прием совместных духовных таблеток в такой быстрой последовательности все еще вызывал сильный овердрафт на их телах.

Они стояли на пороге шестого этажа, который, возможно, будет самым последним. На этот раз Кай’Эр не спешил, и прежде чем продолжить, убедился, что они полностью восстановили свои способности.

В небе все еще парила тень смерти, спокойно стоя там и рассеивая слабо различимое серое сияние. Точно так же, как дышащий человек, каждый импульс ауры на нем заставлял воздух в башне вечности слегка колебаться.

Цайэр полностью вошел в состояние культивации. Пройдя через предыдущие препятствия, ее дух и сила постепенно завершили совершенную гармонизацию после того, как только восстановились ее воспоминания. В то же время эти немногочисленные тяжелые бои вызвали великое освобождение ее сил, которое приобрело значительный прирост.

В тот момент, когда она снова открыла глаза, даже она не знала, сколько времени прошло. Линь Синь и Хань Юй давно открыли свои глаза, и все члены яркого проблеска надежды воссоединились на ее стороне.

Чэнь Иньэр лежал у груди Ян Вэньчжао, Дуань и поддерживал Сима Сианя с другой стороны, а бледные Ван Юаньюань и Чжан Фанфан уже проснулись. Хотя по выражению их лиц ничего нельзя было сказать, их дыхание было намного, намного слабее, чем раньше. Даже колебания духовной энергии, исходящие от них, не могли быть восприняты.

«Вы все пришли.»Глядя на товарищей перед ней, Кай’Эр не могла не поджать губы.

— Цай’Эр, мы добьемся успеха любой ценой! Мы поднимемся с вами на шестой этаж любой ценой и сделаем для вас все возможное.— Голос Чэнь Инь был все еще очень слаб, но она говорила с решимостью.

Остальные закивали так же, как и она. Может быть, они уже не могли сделать больше, чтобы подготовить путь для Цай’Ер, но они были готовы прийти, даже если это будет только ради поощрения Цай’Ер в следующей битве.

Цай’Эр медленно встал, бросив взгляд на длинного Хаочэня, мирно лежащего на земле. Она не стала продолжать благодарить их, потому что никаких слов не хватило бы, чтобы выразить свою благодарность.

— Иметь таких товарищей, как вы, действительно здорово. Тогда давайте поднимемся на этот шестой этаж вместе!— Сказав это, она долго держала Хаочэня, но на этот раз не привязывала его цепью к своему телу. Повернувшись назад, она направилась к столпу света, который уже появился задолго до этого.

Тень смерти в небе следовала впереди, и в тот момент, когда Кай’Эр исчез в столбе света, она превратилась в полосы света, исчезающие также внутри столба.

Все от яркого проблеска надежды протянули руки, чтобы поддержать друг друга, решительно входя в столп света. Полоски лучистого света сияли, принося их на верхние этажи башни вечности.

Шестой этаж башни вечности.

После того, как все прошли через телепортационные ворота, они все бессознательно уставились в одном направлении.

Этот этаж отличался от пятого этажа тем, что располагался вокруг линий, расходящихся от центра. Весь шестой этаж башни вечности был полностью разделен на два мира.

Слева все было погружено в кромешную тьму, а справа сияло золотым священным светом. Свет и тьма были четко разделены, и в их центре находился расход белой энергии.

Цай’Эр осторожно опустила длинного Хаочэня на землю и повернулась к своим товарищам: «пожалуйста, позаботьтесь о нем, ребята. Хань Юй, Линь Синь, мне придется позаимствовать ваши силы.— Имея на спине длинный Хаочэнь,ей было бы трудно показать всю свою силу.

— Ну да!— Линь Синь и Хань Юй одновременно шагнули вперед, приняв по совместной духовной таблетке.

Их движения были остановлены Цай’Эр ««дело не в том, чтобы принимать Объединенные духовные пилюли. Я хочу позаимствовать ваши силы через духовную печь самсары. Вы потеряете всю свою духовную энергию в этом процессе, и вам понадобится три месяца, чтобы восстановить ее. Через некоторое время, пожалуйста, полностью расслабьтесь; это единственный способ, которым я могу ассимилировать вашу духовную энергию.»

Они оба были поражены, так что у Кай’Ер все еще был такой метод?

Сзади все остальные внимательно наблюдали за Цай’Ер, а также за Лонг Хаочен. Ситуация на шестом этаже подсказывала им, что они, несомненно, находятся на грани того, чтобы столкнуться лицом к лицу со светом и тьмой. Сможет ли Цай’Эр действительно пройти через это испытание?

Никто не знал, сможет ли Цайэр сделать это: они все молча молились в глубине своих сердец.

— Цай’Эр, мы тоже там. Наша духовная энергия принадлежит вам.»Ян Вэньчжао и Дуань и полностью встали: они были единственными оставшимися с некоторой духовной энергией группы, кроме Хань Юй и линь Синь.

Цай-Эр не стал скромничать и кивнул: «Хорошо.»

Все четверо выстроились в ряд, а Кай’Эр стояла впереди, медленно поднимая Серп Бога Смерти в своей руке. Над ее головой легла легкая тень смерти.

Ледяной смертоносный дух наполнил воздух, но прямо сейчас, этот смертоносный дух не был агрессивным, но имел форму своего рода экстраординарной энергии.

Башня вечности была наполнена очень сильным дыханием смерти. Но в этот момент, казалось, что дыхание смерти внезапно исчезло, и тень смерти Кай’эра стала сверкающей.

Область на груди Цай’эра светилась. Это был не свет вечной мелодии, а серое сияние, образующее серые ореолы вокруг ее груди.

Серп Бога Смерти указывал вперед и был направлен сначала на Хань Ю.

Острый край ножа уперся в грудь Хань Юя, отчего тот весь похолодел. Он почувствовал, как все его тело похолодело, когда непревзойденная мощь вырвалась наружу посреди этого ледяного холода.

Внутренняя духовная энергия в его теле, казалось, изливалась наружу, превращаясь в группы белых остановок, проходящих через Кайер с серпом Бога Смерти в качестве продолжения.

Как и было сказано Цай’Ер, Хань Юй не сопротивлялся и полностью расслабил свое тело, позволяя Цай’Ер поглотить все это. В одно мгновение его более чем десятитысячный запас духовной энергии был сведен на нет.

Но, поскольку эффект поглощения еще не закончился, Хань Юй активировал действие своей духовной печи светлых благословений и объявил: «Цай’Эр, сначала впитай от других. Воздействие моей духовной печи должно еще больше улучшить ваше поглощение.»

Цай’Эр молча кивнул, и серп Бога Смерти следующим приземлился на Линь Синя. Духовная печь светлых благословений включала Линь Синь, Дуань и и Ян Вэньчжао в своем диапазоне эффектов, значительно ускоряя восстановление их духовной энергии.

Серп бога смерти продолжал мерцать с глубоким холодом, поглощая каждую каплю духовной энергии этих четверых.

Вначале все четверо первоначально стояли, но поскольку их духовная энергия сильно уменьшалась, у них не было другого выбора, кроме как сесть из-за чувства слабости.

Время шло секунда за секундой, и за то время, которое требовалось, чтобы поесть, Кай’Эр получил более ста тысяч духовной энергии от этих четырех.

Это произошло благодаря духовной печи светлых благословений. Без него Цайеру уже было бы неплохо получить шестьдесят тысяч от этих парней.

Поглощение ста тысяч духовной энергии привело к тому, что все тело Цай’эра высвободило колебания духовной энергии. Тонкие серые струйки воздуха слегка колебались вокруг ее тела.

Каждый мог полностью почувствовать внушительный ледяной холод, который чувствовали четверо, получившие поглощенную ими духовную энергию.

Тень смерти на небе становилась все более отчетливой. Все еще призрачное лицо было повернуто в сторону, и каждая морщинка на его серой броне стала отчетливо видна.

Кай’Эр медленно склонила Серп Бога Смерти к своим товарищам, показывая свою решимость в глубине ее взгляда.

Все охотники на демонов от яркого проблеска надежды были осведомлены о ее мыслях. От ее решительного взгляда исходило неописуемое чувство мертвой неподвижности. Она была полна решимости добиться верного убийства в этой битве.

Прямо сейчас, никто из них не мог остановить Кай’Ер, и как они также знали, никто из них даже не был способен на это.

Глубоко вздохнув, Кай’Эр положила свой Серп Бога Смерти на землю. В тот же миг серое сияние, окружавшее ее тело, превратилось в серый комок, спиралью закручивающийся вокруг нее. Когда на ее теле образовался серый барьер, обе ноги Кай’Эр резко вытянулись вперед.

Если бы кто-то непременно должен был описать то чувство, которое она испускала, тогда «ничто» было бы очень подходящим. Даже товарищи позади нее чувствовали, что она казалась бестелесной.

Слой за слоем изливалась духовная энергия, и она была переполнена убийственным духом, быстро размахивая серпом Бога Смерти.

Тиранический серый луч был ясно виден, сверлящий вперед и направленный на слияние в середине мира света и тьмы.

В то же самое время, когда Кайер сделал это движение, в золотом и темном противоположных мирах появились два света и две тени.

В этот момент всем показалось, что на шестом этаже одновременно появились солнце и Луна.

Да, это было ощущение солнца, которое символизирует день, и Луны, которая символизирует ночь.

Это были два скелета одинаковой формы, золотой скелет в доспехах и черный скелет в мантии. Как и ожидал Кай’Эр, эти два последних скелета появились вместе.

И, судя по виду этого шестого этажа, эта белая энергия в центре, казалось, создавала его так, что их соответствующие Домены не будут противодействовать друг другу.

Взрыв. Смертоносный серый почти телесный дух внезапно атаковал белый барьер в середине, заставляя пространственные границы шестого этажа слегка покачиваться. Этот тонкий на вид барьер был на самом деле несравненно жестким и прочным: даже такой интенсивный и острый телесный смертоносный дух был неспособен причинить какой-либо ущерб вообще.

— Атрибут хаоса!»

— И пространственные атрибуты!»

— Почти одновременно выпалили Чэнь Иньэр и Ван Юаньюань. Их зрение становилось все сильнее и сильнее с их силой, они были в состоянии воспринять следы атрибутов, с которыми они были довольно хорошо знакомы.

Смесь хаоса и пространства образовала этот разделительный барьер.

Два скелета сдвинулись вместе. У яркого воина выросла пара огромных золотых крыльев, и его тело превратилось в поток света, несущийся прямо на Кай’эра. Эта способность казалась очень близкой к световой вспышке Лонг Хаочена, но еще быстрее. В момент его освобождения место, где раньше стоял скелет, сверкнуло солнечным светом, и плотная светлая эссенция, испускающая липкую вибрацию, вспыхнула разрядом лучистого света.

С другой стороны, темный маг поднял свой посох, и позади него появился темно-фиолетовый полумесяц полумесяца, из которого поднялась густая темная стихия.

Свет и тьма никак не могли гармонизировать друг друга, но в тот момент, когда эти две энергетические установки пришли в движение, Кай’Эр внезапно замер посреди света и тьмы. Другими словами, преграда, образованная хаосом и пространством, была прямо на ее теле, и прямо сейчас, она была атакована темнотой слева, и светом справа. Ее тело было заблокировано на пути атак двух электростанций.

Действительно, свет и тьма никак не могли ассимилироваться друг с другом, но при такой хитроумной установке Цайэр был ограничен центральным местом шестого этажа. Будучи нацеленной одновременно мощными атаками со стороны светлых и темных элементальных областей, она была вытянута в центр комнаты по прямой линии. Ограничения, налагаемые светом и тьмой, сразу же поставили ее в отчаянное положение.

Выражение лица команды резко изменилось. Разница в сложности между пятым и шестым этажами была просто чрезмерной.

Первоначально они считали, что испытания на пятом этаже уже были чрезмерной проблемой, имея две электростанции пространства, использующие Домены. Но в этом испытании Кайер столкнулся не только с двумя электростанциями, но и с атаками, сформированными отталкивающей силой.

Свет и тьма угрожающе противостояли друг другу, делая так, что если бы эти два элемента ударили по ее телу одновременно, взаимного отталкивания было бы достаточно, чтобы раздавить ее тело полностью.

Даже находясь в таком отчаянном положении, Кай’Эр не поддавался панике. Подняв Серп Бога Смерти в своей руке, все ее тело пребывало в состоянии Великой безмятежности.

Шагнув один раз, ее тело пошевелилось и вытянулось в прямую линию.

В этот момент скорость Кай’эра внезапно достигла неописуемого уровня ужаса, фактически даже превосходя того светлого воина, который владел силой своего домена. В мгновение ока она пересеклась со светлым воином и даже пересекла путь темного мага, не начав атаку.

Что это была за техника? Можно было только видеть серую тень, движущуюся со скоростью, которую не обязательно достиг бы даже убийца девятой ступени.

После лобовой атаки Кай’эра, та тень смерти, которая продолжала плыть до сих пор, наконец, приземлилась на землю. Следуя за ней, как остаточное изображение, он, наконец, смешался с телом Кай’Эр после короткого времени приближения.

Божье нисхождение? В сознании всех ярко мерцающих членов Хоуп появилась та же самая реакция. Но им еще предстояло понять природу Нисхождения этого Бога, которым пользовался Кай’Эр.

Эта тень смерти появилась задолго до этого, в битве на третьем этаже, и приняла участие в предыдущей битве лишь на короткое мгновение. Но Кай’Эр еще не использовал его, Хотя все еще поддерживал его. Это было удивительно, как Божье нисхождение могло поддерживаться и ферментироваться в течение такого долгого времени.

Все серое, бесконечно серое. Все тело кэй’Эр погрузилось в серую лужу, и в то мгновение, когда тень смерти окутала ее тело, оно внезапно стало тонким. Духовные крылья на ее спине сжались, когда рябь серого цвета распространилась по всему ее телу.

Когда Кай’Эр медленно повернулась обратно, цвет ее глаз изменился, став серым вместо черного, окрашенного резким белым.

Белый цвет обычно давал ощущение очищения, но белизна в глазах Кай’Эр казалась наполненной неисчерпаемой магической силой. В тот момент, когда она повернулась назад, движения черного мага и светлого воина стали тупыми, даже не начав свои атаки сразу.

Серый барьер простирался от Кайера, и за ним последовала фантастическая сцена. Центральная область, образованная хаосом и пространством, была неспособна прорваться через этот серый барьер, поскольку это выглядело так, как будто Кай’Эр только что вложил огромный драгоценный камень в эту область.

Это уже было более чем удивительно. Намерение убить, исходившее из ее тела, сразу же исчезло, уступив место лишь мертвенно-холодному спокойствию, но и это мертвое спокойствие не было аурой смерти.

Ее длинная юбка развевалась даже без ветра, а белое сияние в глазах Цай’Эр становилось все ярче.

— Семь искусств бога смерти, Смерть в детстве!— Кай’Эр сделал движение, и в тот момент, когда серп Бога Смерти был запущен, он уже сверкал чистым белым цветом. Этот удар был направлен не на какого-либо противника в боковых линиях, а прямо в центральную зону. Да, разделение этой области было ее единственным шансом, иначе клешня атаки великих областей света и тьмы заставит ее победить единственно возможный вывод.

Темный маг махнул посохом вперед, и из него появился черный как смоль луч. Тем временем полукруглый силуэт позади него поплыл вперед, и его темно-Пурпурное сияние преследовало этот черный луч.

Светлый воин не сразу начал атаку. Тяжелый меч в его руке был направлен в небо, испуская яркое золотое сияние несравненной интенсивности. В золотой вспышке еще один снаряд, похожий на тот пурпурный полумесяц, был пущен в Кайера Ци.

С пронзительным раскалывающимся звуком белый барьер раскололся, и силы тьмы и света мгновенно смешались вместе в их середине.

Однако именно в тот момент, когда эти две совершенно противоположные силы столкнулись, лучи пурпурной Луны и золотого ореола столкнулись с Каирской головой.

Белый луч, выпущенный черным магом, был расщеплен серпом Бога Смерти Кай’Эр, но слегка замедлил ее движения. В следующее мгновение пурпурная Луна и Золотой луч начали сталкиваться одновременно.

Но, как ни странно, когда силы этих двух областей столкнулись, все пространство внезапно остановилось. Область потеряла свое центральное ядро, свет и тьма, которые должны были бы яростно схлестнуться, внезапно остановились, а затем случайно соединились друг с другом вместо столкновения.

Пурпурно-черный и золотисто-желтый цвета переплетались друг с другом, образуя круглый символ Инь-Ян размером с голову.

Видя это, все от яркого проблеска надежды не могли не почувствовать холодок оцепенения.

Это…

Гармонизация между светом и тьмой, двухэлементная смешанная магия!

Они и раньше видели смешанную магию, но чистую смесь света и тьмы они никак не ожидали увидеть!

Элементарная клетка Чэнь Ин’Эр смешивала шесть элементов, чтобы произвести грозную силу, но она использовала некоторые трюки, например, вода и огонь, а также свет и темноту, должны были быть разделены другими элементами, предотвращая их контакт, иначе у нее, конечно, не было бы никакого способа контролировать его.

Но что сейчас происходило прямо у них на глазах?

Магия, сочетающая свет и тьму, сочетающая элементаль света и элементаль тьмы Домены. Не говоря уже об этой ситуации, нет никаких записей о чем-либо подобном даже во всех записях, оставленных человечеством.

Это была сумасшедшая смесь света и тьмы, и она породила такую ужасающую мощь! Может ли Цай’Эр блокировать его? Даже Бог-Демон император был бы удивлен, увидев такое.

Трудности этого шестого этажа превзошли все их ожидания. Эти две великие святые стражи действительно были способны достичь такой комбинаторной магии. Как они могли победить?

В тот момент, когда появился этот шар света, элементы света и тьмы на его двух сторонах собрались чрезвычайно естественно.

Эти души силовых установок в глазах двух скелетов яростно пульсировали, и вся башня вечности содрогалась от этой смеси. Если такая комбинаторная магия должна взорваться…

Не было никакой уверенности, что даже башня вечности сможет выдержать это. Это была смесь между двумя областями девятого шага, сочетание взрывчатости!

Именно в этот момент Кай’Эр предприняла вторую атаку.

Белый свет в ней исчез, когда она, казалось, стала совершенно прозрачной, как чистая белая скульптура. Серп Бога Смерти указывал вперед, и тело Кай’эра тихо скользнуло вперед, прежде чем устремиться к шару света, объединяющему свет и тьму.

Причудливый белый свет исходил от ее серпа Бога Смерти в форме нити, которая ловко обвивала этот шар света.

Удивительно, но эта белая нить медленно прорезала середину того шара света, сочетающего свет и тьму, лишая всю духовную энергию, содержащуюся внутри.

Смешение света и тьмы прекратилось, и душевные огни в глазах скелетов снова запульсировали, предпринимая то же самое действие, начиная новую атаку.

Эта комбинация доменов изначально была их самой мощной атакой. Если бы не страх, который Цай’Эр пробудил в них с помощью мощной очищающей силы смерти в детстве, разрушив барьер между светом и тьмой, они не были бы так жестоки, чтобы показать это движение.

Но вторая атака Кай’эра снова потрясла их. Эти несколько тонкие белые нити были еще более пугающими, чем предыдущий случай смерти в детстве, так как это была очищающая сила, которой ни один элемент не имел шанса сопротивляться.

Совмещение света и тьмы легче сказать, чем сделать! Необходимо было достичь необычайного равновесия, чтобы они не противодействовали друг другу и не поглощали друг друга. Это было что-то чрезвычайно трудное для управления, и требовалось все элементарные силы, составляющие его, чтобы достичь состояния твердости.

Если пронзить ее этими белыми нитями, как можно сохранить такое состояние равновесия? Порции, окрашенные в золотистый и пурпурно-черный цвета, мгновенно проявляли признаки нестабильности, казалось, вот-вот взорвутся.

Два скелета, охранявшие эти этажи, без сомнения, были номером один и номером два из двенадцати святых стражей. Как самые могущественные существа из всех святых стражей, они были левой и правой руками дремлющего потока бедствия. Их мастерство в обращении со светом и тьмой уже достигло своего пика.

Увидев, что шар света вот-вот взорвется, обе электростанции одновременно сделали одно и то же движение.

Первый святой страж, святой воин, сделал круговое движение своим тяжелым мечом, очерчивая круг, и второй Святой страж сделал то же самое движение своим посохом.

Из-за опустошающих белых нитей шар света был направлен лишь на мгновение, причем сущность света и сущность тьмы хлынули сразу с двух сторон, быстро тая в направлении светлого воина и темного мага. Вся золотистая и черная эссенция в воздухе вернулась в свои соответствующие направления.

Увидев эту сцену, маг этой группы, Линь Синь, бессознательно вздрогнул.

Это было абсолютно неосуществимо с помощью всего лишь 200 000 духовных энергий. Маг, способный перенести свои мысли, чтобы с силой призвать обратно свою элементарную магию, что это был за уровень контроля? Эти два святых стража не только обладали сверхвысоким контролем над магической силой, но и безупречно владели своими владениями.

Этот уровень силы был просто слишком ужасающим. Их духовная энергия должна была достичь по меньшей мере 300 000. Даже при недостатке снаряжения, они были достаточно сильны, чтобы сравниться с некоторыми демоническими богами в верхних тридцать шестых рядах, полностью используя свою трансформацию демона-Бога.

И Кай’Эр сама столкнулась с двумя такими электростанциями: какое давление! Даже если бы Лонг Хаохен был воскрешен, он даже не обязательно выиграл бы такой матч.

Тем не менее, предыдущие действия подтвердили некоторые из мыслей Линь Синя. Эти первые и вторые святые стражи действительно не желали сталкивать свою духовную энергию. Разрыв состояния слияния привел бы к тому, что свет и тьма разъедают друг друга, и поэтому сильно влияют на их способность. Единственное любопытство линь Синя было: как эти пользователи света и тьмы могли показать такой высокий уровень взаимопонимания? Энергетические установки элементов света и тьмы обычно должны взаимно отталкиваться друг от друга.

Свет и тьма быстро отступили в одном и том же направлении, вызвав захватывающую зрелище, последовавшее на шестом этаже башни вечности.

Однако двум великим святым стражам было явно не так легко восстановить свои собственные владения с помощью этих средств. Им пришлось выдержать значительные ответные удары со стороны своих владений.

Одновременно послышались два стона. Отступая назад, колебания духовной энергии, которую они высвобождали, становились очень неистовыми.

Столкнувшись с двумя такими великими электростанциями, владеющими комбинаторной магией света и тьмы, Кай’Эр не только не пострадал, но даже имел преимущество. Если бы это не происходило прямо у них на глазах, кто бы осмелился в это поверить?

Кэй’Эр закрыла глаза, и сияние в них сразу же исчезло.

Второе из семи искусств бога смерти-Смерть в очищении.

Вся белизна, окружавшая Кай’Эр, включая белизну, наполнявшую ее глаза, происходила от очищающей силы Бога Смерти.

Божественный спуск кай’эра уже использовался с начала третьего этажа, в форме той самой тени смерти.

В другом месте Кай’Эр могла спускать своего бога смерти не более чем на пять минут, но эта башня вечности была совсем другой.

Цай’Эр получила некоторое понимание еще в тот первый раз, когда она последовала туда за Лонг Хаочен. Это понимание проистекало из энергии смерти внутри башни вечности.

Башня вечности была сильнейшим божественным инструментом Святого некроманта, дремлющим потоком бедствия, поглощающим души, чтобы поднять свою силу. Так кто же мог себе представить, сколько смертельной энергии вышло из него?

А что такое Бог Смерти? Это божество контролирует саму смерть! Не несущий смерть, но очиститель смерти. Через очищение смерти он мог превратить всю ее энергию в свою собственную силу. Это сила Бога Смерти.

Глава 646: семь искусств Бога Смерти и многоцветный Божественный Свет (I)

Святой Некромант только оставил эти несколько простых слов, прежде чем его голос исчез. Скульптура в конце шестого этажа внезапно сделала движение, медленно двигая своей правой рукой, которая размахивала посохом, направленным к куполу в верхней части этажа. В следующее мгновение весь шестой этаж засиял золотистым цветом.

Группа была в состоянии видеть только этот золотой блеск в их линии зрения, и все не могли не закрыть глаза из-за его ослепительного вида. Чувствующая жидкость светлая эссенция сразу же стала твердой, делая их неспособными двигаться ни на малейшее движение.

Этот интенсивный свет длился не слишком долго, и когда он исчез, все увидели, что весь шестой этаж башни вечности был уже совершенно другим.

Все вокруг было черным, как смоль, и окружало его ночное небо. Вокруг мерцала бесконечность сверкающих звездных огней. Прямо сейчас, хотя у них было твердое чувство, как при ходьбе по земле, они выглядели так, как будто шли посреди ночного неба, оставаясь на плаву! При свете звезд этот первый опыт наполнил их странным чувством.

Невдалеке перед ними появились Золотые ворота высотой в десять метров, образованные двумя дверьми, которые сейчас были плотно закрыты.

Эти раздвижные ворота не имели никаких пышных украшений или украшений, они были только заполнены глубоким золотистым цветом. Они не могли видеть того, что было позади, но то, что эти золотые раздвижные ворота рассеяли, было обильной энергией смерти.

Золотистый свет пронесся мимо головы Кайера. Она бессознательно подняла руку, чтобы поймать его; впечатляюще, это была вечная Мелодия.

Однако сейчас это был уже не просто череп. Из кончика черепа торчал металлический ключ.

Странное чувство наполнило голову Кэй’Эр, слабо осознавая, что все, что она испытала, на самом деле было подготовкой к открытию этих врат.

Каждая победа над святым стражем не только получала от нее свое одобрение и помощь, но и изливала всю силу своей душевной мощи внутрь вечной мелодии. Когда все двенадцать святых стражников погружаются в вечную мелодию, весь шестой этаж башни вечности воспламеняется дремлющим бедствием. Это привело бы к появлению этих золотых ворот, ключом к которым была бы вечная Мелодия.

Какой же правильный путь следует избрать? Кэй’Эр не знала, но прямо сейчас у нее уже не было выхода.

Повернувшись назад, Цай’Эр посмотрела на остальных, покусывая нижнюю губу, «я воскресну Лонг Хаочен, несмотря ни на что.»

— Не смотря ни на что!— Громко повторили все.

Ван Юаньюань взял лонг Хаочэнь из рук Сима Сианя и крепко привязал его к спине Цай’эра, используя цепи.

Когда вечная Мелодия в руке Кай’Эр приблизилась к этим золотым вратам, все не могли не почувствовать напряжение, даже больше, чем во время всех предыдущих испытаний.

Ради достижения этой цели они не жалели никаких усилий, и эта цель была прямо перед их глазами. Точно так же, как после возвращения домой много времени спустя, это заставило их еще больше нервничать. Независимо от того, смогут ли они воскресить Лонг Хаочен этим ходом, у них был только один последний шанс. После того, как они не жалели денег, чтобы прибыть туда с риском для своей жизни, вопрос о том, смогут ли они преуспеть, был действительно слишком важен.

В глазах кэй’Эр больше не было ни смущения, ни страха, только решимость и преданность. Ее единственной мыслью было воскресить Лонг Хаочен. Если это невозможно сделать, то она может только сопровождать его в другую сторону, где они построят свой собственный дом. В данный момент Цай’Эр не могла сосредоточиться на ситуации человечества: у нее был только длинный Хаочэнь в ее сердце. Что толку было бы продолжать жить, если бы ее любимый человек остался мертвым?

Он был для нее всем миром. В тот момент, когда он умер, ее мир просто рухнул.

Золотые ворота были тяжелы и полны благоговения. Когда Кай’Эр подошла к нему, вечная клавиша мелодии в ее руке рассеяла обжигающий жар.

Подняв руку, Кай’Ер вставила ключ, и он исчез в этих Золотых воротах.

Тотчас же от этих ворот света разлилось зыбкое золотое сияние, и окружающее ночное небо замерцало золотым светом.

Без малейшего звука обе двери медленно открылись.

Все яркое мерцание группы Хоуп контролировало их дыхание, когда они смотрели на него. Прямо сейчас, они чувствовали себя несравнимо нервными: вопрос о том, сможет ли Лонг Хаочен выжить, будет зависеть от этого момента. Их взгляд сосредоточился на открывающихся воротах. А что же тогда было позади?

Они видели все очень быстро.

Последняя дорога была прямо перед ними. Точнее, это был золотой лестничный марш, который поднимался среди освещенного ночного неба, ведя еще выше по ночному небу.

Эти ступени были расположены под углом в сорок пять градусов, с этим крутым склоном и ровной высотой ступеней до самого верха, откуда исходили яркие вспышки света.

Это был воздушный проход, протянувшийся высоко в небе. Но этому проходу, казалось, не было видно конца.

— Кланяйтесь после каждого шага по воздушному проходу.»Величественный голос был передан от ярких врат света к уху каждого человека.

Значит, нам действительно приходится кланяться на каждом шагу? Они все были встревожены, но Кай’Эр по-прежнему не колебался и сразу же прошел через ворота и встал на колени на первой ступеньке.

Какой бы высокомерной она ни была, она должна была забыть об этом ради своего любимого человека. До тех пор, пока Хаочэнь будет спасен, Кай’Эр верил, что это чего-то стоит.

Остальная часть группы невольно прошла через врата света, но хотя они и были открыты, они оказали массированное сопротивление. Эта сила отвергла их всех, и только Цай’Эр и Лонг Хаочэнь на ее спине смогли пройти сквозь них.

Опустившись на одно колено, Кай’Эр сделала еще одну высокую ступеньку, затем снова опустилась на одно колено, отдавая дань уважения. Длинный Хаохэнь на ее спине покачивался только слегка в процессе.

Линь Синь неуверенно спросила Сима Сиань: «этот путь будет очень тяжелым?»

Сима Сиань кивнула и ответила: «вполне возможно. Это тоже должно быть своего рода испытание.»

В этот момент он внезапно встревожился и пробормотал: «мы уже победили двенадцать святых стражей и прошли испытания шести этажей. Этот путь не может быть испытанием для того, чтобы добраться до седьмого этажа, верно?»

Услышав его,вся группа выглядела по-другому. Они все уже видели лично, насколько трудным было испытание на шестом этаже. Если бы даже на этом седьмом этаже было еще одно испытание, все боялись, что даже Кай’Эр не сможет его выдержать.

Ван Юаньюань ответил серьезным тоном: «не должно быть испытания силы, верно? Испытания, которые мы уже прошли, были достаточно тяжелыми. Если есть еще одно еще более трудное испытание, какая необходимость будет даже бороться за наследство Элюкса. Я думаю, что даже если это окажется испытанием, это должно быть для оценки других аспектов, а не просто сила культивирования.»

Они делали последовательные предположения, но единственным, кто действительно знал бы это, был Кайер.

Этот путь к небу не имел никакого конца в поле зрения, и не был связан с каким-либо угнетающим существованием, ни с чем там, чтобы давить на нее или остановить ее продвижение. Но при первом же шаге, сделанном ею после прохождения через врата,вся внутренняя и внешняя духовная энергия в ней исчезла.

Она совершенно не представляла себе, каким чудом могут исчезнуть все следы ее культивации. В тот самый момент она уже не была святой дочерью сансары, а всего лишь самой обычной девушкой, чье общее состояние тела было в лучшем случае лучше, чем у ее сверстников.

Лонг Хаочен не был ни избыточным, ни недостаточным весом, что заставляет Цай’Эр не чувствовать веса в то время, когда ее культивация все еще присутствовала. Но у нынешней Цай’Эр не было ни внутренней, ни внешней духовной энергии, поэтому длинный Хаочэнь на ее спине казался тяжелым.

Шагая и кланяясь последовательно, Цайэр уже начал замедляться после подъема всего на десять или около того ступенек. На лбу у нее уже выступил пот, а ноги и талия онемели.

Кэй’Эр знала, что если она не сможет унаследовать Элюкс, все их предыдущие усилия пойдут прахом. Но с Лонг Хаочен на спине, и без поддержки от ее духовной энергии, как она могла даже пойти далеко?

Другой человек, возможно, уже начал бы думать о плюсах и минусах, или, возможно, даже сдался бы, но в ней была только решимость.

Путь к небу становился все тяжелее и тяжелее, но она не дрогнула, а только подумала, что-либо приведет Лонг Хаочен на седьмой этаж башни вечности, либо погибнет в этой попытке.

С такой решимостью у нее не было ни малейшего отрицательного чувства, и эти трудные времена вместо этого сделали ее еще более упрямой.

Сделав одну ступеньку и опустившись на одно колено, Кай’Эр ни разу не обернулся. В ее глазах не было ничего, кроме лестницы, ведущей наверх.

Ее шаги были чрезвычайно уверенными. Один шаг,одно колено, встань. И так далее, и тому подобное… снова и снова.

Когда Кай’Эр достигла своей двадцатой ступеньки, все стоявшие по другую сторону ворот уже могли видеть ее страдальческий взгляд.

Неужели этот путь к небу действительно давит? Иначе как она могла уже начать замедляться так быстро на своем уровне развития? Но если это действительно давило, то она должна была сопротивляться, используя свою духовную энергию. Однако из ее тела не вытекало ни малейшей духовной энергии.

Они перестали разговаривать, так как разговор никогда не будет столь же осязаемым, как истина. Кай’Эр уже работал над тем, чтобы пройти этот путь к небу, продвигаясь без остановки.

— Цай’Эр, ты можешь это сделать!— Ван Юаньюань сжала кулаки. Все, что они могли сейчас сделать, это подбодрить Кай’Эр и поддержать ее своими чувствами.

Когда Кай’Эр была уже на тридцатой ступеньке, все ее тело ужасно болело, особенно колени, которые, казалось, пронзили мириады иголок. Пот уже заливал все ее тело. После тридцатикратного поклона половина ее тела была уже мокрой от пота.

Если бы она не несла на спине длинный Хаохэнь, то, по крайней мере, преодолела бы две сотни ступеней, прежде чем возникла бы такая ситуация.

Она даже сможет двигаться быстрее и безудержнее.

А теперь у Цай’Эр на спине был длинный Хаочэнь весом более восьмидесяти килограммов! И в то же время ее вес не достигал и ста килограммов. Эта ноша была действительно слишком тяжела для ее тела.

Но Цай-Эр не остановился. В конце концов, боль в ее теле не могла ни в малейшей степени повлиять на ее сердце. Она сделала несколько решительных шагов вперед и низко поклонилась.

Тридцать пять, тридцать шесть, тридцать семь… сорок два, сорок три, сорок четыре …

— Послушайте, что это такое?— Внезапно позвал Чэнь Инь.

Все проследили за ее указательным пальцем и увидели, что в какой-то момент эти сверкающие чистые золотые ступени приобрели два оттенка бледно-красного цвета.

Это был мягкий красный цвет, который нельзя было обнаружить, не обратив особого внимания.

«Это еще не все!— Снова позвал Чэнь Инь, и когда Цай’Эр сделал еще один шаг, два тонких красных следа потекли с одной ступеньки выше.

Хань Юй сжал кулаки. Даже несмотря на его сильный характер, его голос был неожиданно дрожащим: «Кай’Эр ранен в колено.»

Да, эти тонкие красные следы были кровью, кровью Кайера.

После более чем сорока шагов, отягощенных восемьюдесятью килограммами веса длинного Хаочэня, ее длинная юбка была уже разорвана, поэтому ее кровь могла остаться на ступеньке.

Все не могли не волноваться за Кай’Ер. Хотя они не знали, почему Кай’Эр позволила себе нести такую боль, прямо сейчас было очевидно, что этот путь был ненормальным.

Хотя этот путь лишил ее всей духовной энергии, этого было недостаточно, чтобы сломить ее силу воли. Из-за боли, которую ей приходилось терпеть с самого детства, сила воли Кай’Эр стала необычайной. Более того, теперь ее целью было не что иное, как воскресить своего мужчину.

Один шаг за другим, каждый шаг-поклон.

Капли крови продолжали падать по две, и к тому времени, когда она достигла пятьдесят седьмой ступеньки, ее пара капель крови превратилась в три, причем третья исходила из лба Кай’Эр.

Цай’Эр уже был в объятиях Ян Вэньчжао и не смел больше смотреть, потерявшись в слезах. Остальные тоже бессознательно закрыли глаза.

Их тела и умы были сильно потрясены. Кай’Эр был действительно слишком силен.

Цай’Эр не сделал ни одной паузы, по-видимому не чувствуя никакой боли вообще.

Пятьдесят ступенек, шестьдесят ступенек, семьдесят ступенек, восемьдесят ступенек. Эти ступеньки были очень болезненными, и ей пришлось, пошатываясь, идти дальше. Ее тело уже было близко к обмороку, и кровавые следы, оставленные на Земле, начали образовывать лужу у подножия лестницы.

Но она все равно продолжала идти вперед, карабкаясь без отдыха. Глубокая сила несравненного масштаба, казалось, поддерживала ее постепенно слабеющее тело.

Бам! На сто двенадцатой ступеньке Каи’Эр внезапно рухнул вниз, сильно ударив ступеньки о землю. Но ее правая рука все еще сжимала нижнюю ступеньку лестницы, так что она не могла соскользнуть вниз.

Кровь покрывала весь подол ее юбки, и когда она скользила на цыпочках по пути, лицо Кай’Эр, изначально чрезвычайно красивое, уже было полно крови.

Поскольку ее тело было слишком обременено, оно сильно дрожало. Только ее глаза и взгляд оставались твердыми, решительными.

Судорожно хватая ртом воздух, она едва успела перелезть на другую ступеньку и еще раз с грохотом поклонилась.

Но на этот раз она не стала подниматься выше. Ее взгляд потемнел, и она тут же потеряла сознание.

— Цай’Ер…»за воротами света было ясно видно, что остальная часть группы громко кричала. Ван Юаньюань даже не колеблясь протаранил все ее тело против этого экрана, только чтобы быть расстрелянным сразу же.

Не говоря уже о Чэнь Ин’Ер, даже Сима Сиань, Линь Синь и Хань Юй, самый старший из группы, уже не могли вынести этого зрелища. Следы крови, стекающей вниз при каждом движении Кай’Эр, каждый раз казались острыми мечами, пронзающими их сердца.

Но они все равно ничего не могли поделать: не имея возможности войти через эти ворота, они, естественно, не могли ничем помочь Кайеру. Они могли только тупо смотреть на ее кровь, струящуюся по этим золотым ступеням.

На пути к небу не было никаких шансов вообще. У Золотой лестницы все еще не было конца.

Прошел целый час.

Тело кай’Эр внезапно слегка задрожало. Приподнявшись на руках, она медленно поднялась. Она только что проснулась.

Не оборачиваясь, она просто немного помедлила, прежде чем с трудом подняться на ноги. Снова шагнув вперед, она поклонилась еще раз.

В одно мгновение ее кровь покрыла целую новую ступеньку.

— Цай’Ер!..— У Чэнь Инь и Ван Юаньюаня уже по всему лицу текли слезы, а их голоса из-за плача стали хриплыми.

У всех и каждого были красные глаза, они так сильно сжимали кулаки, что ногти их впивались в кожу. Они просто так надеялись, что смогут занять место Кай’эра, чтобы подняться по этой тропе к небу

Одна ступенька, две ступеньки, три ступеньки, четыре ступеньки…

Пробужденный Кайер все еще был очень силен. Лежа на спине, труп Лонг Хаочена уже казался тяжелым, как гора, вот как тяжело он давил ей на сердце! Не останавливаясь, она продолжала идти по этому пути. Либо ты умрешь на этом пути, либо вернешь его к жизни!

Эти слова были повторены без паузы в сознании Кайера.

На этот раз ей удалось преодолеть двадцать восемь ступенек, прежде чем она снова рухнула без сознания. Но, несмотря на это, она крепко ухватилась за следующую ступеньку перед своими глазами, чтобы не соскользнуть вниз.

Поднимайтесь и падайте без сознания, поднимайтесь и падайте без сознания и так далее…

Цай’Эр падал раз за разом, и поднимался много раз снова и снова. Когда она добралась до двухсотой ступеньки, то была уже вся в крови.

Это уже было ее седьмое падение без сознания на пути к небу.

Чэнь Инь уже потерял сознание в разгар плача, в то время как другие безжалостно атаковали ворота, преграждающие им путь. Только так они могли выпустить наружу боль и мучения внутри себя.

Колени кай’Эр уже были лишены малейшей кожи и плоти, ее глубокие белые кости уже были видны. Она не замечала, что ее белоснежная кость все время кривилась, а из-за чрезмерной потери крови все ее тело было болезненно бледным. Ее жизнь убегала с поразительной скоростью, но конца пути к небу не было видно.

На этот раз Цай’Эр потерял сознание на особенно долгое время. Прошло целых семь часов, прежде чем она проснулась.

— Цай’Ер!!! Цай’Ер!!!»весь яркий проблеск группы «Надежда» неистово рвался наружу на разделяющую их площадку, уже хрипло крича. Они действительно не могли больше смотреть и очень хотели сказать ей, чтобы она остановилась. Лестница между шестым и седьмым этажами мучила их гораздо больше, чем все предыдущие испытания!

Но Кэй’Эр не оглядывалась назад от начала до конца, слегка приподняв голову, только чтобы увидеть большую полосу кровавого цвета перед своими глазами.

Едва шевельнув телом, она обнаружила, что уже не может больше стоять.

Падение без сознания уже семь раз истощило все ее физические силы, и ее жизнь была уже близка к концу.

Как раз в это время впереди вспыхнула вспышка света, и массивные ворота света появились на десятом этаже перед ней, медленно мигая. Когда врата света медленно открылись, он слабо показал золотой мир, скрытый позади.

Ворота… ворота!!!

При виде этих ворот пепельно-серые глаза кай’эра внезапно вспыхнули. Перед ней возникла надежда.

Остальная часть яркого проблеска надежды также могла видеть то, что видела она. Они бессознательно замолчали, глядя на эти еще большие ворота и крепко и болезненно кусая зубы.

Ноги кай’Эр уже совершенно онемели, но в этот момент ее глаза зажглись несравненным светом. Держа длинного Хаочэня, она изо всех сил тащила себя и длинного Хаочэня к следующей лестнице, используя свои руки, ее лоб с силой опирался на следующую лестницу.

Глубокие следы крови остались на лестнице, эта золотая тропинка к небу даже начала приобретать тонкий красный оттенок из-за крови, оставленной ею.

Но Кэй’Эр это не волновало. Ворота перед ее глазами были ее надеждой. Я должен провести Хаочэня через эти врата света, чтобы он смог воскреснуть.

Кэй’Эр не знала почему, но она слабо услышала чрезвычайно эмоциональный слезливый голос, звучащий в ее ушах, плачущий в крайнем страдании. Но это не имело для нее никакого значения; как она могла думать о чем-то другом, кроме того, чтобы идти вперед?

Эта надежда пробудила в ее теле скрытые способности, и она сумела подняться по лестнице за другой, используя обе руки. Поднимаясь по лестнице за лестницей, она каждый раз покрывала кровью по меньшей мере треть ее поверхности, но эта кровь с каждым разом становилась все светлее и светлее. Разве ее кровь не вытекла бы с такой скоростью?

Пять, четыре, три, два, один.

Наконец, когда врата света стали совсем близко, твердое и решительное выражение лица Кай’эра, наконец, показало слабую улыбку.

Подняв руку и пальцы, уже растертые до такой степени, что стали видны его кости, она с дрожью схватилась за эти врата света.

Но на этот раз тошнотворная сцена предстала перед всеми яркими проблесками зрения Хоуп. Эти врата света внезапно слегка покачнулись, поднимаясь на одну ступень выше и заставляя Цай’Эр ловить пустоту.

Отчаяние наполнило глаза всех присутствующих за первыми воротами. Была ли калитка на вершине лестницы на самом деле подделкой? Они обезумели до такой степени, что колотили в ворота перед собой изо всех сил.

Все они проклинали Святого некроманта, дремлющего в потоке беды.

Каи’Эр была просто девушкой, почему он должен быть таким жестоким?

Только Кай’Эр не впал в отчаяние, все так же решительно глядя вперед. Ее пустотная хватательная рука упала на предыдущую ступеньку на пустоту, и ее тело снова переместилось вверх.

Это был ее последний шанс. Она знала, что если потеряет сознание еще раз, то, возможно, никогда больше не проснется, так что у нее не было другого шанса воскресить Лонг Хаочена.

Убежденность и решимость яростно горели внутри нее. Руки кай’Эр внезапно напрягли все свои силы, чтобы сделать отчаянный подъем на следующую ступеньку лестницы.

Возникла чудесная сцена. Уже выбившаяся из сил и почти мертвая Кай’Эр внезапно толкнула свое собственное тело рядом с телом длинного Хаочэня, сделав движение рядом с прыгающим карпом.

В середине этого прыжка ее правая рука наконец-то уперлась в ворота света, но это только что исчерпало весь ее оставшийся потенциал. Вытянув руку перед вратами света, Кай’Эр широко раскрыла глаза, уже лишенные света.

В то же самое время ее правая рука коснулась ворот, которые внезапно ярко засияли, окутав как Кай’Эр, так и Лонг Хаочен, которые исчезли внутри в свисте.

Как только Цай’Эр и Лонг Хаочэнь исчезли,все шаги в свете яркого проблеска надежды также исчезли.

Пространство искривлялось и преломлялось, и в следующее мгновение шестой этаж вновь обрел свой первоначальный облик, с той лишь разницей, что Цай’Эр и Лонг Хаочэнь там уже не было.

Жалкое состояние цайера и его истерическое состояние заставляли всех яростно хватать ртом воздух, и только одна линия мысли в них привела Цайера к успеху!

Яркий свет продолжал сворачиваться, принося Лонг Хаочэнь и Кай’Эр в золотой мир, наполненный неиссякаемыми золотыми лучами. Крошечные следы крови обесцвечивали и окрашивали воздух, а точки яркого света циркулировали вокруг всего тела Кай’эра, прокладывая себе путь внутрь.

Даже кровь на лацкане ее пиджака поплыла назад из-за этого яркого света, медленно возвращаясь обратно в ее тело.

Правая рука кай’Эр все еще была вытянута вперед, и длинный Хаочэнь крепко сжимал ее, словно она боялась уронить его тело.

Раны на теле Кай’эра восстанавливались медленно,и все несовершенные части разлетелись во все стороны, исчезая. Только ее порванная длинная юбка не была восстановлена.

Выражение ее лица было все еще решительным, даже если оно потеряло весь свет.

В золотом мире, после глубокого долгого вздоха, прозвучал старческий голос: «Неужели это действительно стоило того?»

Золотой свет постепенно исчез,и Кай’Эр, которая несла на спине длинного Хаочэня, приземлилась на землю. Она, казалось, мечтала о том времени, когда они вдвоем воссоединились в Священном городе на соревнованиях по охоте на демонов.

Они держались за руки и шли вдоль этой дороги к гостинице…

Эта дорога, казалось, внезапно стала бесконечной; как бы долго они ни шли, они не достигли гостиницы. Но они совсем не нервничали, вместо этого наслаждаясь теплом рук друг друга.

Звуки трости в ее руке, стучащей по земле, продолжали отдаваться эхом в мире Кай’Эр. Каждый раз, когда она оборачивалась, чтобы посмотреть на длинного Хаочэня, она ловила эту чрезвычайно любящую и теплую улыбку.

Их жизни сливались в одно мгновение.

Вся боль, казалось, была забыта вот так, навсегда и навсегда…

Но очень многое зачастую оказывается совсем не так, как хотелось бы. Дорога впереди стала иллюзорной, и в следующее мгновение все вокруг стало золотым.

Кай’Эр был в полной панике, крепко сжимая руку длинного Хаочэня и громко крича.

— Хаочен! Хаочен!»

Проснувшаяся Кай’Эр внезапно села, сразу же заметив бледные руки длинного Хаочэня, обхватившие ее грудь, и она тут же крепко сжала их.

Ее тело действительно больше не чувствовало никакой боли, и даже вся ее внутренняя и внешняя духовная энергия вернулась.

Довольно много воспоминаний о резкой боли, которую она испытывала раньше, осталось. Подол ее юбки все еще был изодран в клочья, и она не осознавала, что ее тело сильно дрожит.

Вспомнив все, что она только что сделала, Кай’Эр подняла голову и огляделась. Это ведь должен быть седьмой этаж башни вечности, верно?

Насколько хватало глаз, все вокруг было окрашено в золотой цвет. По сравнению с шестым этажом башни вечности, это место было намного меньше по объему. Круглый зал составлял в диаметре около тридцати метров.

Это был купол, окруженный в общей сложности двадцатью золотыми колоннами.

Поверхность, купол и окружающие колонны-все это содержало бесчисленное множество золотых магических рун.

Пол зала образовывал огромную золотую гексаграмму, из которой поднимался тонкий золотистый туман.

В центре гексаграммы стоял огромный гроб. Пять метров в длину и три метра в ширину, этот гроб был инкрустирован различными драгоценными камнями, и не только драгоценными камнями, но и магическими кристаллами магических зверей и человеческими духовными гранулами, ни один из которых не был ниже девятой ступени.

Итак, это был седьмой этаж башни вечности, вечное обиталище Святого некроманта, дремлющий поток бедствия?

Кай’Эр нетерпеливо поднялся. После того, как она потратила столько усилий, чтобы приехать сюда, она была в середине получения ее один и единственный шанс воскресить Лонг Haochen! Но где же Элюкс?

«Неужели оно того стоило?— Внезапно в ее голове раздался старческий голос.

Кэй’Эр бессознательно отступила назад, уставившись на огромный гроб перед ней.

Белый туман медленно поднимался с вершины этого гроба и в окружавшем его небе.

Очень быстро этот белый туман превратился в человеческий облик, выглядя так же, как и все предыдущие скульптуры, у него просто не было нижней части тела, которая была просто заменена туманом, связанным вместе с этим золотым гробом.

Пожилое лицо, чрезвычайно эмоционально выглядевшее, имело нежный взгляд, направленный на Кай’Ер. Слегка вздохнув, он снова спросил: «Неужели это действительно стоило того?»

«Оно того стоит. Ты-дремлющий поток бедствия?— С решимостью спросил кай’Эр. Элюкс кивнул и ответил: «я действительно святой Некромант и дремлющее бедствие Элюкс. Действительно ли оно того стоило»

Кай’Эр нахмурила брови «» Конечно, это стоит того!»

Элюкс глубоко вздохнул “ » какая хорошая девочка! Я не думал, что тебе наконец удастся завершить все испытания, которые я организовал в те годы. Вы должны знать, что самый неприемлемый атрибут в моих глазах-это ваш очищающий атрибут, поэтому вы почти никогда не сможете унаследовать мое наследие.»

Услышав его, Кай’Эр немедленно сильно встревожился. Она совсем не возражала против наследства, но это было связано с вопросом, Сможет ли она воскресить Лонг Хаочен! Если бы власть из наследия Элюкса нельзя было позаимствовать, разве все ее усилия не сошли бы на нет?

«Я хочу унаследовать твою силу. Вы оставили сообщение, что до тех пор, пока можно достичь этого седьмого этажа башни Вечности, они могут получить ваше наследие. Только не говори мне, что эти слова не в счет?— Упрямо заявил кай’Ер.

— Я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь обращался ко мне таким тоном за все мои прожитые годы. И все же ты хочешь унаследовать мою власть.»

Кай’Эр стал вялым, медленно опустился на колени перед Элюксом и поклонился ему: «Прости, Учитель. Я был не прав. Я надеюсь, что смогу унаследовать твою силу, у тебя должен быть способ, верно?»

— Все ради этого ребенка на твоей спине, — глаза элюкса запульсировали в один голос, — ради этого ребенка на твоей спине. Этот должен быть моим первоначальным преемником, верно?»

Кай’Эр не пробормотала ни слова, только беспрерывно кланялась Элюксу, ее лоб быстро покраснел и распух.

Элюкс взмахнул рукой, и тут же из земли вырвался поток золотистого света, поддерживающий тело Цай’эра.

«Ты и так уже достаточно стукнулся головой о землю. Воистину, у меня есть способ заставить вас унаследовать мою силу. Но если вы унаследуете его, ваша изначальная сила очищения полностью рассеется, и Ваше тело даже впоследствии будет гноиться, превращая вас точно в зомби. Эта сила очищения изначально совершенно несовместима с моей силой некромантии. Вы все еще готовы,даже если это окажется так? Если вы потеряете свою красоту, неужели вы действительно думаете, что даже если тот, кто на вашей спине воскрес, Он все равно полюбит вас?»

«Я согласен!— Без колебаний ответил кай’Эр.

«А ты разве не волнуешься?— Элюкс, казалось, почти не хотел, когда он спросил.

“

Кай’Эр энергично покачала головой: «я не волнуюсь.

”

«Тогда, пожалуйста, начинайте.»

Элюкс бросил глубокий взгляд на Лонг Хаочена, его взгляд стал очень эмоциональным, заставляя это тело, сформированное из тумана, слегка исказиться.

Спустя долгое время он спокойно ответил: «его сердце уже разрушено, не давая ему больше возможности жить. Хотя его душа цела, воскресить его будет чрезвычайно трудно. Прежде всего, ему понадобится живое и свежее бьющееся сердце.»

Кай’Эр подняла голову, чтобы посмотреть на Элюкса, расстегнула цепи на своем теле, осторожно положила длинного Хаочэня на землю, положила его на золотую землю.

Внимательно посмотрев на него и нежно погладив его лицо, уже лишенное крови, она наклонила его голову и легонько поцеловала в лоб. Хотя этот лоб уже был лишен тепла и был холоден как лед, это все еще давало ей ощущение живого человека. На ее милом лице появилась легкая улыбка, и Кай’Эр медленно встала, подняв правую руку, которая вспыхнула черным светом, когда серп Бога Смерти появился в ее ладони.

«……»

«Вы совершенно правы. Вообще-то, он должен быть вашим преемником. Пожалуйста, воскреси его. А что касается сердца…»

Кай’Эр улыбнулся, полный искренности. В этот момент она выглядела так же очаровательно, как мириады распустившихся цветов. Даже святой Некромант Элюкс, который уже несколько тысяч лет пребывал в спячке, не смог удержаться и побледнел при виде ее улыбки.

— Пожалуйста, воспользуйся моим.»

Во вспышке черного света Серп Бога Смерти в руке Кай’Эр был отброшен назад, направляя свое острое лезвие к ее собственной груди. Она была абсолютно уверена в том, что сможет извлечь свое собственное сердце нетронутым и оставить его на месте его одного. Похоже, это был идеальный конец. Таким образом, она всегда сможет оставаться рядом с ним, поэтому ее улыбка была искренней. Она уже чувствовала, как холодное лезвие серпа пронзает ее кожу, и через мгновение клинок пронзит ее грудь и осторожно извлечет сердце.

«Не позволять.»Золотые вспышки света вырвались снизу, ударяясь о Серп Бога Смерти и унося массивное оружие, хотя след крови все еще появлялся на груди Кайера.

— Ну и девчонка! — в ярости воскликнул элюкс. — что за девчонка! Неужели он действительно стоит того, чтобы ты сделал это для него? Разве ты не знаешь, что этот очищающий клинок обладает очищающими душу свойствами? Даже если вы используете его на себе, в случае, если ваши жизненно важные органы будут пронзены им, неизбежная смерть последует. Никакая сила никогда не сможет вернуть вас к жизни!

«Вы двое победили.»

Эти простые слова звучали действительно ужасно в устах Элюкса. Его душа плавала в тумане, глаза были полны непонимания и неверия. Казалось, что его мысли были потрясены до глубины души, заставляя ее колебаться в неустойчивости, рассеивая слой за слоем белый свет.

Прямо сейчас Лонг Хаочен и Цайэр были полностью поглощены радостью воссоединения и не замечали никаких изменений в Элюксе.

— Цай’Ер! Цай’Ер!!!— Лонг Хаочен снова и снова выкрикивал ее имя. Прямо сейчас, его чувство жалкой печали закончилось с появлением Кайера, чтобы превратиться в крайний страх, страх, что этот Кайер был подделкой, которая просто разрушит его с трудом завоеванные последние надежды.

Поэтому он крепко обнял ее, словно пытаясь поглотить, и беспрестанно звал по имени.

Лонг Хаочен все еще ясно помнил тот момент, когда демон-Бог-Император пронзил его сердце. Приближалась темнота, но в нем не было ни злобы, ни боли, только бесконечное нежелание расставаться с Кай’Ер.

Постепенно опустилась темнота. Фигура кай’эра стала расплывчатой, пока он, наконец, не начал бояться смерти. Последняя мысль в его голове была: значит, я никогда больше не смогу встретиться с Кай’Эр?

Но прямо сейчас он вернулся к жизни, и Кэй’Эр, наконец, снова была перед ним. Огонь радости и надежды поднялся в нем неописуемым образом. Крепко обняв ее, страх, наполнявший его сердце, постепенно превратился в крайнюю радость. Если это был сон, то он надеялся никогда не просыпаться от него целую вечность.

«Если вы хотите остаться вместе навсегда, успокойтесь немного.— Теплый душераздирающий голос разбудил их обоих с потрясением от этого мгновения блаженства.

Лонг Хаочэнь и Кай’Эр одновременно повернули головы, наконец заметив перемены в Элюксе.

Конденсированная душа элюкса рассеяла некоторые белые галлюцинации. Из его тела медленно распространялось дыхание смерти. Пара глаз на его сконденсированном теле казалась намного ярче, чем прежде, наблюдая за ними с пылом.

Лонг Хаочэнь не понимал его слов, но Кай’Эр был ужасно холоден! Да, Лонг Хаочен еще не воскрес по-настоящему. Просто Элюкс использовал необычные способы, чтобы временно вернуть его к жизни.

— Ты только что сказал, что мы победили, — поспешно вмешалась она, — но ты же только что сказал, что мы победили. Раз уж мы победили, разве ты не должен помочь воскресить Хаохена?»

Лонг Хаочэнь был поражен и непонимающе посмотрел на Цай’эра: «разве я не в полном порядке? Что ты там говоришь, Цайэр?»

— Элюкс слабо улыбнулся: — Ну и дурак же ты, парень. Только не говори мне, что ты забыл все, что случилось раньше. Хотя я просто использовал свою силу души, чтобы создать иллюзию, ее можно считать в некотором смысле реальной. Если бы я тогда действительно согласился позволить этой девушке предложить свое сердце, чтобы воскресить тебя, все сейчас было бы реальным.»

— Cai’ER, ты…— Лонг Хаочэнь крепко прижал к себе Цай’Ер, — Почему ты сделал такую глупость? Если ты умрешь, то какой смысл мне жить?»

Кэй’Эр уткнулась лицом ему в грудь. В то время Лонг Хаохен был всего лишь трупом; ее единственной мыслью было, что она должна воскресить его. Вот почему предыдущая сцена сильно потрясла ее, особенно решительные слова Лонг Хаохена. Точно! Если бы он воскрес, но ценой ее собственной жизни, он все равно предпочел бы умереть, так разве это не сделало бы все до сих пор бессмысленным?

В этот момент они оба стали очень спокойны. Лонг Хаочен, казалось, больше не спешил воскрешать Лонг Хаочена. Они либо будут жить вместе, либо умрут бок о бок. Ее сердце наконец-то почувствовало облегчение от осознания этого факта.

— Значит, такая вещь, как настоящая любовь, действительно существует в человеческом мире.— На постаревшем лице элюкса появилась горькая усмешка. Хотя это было всего лишь плотное тело души, он внезапно стал выглядеть намного старше.

«Конечно, это так.— Лонг Хаохен поднял голову, пылко глядя на Элюкса. Он все еще не имел ни малейшего хорошего мнения об Элюксе. Этот мясник был тем, кто вызвал крах Shengmo Dalu, большую потерю власти над человечеством. Если бы не он, как вообще мог наступить темный век? Если бы не он, возможно, все было бы по-другому. Как отпрыск света и кандидат, избранный богиней Света, все, что он причинил, было разрушением на его пути. Лонг Хаочен все еще помнил глубокое впечатление, которое произвело на него в то время беспомощное свидетельство Божественной улитки Солнца и Луны.

Элюкс не мог не заметить неприязни в глазах Лонг Хаочена и спокойно заявил: «Лонг Хаочен, у тебя есть шанс сделать свой выбор сейчас. По сравнению с ней, ты самый подходящий человек, чтобы унаследовать мою власть. Я вижу, что ты уже формально стал тем, кого благословила богиня света, поэтому ты должен презирать того, кто шел по пути смерти и тьмы, как я. Но теперь у вас нет другого выбора, кроме как положиться на меня, чтобы вернуться к жизни. С одной стороны-ваша любимая девушка, а с другой-ваша убежденность. Сейчас самое время сделать свой выбор. Решив унаследовать мою власть, ты сможешь остаться рядом с ней, и вы оба сможете жить вместе. И вы станете еще сильнее. Если вы решите отказаться от этого, вы умрете, и, конечно же, она последует за вами в ближайшее время. Все зависит от тебя.»

Лицо Лонг Хаочэня стало непроницаемым, как и у Цай’эра.

Они не ожидали, что Элюкс даст Лонг Хаохену такой выбор, чтобы сделать его в такое время.

«Ты хочешь сказать, что… что даже без моего сердца ты можешь помочь ему вернуться к жизни?— С великой радостью спросил кай’Эр.

Элюкс гордо ответил: «я всемогущий Святой Некромант, дремлющий беда Элюкс. В этом мире вещи, которые я не могу сделать, очень редки. Ваша душа все еще присутствует, так что же делать с восстановлением вашего тела? Но с какой стати мне помогать его оживлять? Если он не согласится унаследовать мою силу и не станет следующим лордом некромантов, ты волен жить или умереть, как пожелаешь. Ты увидишь, как он умрет, и что бы ты ни выбрал, меня это не касается. В худшем случае мне просто придется погрузиться еще на несколько тысяч лет в глубокий сон, ожидая прихода следующего преемника.»

Цай’Эр мгновенно повернула голову и посмотрела на Лонг Хаочэня. Но как только ее красивые глаза увидели длинный Хаочэнь, пламя радости в ней погасло полностью в одно мгновение.

Точно! Наследование от Элюкса было бы единственным способом воскресить его, но Хаохен был избран богиней света, отпрыском света. как он мог согласиться унаследовать власть Элюкса? Элюкс был врагом человечества, ужасным грешником, дремлющим бедствием. Если бы Лонг Хаочен унаследовал его власть, разве это соответствовало бы наследнику света? Это было бы все равно что отречься от всех своих убеждений.

Кай’Эр был совершенно не в состоянии вымолвить ни слова. Это был человек, которого она глубоко любила, как она могла заставить его отказаться от своих убеждений? Цай’Эр ясно понимал, что эти убеждения были так же важны, как и его жизнь в его глазах.

Он был рыцарем, чистым рыцарем до мозга костей. Сказать ему отречься от своих убеждений было все равно что сказать ему умереть.

Она не произнесла ни слова, и слезы снова потекли из глаз Кая. Вытянув руки вперед, она обхватила ими грудь длинного Хаочена, крепко прижавшись к нему. Она уже не хотела думать ни о чем, а просто хотела позволить ему сделать свой выбор. Если он выберет смерть, то пусть они оба разделят эту судьбу. В этот момент Кай’Эр внезапно почувствовал себя очень усталым и хотел только обнять его. Неважно, живы они или умерли, они останутся такими навсегда.

Тупые чувства в глазах Лонг Хаочэня постепенно исчезли. Опустив голову, он посмотрел на Кай’Ер, склонившуюся к его груди, его глаза мерцали на свету, но, похоже, никаких противоречивых эмоций в нем не было.

В уголках его рта появилась слабая улыбка, но тут Хаохен поднял голову и спокойно посмотрел на Элюкса.

«Вы уже приняли решение?— Элюкс смотрел на него с некоторым оцепенением, первоначально думая, что ему предстоит несравненная борьба. Но он не ожидал, что у него так быстро появится такое выражение лица. Это явно означало, что он уже принял решение.

Лонг Хаочэнь спокойно ответил: «Я готов принять ваше наследство, чтобы жить дальше.»

Услышав его заявление, Элюкс и Кай’Эр были внезапно шокированы.

Цай’Эр внезапно подняла голову, недоверчиво глядя на него: «Хаохэнь, ты…»

Элюкс отреагировал с большим недоверием: «вы даже не боитесь смерти, но все же хотите отказаться от своих убеждений? Только не говори мне, что ты уже забыл, что ты-отпрыск света, избранный богиней света!»

Длинный Хаочэнь поднял руку, слегка поглаживая длинные волосы Цай’Эр: «я готов умереть за нее, так же как и жить ради нее.»

В этот момент он немного помолчал, его глаза смотрели ослепительно, когда он снова повернулся к Элюксу: «ради Цая, что за дело с отказом от моих принципов?»

Бам!

Почти одновременно прогремели два взрыва. Одна была в мозгу Кай’Эр, чувствуя себя совершенно пустой, как будто она уже потеряла всю свою способность думать.

И еще один взрыв произошел в Святом Некроманте, или, точнее говоря, в его конденсированном душевном теле.

Ужасающий взрыв вызвал огромные колебания душевной силы, унося с собой Лонг Хаочэнь и Кай’Эр.

Элюкс поднял голову, крича от боли, и все его душевное тело сотрясала сильная дрожь. Из его души вырвалось большое количество энергии смерти, и еще более чистый святой огонь белого цвета появился, воспламеняя его душу и распространяясь на каждый уголок его Суи.

Лонг Хаочэнь крепко обнял Цай’Эр, используя свое собственное тело, чтобы защитить ее от нападения ужасающей силы души. Сила души элюкса была просто слишком мощной: даже Бог-Демон император был бы почти неспособен сравнивать в этом аспекте. Перед ужасающей силой души он был не в состоянии даже бороться.

Ужасающие духовные волны продолжались целую четверть часа, прежде чем постепенно успокоиться.

«Нет, нет… этого не может быть! Как могут такие чувства существовать между людьми? Предполагается, что люди вульгарны и бесстыдны, не обращая внимания ни на что, кроме выгоды. Почему у тебя такие чувства, просто почему?»

Элюкс взвыл в истерике. Сейчас он был похож на раненого волка, совершенно обезумевшего.

Никакого душевного удара не последовало. Лонг Хаочен приближался к Кай’Ер, которая заметила, что прямо сейчас Лонг Хаочен был полон непонимания. Он только что согласился унаследовать Элюкс, так почему же этот святой Некромант поднял такой шум?

Элюкс продолжал кричать все это время, но Лонг Хаохен чувствовал, что аура смерти на седьмом этаже башни вечности исчезает с поразительной скоростью. Это место, изначально наполненное плотной световой эссенцией, постепенно обрело свой сакральный смысл.

Это безумие продолжалось в течение всего времени приема пищи, пока Элюкс постепенно не успокоился. Хотя он был просто душой с телом, ему требовались большие вдохи, чтобы дышать, и его тело было по крайней мере наполовину его прежнего объема. Но оно стало совершенно белым. Прямо сейчас его душа, казалось, воспламенилась, чтобы сильно гореть,и огонь души, пульсирующий в его глазах, постепенно успокаивался.

— Нежданная, какая неожиданная вещь!— Голос элюкса явно стал жестким, и хотя его эмоции успокоились, чувство непонимания все еще присутствовало.

Лонг Хаочэнь посмотрел на него, не понимая: «старший, ты можешь позволить мне унаследовать твою силу.»

«……»

Элюкс покачал головой и ответил в отчаянии: «нет, я не квалифицированный специалист. Но я ошибся. Я не ожидал, что действительно так ошибусь. Я ошибался уже несколько тысяч лет….— Он энергично затряс головой, полный боли.

Цай’Эр держала длинную руку Хаочэня, прямо сейчас ее разум был пуст, заполнен фигурой длинного Хаочэня.

Она тепло стояла рядом с ним, все следы ее первоначальной холодности полностью исчезли. Туман от травм ее юности был полностью смыт, не оставив после себя никаких следов. Если бы кто-то спросил ее, почему, то она, конечно же, ответила бы, что это сила любви. Верно, Хаохен показал ей свою неизменную любовь, желая отказаться от своих убеждений ради любви. Это вызвало сублимацию души Цайер, так как все отрицательные чувства в ней были сметены начисто в тот самый момент.

Ничто другое не имело значения в той жизни, где существовала эта исполняющая любовь.

Элюкс поднял голову, его пылкий взгляд был обращен к этой паре влюбленных. Его теплое лицо выражало невысказанное восхищение, но не было и следа ревности.

— Хочешь услышать мою историю? Это история шеститысячелетней давности.— Голос элюкса изменился, в нем появилась густая печаль, которая разлилась повсюду вокруг него.

По какой-то причине Лонг Хаочен почувствовал тонкие волны сочувствия, глядя на него, и бессознательно кивнул.

— Шесть тысяч восемьсот девяносто лет назад я родился в городе империи Помбо, расположенном на северо-западе континента. Этот город назывался сиди.

«Мой отец был лордом сиди, наследственным графом, и я был его единственным сыном.

«Со дня моего рождения я жила в благородстве. Ради того, чтобы я в будущем унаследовал его титул графа, он нанял лучших учителей, чтобы научить меня знаниям и этикету. В год моего шестого дня рождения было обнаружено мое великое сродство со светлой сущностью: я был благословлен Конституцией наследника света. Хотя с тех пор прошло почти семь тысяч лет, я все еще очень хорошо помню ту великую радость, которую испытывал отец в то время. Он держал меня на руках и возбужденно кричал через весь зал: «Элюкс, ты моя гордость!’

«С этого момента я стал светлым магом. Мое развитие было чрезвычайно быстрым, шокировав каждого учителя, и в год моего одиннадцатилетия я уже стал магом четвертой ступени. И в тринадцать лет, на пятом этапе, а затем всего лишь в пятнадцать лет, я стал самым молодым магом шестого этапа, когда-либо появлявшимся на континенте.»

В этот момент Лонг Хаохэнь тоже был потрясен; потому что, несмотря на то, что он тоже был отпрыском света, он все еще не достиг шестой ступени, когда ему было пятнадцать лет. Другими словами, Элюкс был еще более выдающимся, чем он сам в том же возрасте пятнадцати лет.

— Отец сказал, что я потрясающе талантлива. Поэтому он лично привел меня к участию в войне талантов, организованной в то время между тремя империями славной Церковью, куда допускались только молодые люди моложе двадцати лет. Верно, славная Церковь все еще существует в настоящее время? Неужели они уже захватили весь континент?»

Лонг Хаочен покачал головой: «Нет, во времена начала темного века шесть тысяч лет назад славная церковь была уничтожена демоническими силами.»

— Уничтожен?— Элюкс растерялся и тут же сделал странное заявление: — Отлично, отлично. Я знал, что однажды они пойдут по этому пути. Так что же я опять говорил?»

— Война Талантов.— Напомнил ему кай’Эр.

— Верно, война талантов. Я, без сомнения, был в центре всей этой войны талантов. Враги, которые появлялись передо мной, редко сопротивлялись больше минуты. Когда я был молод, я тоже был на одном уровне с твоей внешностью. Бесчисленные юные леди из трех империй бросали на меня кокетливые взгляды, и во время финала моим противником была принцесса империи Фулуо. Она также была гением, могущественным заклинателем. При поддержке королевской семьи у нее уже был император-Дракон пурпурной звезды Грома в качестве ее законтрактованного зверя. Хотя ее культивация была ниже моей, ее бесконечная череда призывов была трудной для восприятия. Эта битва длилась целых полчаса, и в конце концов, из-за недостатка духовной энергии, она проиграла от моей руки. Таким образом, я стал последним чемпионом, а наша Империя Помбо-великим победителем.»

Независимо от того, сколько лет прошло с тех пор, Элюкс выглядел чрезвычайно гордым, когда он рассказывал об этих фактах, давая понять, насколько впечатляющим этот подвиг был раньше.

В то время человечество все еще господствовало над всем Шенгмо Далу, и общее количество людей было, возможно, в десять раз больше, чем сейчас. Эта война талантов, несомненно, была этапом для самых молодых элит, поэтому достижение этой победы было поистине великой славой.

— Папа славной Церкви с тех пор лично наградил меня прямым титулом виконта и феодальным владением в пятьдесят километров. Моей наградой был отличный предмет, позже известный как снаряжение эпического уровня. Я того времени был вполне доволен собой, став самым славным юношей на всем континенте. Даже сын папы Римского пело передо мной ничего не видел.

— Также верно и то, что «дружба может возникнуть из обмена ударами». Эта битва с принцессой Фуло создала связь между нами двумя: с того дня мы стали известны как два великих семени империи, на которых возлагались большие надежды. Затем я был переведен в Королевскую академию, продолжая свои исследования вместе с принцессой Фуло, и получил всю поддержку империи.»

Просто слушая его историю, Лонг Хаочэнь и Цайэр могли почувствовать, насколько успешным был Элюкс в его молодые времена. Получить такую славу в шестнадцатилетнем возрасте было не то, что просто кто-то мог сделать.

— Когда я учился в Королевской академии, мы с Фуло все время вместе тренировались и вместе изучали магию, — лицо элюкса начало наполняться теплом. — но я не знаю, что это такое. Наши чувства начали углубляться между нами двумя, и я глубоко любил этого прекрасного гения. Когда мы были вместе, у нас никогда не было недостатка в темах для разговора. Мы дали клятву вечной любви, поглощенные друг другом. Подъем этих чувств не только не оказал отрицательного влияния на наше развитие, но наоборот, сделал его все быстрее и быстрее. В тот год, когда мне исполнилось восемнадцать лет, я стал великим магическим наставником восьмой ступени. Учитывая скорость моего развития в то время, я был уверен, что я, несомненно, смогу пробить девятую ступень в возрасте двадцати лет, что сделает меня самым молодым энергетическим центром девятой ступени на всем континенте.

«С течением времени превосходство моего таланта становилось все яснее и яснее. Хотя Фуло тоже была выдающейся личностью, в конце концов она не смогла сравниться с моими способностями наследницы света. Когда я преодолел восьмую ступеньку, она только что преодолела седьмую. В то время я видел, что она была несчастна, но не придавал этому большого значения. Я сказал ей, что готов сделать паузу, чтобы подождать, пока она догонит мое культивирование.

«В то же самое время я попросил у Его Величества отца ее руки, и он согласился на брак между мной и Фуло.

— Все прошло гладко. Его Величество был чрезвычайно доволен нашими отношениями, и в тот день, когда я преодолею девятый шаг, мы поженимся. В то время я уже считался человеком, который с наибольшей вероятностью поднимется до уровня Бога. Тогдашний папа лично приехал в империю, выразив желание взять меня в ученики и занять его место в будущем.

«Ради империи и ради самого Фуло я отказался. В то время церковь была чрезвычайно могущественна на континенте, и в некотором роде все три королевства должны были прислушиваться к их приказам. Я чувствовал нежелание Его Величества, и ради Его Величества я предпочел бы оскорбить церковь, а не покинуть империю.

«После достижения восьмой ступени моя огромная скорость культивирования заметно замедлилась. Мои учителя в Королевской академии сказали мне, что поскольку я только продолжал культивировать все время, мне не хватало другого опыта, и предложили мне пойти во внешний мир и набраться опыта, чтобы открыть все чудесные места на континенте, чтобы я мог прогрессировать, приобретая понимание. Я последовал их совету и рассказал Фуло об этом деле, надеясь получить этот опыт вместе с ней.

— Но Фулуо отказался. Хотя она глубоко любила меня, у нее было еще больше желания быть номером один. Я знал, что она всегда стремилась превзойти меня, но пропасть между нами только увеличивалась. Поэтому она предпочла остаться в академии, чтобы продолжать усердно тренироваться,стремясь догнать мое культивирование.»

«Ради достижения девятой ступени как можно раньше, чтобы взять Фуло в жены, а также чтобы принести еще большую честь и славу империи, я предпринял эту учебную поездку. Но я никогда не ожидал, что из-за больших успехов в этой поездке, предстоящий период моей жизни станет полным кошмаром.»

В этот момент лицо Элюкса становилось все более и более зловещим, наполненным гневом. Наряду с его яростью, его интенсивные душевные колебания вызывали повторные толчки башни вечности.

— Покинув Империю, я скитался по всему континенту. Когда мое развитие достигло восьмой ступени, я почти не столкнулся с трудностями.

«В течение целых двух лет я бродил почти по всем городам трех великих империй, открывая для себя все местные условия и обычаи, испытывая радости и печали мира. Размах моего мира и моя культура-все это сделало значительный прогресс. И, возможно, потому что я был избран богиней света, у меня было много счастливых встреч за эти два года, и я приобрел боевую технику невероятной мощи.

«Когда я вернулся в империю, мое культивирование уже достигло пика восьмой ступени. Увидев Фуло снова, я не мог не обнять ее, рыдая от безмерной радости. Я чувствовал, что приближаюсь к краю девятой ступени, только в одном шаге от прорыва, и верил, что смогу жениться на моем самом любимом Фуло в ближайшем будущем, а также неизбежно стать будущим величайшим энергетическим центром империи.

«В то время я почти не имел понятия о планах, и рассказал Фуло обо всех моих различных приключениях в течение этих двух лет обучения, чтобы поделиться чувствами, которые я имел во время этих трогательных встреч с ней. Однако позже со мной произошло нечто слегка неприятное: сын верховного понтифика неожиданно поступил учиться в имперскую Академию волшебства. В то время мне это показалось очень странным: зачем он туда пришел? По сравнению с нашей империей Помбо, славная Церковь должна была достичь еще более глубоких уровней Магических исследований, поэтому у него не было никакой необходимости приезжать сюда, чтобы продолжить свои исследования!

— Однако я не придала этому особого значения из-за моей радости от того, что вот-вот выйду замуж за Фуло. После того, как я рассказал Фуло все о своей поездке, она проявила большой интерес к той боевой технике, которую я приобрел в своих встречах, надеясь, что я смогу передать ее ей для изучения, но я отверг ее. Эта боевая техника, безусловно, была чудесной, но ее ни в коем случае нельзя было изучить или использовать, потому что она стоила слишком дорого, и я боялся, что она будет ранена в этом процессе.

«Вы знаете, что это была за военная техника? Даже сейчас, я все еще нахожу это действительно чудесным. Хотя это был всего лишь ход, он требовал идеального согласования с душой владельца, чтобы быть исполненным. Казалось, он пришел из древнего племени из другого мира. Это был тип боевой техники души, у которой было очень странное название: она называлась черепашьей техникой.

«Когда я только получил его, я все еще считал его просто оборонительным боевым искусством, но после глубоких исследований я обнаружил, что он почти не имеет отношения к обороне, но является способностью предсказания. Тогда славная церковь была единственной другой сущностью на всем континенте, у которой был пророк. У меня также есть некоторое понимание этого: все, что они могут предсказать, — это будущее. Что касается этой боевой техники, то ее использование будет выполнять своего рода предсказание, с действительно властным аспектом: его безусловность. Запуск черепаховой техники подействовал бы на все живые существа в ее пределах, и пользователь не был бы исключением. И даже если Бог находится в зоне действия, он также не будет иметь иммунитета, будучи точно так же подвержен его абсолютному контролю. Это такая страшная техника! Но в то же время, поскольку это имеет абсолютные последствия, это приносит определенную опасность. Этот метод имеет большую неопределенность: после его использования у пользователя не будет никакого контроля над его эффектами. Другими словами, эти эффекты могут быть как положительными, так и отрицательными. Но несмотря ни на что, пользователь должен будет нести некоторую нагрузку, поэтому использование его может очень вероятно предложить пользователю в качестве жертвы для черепаховой техники после нескольких применений, если им не повезет. Как я могу хотеть научиться такой боевой технике? Или даже отдать его Фуло?»

В этот момент у Элюкса был чрезвычайно горький взгляд «», но Фуло не понимал моих кропотливых усилий. Она думала, что я хочу оставить его себе, и поэтому отказалась передать его другому. Его абсолютные эффекты и эффективность против даже Бога были просто слишком заманчивы, что делало ее совершенно неспособной относиться к нему легко. Почему она не подумала, что если я действительно хочу оставить его себе, то просто не скажу ей об этом.

«Сначала я думал, что она просто временно позволила своим эмоциям влиять на ее решения и не думала об этом слишком много: это, вероятно, успокоится через два дня. Как я и ожидал, когда два дня спустя я отправился на ее поиски, она, казалось, полностью оправилась, только выглядела так, как будто у нее все еще были некоторые проблемы. Но ее отношение ко мне было таким же, как и раньше, и вопрос о том дне больше не поднимался. Я никогда не ожидал, что она окажется такой зловещей девчонкой, которая уже осуществила свои планы против меня.»

Элюкс стиснул зубы, когда все его тело тряслось, очевидно, потому что переживание, которое он испытал в то время, было просто слишком болезненным.

«Тогда в яркий день с хорошей погодой, с синим небом, простирающимся непрерывно над горизонтом, и солнце было особенно обильным… интенсивная световая сущность принесла мне неописуемое чувство гармонии как отпрыску света: это солнце было действительно идеальным. Фуло пригласил меня на прогулку, на которую я, естественно, с радостью согласился, и даже сказал ей, что после этой прогулки я буду стремиться к девятому этапу, чтобы просить у Его Величества ее руки после того, как мне удастся совершить этот прорыв. В то время я полагал, что Его Величество, по крайней мере, предложит мне титул придворного мага, а также титул виконта.

«Мы покинули империю, чтобы направиться к окраинам, и как раз в тот момент, когда мы отправились на обзорную экскурсию, я внезапно обнаружил, что мы окружены большим количеством одетых в Черное людей, отрезавших нам все пути к отступлению. Эти люди были в масках с головы до ног, так что не было видно ни малейшего клочка их кожи. При их появлении они начали отчаянную атаку на нас. В то время Фуло был в оцепенении, казалось бы, даже забыв об использовании магии, несмотря на то, что ее культивация достигла восьмой ступени. Как мужчина, защита моей собственной женщины казалась мне здравым смыслом в моих глазах, особенно с тем, насколько тщеславным я был в то время. Полагаясь на то, что мое развитие достигнет пика восьмой ступени, я использовал различные виды магии, которые я тщательно исследовал.»

— Эти люди в Черном были очень сильны, но многие из них погибли от моих рук.

— Однако их становилось все больше и больше, и каждый из них достиг по меньшей мере седьмой ступени. В то время я находил это очень странным: если столько электростанций из двух других великих империй действительно были проникнуты, то как электростанции из нашей империи могли игнорировать их до такой степени? Если так будет продолжаться и дальше, я боялся, что мы с Фуло никогда не уйдем, поэтому я быстро принял решение вывести Фуло, чтобы немедленно вырваться из осады.

«В это время Фуло, казалось, пришла в себя, немедленно используя различные заклинания вызова, чтобы помочь мне, и мы поехали на ее вызванном животном, чтобы бежать обратно в империю.

«Так как мы думали, что враги уже не догонят нас, мы бросились вперед на полной скорости, и дальние стены империи даже появились в поле зрения. Но внезапно легкий озноб пронзил мое сердце, и когда я опустил голову, то увидел черный как смоль Кинжал, глубоко вонзившийся в мою грудь, рукоятка которого была зажата в руке Фуло.»

В этот момент Лонг Хаочэнь и Цайэр не могли не закричать в тревоге. Они никогда не ожидали, что эта принцесса Фуло действительно предаст Элюкса: они были любовниками, которые поклялись в вечной любви!

— В этот момент ее взгляд был полностью наполнен злобой.— Глубокие слезы печали текли из глаз Элюкса, — пробормотала она даже, — Ну почему же ты не отдал мне черепаховый панцирь? — Почему же? Поначалу я не собиралась заходить так далеко.’

— Мое сердце болело, даже больше, чем моя рана. Моя холодная грудь постепенно онемела, и я почувствовал, как моя жизненная сила хлынула через этот кинжал. Даже в то время я все еще не мог поверить, что мой любимый Фуло был виновником этого поступка против меня. Я просто так сильно ее любила! Ради того, чтобы жениться на ней, я тренировался день и ночь. И все ради того, чтобы в будущем делить с ней свое счастье. Но она вонзила мне в левую грудь кинжал, полный яда, нацеленный в то место, которое должно было бы соответствовать сердцу обычного человека. Этот удар поверг меня в полное отчаяние. Она должна была четко понимать, что у меня нет никаких подозрений по отношению к ней, и, кроме того, ее удар был рассчитан так, как раз в тот момент, когда моя бдительность была наиболее слабой.

— В этот момент перед нами появилось еще больше людей в черном. Они, казалось, уже давно лежали в засаде, и ожидали, что все это произойдет давным-давно. Предыдущая засада была только началом, но удар Фуло был истинной критической точкой в движении против меня.

— Раздался знакомый холодный голос, и этот человек сказал Фуло: «Убей его.’

— В тот момент я наконец-то пришел к пониманию. Желание выжить заставило меня оттолкнуть Фуло, спрыгнув с ее коня. В этот момент Фуло казался совершенно ошеломленным, по-видимому, изменив свое мнение из-за этого удара, который остановил ее от немедленного завершения меня. Воспользовавшись этой возможностью, я достал свиток, который был выкован для меня великим мастером, и использовал этот спасательный свиток, телепортировав меня мгновенно на шесть километров. Они явно не ожидали, что у меня будет такая вещь в магазине, и именно поэтому мне удалось уйти. В тот момент, когда свиток побега начал действовать, я все еще ясно помню, что трезвый Фуло поспешно приказал ей вызвать зверя, чтобы напасть на меня. В это мгновение ее глаза были полны только холодным убийственным намерением, без каких-либо прежних нежных чувств.»

Лонг Хаочэнь и Кай’Эр уже полностью погрузились в историю Элюкса, настолько забыв обо всей ситуации, в которой они находились. Видя глубокую печаль, исходящую от Элюкса, они были полностью способны представить себе те чувства, которые он испытывал в то время.

На мгновение они оба потеряли дар речи. Так что, в конце концов, были основания для предательства наследника света его обязанностям! Он был в конце концов предан, но как это простое обстоятельство могло заставить его стать дремлющим бедствием?

Печаль в глазах Элюкса постепенно превратилась в холодность: «ты считаешь, что простого предательства Фуло недостаточно, чтобы я предал свои святые убеждения? — Вы неправильно меня поняли. Одного этого было бы недостаточно, чтобы вызвать во мне эти изменения. Но Лонг Хаочен, как отпрыск света, вы должны понимать, что отпрыск света-это тот, кого выбрала богиня света, и решимость, которую он имеет как таковую. Однако меня предала не одна принцесса Фуло, а весь этот мир.

— Через свиток побега я вырвался из их засады, и только тогда почувствовал, как меня охватывает сильный озноб. Прекрасные части моего сердца исчезли с предательством Фуло, но даже так, я не мог заставить себя ненавидеть ее в то время. Я глубоко любил ее и хотел думать о ее хороших сторонах, несмотря ни на что. Последнее появление этого одетого в Черное человека заставило меня предположить, что, возможно, Фуло был вынужден сделать это, и совершенно не хотел. Хотя я ясно сознавала, что, будучи принцессой, почти невозможно было найти кого-то, кто мог бы ее принудить, я все же хотела сохранить этот образ мышления. В то время я был просто слишком глуп.

«Удар фуло был направлен прямо в мою левую грудь, но она не знала, что в отличие от обычного человека, мое сердце было расположено на правой стороне. Хотя ее ядовитый Кинжал причинял мне тяжелые раны, эти раны не были смертельными. Я сопротивлялся боли с большим трудом, находя дупло дерева, чтобы вылечить свою рану. Полагаясь на лекарство, которое я получил в своих приключениях, я вытеснил яд из своего тела, прежде чем постепенно устранить весь этот яд с помощью моей чистой световой эссенции.

«Этот процесс был болезненным и долгим, но я очень четко знал, что даже если бы я хотел, чтобы Фуло прояснил все это, я должен был сначала подождать, пока мое тело полностью восстановится для этого. Я слышал много шума за пределами дуплистого дерева в процессе, как будто большие армии были перемещены вокруг. Но в то время я не ожидал, что причины для этих армий будут развернуты.

«Потребовалось целых два месяца, чтобы мои раны стали лучше, а мое культивирование восстановилось. Я украдкой покинул дупло дерева, чтобы вернуться обратно в империю. Но прежде чем мы подъехали к городским воротам, мне на глаза попалась грозовая сцена.

«Очень четкое объявление от королевской семьи было показано прямо рядом с городскими воротами, в котором было написано: ‘герцог империи, Элюкс, который напал на принцессу Фуло, чтобы украсть мощную боевую технику, выхватил ее и заставил ее выдержать тяжелые травмы, разыскивается за преступление измены. Вся их семья должна быть лишена своей территории и получить смертную казнь. Каждый простолюдин, сообщивший о следах преступника, получит в награду десять тысяч золотых монет.’

«Я абсолютно не ожидал, что они будут использовать такие презренные средства, фактически делая такие фальшивые обвинения. Кроме того, это заявление от королевской семьи было не единственным. Было также объявление от славной Церкви с тем же содержанием, обозначая меня как еретика, развращенного тьмой.

«В то время мне потребовалось целых полчаса, чтобы постепенно прийти в себя. Я очень любил Фуло, но не был полным идиотом. Если бы я в то время не осознал этот огромный заговор, направленный против меня, я не был бы достоин быть наследником личности наследника света. Я немедленно скрылся, чтобы скрыть себя, думая в то время, что я должен был найти доказательство того, что они обманывают Его Величество и церковь; чтобы доказать свою невиновность. Ключевой элемент этого доказательства лежал в Фуло,поэтому я пошел искать ее, чтобы прояснить это.

— Возможно, потому, что прошло несколько лет, а может быть, потому, что я якобы умер от яда, империя не приняла никаких чрезвычайных мер. Поэтому после того, как я замаскировался, возвращение в столицу империи было очень легким. Глядя на эти ранее знакомые места, мое сердце разрывалось от боли. Ночью я тайком прокрался в королевский дворец, все еще очень хорошо знакомый с этим местом. Хотя я был магом, достигшим восьмой ступени развития, у меня было множество способов проникнуть в свою цель. Войдя в каюту Фуло, я увидел там еще одного человека. Сын верховного понтифика, пело.

«Они разговаривали, и это было в спальне Фуло. В то время у меня уже были догадки о взаимоотношениях между ними, но я все еще не хотел в это верить. Но когда я отчетливо услышал содержание их разговора, то окончательно понял, насколько я был глуп и насколько велик этот заговор.

— Тогда Фуло спросил пело, почему они не нашли меня, и он ответил, что уже мобилизовал силы славной Церкви, соответствующие силам империи, чтобы найти мои следы, живые или мертвые. Эта боевая техника в моих руках должна была быть схвачена ‘любой ценой». Я постепенно построил все это из подсказок, которые услышал в середине их разговора. Оказалось, что еще в то время, когда я отсутствовал в течение нескольких лет, пело уже совершил поездку в имперскую Академию, имея в виду две цели. Во-первых, он должен был обсудить с императором вопрос о том, чтобы затащить меня в великолепную церковь, а во-вторых, преследовать Фуло.

— Сначала Его Величество не имел ни малейшего желания заманивать меня в свою славную Церковь. Но пело настаивал, используя бесчисленные средства, чтобы соблазнить Фуло. Однако, поскольку Фуло был настолько материалистичен, из-за его цветочной скорости и привлекательности многочисленных боевых методов и пилюль в распоряжении славной церкви, она, наконец, поддалась его непрерывным оскорблениям. Перо упомянул ей, что отпрыск света будет представлять угрозу для славной Церкви, поэтому Церкви абсолютно необходимо избавиться от меня, чтобы убедиться в их вечном правлении в то время, когда он станет папой, а Фуло будет его императрицей… первоначально у Фуло все еще были некоторые опасения, но пело выразил Его Высочеству волю славной Церкви поддержать свою империю в победе над другими империями и в объединении континента. Более того, он пообещал Фуло дать ей все боевые приемы от меня, чтобы она научилась. И королевская семья, и Фуло были в конце концов пойманы в ловушку выгодами таким образом, в то время как я стал жертвой для всех этих выгод, чтобы быть полученным.

«Это должен был быть идеальный план: воспользовавшись поездкой, которую я предпринял с Фуло, чтобы устроить мне засаду, они хотели истощить мои силы, а затем на обратном пути Фуло воспользуется моей ослабленной защитой и истощением, чтобы двинуться против меня, что вряд ли позволит мне убежать. В то время им нужно было бы только убить меня и сообщить обо мне как о предателе Империи и Церкви, так что даже несмотря на мою репутацию гордости империи, правда, стоящая за этим заговором, быстро утонет.

«Я горько ненавидела их; я никогда не ожидала, что моя родина, мой возлюбленный и мои убеждения действительно предадут меня вместе. В это время мой мозг стал пустым, и поскольку Фуло и перо были в середине целоваться, я внезапно бросился и начал смертельные атаки против них.

— Мое появление было для них слишком неожиданным. Несмотря на то, что они были главными фигурами молодого поколения, был значительный разрыв в наших сильных сторонах, и это была более того ситуация засады. Я очень быстро воспользовался преимуществом, серьезно ранив пело, подавляя Фуло своими атаками. Хотя в результате сразу же собралось большое количество силовиков из дворца, они не осмелились действовать опрометчиво, так как я держал Фуло и пело в качестве заложников в то время.

— Тогда я спросил Фуло: «Почему ты так поступил со мной? Что во мне тебя не устраивало?’ Тогда она только умоляла меня оставить ее в живых, но я уже слышал весь их предыдущий разговор! Как я мог все еще верить ее словам после этого? В то время моей единственной мыслью было спуститься к ним вместе с собой. Бывший я был невероятно горд. В то время я был низведен до положения предателя нации, совершенно неспособного принять такое огромное падение. Не имея больше привязанности к своей собственной жизни, я только хотел снять эту обманчивую пару со мной.

«Но ведь этот пело был сыном папы римского и имел в своем распоряжении множество средств к существованию. Именно тогда, когда я был готов взять их с собой, он использовал чрезвычайные средства, чтобы вызвать нападение папы, в результате чего я был серьезно ранен. И, в конце концов, поскольку я не мог двинуться против Фуло, я мог только выбрать, чтобы избежать окружения. После того, как я, наконец, сделал это, я ушел в укрытие в столице, покрытый синяками после узкого побега.

— Империя немедленно объявила розыск по всему городу в поисках моих следов. Именно с помощью нищего, которого я когда-то спас, я, к счастью, избежал их преследования. Но как только я закончил заживлять свои раны, пришла Громовая новость. Они поймали мою семью.»

— Они знали, что я скрываюсь в Империи, — стиснув зубы, заявил элюкс, — и поэтому объявили о казни семьи предателя. Я до сих пор отчетливо помню тот день: небо, казалось, стало кроваво-красным, когда Его Высочество передал приказ о казни перед толпой. Когда я увидел пело и Фуло, одетых в доспехи и отрезающих головы моим родственникам, я потерял последние унции надежды и света во мне, которые все исчезли.

«Можешь себе представить? Кто-то, кто видел, как убивали всех его родственников. Мой отец, мать, старшая сестра, младшая сестра и остальная моя семья; даже маленькие дети не были пощажены: вся моя семья была казнена без исключения.

«Я знал, что они ждут моего появления в это время. Ожидая меня с идеальной приманкой, они просто слишком хорошо понимали мой характер. Но в это время черная плитка, которую я ранее получил в предыдущей тренировочной поездке, была затронута моими темными эмоциями, превратив все мое тело в холод и неспособное двигаться ни на один шаг. Именно из-за этого мне пришлось тупо смотреть на сцену убийства моей семьи одного за другим.

«В то время я был в бешенстве, войдя в исступленное состояние. Кровь моих родичей окрашивала землю общественной площади столицы империи: ни один из трехсот шестидесяти семи членов моей семьи не избежал этой участи. Все они погибли насильственной смертью под ножами своих Мясников. К тому времени, как я оправился от этого холодного состояния, остальная часть моей семьи уже была уничтожена. Мне казалось, что я вижу их призраки, нерешительно шагающие взад и вперед по небу, совершенно непримиримые.

«Я не вмешивался, так как вся моя семья была уже мертва, и я покинул это место с подавляющей злобой. Поскольку я не появлялся от начала до конца в этой бойне, они полагали, что я уже покинул империю Помбо, поэтому охота пришла к временному концу. Вместо этого они отправились искать мои следы по всему континенту.»

— После того, как я наконец покинул империю, Я бросился в определенном направлении, отчаянно бегая в течение семи дней и семи ночей, пока полностью не смылся, оказавшись в долине. С того дня в моем сердце больше не было света, только бесконечная злоба и обида. Эта ненависть поддерживала во мне жизнь: я должен был убить всех тех, кто предал меня и убил мой народ.

«По какой-то причине, когда я потерял весь свет, черепаховая техника невыразимо исчезла, возможно, потому, что она была противна моей ненависти. Но в моих глазах это не имело значения: та черная плитка, что у меня была, была наследием Древнего некроманта. Свет и некромантия должны быть двумя совершенно противоположными силами, но благодаря моим врожденным способностям, я постепенно объединил их в одну. Мне нужна была власть; мне нужно было свергнуть всю Империю Помбо и уничтожить все славные силы Церкви. У меня больше не было родственников: все остальные в этом мире были моими врагами. Только их кровь и жизнь могли заглушить злобу в моем сердце. Я тренировался день и ночь, усиленно наращивая свою силу, и все ради того, чтобы однажды отомстить.

— Месть стала моей величайшей движущей силой. Отпрыск света спрятался в глубоких горах, чтобы тренироваться на все сто процентов. Можете себе представить, как это страшно? К тому времени, когда я покинул эти глубокие горы, я уже не был отпрыском светлого потока, но Святым некромантом, дремлющим потоком бедствия.

«Я убивал людей с первого взгляда, превращая все живые существа в нежить под моим командованием. Начав с небольшого городка, я постепенно собрал свою армию нежити. Когда я вернулся в Империю Помбо, у меня уже был миллион немертвых рядом со мной. Я полностью разрушил империю Помбо, и когда эта шлюха Фуло последовала за Помбо обратно в славную церковь, я наконец привел свою армию нежити, чтобы уничтожить Церковь. Я хотел полностью уничтожить их, чтобы отомстить за свою семью.»

Услышав все, что он сказал, Лонг Хаочен не мог не взорваться гневом: «Разве ты не думал об этих бесчисленных невинных людях, которых ты взял с такой местью? Вашими целями мести были королевская семья империи Помбо и Церковь. Так почему же вы должны были впутать в это дело так много людей?— Он сочувствовал встречам Элюкса, но был крайне недоволен его безжалостными методами и обращением с другими людьми.

Элюкс показал безразличное выражение печали “ » когда я колебался в прошлом, я потом пожалел об этом. Но в то время три империи и Церковь были просто слишком могущественны, поэтому сила одного человека не могла преуспеть в осуществлении мести. Ради мести я прошел через свое падение и направился в темноту. Но в то время я даже не думал, что могу быть неправ. Убийство было единственным, что имело значение в моих глазах.»

Лонг Хаохен не произнес ни слова, потому что он мог чувствовать глубокую печаль и раскаяние от Элюкса. Он сожалеет об этом? Может ли быть так, что бывший Святой Некромант, причинивший огромный ущерб человечеству, Элюкс, сожалеет о своих действиях? Может быть, это из-за нас с Кай’Эр?

Даже если бы у Элюкса было раскаивающееся сердце, впечатление Лонга Хаочена о нем не изменилось бы таким образом. Если грех уже совершен, может ли раскаяние даже исправить его? И сколько же человеческой крови было запятнано на его руках?

«После того, как я разрушил свою собственную родину, славная церковь решила объединить руки с двумя другими империями, чтобы справиться со мной, инициировав войну. В то время я уже захватил почти треть всего континента, и у меня было большое количество немертвых электростанций под моими руками, их духовный огонь был под моим контролем, что делало их несравненно лояльными. Армия из миллиарда нежити была под моим командованием, бросаясь на славную Церковь как чума. Хотя славная церковь обладала могущественной божественной магией, будучи Святым некромантом, нежить под моим контролем имела чрезвычайное сопротивление свету. В начале войны у меня было полное преимущество.

«Но ведь нежить была всего лишь нежитью. Даже если бы они были еще более лояльны, они потеряли этот разум, принадлежащий людям. Сердца людей постепенно объединялись в эту славную эпоху, и как только они успокоили свои войска, было начато контрнаступление под предводительством славной Церкви. В то время я уже был чрезвычайно силен, способный противостоять даже нападкам со стороны папы славной Церкви. Но я не был уверен, что моя армия нежити победит сама по себе.

«В конечном решающем сражении, моя армия нежити была побеждена, и хотя это было также горькой ценой для человеческих армий, я был в конце концов побежден. Тяжело раненный группой экспертов во главе с папой славной Церкви, я имел злое ослабляющее проклятие, нанесенное этим папой. В течение следующих тысячелетий я испытывал сильную боль из-за этого священного проклятия, погружаясь в вечный сон.

«Эта война закончилась с моим поражением, но моя месть все еще была успешной. Хотя я получил неисцелимые тяжелые раны, все те, кто причинил вред моим родным, были убиты, включая Папу, пело и Фуло. Я до сих пор ясно помню, что в тот момент, когда я разбил сердце Фуло вдребезги, ее глаза были полны боли и борьбы. Я вынул ее сердце, чтобы посмотреть, было ли оно все еще красным. Перо был превращен в нежить самым болезненным способом. Удерживая его рядом со мной, я медленно кипятил его душевный огонь в течение тысячи лет, окончательно уничтожая его полностью и навсегда останавливая его от реинкарнации.

— Тогда эта башня вечности была создана, чтобы питать мое физическое тело. Но, к сожалению, мне так и не удалось преодолеть это ненавистное проклятие. В противном случае, учитывая мое развитие того времени, я бы не умер, даже прожив тысячу, нет, десять тысяч лет. Но на самом деле причиной моего вечного сна были не раны на моем теле, а раны в моем сердце.

— После того, как я убил всех своих врагов, я обнаружил, что не осталось ничего, что удерживало бы меня привязанным к этому миру. Мои любимые были мертвы, мои ненавистные тоже. Мое сердце стало пустым, без всякой заботы о жизни, так что я, наконец, решил позволить себе умереть. Затем я погрузился здесь в глубокий сон, потому что мне не хотелось вспоминать о войне того времени и размышлять о том, прав я был или нет. Теперь кажется, что я был не прав. Я действительно был неправ, и неважно, убил я их или нет, моих родных все равно не вернут. Более того, я забрал столько невинных жизней… моя вина уже не подлежит искуплению. Я-худший из человеческих грешников. ”

Достигнув этой точки, печальный взгляд Элюкса нес искреннее разочарование и разочарование, когда он смотрел на Лонг Хаочен и Цайэр: «я должен поблагодарить вас обоих за то, что вы разбудили меня и освободили от моей прежней злобы. Я не знаю, как долго я спал, но после того, как все это прошло, и я, наконец, успокоился по-настоящему, я могу видеть злые преступления, которые я совершил. Как вы уже сказали, моя власть не подходит для вас двоих, чтобы наследовать. Это наследство, принадлежащее некромантии, должно скорее исчезнуть навсегда, чтобы избежать возможности еще одной такой катастрофы.

— Я изначально верил, что все люди в этом мире были презренными и бесстыдными созданиями, которым нет спасения. Но видя чувства между вами двумя, я понимаю, что был неправ. Из вас двоих одна была готова пожертвовать своей жизнью ради другой, заплатив без колебаний цену своего собственного сердца. А другой предпочел скорее отказаться от своих святых убеждений как отпрыска света ради своего возлюбленного. Вы двое, наконец, показали мне, что такое настоящая преданность, что такое настоящая пара, соединенная до тех пор, пока смерть не разлучит их. Благодарю вас: наконец-то увидев ваши чувства, я понял, что любовь действительно существует в этом мире, что не все люди-презренные существа. Так что это действительно было бессердечное побуждение, я должен был убить все на своем пути.

— Я уже давно ни о чем не жалею, но, рассказав тебе все это, чувствую себя гораздо спокойнее. Злые тенденции, которые наполняли мое сердце, также очищаются, и хотя я никогда не вернусь в объятия света, по крайней мере, это злое тело может внести свой вклад со своими святыми истоками.»

Сказав это, Элюкс указал правой рукой на стоящий перед ними гроб. Пролитая ранее энергия смерти тут же вырвалась наружу. Его левая рука сделала жест в сторону Лонга Хаочэня и Цай’эра, и их тела немедленно окружил золотой барьер, таким образом делая их незатронутыми любой из смертных энергий.

Можно было ясно видеть, что яростно пульсирующая энергия смерти побелела, и хотя Лонг Хаочэнь и Кай’Эр только успели уловить отблеск того предыдущего потока энергии смерти, они увидели удивительную чистоту в этой энергии смерти.

Энергия смерти такой чистоты уже выходила за рамки уровня Святого некроманта. Вот и все, что накопил Элюкс за несколько тысяч лет! Такую ужасающую мощь можно было бы назвать совокупностью достижений Элюкса в жизни за пределами Святого Света.

Белый поток воздуха собрался, когда Элюкс медленно поднял руку, заставляя полосы белого света вращаться вокруг его правой руки. По мере того как его пальцы все больше и больше блестели, этот ослепительный блеск сделал весь седьмой этаж башни вечности совершенно белым.

— Кэй’Эр, — бесстрастно произнес элюкс, — ты прошел через великое мучение, и когда ты наконец прошел последний путь, я уже решил сделать тебя своим наследником. Вы, конечно, очистили мое сердце и душу, заставив меня осознать, насколько грязно это мое наследие, поэтому я хочу предложить вам нечто, не связанное со святой некромантией. В течение нескольких последних лет моего сна я сконцентрировал чистейший вид энергии смерти. Поскольку у вас есть тело Сансары, вы внутренне обладаете силой очищения. Эта моя смертельная Энергия создаст с тобой идеальную синергию. Хотя я не могу предложить тебе свою силу для наследования, ты можешь относиться к этому как к подарку для себя. Не нужно думать о том, чтобы отказаться от него,или даже пытаться. То, что я, Элюкс, решил, обязательно произойдет. Если вы не хотите оставить Лонг Хаочен, чтобы покончить с собой, просто постепенно поглотите всю эту мою смертоносную силу.»

Окружающий белый свет постепенно исчез, и перед Элюксом появилась белая, сверкающая, полупрозрачная бусинка размером с персик.

Во вспышке света эта белая жемчужина тихо пролетела перед Цайером, золотым черепом, вечной мелодией, плывущей обратно в ответ. Но в этом процессе вечная Мелодия постепенно менялась, ритмично двигаясь, как жидкость. Вечная Мелодия трансформировалась в процессе, чтобы, наконец, превратиться в появление портрета Лонг Хаочен, плавающего перед Цайером.

Белая энергия смерти слилась с жемчужиной, и сразу же золотая вечная Мелодия замерцала белым светом. Он не только не ощущал в себе никакой смертоносной энергии, но и, наоборот, был полон священного запаха.

Повиснув на шее у Цай’Эр, новая вечная Мелодия прилипла к ее груди и, как и прежде, врезалась в нее вспышкой белого света.

Цай’Эр лишь почувствовала, как от вечной мелодии разливается освежающая сила, входя в ее тело и сливаясь с духовной энергией. Ей не нужно было ничего делать, и ее духовная энергия медленно поднималась.

Элюкс хранил свою предсмертную энергию внутри вечной мелодии, но прямо не давал ей поглотить ее из страха перед ее чрезмерным количеством, которое Кай’Эр сразу же сочтет невыносимым.

Глядя на ошеломленное лицо Кай’эра, Элюкс слегка улыбнулся: «Не нужно меня благодарить. Это первый подарок, который я вам предлагаю. Что касается второго подарка, то он будет дан позже. Будьте спокойны, так как я предложил этот подарок вам, я, естественно, помогу Вам двум любовникам быть вместе. В противном случае, даже самый большой подарок не будет достаточно, чтобы угодить вам без него рядом с вами.»

Услышав его слова, лица Лонг Хаочен и Кай’Эр не могли не выразить радостного удивления.

Хотя Лонг Хаохен действительно ненавидел Элюкса, он действительно ненавидел расставаться. Даже если бы все остальные причины были отброшены в сторону, просто ради Кай’Эр, он действительно не хотел умирать таким образом.

Правая рука элюкса снова указала на гроб, стоявший перед ним, и на этот раз то, что выходило оттуда, было ярким светом несравненной чистоты. Когда она выплыла из гроба, Элюкс сразу же приобрел иллюзорный вид, как будто его душа выдерживала большую атаку.

По сравнению с предыдущей накопленной энергией смерти, золотое сияние, которое Элюкс высвободил на этот раз, стало намного медленнее, его лицо выглядело намного более серьезным, чем раньше, так что это было немного странно.

Хотя этот золотой барьер был там, Лонг Хаочен мог ясно чувствовать легкую сущность великой чистоты.

Может быть, это и есть та святая сила, которую он хранил в себе уже несколько тысяч лет? Лонг Хаохен потрясенно посмотрел на Элюкса, хотя и ненавидел его за то, что он делал раньше.

Тем не менее, он не мог не восхищаться им сильно за его достижения в культивировании. Полагаясь только на свою душевную силу, он действительно мог извлекать силу из этого тела. Это показывало, как велико было его восприятие силы света! Задавая себе этот вопрос, Лонг Хаохен пришел к выводу, что промежуток, отделяющий его от Элюкса, все еще был несравненно широк.

Из всех электростанций, которые он когда-либо встречал, самыми сильными были, несомненно, бог-Демон император Фэнсю и этот святой Некромант Элюкс. Первый может быть сильнее в полной духовной энергии, но с учетом контроля над светлым потоком в его душевной форме, Лонг Хаочэнь определил, что даже Фэнсюй определенно не был противником для Элюкса.

Свет извлекался в течение целого часа, прежде чем постепенно закончиться. Лонг Хаочен и Кай’Эр понимали, что-то, что сейчас делал Элюкс, в значительной степени имело отношение к воскрешению Лонг Хаочена. Только они не понимали, каким способом некромант, некогда самый могущественный, пытался вернуть потерянное сердце Лонг Хаочэня.

Гроб больше не излучал яркого света, и лицо Элюкса стало еще более сосредоточенным, чем раньше. Его левая рука была слегка прижата ко лбу, а затем из глубины его души вышел легкий луч с хвостиком света. Его движения были медленными, и выражение его лица начало искажаться, как будто он страдал от сильной боли. Но, обе его руки были чрезвычайно устойчивы, сохраняя то же самое движение.

Постепенно эта точка света была полностью вытянута из его души. Когда он закончил, его изначально очень телесное душевное тело сразу же стало прозрачным, гораздо более слабым, чем раньше.

Руки элюкса начали одно и то же движение. Из его рук точки света собирались в большой шар, и его руки начали рисовать сложные символы, каждое движение появлялось очень быстро. Эти сложные символы быстро соединялись с золотой массой перед ним, которая постоянно колебалась перед этими сложными символами и даже дрожала.

По мере того, как завершались один символ за другим, душевное тело Элюкса становилось все более прозрачным, и на последнем он не мог не открыть рот широко, дыша и глядя вниз на гроб.

Тотчас же из гроба вырвалась черно-серая энергия, заставляя его душевное тело вновь обрести субстанцию при соприкосновении. Только этот черно-серый цвет казался полным зла и злобы, несовместимых с золотым цветом прямо перед ним.

Бах, бах, бах, бах … последовала фантастическая сцена. Когда Элюкс вытянул руки вперед, повернувшись лицом к бугристому золотому предмету в сторону Лонг-Хаочена, тот издал звуки, похожие на биение сердца, и медленно поплыл в сторону Хаочена.

«Это сердце, которое я восстановил для тебя. Ваша плоть сможет восстановить свои функции и ассимилировать свою силу. Она станет вашей самой сильной духовной полостью в будущем, а также источником всей вашей силы. Я назвал его сердцем Вечности, и если можно так выразиться, это величайший шедевр всей моей жизни.»

В этот момент Элюкс не мог не ахнуть от восхищения собой. Очевидно, он очень гордился тем, что создал это сердце вечности.

«Я знаю, что ты должен ненавидеть меня и мою власть. Хотя вы не можете отвергнуть этот мой подарок, так как вы хотите жить вместе с Cai’ERY вы чувствуете некоторое нежелание, потому что вы верите, что ваше святое сердце неизбежно будет затронуто этим настоящим, я прав?»

Лонг Хаохен не проронил ни слова, молча одобряя заявление Элюкса.

В самом деле, ради жизни он мог принять все, что было у него на глазах, даже если это означало без колебаний идти против своих святых верований. Ради Кай’эра он был готов отказаться от всего, что имел, но он знал, что действительно принятие власти Элюкса, даже если это просто сила, извлеченная из его тела, несомненно, помешает будущему Лонг-Хаочена и сильно повлияет на его будущее культивирование.

— Верно, из-за этих проблем я должен кое-что прояснить для тебя, прежде чем ты получишь сердце вечности. Вы можете ненавидеть меня и отвергать все мое, но вы не можете отвергнуть свет. Ты-отпрыск света, которому сила света подходит больше, чем кому-либо другому. Вы видели, что я только что сделал: я дал Цай’эру самую чистую энергию смерти, которую я собирал на протяжении тысячи лет, что является очень малой частью моей первоначальной силы. Но он превалирует в своей чистоте, так как не содержит никакого другого лишнего существования, что делает его только выгодным для Cai’ER, и не оставит никакого бренда, который является специфическим для меня.

«Я сделал то же самое, когда сжал для тебя это сердце вечности. Я извлек всю Светлую эссенцию, чтобы превратить ее в святую силу самого чистого вида. Знаете ли вы, что я сорвал и очистил от самой своей души? Это мой бренд, как бывший отпрыск света. Другими словами, Я даю вам не свою силу, а силу предыдущего наследника света. Вы можете понять это как получение Святого Света и плоти чистейшего вида от того времени, когда я стал испорченным.

«Как ты уже видел, после того, как эти две силы были у меня отобраны, все, что у меня осталось-это сила смерти, а также все отрицательные энергии. Все это классифицируется как коррупция, моя коррупция, а также коррупция света. Вина целиком моя, а не Света. иди же, ты самый подходящий хозяин для моего сердца вечности.»

Говоря это, глаза Элюкса вспыхнули на свету, когда этот шар света внезапно прорвался в пространство в середине сердца Хаохена. Он почувствовал, как ни с чем не сравнимая волна жара распространилась по всем его конечностям и заставила его бессознательно сесть, скрестив ноги, на землю. Все его тело стало золотым, и он потерял даже способность думать.

Обратив свой пылающий взор на Лонг Хаохена, Элюкс смотрел на него целых десять минут, прежде чем постепенно успокоить дыхание. С легкой улыбкой на лице он объявил: «Я все еще Святой Некромант, дремлющий поток бедствия. Никто в этом мире не знает больше меня о смерти и жизни. Мое сердце вечности было успешным, и в каком-то смысле прошлое меня до порчи будет продолжать жить внутри Лонг Хаочен. Возможно, это был лучший выбор, который я мог сделать. Я буду лишь малой частью того будущего вклада, который он сделает для человечества в будущем. Я надеюсь, что это послужит небольшим искуплением за все мои предыдущие грехи.

— Цай’Эр, ты доволен тем, как я справился с этим делом?— Элюкс перевел взгляд на Цай’эра, убедившись, что Лонг Хаочен правильно начал интегрироваться в сердце вечности.

Кай’Эр поклонился ему: «большое спасибо за все, Старший.» Она не была такой же длинной, как Хаохэнь, так как у нее не было столь ярко выраженной склонности к добру. Она только знала, что это был ранее человеческий грешник, который только что спас ее собственного любовника. Она чувствовала только благодарность.

— Хотя ты и не можешь унаследовать мою некромантию, в конце концов ты получила мою энергию смерти. Я хочу навсегда покинуть этот мир и очиститься от твоей руки. Это лучшее место, которое я мог бы пожелать. С тех пор как вина и ненависть обманули мое зрение, я никогда не думала, что увижу тот день, когда снова буду так счастлива. Я чувствую, что вернулся в те дни, когда был отпрыском света, когда моя жизнь и душа были на пике. Цай’Эр, ты хочешь называть Меня Учителем? ”

«В последние мгновения моей жизни и существования, ты хочешь называть Меня Учителем, Цайер?» Когда Элюкс обратился с этой просьбой к Кайеру, на его лице невольно появился оттенок печали.

— Учитель, это ты…— Кэй’Эр назвал его так, не подумав. Как могла история Элюкса не тронуть надолго Хаочен и ее саму? Лонг Хаочен был лучше, потому что, хотя Элюкс был жалок, его ошибка действительно заставила его сильно согрешить против человечества. Хотя Лонг Хаочен также сочувствовал ему, он абсолютно не простил бы его грехов против человечества.

Но Кай’Эр была, в конце концов, девушкой, которая также пережила болезненные переживания во время своей юности. Ее сочувствие было гораздо сильнее, чем сочувствие Лонга Хаочэна, и сейчас она находила этого некроманта, прежде не имевшего себе равных, по-настоящему жалким, и у нее не было никакого другого впечатления о нем, кроме этого великого сочувствия.

«Пра-пра…— Услышав, как Кай’Эр назвал его учителем, чувства Элюкса были сильно взволнованы.

«Хороший ребенок. Я вел себя неподобающе как твой учитель, но услышав, как ты меня так называешь, мое сердце наконец-то нашло некоторое утешение. Я, Элюкс, совершил много плохих поступков в этой жизни. Но в конце концов, я могу чувствовать себя польщенным иметь такого ученика, как ты. Почувствуй облегчение, твой учитель оставил тебе отличный подарок. После того, как вы вернетесь в человеческий мир, никто никогда не сможет запугать вас. Ну и что, если Лонг Хаочен-отпрыск света? Ученик великого Элюкса ни в чем не уступает ему.»

В этот момент гордость Элюкса как святого Некроманта и дремлющей беды, казалось, сразу же всплыла на поверхность. Подняв правую руку, он протянул ее к Кай’Эр, и та сразу же зажала в своей руке серп Бога Смерти. Это было довольно странно, но тот мощный Серп Бога Смерти, который является естественным врагом всей нежити, был обернут в серо-черную силу в руке Элюкса, заставляя его очищающую силу потерять все свои эффекты.

Подняв голову, Элюкс холодно улыбнулся: «эту башню вечности можно назвать одним из моих величайших достижений. Я не ожидал, что он действительно разовьется до такой степени после того, как я так долго спал. Хочешь вырваться из-под моего контроля? Не смотри на меня свысока! Цай’Эр, я ухожу. С тех пор как ты назвал меня своим учителем, я оставляю эту башню вечности тебе. Он уже эволюционировал близко к стандарту сверх-божественного инструмента. Его интеллект уже проявляется. Я буду устранять излишние вещи в нем. С сегодняшнего дня он будет вашим оружием и щитом. После того, как его лишние силы будут очищены моей рукой, ваши товарищи и вы можете поглотить его по своему усмотрению. Не позволяйте ему пропасть зря. После поглощения этих лишних сил, вы можете все покинуть это место.»

Посреди его речи башня вечности внезапно сильно задрожала, массивные колебания духовной энергии хлынули со всех сторон, как будто борясь, чтобы остаться в живых.

— Все еще борешься? — гордо спросил элюкс. Ты действительно мое собственное творение. Только не говори мне, что ты думаешь, что если у тебя есть собственный разум, то ты можешь вырваться из-под моего контроля? Ко времени твоего создания я уже обдумал все будущие возможности. Не говоря уже о вашем нынешнем состоянии, близком к сверх-божественному инструменту, даже если бы вы действительно стали сверх-божественным инструментом, я мог бы уничтожить вас без всяких усилий.»

Его левая рука указала в небо, и оттуда резко вырвался серовато-черный луч, нацеленный на вершину башни вечности. Гроб под телом Элюкса тут же запузырился густым серо-черным туманом, разлетевшимся во все стороны. Сила, рассеивающаяся от этой башни вечности, только становилась все более и более мощной, и вся башня вечности сильно дрожала, бесчисленные призраки испускали резкие крики.

То, что делал Элюкс, было неизвестно, но башня вечности, казалось, постепенно становилась все слабее и слабее по мере того, как этот серо-черный воздушный поток перемещался, и большие пространства белого света начали блуждать по лишенному пространства башне. Тотчас же все присутствующие серо-черные воздушные потоки начали двигаться со всех сторон, чтобы сойтись к Элюксу и проложить себе путь в его душу. Совсем скоро душа Элюкса стала черной как смоль, как чернила.

— Разведывательная полоса, силовая полоса. Очищение!— Несравненно могучий голос элюкса разнесся по всем этажам башни вечности.

Бесчисленные призраки растворились среди воплей ужаса. Чистейшая душевная сила собиралась вместе с этими обнаженными элементальными флуктуациями, и ужасная обнажающая сила полностью лишала эти элементальные флуктуации всего, кроме чистой энергии.

По мере того, как серовато-черный поток воздуха становился все сильнее и сильнее, вокруг тела Элюкса появилось серое черное кольцо света, и башня вечности постепенно превратилась в чистый белый цвет, не испорченный ни малейшей пылинкой, лишенный какого-либо потока.

Интенсивная дрожь постепенно превратилась в более легкую дрожь, прежде чем все движения прекратились, и все, казалось, вернулось к спокойствию. Большое количество белых точек света, содержащих колебания духовной энергии, медленно и ритмично перемещалось в воздухе.

Кай’Эр ясно почувствовал, как Башня вечности меняется, успокаиваясь в чистоте. Казалось, что все отрицательные вещи, включая эмоции, исчезли из-за раздевания Элюкса. Кроме того, странная связь возникла в ее сердце, усиливая связь между длинным хаоченским портретом в форме вечной мелодии и башней вечности.

«После очищения башня Вечности станет божественным инструментом, сочетающим атаку и защиту. Хотя я отнял у него много силы и разума, он все еще намного сильнее обычных божественных инструментов. Благодаря своей связи с вечной мелодией он постепенно сольется с вашей душой, став частью вашего тела. Таким образом, вы будете иметь такую же долгую продолжительность жизни, как и тот длинный Haochen будет иметь благодаря моему сердцу вечности.»

У цай’эра был сложный взгляд. На самом деле, у нее не было никаких дел с Элюксом до того дня, когда длинный Хаохен был убит демоном Богом императором. Она никогда не думала, что в конце концов унаследует большую часть власти Элюкса. Хотя некромантия Элюкса, наконец, не была передана ей, массивная энергия смерти, хранящаяся в вечной мелодии, а также Башня вечности были лучшими инструментами культивирования Элюкса. Вспоминая ту одинокую жизнь, которую он прожил, глаза Кай’Эр стали влажными, как естественная реакция. Встав на колени перед Элюксом, она снова позвала: «Учитель!»

Элюкс радостно улыбнулся. Это была искренняя радость, поскольку он ярко заявил: «Если есть следующая жизнь, я не хочу снова быть наследником света. Я просто хочу быть все более обычным человеком, и найти девушку, которую я могу любить всем сердцем, жениться на ней, иметь детей и жить мирной жизнью вместе. У меня был славный период, но также и испорченный период. Со следующего мгновения все это превратится в ничто. До свидания, дитя. Хорошо заботьтесь о своем любимом человеке, ваш учитель желает вам всего наилучшего.»

Сказав это, он внезапно повернул Серп Бога Смерти в своей руке, используя огромный клинок к этой ужасной силе души, образующей мириады белых сияний. Эта очищающая сила даже превосходила силу семи искусств Бога Смерти Кайера. Лезвие прошло по прямой линии, прорезав его насквозь и гроб под ним тоже.

Бултых.

Ужасный свет очищения рассеял плотную душевную силу, образующую тело Элюкса, и превратил его в несравненное сверкающее сияние. Пронзительные звенящие звуки раздавались, как будто что-то происходило внутри серпа Бога Смерти.

— Ну и что, Бог Смерти? — раздался горделивый голос элюкса. — что же теперь делать? В разгар очищения я только что сломал твою печать, теперь посмотрим, как ты будешь наносить ответные удары моему ученику? Если бы я хотел этого, я бы уже давно был богом.»

— Держа все … жизни … выщипывая все звезды, весь мир … без кого-то… вроде меня… хахаха … ха-ха…»

Вся тьма и грязь постепенно рассеялись под этим чистым светом очищения,и только гордый голос Элюкса остался, отражаясь от седьмого этажа башни вечности.

Удерживая все жизни, выщипывая все звезды, мир без кого-то вроде меня… какой гордый, тщеславный, но… печальный человек.

Умер бывший отпрыск света и бывший носитель бедствий для человечества, Святой Некромант Элюкс. Но в этом вечном уходе из этого мира, в конце концов, у него был кто-то, чтобы отдать ему последние почести.

Кай’Эр продолжал стоять на коленях, уже заливаясь слезами.

Женщины более сентиментальны, чем мужчины. Нынешний Кайер совершенно забыл, что этот исчезающий человек был ужасным повелителем некромантов, который нанес смертельный удар человечеству. Все, что она знала, это то, что он был уже мертв, гордый предок, который сделал все, чтобы спасти ее мужчину, восстановив сердце для долгого Хаочена, чтобы они двое могли остаться вместе. Независимо от того, что Элюкс делал в прошлом, прямо сейчас Кэй’Эр чувствовал печаль из-за рассеяния его души. У элюкса была тяжелая и невезучая жизнь, но он был особенно счастлив во время своего возвращения к своему происхождению. В конце концов, у него был человек, чтобы оплакивать его смерть. Это невероятно простое дело было действительно драгоценным в его глазах.

Процесс очищения длился целых полчаса, все пространство постепенно успокаивалось по мере того, как белые цветные точки, образованные несравненно чистой энергией, уплывали прочь.

С легким звоном Серп Бога Смерти тихо опустился на землю, пробудив Кэйэр от ее эмоций. Бессознательно она шагнула вперед и поймала оружие.

Исчезла не только душа Элюкса, но и тот чисто-золотой гроб из прошлого, который даже не оставил ни малейшей ауры.

Когда Кай’Эр держала в руке серп бога смерти, по всему ее телу пронеслось фантастическое чувство. Она чувствовала себя так, словно обрела в своей жизни нечто большее, эту сказочную перемену принес Серп Бога Смерти.

Это было ощущение огромной близости, как будто эта башня вечности была частью ее тела.

Божественный инструмент признавал своего хозяина. Цай’Эр немедленно сделала это точное суждение, потому что такая же ситуация возникла однажды в прошлом, когда она впервые интегрировала Кинжал Сансары. Но в то время Кинжал Сансары был гораздо более тираническим, далеко не таким мягким.

Элюкс действительно заслуживал называться гением среди гениев, тем, кто в одиночку восстал против всех ужасающих электростанций на всем человеческом континенте. Просто используя связь между серпом Бога Смерти и Цайером, он сумел заставить башню вечности принять Цайера как своего хозяина. Из этого можно было хорошо представить, насколько мощным был Элюкс в его дни жизни; возможно, даже Бог-Демон император был ниже его.

Серп богини смерти, казалось, сильно изменился с очищением Элюкса. Его ранее черный как смоль основной корпус был окружен белым освещением с голубоватым и пурпурным блеском, что придавало ему менее тиранический, более фантастический и гордый вид.

Держа Серп Бога Смерти, Кай’Эр некоторое время стоял безмолвно и неподвижно. В ее сердце эхом отдавался рассказ Элюкса и эта надменная сторона его личности в момент смерти.

— Учитель… — пробормотала Кай’Эр это припоминающееся Слово, и в следующее мгновение она перевела взгляд на скрещенные ноги длинного Хаочэня, который уже давно вошел в состояние глубокой медитации.

Тонкий яркий свет распространился от груди длинного Хаочена, распространяясь на каждый уголок его тела, прежде чем медленно рассеяться. Все его тело было пропитано состоянием культивации.

Жизненная энергия, несомненно, стабилизировала все его тело: вмешательство Элюкса полностью его оживило. Чудо, сотворенное так называемым некромантом, действительно поразило меня.

Не сразу усевшись рядом с Лонг Хаочен, Кай’Эр переключила свои мысли, немедленно вернувшись на шестой этаж башни вечности. Как хозяин этого места, она была способна путешествовать в любую часть башни вечности по своему желанию.

Потрясенные до глубины души окружающими переменами, все с ярким проблеском надежды едва могли продолжать ждать. Белый свет был чистой энергией, но это была башня вечности! Не зная точно, что это было перед ними, они не смели рисковать, чтобы поглотить его. Более того, самой важной в их глазах была безопасность Лонг Хаочен и Кайера. Не будучи уверенными в своей жизни или смерти, как они могли культивировать их с мирным сердцем?

— Цай’Ер!»

Кай’Эр появился внезапно, приятный сюрприз, который вызвал всеобщее ликование. Ван Юаньюань был первым, кто бросился к ней, сразу же держа ее на руках, и остальные собрались вокруг, а Чэнь Инь также держал Цай’Ер, плача очень громко и горько.

Сцена подъема Кай’Эр по лестнице к небу оставила их с чрезмерно глубокой травмой, выходящей за рамки простых эмоций. Они никогда не забудут сцену падения ее крови на протяжении всего этого путешествия к небу, не говоря уже о длинной юбке Кай’Эр, полностью пропитанной кровью.

Удерживаемая Ван Юаньюанем и Чэнь Ин’Ер и чувствуя теплые обеспокоенные взгляды своих товарищей, Цай’Ер уже потеряла свою первоначальную ледяную холодность и сказала холодным голосом: «я в порядке. Извини, я заставила всех волноваться.»

Линь Синь нетерпеливо спросил: «Как насчет капитана?» Они все заметили, что Лонг Хаочен больше не лежит на спине.

Цай’Эр ответил с улыбкой: «он в порядке.»

Эти слова заставили всех на несколько секунд опешить, прежде чем радостные возгласы немедленно заполнили шестой этаж башни вечности.

Они ожидали, что Лонг Хаочен будет в безопасности, когда увидят, что только что вернулась Цай’Эр, иначе она никак не выглядела бы такой расслабленной; более того, она не возвращала «труп Лонг Хаочена».— И все же, услышав лично из ее уст, что Лонг Хаочен уже в безопасности, их подавленные чувства вырвались наружу подобно ужасному вулкану.

Эта группа людей из молодого поколения все были гордыми талантами, но они выглядели прямо сейчас сияющими от радости. Их капитан был фактически чудесным образом воскрешен, давая новую душу их яркому проблеску надежды. Их моральный столп и лучший брат вернулся!

Слезы цай’Эр потекли из ее глаз, «Спасибо, спасибо вам всем. Иметь таких братьев и сестер-это самая большая радость, которую мы с Хаочен могли бы иметь.»

У Чэнь Ин’Ер было смеющееся и плачущее выражение лица, когда она ответила: «Цай’Ер, вы ошибаетесь. Мы-единое целое, не исключайте нас просто так! Ваа, так здорово, это действительно здорово!»

Сима Сянь подобрала Линь Синя ближе к шее, с любопытством рассказывая Цай’Ер: «быстро расскажи нам, как он был воскрешен. Так что действительно можно кого-то воскресить. Эта некромантия действительно чудесна!»

Цай’Эр, конечно же, хотела поделиться процессом воскрешения Лонг Хаочен со своими спутниками, поэтому она пересказала все детали того, что произошло позже.

Услышав о трагических встречах Элюкса, они постепенно успокоились от своего приподнятого настроения. Переживания, через которые прошел этот святой Некромант Элюкс, были действительно слишком печальны. Подсознательно в их сердцах росло чувство симпатии.

— Учитель, наконец, пришел в себя и очистил себя целиком, так же как и все злые вещи в нем. Несмотря ни на что, он останется моим учителем навсегда. Эта чистая энергия, оставшаяся в башне вечности, произошла от очищения разумных частей башни. Это все чистая энергия, возьмите ее в каждом. Давайте временно остановимся здесь, пока мы не превратим всю эту энергию в свою собственную духовную энергию. Энергия от процесса ослабления сверхъестественного инструмента должна помочь каждому значительно продвинуться в развитии.»

Неожиданное нападение на звездного демона Бога в моду провалилось, и более того, они едва не потеряли своего капитана. Придя сюда, они испытали бесчисленные трудности, чтобы, наконец, возродить Лонг Хаочен, и в конце концов, появилась возможность для прогресса.

Кай’Эр взмахнул рукой, сверкнув в белом свете, и в следующее мгновение вся группа вновь появилась на седьмом этаже башни вечности, которая была ее сердцевиной. Вся энергия могла быть перенесена сюда, и более того, таким образом Цай’Эр мог заставить всех стать свидетелями результатов долгого воскрешения Хаочэня.

Когда все увидели скрещенных ног и спокойно возделывающих длинный Хаочень, они не могли не закричать от радости, разрыдавшись. Яркий проблеск надежды наконец-то возродился!

Все они окружили скрещенные ноги длинного Хаочэня, с большим трудом восстановили свое спокойствие и начали возделывать землю.

В самом начале медитации все были глубоко потрясены. Эти мягкие на вид белые точки света были поглощены их телами и немедленно вызвали большие изменения. Чистая энергия подвергалась ассимиляции телом, независимо от того, какой атрибут духовной энергии, и поглощалась за очень короткое время. Не было необходимости даже устранять какую-либо нечистоту, и духовная энергия группы развивалась с поразительной скоростью во время этого процесса поглощения.

Процесс кайера был в какой-то степени другим. Она впитывала не только чистую энергию башни Вечности, но и энергию смерти, оставленную Элюентом внутри вечной мелодии.

Бога Смерти можно было бы также назвать Богом очищения. Его сила исходила от очищающих духов, и в этом мире, можно сказать, не было другого призрака более сильного, чем Элюкс. Его использование серпа Бога Смерти для очищения себя на самом деле привело к развитию оружия.

Но серп Бога Смерти соединился с Цай-Эром, и после поглощения его, Цай-Эр немедленно получил свою поддержку сразу же после начала культивирования. Огромная очищающая сила устремилась вперед в Цайэр, сливаясь с ее духовной энергией и поглощая энергию смерти внутри вечной мелодии, а также очищенную энергию башни вечности. Всего за долю секунды внутренняя духовная энергия Цай’эра была поднята на вершину седьмой ступени.

Опыт цай’Эр уже был обильным, и ее накопление было достаточным с давних пор, ей не нужно было ничего делать, чтобы духовная полость появилась в ее руках и бедрах после того, как три духовные печи в ее груди, лбу и животе были полностью заполнены, заставляя ее духовные полости непосредственно подниматься до числа семь. Огромная духовная энергия, которую ей еще предстояло поглотить, хлынула с поразительной скоростью, заполнив две совершенно новые духовные полости. В тот же миг Кай’Эр официально поднялся на восьмую ступеньку.

Хотя скорость продвижения остальных была не такой быстрой, как у Кай’эра, она была достаточно удивительной по сравнению со скоростью при обычных обстоятельствах. Каждый раз, когда действовала духовная энергия, она поднималась сама по себе. Это действительно наполнило их большим волнением. Все знали, что это может быть их шанс на всю жизнь, и, естественно, вложили в него всю свою энергию. Особенно Дуань Йи и Ян Вэньчжао, которые, прекрасно осознавая пропасть, отделяющую от них остальную часть яркого проблеска надежды, пошли на культивирование с их предельным усердием. В одно мгновение башня вечности стала совершенно спокойной.

Именно из-за этого спокойствия все полностью сосредоточились на культивировании, и никто не заметил фантастических изменений, происходящих в Лонг-Хаочене.

Сердце вечности вошло в его тело, заняв место сердца Лонг Хаочена, и массивная светлая сущность мягко вошла в его сердце и подверглась процессу собирания.

Когда сердце Лонг Хаочэня было раздавлено демоном Богом императором, духовная пустота в его груди была фактически разбита вдребезги. Прямо сейчас, даже если бы он вернулся к жизни, все его культивирование, можно сказать, нуждается в перезапуске.

После того, как сердце вечности было излито, оно сразу же стало точкой соединения между всеми другими духовными полостями. Массивная светлая сущность, распространяющаяся снаружи, очень быстро соединялась с другими духовными полостями, и когда все они соединялись, светлая сущность плавно текла через тело Лонг Хаочена, восстанавливая его первоначальное развитие.

Этот процесс восстановления был пройден очень быстро, и уже закончился к тому времени, когда Кайер рассказал о том, что они испытали. Когда духовная энергия Лонг Хаочэня вернулась на уровень восьмой ступени, в его теле начали происходить огромные изменения.

Сердце вечности действительно было наполнено чрезвычайно чистой световой эссенцией и использовало кровеносные сосуды первоначального отпрыска света, Элюкс. Лонг Хаочен тоже был отпрыском света, его кровеносные сосуды соединились с бывшим отпрыском света, хотя сначала произошло короткое время отторжения.

В борьбе за власть кровеносных сосудов Лонг Хаочен был гораздо сильнее, ведь Элюкс уже умер несколько тысяч лет назад. Возможно, его духовная энергия не ослабла и все еще оставалась такой же невероятно мощной, но кровеносные сосуды уже давно разрушились. Он мог извлечь только лучшие части кровеносных сосудов, и именно поэтому после этого короткого периода отторжения и столкновения собственные кровеносные сосуды Лонг Хаочена взяли полный контроль и стали теми, кто объединил эту силу кровеносных сосудов большой чистоты.

В этих условиях стали видны огромные возможности «Элюкса». После того, как интеграция кровеносных сосудов была завершена, большое количество нервов начало колебаться в груди Лонг Хаочена, поскольку совершенно новое сердце было в середине роста.

Онемевшее чувство пробежало по всему телу Лонг Хаочена, пробудив его от состояния комы, близкого к глубокому сну

Лонг Хаочен очень быстро узнал об изменениях в своем собственном теле. Онемевшее чувство распространилось от его груди, принося сильную боль. Он напряженно стиснул зубы, понимая, что наступил решающий момент. Реконструкция сердца-это то, о чем он никогда раньше не слышал. Даже величайшее заклинание воскрешения светлого атрибута будет нуждаться в полном организме, чтобы, возможно, достичь воскрешения. Но Элюкс сумел совершить такой подвиг, и это чудо стало его последним доказательством. Если бы он оставил все незаконченным в этот момент только из-за невыносимой боли, даже сотрудничество всех богов, спускающихся к его спасению, возможно, не смогло бы спасти его. Ради Цая’Эр и ради каждого из их товарищей, Хаочэнь ни за что не допустит, чтобы такое случилось.

Он сидел на земле, скрестив ноги, и всего за несколько секунд его тело покрылось потом, но он оставался неподвижным и не издавал ни малейшего звука. Он чувствовал, что Цай’Эр совсем рядом, поэтому не мог позволить Цай’эру узнать о его ужасной боли. Она только что заплатила слишком много за него, и ей пришлось слишком многое вынести. Лонг Хаочен действительно не хотел позволять ей волноваться еще больше.

Процесс восстановления сердца был действительно сложным, и во всем этом процессе духовная энергия Лонг Хаочэня продолжала расти от начала до конца.

Хотя его тело должно было выдержать сильную боль, Лонг Хаочен понял, что во время реконструкции явно произошли большие изменения по сравнению с предыдущими.

Он не был ни врачом, ни священником и, естественно, не понимал человеческого сердца. Но даже еще больший невежда ясно почувствовал бы, что что-то изменилось, если бы он осмотрел все внутри своего тела. Самое большое и самое прямое изменение заключалось в цвете.

Нормальное человеческое сердце должно быть красным, и даже когда действует Духовная энергия, духовная энергия должна охранять вокруг сердца; это делается через духовную полость, появляющуюся сначала в силовых установках любого призвания, той, что в сердце.

Но сердце Лонга Хаочэня было совершенно другим в этом процессе реконструкции. Он ясно чувствовал, как растет его плоть, и новая плоть, которая вышла, была вся золотистого цвета, без малейшего красного оттенка. В процессе роста его сердца духовная энергия свободно высвобождалась, становясь Единой со всей его плотью.

Это можно было бы назвать золотым сердцем». И прямо сейчас, это описание должно было быть воспринято буквально, его сердце действительно было восстановлено с золотым цветом.

Хотя долгое время Хаочэнь не знал, что изменит это сердце, у него не было другого выбора. Перед тем как он потерял сознание, Элюкс все ему объяснил, и он знал, что Элюкс делает все возможное для него, боясь, что эта умственная нагрузка повлияет на его будущее развитие.

Даже у ненавистного человека есть жалкие части. Лонг Хаохен не мог, да и не был достаточно квалифицирован, чтобы простить Элюкса от имени человечества. Его грех был слишком серьезен, хотя после того, как они с Кай’Эр вместе выслушали историю Элюкса, он почувствовал сочувствие к его встречам. По крайней мере, он был очень благодарен за огромную помощь, которую оказал ему Элюкс, дав ему вторую жизнь.

Поэтому, когда Лонг Хаочен пришел в себя, он бессознательно поблагодарил Элюкса.

Боль от реконструкции его сердца становилась все более и более интенсивной, сила воли Лонг Хаохена выдержала огромное испытание. Поначалу они с кай’Эр шли разными путями, но его терпимость к физической боли была еще выше. Тогда Цай’Эр в основном приходилось терпеть душевную боль.

Лонг Хаочен стойко переносил эту боль с одной лишь мыслью: «это ради Цай’эра».

Менее чем через день каждый член яркого проблеска надежды снаружи от длинного Хаочэня вошел в состояние глубокой культивации.

Энергии в башне вечности были действительно слишком чистыми, слишком массивными и могли быть поглощены наиболее эффективно только находясь в состоянии глубокой культивации, для лучшего общего понимания. Это давало действительно отличное чувство, как невероятная возможность.

В мгновение ока прошло три дня.

Первоначальная одежда Лонг Хаочэня была заменена черным покрытием,его одежда постоянно разрушалась под воздействием этой белой энергии, распространяющейся повсюду. Каждый разбитый кусочек был вызван очищением чистой энергией, поставив Лонг Хаочен в неловкое состояние обнажения.

Эта чернота была первоначально потом от его тела изгоняя нечистоты из его тела. Темная коррозия, оставленная демоном Богом императором в его теле, была изгнана в этом процессе, и что более важно, хотя он должен был страдать от огромной боли, этот кусок золота в его груди становился все более и более богатым и мощным. Наконец-то была завершена реконструкция его сердца.

После трех полных мучительных дней Лонг Хаочен действительно почувствовал головокружение, но он продолжал стискивать зубы, потому что должен был бодрствовать все это время, иначе никто не узнает, что произошло во время его комы. И если он не сможет лично наблюдать весь процесс восстановления своего сердца, то будущее развитие Лонг Хаохена, несомненно, будет сильно затруднено.

Судя по всему, его сердце уже вернулось в нормальное состояние, и Вены в его теле должным образом выполняли свою роль посредника. Но Лонг Хаочен знал, что самый важный этап процесса реконструкции приближается. Только когда это восстановленное сердце начнет выполнять свою нормальную работу, этот процесс будет окончательно завершен.

Хаохен нервничал в таких обстоятельствах; он не боялся смерти, но ему действительно не хотелось умирать. Реконструкция сердца была абсолютно никогда не видел ни один человек раньше,будет ли это успешным? Лонг Хаочен не был уверен,что сердце вечности действительно сможет преуспеть в формировании. Это золотое сердце не сильно отличалось от других внутренних органов, и оставалось только посмотреть, сможет ли оно распределять жизненную силу точно так же, как исходное настоящее сердце, которое у него было раньше.

На этот вопрос долго никто не мог ответить Хаохэну, в том числе и покойный Элюкс. Если бы Элюкс все еще был там, он наверняка чувствовал бы себя более уверенно, чем он, но у него не было стопроцентной уверенности.

Когда сердце Лонга Хаочена завершило этот процесс,процесс восстановления возобновился.

В другом мире, темном мире Черного и красного, массивная фигура слегка дрожала.

Чешуйки, давно потерявшие свой блеск, были на массивном теле, ползущем по земле очень долго. Темно-фиолетовая кровь окружала его тело, эта кровь вылетела из этих шести огромных голов.

Она сохраняла эту позу в течение длительного времени, изначально полностью лишенная жизненной силы. Но именно в это время это тело слегка содрогнулось, когда внутри стали появляться следы жизненных сил.

Эти жизненные колебания впервые появились на чешуйках, которые первоначально потеряли весь свой блеск и стали черными как смоль. Но как раз перед этим нежный кусочек чешуи внезапно загорелся фиолетовым цветом, его великолепие постепенно становилось видимым. Это было первоначальной причиной для первого встряхивания фигуры.

Да, это был Хаоюэ, который потерял всю свою жизненную силу после смерти Лонг Хаочена.

Но, так же как Лонг Хаочэнь сумел сохранить свою душу благодаря помощи Е Сяолэя, у Хаоюэ также была слабая надежда на возрождение.

На самом деле, даже если бы душа Лонг Хаочэня рассеялась, реальная смерть Хаоюэ сначала подверглась бы особому процессу. Каждая из его голов стала цепкой, он имел в своем шестиголовом состоянии способность сохранять свое тело в течение тридцати шести дней без разложения и с надеждой на возрождение. Таково было превосходство его родословной. Более того, хотя долгое время тело Хаочэня умирало из-за потери жизненно важного органа, его душа еще не была рассеяна, поэтому Хаоюэ сохранил слабые следы оставшегося дыхания.

Загорелась чешуйка и стала ярче, как маленький лесной пожар. Постепенно одна шкала следовала за другой, становясь блестящей. Таинственным образом эта темно-фиолетовая кровь на Земле, казалось, была украшена этой темно-фиолетовой кровью. Всплыли колебания энергии, и несколько фиолетовых точек света поднялись из темно-фиолетовой жидкости, плавая по воздуху, чтобы приземлиться на тело Хаоюэ.

Тело Лонга Хаочэна внезапно напряглось, последние вены вот-вот потекут. Наступил решающий момент.

Поп. Кровь и духовная энергия были тихо извлечены, и тело Лонг Хаочена внезапно сильно исказилось. Его внимание было полностью сосредоточено на его сердце, и из-за нервозности, его тело не могло не испытывать небольшие спазмы.

Когда оперировали последнюю Вену, это золотое сердце сильно сжалось. Крепкая хватка золотого цвета была также хваткой в душе Лонг Хаочен. Золотое сияние рассеялось от сжавшегося сердца, но на этот раз оно не просто двигалось взад и вперед, а рассеялось повсюду.

Лонг Хаочен почувствовал, что все его тело загрязнено золотом, прежде чем это золотое сердце, наконец, возобновило свою работу.

Dudu… Dudu…

Dudu… Dudu…

Какой чудесный звук! Только потеряв его однажды, можно было бы понять, насколько драгоценным был этот бьющийся звук. Когда его сердцебиение возобновилось, душа Лонг Хаочена была почти безжизненной в середине этого энергичного сердцебиения. И прямо в это время волна духовной энергии прошла от его сердца к потоку через все его тело.

Его сердце энергично сжималось, расширялось, сжималось назад, расширялось … Мощная сила мгновенно прошла через все тело Лонг Хаочэня, не только содержала внутреннюю духовную энергию, но даже внешняя духовная энергия была смешана с его чувствами.

На самом деле, духовная энергия Лонга Хаочэня изначально превышала пятьдесят тысяч. Другими словами, сердце вечности действительно было способно самостоятельно поддерживать по меньшей мере пятьдесят тысяч внутренних духовных энергий, и даже в этом случае оно выглядело далеко не полным в настоящее время.

Как такое могло случиться? Это сердце содержало духовную энергию, причем с еще большей емкостью, чем духовные полости. До этого, долгое время Хаочен не осмеливался даже представить себе такое. Но в этот самый момент такой невероятный подвиг происходил прямо у него внутри.

Dudu… Dudu…

Когда сердце сжималось, духовная энергия сжималась внутри. Все остальные духовные полости в его теле были пусты, естественно нуждаясь в пополнении духовной энергией из внешнего мира. Внезапно, Лонг Хаочэнь обнаружил через самоанализ, что его кровеносные сосуды, каналы и даже его сердце стали окрашены в золотой цвет, под влиянием чистой духовной энергии, энергично пульсирующей вокруг его сердца. Его светлый атрибут даже выходил за пределы чистого; хотя он выглядел жидким, Лонг Хаочен был способен чувствовать его полностью твердое состояние.

Слияние двух великих тел отпрысков света заставило врожденную внутреннюю духовную энергию Лонга Хаочэня поднять изначальный предел. Если бы существовал какой-нибудь инструмент, способный реально оценить его нынешнюю врожденную духовную энергию, то с ужасом обнаружилось бы, что его врожденная внутренняя духовная энергия теперь превышает сто двадцать.

Другими словами, Лонг Хаочэнь не следует называть обладателем наследника светлого телосложения, но обладателем телосложения чистого света. Его световая сущность мало чем отличалась от силы Божьего Нисхождения богини света. Никто не сравнится в чистоте с его светом в этом мире.

Пока его сердце билось, тело Лонг Хаочена казалось огромной черной дырой. Каждый раз, когда он пульсировал, массивная духовная энергия, окружающая его тело, втягивалась, в то время как сердце вечности продолжало сжимать большое количество светлой эссенции, чтобы наполнить его тело. В данный момент было удивительно, как его бешеная скорость поглощения световой эссенции не повлияла на культивацию его товарищей.

Сердце вечности заключало в себе все светлое, что было в распоряжении Элюкса и что было оставлено там лишь до того, как его сердце восстановилось. Но когда Лонг Хаочен наконец завершил процесс воскрешения, этот свет высочайшей степени начал проявлять свои величайшие черты.

Через некоторое время Лонг Хаочен с ужасом обнаружил, что изменения в его теле вышли за пределы известных ему пределов.

Как раз во время предыдущего всплеска поглощения он обнаружил, что, как ни удивительно, внутренняя духовная энергия в его теле действительно сумела пробиться через сто тысяч. Да, это был символический уровень девятого шага. Другими словами, теперь он должен был бы стать локомотивом девятой ступени, хотя на самом деле он не испытывал ни малейшего чувства прорыва.

Эта граница все еще должна быть вокруг восьмого шага.

Эта стотысячная духовная энергия наполняла одно только его сердце Вечности, но другие духовные полости в его теле все еще были пусты.

Что же это значит? Почему же я не продвинулся на девятую ступень, хотя моя духовная энергия прорвалась через сто тысяч? Лонг Хаочен был потрясен этим ненормальным явлением еще до того, как получил возможность радоваться подъему своей духовной энергии. Это было уже далеко за пределами здравого смысла. Даже демоны добирались бы до девятой ступени, достигнув ста тысяч духовной энергии. Он явно уже превзошел это количество, но все еще оставался на границе восьмой ступени.

Обладая высоким уровнем интеллекта Лонг Хаочэня, он очень быстро пришел к пониманию того, что для осуществления прорыва с восьмого по девятый шаг необходимо создать десятую духовную полость, следующую за девятой. Только после того, как девять заполненных духовных полостей совершат окончательный прорыв, можно будет пройти через этот девятый шаг. И хотя его внутренняя энергия уже прорвалась через десять тысяч, что должно означать, что его духовные полости достигли количества девяти, на практике его духовные полости все еще не достигли этого количества, только его духовная энергия прорвалась. Это чудо действительно было связано с сердцем вечности.

Сердце вечности заменило духовную полость его первоначальной грудной части и оказало гораздо большее воздействие, чем первоначальное. Духовная энергия Лонг Хаочэня все еще не достигла необходимого уровня, поэтому он еще не преодолел девятую ступень.

Грудь, голова, живот, руки и бедра-всего семь духовных полостей. Это нынешняя основа Лонг Хаочена, которая заключается в том, что его культивация обычно должна быть ограничена семьюдесятью тысячами духовной энергии и должна ждать открытия новой духовной полости, чтобы продвинуться дальше. Но появление сердца вечности сокрушило этот предел.

Хотя сердце вечности заменило его изначальную духовную полость, его запасающая сила была не десять тысяч, а сто тысяч. Другими словами, терпимость Лонга Хаочэня к духовной энергии резко возросла с семидесяти тысяч до ста шестидесяти тысяч. Таким образом, хотя его духовная энергия прогрессировала, его стадия развития еще не увеличилась.

Но вполне можно себе представить, насколько устрашающей была концепция восьмиступенчатой электростанции с культивацией ста шестидесяти тысяч духовной энергии. И когда сердце вечности Лонг Хаочен пульсировало, его выход духовной энергии достигал полных ста шестидесяти тысяч, что означало, что его стадия развития все еще была на восьмой ступени, но его уровень силы полностью достигал девятой ступени, только не хватало некоторых экстраординарных способностей, появляющихся на девятой ступени. Его передача духовной энергии и всплеск мощности даже превзошли электростанции девятой ступени с тем же количеством духовной энергии.

Это восстановленное сердце вечности, которое Элюкс дал ему, было действительно грозным. В том случае, когда духовные полости Лонг Хаочэня заполнятся, его сила увеличится по крайней мере вдвое по сравнению с предыдущей величиной, и это было бы, если бы его уровень культивирования не продолжал расти в то же время. И с этим сердцем вечности, поглощение духовной энергии Лонг Хаочен стало намного быстрее, чем обычные энергетические установки восьмой ступени. До тех пор, пока он будет просто продолжать открывать свои духовные полости, ему, конечно, не понадобится много времени, прежде чем он прорвется через девятый шаг.

Когда его сердце восстановилось, Количество чистых энергий во всей башне вечности заметно увеличилось. И прямо сейчас, остальные почти все достигли узкого места в их культивировании.

С этими массивными чистыми энергиями, свободными для поглощения, другим не потребовалось много времени, чтобы столкнуться с границами их духовных полостей. Увеличение духовной энергии могло быть коротким путем благодаря этим чистым энергиям, но создание духовных полостей не имело коротких путей. Это было достижимо только с опорой на собственную духовную энергию и понимание. Таким образом, их прежняя стремительная скорость культивирования начала замедляться в этот момент, но что бы ни говорили, их культивирование в этой башне вечности было намного быстрее, чем во внешнем мире. Кроме того, они только что поглотили небольшую часть этой энергии.

Роаа. Как только сердце Хаохэна восстановилось, сердцебиение другого энергоблока возобновилось.

Бум, Бум, Бум, Бум.

В середине интенсивного и мощного сердцебиения, Пурпурное свечение сияло на каждой отдельной шкале. Фиолетовая жидкость на Земле уже полностью исчезла,и все шесть пар глаз на этих многочисленных головах были покрыты фиолетовой рябью. Холодная тупость заполнила этот всепоглощающий рев, выпуская наружу его ярость.

Да, Хаоюэ проснулся, и в разгар этого процесса его тело начало испускать интенсивные колебания. Огромная сила родословной действовала с молниеносной скоростью, поскольку все его шесть голов имели безумные взгляды, полные желания разрушения.

До сих пор план демона Бога Императора против Лонг Хаочен был полным провалом.

Четыре года спустя.

Горный Перевал Томбал, Храм Магов.

— Идиотка, перестань ждать. После более чем четырех лет без каких-либо новостей, я боюсь, что они есть…— Богато одетый маг в огненно-красном одеянии пытался убедить стоявшую перед ним девушку в полном обмундировании.

У этой девушки были розовые волосы, на вид ей было лет двадцать. Красивая, ее взгляд был намного глубже, чем у любого обычного человека, и мощные колебания духовной энергии незаметно расходились от нее.

Прямо сейчас ее глаза были полны решимости и убежденности “ » дедушка Линь, не пытайся убедить меня. Я не покину храм магов, пока не получу известия об их смерти. Или ты больше не хочешь меня здесь видеть?»

Глаза старого мага сверкнули слезами, » Син’Эр, ты действительно хорошая девочка. Для этого ублюдка Линь Синя самое большое счастье-найти такую хорошую девушку, как ты. Но он даже не успел насладиться этой великой удачей! Четыре года назад Священная война закончилась, демоны отступили, так что, если они все еще живы, нет никаких причин, по которым они не вернулись бы после столь долгого времени. Уход демонов тоже был необъясним. Синьэр, я тоже не хочу верить в их смерть, но я не могу смотреть, как ты тратишь свою жизнь впустую.

«Ты все еще молода. Если вы будете продолжать задерживать свое время дальше, это повлияет на ваше пожизненное счастье. Твой дедушка Лин, конечно же, хочет, чтобы ты сопровождала меня в храме магов, ты больше подходишь для внучки, чем этот ублюдок. Но твой дедушка Лин не может быть таким эгоистом! Я не могу позволить себе повлиять на ваше будущее счастье!»

Верно, этот старый маг был дедушкой Линь Синя, вспомогательным главой храма магов Линь Чэнь. А эта девушка была Ли Синь, по прозвищу адская Роза.

Не следует поспешно судить ли Синя за то, что он рыцарь. Она хорошо известна, любима и уважаема всеми солдатами в горном перевале Томбал, так как она никогда не отходила от поля боя, несмотря на то, что была много раз ранена в бою. После того, как линь Синь ушла, она оставалась здесь все это время, сражаясь вместе со своим отрядом по охоте на демонов.

Поскольку Священная война близилась к концу, капитан ее отряда охотников на демонов Люк Xi погиб во вражеской засаде, и ее отряд охотников на демонов впоследствии распался. После окончания священной войны остальные члены церкви отправились своим путем, возвращаясь в свои храмы. Только Ли Синь остался здесь, ожидая возвращения Линь Синя.

В течение этих четырех лет она продолжала работать в храме магов, сопровождая Линь Чэня для выполнения сыновнего долга Линь Синя. Линь Чэнь много раз уговаривал ее, но она все равно делала то, что должна была, и никогда не соглашалась уйти.

Линь Чэнь действительно очень любил эту девушку, которая изначально должна была быть ее внучкой, но он чувствовал, что не может быть настолько эгоистичным! Линь Синь исчез более чем на четыре года, появившись в последний раз в мириадах звериных горных перевалов духовного храма. После того, как они так долго сражались в глубинах территории демонов, шансы выжить были слишком малы. Линь Чэнь должен был признать, что он не хотел продолжать тратить впустую будущее ли Синя таким образом.

— Дедушка Лин, прекрати это. Я никуда не уйду. Я должен дождаться его и Хаохена. Они наверняка вернутся.— Из глаз ли Синя хлынули слабые слезы. Даже если она действовала жестко, у нее была слабая сторона глубоко внутри. Она, очевидно, очень ясно понимала, что шансы на то, что линь Синь и другие еще будут живы, очень малы, но даже если бы они были очень малы, это был бы хоть какой-то шанс. Пока она не увидит их трупы, Ли Синь не признает их смерти.

«Искусственный интеллект. Какая же ты глупая девчонка! Ладно, оставайся пока здесь. Через несколько дней мы отправимся на великое храмовое собрание, которое раз в десять лет проходит в Святом городе. После того, как он закончится, вам придется по крайней мере заехать домой. Вы уже знаете о многочисленных письмах, которые ваш отец уже отправил туда.»

Ли Синь молча кивнул. Да, даже если она была полна решимости ждать Линь Синя и Лонг Хаочэня здесь, она должна была, по крайней мере, прийти домой когда-нибудь.

Линь Чэнь улыбнулся ей: «Синьэр, ты уже преодолела восьмой шаг и имеешь большой боевой опыт. Сдвоенные мечи, которые твой дедушка заказал специально для тебя, должны скоро прибыть. После того, как Великое собрание храмов заканчивается, вы чувствуете себя уверенно в борьбе с золотыми доспехами основания из вашего храма рыцаря?»

Ли Синь больше не была той девушкой из прошлого. После четырех лет целенаправленного культивирования она пробилась через узкие места седьмой и восьмой ступеней, став энергетическим центром первого ранга восьмой ступени. После того, как она пережила эту священную войну в качестве охотника на демонов, ее культивация сделала значительный прогресс, и она уже была даже носителем брони Мифрила основания. Хотя вызов для доспехов Золотого основания все еще был трудным, Ли Синь уже заказала пару тяжелых мечей эпического уровня, которые будут сделаны для нее на заказ! Это было использование богатств, которые линь Чэнь первоначально держал подготовленными для своего единственного внука, но Линь Синь еще не вернулся до сих пор, эти ресурсы пошли вместо Ли Синь.

Священная война тех лет была огромным бедствием для храмового Союза того времени. Невероятное количество солдат из Союза храмов погибло за эти два года войны во всех храмах вместе взятых, но точно так же демоническая сторона понесла катастрофические потери.

С момента окончания священной войны прошло уже четыре года. За это время было продемонстрировано многотысячелетнее накопленное превосходство; хотя резкое сокращение рабочей силы не было проблемой, которую можно было решить в одночасье, другие аспекты восстановились очень быстро. В частности, после того, как они пережили эту священную войну, сохранившиеся электростанции из всех шести великих храмов почти все испытали качественный рост силы. Такие случаи, как Ли Синь, были очень частыми: после двух лет священной войны и четырех лет стабилизации количество электростанций в Союзе храма было даже выше, чем до священной войны. Только вот обычных солдат стало гораздо меньше, чем раньше.

Начало Великого Собрания храмов было событием, происходящим раз в десять лет. Шесть самых могущественных храмов соберутся по этому великому случаю, чтобы обменяться ударами, устанавливая при этом новые ранги.

Почти все высшие чины из шести великих храмов знали, что это собрание великих храмов было действительно необычным. Будучи первым большим собранием храмов после окончания священной войны, он не только создал бы совершенно новый рейтинг, но и определил бы много стратегических политик.

Два года священной войны чрезвычайно истощили Союз, но демоническая сторона также понесла большую потерю сил, и два столпа Бога демона были даже разрушены. Союз храма стал похож на острый меч, заточенный на демонов, которые невероятно выросли в остроте. Человеческая сторона не ослабевала наравне с ожиданиями Бога-демона императора, но вместо этого становилась все более и более процветающей с каждым днем. Хотя сторона альянса храма все еще была короткой по сравнению с глобальной силой демона, этот разрыв больше не был таким широким. Если бы молодое поколение, пережившее священную войну, росло, то трудно было бы сказать, сколько лет демоническая сторона будет продолжать оказывать давление на Союз храма.

Ради сохранения превосходства демонов, Бог-Демон император бросился на восточную сторону и южное море. Хотя некоторые магические звери населяли море, оно было еще более наполнено пищей. Очень питательная пища была чрезвычайно важна, чтобы поднять силу демонической стороны. У них никогда не было недостатка в электростанциях, но им всегда приходилось грабить людей, чтобы получить жалкое количество пищи. Таким образом, перевод их взгляда на море был несравненным решением, поскольку у них было так много еще, чтобы получить там. Этот вопрос теперь был под ответственностью Бога лунного демона Агареса, что доказывало высокое значение, придаваемое ему Богом-демоном императором.

Великое собрание храмов вот-вот должно было начаться, и это было не просто сражение, а величайшее событие для шести великих храмов, великое состязание во всех аспектах, чтобы окончательно установить окончательный рейтинг великих храмов.

Хотя такое состязание не могло быть стопроцентно честным, Союз храма развивался в течение стольких лет, но уже было сделано все возможное, чтобы обеспечить максимальную справедливость. Ли Синь, естественно, будет принимать оружие от имени храма рыцарей в это время.

Услышав, как линь Чэнь спрашивает ее, как она относится к тому, чтобы бросить вызов золотой броне основания, Ли Синь не могла не покачать головой с улыбкой на лице: «дедушка Линь, я все еще далеко позади. Таланты проявились в большом количестве в Альянсе, и так много молодых силовых структур появилось в нашем храме рыцарей. С несколькими доспехами Золотого основания, которые доступны, я не хочу сражаться за них. Давайте обсудим это после того, как мои силы станут достаточными.»

Линь Чэнь гордо ответил: «Как может быть недостаточно твоей силы? После того, как мои Вулканские мечи будут завершены для вас, даже вызов младшей электростанции девятой ступени не может быть невозможным. Я думаю, что мы должны воспользоваться этим великим собранием храмов, чтобы непосредственно выбрать для вас золотую броню основания.»

Ли Синь хранил молчание.

Видя выражение ее лица, Линь Чэнь, естественно, знал, о чем она думает: «глупая девочка, не говори мне, что ты все еще не хочешь принять это? Ты не моя внучка по крови, но в моих глазах ты намного сильнее этой маленькой Линь Синь. Не говоря уже о его полном исчезновении, даже если он вернется живым, у меня нет никаких активов, чтобы оставить их этому маленькому ублюдку. Если ты все еще узнаешь этого дедушку, перестань отвергать меня, или я рассержусь. Только не говори мне, что ты хочешь, чтобы я принесла свои вещи в гробу, когда уйду? А поскольку рыцарский меч уже делают, зачем мне его вообще хранить?

Глаза ли Синя покраснели: «дедушка Линь, ты действительно так добр ко мне.»

Линь Чэнь улыбнулся в ответ: «только не говори мне, что ты не лечишь своего дедушку так же хорошо? Не переусердствуй в этом. Старайтесь изо всех сил в этот период сделать хорошее шоу в большом собрании храмов: это отличается от различных сессий, потому что из-за священной войны четырехлетней давности, я боюсь, что будет еще много переменных. Это также большой шанс для Альянса.»

Ли Синь почувствовал себя тронутым и слегка кивнул. Линь-Чэнь был выше по рангу в храме магов, но в конце концов, поскольку она была из храма рыцарей, было много вещей, которые линь-Чэнь не мог сообщить ей. Он мог только давать ей неясные предупреждения, что было уже достаточно, учитывая ее интеллект.

святой город.

Есть простой небольшой деревянный домик, со всеми стульями и столами внутри, сделанными из самого простого дерева. Только этот деревянный материал был очень особенным, с красивым деревянным дизайном и рассеивающим слабый цветочный аромат.

Это небесное благовонное дерево было очень ценным материалом. Его запах принес большую пользу человеческому организму, продлевая жизнь и одновременно оказывая бодрящее действие.

Перед простым деревянным столом спокойно сидела девушка. Эта девушка была одета в белую юбку, и у нее была чистая и безупречная внешность. Только в ее глазах виднелись следы грусти.

На деревянном столе перед ней виднелась груда красных осколков, и по изгибам этих осколков было ясно, что когда-то их форма была близка к сферической.

«Прошло уже четыре года, лысый ты мой. Ну и сволочь! Почему ты не даешь мне никаких новостей? Алая Драконья бусина сломалась, так что твоя Алая Драконья Броня уже в кусках, но ты знаешь, я все еще жду тебя. Я думаю, что вы все еще должны быть живы. Ты ведь все еще жив, да?»

Пока она так говорила, в ее руке появилась темно-пурпурная жемчужина. Эта жемчужина рассеивала очень особую силу, подобно слабому спиральному электричеству. Хотя эти колебания духовной энергии были слабыми, это все еще было фантастическим явлением, чтобы наблюдать.

«Прошло уже четыре года, и ты определенно все еще жив, но где же ты? Почему ты все еще не возвращаешься после стольких лет? Разве ты не знаешь, как я ….»

В этот момент слезы потекли и брызнули на стол.

В эти последние месяцы Святой город был особенно оживлен, потому что вскоре начиналось собрание Великого Союза, которое проводилось раз в десять лет.

Если состязание в охоте на демонов было великим событием для молодого поколения, то великое собрание храмов было самым важным событием для всего Альянса.

Ради этого собрания шесть великих храмов собрали там подавляющее большинство своих силовых структур, ради того, чтобы подготовить рабочую силу для этого великого Собрания храмов. Многие обычно уединенные старейшины приходили в Святой город один за другим, и хотя до этого события оставалось еще несколько дней, храмовый Союз проводил собрания каждый день. Высшие чины шести великих храмов непрестанно консультировались друг с другом, хотя содержание обсуждения было совершенно секретным, известным только высшим чинам.

Любой проницательный человек поймет, что это собрание отличалось от всех предыдущих сессий. Атмосфера была также намного более напряженной, как будто что-то большое должно было произойти.

В тихой комнате двое старших сидели друг напротив друга с суровыми взглядами на лицах, действительно делая атмосферу в комнате удушливой.

Поразительно, но личности этих двух решающих персонажей были двумя главами храма рыцарей, Ян Хаохань и Лонг Тяньин.

Ян Хаохань был не только главой храма рыцарей, но и главой альянса. Но, конечно, эта должность уже приближалась к предельному сроку полномочий.

Согласно правилам Альянса, глава Альянса не может занимать свой пост еще один срок подряд. Другими словами, Ян Хаохань неизбежно должен был покинуть свой пост.

— Брат Лонг, это дело оставлено тебе. Искусственный интеллект…— Ян Хаохань испустил долгий вздох, в котором отчетливо слышалось отчаяние.

Лонг Тяньян наморщил брови “ » равновесие обязательно изменится! Я боюсь, что наш рыцарский храм-да…»

Ян Хаохань, естественно, знал, что он имел в виду, и заставил себя улыбнуться: «так что же с этим делать? Храм, который имел самые выдающиеся возникающие фигуры в молодом поколении десять лет назад был нашим Рыцарским храмом. Но в этой священной войне мы также понесли самый большой урон. Синью уже вернулся, но, по какой-то причине, он был готов только оставаться на страже в Сопротивляющемся Дракону горном перевале, и ничто не могло убедить его принять участие в этом собрании. А теперь мы должны вас побеспокоить.

Лонг Тяньин холодно фыркнул: «не упоминай этого нефилиального сына. Он весь день ходит с таким мрачным лицом, что никто не знает, что у него на уме.»

Ян Хаохань утешил его “ » не вини Синюя. Хаохен отсутствовал так долго, как он мог не волноваться.— Говоря о Хаочене, эти два грозных Божественных рыцаря не могли не замолчать.

Да, с тех пор как Лонг Хаочэнь вывел Хань Юя из горного ущелья сопротивления драконов, он уже более четырех лет отсутствовал. В последний раз они появлялись в духовном храме, и после этого у них уже не было никаких новостей. Лонг Тяньин и Ян Хаохань уже тайно наводили справки в духовном храме относительно всего этого.

Лонг Тяньин внезапно громко хлопнул ладонью по столу, сокрушенно заявляя: «это все моя вина! Я не должна была позволять ему реформировать свою команду по охоте на демонов. Если бы он остался в Сопротивляющемся Дракону Горном проходе, как мы могли бы опуститься до такого пассивного состояния? Четыре года назад он уже преодолел восьмую ступеньку. Теперь, когда прошло еще четыре года, даже девятый шаг был не так уж и далеко от него. Он-отпрыск света, избранный Богом! Даже при том, что его культивация все еще была бы довольно слабой, с одобрением Божественного престола Вечности и творения, это великое собрание храмов, несомненно, сделало бы его великой сияющей звездой. Но теперь все так неловко для нас двоих.»

Лицо Ян Хао Хана потемнело, » это все еще вина Вэньчжао. Если бы он не пошел спасать его, они бы не пропали без вести. Мы делали все возможное, чтобы найти их следы, но так ничего и не нашли. Однако я все еще не верю, что они действительно были убиты демонами.»

Лонг Тяньин показал слабый оттенок печали “ » кто бы поверил в это? Самые выдающиеся таланты из молодого поколения нашего рыцаря храма все ушли! Теперь мы даже не можем свести концы с концами. Недавно Ли Чжэньчжи даже ясно выразил свою волю поддержать рекомбинацию шести великих храмов, чтобы положить конец нынешнему состоянию рассеивания альянса, объединить нас более тесно и сделать альянс нацией. Это явно провокация против нас! Разве он просто не хочет быть первым главой этого нового альянса?»

Ян Хаохань заявил: «Этот ли Чжэнчжи силен, но у него очень зловещий и извращенный характер. Хотя он ведет себя соответствующим образом, он на самом деле чрезвычайно горд до глубины души. То, что он будет править Альянсом, не будет счастливым шансом, но я боюсь, что мы даже не сможем остановить его, если только эти старшие из титулованных отрядов охоты на демонов не вмешаются.»

— Лонг Тяньин покачал головой, — это невозможно. Все эти старцы ясно выразили свою нейтральную точку зрения на это великое собрание храмов и, возможно, не примут в нем участия. Хм, Ли Чжэнчжи! давайте посмотрим, насколько он продвинулся за последние десять лет. ”

Он действительно был могучим опытным тигром. Прямо сейчас, у Лонг Тяньина было интенсивное боевое намерение, исходящее от него.

Ян Хаохань заявил: «Независимо от того, кто будет последним главой, создание нового альянса требует немедленных действий. Священная война четырехлетней давности, безусловно, нанесла нам серьезный ущерб, но она также положила начало новой эре для нас. Если харизматический лидер сможет объединить весь Альянс и его ресурсы, я считаю, что наша контратака против демонов может начаться в ближайшее время.»

Лонг Тяньин кивнул “ » когда мы вчера встретились с Шэн Юэ, храм ассасинов выразил нам искреннюю поддержку. Я также убедил Цю Юнхао в этом вопросе, но так как они очень близки с храмом магов, я не вижу большого шанса. Храм священника до сих пор остается нейтральным, но сейчас самая большая проблема-это отношение духовного храма. Наши шансы действительно значительно увеличились бы, если бы они могли поддержать нас.»

Ян Хаохань ответил: «Я думаю, что нам не нужно слишком беспокоиться о наших сторонниках. В конце концов, мы уже столько лет правим Альянсом. У нас будет не меньше поддержки, чем у храма магов, но сейчас самое важное-это результат, который мы покажем на Великом собрании храмов. Это очень важно, так как сопротивление демоническому роду влечет за собой неизбежное столкновение с демоническим богом императором. Сила будет одним из самых важных факторов авторитета в новом Союзе. Ли Чжэнчжи действительно одарен в этом аспекте, особенно после того, как он терпеливо переносил все эти последние годы.

«Он явно проявил сдержанность на большом собрании храмов десять лет назад, так как он не показал абсолютную уверенность в то время. Он явно действительно больше провоцирует на этот раз, что означает, что он действительно полон решимости победить! Старый Лонг, не будьте небрежны, ли Чжэнчжи все-таки доминирует в своем возрасте. Я боюсь, что его внутренняя духовная энергия уже прорвалась через двести тысяч, а может быть, и выше!»

Лонг Тяньин сказал: «в любом случае, мы должны попробовать. Ему будет не так-то легко победить меня!»

Ян Хаохань сказал: «Есть еще три дня, прежде чем начнется великое собрание храмов. Пойдем, мы соберем старейшин из нашего рыцарского храма прямо сейчас.»

«Да.— Лонг Тяньин кивнул, и две электростанции одновременно встали, направляясь к выходу.

Прямо в это мгновение снаружи раздался энергичный звук: «вожди, вас кто-то просит.»

— Ну и что?— Ян Хаохань нахмурил брови, — кто это?»

«Он ничего такого не говорил, просто сказал, что хочет тебе кое-что дать.— Голос эхом отозвался снаружи.

Ян Хаохань открыл дверь и вышел, увидев перед собой облаченного в доспехи рыцаря средних лет Мифрила Фаундейшн, который почтительно протянул ему знак отличия, зажатый в обеих его руках.

С взмахом длинной руки Тян-Яна эта эмблема полетела в их сторону. Ян Хаохань затем поднял руку, поймав знак отличия внутри. Два Божественных рыцаря предприняли то же самое действие, посмотрев на него, не посоветовавшись.

К шоку этого рыцаря Мифрилового основания, в тот момент, когда взгляды этих двух божественных рыцарей собрались на этом знаке отличия, они одновременно наполнились шоком.

Бессознательно глядя друг на друга, Ян Вэньчжао и Лонг Тяньцзинь одновременно закричали на этого Мифрилового рыцаря основания: «где владелец этого знака отличия?»

Штаб-квартира храмового Альянса, в уединенной комнате храма магов.

Круглолицый ли Чжэнчжи спокойно сидел в центре комнаты. Темно-зеленое сияние окружало его, не только все тело, но и огромное пустое пространство, рассеивающее металлический блеск. Это была явно материализация духовного нагорья, которое выглядело близко к затвердевшему состоянию, не давая никакого иллюзорного ощущения.

Сделав глубокий вдох, ли Чжэнчжи медленно открыл глаза, и зеленый электрический свет вырвался из его глаз, стреляя прямо в духовное нагорье перед ним.

Звенеть. Духовная горная преграда слегка дрогнула, прежде чем превратиться в бесчисленные зеленые точки света.

Ли Чжэнчжи глубоко вдохнул воздух, и сразу же зеленый свет исчез, впитавшись в его тело.

— Докладываю главе храма. Старейшины уже ждут тебя.— Снаружи раздался уважительный оклик.

«Да.— Ли Чжэнчжи дал легкий ответ,его тело начало медленно плыть. Его ноги приземлились на землю, медленно выходя из комнаты.

Мужчина средних лет, одетый в зеленое платье, молча ждал снаружи. Увидев выходящего ли Чжэнчжи, он сразу же склонил голову.

Штаб-квартира Альянса выделила шесть областей для соответствующих храмов, поэтому храм магов, естественно, имел там свой собственный. Пройдя через два переулка, маг средних лет привел ли Чжэнчжи прямо в роскошный конференц-зал.

Хотя храм магов уступал по статусу храму рыцарей, их богатства были тем, с чем не мог сравниться ни один другой храм.

Увидев входящего ли Чжэнчжи, все присутствующие в конференц-зале выпрямились.

Его фигура сменила позу, и он появился на самом переднем сиденье комнаты.

В общей сложности там присутствовало пятьдесят человек, и хотя это был всего лишь простой конференц-зал, если бы здесь присутствовал незнакомец, он был бы потрясен, обнаружив, что магическая сущность здесь была более плотной, чем во внешнем мире в десять раз. Просто простое дыхание давало ощущение липкости. Без сомнения, эти плотные магические эссенции были принесены людьми, присутствующими внутри.

По меньшей мере у восьмидесяти процентов присутствующих здесь магов были седые волосы и бороды. Они явно просидели здесь довольно долго, ожидая, что ли Чжэнчжи вскоре возглавит собрание.

Это немного прояснило положение ли Чжэнчжи в храме магов. Когда другие храмы созывали подобные собрания, глава храма обычно не приходил последним, из уважения к старейшинам из их соответствующих храмов. Но Ли Чжэнчжи явно прибыл последним, демонстрируя не только свое личное расположение, но и, что более важно, свой авторитет в храме магов.

Обведя взглядом остальных собравшихся, он объявил: «все вы, старейшины, Великое собрание храмов вот-вот начнется. Согласно достоверным источникам, на этот раз соперник со стороны рыцарского храма будет долго тянуться. Храм рыцарей поддерживал создание нового альянса, так что давайте поддержим их план, так как сейчас нет другого способа обойти его. Я всегда был против создания этого нового Союза, но не потому, что я был против объединения сил шести великих храмов, а потому, что у нашего храма магов все еще не было сил, чтобы контролировать его. Но это великое собрание храмов не одно и то же.»

«Я надеюсь, что каждый из вас поддержит меня в этом объединении. Я не желаю слышать никакого негармоничного голоса. Чтобы отразить нападение демонов, новому альянсу нужен достаточно сильный и способный командир. Это ответственность, которую нельзя переложить ни на кого другого: храм рыцарей уже стареет, и я уверен, что смогу вести новую Священную войну против демонов. В течение всей моей жизни я был полон решимости командовать Альянсом и приказать человечеству отвоевать нашу землю.»

Скорость ли Чжэнчжи была очень расслабленной, но содержала в себе несомненную мощь. Слушая его, некоторые старейшины хмурили брови или выражали некоторое недовольство, но у большинства остальных были пылкие взгляды. Храм магов всегда был вторым номером альянса, слишком долго подавляемый храмом рыцарей. Это было потому, что у них не было гениального мага, такого как Ли Чжэнчжи, мастер-маг элемента ветра, который недавно начал тайно изменять эту ситуацию. И вот, наконец, пришло время мобилизоваться. Как они могли не волноваться?

— Вспомогательная Голова Лин.— Ли Чжэнчжи поднял голову, чтобы посмотреть на соседнего Линь Чэня.

Линь Чэнь кивнул ему, » все приготовления готовы»

У Ли Чжэнчжи была слабая улыбка “ » Хорошо, давайте объявим некоторых кандидатов на Великое собрание храмов в следующем году.»

Храм рыцарей и храм магов были не единственными, кто созывал собрания. Другие храмы также созывали подобные собрания;создание нового Союза было неминуемо. Высшие чины из шести великих храмов вели себя так, как будто власть над новым Храмовым Союзом была призом, который нужно было завоевать.

Атмосфера на собрании храма воинов была намного более расслабленной, чем в храме магов.

Цю Юнхао сидел на главном сиденье, и в общей сложности более тридцати старейшин воссоединились внутри храма воинов.

— Ладно, давай все уладим таким образом. Мы полностью поддерживаем храм магов. Ли Чжэнчжи уже дал нам свое обещание дать храму Воинов важный статус после того, как будет создан новый союз. Я уже почти все приготовил, у вас есть еще какие-то предложения? Это собрание будет последним перед началом Великого Собрания храмов. Если у кого-то есть возражения, поднимите их прямо сейчас, в противном случае я буду считать, что мы все согласны двигаться как один.»

В храме воинов уже было много собраний, и возражения и предложения выдвигались задолго до этого. Прямо сейчас Цю Юнхао заставил старейшин из храма воинов кивнуть один за другим, выражая свои последние слова одобрения.

Именно в это время внезапное возражение нарушило гармонию в комнате.

«У меня есть возражение.»Это заявление было действительно слишком внезапным и было сформулировано иллюзорной фигурой, появившейся без предупреждения рядом с главой храма воинов Цю Юнхао: воин, появившийся из ниоткуда, одетый в полный серебряный бронежилет.

Все присутствующие старейшины были поражены. Никто не ожидал, что кто-то действительно посмеет поднять тревогу на встрече между старейшинами, не говоря уже об использовании способности, подобной телепортации.

Цю Юнхао тоже был сильно удивлен, но быстро отреагировал. Он был полностью уверен, что этот человек не был одним из старейшин из храма воинов, но все же этот человек появился прямо рядом с ним, принося ужасающее чувство мощи всему собранию. Почти бессознательно Цю Юнхао ответил ударом левой руки прямо в грудь только что появившегося воина в серебряных доспехах.

Этот удар нельзя было недооценивать: он втягивал воздух в радиусе нескольких метров, ненадолго охватывая эту область почти в вакууме, и запирал этого серебряного бронированного воина на месте, удаляя любую возможность побега.

Как источник энергии девятого шага, Цю Юнхао сделал огромный прогресс благодаря намерению меча, которое Лонг Хаочэнь оставил позади. Его движение сочетало в себе большое мастерство с большой простотой.

Этот воин в серебряных доспехах даже не избежал его, но столкнулся с ударом Цю Юнхао, тоже целясь в него. Ее рука, окутанная серебристым светом, встретилась также с рукой Цю Юнхао.

Когда обе стороны столкнулись друг с другом, в поле зрения появилась фантастическая сцена. Тело цю Юнхао слегка задрожало, отшатнувшись на треть метра назад. Плечи этого воина в серебряных доспехах покачнулись и тотчас же попятились назад.

Чудесным было то, что даже столкновение на их уровне силы не выпускало ни утечки духовной энергии, ни какого-либо огромного взрыва.

После того, как два удара столкнулись, никаких других изменений не последовало.

На мгновение у всех старейшин храма воинов были шокированные лица, они одновременно окружили этого воина в серебряных доспехах.

Самым потрясенным, естественно, был сам Цю Юнхао, который никак не мог уничтожить утечку духовной энергии. Это было сделано этим воином в серебряных доспехах: казалось, что противник потерпел поражение в обмене, но она все равно уничтожила всю его духовную энергию, используя пространственный атрибут, чтобы заставить его исчезнуть. Нет никакого способа, чтобы культивация этого воина могла быть хуже, чем у него. И более того, он мог чувствовать, что у противника не было дурных намерений от этого обмена ударами.

Цю Юнхао поднял руку, планируя блокировать присутствие старейшин храма воинов. Выпрямившись, он вопросительно посмотрел на другого воина, почувствовав какое-то явное чувство знакомого в предыдущей схватке.

«А ты кто такой?— Серьезно спросил цю Юнхао.

Воин в серебряных доспехах не снял своего шлема, но спокойно стоял там, не двигаясь. Тем не менее, прозорливые люди смогли увидеть ухо Цю Юнхао, слегка трепещущее, ясно от звуковой передачи этого воина в серебряных доспехах.

Услышав звуковую передачу этого незваного гостя, выражение шока на лице Цю Юнхао значительно усилилось. Он вдруг махнул рукой старейшинам: «собрание должно быть временно приостановлено. Мне нужно кое о чем поговорить с этим воином. Все сначала поверните назад, этот вопрос должен быть строго конфиденциальным. Сказав это, он кивнул воину в серебряных доспехах и большими шагами направился к выходу.

Эта внезапность потрясла всех присутствующих здесь высших чинов храма воинов. Судя по этим доспехам, она действительно была воином, но была лишь немного уязвима против удара Цю Юнхао, и более того, она явно была мастером в использовании пространственных способностей с большой внезапностью. На мгновение, никто из них не мог вспомнить, когда такой сильный воин мог подняться в их храме, и более того, в тот момент, когда она прервала Цю Юнхао, было слышно из ее голоса, что это была девушка.

Воин в серебряных доспехах последовал за цю Юнхао в отдельную комнату внутри воинских покоев храма альянса.

Цю Юнхао закрыл дверь, и золотой свет рассеялся от его тела, конденсируясь, чтобы сформировать металлический блеск, который покрывал каждый угол комнаты. Использование духовного нагорья, чтобы закрыть все возможное осознание из этой комнаты, было достижимо только с помощью электростанции уровня Цю Юнхао.

— Юаньюань, это действительно ты?» После того, как цю Юнхао завершил использование духовного нагорья, он спросил об этом с большим нетерпением.

Сняв свой шлем, серебряный воин показал лицо великой красоты, с выражением, наполненным Великой решимостью и спокойствием», — сообщает Ван Яньюань главе храма.»

Верно, тот, кто внезапно прорвался внутрь собрания храма воинов и прервал Цю Юнхао, был Ван Юаньюань, который предположительно отсутствовал более четырех лет.

Хотя Цю Юнхао стала осознавать свою идентичность с предыдущей звуковой передачей, узнавание лица Ван Юаньюаня все еще заставляло его тело дрожать в ужасном волнении.

— Юаньюань, наконец-то ты вернулся! А где же вы были все эти четыре года?»Первоначально Цю Юнхао очень долго чувствовал себя плохо после того, как узнал об исчезновении Ван Юаньюаня рядом с Лонг Хаочен. Она была не только одной из них, но и обладала большим талантом и темпераментом.

Во время священной войны Ван Юаньюань завоевала себе титул кровавой богини войны; некоторые из могущественных сил девятой ступени даже не обязательно внесли свой вклад в войну так много, как она. В Юго-Восточном форте Кровавая богиня оставалась довольно долго. В то время Цю Юнхао уже решил хорошо обучить ее и даже подготовить в качестве своей будущей преемницы.

Возможно, талант Ван Юаньюаня был несравним с талантом Лонг Хаочэня, но Цю Юнхао могла сказать, что она была несравненно решительна и обладала непоколебимой силой воли. Такое определение едва ли можно было бы найти у людей, но оно было найдено у Ван Юаньюаня.

Но, к сожалению, Ван Юаньюань последовал за Лонг Хаоченем, покинув Юго-Восточный форт без каких-либо раздумий, отвергнув все рекомендации Цю Юнхао. После этого от нее больше ничего не было слышно. Цю Юнхао даже получил информацию, что Ван Юаньюань был не единственным, кто пропал без вести, но что-то же самое касалось всего их отряда по охоте на демонов. Этот вопрос шокировал высшее руководство Союза храма в течение очень долгого времени, в конце концов, долгое существование Хаочэня было действительно необычным само по себе. Глава Альянса Ян Хаохань был сильно раскритикован по этому поводу главами других храмов, которые осудили его решение позволить Лонг Хаочэню реформировать его отряд охотников на демонов.

Никто не думал, что через четыре года Ван Юаньюань действительно вернется, и что ее сила действительно возрастет до такой степени за четыре коротких года.

Почтительно поклонившись, глаза Ван Юаньюаня рассеяли ослепительный блеск “ » голова, я не единственный, кто вернулся. Все мои товарищи тоже вернулись.»

Цю Юнхао снова сильно удивился “ » Ты хочешь сказать, что Лонг Хаочэнь и другие…?»

Ван Юаньюань кивнул: «капитан передал мне сообщение, чтобы я передал его главе храма. С нашим статусом титулованного отряда охоты на демонов, мы хотим бросить вызов этому великому Собранию храмов. Если нам удастся показать достаточную производительность, мы надеемся получить поддержку храма воинов, а также вашу.»

Цю Юнхао был слегка шокирован “ » вы говорите, что хотите принять участие в качестве титулованного отряда по охоте на демонов?»

Ван Юаньюань ответил: «согласно правилам Великого Собрания храмов, названные отряды охотников на демонов, будучи группами, которые внесли чрезвычайный вклад, имеют право самостоятельно участвовать в Великом собрании храмов и получать полные кредиты. Если они смогут закончить с рангом в первой тройке, они будут квалифицированы, чтобы заставить альянс принять одно из своих условий.»

Цю Юнхао нахмурила брови “ » Юаньюань, тебя так долго не было, но ты хочешь принять непосредственное участие в Великом собрании храмов сразу после возвращения! Разве вы не знаете, что это великое собрание храмов имеет очень особое значение. Только то, что долго Haochen планирует?— Он очень ясно понимал, что Лонг Хаочен был истинным ядром яркого проблеска надежды.

Ван Юаньюань улыбнулся в ответ: «это правильно, потому что это великое собрание храмов действительно необыкновенно, что мы хотим принять в нем участие. Глава Цю, вы готовы поддержать нас?»

Цю Юнхао заявил: «Поскольку вы все пришли, чтобы принять участие в собрании, вы должны знать все правила для собрания. Даже если вы являетесь титулованным отрядом охоты на демонов, почти невозможно, чтобы ваша команда была достаточно сильна, чтобы проявить себя. Попасть в первую тройку тем более невозможно. Лонг Хаочен может иметь благосклонность храма воинов,но вы действительно создаете проблемы на этом. Я ни в коем случае не могу поддержать вас и не дам вам никаких обязательств. Я говорю это от имени храма воинов.»

Глаза Ван Юаньюаня ярко вспыхнули “ » тогда что, если мы сможем занять первое место? Если мы поставим над всеми шестью великими храмами, вы согласитесь поддержать нас?»

Цю Юнхао был очень шокирован, услышав эти слова, исходящие из уст Ван Юаньюаня с такой чрезвычайной уверенностью. Он только что попробовал силу Ван Юаньюаня и смог определить, просто соприкоснувшись с ней, что она уже должна была преодолеть девятый шаг.

Думая об этом, он не мог не показать большую тревогу. Да, Ван Юаньюань был просто воином яркого отблеска отряда охотников на демонов надежды. Ее культивация уже достигла девятой ступени, какого уровня могла достичь культивация Лонг Хаочен? И более того, они ранее уничтожили столпы Бога-демона.

В этот момент взгляд Цю Юнхао сильно потеплел “ » Юаньюань, что вы, ребята, пытаетесь сделать? Каковы ваши цели?»

— Шеф, у нас только одна цель. Это должно привести человечество к победе над демонами.»

Цю Юнхао покачал головой: «это такая важная тема, и вы так внезапно ее затронули. Я даже не знаю, как ответить тебе.»

Ван Юаньюань кивнул и ответил: «Пусть будет так. Я верю, что у капитана будет возможность убедить вас, а также высших чинов всех остальных шести великих храмов. В настоящее время сила является самым важным фактором в сопротивлении против демонов. Я ухожу, пожалуйста, держите в секрете вопрос нашего возвращения.»

Цю Юнхао ответил: «Юаньюань, не смотри свысока на Великое собрание храмов. Может быть, вы добились огромных успехов в силе, но козыри храмов-это не то, чему может противостоять отряд по охоте на демонов, такой как ваш.»

Ван Юаньюань только улыбнулся в ответ: «я думаю, что вы будете очень приятно удивлены.»

Цю Юнхао горько улыбнулся “ » на самом деле, я не хочу этого приятного сюрприза, потому что мне было бы еще труднее принять его. Хотя я не верю, что вы можете победить, если вы действительно можете справиться с этим подвигом, наш Храм воинов, по крайней мере, обещает быть нейтральным.»

Ван Юаньюань удивленно посмотрел на нее; первоначально она планировала только приветствовать Цю Юнхао и оставить его с глубоким впечатлением перед началом Великого Собрания храмов. Но она не ожидала, что он выскажется в нейтральном тоне. Храм воинов был верным сторонником храма магов, их нейтральная позиция была чрезвычайно важна в планах Лонг Хаочен.

Как глава храма воинов, Юнхао был оптимистичен, что яркий проблеск надежды не будет настаивать на напоминании об одолжении, которое Лонг Хаочэнь ранее делал храму Воинов. Личная благосклонность-это одно, а благосклонность храма-совсем другое. Его выражение нейтралитета уже было знаком его поддержки относительно яркого проблеска надежды.

Сколько лет было Ван Юаньюань в этом году? Меньше тридцати! Как долго Храм воинов не получал электростанцию девятой ступени моложе тридцати лет? И не только Храм воинов, весь Альянс уже очень давно не получал такой молодой электростанции. Кроме того, он определил из речи Ван Юаньюаня, что она была абсолютно не единственной, кто достиг девятой ступени в ярком проблеске надежды. Их уверенность в участии в Великом собрании храмов в качестве отряда по охоте на демонов уже разрешила множество загадок. Лонг Хаочен был таким потрясающим гением, что теперь, когда они вернулись после исчезновения в течение более чем четырех лет, их таланты, а также их молодые годы с уверенностью предсказывали их будущие позиции краеугольных камней шести великих храмов. Инициатива храма воина была отправной точкой для подготовки будущих сценариев.

И все же Цю Юнхао ни в малейшей степени не верил, что яркий проблеск надежды проявится в этом великом собрании храмов. Раз уж все так сложилось, что же делать с маленьким обещанием?

На встрече, проходившей в храме ассасинов, разгорелся ожесточенный спор.

«Глава Шен Юэ, я не думаю, что мы все еще должны всем сердцем поддерживать храм рыцаря. Только не говори мне, что ты не можешь сказать, что храм рыцарей уже в упадке?— Тот, кто говорил, был старцем с худым телосложением, старым лицом, покрытым морщинами, и лысой головой. Как ни крути, он уже выглядел как человек, который одной ногой стоит в могиле и вот-вот упадет под порывом ветра. Но его острый взгляд был таким же острым и холодным, как у орла, и явно чрезвычайно обиженным.

— С тех пор как прошло десять лет, храм рыцарей не производил новых Божественных рыцарей. Из их трех божественных рыцарей Ян Вэньчжао не сможет участвовать в этом из-за того, что он является главой нынешнего альянса. Долго Синъюй даже не пришел, и что может просто долго Тяньин в одиночку сделать? Это великое собрание храмов действительно особенное и определит дальнейший путь альянса. Если мы встанем не на ту сторону, это, вполне возможно, приведет к упадку Североатлантического союза и значительно снизит наши позиции в будущем союзе.

«Хотя мы также не можем занять прямо противоположную позицию, поддерживая храм магов, мы должны по крайней мере оставаться нейтральными и прекратить придерживаться той же позиции, что и в прошлом.»

Не смотрите свысока на этого худощавого старца: его речь сразу же потрясла весь конференц-зал.

Шэн Юэ сидел на первом сиденье, и у него был действительно тяжелый взгляд. Это был далеко не единственный старейшина из храма Ассасина, который выдвинул возражение. Он может быть главой храма ассасинов, но эти старейшины из их храма были гораздо более влиятельными, чем те, что были из других храмов, особенно тот, кто только что произнес свою речь.

Это был главный старейшина храма Ассасина, Сюэ Цзичэнь, самый старший и на одно поколение старше Шэн Юэ, а также представитель самого старшего поколения храма Ассасина. По силе он находился в верхнем ярусе храма ассасинов, достигая второго ранга девятой ступени, и был близок к третьему рангу. Называть его краеугольным камнем храма ассасинов не было бы преувеличением, и как главный старейшина, многие люди поддерживали его. Прямо сейчас, выражение его точки зрения создало полный сдвиг сюжета в этой конференции.

Высшие чины и величайшие старейшины из храма ассасинов составляли в общей сложности сорок один человек, и по меньшей мере половина из них была поколеблена.

Другой старейшина продолжил: «старик Сюэ прав. Наш урон был очень велик в этой священной войне четыре года назад, и то же самое касается храма рыцарей. После такого долгого времени, когда храм магов и духовный храм получили наименьший урон, их подъем в силе был самым быстрым. И в этом великом собрании Альянса, я не думаю, что они смогут защитить свою корону. Мы должны отказаться от этого союза, иначе как другие храмы будут смотреть на нас после рождения нового Союза? Мы не только потеряем могущественного союзника, но и станем презираемы всеми остальными храмами.

«С другой точки зрения, если бы храм рыцарей не помогал нам всем сердцем, как долго, по-твоему, мы бы продержались в священной войне? Знаете ли вы, сколько душ верных рыцарей осталось в наших стенах? Только не говори мне, что ты хочешь вот так бросить нашего благодетеля. Я уже решил, что независимо от того, будет ли храм рыцарей наконец защищать свою корону или нет, наш храм ассасинов будет продолжать поддерживать их всеми своими силами. Даже если храм рыцарей в конце концов проиграет, мы, по крайней мере, будем солидарны. Демоническое племя — это наша цель, а не внутренние распри. Я верю, что кто бы ни правил новым союзом, он не будет чрезмерно угнетать другие храмы.»

Это был не первый раз, когда Шэн Юэ произнес эти слова, но храм ассасинов все еще не пришел к единодушному ответу. Великое собрание храмов приближалось, так что выбор храма ассасинов нельзя было больше откладывать. Они должны были прийти к окончательному решению в этот день, но звук оппозиции был все еще так же высок.

Из шести великих храмов, один с наименьшим контролем был, без сомнения, Шен Юэ. Это было связано с историческими причинами: в конце концов, его учитель, который раньше был предыдущим главой храма ассасинов, уже много лет назад перед смертью боролся против Сюэ Чжишэна. Соперничество между этими двумя старейшинами было очень интенсивным, а их разрыв в силе-очень небольшим. Теперь, когда Шэн Юэ потерял поддержку своего учителя, его положение в храме ассасинов, естественно, больше не было таким большим. Именно поэтому он должен был безжалостно заставить Цай’Эр интегрироваться с духовной печью Сансары в те годы. Он надеялся, что его внучка не станет такой же, как он, в то время, когда она будет управлять храмом ассасинов.

Как глава Группы старейшин, Сюэ Цзишэн предложил: «поскольку вы так упрямы, давайте тогда решим голосованием. Как глава храма, ваш голос может сосчитать трижды, в то время как мой, как глава старейшин, может сосчитать дважды. Меньшинство последует за большинством, поэтому сегодня мы придем к выводу.»

Услышав все это, Шэн Юэ почувствовал, как его сердце сжалось. Он понимал, что поскольку Сюэ Чжишэн предлагал такой курс действий, он уже был полностью уверен в том, что подавляющее большинство здесь поддерживает его. В случае принятия такого решения даже глава храма ассасинов ничего не сможет с этим поделать, и это также нанесет большой ущерб его будущей власти.

Поскольку дело дошло до этого, Шэн Юэ уже не мог остановить голосование, проходящее перед ним. От ярости он крепко сжал кулаки, неохотно глядя на Сюэ Чжишэна.

Мрачный и холодноглазый Чжишэн не давал ему покоя. Несмотря на то, что он очень постарел, его авторитет в храме ассасинов все еще был очень велик.

В этой гнетущей атмосфере, которая, возможно, в любой момент могла бы выродиться, ясный голос внезапно раздался со всех сторон комнаты: «что толку голосовать. Причина, по которой вы против поддержки храма рыцарей, заключается только в том, что они недостаточно сильны в ваших глазах. Тогда давайте примем это решение, основываясь также и на силе. Кто бы ни был самым сильным, он должен принять решение.»

Эти звуки были ясно слышны всем присутствующим, в то время как температура во всей комнате резко упала. Там не было никакого убийственного духа, но неописуемое намерение убийства вспыхнуло во всех направлениях. Хотя по меньшей мере половина силовых установок, присутствующих здесь, достигла девятой ступени, перед таким ужасающим намерением убийства все чувствовали себя так, как будто они были обернуты вокруг льда.

— А?»Даже Шэн Юэ и Сюэ Чжэнчжи были шокированы. Этот внезапный всплеск убийственных намерений был просто ужасен. Храм ассасинов был экспертом в области резни, но прямо сейчас они испытывали сильное чувство шока, когда были вовлечены в это убийство. Но кто же все-таки пришел? Из стольких электростанций там никто даже не обратил внимания. И более того, это намерение убить было явно на уровне домена!

Силовые установки девятой ступени в храме ассасинов были близки к двадцати, но из тех, кто действительно владел владениями, включая Шэн Юэ и Сюэ Чжишэн, было только четыре.

Именно потому, что у них были свои собственные области, их понимание этих областей также было намного глубже, что позволяло им четко идентифицировать эту холодную волну убийственного намерения как исходящую из области еще более высокого уровня, чем у них. Это бестелесное давление оставило их в полном шоке.

Посреди конференц-зала бесшумно появилась черная фигура, стоящая на самой высокой точке этого семиметрового зала.

Одетая в длинную черную юбку, она имела длинные, темно-фиолетовые волосы, ниспадающие на ее спину и вниз к ногам. Когда ее волосы слегка затрепетали,это холодное намерение убийства продолжало исходить из ее тела.

Огромный серп был зажат в ее правой руке, рассеивая темно-синий и пурпурный блеск. Хотя она просто парила в этом месте, она чувствовала себя центром мира. Все чувствовали, что ужасающее намерение убить, исходящее от ее тела, было полностью направлено на них самих, и никто не смел действовать вслепую, даже Сюэ Чжичжэн, потому что никто из них не чувствовал себя уверенным в том, чтобы получить от нее мощный удар.

Ее лицо было абсолютно красивым, но глаза были глубокими и бездонными. Некоторые белые паузы продолжали выходить из ее тела с низкой интенсивностью, но испуская несравненное чувство благородства. Еще более интенсивное белое свечение исходило из середины ее груди, испуская чистое и святое присутствие.

Увидев ее появление, Шэн Юэ внезапно почувствовал, что его глаза становятся действительно туманными от слез. Он бессознательно ослабил крепкую хватку на груди, его тело начало неудержимо трястись.

Она вернулась, наконец-то вернулась!

«Cay’ER…»

Услышав громкий призыв Шэн Юэ, начальство храма ассасинов было в полном шоке. Почти все они знали, что у Шэн Юэ была правнучка, которая носила Кинжал сансары, но тех, кто видел Цайэр по-настоящему, было действительно немного. Все, что они знали, это то, что Кай’Эр исчез более четырех лет назад.

В этот самый момент появление Кай’эра перед ними вызвало сильное чувство шока. Может быть, ей действительно удалось обрести контроль над мощью Кинжала Сансары? Но сколько же ей тогда было лет? Ей только что исполнилось двадцать!

Глубокий взгляд цай’Эр был направлен на Чжао Чжишэна, когда она безразлично заявила “ » прежде чем принять решение голосованием, я бросаю вызов старейшине Сюэ в моем качестве Святой дочери Сансары храма ассасин. Если я выиграю, то получу твой статус старшего вождя храма ассасинов. А если ты выиграешь … …»

В этот момент она сделала паузу и внезапно показала улыбку, опустошительно красивую улыбку, которая сделала всех присутствующих вялыми: «вы не сможете выиграть, поэтому не нужно учитывать эту возможность. Я привожу всех куда-то еще, что должно облегчить старейшине Сюэ показать все свои лучшие возможности.»

В этот момент она взмахнула серпом Бога Смерти, из которого вышел прозрачный белый луч и превратился в барьер, окутавший всех присутствующих. Оттуда появилось белое сияние,заставившее их окружение выглядеть размытым.

Пространственный транспорт, который действительно может перевозить такую большую группу людей!

В большой вспышке света все вышестоящие из храма ассасинов появились в виде выпуклости, рассеивающей белый ореол. Окружающее создавало иллюзорное ощущение, и вокруг нее циркулировали мягкие колебания духовной энергии. Эти чистые колебания без какого-либо элементарного признака были слабы по интенсивности, но давали большое ощущение мощи.

Начальство из храма ассасинов было потрясено до глубины души. Внезапное возвращение кай’Эр было первоначально большим потрясением, но ее демонстрация была за пределами их знаний. Они не знали, что она сделала, чтобы вызвать такую чудесную сцену. Это было явно не внутри Шенгмо Далу, но что это было за место? Может быть, культивация Кайера уже находится на уровне, чтобы открыть совершенно новое пространство?

Цвет лица Сюэ Чжишэна стал чрезвычайно некрасивым. Его взгляд был твердо прикован к серпу Бога Смерти в руке Кайера. Из всех присутствующих только он знал, что белые лучи, рассеянные ее оружием, были светом очищения, испускающим чистое сердцебиение.

Сюэ Чжишэн знал о том, что правнучка Шэн Юэ была святой дочерью Сансары с необычайными дарами, ее врожденная внутренняя духовная энергия превосходила девяносто.

Но с его точки зрения, даже если Кай’Эр все еще была важной фигурой, она была в конце концов действительно молодой, не говоря уже о том, что она уже так долго отсутствовала. Он никогда не ожидал, что Цай’Ер появится в такое время, и более того, по выражению лица Шэн Юэ, он мог сказать, что даже он не ожидал, что Цай’Ер выйдет в такое время.

Взгляд цай’эра скользнул по каждому из присутствующих убийц: «сила должна быть ответственна за все. Я бросаю вызов каждому из вас; тот, кто примет мой вызов, должен будет дать мне свое право голоса после поражения. Если вы не принимаете мой вызов, я полагаю, что вы отказываетесь от этого права голоса.»

Сюэ Чжэнчжи холодно фыркнул: «в каком смысле ты квалифицирована для этого, маленькая девочка.»

— Я-часть храма ассасинов, — безразлично улыбнулся цай’Эр, — и сила-это то, что отличает меня. Исходя из правил храма Ассасина, достижение девятой ступени развития должно сделать человека старейшиной храма. Поэтому я уже являюсь частью Группы старейшин. Более того, все это не имеет для меня никакого значения. Это мой мир, поэтому без моего разрешения никто из вас не может выйти. Тот, кто не примет мои правила, может остаться здесь навсегда.»

«Вы…»Сюэ Чжишэн взволнованно отреагировал в гневе. Хотя Кай’Эр демонстрировала очень расслабленную улыбку, ее тираническая речь разъярила этих старых убийц. Маленькая девочка лет двадцати или около того действительно осмелилась говорить с ними в такой манере.

«Шен Юэ, это так ты обучал свою правнучку?— Сюэ Чжэнчжи переключил свое внимание на Шэн Юэ.

Шэн Юэ уже не был так взволнован, как давным-давно, и показал безразличную улыбку в ответ: «Цай’Эр-моя правнучка, но она также является сокровищем нашего храма ассасинов. Все вы должны были слышать, что Цайер уже начал интегрировать духовную печь Сансары в возрасте трех лет, получив одобрение Кинжала Сансары. Вы все должны знать, сколько боли и мучений пришлось пережить Цайеру, чтобы слиться с духовной печкой Сансары. Ее шесть чувств были потеряны последовательно, и она была оставлена в холодной пещере одна в возрасте трех лет на очень долгое время. Все это должно было сделать ее сильнее ради нашего храма убийц. Может быть, она все еще молода, но из того, что я вижу, она пожертвовала абсолютно не меньше, чем кто-либо другой здесь присутствующий ради храма ассасинов. Поскольку она, наконец, вернулась после более чем четырех лет, теперь должно быть время для меня, чтобы уйти с моего ведущего поста. Наши следующие решения теперь касаются не только нашего положения в Великом собрании храмов, но и у меня есть предложение: позволить Кай’Ер взять на себя мои обязанности главы храма ассасинов. О, есть еще кое-что, о чем я забыл сообщить вам всем. Еще пять лет назад Цайэр уже прошла свое формальное пробуждение как святая дочь Сансары, сделав ее избранницей Бога Смерти. Я верю, что ее способности как избранницы Бога уже должны были значительно возрасти. Теперь должно быть время, чтобы объединить храм Ассасина.»

Слова Шэн Юэ вызвали потрясающие чувства у всей аудитории.

Тот, кого избрал Бог Смерти, чтобы захватить храм ассасинов? Это было гораздо более важным делом для храма ассасинов.

Видя Серп Бога Смерти в руке Цай’эра, взгляды некоторых из них постепенно расслаблялись; возможно, сторонников Сюэ Чжишэна было больше, но их точка зрения была полностью учтена для убийцы Тмепле.

Еще десять лет назад Шэн Юэ упоминал, что, когда Цай’Эр обретет истинный контроль над кинжалом Сансары и достигнет девятой ступени развития, она получит единодушную поддержку от их храма.

Бывший отпрыск Сансары обычно поднимал храм Ассасина на вершину Союза, так почему же новая святая дочь сансары не сможет сделать то же самое? Теперь, когда Кай’Эр вернулась, ее культивация также явно преодолела девятый шаг, а также обладала собственным владением и, кроме того, чудесной способностью к пространственному перемещению, все здесь знали, кто будет наиболее подходящим для руководства храмом ассасинов.

Но самое главное, Кай’Эр было чуть больше двадцати лет! Значение силы девятой ступени и наследника Кинжала Сансары в этом возрасте было ясно во всех их глазах.

Даже если Кай’Эр только что поднялась на девятую ступень, что, если ей дадут десять лет? Все знали о силе ли Чжэнчжи, но его врожденная внутренняя духовная энергия была только в восемьдесят лет. Будучи просто пользователем ветра на этом уровне культивации, что выйдет через десять лет для Цайера? В то время, будет ли храм ассасинов даже нужно прикрепить себя к кому-то еще? Пусть лучше за них цепляются другие.

Размышляя обо всем этом, позиции присутствующих здесь высших эшелонов власти заметно изменились.

Будучи главным старейшиной храма ассасинов, как мог опытный Сюэ Чжишэн не заметить изменений на других? Как и говорил Кай’Эр, сила была главным фактором власти. Более того, она владела символическим Святым кинжалом Сансары, что придавало ей чрезвычайную важность в храме ассасинов. Добавляя поддержку Шен Юэ к этому, если это продолжится, его контроль над старейшинами, несомненно, пострадает от огромного удара.

Причина, по которой Сюэ Чжишэн имел такую поддержку в храме ассасинов, естественно, имела свою основу, вытекающую прежде всего из соображений, стоящих за его решением для храма ассасинов.

В то же время у него были свои эгоистичные мотивы. Глава храма магов ли Чжэнчжи пообещал ему, что если ему удастся сохранить нейтралитет храма ассасинов, то после того, как новый союз будет создан, он получит высокий пост в этом новом Союзе. Не думайте, что из-за его преклонного возраста его жажда власти стала бы легче. Возможно, он еще больше жаждал недостижимого.

Прямо сейчас, похоже, Шэн Юэ и Цайэр собирались восстановить контроль над ситуацией, так что он, естественно, не оставит этот вопрос без внимания. Холодно фыркнув, он внезапно позволил огромному взрыву импозантной манеры вырваться из него, привлекая внимание всех присутствующих здесь.

«Очень хорошо. Тогда пусть этот человек попробует, чтобы увидеть, достаточно ли вы квалифицированы, чтобы взять на себя тяжелую ответственность Святой дочери Сансары. Если вы выиграете, я безоговорочно поддержу все ваши будущие решения, а также буду за то, чтобы вы заменили Шэн Юэ. Но если вы проиграете, останьтесь в уединении в нашем храме еще на несколько лет, и вы можете взять на себя обязанности в некотором высоком положении после того, как наберете достаточную силу.»

Независимо от того, что можно сказать, Сюэ Чжэнчжи был выше из храма ассасинов. После короткого периода ярости, он получил некоторые знания о Цай’Эр из объяснения Шен Юэ. Конечно, он понимал, что присутствие Цай’эра, весьма вероятно, создаст новое славное будущее для храма ассассин, поэтому прямо сейчас его речь была намного легче. Конечно, он не верил, что у нынешней Кай’Эр достаточно способностей, ведь она была еще так молода. Его теперешняя Надежда состояла в том, чтобы получить контроль над нынешним храмом ассасинов и добиться лучшего положения в новом альянсе. Что же касается будущего, то оно должно быть оставлено молодым поколениям Кайера.

Именно поэтому Чжишэн решил принять вызов Цая’эра и проявить себя с силой, чтобы сохранить свою поддержку среди этих непостоянных убийц.

Шэн Юэ даже не посмотрел Сюэ Чжишэну в глаза, легкая улыбка появилась на его суровом лице. Это потому, что он знал, что в то время, когда Цай’Эр привел туда высшее руководство храма ассасинов, Сюэ Чжишэн уже проиграл. Он проиграл не в культивации, а в возрасте и будущем. Даже если он больше не будет участвовать, сторонники Кай’Эра будут только расти все больше и больше. Что касается этой битвы, независимо от того, закончится ли она победой или поражением, Кай’Эр уже оказала реальное влияние на людей, сделав ее контроль над храмом ассасинов только вопросом времени.

Фигура Сюэ Чжишэна слегка сверкнула, затем его фигура исчезла, и в следующее мгновение он появился на расстоянии двадцати метров от Цайэр. Его внушающий благоговейный трепет взгляд был направлен на нее, как у гадюки, следящей за своей добычей, его руки были заложены за спину и показывали непоколебимое лицо.

«Тогда делай свой ход.»Как источник энергии более высокого поколения, Сюэ Чжишэн был на четыре поколения впереди Цай’эра, поэтому атака на первое было не то, что он мог сделать.

Кай’Эр ответил с легкой улыбкой: «тогда тебе лучше быть осторожнее.»

Серп богини Света слегка задержался на земле, и чистый белый свет очищения распространился во все стороны, испуская ощущение электричества, парящего по всему небу. Серп Цай’Эр богини света ударил именно при таких обстоятельствах.

Прямо в тот момент, когда Цай’Эр сделала свой ход, тело Сюэ Чжишэна исчезло, оставив только легкие серебряные остатки позади.

Это была самая высокая электростанция храма ассасинов, ассасин, владеющий космическим атрибутом, не тот, кто говорит небрежно, но тот, кто обладает реальной большой силой.

Когда удар Кай’Эр приземлился и вызвал ощущение, что она находится в невыгодном положении, произошла чудесная перемена.

Серп Бога Смерти быстро прочертил движущуюся дугу, и в то же самое время все тело Кай’эра превратилось в белый цвет, а серп Бога Смерти имел огромное удлиненное лезвие, прикрепленное

Первое из семи искусств бога смерти, Смерть в детстве.

Блин. Какая-то фигура оттолкнулась в воздухе.

В то же самое время, когда огромное белое лезвие пронеслось мимо пустого пространства, Сюэ Чжишэн, к счастью, появился в своем самом слабом месте.

Только что пересек пространство через мгновенный сдвиг, чтобы столкнуться с таким ужасным ударом, Сюэ Чжишэн действительно был сильно напряжен, как можно хорошо себе представить.

Смертоносное намерение, исходившее первоначально от Цайэр, казалось, исчезло, но огромный серп Бога Смерти в ее руке был готов разрезать Сюэ Чжишэн

Пара серебристо-белых кинжалов с оранжевым отливом блокировала это белое свечение, когда он принял душевный шок, быстро рассеивая свою пространственную духовную энергию, поскольку его духовное нагорье неожиданно рассеялось при контакте с этим белым клинком.

Подавление атрибутов.

Это было абсолютное подавление атрибута очищения перед пространственным атрибутом.

Сюэ Чжишэн ясно чувствовал, что духовная энергия Цай’эра была ниже его в какой-то степени, но под атакой этого огромного белого клинка, он с потрясением увидел, что синеватый и пурпурный серп следовал за ним плотно, будучи отправленным в полет, яростно ударяя его пару кинжалов.

Полагаясь на свою пару кинжалов эпического уровня, Сюэ Чжичэн мог парировать атаку света очищения, но в тот момент, когда они столкнулись с оружием противника, Сюэ Чжичэн почувствовал, что его тело дрожит, как будто его ударили током, обнаружив с шоком, что трещины появляются молниеносно на его кинжалах. Хотя этого нападения было недостаточно, чтобы уничтожить кинжалы эпического яруса, как насчет следующего?

Его фигура промелькнула мимо, Сюэ Чжичэн снова исчез, но Цай’Эр не стал преследовать атаку, спокойно стоя на том же месте. Моросящий туман распространился наружу, растя рядом с лепестками цветов лотоса. Среди этих лепестков она просто выглядела как фея.

Всюду, где эти лепестки проходили, в воздухе образовывался тонкий белый туман, недостаточно плотный, чтобы заслонить поле зрения, и даже не воздействующий на органы чувств, но этот белый туман вызывал чувство ужаса, трудно поддающееся описанию.

Лепестки прекратились после того, как их диаметр достиг тридцати метров, и не окутали остальных убийц.

Домен! Это был явно домен; двадцатилетняя Кай’Эр на самом деле действительно умудрялась владеть своим собственным доменом, и это был домен с использованием, которое никто не мог распознать.

Домены были разного типа, но не полностью идентичные. Общеизвестно, что домены ассасинов обычно хотят быть экспертами в единичных целевых атаках, поскольку ассасины обычно будут самыми сильными в малом масштабе. Владения кай’эра были также довольно малыми среди владений ассасинов. Но чем меньше масштаб, тем больше мощность взрыва идет вперед.

Неизвестность была самой страшной. Именно потому, что никто не понимал последствий владений Кай’эра, это вызывало чувство почтения.

И то, что цай’Эр в настоящее время показывал домен, и атака, которая отправила Сюэ Чжичэн, были достаточны для нее, чтобы доказать свою собственную силу высшим из храма ассасинов более чем достаточно. Независимо от того, как закончится эта борьба, ее сторонники ни в коем случае не будут малочисленны.

Улыбка Шэн Юэ стала еще более подчеркнутой. После более чем четырехлетнего отсутствия сила Кай’Эр не только возросла до шокирующего уровня, но даже ее темперамент сделал огромный прогресс. Она не просто боролась, чтобы выиграть у Сюэ Чжичэна, но больше всего, чтобы сделать шоу для дальнейшего одобрения высших ассасинов о ней.

Именно в это время двенадцать сверкающих серебряных врат внезапно появились во владениях, окружающих Кай’Эр, включая даже ее саму внутри.

Этот домен двенадцати пространств был владением главы старейшин храма ассасинов Сюэ Чжичэна, еще одним доменом, наиболее подходящим для индивидуальных сражений, мощным доменом пространственного атрибута.

В то время как они были подняты, эти двенадцать серебристых пространственных ворот немедленно заблокировали вид других ассасинов. По счастливой случайности, это место было достаточно высоким для них, чтобы освободить свои собственные духовные крылья, возвышающиеся высоко на поле боя.

Стоя лицом к владениям двенадцати пространств, Кай’Эр все еще спокойно стоял посередине и не делал никаких движений. Эти лепестки продолжали расширяться наружу и выпускать белый ореол, поскольку она, казалось, просто спокойно ждала.

Внезапно из пространственных врат мгновенно вырвался серебряный луч, двигавшийся слишком быстро, чтобы за ним можно было уследить глазами. Как только он вспыхнул, противоположные серебристые ворота света исчезли сразу же.

Самой большой чертой домена двенадцати пространств было его окружение. Кто-то, кого поймают внутри этого домена, не сможет убежать, не избив или не будучи избитым Сюэ Чжишэном.

Он был назван доменом двенадцати пространств из-за двенадцати суперпозиционных пространственных ворот, порождающих эту область: двенадцать пространств, перекрывающих друг друга, в обычное время не должны быть достижимы никакими средствами, но пространственные эффекты этого домена сделали это возможным. Там бегство через пространственные способности или даже прохождение через пространство также было бы невозможным, казалось, что эти пространства не имели пола, но на самом деле, Cai’ER был абсолютно неспособен к полету в тот самый момент.

В то же время, атаки Сюэ Чжишэна были бы значительно усилены эффектами наложений домена. Их скорость, а также разрушительная сила достигали бы ужасающих уровней.

Десять лет назад Сюэ Чжишэн полагался на домен двенадцати пространств, чтобы победить демона-Бога, входящего в первую Сороку, что значительно повысило его репутацию, а также сделало его известным как номер один в храме ассасинов.

Прямо сейчас, Кай’Эр и ее домен с невыразимыми эффектами были окружены двенадцатью пространствами домена, что привело к далеко не хорошей ситуации.

Когда вспыхнули серебряные лучи, Цай’Эр все еще стоял там, невредимый, но дальнозоркие люди могли видеть, что когда серебряный Луч начал свою атаку, тело Цай’эра внезапно приобрело иллюзорный вид. Все эти лучи пронзили ее тело, но когда они исчезли, она вернулась в нормальное состояние. Очевидно, это была экстраординарная техника уклонения.

Усиление двенадцати пространственных доменов Сюэ Чжишэна может на самом деле ранжировать его скорость на первом месте в Альянсе, но Цай’Эр все еще удалось избежать его с помощью своих методов уклонения. Кто бы не был шокирован таким подвигом?

Внезапно Серп Бога Смерти внезапно хлестнул в направлении, прежде чем вернуться к нормальному состоянию, двенадцать пространственных областей остались прежними. Никто не мог сказать, что она делала.

Единственным шокированным был вовлеченный старейшина Сюэ Чжишэн.

Предыдущий пустой удар кай’Эр почти заставил его выплеснуть кровь, потому что ее оружие ударило по траектории его второй атаки. С его предыдущим уроком, он теперь действительно не смел бороться против серпа Бога Смерти, из-за страха получить его пару эпических кинжалов яруса уничтоженных. Поэтому в тот момент, когда Кай’Эр передвинула свой Серп Бога Смерти, он внезапно бессознательно изменил траекторию и прервал свое собственное атакующее движение.

На самом деле, домен двенадцати пространств может дать большое усиление его атакующей мощи, но его тело также будет подвергнуто большому давлению. Внезапно прекратив свое наступление, он тут же получил жестокий отпор, и этот старейший старейшина из храма ассасинов был уже далеко не молод.

В их столкновениях Цайэр предпринял только одну прямую атаку, но весь ее процесс сильно потряс Сюэ Чжишэна.

Не говоря уже о степени мощи ее атаки или тиранической силе серпа Бога Смерти, тот факт, что Кай’Эр сумел точно предсказать его местонахождение, выходил за пределы понимания этого старика.

Сюэ Чжишэн, возможно, и не был величайшим энергетическим центром в Альянсе, но он был уверен, что станет величайшим культиватором пространственного атрибута в Альянсе. Он не нашел никакого объяснения тому, как Кай’Эр сумел предсказать свое собственное положение. Это должно было быть невозможно с его точки зрения, и сразу же вызвало потерю преимущества на его стороне.

Кроме того, после начала своей первой атаки через его домен, он пришел к пониманию ужасности домена Cai’ER.

Этот мирный на вид домен освобождения лепестков лотоса имел ужасающую сторону, даже для кого-то его уровня. Скорость его предыдущей атаки была чудовищной, но она должна была пройти через владения Кай’Ер. Просто пройдя через него, он почувствовал мгновенное исчезновение одного процента духовной энергии в своем теле.

Для некоторых культиваторов довольно низкого уровня процент может показаться незначительным, но для электростанции с почти трехсоттысячной духовной энергией один процент был потерей трех тысяч духовной энергии. И он прошел сквозь нее только на одно мгновение. Если бы он боролся с ней в ее владениях в течение длительного времени, разве его духовная энергия не была бы полностью уничтожена? Более того, эта очищенная духовная энергия вполне могла быть передана Кайеру. Какая ужасная область очищения.

Именно из-за этих открытий Сюэ Чжишэн временно оставался пассивным. Его атаки были не в состоянии приземлиться на Кай’Эр, и он будет очищен ее владениями. Что он мог сделать в такой битве? Кроме того, ее наступательная сила была действительно властной.

У Сюэ Чжишэна были связаны руки и по другой причине: он никак не мог по-настоящему навредить Цай’Ер. В конце концов, Кай’Эр был будущей надеждой храма ассасинов. Даже если бы его жажда власти была еще сильнее, в конце концов, он тоже был членом храма ассасинов. Вот почему его методы убийства никоим образом не могли быть использованы в этом обмене с Цайером.

Почувствовав молчание Сюэ Чжишэна, Цай’Эр сделал движение, показав безразличную улыбку. Серп Бога Смерти легонько покачивался перед ней, и тотчас же лепестки на ее владениях свернулись вокруг его лезвия. Подняв правую руку, он превратился в воздушные потоки на кончике ее клинка, стреляя в ворота домена двенадцати пространств.

Эта ее атака немедленно заставила двенадцать врат резко повернуться, превратив большое количество пространственной духовной энергии в барьер.

Этот домен, сочетающий атаку, защиту и повышение в одном, был действительно специализирован для индивидуальных сражений. Он мог бы с гордостью утверждать, что она входит в число лучших по сравнению с подавляющим большинством других областей.

Но, к сожалению, нынешним оппонентом Сюэ Чжишэн была та Цайэр, чья область очищения была результатом эволюции серпа Бога Смерти после очищения дремлющего потока бедствия, что заставило ее понимание очищающей энергии смерти резко подняться. В каком-то смысле это была истинная сила Бога Смерти, так как же могли двенадцать пространств вообще сравниться?

Белый клинок, свернувшийся серебристым светом, превратился в ничто, ни один из двенадцати пространственных врат не был разрушен, но Сюэ Чжишэн с потрясением обнаружил, что потерял еще одну сотую своей духовной энергии. При сохранении своего домена у пользователя не было бы никакого способа поглощать какую-либо внешнюю пространственную сущность для восстановления, если бы этот домен не обладал некоторыми абсорбирующими свойствами. А в домене двенадцати пространств такой способности явно не было.

Кай’Эр легко шагнула вперед, и сразу же область очищения двинулась рядом с ней. Домен двенадцати пространств следовал за ними на некотором расстоянии, чтобы держать их в своем окружении. Очевидно, Сюэ Чжишэн совершенно не хотел видеть, как его собственная область соприкасается с областью очищения.

Все это время у Сюэ Чжишэна была только одна выигрышная стратегия: воспользоваться потреблением противника.

Полное использование домена чрезвычайно истощило бы духовную энергию человека. Из его предыдущего суждения, культивация Кай’эра была ниже его на довольно большой промежуток, и поскольку область очищения была намного более мощной, чем его домен двенадцати пространств, она, несомненно, использовала бы гораздо больше духовной энергии. Позволяя этому продолжаться, домен Цай’Эр будет первым, кто должен быть удален по ее собственной инициативе. Таким образом, он победит без необходимости сражаться. А что, если Цай’Эр захочет столкнуться с его владениями, используя свои собственные? Сюэ Чжишэн была абсолютно уверена в своей скорости и способности предвидеть ее действия.

Что же касается атак Кай’эра, то ему нужно было только убраться с их пути. Сюэ Чжишэн была абсолютно уверена в том, что потребление Кай’Эр ускорится при использовании ее домена для атаки. Хотя его потребление также было большим, его преимущество в выращивании также должно было быть учтено.

Цай’Эр, естественно, видел тактику Сюэ Чжишэна насквозь, и зрители из храма ассасинов, наблюдавшие за ним сверху, делали то же самое. Ее способность заставить старшего вождя занять такую должность уже дала им полное одобрение Цайера глубоко внутри. Без сомнения, Цай’Эр был не слабее Шэн Юэ в культивировании, и будучи таким молодым, храм ассасинов наверняка воспарит на новые высоты под ее руководством.

Но разве сила Кай’эра ограничивалась только этим? Нет, конечно же, нет. Все, что только что произошло, было, по ее мнению, только началом ее шоу.

Серп Бога Смерти медленно поднялся, когда глаза Кай’Эр постепенно побелели, и окружающая область очищения интенсивно забурлила, окружая ее тело и обволакивая ее со всех сторон, делая ее внешность неузнаваемой.

Если предыдущая область очищения была похожа на огромную белую цветущую аллею, то эта область очищения была подобна цветочному бутону, образованному наложением всех этих лепестков лотоса, с Cai’ER, действующим как его тычинка.

— Что она задумала? В том числе Сюэ Чжишэн, каждый поднял этот вопрос глубоко внутри. В следующее мгновение невыразимое чувство кризиса появилось прямо в уме Сюэ Чжишэна, когда он мобилизовал свой собственный домен из двенадцати пространств.

Яркий серебристый свет продолжал вращаться, когда двенадцать врат резко изменили позицию, объединившись как один, накладываясь друг на друга. Можно было видеть, что эти наложенные друг на друга ворота были окружены черными изгибами, что было признаком неминуемого пространственного прорыва.

Все знакомые с Сюэ Чжишэном знали, что этот старший вождь был самым могущественным, когда находился в этом штате. Благодаря суперпозиции двенадцати пространственных доменов, он смог фактически телепортироваться на большое расстояние более чем в тысячу километров, а также поднять свои атаки до ужасающего уровня.

Ощущение кризиса заставило Сюэ Чжишэна больше не выказывать никаких оговорок. Белый свет очищения перед его глазами внезапно ослабел, когда Кай’Эр вновь появился в поле зрения каждого.

Область очищения исчезла, но в левой руке Каи’эра появилось сверкающее и полупрозрачное существо, чрезвычайно компактный белый цветок лотоса.

— Старейшина Сюэ, это цветущий цветок лотоса моих владений, — радостно объявил цай’Эр. Хотите попробовать его? Однако мое мастерство все еще недостаточно велико. Я могу запустить его, но не могу остановить.»

«Признаю, что в этом нет необходимости.— Раздался мрачный голос Сюэ Чжишэна. Серебристый свет исчез, он вышел, двигаясь прочь от области двенадцати пространств, и направил чрезвычайно сложный взгляд на Кай’Ер.

Серп Бога Смерти в ее руке двигался ритмично, высвобождая большое количество белых нитей, которые проходили через Лотос в ее левой руке, когда лепестки отрывались, тихо рассеиваясь, весь процесс длился около получаса.

Сюэ Чжишэн и остальные убийцы стояли перед Цай’Эр и молча смотрели на нее. Ритмичные движения серпа в ее руке выглядели действительно художественно, давая им еще большее осознание ужаса, вызванного этим цветком цветущего лотоса.

Домены, которыми владели электростанции девятой ступени, также имели разные градации. Каждый, достигший второго ранга девятой ступени, мог владеть своим собственным доменом, а домен, обладающий энергетическими мощностями девятой ступени, можно было почти назвать существованиями на совершенно ином уровне.

Каждый индивид будет иметь свою собственную область, и ее ранг будет определять будущий потенциал. Чем сильнее домен, тем выше будут перспективы будущего культивирования, и это также определит целесообразность развития самого домена.

Причина, по которой ли Чжэнчжи убедил Сюэ Чжишэна, была права, потому что его понимание своей собственной области дошло до такой степени, что он создал технику домена.

Но только сейчас, Кай’Эр фактически использовала свою собственную технику владения.

Доменную технику можно было бы назвать продуктом эволюции домена. И из всех областей, даже один процент процентов не может развиваться и дать начало доменной технике.

Может быть, понимание Кай’Эр этой способности к владению было недостаточно сильным, но у нее его уже было достаточно. В храме ассасинов уже более тысячи лет не было ни одного источника энергии, который мог бы постичь способность владения.

Дело было не в том, что Сюэ Чжишэн боялся способности Цай’Эр владеть своими владениями, а в том, что она уже полностью покорила его. Будучи старшим вождем храма ассасинов, он пришел к своему собственному выбору.

Увидев, что цветущий цветок лотоса наконец-то исчез в ее руке, даже Кай’Эр сильно расслабился. Так же, как она сказала, она все еще не имела полного контроля над этой способностью домена, и еще не испытала ее истинную мощь, самое большее использовав ее для запугивания Сюэ Чжишэн и не более того.

Увидев, что Цай’Эр забирает свои владения, Сюэ Чжишэн подобрал Кинжал, скрестил руки на груди и поклонился ей.

Это был официальный салют в храме ассасинов. Никто, кроме главы храма Шен Юэ, не должен был обладать достаточной квалификацией, чтобы быть приветствуемым им таким образом, но все равно не было никакой необходимости кланяться. Прямо сейчас Сюэ Чжишэн действительно мог бы сказать, что вышел за пределы своих собственных привычек этикета, ясно давая понять свое нынешнее отношение.

Шэн Юэ уже много лет не был так оживлен, особенно после резкого сокращения населения Союза храма после начала священной войны. По счастливой случайности, в тылу не было нанесено никакого ущерба, что и позволило Североатлантическому союзу восстановить свою силу всего за четыре года.

Но даже если их экономика и власть были восстановлены, их население все еще сильно пострадало, поэтому нынешний союз храма должен был поощрять беременность, а также помогать улучшить условия жизни масс.

Священная война, крупнейший город Союза храмов, с давних пор был переполнен своими отелями, причиной чего было великое собрание десятилетних храмов.

Хотя только маленький граф действительно мог наблюдать за Великим стадионом альянса, многие люди были готовы отправиться в священный город в это время из-за пылкой атмосферы. Некоторые старшие даже приводили своих детей в Святой город, чтобы попытаться найти возможность найти источник энергии для своих детей, чтобы признать их в качестве мастера.

Темная эра была уже около шести тысяч лет назад. Два года священной войны, наконец закончившиеся отступлением демонов, дали многим проницательным людям надежду увидеть рассвет в этой темной эпохе. Почти все люди надеялись дожить до того дня, когда человеческая армия возглавит наступление против демонов.

Великое собрание храмов отличалось от избранной ими охоты на демонов своей степенью важности, и люди, которые спешили купить билеты для самой цели наблюдения за столкновениями между шестью мощными храмами, подтверждали доверие масс к Альянсу. Почти каждое великое собрание храмов вызывало большие всплески эмоций во всем альянсе, и резко увеличивало их количество рекрутов в последующий период.

В Священном городе на самых символических зданиях были вывешены объявления ярко-желтого цвета, подробно описывающие время проведения состязаний, а также правила проведения этого великого Собрания храмов.

Каждое великое собрание храмов включало бы такие объявления, и поправки к правилам немедленно публиковались бы.

Да, перед пятиэтажным отелем стоял молодой человек в белом плаще и внимательно его разглядывал.

Еще месяц назад, когда реклама была впервые выпущена, многие простые люди уже познакомились с ее содержанием, поэтому прямо сейчас он только стоял в одиночестве перед этим объявлением. Белый плащ полностью покрывал его и придавал ему привлекательный и величественный вид.

Даже за этим плащом было видно очень высокое телосложение этого молодого человека, так как он действительно был почти двухметрового роста, с особенно широкими плечами, хотя его телосложение не было действительно чрезмерно крепким.

Его совершенная фигура излучала мистическое чувство, когда он спокойно стоял на месте. У него был на первый взгляд обычный, но необыкновенно мягкий нрав.

Взгляды большинства прохожих были прикованы к этому спокойному молодому человеку, заставляя их чувствовать себя умиротворенными и сильно расслабленными, просто глядя на него.

На этом четком объявлении были записаны время и правила для этого великого Собрания храмов.

Завтра будет день начала Великого Собрания храмов. Когда придет время, все высшие чины из шести великих храмов соберутся на большом стадионе альянса, каждый из храмов отправит команду из тридцати шести человек для участия, составив в общей сложности двести шестнадцать участников из шести великих храмов.

Великое собрание храмов было определено в первую очередь путем жеребьевки бюллетеней. В первые три дня будут продолжаться сражения один на один, трехдневное соревнование нокаутов. Каждый нокаут бой будет следовать сразу после окончания предыдущего, без времени, выделенного для отдыха. Те из храма священника не будут включены в отдельные нокаутные бои, они будут оцениваться с помощью другого метода на этих отдельных этапах: измерение духовной энергии. Как правило, точки жреческого храма будут находиться примерно в средних рядах к концу этого этапа.

На этом этапе каждому из кандидатов от других пяти храмов будет присуждено очко за победу, два очка за две победы, причем удвоенное количество очков будет начислено за каждую дополнительную индивидуальную победу.

Этот отдельный этап регулировался большими ограничительными положениями. Во-первых, не допускается никакое оборудование или таблетки, и только использование своей индивидуальной силы допускается. Во-вторых, никакая ситуация нанесения ран противнику не допускается, а наказывается прямым устранением. Это великое собрание храмов не было борьбой жизни и смерти, эти два правила выглядели простыми, но были очень ограничительными. Только подумайте, когда все участники были бы по крайней мере силовыми установками восьмого шага, какой уровень контроля требуется, чтобы абсолютно избежать ранения любого противника?

Индивидуальное соревнование должно было завершиться в течение трех дней, после чего нужно было рассортировать баллы, чтобы завершить начальную стадию Великого Собрания храмов.

Причина, по которой было задействовано так много участников, заключалась в том, чтобы оценить силу каждого храма в целом, так как силы одного человека было недостаточно, чтобы стоять за весь его храм.

После индивидуальных сражений, начнутся состязания за высшие духовные энергии. Все шесть великих храмов должны были отправить трех кандидатов в возрасте до ста лет для прохождения оценки духовной энергии. Каждый год ниже ста баллов давал бы дополнительную тысячу баллов оценки.

Сложение духовных энергий этих трех кандидатов составит их рейтинг, и первое место храма будет награждено двумя сотнями баллов, второе получит сто пятьдесят, третье место, сто двадцать, четвертое место, девяносто, пятое место, шестьдесят, но ни одного для последнего.

После окончания соревнования духовной энергии следует доменное соревнование, в котором каждый из шести великих храмов посылает трех участников.

Затем — доменная конфронтация, когда восемнадцать доменов владеют силовыми установками, сражающимися вместе. Та сторона, которая больше не сможет поддерживать свои владения, будет исключена, пока из одного храма не останется только три претендента. Это действительно важно, так как первое место будет награждено пятьюстами суммарными очками, а каждый следующий будет награжден на сто меньше, причем последний не получит никакой награды.

Этот вид командного соревнования не акцентирует внимание на силе домена, но лучше всего должен включать три взаимодополняющих домена. Это потому,что победитель не обязательно будет на стороне с наибольшей мощностью, но на стороне лучшей координации.

В предыдущем собрании храм рыцаря сумел выиграть с комбинациями доменов Божественного рыцаря защиты и планирования храма рыцаря Ян Хаохань, Божественного рыцаря контроля и ограничения Лонг Тяньин и Божественного рыцаря судебного разбирательства и судебного разбирательства Лонг Синью, добившись победы на этом самом важном этапе, таким образом, принципиально решив храм Рыцаря как номер один.

Последнее испытание Великого Собрания храмов будет самым значительным командным сражением. Каждый храм должен был отправить десять участников на круговой турнир, и каждая победа приносила сто очков в общей сложности. Среди команд, священник храм не будет участвовать, давая им прямой триста всего.

Все четыре этапа будут представлять собой конфронтацию между высшими чинами храмового альянса. Как правило, самым незначительным выступлением в большом собрании храмов был храм жрецов, но его важность все еще не нужно было больше доказывать. В любом случае, священник явно не подходил бы в качестве правителя для Союза храма. Кроме них, все остальные придадут большое значение этому рейтинговому соревнованию.

В последнем рейтинге Великих собраний предыдущих храмов на первом месте был храм рыцарей, за которым следовали храм магов, храм духовности, храм убийц, храм жрецов и Храм воинов.

Храм жрецов, получив некоторые привилегии, в конечном итоге превзошел Храм воинов и получил пятый ранг. Храм воинов часто причисляли к числу последних.

Это заявление вовсе не было связано с какой-либо корректировкой Североатлантического союза, но люди с более глубоким пониманием все знали, что окончательный рейтинг определит критические изменения в Североатлантическом союзе в этом году. Так что борьба за первое место наверняка будет еще более напряженной, чем в предыдущие годы.

Молодой человек в Белом стоял там уже полчаса, похожий на статую, которая с самого начала не двигалась ни на йоту.

«А что такого хорошего в простом объявлении?— Внезапно за его спиной раздался отчетливый голос девушки, одетой в зеленое платье.

Эта девушка была очень красива, на вид ей было лет двадцать с небольшим, но она производила впечатление отчужденной и очень гордой, что делало ее недосягаемой.

Ее зеленое платье выглядело очень простым и не давало никаких элементарных колебаний. Когда она появилась позади молодого человека, одетого в белое, от нее исходил неописуемый слабый зеленый свет, толкая вперед этого одетого в белое юношу.

Этой женщиной-магом был Тан Ван, единственный ученик главы храма магов ли Чжэнчжи. В течение этих четырех лет она продолжала горько тренироваться, и полностью управлялась своим учителем, делая ее одной из целей ресурсов магического храма, и заставляя ее культивировать большой прогресс.

Сюаньюань Янь, которая раньше стояла рядом с ней, теперь осталась далеко позади. Ее культивация уже преодолела восьмую ступень, и она научилась какому-то Грозному оригинальному заклинанию стихии ветра от Ли Чжэнчжи, и была одним из представителей храма магов для этого великого Собрания храмов. Учитывая ее возраст, это было абсолютно огромной честью для нее.

Тан Ван уже некоторое время находился в Святом городе. Ради того, чтобы внести свой вклад во время этого великого Собрания храмов, она недавно приложила все усилия. Конкуренция была на грани начала на следующий день, Ли Чжэнчжи настоятельно призвал ее совершить прогулку и расслабить свои чувства. Вот почему она вышла из Генерального штаба альянса.

Как раз перед этим она случайно заметила этого молодого человека в Белом, стоящего перед газетой с объявлениями. С ее острым чутьем на магические колебания, она сразу же разглядела необычную грань этого человека.

У нее было очень особенное чувство. Стоя здесь, он выглядел человеком, но в ее ощущениях этот человек был как масса света, масса очень мягкого света, казалось бы, не испускающего никаких чувств субстанции. Этот мягкий свет излучал огромное чувство нежности. Чувствуя себя очень уютно, ее напряженные чувства на грани соперничества были очень расслаблены, когда она смотрела на спину этого молодого человека.

Это был явно не обычный человек. Особые качества молодого человека очень привлекли внимание Тан Ван, И она просто подошла, чтобы немного его прощупать.

Без сомнения, это был, безусловно, легкий источник энергии для пользователя. Судя по его простой одежде, это не должен быть маг. Так может это быть священник? Воин, убийца или рыцарь, конечно же, не будет выпускать такие мягкие колебания стихий.

Но то, что последовало за этим, сильно потрясло ее.

Дух ветра, который она выпустила, вовсе не был жестоким, ее цель состояла только в том, чтобы прервать приливы безмятежности этого одетого в белое молодого человека. Просто оттолкнув его немного назад, это мирное чувство должно быть немедленно прервано.

Но к удивлению Тан Ван, когда ее дух ветра соприкоснулся со спиной этого одетого в белое молодого человека, он бесшумно рассеялся, превратившись в ветер, который вращался вокруг него, и поднялся, чтобы исчезнуть.

Этот человек явно ничего не делал, так почему же моя сущность ветра повиновалась его дыханию. Его дыхание было всем, что он выпустил, без малейшей передачи духовной энергии!

Тан Ван была полна непонимания, но даже так, она чувствовала только тайну от этого человека.

Бессознательно Тан Ван шагнул вперед и приблизился к нему, похлопав по спине этого молодого человека в Белом.

В конце концов, у нее не было злого намерения, и в ее руке не было никакой сущности ветра, но какая-то духовная энергия была собрана в ее ладони. На своем уровне развития она была способна высвобождать мощную магию даже без каких-либо заклинаний или заклинаний.

Но на этот раз молодой человек отступил назад. В легкой вспышке он отодвинулся на метр, заставляя ладонь Тан Ван приземлиться в пустоту, когда он повернулся обратно.

«Давно не виделись, Тан Ван.»

Лицо этого высокого человека появилось в поле зрения Тан Ваня, когда он повернулся обратно. Затем ее тело сильно затряслось, а взгляд мгновенно приковался к нему.

Преувеличенно красивое лицо с золотыми волосами, зачесанными назад, и парой золотых глаз, лишенных малейшей примеси порока. Теплая улыбка на его лице была такой чистой, как будто аура рассеялась от него.

Да, они не встречались почти пять лет, и за это время он стал еще выше, еще увереннее и взрослее. Он приобрел довольно мужественный вид, чтобы заменить незрелые черты лица пятилетней давности. Если бы Тан Ван описал его импозантные манеры, единственное слово, которое пришло бы ей на ум, было бы идеальным.’

Это же он! Но как это может быть? Разве он не пропал давным-давно?

Это красивое лицо было слишком глубоко запечатлено в памяти Тан Вана. Разве не ради того, чтобы однажды превзойти его, она так старательно воспитывалась в течение последних четырех лет?

Увидев, что этот пропавший мальчик действительно появился перед ней, Тан Ван почувствовала, как ее сердцебиение заметно ускорилось. Этот человек ощущался как сам свет, существование невероятного уровня в ее сознании.

— Приветствую главу храма ли от моего имени. Молодой человек в Белом кивнул Тан Ваню, прежде чем неторопливо уйти.

Тан Ван просто стояла там, внезапно подняв голову только после того, как она смотрела пустым взглядом в течение нескольких секунд, но эта белая фигура уже полностью исчезла из поля зрения.

— Это он, что ли? Это действительно он? Мне это не снится?— Нерешительно пробормотал Тан Ван. Раньше она много раз представляла себе сцену их следующей встречи. Разве не ради того, чтобы догнать его, она так усердно занималась этим делом? Но, увидев его снова, она с удивлением поняла, что расстояние между ними только увеличилось. Почему, когда я смотрю на него, у меня возникает то же самое чувство тайны, что и когда я смотрю на учителя? Только вот ощущение глубины у учителя еще более прямолинейное,а у него-просто далекое.

Если он действительно вернулся, то как насчет планов учителя? Подумав так далеко, Тан Ван внезапно изменил свой взгляд и почти без колебаний побежал в противоположном направлении. Легкий ветерок коснулся ее тела, превратив его в зеленый луч, исчезающий за горизонтом.

Утро.

Постепенно забрезжил рассвет, и над темно-синим небом простиралась белая громада. Святой город уже пребывал в неспокойном состоянии.

Вокруг большого стадиона альянса собралась непроницаемая толпа, если не считать нескольких специализированных входов. Но вокруг всего этого стадиона были установлены десять проекционных экранов, транслирующих сцену великого Собрания храмов.

Магический хрустальный проектор был изобретен очень давно, но использовался очень редко, потому что его потребление было действительно огромным. Магического кристалла седьмой ступени хватило бы всего на полчаса, чтобы выйти из строя. Магические кристаллы девятого шага сделали бы его более долговечным, но вставка одного из них в магический проектор нанесла бы ему непоправимый урон. Другими словами, поддержание трансляции стоило десяти магических кристаллов. А охота на магических зверей девятой ступени была не такой уж легкой! Это была астрономическая удача!

Эти массы, которые окружали великий стадион альянса, стремились подобраться поближе к магическим экранам, чтобы как можно яснее увидеть это удивительное событие, происходящее раз в десять лет.

Ради сохранения порядка в Священном городе потоки людей были разделены, и около двадцати тысяч практикующих были мобилизованы шестью великими храмами, чтобы навести порядок. Но без сомнения, это было место реального события, почти все хотели посмотреть из этой области.

До первого дня соревнований оставалось еще довольно много времени, но эта территория уже давно бурлила. Некоторые люди даже проводили различные азартные игры в частном порядке, некоторые делали ставки на порядок накопления очков среди шести великих храмов, некоторые делали ставки на номер один в этом раунде, а некоторые делали ставки на финального чемпиона.

В этой ситуации альянс может лишь закрыть на это глаза. В конце концов, это было то, что они не могли контролировать в совершенстве. Однако Альянс никогда не будет устанавливать свои собственные игорные прилавки, в конце концов, в конкурсе участвовали шесть великих храмов; это, несомненно, заставит их обвинить в контроле результатов.

Погода сегодня была хорошая, с тонкими облаками, парящими над небом, в основном покрытым темно-синим. Когда взошло солнце, очищающее чувство распространилось на людей.

Восходящее солнце осветило всю землю.

Через полчаса шесть входов на стадион открылись, и зрители начали входить под строгий досмотр.

Зрители, способные войти на большой стадион альянса, должны были либо потратить много денег, либо сделать огромный вклад для Альянса.

Две девичьи фигурки быстро привлекли к себе все окружающее внимание, потому что были просто слишком красивы. Девушка, одетая в красное платье, обладала пламенным нравом и очаровательной внешностью, но очень ясными глазами; рядом с ней была еще одна девушка в белой юбке, чья утонченная чистота делала ее похожей на высшее существо.

— Уа, е Вэйян и Фэн Лин!— Кто-то их узнал.

Да, эти две абсолютные красавицы были нынешними лидерами Великого аукционного дома альянса, прекрасными и обладающими огромным богатством и авторитетом. Но самым важным моментом для многих мужских фигур было то, что они оба были холосты!

И тут же их имена эхом отозвались вокруг, словно огромные волны.

Е Вэйян имел улыбающееся выражение лица, махая окружающим массам без паузы. Но Фэн Лин был намного спокойнее, только продвигался спокойно. Разница в темпераментах этих двух девушек придавала им еще большую популярность в народе, но, к сожалению, рядом с этими девушками стояли на страже все шесть великих храмов. Прорваться мимо них было совершенно невозможно.

Когда фигуры двух девушек исчезли в проходе стадиона, возбужденные крики постепенно утихли.

Зрителям оставалось всего полчаса, чтобы войти на площадку. Опоздание было неприемлемо, так как шесть входов были закрыты очень быстро. Охранники тогда стали намного строже, потому что они знали, что настоящие конкурсанты вот-вот прибудут.

Как раз в это время у входа в большое собрание храмов появилась странная группа людей.

Всего их было десять, все они были одеты в большие плащи, и даже их лица были скрыты, когда они прямо вошли на рыцарский стадион.

Человеком, ответственным за охрану входа, был рыцарь восьмой ступени, облаченный в доспехи Мифрилового основания. Увидев приближающуюся группу людей, он не мог не нахмурить брови. А что делали те, кто охранял входы? Время уже прошло, но им действительно разрешили войти.

Взмахом руки он перехватил этих людей, но очень быстро понял, почему им было позволено пройти. Прямо перед его глазами появилась блестящая эмблема.

Рыцарь мифриловой Академии ударил себя в грудь правым кулаком, звучно исполнив стандартный рыцарский салют, и фактически сделал исключение, открыв дверь, чтобы позволить им войти.

Многие люди видели эту сцену, но они не думали об этом слишком много. В их глазах они явно были какими-то людьми из храма рыцарей.

После этого небольшого эпизода произошло поистине волнующее событие. Шесть команд появились из шести разных проходов.

Это были тридцать шесть рыцарей, тридцать шесть магов, тридцать шесть убийц, тридцать шесть воинов, тридцать шесть призывателей и тридцать шесть жрецов, все они входили одновременно со всех входов стадиона.

Все они были одеты в снаряжение, символизирующее их собственные храмы.

Самая высокая цель внимания была из храма рыцарей: тот, кто вел их, был высок ростом, его Лазурная броня рассеивала несравненные ауры могущества. Это была броня, превращенная из Божественного трона порядка и закона! Позади него был ряд вооруженных Рыцарей золотого основания, чье золотое-яркое и ослепительное зрелище ослепляло глаза людей.

Пришли участники состязаний из храма рыцарей: Божественный рыцарь Лонг Тяньин и тридцать пять Рыцарей золотого основания под его предводительством. Это были поистине величайшие силы храма рыцарей.

Рыцари Золотого основания на фронте даже рассеяли оранжевые отблески эпического яруса.

На мгновение приветственные крики людей достигли апогея. Сколько раз в своей жизни они смогут увидеть столько божественных инструментов и снаряжения эпического и легендарного уровня? Как они могли не волноваться?

Приветственные крики раздавались на каждом углу Священного города. Энергетические центры шести великих храмов входили на великий стадион Альянса, и Великое собрание храмов, наконец, должно было начаться.

Внутри большого стадиона альянса.

Это было совершенно не похоже на соревнование по охоте на демонов. Во время последнего, внутренняя часть стадиона была разделена на три зоны, каждая из которых была отведена под храм. Но эти разделенные области теперь были полностью объединены в одно целое, огромный стадион внутри был соединен в одно огромное поле. Каждый вошедший был, несомненно, шокирующей фигурой.

В шести направлениях располагались шесть залов для почетных гостей. Они были высоко подняты, и все могли смотреть на сцену с высоты своего роста. Не думайте, что это просто зона для зрителей: гости здесь были либо властными домами, либо великими фигурами в балансе сил Альянса. И они взяли на себя важную миссию: установить защитный барьер, покрывающий весь великий стадион альянса через магическую решетку в гостиной для гостей.

Соперники в Великом собрании храмов были все энергетическими центрами восьмой ступени. До какого ужасающего уровня могут дойти колебания духовной энергии, возникающие во время их столкновений? Без достаточно мощного защитного барьера этот стадион был бы разрушен уже через несколько матчей.

За исключением тех, кто был в зале почетных гостей, остальные были только участниками в своих зонах отдыха. После того, как тридцать шесть человек в каждом храме вошли, они вернулись в свой собственный район, чтобы дождаться официального начала Великого Собрания храмов.

— Все шесть великих храмовых соперников вошли на стадион. Директор рефери, пожалуйста, дайте ваши инструкции.— Сильный и энергичный голос раздался на сцене рядом с храмом рыцарей.

Тут же раздался энергичный голос: «закройте двери. До тех пор, пока конкурсы не закончатся, никому не будет разрешено пройти.»

— Ну да!»

Наряду с этими звучными звуками столкновений, шесть ворот медленно закрылись, охраняемые силовыми установками восьмой ступени от каждого храма.

— Я Чэнь Цзыцзянь, судья на Великом собрании храмов этого года, — раздался голос августа. — я буду ждать вас в храме. В этом году пятьдесят четыре охотника на демонов будут выступать в качестве судей, обеспечивая справедливость и равноправие. Правила были объявлены давно, так что мне больше нечего сказать. Пусть начнется церемония жеребьевки первого этапа, индивидуального конкурса.»

Чэнь Зидянь, легенда человечества и капитан отряда охотников на демонов-убийц демонов-богов.

Когда имя Чэнь Цзыдяня было услышано на большом стадионе Альянса, все участники состязаний из шести великих храмов встали и сделали свои приветствия в сторону гостиной для гостей храма рыцаря.

Отряд по охоте на демонов яркий проблеск надежды был истинной вершиной человеческих отрядов по охоте на демонов. Чэнь Зидянь был их капитаном, который вел своих убийц демонов-богов по всему континенту и сильно мешал демону-Богу императору с чистой силой их отделения по охоте на демонов. Их вклад в Североатлантический союз уже не поддается измерению точками вклада.

Чтобы эти человеческие легенды появились там в качестве судей этого собрания, было то, на что абсолютно никто не осмеливался жаловаться. На самом деле, даже сейчас, другие члены демонических богов-убийц все еще находились на территории демонов, скрытые под поверхностью моду, чтобы следить за действиями демонического Бога-Императора.

Со стороны храма магов ли Чжэнчжи выглядел очень зловеще. Естественно, он не посмел бы жаловаться на Чэнь Цзыдянь, но не из-за своей силы, а из чистого уважения. Чэнь Цзыдянь был, возможно, самым старшим по старшинству во всем Союзе храмов, поэтому никто не мог подать жалобу на то, что он занимает правительственный пост, и, кроме того, он, несомненно, поднимет справедливый и справедливый суд.

Цвет лица ли Чжэнчжи выглядел неприглядным из-за того, что вчера он услышал от Тань Ваня имя, которое не должно было влиять на него, но действительно влияло на его чувства.

Он вернулся. Четыре года назад он был уже на восьмой ступени. Итак, может быть, он уже четвертый Божественный рыцарь для храма рыцарей? Если бы это было на самом деле, то это добавило бы ужасную переменную к этому великому Собранию храмов. Ведь в его возрасте у него действительно был самый лучший шанс сплотить сторонников. Пожилые обитатели храма рыцарей наверняка будут излучать жизненную силу из-за его возвращения.

Прямо сейчас все шесть великих храмов-соперников сидели на своих местах, собираясь тянуть жребий для выбора соперника. Неучастие храма жрецов сделало остальные сто восемьдесят электростанций из остальных пяти храмов единственными, нуждающимися в участии в розыгрыше и конкурсах. Через некоторое время конкурсанты выйдут на свет и пройдут отбор. Каждый из двух избранных немедленно получит свою пару под наблюдением могущественного охотника на демонов.

Охотников на демонов можно было бы назвать частью независимой системы. Их огромная сила и огромный вклад в Североатлантический Союз сделали их самыми лучшими рефери. Такой выбор гарантировал бы справедливость; никто никогда не должен был бы играть шутки в таком месте.

«Прежде чем начнется конкурс, я должен кое-что объявить.— Снова раздался голос Чэнь Цзыдяня. Услышав его, подавляющее большинство руководителей Альянса были в шоковом состоянии, в том числе и участники, потому что они вообще не слышали о таком объявлении заранее.

Чэнь Цзыдянь заявил “ » основываясь на постановлении Великого Собрания храмов, любой титулованный отряд по охоте на демонов должен быть квалифицирован для участия в собрании под своим именем отряда, а также иметь свои общие баллы. Я получил заявление от титулованного отряда по охоте на демонов. Они будут участвовать в этом собрании; основываясь на правилах, я дал свое согласие на это. Через некоторое время они придут на жеребьевку.»

Это откровение вызвало большой переполох среди высших лиц шести великих храмов. Отряд охотников на демонов хочет принять участие в собрании? Никто из них никогда не видел, чтобы такое случилось в их жизни. За последнюю тысячу лет такое случалось всего лишь дважды или трижды. Отряд охотников на демонов, участвующий там, в лучшем случае будет здесь ради обучения, в конце концов, даже если титулованный отряд охотников на демонов имел некоторые привилегии, они были в конечном итоге ограничены в своей численности.

Как мог отряд охотников на демонов захотеть участвовать в этом великом собрании храмов? Были ли твои единственные здесь, чтобы отполировать их обучение? А в Союзе храмов титулованные отряды охотников на демонов были лишь немногими. Так кто же из них принимал участие?

Чэнь Цзыдянь продолжил: «ради достижения минимального количества команд, формально приемлемого, этой команде охотников на демонов было специально разрешено приветствовать других охотников на демонов, достигая общего количества десять, и ни один из их членов не превышает ста лет, согласно правилам. Название этого отряда охотников на демонов-яркий проблеск надежды.»

Яркое свечение приземлилось на Холл храма рыцарей, сияя в области прямо между зонами отдыха рыцарей и ассасинов. В какой-то момент спокойно появились десять человек, все в больших белых халатах и шлемах. Только когда на них падал этот золотой свет, конкурсанты и зрители обращали на них внимание.

Снаружи от большого стадиона альянса, люди вокруг входа на стадион рыцаря сразу поняли, что эти десять на самом деле были теми, кого они видели прибывшими после остальных. На самом деле они были охотниками на демонов, а не людьми из храма рыцарей.

Да, они вернулись после четырехлетнего уединенного обучения. Яркий проблеск надежды вернулся и стоял там, готовясь принять участие в этом великом собрании храмов.

Яркий проблеск надежды. Это имя было непонятно подавляющему большинству собравшихся. Не говоря уже о массах, даже среди высших чинов шести великих храмов, те, кто знал это имя, были лишь немногими.

Услышав заявление Чэнь Цзыдянь, самым потрясенным оказался глава храма магов ли Чжэнчжи. Он никогда не ожидал, что Лонг Хаочен действительно решит не участвовать в Великом собрании храмов на стороне храма рыцарей, но под именем его отряда по охоте на демонов. Так что же он задумал? Неужели он действительно верил, что их безымянный отряд охотников на демонов способен справиться с храмами?

— Я клянусь своей честью охотника на демонов, что яркий проблеск участия Хоуп не приведет ни к какой дискриминации. Пусть начнутся розыгрыши бюллетеней.»

Два белых огонька внезапно появились на вершине купола, и в то же время, разноцветный свет медленно засиял вокруг стадиона, распространяя защитный барьер. Этот барьер был построен в результате работы многих электростанций, и был способен даже с каменными божественными инструментами или бомбардировкой доменов без разрушения. Главным контролером всего оборонительного барьера был сам Чэнь Зидянь!

Два белых луча ярко вспыхнули, а в следующее мгновение внезапно остановились, и в двух направлениях каждый из них осветил человека.

Как случайно, эти два луча сияли на территории храма рыцарей и Храма магов.

Две фигуры тут же вышли и вошли внутрь большого стадиона.

Должно было начаться первое сражение Великого Собрания храмов, и все судьи собрались на ложах. Они только сосредоточились на поддержании барьера, и у них не было специалиста, который собирался войти на стадион.

Как же так вышло, что силовые структуры, способные участвовать в Великом собрании храмов, не могут сами определить победителя? Если бы две партии действительно были очень близки по силе, Чэнь Цзыдянь был бы тем, кто лично определит победителя и проигравшего. Поскольку там было целых сто девяносто участников, они, естественно, не теряли времени даром, и как только участники выходили на поле, соревнование начиналось.

Требуя по меньшей мере восьмого этапа культивирования, практикующие более слабое культивирование уже были отсортированы. Поэтому, кроме храма жрецов, ни один из пяти других великих храмов не получит никаких дополнительных ограничений или помощи.

После входа на большой стадион храмов, все участвующие рыцари уже давно сняли свои доспехи и выходили на поле только с голыми кулаками. Маленькая дверца открывалась сама по себе для каждого выбранного кандидата.

Когда первый рыцарь вошел на сцену, его спина блестела золотыми узорами гексаграммы,неся могучий рев, когда блестящий дикий тигр вышел. Мелькнула фигура рыцаря, усевшегося на спину тигра, и быстро помчался на далекого мага.

Этот дикий тигр имел пару крыльев на спине, простирающихся более чем на пять метров, и имел громоздкое телосложение. Разинув рот, он запустил в мага несколько разрывных снарядов.

Святой святой Тигр, магический зверь девятого ранга. Рыцари, достойные носить доспехи Золотого фундамента, были всеми без исключения прекрасными фигурами в храме рыцарей. Одним из их главных козырей была сила каждого такого конкурента. В первом матче рыцарский храм уже показывал большие перспективы, их первый рыцарь на сцене достиг пика восьмой ступени в культивировании, всего в одном шаге от девятой ступени.

Его противником был огненный маг. Поскольку никакое снаряжение не могло быть использовано на соревнованиях, у последних даже не было магического посоха. Его правая рука быстро нарисовала сложные символы в пустоте, и с громким ревом оттуда вышел огненный медведь, стреляя лапами, чтобы уничтожить легкие снаряды, и быстро зашагал к рыцарю.

Это была не призывающая магия призывателя, потому что получившийся магический зверь был элементарным зверем, сконденсированным из огня.

Элементальный зверь призыв был специальной возможностью, пригодной для использования на восьмом этапе. Способный на большие всплески силы, единственным недостатком которого является относительно высокая стоимость духовной энергии.

Защищенный от опасности огненным медведем, этот огненный маг быстро закончил заклинание. Даже без поддержки со стороны оборудования, это был маг, достигающий пика восьмой ступени, способный запустить мощную магию на основе проведения достаточного времени заклинаний.

Маг сделал свой ход, встав на стороне огненного медведя и Святого Святого Тигра. Этот Рыцарь сделал выдающийся следующий ход: не позволяя себе запутаться в огненном медведе, он поклонился в сторону спины Святого Святого Тигра, стреляя вперед в следующее мгновение. Золотые духовные крылья за его спиной засветились, а в правой руке появился сверкающий священный меч. Нырнув лицом вниз, он нацелился прямо на мага, когда огненный медведь столкнулся со Святым Святым тигром.

В то же время наступательная сила мага была, несомненно, самой большой. Поэтому первое, что нужно было сделать, чтобы победить мага,-это запечатать его магию и ни в коем случае не допустить тотального магического штурма. В противном случае, вряд ли можно было бы избежать поражения от проливных магических атак.

Выбор святого рыцаря восьмой ступени был, несомненно, лучшим, но магический наставник восьмой ступени также не был в проигрыше. Могучий священный меч вырвался наружу, когда его тело внезапно стало иллюзорным. Когда он поднял правую руку, указывая на небо, рыцарь восьмой ступени встретил огненный отблеск.

Палец вулкана! И в ситуации без форсируя оборудования на избавлении. Для него неожиданный запуск такого мощного заклинания восьмой ступени так быстро был шокирующим признаком силы

Рыцарь держал в обеих руках священный меч, сияющий чистым святым светом и дающий ему священное ощущение святости. Он не стал уклоняться, даже не присел, а повернулся лицом к пальцу вулкана.

Это потому, что этот рыцарь очень хорошо знал, что если он отступит в обороне, то следующий курс действий закроет его в пассивной позиции. В этот момент возвращение было бы почти невозможно.

Золото и красный цвет переплелись в воздухе, святой рыцарь был полностью окутан пылающим светом. Никто не мог отрицать, что у рыцаря и мага была брешь в наступательном поле. Первый испустил стон, некоторые следы ожога остались на его теле.

Но хотя рыцарь потерпел поражение в этой схватке, его цель была достигнута. Пальца вулкана было недостаточно, чтобы удержать его, и во вспышке золотого света его скорость пошла прямо вверх, достигнув передней части мага в одно мгновение. Это была рыцарская способность восьмого шага, вспышка молнии, а также одна из самых эффективных техник против мага.

При использовании с такого расстояния, маг вряд ли будет блокировать входящее нападение.

— Судебный процесс!— Крикнул рыцарь, и громоподобный рев сотряс всю сцену. Чистый белый свет появился из ниоткуда, приземлившись прямо на противоположного мага.

Противоположного мага окружало сияние, принявшее форму Хрустального скульптурного красного барьера.

При приближении рыцаря эта ситуация была явно не тем, с чем хотел бы столкнуться маг. Правая рука наставника магии была вытянута перед его грудью, исполняя защитное заклинание, сопротивляющееся мощи света испытания. Затем его правая рука двинулась вперед, сжимая шар, который ударил Святого рыцаря.

После достижения восьмой ступени культивирования, маг уже не будет так слаб в ближнем бою, потому что у них было много защитных мер и даже мгновенная магия в их распоряжении. В подготовленном противостоянии у них вообще не было никаких шансов.

Но как мог святой рыцарь позволить ему отступить после того, как он, наконец, приблизился к нему, прямо перед ним? Топнув правой ногой по земле, он внезапно разделил священный меч в своей руке на две части. Его тело насильно исчезло в этом пламени. Вспыхнуло искривленное сияние, мгновенно рассеивая интенсивное пламя во все стороны.

Элементарный Облитерирующий Ореол.

При последовательных атаках, этот святой рыцарь все же сумел последовательно развернуть свет испытания и элементарный уничтожающий ореол. Это был настоящий рыцарь! Даже не достигнув девятой ступени, как он мог так быстро высвободить столь мощные техники?

Именно в это время из столкновения огненного медведя и Священного Тигра, казалось, вышел победитель. Огненный медведь был своего рода вызовом в конце, хотя он имел преимущество в начале, поскольку его призыватель был атакован под неистовым нападением Святого Рыцаря, он не мог получить никакой команды и был в конце раздавлен Святым Святым тигром.

В этот момент сражение достигло раскаленного добела состояния. В тот момент, когда святой рыцарь разбил огненную клетку, эта спичка уже была оставлена без ожидания. Внезапно вперед вырвался смертоносный клинок, выпущенный двумя взмахнувшими мечами, и огромный золотой снаряд, несущий меч несравненной мощи, столкнулся с защитой магического наставника, прямо отправив его в полет.

В процессе полета свет суда, наконец, совпал с Bladestorm, чтобы прорваться мимо его защиты.

— Битва окончена. Это победа рыцаря. Вернитесь на свои соответствующие места.— Прозвучал величественный голос Чэнь Цзыдяня.

Маг не получил ни одной раны, но выглядел очень неловко. Он действительно только что проиграл, потому что истинная мощь Bladestorm заключалась не в его взрывной силе, а в его поглощающей силе и длительных атаках. Если бы этот рыцарь возмездия не был снисходителен, его жизнь закончилась бы под влиянием Блейдсторма.

В какой-то момент на плече рыцаря загорелся яркий свет, святой рыцарь ударил его правым кулаком в грудь и отдал рыцарский салют магу, прежде чем вернуться на свое место.

Святой Учитель магии, увидев сияние на его плече, сразу же пришел к пониманию, что его потеря вовсе не была обидой! У этого парня действительно была светлая фея. Видя объем этой феи, он должен был развиться один раз. Неудивительно, что он мог продолжать использовать способности рыцаря в такой короткой последовательности.

Первый бой подошел к завершению, но турнир на этом совсем не остановился. Два предыдущих огонька отбора вернулись в воздухе, и свет быстро замигал, чтобы выбрать соперника для второго сражения. Время поджимало, так что не было никакой доступной задержки. Турнир, естественно, должен был идти своим чередом.

Два противника в этой битве могли видеть, что место Святого магического наставника немного потемнело, показывая его исключение из нокаутных сражений, в то время как у Святого рыцаря появился яркий блеск над его головой, чтобы указать на его победу в первом сражении.

Великий стадион альянса был действительно чудесным. Особенности этих фантастических сцен были принесены многолетними исследованиями храмового альянса.

Остальное пошло еще интенсивнее. Энергетические установки из пяти вовлеченных храмов были освещены последовательно, и семь битв прошли на грани ока. Из пяти великих храмов Храм рыцарей был самым высокоранговым, поскольку в нем было отобрано три человека, каждый из которых одержал победу. У храма воинов было пока больше всего участников, пять матчей, но четыре из них закончились поражениями, что сделало их ступенькой для других храмов на данный момент.

Но это было только начало. Поскольку в отдельных битвах участвовало сто девяносто человек, на первом этапе нужно было провести девяносто пять матчей, а они еще не были на десятом. Остальные сражения будут идти только еще более интенсивно.

Свет отбора будет стараться, насколько это возможно, разделить пять великих храмов, чтобы избежать принуждения их к взаимному разрушению. То же самое относится и к индивидуальному соревнованию, если только члены определенного храма не будут уже составлять подавляющее большинство избирателей на определенной стадии, матчи между членами одного и того же храма не будут легко происходить.

Отборочные огни восьмого раунда замигали, быстро освещая лагерь храма ассасинов, а также точно приземляясь на лагерь яркого проблеска надежды, выбирая третий слева среди них.

Поскольку у тех, кто находился на стороне яркого мерцания надежды, не было запасного входа, они должны были пройти через ворота храма рыцаря, чтобы войти на стадион.

Район Храма ассасинов был очень близко к храму рыцарей. Сразу же после выхода на сцену, избранный убийца сразу же вошел в состояние невидимости.

В семи битвах, которые уже прошли, храм рыцарей одержал три победы, а остальные четыре храма одержали по одной победе каждый. Только Храм воинов был в невыгодном положении из-за того, что уже было выбрано пять человек. Это был второй соперник из храма ассасинов, причем предыдущий одержал победу. Этот источник энергии убийцы действительно был полон уверенности.

Прежде чем войти на стадион, этот охотник на демонов из яркого проблеска надежды должен был снять свою мантию, обнажая свою внутреннюю одежду, а также доказывая, что у него нет другого оборудования.

Увидев его взгляды, толпы снаружи, а также те, кто был на сцене, все не могли не закричать в тревоге, потому что этот охотник на демонов от яркого проблеска надежды был действительно слишком молод.

Этот рыцарь выглядел лет на тридцать с ясными глазами и красивым решительным лицом.,

Более половины Рыцарей золотого основания из храма рыцарей узнали его. Увидев его появление, кто-то невольно выдохнул тихим голосом: «Вэньчжао, это Вэньчжао! Разве он не должен был отсутствовать очень долго? Так он действительно стал частью отряда по охоте на демонов под названием „Яркий проблеск надежды“?»

Да, первым, кто поднял оружие на стороне яркой Надежды, был Ян Вэньчжао.

По сравнению с тем, что было четыре года назад, он стал гораздо более устойчивым. Поначалу он отличался уравновешенным, хотя и высокомерным характером. Но прямо сейчас он казался кусочком нефрита, спокойным и нежным. Не имея ничего от его прежней резкости, его устойчивая атмосфера фактически заставила бронированных рыцарей Золотого основания воскликнуть в восхищении.

Широко расставив ноги, Ян Вэньчжао вошел на стадион, и за этим последовала чудесная сцена, высвободившая золотой ореол под его ногами и наружу.

Святая Мантия? Почти все рыцари признавали эту способность. Но Священная мантия была действительно низко оценена среди рыцарских способностей. Неужели он действительно использовал его на Великом собрании в храмах?

Поскольку в этом году Ян Вэньчжао исполнилось всего тридцать лет, его участие в Великом собрании было очень шокирующим, но использование этой способности сразу после прихода вызвало озноб у людей из храма рыцарей.

Хотя сейчас он не стоял за храм рыцарей, никто не мог отрицать, что Ян Вэньчжао был внуком Ян Хаоханя! Поскольку Ян Хаохань уже взвалил на себя бремя главы Альянса, он не мог участвовать в этом собрании, поэтому в некотором смысле Ян Вэньчжао стоял за своего деда в глазах могущественных рыцарей. Независимо от того, в каком статусе он будет участвовать, высшие чины из храма рыцарей, естественно, не желали видеть, как он проигрывает.

Когда священная мантия Ян Вэньчжао была выпущена, они очень быстро поняли, что это было не так просто, потому что она действительно была выпущена в преувеличенно массовом масштабе.

С телом Ян Вэньчжао в центре, яркое сияние Святой мантии быстро распространилось наружу и достигло диаметра в тридцать метров в мгновение ока. Тем временем Ян Вэньчжао взмахнул руками по обеим сторонам своего тела, которое излучало два луча света, и выпустил два священных меча.

Эти священные мечи рассеивали металлические глоссы, наполненные силой духовного нагорья. Но, духовное возвышение, на восьмой ступени? А чтобы сжать духовное нагорье в клинок, нужно было бы достичь вершины восьмой ступени. И видя расслабленный взгляд Ян Вэньчжао, его потребление казалось очень небольшим.

Безупречно белый священный меч рассеял тонкий золотистый цвет, когда все тело Ян Вэньчжао пришло в странное состояние. Его правые ноги широко расставлены вперед, заставляя тело парить в воздухе, а пара широких золотых духовных крыльев распростерта на спине. Затем его глаза загорелись красным, медленно оглядывая стадион.

Такой молодой рыцарь на пике восьмой ступени развития? Без сомнения, появление Ян Вэньчжао шокировало всю аудиторию, особенно тех из других храмов, которым он служил в качестве большого сдерживающего фактора.

Кто сказал, что храм рыцаря впадает в маразм? Чтобы воспитать такого молодого Святого рыцаря, вполне можно представить, что вскоре Ян Вэньчжао неизбежно преодолеет девятую ступень и, возможно, станет Божественным рыцарем более молодого поколения.

Воздействие святого мантии мог предвидеть любой проницательный человек. Она была направлена на поиск следов убийцы: войдя в состояние невидимости, убийца сразу же становился видимым, соприкоснувшись с любым следом духовной энергии, а Священная мантия Ян Вэньчжао достигала такого масштаба, что в случае, если убийца захочет подойти, у него наверняка будет время ответить. И не только это, но и красный свет в глазах Вэньчжао был явно Рыцарским замком.

В каком-то смысле рыцарь-это Немезида убийцы. В случае, если он заблокирован рыцарем, убийца может тогда только выбрать, чтобы столкнуться с ним в прямом столкновении.

Этот убийца был достаточно уравновешен и опытен, чтобы выказать терпение, и скорее скрывал себя, чем шел на преступление. После того, как шесть стадионов были объединены в один, все поле стало чрезвычайно широким. Хотя Священная мантия Ян Вэньчжао достигла большого размаха, земля, простирающаяся на стадионе, была действительно широкой. Поэтому, по его мнению, до тех пор, пока он не возьмет на себя инициативу атаковать соперника, Ян Вэньчжао не сможет его найти.

По сравнению с его нынешним состоянием невидимости, одновременное высвобождение духовного нагорья, Святой мантии и замка, несомненно, сделает потребление духовной энергии Ян Вэньчжао намного выше. Может быть, эта битва и затянется, но император-убийца восьмой ступени, скрытый во тьме, наверняка сможет одержать победу в этой битве.

Как только император-убийца закончил обдумывать свою контрмеру, Ян Вэньчжао сделал движение, молча стоя там, когда интенсивный золотой туман поднялся над его телом. Хранение Энергии.

Тогда, во время отбора на охоту на демонов, довольно много людей понесли потери против способности Лонг Хаочен хранить силу. Ян Вэньчжао просто механически скопировал его стратегию.

Но, пожалуй, только остальные от яркого проблеска надежды поняли его образ мыслей. Другие конкурсанты не понимали, почему Ян Вэньчжао так поступил. Способность накапливать силу, безусловно, увеличит его наступательную мощь в значительной степени, но что толку, если никакая цель не может быть найдена? Не будет ли это только истощать его духовную энергию?

Сидя на более высоком месте в районе храма рыцаря, уголки рта Лонг Тяньин проследили тонкую улыбку “ » этот ребенок Вэньчжао действительно отсутствовал слишком долго, поэтому многие люди уже забыли о его способностях специализации. Похоже, что он действительно преподнесет всем приятный сюрприз.»

Этот император-убийца, стоящий перед Ян Вэньчжао, также был полон вопросов. Этот молодой рыцарь использует накопительную силу. Может быть, чтобы выманить меня оттуда? Это просто принятие желаемого за действительное. Может быть, он просто не понимает, что это битва умов? Как могла такая ошибка сохраниться?

Император-убийца холодно оставался скрытым и даже не двинулся с места своего уединения. Он действительно хотел увидеть, что Ян Вэньчжао планировал сделать после использования этой накопительной силы.

С самого начала индивидуальных боев это был первый раз, когда происходила такая неловкая ситуация. Но многие понимали, что в такой ситуации исход будет решен именно тогда, когда один из них сделает первый шаг. Если бы Ян Вэньчжао сумел найти своего противника на пике восьмого шага и под воздействием накопления силы, то ассасин, также достигший восьмого шага, не смог бы избежать поражения. Но с другой стороны, если Ян Вэньчжао не сможет сделать этот шаг решающим, это даст императору-убийце шанс свести его шансы к нулю.

Запас энергии ян Вэньчжао длился не слишком долго, и в какой-то момент темно-зеленый блеск появился на его груди, оставаясь неясным только под прикрытием его интенсивной световой элементальной духовной энергии. Это можно было узнать только под пристальным наблюдением.

После того, как этот зеленый луч появился, причудливое зеленое сияние выстрелило из груди Ян Вэньчжао, появляясь перед ним, чтобы устремиться вперед. К своему удивлению, этот зеленый свет продолжал становиться все глубже и глубже даже после достижения защитного барьера Великого стадиона Альянса, не сталкиваясь с этим защитным барьером вообще.

А что это за способность? Неужели он действительно игнорировал барьер?

Очень быстро все поняли, что это была за способность. Запас энергии у Лонг Хаочена закончился, и его тело слегка повернулось, когда зеленое сияние, исходившее из его груди, пронеслось по всему полю боя. Этот скрытый убийца был немедленно освещен зеленым светом после сканирования, и красный блеск приземлился на его тело. Это был рыцарский замок.

Хлопая крыльями по спине, Ян Вэньчжао стал похож на Золотого льва,используя вспышку молнии, чтобы ударить в голову.

Когда его мощный священный свет осветил этого убийцу, мечи Ян Вэньчжао под воздействием духовного нагорья нацелились на две стороны убийцы, когда он запустил Святой стук, чтобы ударить противника вперед, столкнувшись с барьером, прежде чем быть отброшенным.

Если бы убийца решил атаковать лоб в лоб, возможно, у него был бы шанс, но после того, как Ян Вэньчжао завершил такое накопление энергии, эти двойные удары меча неизбежно вызвали бы смерть, если бы они ударили.

«Я проиграл.»Произнося эти слова с трудом, этот престарелый император-ассасин чувствовал себя так, словно забил себя до смерти тофу. Проиграть битву было не стыдно, но проиграть, даже не показав своей собственной силы, было действительно стыдно.

Он явно был обманут юным возрастом Ян Вэньчжао и не ожидал, что у Ян Вэньчжао может быть мощная духовная печь с зондирующими способностями.

Это была духовная печь, которую он приобрел после долгого отречения от нее Хаочэня. Хотя это была не духовная печь с какими-либо прилагаемыми наступательными или оборонительными способностями, это была врожденная Немезида для ассасинов. Ян Вэньчжао полагался на эту духовную печь еще тогда, чтобы получить довольно значительные результаты. Но как жаль, что ему наконец-то пришлось встретиться с всадником Дракона демоном-Богом.

С тех пор как он ушел на столь долгое время, те, кто помнил о такой духовной печи под его владением, были все реже и реже. Даже в храме рыцарей лишь немногие знали об этом, не говоря уже о предыдущем убийце.

Как первый конкурент на ярком проблеске надежды, хорошее начало Ян Вэньчжао было заметно.

Видя, как он уходит с поля, чтобы вернуться к яркому мерцанию рядов Хоуп, углы ли Чжэнчжи очертили нисходящую дугу. Он очень ясно понимал, что этот яркий проблеск надежды команды уже имел в себе двух рыцарей. Конечно, он также знал о Ян Вэньчжао, внуке Ян Хаоханя. Но в его глазах этого Вэньчжао должно быть гораздо меньше, чем Лонг Хаочэня. Если его сила уже достигла пика уровня восьмой ступени, то как насчет самого Лонг Хаочена?

Размышляя об этом, ли Чжэнчжи не мог не перевести свой пристальный взгляд на самого левого человека от яркого проблеска надежды. Хотя он и не мог видеть его лица, но по мягким манерам, исходящим от его тела, а также по сообщению Тан Вана, он знал, что это должен быть Лонг Хаочен.

Его лицо слегка дрожало, ли Чжэнчжи сузил глаза, тайно думая: «Лонг Хаочэнь, позволь мне посмотреть, как далеко ты продвинешься в этом великом собрании альянса. Он не верил, что отряд охотников на демонов может бороться с храмами в этом собрании.

Лонг Хаочен не захотел возвращаться в храм рыцарей. Может быть, потому что он не надеялся, что его товарищи по команде будут сражаться на стороне их собственного храма?

Размышляя на эту тему, ли Чжэнчжи не понимал, почему Лонг Хаочэнь должен был появиться таким образом в большом собрании храмов. Но он ясно понимал, что теперь, когда Лонг Хаохен вернулся после более чем четырех лет, он неизбежно будет его главным соперником в ближайшем будущем. Никогда ли Чжэнчжи не недооценивал Лонг Хаочэнь из-за его юного возраста.

Состязание продолжалось, и силы различных храмов были выставлены на всеобщее обозрение. Самыми могущественными из них по-прежнему были Храм рыцарей, храм магов и духовный храм, в то время как Храм воинов и Храм убийц были явно слабее.

Как ни странно, более десятка последовательных матчей продолжались без какого-либо яркого проблеска людей Хоупа, выбираемых. Так продолжалось до двадцать четвертого матча, в котором свет отбора упал на одного из участников ярким проблеском надежды.

На этот раз свет отбора упал на самого высокого члена команды. Как раз в это время девушка, стоявшая на террасе храма воинов, внезапно встала, ее руки сильно дрожали от возбуждения.

Белый одетый Фэн Лин ‘ Эр.

Уже тогда, когда Чэнь Цзыдянь назвал имя яркого проблеска надежды, Фэн Лин почувствовала, как будто ее поразила молния из гостиной. Яркий проблеск надежды, разве это не их команда? Пропав без вести более четырех лет назад, этот ублюдок наконец-то решил вернуться.

Эта неожиданная новость заставила ее мозг почувствовать пустоту, поскольку ее глаза продолжали пристально смотреть на самого высокого из этих охотников на демонов, этого высокого и крепкого мужчину. Глаза ее дрогнули, и из уголков глаз потекли слезы.

Е Вэйян сидел рядом с Фэн Лином. Поскольку они были представителями большого аукционного дома альянса, они, естественно, были квалифицированы, чтобы присоединиться к этому почетному гостю lounge. Слова яркого проблеска надежды потрясли ее не меньше, чем Фэн Лин, и прямо сейчас она не знала, как утешить Фэн Лин, только крепко сжала ее руку, чтобы утешить тепло.

Именно сейчас этот человек, освещенный светом отбора, заставил Фэн Лин пролить бесчисленные слезы за последние четыре года. Она больше не могла подавлять свои внутренние чувства, вот почему она поднялась.

Е Вэйян поспешно обняла ее “ » Лин, не позволяй своим эмоциям взять над тобой верх. Если это действительно он, вы встретитесь с ним рано или поздно.»

— Сволочь… Сволочь…— Красные губы фэн Лина дрожали. Если бы не поддержка е Вэйяна, она боялась, что уже рухнула бы. Итак, он вернулся, это он!

Она больше не контролировала свои слезы, они были похожи на груши, падающие на ее прекрасное лицо.

Под внимательным наблюдением Фэн Лин и Е Вэйяна этот высокий человек с ярким проблеском надежды медленно шел ко входу в храм рыцарей, снимая с себя большой плащ и открывая гладкую и блестящую большую лысую голову.

«Это он!»Фэн Лин потеряла свой голос, внезапно бросившись в объятия е Вэйяна и громко крича сразу после этого звонка.

На первый взгляд, характер е Вэйяна был гораздо более оптимистичным, чем у Фэн Лина, и казался гораздо более терпимым. Но на самом деле, Фэн Лин была также очень сильным человеком, иначе она не была бы тем, кто унаследовал Великий аукционный дом альянса.

Но даже если бы она была сильнее, в конце концов, она была просто девушкой! Этот парень отсутствовал почти пять лет после их последней разлуки. Никакого письма не пришло, и ни одна новость не распространилась. Даже алая Драконья броня, которую она ему предложила, была уже разбита вдребезги. Фэн Лин Эр, казалось, загипнотизировала себя, чтобы убедить себя в том, что он все еще жив. Но в глубине души, как она могла не понимать, что шансы на то, что он все еще жив, были очень малы?

Теперь, когда она наконец смогла снова увидеть его, все еще живого и здорового, даже если Фэн Лин чувствовал себя еще более разъяренным, она не могла не плакать от радости. Он же живой! Он же живой! И он вернулся!

Ее слезы хлынули наружу, этот сильный лидер аукционного дома Альянса уже полностью потерял контроль над своими собственными эмоциями.

Действительно, когда этот плащ был снят, он показал истинные цвета единственного жреца дисциплины храма жрецов, лысого Сима Сианя.

По сравнению с тем, что было четыре года назад, он был еще более крепким, но не забывал о своей собственной личности священника. Его одежда священника была полностью упакована с его сильными мускулами, и просто стоя здесь, он излучал высокое чувство силы.

Его глаза вспыхнули золотым светом, и когда Сима Сиань шагнула вперед, он, по-видимому, что-то почувствовал и бессознательно взглянул на почетную гостевую гостиную храма воина. Но эта гостиная была действительно приподнята высоко, и он не мог ничего видеть внутри, если только взгляд его глаз не изменит направление на полпути.

Свет отбора блеснул на другого человека, идущего из духовного храма, который вошел перед ним из-за того, что Сима Сиань должен был снять свою мантию.

Великое собрание храмов было честью среди почестей для всех участников состязаний, и возможность участвовать в нем уже была большой славой. Возможность заработать очки для своего собственного храма была такой честью, что никто не осмеливался идти туда легко.

В разгар заклинаний перед призывателем возникла темно-фиолетовая гексаграмма, и сразу же из земли медленно поднялись черные как смоль врата.

Зловещая аура поднялась вверх,и в воздухе слегка заколебался черный туман.

Атрибут темноты!

Этот Призыватель на самом деле был редко видимым темным призывателем, использующим магию, называемую Вратами Ада, полностью отличающуюся, но похожую на врата вызова существа. Этот призыватель тьмы был явно очень силен, чтобы использовать Врата Ада за такое короткое время. Когда Сима Сиань просто стоял там,его Врата тьмы уже вышли.

— Законтрактованная магия!»Е Вэйян закричал в тревоге, привлекая внимание эмоционально расстроенного Фэн Лина на поле.

Законтрактованная магия, как правило, была чем-то, что только призыватели из духовного храма могли тренировать. Законтрактованный зверь, которому они отдавали свое сердце для размножения, обычно был их величайшим достоянием, но не все призыватели могли найти подходящего магического зверя, чтобы подчинить его, сделать своим собственным законтрактованным зверем. Так вот в такой ситуации появился еще один выбор, законтрактованная магия!

Так называемая законтрактованная магия была магией, выжженной в глубине сердца пользователя, чтобы стать частью его тела. Призыватель, использующий контрактную магию, не сможет обладать своим собственным контрактным зверем, но эта магия заставит их силу волшебным образом прорваться через ограничения его ранга, чтобы достичь более высокого уровня. Прямо сейчас, дисплей этого темного заклинателя без сомнения доказывал, что его законтрактованная магия была Вратами Ада.

Адские врата сами по себе были, как и врата призыва существ, магией седьмой ступени, но после того, как он был превращен в свою сокращенную магию, она поднимется в силе наряду с его культивацией, чтобы значительно укрепиться.

Этот темный призыватель выглядел лет на пятьдесят, что делало его относительно молодым участником состязания. Его развитие достигло пика восьмой ступени: полагаясь на эту сокращенную магию, аналогично поднявшуюся до пика восьмой ступени, он чувствовал уверенность в том, что сможет бороться даже против электростанции на девятой ступени.

Заплаканное лицо фэн Лин эра перевело свой пристальный взгляд на поле, бессознательно чувствуя большое беспокойство.

Сжатые магические Врата Ада можно было бы считать мощной вещью. Он не только обладал большой взрывной силой, но и, более того, его можно было поддерживать, просто непрерывно используя магическую силу пользователя.

Как правило, длительная магия, такая как Врата вызова существ или Врата Ада, не будет использоваться в индивидуальном турнире из-за действительно долгого времени кастинга. Но поскольку это была законтрактованная магия, то темный заклинатель смог завершить ее за очень короткое время. Более того, это были продвинутые Врата Ада, что делало их совершенно другими вещами.

Сима Сиань была безоружна и беззащитна перед Вратами Ада! Фэн Лин очень ясно понимал возможности этого лысого: без энергетического шара света в его руке, какая часть его силы могла бы выйти наружу?

Чувства беспокойства и возбуждения, наполнявшие Фэн Лин, маскировали глубокую обиду, которую она все еще испытывала. Фэн Лин ‘ Эр крепко схватил е Вэйяна за руку, нервно глядя на ситуацию на поле внизу.

Сима Сиань продвигалась вперед без всяких оговорок, не выпуская никаких способностей, а просто делая большие шаги навстречу темному магу. Для обычного человека эта скорость могла бы считаться большими шагами, но для электростанций, участвующих в этом собрании, она просто чувствовалась слишком медленной.

Призыватель тьмы напротив почувствовал себя действительно озадаченным, глядя на Симу Сиань, даже думая, не был ли он слишком осторожен, используя свою законтрактованную магию сразу же?

Он стоял лицом к лицу с этим человеком, выглядевшим лет на тридцать, с крепким телосложением, сравнимым с могучим драконом, но одетым в одеяние жреца. Действительно, странное зрелище.

Более того, этот парень даже не использовал никаких способностей, только делал большие шаги к нему, как обычный человек. Было довольно много матчей в личном зачете, но это был первый раз, когда такое происходило.

Этот призыватель тьмы имел высокий статус в духовном храме и богатый боевой опыт. После этого короткого периода оцепенения он сразу же принял решение использовать все свои силы, не зависимо от противника, ради победы в этом духовном храме.

В поле зрения появилась сила Врат Ада: адские псы, окруженные темным пламенем, яростно выскочили из ворот, целясь в сторону Симы Сиань.

Этих адских псов было двенадцать, двухэлементных созданий тьмы и огня, и они были эквивалентны человеческим силовым установкам шестой ступени. У них не было никаких наступательных способностей, и они были только экспертами в физических атаках, но все их физические атаки несли прикрепленные усиления темных и огненных атрибутов. Чрезвычайно упорные и стойкие, они не успокоятся до самой смерти, если кто-то будет им досаждать.

Глядя на этого адского пса, Сима Сиань все еще шел вперед, его лысая голова ярко блестела под воздействием яркого освещения всего стадиона.

Адские псы были чрезвычайно быстры, и двенадцать из них появились перед Сима Сиань в мгновение ока.

Эти адские псы были не только деспотичны, но и выглядели очень хорошо организованными. Трое впереди одновременно набросились на Симу Сиань, в то время как из остальных девяти трое высоко подпрыгнули, а остальные шесть заняли две боковые линии, чтобы перекрыть все возможные пути отхода Симы Сиань.

Их головы мерцали черным и красным, пользуясь численным преимуществом перед Сима Сиань.

Этот темный заклинатель сидел скрестив ноги, паря на вершине Врат Ада и произнося заклинания без паузы. Колебания духовной энергии большой интенсивности, казалось, исходили из врат. Мрачный, зловещий, кто знает, что за существо вот-вот выйдет из этих ворот.

Он не думал о том, чтобы победить Симу Сиань с помощью адских псов, только чтобы задержать его на достаточно долгое время. С его точки зрения, до тех пор, пока его следующая магия не будет завершена, его победа будет решена.

Из всех зрителей самым нервным, без сомнения, был Фэн Лин. Глядя на безоружную и беззащитную Симу Сиань, осажденную двенадцатью адскими псами, она неожиданно почувствовала, что ее дыхание участилось. Она чувствовала, что очень сильно наказывает Сима Сиань, вы просто так молоды, но уже спешите принять участие в Великом собрании храмов. Может ты просто ищешь смерть?

Но следующая сцена потрясла всю публику.

Перед лицом нападения двенадцати адских псов взгляд Симы Сианя был все тем же, как будто он вообще не видел их. Только когда эти двенадцать адских псов, казалось, приблизились вплотную, шаги Сима Сианя приблизились к одному шагу, и он тяжело ударил правой ногой по земле.

С легким хлопком сильное золотое пламя поднялось из его тела, простираясь на пять метров с Сима Сиань Ат центром, чтобы материализовать огромную золотую сферу там.

Что это за способность такая? Не говоря уже о ошарашенных людях из других храмов, даже Храм рыцаря и Храм жреца, знающие толк в способностях светлого атрибута, выглядели одинаково.

В следующее мгновение они увидели, что лысый все так же идет вперед по направлению к воротам Ада, как будто ничего не случилось. Огонь позади него исчез, а среди них уже исчезли двенадцать адских псов, не оставив ни единого пятнышка.

Судья в рыцарской гостиной не мог не улыбнуться, увидев такую сцену: «какой бесстрашный священник. Это не способность, а просто высвобождение духовной энергии: простой и прямой.»

Остальные, естественно, не слышали заявления Чэня Зидиана, видя только, что бесстрашный лысый священник все еще приближается к воротам Ада.

Чтобы мгновенно избавиться от двенадцати адских псов, эксперт в их защитной силе, был ли это подвиг, с которым кто-нибудь мог справиться?

Хотя он хотел сделать все возможное, чтобы справиться с Симой Сиань, он все еще был небрежен, первоначально думая, что адские псы, по крайней мере, смогут задержать Симу Сиань по крайней мере на десять секунд. На самом деле Сима Сиань всего за секунду избавилась от них.

Его заклинание было близко к завершению и не могло быть изменено, но на текущей скорости Сима Сиань, он мог полностью броситься перед ним, прежде чем его заклинание будет завершено. Будучи в состоянии мгновенно уничтожить так много адских псов, возможно ли, что у него нет духовных крыльев?

Но к большому удивлению всей аудитории, Сима Сиань не только не выпустил свои духовные крылья, но даже перестал наступать в двадцати метрах от Адских врат, только мирно стоял там, а из его глаз сочилась великая боевая воля.

Что же он там делает? Ожидая, пока противник завершит свое заклинание? Разве это не слишком самонадеянно?

На мгновение все зрители пришли в восторг, так как они могли сказать цель Сима Сианя.

Только Сима Сиань понимал его собственные чувства, ему действительно нужно было выплеснуть их наружу. Первоначально имея дикую личность, такой долгий период молчания теперь требовал большой битвы для него, чтобы освободить свои стесненные чувства.

Темный заклинатель наконец закончил свое заклинание. Адские врата рассеяли интенсивное темно-фиолетовое свечение, и сразу же огромная фигура просверлилась изнутри.

Без сомнения, это была буровая установка.

Адские врата были четыре метра в длину и три метра в ширину, но этот призыв можно было увидеть, как он высверливается, просто опустив голову.

Шесть метров в высоту, человекоподобный, крепкий, со спиральным рогом. Король демонов ада на девятой ступени.

Да, это была козырная карта этого темного призывателя, он был в состоянии вызвать могущественного Короля демонов ада девятой ступени, хотя его культивация была только на пике восьмой ступени. Независимо от того, что Сима Сиань сделал, он все еще, наконец, сумел завершить это заклинание.

Сар. Раздался оглушительный рев, но исходил он не от Короля демонов ада, а от Сима Сианя, находившегося в двадцати метрах.

Оказавшись лицом к лицу с адским Королем Демонов, только что вышедшим из адских врат, он вдруг вытянул руку и громко закричал, мчась прямо на адского Короля Демонов с огромной скоростью.

Только что вызванный Король демонов ада все еще не понимал ситуацию. Человек, рассеивающий интенсивный яркий свет от его тела, мчался к нему, поэтому он бессознательно нацелил удар прямо на Симу Сиань.

Интенсивное темно-фиолетовое свечение исходило от короля демонов, аура тиранической мощи девятой ступени без всяких сомнений.[ля]

Но спешащая Сима Сиань не выказала никакого намерения избежать этого, тяжело топнув на землю, чтобы издать звук бума, парящий высоко в небе.

Золотой свет, распространяющийся от его тела, мгновенно стал раскаленным, когда из кулака Сима Сианя вырвалось такое раскаленное сияние, яростно столкнувшееся с кулаком Короля демонов ада.

Чтобы столкнуться с Королем демонов ада в чистой физической силе. Ну и зрелище!

В этот момент Фэн Лин был уже не единственным, чье дыхание стало тревожным, но то же самое произошло и с абсолютным большинством зрителей. Чрезмерно грубая и неразумная манера борьбы Симы Сянь заставила их кровь закипеть.

Взрыв.

Свет и Тьма всегда будут яростно сталкиваться. Защитный барьер на стадионе сильно дрожал, и с Сима Сиань и Королем демонов ада в качестве центра, мощные колебания духовной энергии были рассеяны, заставляя даже Ворота Ада быть на грани краха только от последствий столкновения.

К шоку всей аудитории, тот, кто пострадал от потери, был не Сима Сиань, который не рассматривался оптимистично, но Король демонов ада.

С громким ревом адский Король Демонов был неожиданно оттеснен кулаком Сима Сианя,и после этого столкновения раскаленный священный огонь зажегся и яростно разъел его тело.

Сима Сиань слегка отшатнулся назад, приземлившись на землю, но в то же самое время его ноги коснулись земли, он снова восстановил свою силу, бросаясь так же, как раскаленный артиллерийский снаряд на Короля демонов ада.

Было проведено много матчей, но это был первый случай, когда столкнулись две электростанции девятой ступени. Когда Сима Сиань оттеснил Короля демонов ада, все поняли, что этот деспотичный и неразумный священник на самом деле был электростанцией девятой ступени!

Священник Святого уровня? Но как мог жрец бороться с Королем демонов ада одним своим кулаком?

И снова кулаки Сима Сианя взметнулись вверх, когда он высоко подпрыгнул, чтобы даже пересечь Короля демонов ада. Между его кулаками конденсировалась Белая сфера полуметрового диаметра, нагло разбивая Короля демонов ада.

Король демонов ада только сейчас восстановил равновесие. Прежний свет жизни Сима Сианя был просто таким властным, разрушая силу тьмы в нем со значительным эффектом.

Этот адский демон не имел никакого представления о ситуации сразу после появления здесь. Грубые и неразумные действия Симы Сянь заставили его рефлекторно ударить, его ноги взорвались фиолетовым светом, который был выстрелен в направлении Симы Сянь.

Сима Сиань был просто слишком жесток, даже не используя этот фиолетовый свет, стреляющий из его собственной груди, его кулаки просто столкнулись с кулаком Короля демонов ада.

В громком грохоте Король демонов ада испустил жалкие крики. Его шестиметровая фигура насильно съежилась, внезапно став более чем на метр короче из-за ударов кулаков Сима Сиань. Интенсивный священный огонь мгновенно охватил все его тело,которое сильно дрожало.

Но рога демона, мерцающие в фиолетовом свете, были готовы приземлиться на грудь Симы Сиань, когда фигура Симы Сиань остановилась в воздухе, и пурпурный блеск выстрелил из его груди.

Пампам. Громоподобный звук разнесся по всей сцене, когда этот фиолетовый луч яростно ударил в грудь Короля демонов ада, мерцая фиолетовым электричеством по всему его телу, прямо оттолкнув с дороги.

Золотые двойные крылья наконец-то появились на спине Симы Сиань, простираясь более чем на десять метров. В мгновение ока он погнался за макушкой головы короля демонов ада, поймав один из его рогов своими сильными руками.

«Убирайся с моего пути!»

Взмах. В скорбном звуке, крик Короля демонов ада, наконец, прекратился, так как его массивное тело было разделено надвое прямо над головой Сима Сиань.

Бах! Ноги Симы Сянь приземлились на землю, наконец-то начав глубоко вдыхать воздух, но дикая храбрость в его глазах ни на йоту не ослабла, пылко наблюдая, как Врата Ада постепенно становятся все более и более иллюзорными.

Вся аудитория была погружена в мертвую тишину.

Это было первое сражение, которое потрясло весь священный город в начале индивидуального соревнования.

Лысый жрец Сима Сиань сумел, опираясь на свою физическую силу, расколоть адского Короля Демонов девятой ступени. В этот момент у него действительно был бесстрашный вид, фактически заставляя ветеранские электростанции из этих шести великих храмов сжиматься в страхе.

Темный заклинатель бессознательно отступил назад, едва не рухнув. Увидев дикий и сильный взгляд в глазах Сима Сиань, его лицо побледнело. Даже если Король демонов ада был одним из самых слабых существ девятого шага, это все еще было электростанцией этого уровня! И все же этот лысый священник даже не использовал никакой презентабельной техники, чтобы разделить его на две части. Он даже не мог представить себе кого-то более могущественного.

Высокая и большая фигура, которая терзала Короля демонов Ада, была действительно исключительно крепкой.

Девятая ступень, электростанция девятой ступени. Но был ли это действительно священник?

Хотя Ян Вэньчжао одержал победу, это была победа, достигнутая хитростью, которая не вызвала осознания яркого проблеска силы надежды. Но в этот самый момент, дикое неистовство Симы Сиань подняло все внимание аудитории на отряд охотников на демонов яркий проблеск надежды.

В четвертях участников, лидер команды Лин Сяо уже стоял, выглядя полным волнения.

Сим Сиань был его собственным учеником! Хотя этого парня уже давно не было в живых, он все еще оставался его настоящим учеником. Другие могут не узнать в нем священника, но Лин Сяо очень ясно понимал, что этот лысый и бесстрашный путаный человек был частью храма священника.

Во всех предыдущих заседаниях большого собрания храмов священник храма почти всегда участвовал в качестве наблюдателя. Лин Сяо впервые осознал, что необычный священник все еще может принести честь храму жрецов. Он принял решение инициировать новый орден дисциплинированных священников, чтобы жрец храма мог получить лучшую способность к самозащите.

Яростный блеск в глазах Сима Сианя постепенно исчез, он скрестил руки на груди и поклонился в соответствии с этикетом жреца темному призывателю, прежде чем повернуться и уйти с поля боя. Сопернику в принципе не нужно было уступать, чтобы все пришли к одному и тому же выводу. Этот темный призыватель не только проиграл, но даже перенес страшный удар по своей самоуверенности.

Вернувшись ко входу в храм рыцарей, он снова надел свой большой плащ и вернулся к своей команде, как будто ничего не произошло.

Когда свет селекции снова упал на землю, зрители только очнулись от своего вялого состояния. Соревнования возобновились, но это было похоже на то, что стадион попал в ужасный взрыв, так как комментарии только продолжали расти последовательно.

Имя яркого проблеска надежды стало центром внимания всего святого города.

Тем двоим, которые последовательно участвовали в сражениях, было за тридцать, но они проявили огромные способности, особенно бесстрашная Сима Сиань, которая оставила очень глубокое впечатление.

В гостиной для почетных гостей Фэн Лин прижимала руку ко рту, с ее лица все еще капали слезы. Даже такая красавица, как Е Вэйян, не могла не чувствовать нежности, просто глядя на нее.

— Такой красивый! Как прекрасно!— Пробормотал Фенг Лин.

Е Вэйян недовольно отреагировал “ » мне действительно интересно, о чем ты думаешь. Как может такая тихая маленькая девочка, как ты, на самом деле быть склонной к добродушным мужчинам. Посмотри, какой грубый этот парень!»

Фэн Лин энергично покачала головой “ » он не груб, посмотри на него, разве он не такой мужественный. Поначалу я находила его очень доблестным, но не думала, что после столь долгого отсутствия он действительно вернется таким совершенным. Ничего хорошего, я должен пойти и найти его. Сказав это, она повернула голову и бросилась вниз из гостиной.

Ну и вкус у мужчин…

[Тк*

Как есть = аура короля демонов показывает, что он не сомневается в себе

Или: «вне всякого сомнения, аура…шаг.

= нет никаких сомнений, что король демонов находится на 9-м шаге

— Возвращайся прямо сейчас.»Е Вэйян схватил ее,» ты ни в малейшей степени не сдержан? Разве ты не проклинал этого ублюдка чуть раньше? Почему ты так увлечена этим мускулистым парнем? Он отсутствовал больше четырех лет и не сообщил ни малейшей новости. Если он не будет искать вас, это будет означать, что вы уже не имеете никакого места в его сердце. Даже если он придет, вы должны преподать ему хороший урок, или вы просто продолжите играть с ним снова и снова? Так что тебе лучше послушно сидеть там. Тебе даже смотреть на него нельзя, понял?»

Фэн Лин с несчастным видом откинулась на спинку стула и тихо произнесла: «Не будь такой, сестренка Вэйян. Посмотри, каким сильным он только что стал. Он, должно быть, очень много страдал в последние годы, разве вы не находите его выдающимся? Достигнув девятой ступени в возрасте тридцати лет, разве вы не видите в нем некоторого потенциала?»

«Не будь таким самодовольным. Хмпф, а что если он больше тебя не хочет?»

Фэн Линь покачал головой: «это невозможно. Он, конечно же, планировал стать ночной знаменитостью на этом великом собрании храмов, вот почему он не пришел ко мне, чтобы избежать утечки силы их команды.»

Видя ее уверенный взгляд, е Вэйян не мог не рассмеяться ей: «Какая ты девушка! Какой маленький белый цветок, ты просто немного влюбленный цветок. Я больше к тебе не отношусь.»

Победа Сима Сианя привлекла внимание всех шести великих храмов, но соревнование все равно должно было продолжаться. Очень быстро зрительские линии были привлечены обратно на сцену.

Вскоре после того, как Сима Сиань отправился в бой, глава храма магов ли Чжэнчжи был выбран, чтобы присоединиться к битве против воина. Ему нужно было только запустить одно заклинание, чтобы добиться полной победы. Его выступление было очень сдержанным, но очевидно, что его противник был недостаточно силен и не мог вытеснить какие-либо другие его способности.

Почти половина участников из шести великих храмов были энергетическими центрами девятой ступени. После того, как начались битвы между электростанциями девятой ступени, конкуренция становилась все более и более интенсивной, и владелец домена даже появился в одной битве.

На тридцать пятом сражении свет отбора в третий раз упал на кого-то из яркого проблеска надежды, на этот раз приземлившись на пятого человека из группы.

Это был высокий стройный мужчина, выглядевший еще моложе двух предыдущих, с длинными темно-зелеными волосами.

Его появление мгновенно вызвало комментарии со стороны храма магов, потому что многие маги узнали его. И на стороне храма рыцаря, розовая волосатая девушка почти мгновенно сжала кулак,выглядя чрезвычайно вялой, как и предыдущий Фэн Лин. Кусая зубы, она с большим трудом подавила желание громко закричать.

Ли Чжэнчжи посмотрел на лежащего рядом Линь Чэня с вопросительным выражением лица.

У Линь Чэня сейчас был безжизненный взгляд, сильно дрожащий от волнения.

Ли Чжэнчжи отвел свой пристальный взгляд, способный видеть по выражению лица Линь Чэня, что он вообще не знал о своем внуке, прибывшем в Святой город. Это великое возбуждение невозможно было подделать.

Без сомнения, этот темно-зеленоволосый и стройный мужчина, выглядевший красивым до такой степени, что его можно было охарактеризовать как немного девчачий, был единственным магом яркого проблеска надежды, Линь Синь, которого все остальные называли has-drugs-bro’.

Соперником линь Синя был рыцарь, поэтому он вошел на стадион вместе с этим рыцарем. Не оставляя рыцарю времени, чтобы открыть рот, фигура Линь Синя вспыхнула и переместилась на сотню метров, как бы телепортируясь, прежде чем приблизиться к этому рыцарю.

Энергетические установки всех шести великих храмов видели только спину Линь Синя, вспыхнувшую синим светом, прежде чем он набрал скорость и появился в сотне метров от них.

Когда же маг может достичь такой скорости?

У этого рыцаря тоже была дрожь, но поскольку он пришел, чтобы принять участие в соревновании, он, естественно, не будет так легко напуган. В золотой вспышке света над ним возник огромный белоснежный орел с золотым рогом.

Этот гигантский орел поднялся более чем на десять метров, и прямо так, как он появился, световая эссенция продолжала подниматься волнами, заливая весь путь внутри рыцаря.

Этот рыцарь первоначально находился на пике восьмой ступени развития, но помощь гигантского орла в небе заставила его внушительную манеру резко подняться, поднявшись до царства девятой ступени в мгновение ока.

Хиас-противник Линь Синь не пел, а скреб пустоту перед собой правым кулаком, немедленно вызвав синий световой луч длиной в один метр, похожий на большой палец, и выстрелил в этого рыцаря.

Синий луч не издавал ни малейшего звука, только двигался вперед и описывал дугу.

А это еще что такое? Тот рыцарь, который только что получил поддержку от своего святого Золотого орла, бросился на Линь Синя с сильно увеличенным культивированием. Когда он поднял левую руку и увидел этот неприметный голубой луч, глубокий золотистый цвет мгновенно сгустился, превратившись перед ним в Золотой щит, и он запустил Божественное препятствие, остановившись в своем броске.

Голубой лучик? Может ли его противник быть магом водной стихии?

Это было великое собрание храмов, даже несмотря на то, что атака противника выглядела неприметной, он не мог позволить себе быть небрежным. Как рыцарь-Хранитель, он должен был придавать самое большое значение безопасности и делать акцент на консолидации. В битве между рыцарем-Хранителем и магом, рыцарь-Хранитель часто будет нуждаться в маге, чтобы исчерпать свою магическую силу, чтобы добиться победы. В конце концов, рыцари-Хранители не были опытны в скорости и имели довольно слабую силу атаки, что не ставило их в хорошее положение против магов, использующих свои духовные крылья для достижения полета.

Взрыв.

Когда синий луч точно приземлился на щит рыцаря-Хранителя, вопреки всем ожиданиям, этот мягкий синий луч с присутствием, далеко не сравнимым с благоговением огненного шара, внезапно взорвался при контакте со щитом рыцаря-Хранителя.

Рыцаря-Хранителя внезапно оттолкнули на расстояние около десяти метров, и на щите образовался голубой пепел. Сразу же его духовный высокогорный священный щит исчез в середине голубого луча, так как воздух вокруг него стал явно искаженным.

Это была не вода, а огонь. Но что же это была за магия?

Рыцарь-Хранитель потерял свой щит в состоянии Божественного препятствия, и этот обжигающий горячий поток воздуха заставил его духовную энергию истощиться с огромной скоростью. С большим трудом ему, наконец, удалось противодействовать массивному остатку, произведенному голубым лучом.

Хотя его культивация была поднята до девятой ступени благодаря его лошади, в конце концов он не достиг девятой ступени по-настоящему. Столкнувшись с мгновенным взрывом огненного заклинания противника девятого шага, он знал, что его шансы были довольно малы.

На этот раз Линь Синь предприняла еще одну атаку. За спиной его темные волосы медленно затрепетали на левой руке, а правая снова была поднята, и на этот раз два таких голубых луча выстрелили снова.

Цвет лица рыцаря-Хранителя стал очень некрасивым. В ситуации, где не было никакого пригодного для использования оборудования, его щит мог быть материализован, только полагаясь на его собственную духовную энергию, и добавляя, что к Божественному препятствию составляло его самое большое защитное состояние. Но предыдущий голубой луч только что пронзил его защиту, и на этот раз от двух из них, конечно, будет еще труднее защититься.

С громким криком рыцарь-Хранитель шагнул вперед и описал дугу в движении. В то же время, Святой свет поднялся от всего его тела, посылая его в освященный режим. Его руки скрестились в воздухе, и появился щит еще толще, чем предыдущий. Раскаленное пламя образовывало этот тяжелый щит, используемый для блокирования приближающейся атаки.

Это все еще было Божественной помехой, и его единственной текущей надеждой было то, что это мгновенное заклинание Линь Синь действительно расходовало большое количество магической силы, так что маг, противостоящий ему, будет иметь большее истощение ресурсов, чем он.

Когда голубые лучи взорвались один за другим, рыцарь-Хранитель снова осознал свою ошибку. Эти две синие сущности взорвались последовательно, заставляя этот щит, использующий святость и духовное нагорье в качестве основы, фактически снова расколоться, опаляя синий огонь, поднимающийся вокруг тела рыцаря. Некоторые из них уже были на нем и вызывали огромные затраты духовной энергии, чтобы продолжать изливаться, все из которых были просто вызваны этими ужасающе обжигающими синими лучами света.

Итак, реальная электростанция девятой ступени была на самом деле такой ужасной вещью?

Этот матч выглядел гораздо более расслабленным, чем раньше, без яркой магии, без мощных способностей, и без презрения и грубой дикости, показанных Сима Сиань.

Но истинные энергетические установки смогли многое из этого разглядеть. Этот простой на вид синий луч света был совсем не простым.

Ли Чжэнчжи посмотрел на Линь Синя взглядом, полным шока, бормоча: «такое сжатие духовного нагорья уже выходит за пределы масштаба магии. Легкий на вид, но чрезвычайно сложный контроль над духовной энергией!

До какого же ужасающе глубокого уровня уже дошло понимание огня этим ребенком Линь синем?

Шок линь Чэня вышел даже за пределы шока ли Чжэнчжи. был ли это все тот же его внук? Предыдущее нападение было чем-то, что он никак не мог воспроизвести. Даже несмотря на то, что культивация Линь Чэня сделала окончательный прорыв после стольких лет узкого места, чтобы, наконец, достичь девятой ступени после окончания священной войны, он все еще чувствовал себя совершенно неспособным воспроизвести этот контроль над огнем. Более того, Огненное сердце Линь Синя давало ему контроль над огнем намного больший, чем у любого обычного мага. После того, как его внук пропал без вести в течение более чем четырех лет только для того, чтобы вернуться таким мощным, как он мог не волноваться?

Прямо в это время, следующая демонстрация навыков Линь Синя потрясла всю аудиторию.

Его левая нога немного продвинулась вперед, поскольку он носил чрезвычайно сосредоточенный взгляд на своем лице, его глаза мерцали в искренности. Подняв левую руку, на этот раз он действовал только указательным пальцем.

Синие лучи нагло появились в воздухе, выглядя еще короче, чем предыдущие два, но не сразу направились к рыцарю-хранителю, а лишь сгустились рядом с Линь синем.

В мгновение ока Линь Синь ярко породила двенадцать таких голубых лучей света, заставив противоположного рыцаря-Хранителя выглядеть совершенно пустым.

Поскольку два голубых Луча уже изнуряли его до такой степени, как же они могли спасти ему жизнь? Случайно Великое собрание храмов установило правила, что убийство противника никоим образом не допускается, или же он боялся, что уже бежит в большой панике.

Эти двадцать с лишним лучей в небе образовали два больших слова: «Синь’Ер.”[1]

[1] ласковый способ назвать имя Ли Синя, Xin’ER, написан китайскими буквами «馨儿», которые нарисованы 20 и 2 штрихами соответственно

Син’Ер.

Увидев эти слова, по щекам ли Синя потекли потоки слез с террасы. Он вернулся, и хотя он не пришел искать Меня первым делом, он все еще помнил меня!

Линь Синь немедленно поднял руки вверх и использовал свои ужасающе мощные лучи света, чтобы сформировать символ сердца, окружающий имя Xin’ER.

— Вот сволочь!— Глаза линь Чэня мгновенно покраснели, и он не смог сдержаться, впервые обнаружив, что внешность его внука не так уж отвратительна.

Мускулы на лице стоящего напротив рыцаря-Хранителя немедленно дернулись, противник фактически делал любовное признание в матче Великого Собрания храмов. Это просто заставило его спрятать лицо в ладони! Чувствуя, что этот позор больше не может быть терпимым, рыцарь-Хранитель повернул голову и вышел. Какой смысл было даже продолжать матч дальше? Он явно уже проиграл в любом случае.

Эта Синь выглядела даже более устрашающе, чем обычное запрещенное огненное заклинание.

Линь Синь посмотрел вверх, глядя на размытые очертания его сердца, прежде чем раздался резонирующий крик Феникса, синие лучи сразу же собрались в его груди, чтобы исчезнуть в мгновение ока. Затем он покинул поле боя и, взяв плащ, вернулся к своим товарищам.

В этом соревновании наблюдателям никоим образом не разрешалось вступать в контакт с участниками. Сидя там, Ли Синь уже горько плакала. Так что он наконец-то вернулся, и не забыл обо мне!

Глядя на предыдущую сцену, даже главный судья Чэнь Зидянь имел чудовищное выражение лица, думая про себя, что в настоящее время молодежь действительно становится все более и более смелой. Но поступок Линь Синя никоим образом не противоречил правилам. Он уже доказал силу своих голубых лучей всему зрителю, прежде чем написать эти два слова. Какая загадка! Самым важным для электростанции девятой ступени было найти путь, по которому можно было бы идти самостоятельно, и линь Синь, несомненно, нашел этот путь. Он оторвался от традиционного магического литья и нашел альтернативу, создав свой собственный маршрут. Возможно, он может показаться немного ниже с точки зрения масштабов его атак, но сила его атак была определенно среди лучших магов Огня. И что еще более важно, его мгновенное высвобождение такой магии сделало его живучесть на поле боя, несомненно, чрезвычайно большой, и не давало ему никакой необходимости в помощи других профессий.

Трое из десяти человек, сформировавших яркий проблеск надежды, отправились в путь, все они добились победы, и все победили в стиле, особенно Сима Сиань и линь Синь, которые оставили чрезвычайно глубокие впечатления.

Свет отбора снова появился, но вопреки всем ожиданиям, другой свет отбора снова осветил кого-то среди яркого мерцания рядов надежды, а также кого-то еще на стороне духовного храма.

Увидев этого человека, освещенного со стороны духовного храма, многие люди не могли не ахнуть, потому что это был на самом деле вспомогательный глава духовного храма, Саньшуй Попо.

Священная война, возможно, нанесла огромный ущерб Альянсу, но также дала быстрый рост электростанций. Так же, как и линь Чэнь, Саньшуй Попо сумела благодаря своим огромным усилиям достичь прорыва и подняться на девятую ступень, значительно повысив свою силу. Более того, будучи женой главы духовного храма Чэнь Цзидянь, она занимала решающую роль в духовном храме.

Яркий проблеск надежды неожиданно обрушился на такую электростанцию. На этот раз никто не был настроен оптимистично по отношению к ним, так как это был, в конце концов, первый энергоблок девятой ступени, которую они встречали.

Но в тот момент, когда соперница на стороне яркого проблеска надежды сняла свой плащ, поднялся большой переполох!

Она была просто слишком молода! Как мог этот отряд охотников на демонов с ярким проблеском надежды на самом деле быть сформирован с таким количеством этих уродов? Может быть, у них есть специальные методы, чтобы изменить свою внешность? Как каждый из них мог выглядеть так молодо?

Ее длинная прическа слегка колыхалась на ветру, когда она несла эксцентричную улыбку на лице, Чэнь Инь Эр вошел на стадион.

У саньши Попо был беспомощный взгляд, когда он видел ее, и не взлетел в волнении, когда увидел ее. Совершенно очевидно, что Чэнь Инь уже встречалась со своими дедушкой и бабушкой до начала Великого Собрания храмов.

После того, как Чэнь Инь Эр вошел на стадион, она не сразу пропела свое заклинание, но бросила несчастный взгляд на свою собственную бабушку, как будто говоря ей: «Делай так, как считаешь нужным, но только не причиняй ей слишком много боли, пожалуйста».

Саньшуй Попо испустила легкий вздох. Любящее выражение появилось на ее лице, она беспомощно покачала головой и произнесла слова: «я уступаю. Произнеся эти слова, она тут же повернулась, чтобы уйти с поля.

Чэнь Инь’Ер высунула язык и живо покинула стадион, с улыбкой на лице.

— А что? Саньшуй Попо только что уступил? Подавляющее большинство из них чувствовали себя так, словно услышали что-то не так. Как мог вспомогательный глава духовного храма просто так сдаться против такой молодой девушки? На самом деле, это было нокаутирующее соревнование: просто проиграв один матч, у человека не было бы больше шансов принять участие в остальной части Великого Собрания храмов.

Ли Чжэнчжи нахмурил брови, казалось бы, желая что-то сказать, но, наконец, выдержав это. С его пониманием команды яркий проблеск надежды, она, естественно, знала об отношениях между Sanshui Popo и Chen Ying’ER.

Ситуации уступки в большом собрании храмов были очень редки, но не совсем отсутствовали. Например, когда-то в Великом собрании предыдущих храмов встретились два ранее разделенных охотника на демонов. Сразу после встречи один из них взял на себя инициативу уступить. Несмотря ни на что, никакие правила не запрещают уступать, поэтому, хотя шаг Саньши Попо вызвал вопросы, никто не остановил ее от этого. Загадочным образом, участники состязаний на стороне духовного храма все имели спокойные взгляды, и никто из них даже не пошел комментировать поступок Саньши Попо.

Увидев эту сцену, ли Чжэнчжи внезапно испытал неприятное чувство. Спокойствие духовного храма, казалось, имело и другое значение. Хотя духовный храм и храмы магов были не так близки, как Храм ассасинов и Храм рыцарей, духовный храм уже долгое время можно было считать покровителем храма магов. Только их сотрудничество было достигнуто более профессионально.

Соревнование продолжалось.

Матчи большого собрания храмов проходили в течение короткого времени, во-первых, потому что не было никакой борьбы жизни или смерти, и потому что участники были на девятом шаге для некоторых, а на восьмом шаге для других, пробелы в силе появлялись чрезвычайно легко, что делало большинство матчей очень короткими.

Утром было закончено более сорока матчей. Исходя из этой скорости, первые раунды первого этапа должны завершиться к вечеру.

Из пяти участвовавших великих храмов и отряда охотников на демонов яркий проблеск надежды, последний был единственным, кто только продолжал выигрывать с самого начала и до сих пор. Пятеро из них уже отправились в путь: Ян Вэньчжао, Сима Сиань, Линь Синь, Чэнь Иньэр, а также Дуань и, который также достиг пика восьмой ступени, выиграл благодаря прекрасному сотрудничеству со своим Мамонтовым конем в этом матче.

Из пяти, только Дуань и имел довольно трудное время, столкнувшись с жестокой битвой против мага в течение четверти часа, достигнув победы, полагаясь на его большую защиту и личные навыки. Кроме достижения победы, все остальные имели довольно легкое время.

Великое собрание храмов не включало в себя никакой обеденной паузы. У участвующих электростанций не было бы никаких проблем, даже если бы они провели десять дней или полмесяца без еды, поэтому конкурс все еще продолжался.

Во время сорок восьмого матча шестой кандидат с ярким проблеском надежды был мишенью света отбора, и на этот раз он стоял в самом левом из их рядов.

В тот момент, когда свет отбора остановился, взгляды всех высших чинов шести великих храмов были сосредоточены на нем, потому что все знали, что первая позиция отряда по охоте на демонов всегда будет принадлежать их капитану. И ярким мерцанием капитана Надежды был не кто иной, как Лонг Хаочен.

Таким образом, после того, как прошло более четырех лет, Лонг Хаочен, наконец, снова появился.

Лонг Хаочен очень не повезло, потому что другой избранный был удивительно главой храма воина, Цю Юнхао, номер один электростанция храма воина.

Цю Юнхао опустошился, увидев, как свет отбора отразился на нем. Лонг Хаохен, неужели я действительно собираюсь скрестить с тобой руки таким образом?

Его фигура вспыхнула, Цю Юнхао вошел в строй, а с другой стороны, Лонг Хаочэнь стал, сняв свой плащ, целью всех линий видимости.

Прежде чем войти в поле, он повернулся, чтобы выполнить рыцарский салют в направлении своего дедушки Лонг Тяньян, прежде чем отправиться в поле.

Одетый в простую белую боевую форму, с длинными золотистыми волосами, перекинутыми через плечо, и кристально чистыми глазами, казалось бы, способными видеть сквозь что угодно, вдобавок к красивому внешнему виду, он обладал устойчивым характером, как никто другой.

Но как бы там ни было, с его лицом он выглядел лет на двадцать или около того. Однако эти другие черты характера заставили всех забыть о его юном возрасте.

Взгляд на него подсознательно давал бы ощущение очищающего ветерка. Он не рассеивал никаких флуктуаций духовной энергии, но просто стоя здесь, он сразу же стал центром внимания. Даже глава храма воинов Цю Юнхао не был такой уж мишенью для внимания.

В храме рыцарей все Рыцари Золотого основания встали и ответили на приветствие Лонг Хаочэня. Независимо от того, как долго он отсутствовал, это был все еще святой рыцарь глава их храма рыцарей, пока храм рыцарей не уберет это объявление, а также командир всех Рыцарей золотого основания и рыцарей Мифрилового основания.

Не только храм рыцарей признал Лонг Хаочен, но и Храм ассасинов, храм жрецов, Храм воинов и храм магов-все они были знакомы многим людям.

Хотя Лонг Хаочен долгое время не появлялся во время священной войны, он оставил глубокий след в храмах убийц, воинов и магов. И в кровавых битвах на Южном горном перевале он был даже героем, спасшим Форт. Историю так легко не забудешь. Сколько бы времени это ни продолжалось, они все равно узнавали красивые черты лица Лонга Хаочена.

Яркий проблеск надежды на самом деле оказался его/ее отрядом по охоте на демонов! Все те, кто не был знаком с Лонг Хаочен, но кто знал других членов, разделяли эту мысль. Но высшие чины, действительно знавшие о смысле существования Лонг Хаочен, все имели разные мысли.

Эти юноши были теми, кто впервые в истории разрушил столп Бога демона, и он был тем, кто вызвал священную войну, которая длилась в течение двух лет между демонами и человечеством.

Теперь он вернулся и привел с собой отряд охотников на демонов. Что же он планировал, участвуя в этом великом собрании храмов? Почему бы ему не взяться за оружие для храма рыцарей, а вместо этого принять участие вместе со своим отрядом по охоте на демонов?

Глядя на молодого человека перед его глазами, Цю Юнхао имел совершенно другое впечатление. В первый раз, когда он встретил Лонг Хаочен, это было для него, чтобы оставить свой меч намерение для храма воина. И, поскольку это намерение меча было тем, что он видел от Святого владельца меча е Вушана, это позволило ему сделать удивительный прогресс. После этого каждое из длинных движений Хаочэня производило какие-то чудесные вещи.

После столь долгого отсутствия он, наконец, вернулся. В этот самый момент Цю Юнхао не мог не вспомнить о тех словах, которые Ван Юаньюань оставил, когда они встретились.

«Это было так давно, Хаохен.— Цю Юнхао слегка улыбнулся,пристально глядя на Лонг Хаочэня.

Лонг Хаочэнь показал подобную улыбку “ » да! Глава храма Цю, наша последняя встреча была почти пять лет назад. Я не ожидал, что мы воссоединимся в таких обстоятельствах.»

Цю Юнхао заявил: «Хаочэнь, я не проявлю к тебе милосердия. А теперь давайте посмотрим, до какого уровня вы поднялись за эти пять лет.»

Лонг Хаочэнь кивнул ему: «пожалуйста, веди меня хорошо.»

К тому времени, когда Цю Юнхао объявил эти слова Лонг Хаочэню, он уже пришел к своему решению. Как глава храма воинов, он хотел прежде всего увидеть, какое влияние уже давно имел Хаочэнь, а также то, что он мог принести в будущий союз.

В результате он заметил, что за спиной у Лонг Хаочэня были по крайней мере храм рыцарей и Храм убийц, которые были двумя из шести великих храмов. Кроме того, он ясно помнил об отношениях между Чэнь Ин’Ер и Чэнь Хунбо. Разве он только что не видел, как быстро саньшуй Попо уступил? Таким образом, по крайней мере, храм призывателя не будет противостоять ему и, скорее всего, останется нейтральным.

Храм жрецов никогда не имел большого влияния на Альянс, так что очень возможно, что Хаочэнь уже получил более половины поддержки Альянса. В конце концов, у него была совершенно особая личность: отпрыск света из храма рыцарей и следующий наследник их храма. Поскольку даже Ван Юаньюань достиг девятой ступени, как далеко могло уже зайти его развитие? Если бы он смог проявить себя с помощью силы, возможно, его авторитет в конечном счете сыграл бы очень решающую роль в новом Союзе.

Таким образом, Цю Юнхао понимал, что самый большой фактор, определяющий, сможет ли Лонг Хаочэнь изменить весь Альянс, — это сила. Будет ли у него культивация первого класса или нет, определит сила поддержки, которую он получит от нейтральной стороны.

Цю Юнхао решил для себя, что если Лонг Хаочэнь сумеет одержать над ним победу, то независимо от того, что последует из его участия в этом великом собрании храмов, Храм воинов, по крайней мере, предпочтет остаться нейтральным.

Длинные левые ноги Хаочэня шагнули вперед. Выставив вперед правый кулак, он направился к другой стороне, но даже не вызвал своего собственного скакуна.

Цю Юнхао не верил, что безмозглый Лонг Хаочэнь недостаточно силен. Они были разделены почти двумя сотнями метров, но кулак длинного Хаохэна вызывал ощущение подъема температуры по всему стадиону, вызывая теплое гнетущее чувство, опускающееся на него.

Цю Юнхао тоже был опытным энергетиком и сразу же почувствовал кризис. Хотя это теплое давление не было слишком угнетающим, он смутно чувствовал, что если не отреагирует должным образом, то вполне может проиграть матч.

Глаза цю Юнхао превратились в золотистый цвет, когда его кулак ударил также. Огромный золотой тяжелый меч появился позади него, паря высоко, и его плотный меч сразу же наполнил весь стадион мрачным и пустынным присутствием.

Лонг Хаочэнь ударил кулаком, в то время как Цю Юнхао выстрелил своим мечом намеренно.

Духовная энергия обеих сторон была бестелесной, но когда они сталкивались, барьеры, защищавшие стадион, яростно раскачивались, многоцветный золотой свет на нем резко усиливался, очевидно, чтобы выдержать массированное давление.

В этот момент все увидели, как Лонг Хаочэнь подошел к Цю Юнхао и нанес еще один удар по этой голове храма воинов.

Лицо цю Юнхана застыло, он не знал, кто именно получил преимущество в первом столкновении. Оказавшись лицом к лицу с кулаком длинного Хаохэна, он напряг руки, чтобы отразить атаку.

Обе стороны явно обладали высочайшим уровнем силы, держа большую часть своей духовной энергии в резерве. Это выглядело как простые физические столкновения, но все знали, что этот вид битвы был на самом деле самым опасным, потому что взрыв духовной энергии мог зайти так далеко, чтобы вызвать эффект оползня масштаба.

Взрыв. Цю Юнхао блокировал кулак Лонга Хаочэня своими руками, и оба они остановились в мидиаре. Тут же все зрители увидели вспышку золотого света, блеснувшую на груди длинного Хаочэня.

В этот момент все почувствовали, как будто тело Лонг Хаочена только что раздулось. В следующее мгновение Цю Юнхао, который только что выдержал атаку Лонг Хаочэня, неожиданно был отброшен назад, сильно ударившись о барьер тренировочного поля.

Чтобы отправить голову воина храма летать только с кулаком? Увидев эту сцену, даже ли Чжэнчжи резко встал со своего места.

Ли Чжэнчжи и он были старыми друзьями, поэтому он, естественно, хорошо понимал культивацию Цю Юнхао. В течение последних лет Цю Юнхао всегда усердно тренировался и искал прорывы, его культивация наконец прорвалась через второй ранг девятой ступени, его внутренняя духовная энергия уже была выше двухсот шестидесяти тысяч. Он был одним из самых могущественных людей во всем Союзе храмов, а также первым человеком в храме воинов, известным как самый могущественный бог войны.

Но в предыдущем обмене ударами он был фактически раздавлен кулаком длинного Хаочэня. И что это значит? Это означало, что духовный уровень Лонг Хаочена был еще выше. На уровне девятого шага, чтобы разбить противника без использования какой-либо способности, потребуется разрыв в пятьдесят тысяч духовной энергии, по крайней мере, между этими двумя.

Но как это могло случиться? Четыре года назад духовная энергия Лонга Хаочэня достигала максимум тридцати или сорока тысяч. Мог ли он уже подняться до третьего ранга девятой ступени за короткий промежуток времени в четыре года?

Ли Чжэнчжи впервые ощутил огромную угрозу со стороны Лонг-Хаочэня. Он не только вернулся, но и обладал силой, намного превосходящей его собственную. Он уже начинал опасаться, что отряд охотников на демонов «яркий проблеск надежды» не только имел в виду цель тренировки самих себя.

Когда Цю Юнхао ударил по барьеру, его тело было мгновенно отброшено назад, и этот десятиметровый меч за его спиной также ударил, превратившись в массивное золотое существо, рубящее длинный Хаочэнь.

Это было не оружие, а чистое намерение меча, владения Цю Юнхао.

Ради того, чтобы преследовать истинную сущность намерения меча, Цю Юнхао сосредоточил свое понимание области на намерении меча. Его владение мечом намерений может сравниться с божественным инструментом! Одно его использование уже могло расколоть небо и землю.

Перед лицом удара этого золотого огромного меча длинный Хаочэнь твердо стоял на ногах. Позади него внезапно вспыхнули интенсивные золотые блики, и шесть массивных золотых крыльев расправились, и переполняющая сила потекла из него.

Его правая рука указала на небо, глаза Лонга Хаочэна внезапно стали раскаленными, а затем из его тела вырвалась раскаленная волна света, превратившись в белый свет, исходящий от него.

Этот меч-луч выглядел гораздо меньше, чем меч цю Еня, так как он был размером с обычный меч для фехтования. Раскаленное сияние распространилось изнутри, но в тот момент, когда оно появилось, Цю Юнхао, полностью использовавший свои владения меча, почувствовал сильную дрожь.

Данг … в мелодичном звоне длинное тело Хаочэна слегка покачнулось и отступило на два шага назад, но золотой свет, ранее хлынувший из его груди, вспыхнул, когда его шаг стал намного ровнее.

С хрустящими звуками, домен меча намерения Цю Юнхао уже полностью заполнил атмосферу, только чтобы остановиться перед этим белым мечом,

Белый меч слегка жужжал, медленно снимая давление с огромного меча, по-видимому, неся невыносимую ношу. Все зрители, которые могли видеть до сих пор, поверили бы, что Цю Юнхао снова находится в невыгодном положении. Однако только он знал, что намерение меча Лонг Хаохена было совершенно иного рода по сравнению с его собственным.

Его намерение меча было чисто сформировано с понятиями о мече, объединяя волю Его Духа с намерением меча. Но хотя намерение меча Лонг Хаочена не было столь же мощным, как его собственный домен намерения меча, это намерение Белого меча имело собственные колебания души. Другими словами, Лонг Хоачен смог вложить какую-то душу в это намерение меча.

Цю Юнхао живо помнил, что в те годы, накануне того дня, когда Е Ушан бросил вызов Богу-демону императору, он сказал ему, что наконец-то понял некоторые тайны души меча.

Но разве Лонг Хаочен не использовал именно эту душу меча? Эта техника вышла даже за пределы намерения меча!

У Лонг Хаочэня была тонкая улыбка на его лице, когда он посмотрел на цю Юнхао: «поздравляю с вашим большим прогрессом в культивировании главы храма Цю. Ваша область намерения меча действительно мощная и оригинальная. Если однажды вы сможете понять тайны, стоящие за использованием своей души в качестве меча, ваши достижения превзойдут старшего е Ушана тех лет. Возможно, мне даже придется использовать свой собственный домен, чтобы противостоять вашим атакам.»

После стольких матчей Лонг Хаохен был единственным, кто произнес Хоть одно слово в разгар поединка.

Цю Юнхао не только не стал дергаться из-за этих слов, но вместо этого почувствовал тонкие чувства понимания, пылко наблюдая за душой меча рядом с головой Лонг Хаочэня.

Он чувствовал, что душа меча Лонг Хаочена была только в зачаточном состоянии, но он все еще действительно достиг этого уровня! Душа Меча, как же можно материализовать душу меча?!

Длинный Хаочэнь поднял правую руку и сжал над головой белый меч души, а шесть золотых крыльев на его спине медленно развернулись.

Прекрасный звук исходил из его тела, как падение жемчуга, как утренний колокол. В это мгновение тело Лонг Хаочена, казалось, исчезло, и весь стадион наполнился золотистым цветом. Даже душа меча в его руке была такой же. По счастливой случайности это был прозрачный золотистый цвет, так что конкурсанты могли видеть все, что происходило внутри.

«светлая полоса.»Лонг Хаочэнь внимательно наблюдал за цю Юнхао и произносил эти слова со странной интонацией.

В следующее мгновение тело Цю Юнхао застыло, а затем в его сторону полетели глубокие волны золотистого цвета. Быстро интегрировавшись в окружающее золотое пространство, его владения меча становились слабее с поразительной скоростью.

Душа меча в руке Лонга Хаочена указала вперед, по-видимому, сохраняя свой первоначальный курс. Но от его тела преломлялись бесчисленные сверкающие золотые лучи, образуя золотые нити по всему пространству, переплетаясь и спиралевидные, чтобы, наконец, соединиться с шестью крыльями на его спине, которые стали еще более твердыми и ослепительными.

Две предыдущие вспышки золотого света на его груди повторялись с медленным интервалом.

«Это мои владения, известные как свет. В своих владениях я подобен богу света. Ты единственный человек, который когда-либо входил в мои владения. Извините, но ваша духовная энергия ниже моей, и каждая духовная энергия световой элементальной электростанции ниже меня, а также их сила света будут лишены и даны мне.»

Во время легкого связывания Лонг Хаочен все еще спокойно стоял там, ничем не отличаясь от прежнего, яркий свет на его теле тихо рассеивался, и даже шесть крыльев и длинный меч в его руке больше не были. Перед ним, Цю Юнхао сидел на земле в дряхлом состоянии.

Глядя на длинного Хаочэня, нынешний Цю Юнхао был полон потрясения.

После встречи с Ван Юаньюанем Цю Юнхао несколько раз пытался угадать уровень силы Лонг Хаочэня, но он не ожидал, что его культивация действительно достигнет такого уровня. Мало того, что его духовная энергия была ниже энергии Хаочена, но больше всего его пугала мощь владений самого Хаочена.

Как может власть домена достигать таких масштабов? Просто стоя в своей области, его духовная энергия была полностью лишена и перенесена в эту область, лишая его даже способности сопротивляться.

Он-бог света в своих владениях. Просто каков был уровень такой области? В истории человечества никогда не существовало сравнимых областей, и эта область была явно не только проклятием любого источника энергии светового элемента, но и имела очень большой уровень собственной силы.

В гостиной храма рыцарей Чэнь Цзыдянь в какой-то момент встал. Наблюдая за Лонг Хаочен в середине поля, он не мог не показать улыбающееся выражение, «молодой человек, я действительно не ожидал, что вы даже заставите меня чувствовать зуд. Я действительно хочу увидеть эффекты, которые ваш светлый домен имел бы, если бы вы столкнулись со мной.»

Цю Юнхао проиграл? Итак, глава храма воинов и самый могущественный бог войны Цю Юнхао действительно проиграл просто так?

Этот чрезвычайно красивый молодой человек только что освободил свои собственные владения, а затем глава храма воинов был побежден. Только какой уровень силы может совершить такой подвиг

Лонг Тяньин тоже встал, испытав огромное потрясение при виде Лонг Хаочэня. Неужели это все еще домен? Поскольку он способен лишить силы любые элементальные существа, все силовые установки легких элементов были бы просто полностью бессильны внутри. Это, казалось, было уже за пределами уровня домена. Даже будучи отпрыском света, избранным Богом, он не должен обладать такой способностью контролировать свет. Это было похоже на то, что только истинная богиня света могла достичь! Но Бог должен быть нереальным существом, присутствующим одновременно во всех уголках мира.

В самом деле, если Лонг Хаочен был всего лишь избранником Бога, то у него не могло быть такого владения. Но он больше не был просто избранником Бога. Его организм слился с кровеносными сосудами отпрыска светлого потока, и он сумел развиться до нового уровня. И после более чем четырех лет затворничества он и его товарищи добились качественного прогресса. И тот из них, кто достиг наибольшего прогресса, действительно был им.

Врожденная внутренняя духовная энергия Лонг Хаочэня уже преодолела пределы, превысив сто двадцать. Он больше не обладал телосложением отпрыска света, но телосложением Бога Света. Другими словами, он уже был бы полубогом в некотором смысле в мире светлой сущности. Таким образом, только на абстрактном уровне, нынешний он существенно поднялся до того же уровня полубога, что и Бог-Демон император, и только его культивация все еще была далеко позади.

Святой Некромант Элюкс оставил ему чудо, чудо света.

Лонг Хаочэнь медленно пошел вперед, поддерживая Цю Юнхао, чтобы встать с земли. Прямо сейчас, Цю Юнхао уже чувствовал, как его собственная духовная энергия наполняется во внешнем мире, но его шок все еще был таким же настоящим.

Лонг Хаочэнь показал ему улыбку “ » если у главы храма Цю есть какой-то интерес, давайте обсудим относительно души меча, когда у нас будет время.»

Цю Юнхао показал горькую улыбку “ » так что насчет души меча? Ваш домен … он скорее должен называться доменом Бога Света. Я не знаю, как тебе это удалось, но я чувствую, что ты просто правитель света в своих владениях.»

Лонг Хаочен улыбнулся ему: «на самом деле это не так сильно, как ты себе представляешь. Хотя мои обстоятельства необычны, это владение дарует мне обоюдоострый меч. Его легкая духовная энергия потребляется в десять раз больше, чем в обычной области: поддержание ее в течение одной секунды уже истощает десять тысяч моей духовной энергии.»

Цю Юнхао не ожидал, что Лонг Хаочэнь будет столь откровенным. Кивнув ему, он ответил: «Давайте поговорим после того, как закончится это великое собрание храмов.— Сказав это, он повернулся и покинул стройплощадку.

Улыбка Лонг Хаохена была все той же, но он был слегка разочарован. Из слов Цю Юнхао можно было сделать вывод, что он не хотел, чтобы у них было больше контактов, пока не закончится это великое собрание храмов.

В мгновение ока Лонг Хаочэнь вышел из помещения и подобрал свою мантию, совершая рыцарский салют перед толпой Рыцарей Храма, прежде чем медленно вернуться к яркому мерцанию рядов надежды.

На этот раз даже Лонг Тяньин сделал то же самое, что и другие конкуренты из храма рыцарей, и отсалютовал в ответ. Даже будучи старейшиной, Лонг Тяньин был полностью покорен силой своего внука.

Эта битва между Лонг Хаочен и Цю Юнхао длилась недолго, но проницательные люди могли все сказать, что способность Лонг Хаочен полностью подавила Цю Юнхао. Будь то намерение меча или элементарный атрибут, он просто слишком сильно ограничил Цю Юнхао. Разрыв между ними обоими изначально был не так уж велик, но превосходство атрибута и владения Лонг Хаочена позволило ему легко забрать эту победу.

Глаза ли Чжэнчжи были спокойны, он откинулся на спинку стула. Закрыв оба глаза, он, казалось, спокойно размышлял.

Среди конкурентов, взгляд Тан Ван стал действительно пустым, ее тело слегка дрожало.

Прямо сейчас она не могла даже выразить свои чувства.

Он действительно уже настолько силен? У него уже есть силы победить главу храма. И культивация Цю Юнхао, конечно же, не занимала последнего места среди глав шести великих храмов. По крайней мере, лидер храма рыцарей Лонг Тяньин не обязательно одержит победу над ним, если Его Божественный трон не будет добавлен в уравнение! Но Лонг Хаочен выиграл именно так. Домен? И что же это за домен такой?

Иметь собственное владение до тридцати лет. Может ли он действительно быть посланником небес, посланным вести человечество к победе над демонами?

Даже если она была прямым учеником ли Чжэнчжи, прямо сейчас уверенность Тан Вана была явно довольно сильно поколеблена.

Эта битва, естественно, потрясла не только ее, но и слишком многих других людей, у которых были подобные мысли.

Молодой человек в возрасте до тридцати лет, который уже имел свои собственные владения и был достаточно силен, чтобы у главы храма воинов не было никаких шансов. Такого гения еще никогда не было в истории Союза храма.

Предыдущий отпрыск Сансары и обладатель Священного меча, казалось, не видел перед собой ничего особенного. Возможно, у него действительно хватит сил бросить вызов Богу демону императору в ближайшем будущем.

На мгновение взгляды некоторых нейтральных высокопоставленных лиц из Союза храма при ярком проблеске надежды начали пылать. Никто другой не поверит, что этот отряд охотников на демонов может быть здесь только для того, чтобы поднять свой собственный боевой опыт.

Соревнование продолжалось, и за остальными битвами все еще наблюдали взволнованно, хотя столкновения между доменами, такими как битва между Лонг Хаочен и Цю Юнхао, больше не появлялись. В конце концов, людей, владеющих собственным доменом, было слишком мало.

Когда девяносто пятая битва завершилась, была уже глубокая ночь, и пришло время объявить результаты.

Благоговейный голос Чэнь Цзыдяня эхом разнесся по всему стадиону: «в первый день Великого Собрания храмов завершилось более девяноста матчей. В результате в храме рыцаря осталось двадцать четыре человека. Храм мага, двадцать один год. Духовный храм, шестнадцать. Ассасин Темпл, четырнадцать лет. Яркий проблеск надежды, десятый. Храм воина, десять. Теперь, когда первые раунды закончились, общее количество очков начнет подсчитываться с этого момента и далее.»

Результаты были похожи на то, что ожидали многие люди, с единственной добавленной переменной, являющейся отделением охоты на демонов ярким проблеском надежды.

Не делайте поспешных суждений только потому, что яркий проблеск надежды находится на дне рядом с храмом воина. Их великолепие было намного больше, чем у всех пяти храмов.

Из десяти человек они одержали десять побед, достигнув показателя выигрыша в сто процентов. Какие же это были славные результаты?

На самом деле, в других храмах изначально было всего тридцать шесть человек, но даже самый мощный храм рыцарей достигал только выигрышной ставки в две трети.

Пять участвующих храмов также обратили свои взоры на отряд охотников на демонов яркий проблеск надежды с большим вниманием. Они с удивлением обнаружили, что восемь из десяти человек, составлявших этот отряд, на самом деле были генераторами энергии девятой ступени, а остальные достигли пика восьмой ступени. А в их рядах было пять молодых рыцарей: их предводитель Лонг Хаочэнь, Хань Юй, Чжан Фанфан, Ян Вэньчжао и Дуань И.

Без сомнения, эти пятеро были известными фигурами молодого поколения рыцарей Храма. Их появление вызвало разную степень изменений у людей, достаточно склонных к храму магов.

Если они вернутся, кто осмелится утверждать, что в храме рыцарей нет молодого поколения, которое поддерживало бы их жизнь? Среди этих пятерых молодых рыцарей было трое из девятой ступени и двое из восьмой ступени, причем один из них имел собственные владения и победил главу храма воинов.

Если бы их победоносные битвы были как у представителей храма рыцарей, что бы произошло с темпом победы храма рыцарей?

Без сомнения, некоторые из этих пяти наверняка станут божественными рыцарями нового поколения. А в храме рыцарей, имея Божественных рыцарей в качестве лидеров, их превосходство будет продолжаться вечно.

Большая грубость Сима Сианя шокировала многих людей, но самым шокирующим была долгая победа Хаочэня над Цю Юнхао.

Яркий проблеск надежды и длинное имя Хаочэна были глубоко выгравированы в центре каждого высшего звена Союза храма. Даже очень слабые массы могли сказать о силе Лонга Хаочена, поскольку, в конце концов, он победил главу храма воинов.

Глубокая ночь. За пределами большого стадиона альянса многие зрители спали прямо на земле, потому что они хотели сохранить свои хорошие места на следующий день и даже принесли с собой пайки и воду.

Этот первый день Великого Собрания храмов уже принес им бесчисленные великие сюрпризы. Этот был действительно гораздо более блестящим, чем предыдущие, особенно для появления этих молодых электростанций, которые подняли молодежь из Святого Города в большое волнение. Это имя яркого проблеска надежды широко распространилось по всему городу, и на весь Альянс, этот святой город был в его центре.

Медленно отходя от большого собрания храмов, Лонг Хаочен и его товарищи вышли, направляясь к штаб-квартире Союза храма.

После этого соревновательного дня они уже не могли больше оставаться в отелях, как в прошлом, иначе они, возможно, не будут в покое. Вместо этого место их упокоения превратилось в храм рыцарей.

Лонг Тяньин отошел от стадиона с широкой улыбкой на лице, не дожидаясь остальных Рыцарей золотого основания, к нему торопливо подошло много людей.

Самым быстрым из тех, кто спешил сюда, был Ли Синь.

Прежде чем она успела приблизиться, дорогу ей преградил рыцарь Золотого основания, но поскольку он был рыцарем Мифрилового основания, все Рыцари Золотого основания узнали ее. Кроме того, Ли Синь был одним из кандидатов на участие в большом собрании храмов.

Прежде чем Ли Синь даже открыла дверь, Лонг Тяньин кивнул ей: «следуйте за мной.»

«Мы тоже идем туда.» Раздались два ясных голоса, Фэн Лин и Е Вэйян! Хотя е Вэйян сделала все возможное, чтобы остановить ее, в конце концов, этого было недостаточно, чтобы убедить Фэн Лина. Матч закончился, команда Лонг Хаочена уже ушла, и поскольку у них было четыре рыцаря в команде, сторона храма рыцарей, естественно, была наиболее вероятным местом для них, чтобы остаться.

Лонг Тяньин улыбнулся им: «это вы двое. Тогда пойдем.»

Сразу после этих слов он бессознательно поднял голову и увидел, как огромные огненно-красные духовные крылья исчезли, когда прямо перед ним приземлилась фигура, вспомогательный глава храма магов Линь Чэнь.

— Брат Лонг.— Линь Чэнь выполнил магический салют Лонг Тяньиню.

Можно было услышать мягкий смех Лонг Тяньин “ » и что? Брат Лин тоже хочет вернуться со мной?»

Линь Чэнь пристально посмотрел на него и был полон возбуждения, но все же покачал головой и сказал: «Скажи этому ублюдку, чтобы он зашел ко мне немного позже.»

Лонг Тяньин усмехнулся в ответ: «Хорошо. Эти маленькие ребята действительно отсутствовали слишком долго. Я не ожидал увидеть сегодня такие удивительные сцены.»

Линь Чэнь наморщил брови, втайне думая: «Так ты не знал об их возвращении? И все же вы были очень спокойны и собранны, когда появился ваш внук. Чтобы держать меня в неведении вот так, Хмпф, давай исправим этого ублюдка чуть позже.

Конечно же, храм магов и Храм рыцарей были в соперничестве, поэтому он не мог оставаться здесь слишком долго, — Большое Спасибо, брат Лонг. Сказав это, он добродушно улыбнулся Ли Синь, «Синь, тебе не нужно давать мне никакого лица, просто исправь его яростно.— Сказав это, он еще раз отсалютовал Лонг Тянью, прежде чем повернуться и уйти.

Ли Синь, Фэн Лин и Е Вэйян последовали за Лон Тяньинем в штаб-квартиру Альянса.

Лонг Тяньин разогнал Рыцарей золотого основания, а затем сказал всем троим: «следуйте за мной, вы трое.»

Они услышали теплый голос, резонирующий сразу же после того, как они вошли в район Храма рыцарей штаб-квартиры Альянса.

— Сестренка!— Бесшумный длинный Хаочэнь стоял там, как будто ожидал их прибытия, а Линь Синь и Сима Сиань стояли позади него.

— Хаочен!»Услышав, как Лонг Хаочэнь зовет сестру’, Ли Синь не смогла сдержать своих чувств и быстро подошла и крепко обняла его.

Лонг Хаочэнь до сих пор считал Ли Синь своей родной старшей сестрой. Когда брат и сестра обнялись, Ли Синь вдруг очень громко вскрикнула.

Позади нее фэн Лин и Е Вэйян не могли не покраснеть от этого воссоединения.

Увидев Фэн Лина, Сима Сиань сразу же выглядела озадаченной, слегка дрожа, несмотря на то, насколько крепким он был. Но он сделал неожиданное движение, даже не сказав ни слова, а выжидательно поджав губы.

Фэн Лин прикусила свои губы, ошеломленно глядя на него, когда слова были выдавлены в небольшом пространстве между ее зубами: «Си… Ма… Сиань…»

«Настоящий. Сима Сиань немедленно выпрямилась, прежде чем быстро сделать большие шаги в сторону Фэн Лин.

— Эй ты, стой там!— Внезапно закричала фэн Лин, поднимая руку и указывая на Сима Сиань, еще сильнее дрожа.

Затем Сима Сиань остановил свое продвижение и мягко сказал: «Лин, я тоже хочу обнять тебя. — А мы можем?»

— Ах ты сволочь!— Снова крикнул фэн Лин.

Сима Сянь почесал голову с болезненным выражением на лице: «я… я ублюдок, это все моя вина. Я ошибаюсь!»

Взгляд фэн Лин внезапно стал холодным, глядя на Сима Сянь в трех метрах от него, чтобы холодно объявить: «Сима Сянь, я пришел сегодня, чтобы сказать вам, что между нами все кончено. У меня уже есть другой мужчина, так что даже если ты осмелишься вернуться, никогда не тревожь меня в будущем. Пусть все прояснится, я больше не хочу с тобой связываться.»

Сказав все это, она потянула е Вэйян за руку и ушла.

Но в мгновение ока по ее лицу потекли слезы. Проведя столько лет в разлуке, она видела бесчисленные кошмары, особенно после того, как Алые Драконьи доспехи были разбиты вдребезги. Она уже потеряла счет тому, сколько раз из глаз ее текли слезы. Ожидание в муках всегда было пыткой, вызывая у нее слишком много обид!

До приезда сюда она только радовалась и радовалась возвращению к нему, но когда они действительно встретились, обида, переполнявшая его, наконец, стала неконтролируемой и заставила ее вот так взорваться.

Сима Сиань была озадачена, когда смотрела на быстро удаляющегося Фэн Лина, полностью потерявшись на мгновение.

Линь Синь пнул его сзади в задницу, » идиот, все еще не сразу преследуя ее

«Чего это ты так глупо стоишь? Ты действительно хочешь, чтобы она ушла?!»

— Ну да, конечно. Хороший удар!»Сима Сиань немедленно вернулся к своим чувствам, его фигура вспыхнула и погналась за Фэн Лин и Е Вэйян.

Он уже был силовой установкой девятой ступени, что делало его достаточно быстрым, чтобы догнать Фэн Лин всего за три шага. Схватив ее за плечо, он тупо заявил: «Я тебя не отпущу.»

Фэн Лин повернула голову и свирепо посмотрела на него: «я только что сказала, что разрываю наши отношения! Ты же не будешь заставлять девушку подчиняться тебе, правда?»

Глядя на ее ярко-красное, плачущее лицо, Сима Сиань почувствовал, как острая боль подступила к нему, и вдруг заключил ее в свои крепкие объятия.

— Даже если мне придется тебя отпустить. Мне все равно, есть ли у тебя другой мужчина. Если у тебя есть другой мужчина, я просто убью его и заберу тебя обратно. Если у тебя будет ребенок, то он уже мой, я просто убью отца и воспитаю его как своего собственного ребенка.»

«Ты… что ты такое говоришь… — Фэн Лин стиснула зубы и не знала, смеяться ей или плакать, яростно царапая свою кожу. И все же она продолжала крепко обнимать Симу Сиань и не выпускала ее из объятий, что бы она ни говорила.

Увидев тираническое заявление Симы Сиань, находившийся рядом е Вэйян почувствовал, как ее плоть исказилась, едва не рассмеявшись.

Что это за логика, если она уже замужем, просто убейте этого человека и схватите ребенка, чтобы вырастить его как своего собственного, Что это была за долбаная логика? Она боялась, что только эта Сима Сиань могла сказать такое!

Но излишне говорить, что Фэн Лин был действительно серьезен. Она действительно была склонна к бесстрашному мужчине, такому как Сима Сиань, лежащему в своей широкой эмбре и окруженному его руками. Ее реакция постепенно ослабевала, пока не закончилась так же, как и Ли Синь, громко плача в объятиях Сима Сянь, которая была сбита с толку, но поскольку он не осмеливался отпустить ее, он мог только утешить ее неуклюжим языком.

С другой стороны, Линь Синь уже придвинулся ближе к Лонг Хаочэню, похлопав его по плечу и сказав: «Эй, босс, это моя жена, разве я не должен обнимать ее?»

Услышав его, Ли Синь внезапно подняла голову над объятиями длинного Хаочэня и яростно закричала: «кто твоя жена? Разве ты не знаешь о возвращении домой? За эти годы вы даже не прислали ни одной новости. Я уже давно принимаю тебя за мертвого.»

По сравнению с сильным внешним, но мягким внутренним характером Фэн линя, Ли Синь была совершенно противоположной. Хотя возвращение Линь Синя было шокирующим сюрпризом и волнением в ее глазах, убедить ее простить его будет нелегко.

Лонг Хаочэнь сообщил Ли Синю мягким голосом: «сестренка, не вини Линь Синя. На самом деле это из-за меня, из-за моего ошибочного решения, которое едва не уничтожило нас в руках демонов. После этого нам необычайно повезло, и мы погрузились в состояние глубокой медитации. После пробуждения прошло уже четыре года. Так что дело не в том, что линь Синь не хотел с вами связываться, но у нас действительно не было таких возможностей.»

Ли Синь вздрогнул, выглядя намного мягче, но все еще игнорировал Линь Синь и спросил Лонг Хаочэнь: «что же случилось?»

Лонг Тяньин, «вы не можете планировать поговорить здесь? Просто заходи.»

Как только он сказал это, Божественный рыцарь вошел внутрь, ведя группу в конференц-зал в храме рыцарей.

Остальные от яркого проблеска надежды уже ждали внутри, и все сняли свои плащи.

Прямо сейчас у Симы Сиань был действительно странный вид. Все еще обнимая Фенг Лин, но все же намного выше ее, он поднял ее над землей на всем протяжении их прогулки по пути туда.

Войдя в конференц-зал, все не могли удержаться, чтобы не показать хихикающие лица.

Фэн Лин смутился “ » чего ты ждешь, чтобы отпустить меня?»

Сима Сянь решительно ответила: «Я тебя не отпущу. Разве это не просто насмешки других? А что если ты убежишь после того, как я отпущу тебя? У меня больше не будет жены.»

Сказав это, этот парень взял стул и сел на него, положив Фэн Лин себе на колени, но не отпуская ее, что бы она ни сказала. Учитывая его культивацию, Фэн Лин не могла бороться, как бы она ни старалась.

Мало кто мог себе представить, что Фэн Лин на самом деле действительно любил этот дикий тип больше всего. Хотя и смущенная, она не сопротивлялась и уткнулась головой в его толстое плечо, не смея поднять ее.

Лонг Хаочэнь пригласил Лонг Тяньин сесть на главное сиденье, а затем сел прямо напротив Лонг Тяньин. «сестренка, Мисс Вэйян и Мисс Лин ‘ Эр, от имени команды охотников на демонов яркий проблеск надежды, я хотел бы извиниться за то, что мы пропали без вести. Как я уже сказал, Я сам во всем виноват.»

Прямо сейчас, Фэн Лин и Ли Синь были чрезвычайно взволнованы эмоционально, так что только Е Вэйян был довольно стабилен в эмоциональном аспекте, глядя на Лонг Хаочэнь: «капитан Лонг, мне было бы очень любопытно послушать о встречах, которые вы закончили на территории демонов, поскольку вы не вернулись в течение такого долгого времени, и более того, даже не прислали ни малейших новостей.»

Глядя на лежащую рядом с ним Цай’Эр, длинный Хаочэнь бессознательно схватил ее маленькую руку из-под стола. Даже если с тех пор прошло уже много времени, сейчас он все еще чувствовал глубокий затаенный страх, не страх смерти, а страх потерять Цай’Ер! В то время он был просто немного близок к тому, чтобы потерять Цай’Эр навсегда.

” Мы попали в ловушку Бога-демона императора… » так Лонг Хаочэнь начал говорить о том, как они спасли Ян Вэньчжао от Бога-демона реки Дракона Асмодея, и как он узнал о плане демона-Бога Императора окружить их, а также о том, как ловушка Бога-демона императора шла шаг за шагом и в деталях.

В тот момент, когда он упомянул, что его собственное сердце было пронзено нападением демона Бога Императора, Ли Синь и Е Вэйян не могли не закричать в тревоге. Даже Фэн Лин подняла голову в шоке от объятий Сима Сиань.

Они были удивительно пойманы Богом демонов императором, Богом лунного демона и Богом звездного демона вообще. Хотя описание Лонга Хаочена было довольно строгим, три девушки уже много раз сталкивались с демонами, они, естественно, могли представить себе, что это была за ситуация, когда она была окружена тремя величайшими демоническими электростанциями в центре города моду.

«Хотя я не знаю, почему Бог-Демон Император пожелал сохранить моих товарищей ценой моей жизни, я знал в то время, что моя смерть уже была решена. Бог-Демон император сдержал свое обещание, позволив моим товарищам уйти из моду, неся мой труп. В те годы мы обнаружили некоторые остатки с большим наследием от древних времен глубоко внутри. Если бы мы могли получить это наследство, то появилась бы надежда на мое воскрешение, поэтому каждый человек сталкивался с бесчисленными опасностями ради моего воскрешения. Испытав бесчисленные предсмертные переживания, они, наконец, получили это наследство, позволившее часто восстанавливать мое сердце, и именно поэтому я сейчас стою перед вами.»

— Эта сила с древних времен оставила огромную мощь, которую мы все вместе собирались поглотить, пока тренировались в этих остатках. Но никто и представить себе не мог, что это уединение на самом деле будет глубокой медитацией более четырех лет. Наше пробуждение было делом полугодовой давности.»

«За эти четыре года глубоких медитаций мы получили очень много, и на самом деле, мы действительно не знали, сколько времени прошло с тех пор, фактически полагая, что это всего лишь несколько дней. Каждый достиг огромного качественного прогресса в глубокой медитации и сделал много успехов в понимании. Никогда еще мы не сталкивались с таким кризисом в этой жизни, поэтому в последующее время мы продолжали тренироваться и повышать свое понимание и развитие все время. Именно поэтому нам удалось добиться таких результатов на сегодняшнем Великом храмовом собрании.»

«Когда мы только что вернулись, Линь Синь и Сима хотели немедленно найти тебя, но я был тем, кто остановил их. Вы также должны знать, что это великое собрание храмов является особенным и, возможно, станет поворотным пунктом для Альянса. Есть некоторые вещи, которые мы хотим от этого собрания в надежде сделать альянс еще более мощным в будущем. Поэтому, прежде чем все началось, я заставил их терпеливо терпеть. Это моя вина, поэтому я надеюсь, что ты сможешь простить их. Кроме того, я хочу поблагодарить вас от имени нашей команды по охоте на демонов, яркий проблеск надежды, за то, что вы их ждали. Несомненно, это величайшее блаженство в их жизни-иметь таких любовников, как вы.»

Сказав Это, Лонг Хаочен снова встал и почтительно поклонился трем девушкам.

Хотя история Лонга Хаочэня не считалась чем-то особенным, но три девушки чувствовали себя очень измученными, просто слушая, находя ее довольно захватывающей. Они действительно были очень близки к тому, чтобы не вернуться!

К этому времени, учитывая деликатный характер Фэн Лин ‘ Эр, она уже не испытывала больше ярости, наполняющей ее. Держа Симу Сиань за руку, она смотрела на него очень теплым взглядом, только думая: «самое главное, что ты вернулся.

Лицо ли Синя тоже было очень спокойным, и Лин Синь немедленно попыталась воспользоваться этим и села рядом с ней.

Е Вэйян встал и кивнул Лонг Хаочэню “ » я чувствую себя очень счастливым, что мне удалось услышать опыт капитана Лонга и других, которые прошли через это; вы-герои для Альянса! Похоже, что Линг не хочет следовать за мной, и у вас должно быть больше вопросов для обсуждения, так что я ухожу первым, до свидания.»

Лонг Хаочэнь внезапно подумал и сказал Хань Юю: «пожалуйста, проводите Мисс Вэйян.»

«Утвердительный ответ.— Хань Юй согласился и пригласил е Вэйян к выходу, показывая ей дорогу.

Лонг Хаочэнь спросил Фэн Лин: «Мисс Лин, не могли бы вы ответить мне на один вопрос?»

Фэн Лин Эр кивнул. Прямо сейчас Сима Сиань увидела, что она больше не может убежать, поэтому он посадил ее на соседнее сиденье. Тем не менее, его рука была притянута к ее талии, хотя этот лысый священник больше не был таким агрессивным, как раньше, и только счастливая ухмылка осталась на его лице.

Лонг Хаочэнь спросил: «может быть, у госпожи Вэйян уже есть любовник?»

Фэн Лин был поражен: «в чем дело? Разве она уже не у тебя?— Она указала на Каи’Ер.

Цай’Эр рассмеялся в ответ: «он спрашивает не ради себя самого, а ради Хань Юя, который только что отослал сюда Мисс Вэйян.»

Кстати говоря, единственным человеком, оставшимся в отряде охотников на демонов с ярким проблеском надежды, был Хань Ю. Даже Дуань и, который был временно добавлен в их команду, имел детскую любовь в качестве своей жены. До того, как они пропали без вести, Дуань и уже был женат на ней. Только его жена была всего лишь простолюдинкой, а не практиком.

На этот раз Дуань и специально отправился навестить свою жену и сообщить о своем благополучии, прежде чем они вернутся в священный город.

Как капитан, Лонг Хаохен, конечно же, был озабочен важными вопросами членов клуба. У Хань Юя был устойчивый характер, будь то поведение и внешний вид или способности, все из которых были первоклассными. Однако, будучи охотником на демонов, он никогда не имел возможности обнаружить эти чувства. Теперь, когда они достигли девятой ступени развития, их способности к самосохранению на поле боя были значительно усилены, так что долго Хаочен, естественно, был озабочен поиском близкой подруги для него.

Группа уже несколько раз вступала в контакт с Е Вэйянем. Эта девушка была не только красивой, но и очень способной. Великий аукционный дом альянса аккуратно управлялся в ее руках, в то время как у Фэн Лина было только несколько важных решений, чтобы справиться. Что еще более важно, е Вэйян был преемником Святого владельца меча е Ушана. Все это, естественно, было бы очень хорошо, если бы они могли выступать в качестве свахи для Хань Ю.

Услышав эти слова Цай’эра, глаза Фэн Лин ‘эра немедленно загорелись:» большая сестрица Вэйян обладает очень большим предвидением и оставалась незамужней так долго. Я просто не знаю, сможет ли этот рыцарь из ваших рядов тронуть ее сердце.»

Лонг Хаочен улыбнулся ей: «тогда, пожалуйста, помогите нам потянуть за ниточки. Я вижу, что вы с госпожой Вэйян очень близки. Если она также может стать одним из членов семьи для нашего яркого проблеска надежды, разве вы двое не станете еще более близкими родственниками? Позвольте мне дать вам небольшую утечку; после того, как это великое собрание храмов закончится, мы безмерно продолжим движение к священной горе рыцарей, где, учитывая силу Хань Юя, он, возможно, сможет получить одобрение Божественного трона. Я думаю, что Божественный рыцарь должен быть хорошей партией для Мисс Вэйян, верно?»

Глаза фэн Лина вспыхнули в понимании, » это, безусловно, хорошая партия! Но капитан Лонг, вы, возможно, планируете вторгнуться в Великий аукционный дом нашего альянса! Или у вас есть какие-то другие цели?»

Лонг Хаочен ответил со слабой улыбкой: «Я позволю Симе объяснить тебе все тайно. Конечно, мы надеемся получить поддержку великого аукционного дома Вашего Альянса, но я считаю, что это принесет только пользу в будущем аукционному дому.»

Хотя Лонг Тяньин сидел на главном сиденье, он не произнес ни слова от начала до конца, только смотрел на своего внука. Вернувшись спустя более чем четыре года, Лонг Хаочен не только выглядел более спокойным и сдержанным, чем в прошлом, но и приобрел неописуемо большое присутствие. Глядя на его теплоту, он излучал чувство, что был прав, когда обсуждал это. Это была действительно какая-то необыкновенная черта, королевская осанка.

Когда снова наступил рассвет, второй день Великого Собрания храмов раздвинул свои занавеси.

Выбывшие в предыдущие дни конкурсанты были все отправлены в зрительскую комнату. В зоне соревнований остались только те конкурсанты, которые прошли во второй тур. Ради упрощения их входа на место проведения, группа яркого проблеска надежды сидела прямо через пространство, выделенное для храма Рыцаря, но это действие также вызвало выражение головы магического храма ли Чжэнчжи, чтобы выглядеть очень неприглядно.

Сегодня в общей сложности собралось девяносто пять человек, собравшихся для случайных индивидуальных сражений. В конце концов, удача всегда будет частью нашей силы. После этого раунда розыгрыша сорок восемь участников должны были пройти через третью стадию, в результате чего конкурс нокаутов продолжался до тех пор, пока не будет установлена первая тройка.

Тройке лучших будет предложено два варианта: либо закончить нормально и просто сохранить все свои предыдущие суммарные очки, либо продолжать проходить сражения, где окончательные победители получат вознаграждение с дополнительными десятью суммарными очками. Из общего числа трех сражений, если кому-то удастся выиграть против двух других и в конечном итоге номер один, этот получит дополнительные двадцать очков.

Конкурс возобновился, и первое появление света отбора сразу же подобрало члену яркий проблеск надежды.

Сегодня они все сняли свои плащи, и тот, кого выбрал свет отбора, был на самом деле Кай’Ер.

Другой, который должен был быть выбран совершенно случайно из соседнего храма ассасинов, старший вождь храма ассасинов, владелец домена двенадцати пространств, Сюэ Чжишэн.

Лицо цай’Эр абсолютной красоты сразу же стало странным. Некоторое время назад она только что выиграла битву против этого Сюэ Чжишэна, и хотя она не достигла окончательной победы, ее способность владения процветать цветок лотоса заставила Сюэ Чжишэна уступить. Кто бы мог подумать, что ей снова придется столкнуться с этим старшим главой ее храма.

В мгновение ока она вошла на стадион, но не дав Цай’эру времени подготовиться к своим действиям, Сюэ Чжишэн с другой стороны даже не вошел на стадион, его старческий голос сразу же разнесся по всему стадиону.

«Я согласен.»

Эти слова вызвали бурю возмущения среди всех зрителей.

Сюэ Чжишэн был ветераном храма ассасинов, нынешним экспертом номер один в их храме. Хотя его старшинство не было на ужасающем уровне легендарного Чэнь Цзидянь, он был даже на поколение выше, чем глава храма Шен Юэ. Что же такое случилось с ним, что он съежился, даже не сопротивляясь?

Ли Чжэнчжи, наконец, не выдержал: «главный судья, это великое собрание храмов, а не детская игра. Вспомогательный глава храма Саньшуй только вчера уступил, и сегодня это Сюэ Чжишэн из храма Ассасина, все из которых являются пиковыми электростанциями своего собственного храма. В чем смысл Великого Собрания наших храмов, если подобные ситуации продолжают происходить и в остальной части соревнований?»

В гостиной храма рыцарей раздался голос Чэнь Цзыдяня: «пожалуйста, объясните свои причины, вспомогательные руководители. Саньшуй, старейшина Сюэ, мне нужна причина для вашего выбора тщеславия.»

Саньшуй Попо, обладая бесстрашным характером, холодно фыркнул и заявил Ли Чжэнчжи: «глава храма ли, ты слишком назойлив. У меня была только одна причина для уступки, и это то, что я не могу противостоять Чэнь Инь. Она мой внук, так что у нас уже были матчи раньше. Вот и все.»

Сюэ Чжишэн безразлично заявил: «моя ситуация такая же, как и у Саньшуя. Не так давно я спарился с Мисс Кайер и проиграл. Поскольку я не хочу быть обесчещенным еще раз, я решил уступить. Главный арбитр, сойдет ли такая причина?»

Для электростанций нашего времени лицо часто даже важнее, чем их жизнь. Когда Саньшуй Попо и Сюэ Чжишэн объявили, что они не ровня Чэнь Инь’Ер и Цай’Ер, это немедленно вызвало новый взрыв возмущения. И без того высоко ценимый отряд охотников на демонов яркий проблеск надежды вновь поднялся ветрами и волнами. Саньшуй Попо-это одно, поскольку, в конце концов, она только недавно преодолела девятую ступень, но Сюэ Чжишэн был энергетическим центром номер один в храме ассасинов, обладателем домена двенадцати пространств! Для него, чтобы заявить, что он не подходит для члена этого отряда охоты на демонов, сразу же поставил свою позицию на беспрецедентный уровень.

Лицо ли Чжэнчжи выглядело лихорадочным, но он не мог ничего хорошего ответить на это, его невысказанная обида все еще не была разрешена.

Чэнь Цзыдянь заявил: «Раз уж так обстоят дела, пусть конкуренция идет своим чередом. Если в ходе последующих сражений будут допущены какие-то другие уступки, вы должны немедленно назвать их причины, иначе некоторые очки будут вычтены из общей суммы вашего собственного храма.»

Поразительно, но свет отбора вновь зажег в члене яркий проблеск надежды, оказавшись на этот раз Ван Юаньюанем.

Другая сторона, выбранная светом, была Тан Ван, которая едва выиграла вчера.

В конце концов, Тан Ван была очень молода, так что ее культивация определенно была среди последних конкурентов из храма магов. Накануне она с трудом одолела своего соперника, пробившись во второй раунд, полагаясь на некую экстраординарную магию, которой обучил ее ли Чжэнчжи.

Ван Юаньюань была одета в белое одеяние, ее короткие волосы расцветали с героическим духом. Ее стройная фигура и огромная красота были сразу же замечены, как только она вошла на стадион. Если приглядеться внимательнее, то можно было заметить, что глаза Ван Юаньюаня явно отличались от прежних, а зрачки теперь были фиолетового цвета.

Глядя на явно еще более молодого Ван Юаньюаня, Тан Ван имел упрямый взгляд. Как все они могут обладать такими превосходящими способностями для своего возраста? Я должен победить ее любой ценой.

Одетая в зеленое платье, духовные крылья Тан Ван немедленно расправились и захлопали вверх, поднимаясь прямо в воздух, она сделала поворот в воздухе, заставляя бесчисленные крошечные лезвия ветра высвободиться.

Ее пронзительное заклинание прозвучало как проливной шторм, вызвав зеленый свет на половине стадиона.

Фантастические изменения начали происходить на крошечных зеленых лезвиях света, вращающихся вокруг тела Тан Вана, и становились все быстрее и быстрее, с еще большим количеством зеленого света, исходящего со скоростью молнии от тела Тан Вана.

Ван Юаньюань тоже двигалась; она не выпускала своих духовных крыльев, но большими шагами шла за Тан Ванем. Ее розовые глаза постепенно углублялись, чтобы внезапно превратиться в темно-красный цвет, испуская странное и гнетущее зрелище. Казалось, из ее глаз часто вырываются брызги крови.

Большой стадион альянса был настолько широк, что Ван Юаньюань понадобилось бы по крайней мере полминуты, чтобы добраться до диапазона Тан Вана. Но она ни в малейшей степени не торопилась, казалось, позволяя Тан Вану показать все лучшее из своей магии.

Со стороны храма магов взгляд ли Чжэнчжи стал еще более неприглядным. Хотя Ван Юаньюань еще не сделал ни одного шага, по ее выступлению в битве предыдущего дня ли Чжэнчжи знал, что она была мощным орудием девятой ступени.

Предыдущим противником Ван Юаньюаня был рыцарь, и обе стороны скрестили руки всего за две минуты до того, как этот рыцарь был побежден мощными пространственными силами Ван Юаньюаня. И, в то время, Ван Юаньюань сразу же начал атаку с самого начала, совершенно не похожую на сегодняшнюю. Ее теперешние действия были явно направлены на то, чтобы устроить шоу для магического храма.

А что, если вы достигнете девятой ступени? Моя лично созданная магия-это то, что даже кто-то на девятом шаге может не обязательно победить, когда запущен на полную мощность.

Взгляд ли Чжэнчжи блеснул, бессознательно глядя на длинного Хаочэня, сидящего в центре площади храма рыцарей.

Лонг Хаочен был явно очень спокоен, сидя прямо, но отпуская Очень теплые манеры, как и любой другой более нормальный молодой человек. Но Ли Чжэнчжи глубоко чувствовал, что такой молодой человек в огромной степени влияет на его планы.

Пение Тан Вана становилось все более и более высоким. Эти модели пения были довольно редки, потому что во время магического заклинания не допускалось никаких ошибок в тоне, что ограничивало скорость пения. Так что быстрое пение, подобное ее собственному, вполне могло привести к провалу в магии. Ее теперешняя Песнь также казалась совершенно отличной от обычных заклинаний.

Это заклинание было лично создано ли Чжэнчжи. Будучи самым выдающимся гением храма магов за тысячу лет, ли Чжэнчжи объединил некоторые древние заклинания с личным пониманием, чтобы создать необычное магическое заклинание. В те далекие дни причина, по которой он взял Тан Ван в качестве ученика, заключалась в том, что Тан Ван мог понять это заклинание.

Эти маленькие ветровые лезвия, окружающие Тан Ван, сразу же стали зелеными, полностью скрывая ее тело и делая его неясным. Ветровые лопасти перестали увеличиваться после достижения определенного числа, но становились все более и более ярко окрашенными.

Можно было смутно видеть зеленую электрическую спираль вокруг этих ветровых лезвий, когда заклинание Тан Вана ускорилось до своего пика.

— Ха … — прямо тогда, когда Ван Юаньюань был в пятидесяти метрах от Тань Ваня, она издала вибрирующий вопль, и немедленно эти зеленые ветровые лопасти, окружающие ее в жужжащих звуках, немедленно превратились в водоворот диаметром в три метра и длиной в пять метров, устремляясь прямо к месту нахождения Ван Юаньюаня.

Всем было ясно, что это отнюдь не обычные водовороты. Каждая из маленьких ветряных лопастей, образующих их, была наполнена мощью духовного нагорья! После произнесения этого заклинания, Тан Вань упала с неба, выглядя бледной, и, ее тело распухло, почти упало на землю. Из этого можно было видеть, что эта предыдущая магия только что истощила почти всю ее духовную энергию.

Тан Ван даже не ожидала, что она действительно сможет завершить это заклинание. Самая большая особенность этого заклинания состояла в том, чтобы сочетать атаку и защиту: если враг будет атаковать в середине ее заклинания, первый из клинков ветра будет защищать ее автоматически, атакуя врагов, в то время как ее заклинание будет продолжаться до тех пор, пока враг не пройдет через магию.

Это заклинание уже достигло уровня запрещенного заклинания. Для Тан Вана фактически управлять использованием такого элементаля ветра запрещенное заклинание без усиления любого прикрепленного оборудования было более чем достаточно гордым. Ли Чжэнчжи дал этой магии действительно властное название, назвав ее темно-зеленой весной Гадеса; она была полна разрушительной силы как против одной, так и против нескольких целей.

Из заклинания Тан Вана вышла свирепость ли Чжэнчжи. Маги того же уровня вряд ли смогли бы использовать такую ужасающую магию.

Глядя на темно-зеленую весну Гадеса, Ван Юаньюань остановила ее продвижение, сделав непонятное движение, подняв правую руку и поставив указательный палец, средний палец и безымянный палец в контакт с промежутком между бровями, когда она закрыла оба глаза.

Запретное заклинание зеленый Гадес’ весна вот-вот прибудет перед Ван Юаньюань произвела массивное притяжение, и потянув Ван Юаньюань в его направлении.

Ван Юаньюань, казалось, даже не видела этого запрещенного заклинания, все еще стоя неподвижно, с тремя пальцами в одном положении.

Взгляд Тан Ван изменился, потому что она ясно понимала силу этого запрещенного заклинания. Что еще более важно, его можно было только освободить, а не вернуть, так как ее культивация была далека от достижения такого контроля. В случае, если ван Юаньюань действительно умрет перед ее запретным заклинанием, это не только навлечет на нее непоправимую вражду между храмом магов и ярким проблеском надежды, но и сделает ее преступницей. В конце концов, храм магов и яркий проблеск надежды были не более чем конкурентами, поскольку у каждого в роду демонов был общий враг. У нее также не было никаких мыслей об убийстве кого-то из-за яркого проблеска надежды, но поскольку их демонстрация силы была слишком властной, она должна была освободить свою величайшую магию прямо с самого начала.

Но теперь, когда темно-зеленый колодец Гадеса уже поглотил Ван Юаньюаня, было уже слишком поздно передумывать.

Внезапно интенсивный кроваво-красный туман внезапно оторвался от Ван Юаньюаня как его центр и рассеялся, мгновенно охватывая ее тело и распространяясь наружу с пугающей скоростью, сталкиваясь с темно-зеленой весной Гадеса.

Темно-зеленая весна Гадеса была окрашена в темно-зеленый цвет, а этот кроваво-красный яркий туман был окрашен в алый цвет, образуя две противоположные силы.

Произошла шокирующая сцена: кровавый красный туман отодвинул его назад, но это все еще была опасная ситуация. Интенсивный кровавый крик мгновенно наполнил воздух, когда красный свет насильственно окутал темно-зеленую весну Гадеса. Ужасный смертоносный дух вырвался наружу и наполнил воздух, когда внезапно вспыхнуло красное зарево. Это темно-красное сияние было полностью погребено в середине волн крови, и можно было только видеть, как кровавый туман вырвался и расширился, заполняя весь стадион цветом крови всего за короткое время.

Лицо ли Чжэнчжи застыло. Домен-это была явная сила домена. Итак, сколько еще других, кроме Лонг Хаочен, на самом деле владели доменами в этом ярком проблеске надежды? Если то, что Сюэ Чжишэн говорил раньше, было правдой, то эта святая дочь Сансары тоже должна была владеть владениями. Это уже составляло в общей сложности три домена.

Даже у храма было только три владельца домена каждый, не больше. Чтобы отряд охотников на демонов Брайт обладал такой силой, они уже приближались к легендарному отряду охотников на демонов, как убийцы Бога демонов. А ведь они были еще так молоды.

Да, это кроваво-красное пространство было владением Ван Юаньюаня, которое она назвала кровавым доменом.

С точки зрения врожденного таланта, Ван Юаньюань была, безусловно, наименее ярким проблеском надежды в отряде охотников на демонов, но ее сила воли и решимость соответствовали даже Лонг Хаочен и Цайэр, а в некоторых областях она была еще более настойчивой.

Именно из-за отсутствия у нее врожденного таланта подражать своим товарищам, Ван Юаньюань вложил еще больше усилий. Она была той, кто вложил себя большую часть команды в два года священной войны, а также тот, кто убил больше всего. Она пробивалась сквозь эту дорогу резни, чтобы найти свой собственный стиль.

В башне вечности, когда ее семь пространственных кристаллов вызвали истинную мощь Божественного душевного щита, пульсация ее кровеносных сосудов вызвала эту ауру кровожадной резни, которая интегрировала ее тело, закрепляя основу ее понимания царства крови.

После четырех лет глубокой медитации Ван Юаньюань обрел глубокие основы, не только преодолев девятый шаг, но и став четвертым владельцем домена группы после долгих достижений Хаочэнь, Цайэр и Чэнь Иньэр, превзойдя достижения Сима Сианя, Лин Синя, Хань Юя и Чжан Фанфана, чтобы стать четвертым сильнейшим электростанцией команды.

Перед Тан Ванем она вообще не нуждалась в силе своих владений, но Лонг Хаочэнь сказал своей команде перед соревнованием, что это великое собрание храмов было временем, чтобы показать свою силу. Таким образом, они абсолютно должны были показать всем высшим чинам Союза храма свою мощь, чтобы их планы могли продолжать осуществляться. Поэтому Ван Юаньюань решил показать использование своего домена сразу после того, как увидел, что противник был кем-то из храма магов.

Темно-зеленая адская весна была, безусловно, мощной, но если ли Чжэнчжи использовал ее в сочетании со своими владениями, Ван Юаньюань, конечно же, не смог бы блокировать ее простым использованием своих владений, но, в конце концов, Тан Ван достигла только восьмой ступени, поэтому ее контроль над запрещенным заклинанием был действительно недостаточным. В конце концов он исчез, погрузившись в самую гущу этой кроваво-кровавой бойни, превратившись в ничто.

Когда кровавый свет исчез, Ван Юаньюань даже не взглянул на Тан Ваня и повернулся, чтобы уйти с поля. Ее домен вышел, исход уже был зафиксирован.

Великое собрание храмов снова погрузилось в тишину с ярким проблеском надежды. Все присутствующие были свидетелями того, что сила всех их членов действительно соответствовала силе титулованного отряда по охоте на демонов.

Второй раунд продолжался без половины с более низкой культивацией. В этом втором раунде более трех четвертей участников были энергетиками девятой ступени.

Но даже так, в то время как второй раунд закончился, яркий проблеск надежды достиг гордого результата девяти побед, и только Дуань и проиграл в руках Шен Юэ.

После того, как второй раунд завершился, некоторые изменения произошли в пропорциях; доминирование храма рыцаря было глобально немного слабее.

К третьему раунду в храме рыцарей осталось всего одиннадцать человек, причем тринадцать из них были исключены. У храма магов было десять, у яркого проблеска надежды-девять, у духовного храма-семь, у храма ассасинов-шесть, а у храма воинов осталось только пять.

Изменения произошли и в отношении накопления баллов. После того, как победители второго раунда набрали два очка, суммированных с общим количеством очков в первом раунде, храм рыцаря все еще был номером один с сорока шестью очками, храм мага был вторым с сорока одним очком, духовный храм был третьим с тридцатью очками, яркий проблеск надежды четвертым с двадцатью восемью очками, храм убийцы пятым с двадцатью шестью и, наконец, пришел храм воина с двадцатью очками.

Для десяти участников яркий проблеск надежды на достижение четвертого ранга к концу второго раунда доказал их силу обильно. Кроме того, достижения в культивировании на стороне группы Лонг Хаочен явно заставят их сиять еще больше на более поздних стадиях, поэтому индивидуальные подсчеты все еще были довольно трудно предсказать.

Второй раунд закончился к полудню, но третий раунд должен был начаться немедленно, без малейшего времени, выделенного на отдых.

Предыдущие два раунда индивидуальной битвы в основном конкурировали за силу храмов в целом, но начиная с третьего раунда будут учитываться индивидуальные возможности их силовых установок.

После победы каждый получит в общей сложности не менее четырех очков.

Всего в третьем раунде предстояло пройти двадцать четыре сражения, в которых приняли участие сорок восемь человек и которые закончились сокрушительными сражениями.

Первые два огонька выборов выбрали лидеров храма магов и Храма рыцарей, ли Чжэнчжи и Лонг Тяньин.

Но к великому потрясению публики, это сражение длилось всего лишь чрезвычайно короткое время, всего пять минут. Ли Чжэнчжи использовал свой мощный домен бога ветра и грозную магическую силу, чтобы победить Лонг Тяньин, сделав могучее проявление силы на стороне магического храма.

Наблюдая за этой битвой, Лонг Хаочэнь был также шокирован, потому что, несмотря на то, что его дед наверняка не сможет противостоять ли Чжэнчжи, он не думал, что проиграет так быстро.

Контроль ли Чжэнчжи над светлой сущностью достиг ненормального уровня, и, кроме того, Лонг Тяньин был божественным рыцарем без поддержки со своего Божественного трона, что уменьшило его силу более чем наполовину, иначе, возможно, он мог бы бороться.

То, что глава храма рыцарей потерпел поражение в третьем раунде, было тем, чего не случалось уже несколько сотен лет. Лонг Тяньин показал ужасно некрасивое лицо, но у него не было выбора, кроме как принять это как факт. Сила ли Чжэнчжи была восхитительна с самого первого раунда.

Чтобы пройти через третий раунд, остались только истинные элиты пяти храмов, поэтому конкуренция превратилась в раскаленный добела уровень.

Хотя Ян Вэньчжао добился победы во втором раунде, он отдал все, что имел, полагаясь на свой доменный импульс Starlight Unicorn, чтобы едва победить воина девятой ступени. Но в третьем раунде, когда его силы все еще были далеки от восстановления, он стал вторым исключенным членом яркого проблеска надежды.

С устранением Ян Вэньчжао началось большое проявление индивидуальной силы на стороне яркого проблеска надежды.

В пятом поединке Чэнь Инь’Ер имела в качестве своего противника вспомогательного главу храма магов, дедушку Линь Синя, Линь Чэня.

Накануне Линь Синь уже ходил к Линь Чэню, но они не обсуждали это слишком долго, прежде чем Линь Чэнь примчался обратно, даже не сказав Линь Синю много, кроме того, чтобы предупредить его, чтобы он хорошо заботился о Ли Синь.

Когда Линь Синь говорил об этом с Лонг Хаоченем, последний понял, что отношение Линь Чэня было вызвано чувствительным положением храма магов в этом великом собрании храмов. Как вспомогательный глава храма магов, он не имел права слишком много говорить своему внуку, который был частью яркого проблеска надежды.

Прямо сейчас, он не ожидал, что ему придется столкнуться с Чэнь Ин’Ер в конкурсе.

Линь Чэнь, очевидно, не уступил бы просто из-за ее отношений с его внуком. С Ли Чжэнчжи и силовыми установками из храма магов, наблюдающими за ним сзади, он должен был отдать все свои силы.

Дедушка Лин, не надо ничего скрывать от меня.— Чэнь Инь отсалютовала Линь Чэню с естественной улыбкой на лице.

Линь Чэнь только слегка поклонился ей, и не сказал много, сразу же создав оранжевый огненный шар на его голове взмахом правой руки.

Линь Чэнь был огненным магом, хотя у него не было такого же исключительного огненного сердца, как у его внука, у него были достижения номер один в магии огня во всем храме магов.

Он не смог преодолеть девятую ступень по причинам врожденного таланта, но в плане исследований магии огня Линь Чэнь прилагал усилия на протяжении всей своей жизни, его сын и невестка даже умерли посреди этого пути!

Оранжевый огненный шар выплыл, как яркое солнце, освещая Линь Чэня своим оранжевым цветом. Его подавленное пение было почти неслышно, и интенсивное оранжевое пламя выстрелило из оранжевого огненного шара на его голове в направлении Чэнь Ин’Ер.

В зоне кандидатов духовного храма Чэнь Хунъюй выпрямился, пылко глядя на поле и тихо ругаясь: «этот дерьмовый старый Линь Чэнь действительно свиреп! Чтобы на самом деле использовать Священное проклятие солнца сразу же.»

Священное проклятие Солнца было мощной лично созданной магией Линь Чэня. Многим электростанциям было бы трудно поднять их культивацию дальше после достижения узких мест. Если бы у них не было потрясающих встреч, даже прорывы через определенный момент вряд ли произошли бы за всю их жизнь. В таких обстоятельствах они часто прилагали бы усилия к развитию собственных способностей ради поиска еще большей силы. Маг был особенно приспособлен к этому, потому что различные комбинации одного элемента производили бы различные степени силы в зависимости от множества переменных.

Линь Чэнь был превосходным специалистом в этой области. Он не думал, что сможет достичь каких-то прорывов благодаря нескольким предсмертным переживаниям в священной войне, до которой он уже почти сорок лет боролся на вершине восьмой ступени. В те последние сорок лет его главным объектом исследования было это священное проклятие Солнца. С его силой, поднявшейся до девятой ступени, этот вспомогательный глава храма магов не должен был недооцениваться за то, что у него не было собственного владения. Великая мощь, которую он мог высвободить через проклятие Священного Солнца, заставила его силу взлететь вверх, сделав его одним из лучших генераторов в храме магов.

Священное проклятие Солнца объединило часть его мужской энергии, чтобы сформировать огонь. В те далекие дни именно в исследовании и обучении Священного солнечного проклятия его отец погиб в результате несчастного случая,воспламенив свой огонь жизни вне его собственного контроля, вызвав трагическую смерть супружеской пары, пойманной в магической реакции.

Линь Синь, имея врожденную ненависть к этому священному проклятию Солнца, как он мог когда-либо согласиться изучить его? Это даже заставило его отказаться от изучения какой-либо оскорбительной магии.

Хотя впоследствии он решил тренироваться в наступательной магии ради ли Синя, он все еще отвергал Священное проклятие Солнца, делая Лин Чэня единственным обладателем Священного проклятия Солнца, достигая высших достижений в этой области.

Оранжевое пламя вылетело наружу, вызывая массивные завихрения в воздухе, рябь вокруг и заставляя температуру на стадионе резко взлететь вверх, а также заставляя многоцветный свет в барьере яростно подниматься.

Взгляд Чэнь Инь’Ер сильно изменился, так как она не ожидала, что линь Чэнь начнет такое быстрое магическое нападение, производя такую большую силу.

Маленький прозрачный поросенок выпрыгнул из груди Чэнь Иня, Макдалл.

По сравнению с прошлым, произошли довольно значительные изменения в его силе. Его объем оставался прежним, как будто он никогда не мог расти дальше, но его кожа стала такой же сверкающей, как кристалл, а пара маленьких глаз сияла ярко, как бриллианты. Когда его тело подпрыгнуло вверх, за спиной вспыхнула серия искрящихся потоков воздуха.

Поднявшись в воздух, четыре конечности Макдалла сделали вытянутое движение и вызвали чудесную сцену. Эта маленькая и симпатичная свинья резко увеличилась в следующее мгновение, превратившись в гигантского черного дракона, выплевывающего глубокое черное дыхание в Священное солнечное проклятие Линь Чэня.

Это … дьявольский Дракон

Преображение макдулла потрясло все электростанции шести великих храмов. Дьявольские драконы были родственниками Бога-демона императора, так как же мог заклинатель иметь такого вызванного зверя? И более того, такая скорость призыва могла означать только то, что это был сокращенный зверь.

Две мощные силы черного и оранжевого цвета яростно схлестнулись, немедленно заставив двух игроков отступить назад только от ужасных колебаний духовной энергии.

Чэнь Инь’Ер подняла обе руки,когда ее ясное заклинание отразилось в воздухе.

Дыхание дьявольского Дракона понесло незначительные потери от Священного солнечного проклятия, но все же сумело устоять. Массивные крылья макдалла сильно захлопали, когда он яростно бросился на Линь Чэня.

Линь Чэнь был также шокирован видом дьявольского дракона, но его боевой опыт был обильным, и он не съежился от шока. Указывая пальцем правой руки, Священное солнечное сияние на его макушке значительно расширилось, резко выпустив оранжевое свечение, которое столкнулось с приближающимся Макдуллом.

Массивная фигура дьявольского дракона была неожиданно оттеснена под эти оранжевые паузы’ effects.To один шок, с приглушенным гипсом Линь Чэня, оранжевая голова дракона вышла из Священного Солнца, выплевывая золотисто-красный огонь в дракона Дьявола.

Это золотисто-красное пламя было толщиной всего лишь с человеческую ладонь, сильно сужаясь от огромной оранжевой драконьей головы, из которой оно вышло.

Однако после его освобождения температура во всем стадионе мгновенно взлетела, заполнив воздух в области внутри барьера речными рябями, поскольку даже земля кипела, как магма. Отсюда можно было видеть пылающий край золотисто-красного пламени.

Макдалл заметно замешкался перед огнем такого уровня, его массивная фигура застыла на середине поляны. Темно-Пурпурное сияние продолжало просачиваться из его толстой чешуи, быстро собираясь на макушке его головы, чтобы сформировать темно-красную бусину, чтобы блокировать темно-красный огонь.

«Проклятие Священного Солнца, ”

Взрыв. В воздухе темно-пурпурная бусина, которую выпустил Макдалл, мгновенно распалась, когда сквозь нее пробилось золотисто-красное пламя. Но, разорванная бусина также рассеивала мощные темно-фиолетовые волны, изолируя ее от высокой температуры.

Тело ли Чэня слегка ослепило, когда скорость его пения заметно замедлилась. Но Макдалл, который должен был противостоять темно-красному пламени в одиночку, разбился далеко, его тело непрерывно рассеивало темно-Пурпурное сияние, чтобы растворить золото-красное пламя.

— А?»Увидев эту сцену, Лонг Хаочэнь был потрясен и не мог не взглянуть в сторону Линь Синя. Дьявольский Дракон, в которого превратился Макдалл, конечно же, не был настоящим дьявольским драконом, но обладал некоторыми из его основных способностей, будучи истинной электростанцией девятой ступени! Но перед Линь Чэнем, он уже потерял все боевые способности за короткий промежуток времени. Это была отнюдь не та сила, которой должен обладать младший маг девятой ступени.

Линь Синь показал горькую улыбку: «Священное проклятие Солнца-это кристаллизация исследований, сделанных на протяжении всей жизни дедушки. Хотя это и не домен, он может в некоторой степени соответствовать домену, объединяя три огня сразу, чтобы высвободить мощь огненного мага в наибольшей степени.»

Лонг Хаочэнь кивнул: «похоже, эта битва станет настоящим испытанием для Инь’Ер.»

В битве между призывателем и магом, конкурс должен быть основан на культивации сторон и скорости литья. Но Линь Чэнь полагался на свой метод заклинания Святого Яна, чтобы не только сделать его скорость пения очень быстрой, но и значительно увеличить его магическую силу. Этот золотой огонь даже превосходил по температуре Огненное сердце Лонг Хаочена. По врожденному таланту и везению Линь Синь намного превзошел своего деда, но все же в их знаниях был довольно большой пробел.

Внутри стадиона, после того, как линь Чэнь выпустил свое золотое красное пламя, его нападение немного замедлилось, но далекая Чэнь Инь уже завершила свою первую магию вызова.

Белая гексаграмма появилась на ее теле, и длинный крик дракона немедленно отразился, когда вышел дракон длиной более десяти метров.

По объему этот ледяной дракон был ниже дьявольского Дракона, в которого превратился Макдалл, так как он выглядел как юный дракон. Но это был не земной Дракон или субдраг, а настоящий дракон из Шенгмо Далу.

Все призыватели из духовного храма, видя эту сцену, чувствовали большую степень возбуждения. Вызвать гигантского дракона было величайшей славой для призывателя, даже если это был молодой дракон.

Призыватели обычно имели две категории призывающей магии. Один вид-это призыв живых существ с других планов, которые либо умрут, либо вернутся на свои планы после битвы. Тогда будущий вызов в принципе никогда не вызовет уже вызванного магического зверя. Тогда другой вид был вызовом по роду. Заключив договор, вызывающий совершенно не мог позволить вызванному зверю умереть легко, потому что этот зверь будет расти в силе вместе со своим вызывающим. Хотя степень их близости не могла сравниться с сокращенными животными, эти спокойные животные могли быть названы частью силы призывателя.

Основой разницы в силе между Призывателями было их количество загнанных зверей. Так что смерть усмиренного зверя была бы значительным ударом для вызывающего.

Как правило, призыватели могли получить усмиренного зверя на каждом дополнительном этапе культивирования. Хотя они не были вызовами, не требующими времени пения, как законтрактованные животные, они были гораздо быстрее, чтобы вызвать, чем обычные вызовы того же класса.

Из предыдущей продолжительности заклинания Чэнь Инь’Ер все призыватели понимали, что этот юный Ледяной дракон на самом деле был усмиренным зверем.

Но они не знали, что этот ледяной дракон был первым зверем, заключившим договор с Чэнь Ин’Ер. Поскольку она не могла использовать магию призыва до достижения седьмой ступени, ей пришлось терпеть, не делая никаких звериных контрактов. Достигнув седьмой ступени, она всегда оставалась в духовном храме, где достигла своего пробуждения как Святая духовная девушка. Затем, когда она последовала за Лонг Хаочен назад в глубь территории демонов, ее сила продолжала расти, но у нее не было никакого контракта от начала до конца.

Когда они покинули башню вечности, культивация Чэнь Инь уже достигла девятой ступени, поэтому она нашла этого юного ледяного дракона благодаря своим особым связям как Святой духовной девушки и заключила свой первый договор. И это был, прямо сейчас, первый раз, когда этот ледяной дракон сражался за Чэнь Ин’Ер.

На самом деле, Чэнь Инь уже понесла довольно большие потери против Линь Чэня, не вызвав сначала ледяного дракона, но ее собственные созданные шесть земных драконов, способных освободить элементарную клетку.

С ее точки зрения, превращение Макдалла в дракона-Дьявола будет, по крайней мере, сопротивляться атакам Линь Чэня в течение определенного времени, что сделает потерю Линь Чэня неизбежной перед ее элементарной клеткой.

Вопреки ее ожиданиям, проклятие святого Солнца Линь Чэня было просто слишком сильным, до такой степени, что Макдалл смог бы только противостоять двум раундам, прежде чем потерпеть болезненное поражение. Это заставило Чэнь Инь изменить свое заклинание, чтобы вызвать ледяного дракона на бой в кратчайшие сроки, адаптируя свою тактику к великой силе Линь Чэня. В противном случае, с последующей атакой Линь Чэня, она боялась быть неспособной даже завершить свое следующее заклинание.

Как Святой духовной девушке, Чэнь Инь’Ер требовалось гораздо меньше времени для своих заклинаний, чем обычным людям, потребовалось всего около трех секунд, чтобы пропеть вызов усмиренного зверя, и именно поэтому ей удалось так быстро вызвать этого ледяного дракона.

За более чем четыре года уединения, Чэнь Инь’Ер получил много понимания относительно призыва, но не выполнял никаких других духовных посвящений, кроме шести сердечных драконов. Это потому, что она чувствовала, что духовное посвящение показало еще большие эффекты с Макдаллом и ее темповым зверем, вызывая много фантастических вариаций.

При появлении ледяного дракона тот взвыл, расправив оба крыла, чтобы защитить Чэнь Инь за спиной, и выдохнул в сторону Линь Чэня ледяное голубое дыхание.

Лицо линь Чэня вытянулось. Естественно, он не верил, что победа над Макдуллом приведет к победе над Чэнь Ин’Ер, так как эта молодая девушка показала свои способности в качестве мастера Духа девятого шага в предыдущем матче, очень способного вызывать магических зверей, ее предыдущие ворота вызова существ вызвали всплеск мириад зверей, что очень трудно сопротивляться. Именно поэтому он сразу же применил проклятие Священного Солнца, потому что не мог позволить Чэнь Инь’Ер высвободить свою мощь, чтобы использовать ее призывающую магию в наибольшей степени.

Золотисто-Красная Голова Дракона все еще росла из Святого Солнца, когда она закончила собирать свою силу и выпустила еще одно золотисто-красное дыхание с такой же толщиной, проходя через огромное небо мгновенно, чтобы выстрелить прямо в ледяного дракона.

Пропасть силы между Ледяным Драконом и Святым солнцем была видна всем, кто находился внутри раскаленного стадиона. Только области, окружающие Чэнь Ин’Ер и ледяного дракона, не были затронуты жаром, рассеянным огненным драконом Святого Солнца, который заставил все области чувствовать себя кипящим горячим.

Без сомнения, Огненный Дракон Святого Солнца был намного сильнее, и, кроме того, заклинание Линь Чэня все еще продолжалось. Никто не знал, каким будет его следующий шаг в сочетании с проклятием Святого Солнца, но все предсказывали, что он ни в коем случае не будет слабым.

Сражение дошло до этой стадии, и Чэнь Инь был в крайне невыгодном положении.

— Боже, Спуск, Мириады Зверей, Повышение Ранга!»У Чэнь Инь был цепкий взгляд; не стоит недооценивать ее за то, что она обычно очень игрива, на самом деле, Инь-очень конкурентоспособный человек. Ян Вэньчжао смылся, она ни в коем случае не позволит себе быть устраненным таким образом

Тело Чэнь Ин’Эр внезапно наполнилось молочно-белыми каплями, и сразу же огромный иллюзорный образ поднялся с ее спины.

Этот силуэт, казалось, имел человеческую форму, но в то же мгновение, как он появился, весь стадион начал вибрировать с удивительными звуками рычания зверей. Какая захватывающая сцена! Даже просто эти звуки заставили тело Линь Чэня покачнуться, и повлияли на Святого Дракона Солнца также.

Два моросящих сияния исходили от тела Чэнь Ин’Ер, одно из которых приземлилось на далекого Макдулла, который сопротивлялся пламени Святого Солнца, а другое-на ледяного дракона прямо перед ней.

Тут же вспыхнули фантастические сцены.

Первым, что бросилось в глаза, был гигантский ледяной дракон перед Чэнь Ин’Ер. Он мгновенно раздулся, ее ледяная голубая атака стала полностью белой. Моросящий белый ледяной туман покрыл половину стадиона в мгновение ока, Ледяной дракон внезапно выстрелил до длины более тридцати метров. Его дыхание насильственно остановило пламя Святого Дракона солнца, лед и золотисто-красный переплелись и вызвали разрушение.

Это уже было появление взрослого ледяного дракона!

Все энергетические установки духовного храма были ошеломлены этой сценой. Насколько они помнили, никогда не было заклинания вызова, позволяющего мгновенно поднять ребенка магического зверя во взрослую жизнь, заставляя его подняться до своей взрослой силы!

С другой стороны, Макдалл, который получил импульс от белого свечения, выпущенного Чэнь Ин’Ер, также претерпел значительные изменения. Его тело резко раздулось почти в два раза, превратившись в гигантского черного дракона длиной более тридцати метров, издающего низкий рев и одновременно выпускающего темно-фиолетовую темную духовную энергию, которая с огромной скоростью разъедала пламя Святого Солнца.

Потрясенный Макдалл издал еще один долгий крик, и его черное тело быстро побелело. Многочисленные изменения продолжали появляться, пока он не превратился мгновенно во взрослого ледяного дракона, взмахивая обоими крыльями, чтобы полететь к Чэнь Инь’Ер, и выпустил дыхание в сторону далекого Линь-Чэня.

Это…

— Превращение?

Призыватели все наблюдали за битвой перед своими глазами онемевшими! Даже самые опытные призыватели были в глубоком шоке; магия призыва Чэнь Ин’Ер была чем-то, что они никогда не видели и не слышали раньше! А что это за способности были?

Появление второго ледяного дракона заставило взгляд Линь Чэня сильно измениться. Встреча с одним взрослым Ледяным Драконом была уже очень жесткой, так что с этим вторым здесь Его Святой Солнечный огонь вряд ли сохранит свое преимущество.

Чэнь Ин’Эр сохранял тот же цвет лица, что и она, продолжая петь. Без поддержки от ее Святого духовного одеяния, ее магическая сила была ограничена, но никогда не забывайте, что она первая духовная святая дочь, которая когда-либо появлялась за последние несколько тысяч лет в духовном храме.

Огромная фигура на ее спине была Божественным нисхождением Бога-зверя. После более чем четырех лет глубокой медитации Чэнь Инь пришла к выбору своего собственного пути: точно так же, как линь Синь пошла по пути упрощения сложной магии, а Сима Сиань пошла на Берсерк-боевой стиль, ее путь был совершенной интеграцией способностей Бога-зверя.

Эти два белых сияния были из ее области, которая была создана из слияния ее духовного посвящения и Божьего Нисхождения: область Бога-зверя.

Сила домена Бога-зверя заключалась в его мощных одноцелевых эффектах на большом расстоянии. Его единственным эффектом было усиление, оказавшее влияние на призыв Чэнь Инь’Ер.

Юный Ледяной дракон, превратившийся во взрослого ледяного дракона, получив повышение мифологического зверя домена, и Макдалл также получил его силу значительно возросла. Направленный на больший масштаб, индивидуальный импульс будет становиться все меньше по мере увеличения числа целей.

«Теперь должна быть моя очередь.— Тайно объявила Чэнь Инь, ее заклинание внезапно прекратилось, когда она подняла руки вверх и направила их к небу. Тотчас же огромная фигура на ее спине разбилась вдребезги, превратившись в бесчисленные мерцающие точки света, направляющиеся к двум ледяным Драконам Чэнь Ин’Ер и сливающиеся с их телами.

— Божье нисхождение преходящая сила, домен! Чэнь Инь’Ер издал милый крик,вызвав тем самым незабываемое зрелище.»

Два ледяных Дракона подняли головы, их глаза мгновенно стали ледяного синего цвета. Сразу же интерьер всего стадиона приобрел тот же цвет, что и крайний лед, идущий до такой степени, чтобы даже подавить разноцветный барьер за пределами стадиона, вызывая на нем потрескивающие звуки.

Следующая магия линь Чэня только что была готова, но он с ужасом обнаружил, что температура Его Святого Солнца на самом деле резко упала, так как магия была насильственно прервана. Пронзительный холод сразу же охватил его, заставив замереть неподвижно, как ледяную скульптуру.

Взгляд ли Чжэнчжи тут же заострился, бросив острый взгляд и крепко держась за подлокотники, поскольку его тон был намного выше, чем обычно: «двойные Домены!»

Феномен двойных доменов может быть интериоризирован двумя способами: либо как одновременный запуск двух доменов, либо как некто, владеющий двумя разными доменами одновременно. Но нынешняя ситуация была явно прежней, так как эти два домена явно не исходили от Чэнь Инь’Ер.

Это была та же самая область, принадлежащая ледяному Дракону, область Крайнего холода.

Если бы это была только одна область Крайнего холода, возможно, Линь Чэнь мог бы сопротивляться с помощью своего проклятия Святого Солнца, но два одновременных домена производили гораздо больше энергии, чем сумма одного плюс один! В конце концов, Линь Чэнь не был доменом, обладающим властью, и его проклятие святого Солнца было сильно подавлено атрибутом его противника. Его магия была прорвана, и он оказался запечатанным во владениях Крайнего холода.

Чэнь Ин’Эр полагался на крайнее усиление домена Бога-зверя, чтобы одновременно наделить макдулла и ледяного дракона доменами. Хотя это продолжалось лишь короткое время, этого было достаточно против Линь Чэня.

Без поддержки духовного Святого одеяния использование провиденциального усиления домена Бога-зверя заставило Чэнь Инь’Ер заметно побледнеть сразу после этого. Но стоя в этом ледяном мире, она излучала священное чувство, точно снежный Лотос, лишенный всякой нечистоты.

В шестом зале все судьи, прибывшие из отрядов охотников на демонов, направляли свою духовную энергию в барьер, чтобы стабилизировать его, чтобы предотвратить влияние двойных доменов, но их духовная энергия истощалась с большой скоростью, показывая ужас от воздействия этих объединенных доменов.

«Уберите этот домен, этот матч — ваша победа!— Голос Чэнь Цзыдянь отразился эхом, в то время как золотисто-яркий и ослепительный свет распространился от неба, приземлившись на ледяное тело Линь Чэня.

Чэнь Ин’Эр закончила свое шоу, завершив свои форсировки: точно так же, как домен экстремального холода пришел быстро, он быстро исчез, мгновенно вернув стадион в нормальное состояние.

Макдалл вернулся к своей маленькой свинячьей фигурке и прыгнул в объятия Чэнь Инь, ее тело совсем обгорело, а ледяной дракон, тоже съежившийся, исчез в гексаграмме под его ногами.

Вспомогательный глава храма магов, Линь Чэнь, погиб.

К тому времени, когда замерзший золотой столб света обернулся вокруг Линь Чэня, он вернулся к своим чувствам, все еще испытывая озноб при воспоминании о предыдущем льде. С легким вздохом Он покачал головой и вернулся в направлении храма магов.

Даже ли Чжэнчжи не мог никого винить, он сделал все, что мог, но двойные владения врага были слишком сильны.

Линь Чэнь на самом деле не был действительно убежден, думая втайне, что если бы он сделал свой прорыв двадцать лет назад к девятой ступени и превратил свое священное Солнце в домен, оно не обязательно было бы потеряно перед двойной областью Крайнего холода. Какой настоящий позор, думая, что Святой Сан Кюре действительно мог бы развиваться дальше, если бы у него были способности, он не мог не почувствовать прилив печали.

У Чэнь Ин’Ер не было легкого матча, после того, как она завершила свое царство экстремального льда, ее тело слегка покачнулось, когда она вышла со сцены.

Призыватели из духовного храма были ошеломлены этим поединком. Таким образом, это было фактически возможно для вызывающего использовать такие средства. Это был самый первый домен, который совершил такой подвиг в духовном храме; даже домен звериного императора Чэнь Хуню был далек от сравнения.

Чэнь Инь использовала свою собственную силу, чтобы доказать предыдущее утверждение Саньшуя. Действительно, на ее уровне, Саньшуй действительно ни в коем случае не был ее противником.

Яркий проблеск надежды постепенно получал все большее одобрение от шести великих храмов-электростанций.

Самым глубоким впечатлением был ли Чжэнчжи, который первоначально считал Лонг Хаочэнь единственным действительно выдающимся человеком в экипаже, причем в лучшем случае только Цайэр тоже был замечательным. Но, судя по предыдущему сражению, он мог видеть, что и другие их члены тоже не отстали! Чэнь Инъэр и Ван Юаньюань владели доменами, причем очень мощными, что заставило Чжэнчжи сделать вывод, что даже ему, несомненно, придется потратить огромные ресурсы, чтобы победить их.

Турнир продолжался: после этого тура осталось всего двадцать четыре человека. Сражения были особенно впечатляющими: сражения Чэнь Инь и линь Чэня были не единственными яркими точками. Последующие матчи были блестящими и разнообразными, потому что соперники становились все более и более сильными. Домены часто появлялись на стадионе, и зрелище было самым приятным для зрителей. Как бы они стали свидетелями такой великой силы без великого Собрания храмов?

Среди яркого проблеска надежды, Хань Юй потерял, яркий проблеск надежды, наконец, исчерпав свою удачу, когда он пришел на дедушку Чэнь Иня, глава духовного храма Чэнь Хунюй. Перед могущественным доменом зверя-императора он все еще умудрялся продержаться более десяти минут, прежде чем потерпел поражение, и его товарищ, тиран демонического глаза, также оставил очень глубокое впечатление, будучи энергетическим центром на вершине восьмой ступени, благословленный мощным умственным подавлением и контролем, даже в значительной степени противодействующим эффектам домена зверя-императора. Но, к сожалению, Тирану с демоническим глазом нужно было бы совершить экстраординарную встречу, чтобы, возможно, иметь возможность развиваться дальше. Чжан Фанфан, Хань Юй, Ян Вэньчжао и Дуань и все они столкнулись с трудностью иметь скакунов, которые вряд ли будут развиваться до девятой ступени.

По счастливой случайности, Чжан Фанфан, Линь Синь, Сима Сиань и Ван Юаньюань также добились победы над своими оппонентами, очистив третий раунд гладко.

Среди яркого проблеска надежды, только лонг Haochen и Cai’ER были оставлены для участия, только четыре матча осталось в этом третьем раунде.

Прямо сейчас, спокойный взгляд, сохраняемый до сих пор на лице длинного Хаохэна, слегка изменился. В этом индивидуальном соревновании было вполне возможно сыграть против товарища по команде, особенно когда осталось всего восемь человек, так что у него и Кай’эра были неплохие шансы столкнуться друг с другом.

Размышляя об этом, Лонг Хаочэнь бессознательно вспомнил сцену из выбора охоты на демона того времени, когда Кай’Эр решил сдаться при встрече с ним. Неужели история собирается повториться? Вспоминая о своем прошлом обещании Линь Синю, о том, как он забыл предупредить Цайэр в то время, в конечном итоге причинив ей боль, взгляд Лонг Хаочэня стал намного теплее.

Слегка сжав руку Кай’Эр, он заявил: «Если мы столкнемся друг с другом, я буду тем, кто уступит на этот раз, понятно?»

Цай’Эр слегка вздрогнул “ » Хаочэнь, ты…»

Лонг Хаочен улыбнулся ей: «в те годы ты явно могла победить меня, но все же решила отказаться от этого поединка. Почему бы мне не уступить в этом вопросе?»

Цай’Эр рассмеялся в ответ “ » идиот, не думай об этом. Может быть, вы даже относитесь к тем же самым обстоятельствам сейчас по сравнению с прошлым? В то время победа или поражение не имели значения, но этот матч относится к нашему будущему сопротивлению против демонов. Вы-яркий проблеск капитана надежды, нашего лидера! О, похоже, что наш матч не состоится.»

Во время их обсуждения свет отбора приземлился на Цайэр, а также на Шэн Юэ, еще одного конкурсанта в районе храма ассасинов напротив.

Увидев непримиримый взгляд Шэн Юэ, Лонг Хаочэнь не смог удержаться от смеха: «послушай, этот прадедушка хочет пойти против тебя.»

Кай’Эр тихо рассмеялся и ответил: «этого не случится.»

Как и ожидалось, без необходимости для Цай эра уйти, противоположный Шэн Юэ уже заявил: «Я считаю, что нет никакого матча и отказаться от этого матча.— Сказав это, он вернулся на свое место, даже не уходя.

Кто мог ожидать, что там будет три ведущих фигуры, которые уже сдадутся, наиболее просто исключив Шэн Юэ, который фактически прямо уступил, сразу же заявив, что он не соответствует. Это был уже второй раз, когда храм ассасинов столкнулся с Цайером.

Судя по яркому мерцанию шести глаз Хоуп, только один человек еще не появился на сцене.

Свет отбора лишь слегка переместился от Цай’эра к Лонг Хаочэню, осветив его и его противника из храма рыцарей.

Обе стороны были из одного храма.

Это был рыцарь высокого ранга, выглядевший намного старше длинного Тянья, который медленно встал и кивнул длинному Хаочэню, сидевшему в последнем ряду, его старческий голос звучал очень твердо: «пусть это будет схватка между двумя рыцарями. Сказав это, он большими шагами направился к полю.

Лонг Хаочэнь бессознательно посмотрел на своего деда, Лонг Тяньин, который показал ему беспомощную улыбку. Хаохен был слегка шокирован, так как выражение лица его деда говорило ему, что он никак не мог повлиять на этого старого рыцаря. На самом деле, Божественный рыцарь имел почти высшую власть, а это означало, что этот рыцарь, выходящий за пределы контроля Лонг Тяньин, безусловно, занимал очень высокое положение.

Долго Haochen последовал за этим Золотым Рыцарем на стадион, прежде чем взять на себя инициативу, чтобы ускорить во время движения через арену от старого рыцаря. Таков был этикет от младшего к старшему: он не мог просто стоять здесь и позволять старшему делать свою работу по увеличению расстояния.

«Я-Ян Хаою, старейшина, который не заботится обо всех этих вопросах. Поскольку Хаохань не смог прийти на этот раз, я благодарю вас от его имени за спасение и возвращение единственного ребенка нашей семьи Ян.— Сказав это, он отдал рыцарский салют Лонг Хаохэну.

Лонг Хаочэнь наконец узнал этого старшего: это был на самом деле брат Ян Хаоханя, и очень возможно, что старший брат по его внешности. Неудивительно, что даже его дедушка был очень вежлив с ним. Он поспешно вернул ей вежливость формальным тоном.

Застывший взгляд Ян Хаою остался на длинном Хаочэне “ » я слышал, как Хаохань упоминал о тебе задолго до этого. Вы действительно выдающийся человек, превосходящий своих дедушку и отца. Но ты, в конце концов, все еще слишком молода. В рыцарском храме нет уступающих рыцарей. Если вы хотите, чтобы я полностью вас одобрил, тогда это просто, победите меня. Пожалуйста»

Сказав это, старый рыцарь громко закричал, и след золотого света осветил его спину, разделившись на две прямые линии и очень быстро двигаясь в обе стороны, когда золотое облако света пробилось между ними и поглотило Ян Хаою, обернувшись вокруг его тела. Этот яркий золотой свет распространился по его телу, мгновенно образовав золотую броню, покрывающую все его тело, как пара тяжелых мечей, сформированных в его руках. Импозантная манера поведения исходила от него, отражаясь в окружающей обстановке, заставляя Лонг Хаохена чувствовать себя так, как будто он был помещен в самый центр космического пространства, а свирепый зверь там, среди звезд, открыл свою пасть, чтобы проглотить его.

Увидев эту сцену, ли Чжэнчжи внезапно сильно встревожился, выражение его лица сильно изменилось “ » это он! Так что он действительно пришел. Неудивительно, что храм рыцаря даже не прислал Лонг Синью. Разве он не был изолирован уже почти пятьдесят лет?»

Тан Ван проиграла свою предыдущую битву, но, поскольку раунд еще не закончился, она все еще была внутри области для кандидатов из храма магов, и не могла не спросить с любопытством в ответ: «Кто этот человек, учитель? Может ли он быть даже сильнее Божественного рыцаря?»

Ли Чжэнчжи обычно имел сияющий взгляд, который оставался, как обычно, даже когда бежал против Лонг Тяньцзиня ранее. Но для этого рыцаря, чтобы заставить его взгляд так сильно измениться, он явно имел некоторые необычные аспекты.

Взгляд ли Чжэнчжи постепенно вернулся к нормальному состоянию, объясняя: «в некотором смысле, он-истинный источник энергии номер один в храме рыцарей. Если бы тогда он получил одобрение Божественного трона, то, возможно, смог бы стать истинным командующим шестью великими храмами, и Союз храмов не был бы так рассеян.»

— Ну и что же?»Тан Ван была шокирована, никогда не слышав, чтобы ее учитель давал такую высокую оценку другому человеку, тем более кому-то из храма рыцарей. У Ли Чжэнчжи были некоторые сомнения даже относительно Лонг Хаочэня, считая его все еще слишком молодым.

Ли Чжэнчжи продолжил: «его зовут Ян Хаою, и он действительно легендарный персонаж. Глава храмового союза Ян Хаою на самом деле является его младшим братом, но в некотором смысле Ян Хаохань также может считаться его учеником, и вы можете хорошо себе представить, насколько он силен.»

«Он почти на тридцать лет старше Ян Хаою: тогда, когда Ян Хаохань впервые сделал свое имя, Ян Хаою только что присоединился к храму рыцарей, обладая чрезвычайно высоким талантом и мощным характером, что привело к тому, что Ян Хаою был провозглашен рыцарем с осанкой короля. И, он рыцарь возмездия; по сообщениям, единственный Божественный рыцарь возмездия храма рыцаря, Лонг Синю, тренируется с использованием записей рыцаря возмездия, которые он оставил.»

«Ян Хаою никогда не использует никакого наступательного снаряжения, потому что у него есть действительно необыкновенный магический зверь по имени звездное небо. Этот вид магического зверя уже выходит за пределы царства магического зверя, являясь сущностью, внутренне принадлежащей к девятой ступени. Он способен трансформироваться в любую форму, помогать Ян Хаою в его культивировании, а также помогать ему поглощать небесную энергию от солнца и Луны. С точки зрения старшинства он выше меня, и я даже не знаю, когда именно он пробил девятую ступень, но он совершил беспрецедентный подвиг. Он отказался стать Божественным рыцарем.»

— Ну и что же?— Тан Ван потеряла голос “ — как это могло быть? Стать Божественным рыцарем означает иметь хотя бы один божественный инструмент, а также стать вспомогательным главой храма рыцарей.»

Линь Чжэнчжи вздохнул “ » конечно, Ян Хаою знал это много, но он действительно слишком горд. Этот гений со звездным небом девятой ступени сразу же получил одобрение от Божественного престола, и если бы в то время он принял его, то немедленно стал бы божественным рыцарем. Но он не сделал этого, а предпочел обратиться с просьбой к величайшему, и никогда прежде не пользовавшемуся Божественным Престолом Вечности и творения. ”

«В конце концов, Божественный престол Вечности и творения отверг его, и он не избрал другого Божественного престола. После того, как ему был пожалован титул звездного неба Святого Рыцаря, он начал подвергаться длительному затворничеству, и, как сообщается, он попытался еще раз получить одобрение от Божественного престола Вечности и творения, но, в конце концов, ему это не удалось. Поскольку его время, проведенное в уединении, было слишком долгим, он уже давно исчез из поля зрения вышестоящих лиц шести великих храмов. Я не ожидал, что Ян Хаохань действительно пригласит его на это великое собрание храмов.»

Достигнув этой точки, выражение лица ли Чжэнчжи стало совершенно опустошенным “ » похоже, я был слишком уверен в себе. Козырная карта рыцаря храма…»

Тан Ван, казалось, не был убежден “ » учитель, может быть, ты все еще не можешь победить его?»

Ли Чжэнчжи покачал головой: «если я выступаю против него, мои шансы на победу определенно ниже пятидесяти процентов даже без ограничений, и использование оборудования разрешено. Хорошенько присмотритесь, он покажет вам силу звездного неба Божественного зверя. Он считается божественным зверем номер один, а Ян Хаою-главным старейшиной храма рыцарей. На этот раз Лонг Хаочен должен получить глубокий урок, но это тоже хорошо. Он слишком молод, а для юнца поражение-иногда лучший урок, который можно получить.»

Если бы Лонг Хаочэнь мог слышать слова Ли Чжэнчжи, он, несомненно, остался бы с глубоким впечатлением, потому что он ранее перенес удар самого массивного рода, стоивший ему собственной жизни. Теперь, когда он жил второй жизнью, он уже давно стал совершенно прозрачным, спокойным, как вода.

Долгое время Хаочэнь не знал, что у Ян Хаою была такая славная история. Глядя на доспехи и оружие на нем, он не мог не чувствовать себя пораженным, хотя его взгляд очень быстро вернулся к нормальному, золотой шестиугольник появился вокруг него.

Несмотря на то, что он не знал о славе Ян Хаою, он мог чувствовать огромную угрозу от него, и не был уверен, что сможет победить этого могущественного рыцаря.

Шестиугольный свет перед длинным Хаочэнем был мягким, мерцающим золотым цветом и медленно очерчивающим линии разноцветных нимбов. Разноцветный свет символизировал особое царство, существование, в некотором смысле эквивалентное божественным орудиям.

В тот же миг перед длинным Хаоченем возникла высокая фигура, размером более четырех метров и более двух метров высотой. У него была пара массивных крыльев, растянутых с двух сторон, и он был полностью блестящего золотого цвета. Единственный рог на его голове был окрашен в семь цветов радуги, и в тот момент, когда он появился, световая эссенция хлынула по всему стадиону, делая видимым разноцветный свет, спиралью закручивающийся вокруг его тела. Точки звездного света, которые первоначально появились в воздухе, рассеялись в пределах этого многоцветного ореола.

— Божественный Единорог?»Ян Хаою был потрясен, увидев магического зверя, стоящего перед Лонг Хаочен.

В легендах некоторые магические звери были известны как оптимальные лошади для рыцарей, и рыцарям, обладающим такими лошадьми, было дано специальное название.

Во-первых, первое место занимали Божественные гигантские рыцари верхом на драконах, за ними следовали Божественные рыцари верхом на единорогах, а затем все типы рыцарей верхом на драконах. Божественные единороги занимали второе место за огромные усиления и славу, которую они давали рыцарю.

Ян Хаою был назван звездным небесным Святым рыцарем также из-за его горы, но Звездное Небесное божественное животное даже не было записано в каких-либо древних записях, поэтому оно не появилось в первоначальном рейтинге титулов рыцарей горы. Из-за своей большой силы, он был добавлен в рейтинг позже, но божественный Единорог Лонг Хаочен был истинным вторым местом в рейтинге.

На спине Божественного единорога вспыхнула фигура Лонг Хаочэня. Тот немедленно рассеял разноцветное сияние, сделав его тело разноцветным, а также заставив фигуру Лонг Хаочена выглядеть размытой.

В древние времена существовала легенда, что девушки имели в качестве идеала для любовника кого-то, кто мог пройти через разноцветные облака, одетые в золотые святые доспехи. Эти так называемые разноцветные облака указывали на божественных единорогов, что же касается золотых святых доспехов, то нынешнее человечество не знало, что это такое, но каким-то образом Божественный трон определенно можно было считать таковым. Разве это не так?

Божественный единорог уже много лет не появлялся, давно исчезнув из Шенгмо Далу. Никто и представить себе не мог, что Лонг Хаочен действительно призовет такого коня на помощь в битве. Быть запрещенным от использования оборудования не означало, что подъемы держателей были запрещены.

После короткого периода удивления взгляд Ян Хаою очень быстро вернулся к нормальному состоянию, но он не сразу бросился в атаку, а обратился к залу храма рыцарей: «главный судья, у меня есть просьба. Из-за моего магического зверя, я не использую оружие, поэтому моя способность не связана с оружием. Так что я буду явно в выигрыше после вызова моего товарища. Поэтому, пожалуйста, особенно позвольте Лонг Хаочен использовать любое из его другого оборудования в этой битве.»

Эти слова немедленно шокировали всех присутствующих. Несмотря на полное осознание того, что Лонг Хаочэнь вызвал Божественного единорога, занимающего второе место среди рыцарских коней, Ян Хаою неожиданно все же попросил разрешить ему использовать другое снаряжение. Это было сделано из гордости? Он явно видел, что Лонг Хаочен далек от того, чтобы быть его собственным противником.

В стороне от места отдыха рыцаря храма для участников состязаний, все яркие проблески надежды имели гротескные взгляды, услышав слова Ян Хаою. Линь Синь не мог не заметить: «разве этот старый рыцарь не слишком самоуверен? Может быть, он не видел владения светлого бога босса.»

Лонг Тяньян окинул его взглядом и небрежно заявил: «молодые люди, будучи уверенными в себе-это хорошо, но они не должны становиться слепо высокомерными. Хаохен выдающийся, но я не слишком оптимистичен в своей победе. Вы все должны знать, что еще пятьдесят лет назад брат Ян был известен как святой рыцарь звездного неба, чья слава сравнима с славой Чэнь Цзидянь, и, хотя он не был божественным рыцарем, он все еще был главной силой храма рыцарей. Если бы не чрезвычайная важность этого великого собрания в храмах, мы бы не попросили брата Яна вмешаться в драку. Отец хаочэня, мой сын Лонг Синью, — это всего лишь последователь, изучающий записи, оставленные братом Яном.»

Услышав, как Лонг Тяньин говорит это много, все яркие проблески члена надежды почувствовали, что Лонг Хаочен столкнулся с действительно мощным существованием.

Божественный рыцарь был только последователем, используя записи, которые он оставил позади, и даже более сильное существование, чем легендарный Чэнь Зидянь… что с удачей босса!

Лонг Тяньцзинь спокойно заявил “ » У меня нет никаких сомнений, говоря вам сейчас, что даже через я не уверен, удалось ли ли Чжэнчжи прорваться успешно, есть только один человек, который сумел прорваться через четвертый ранг девятой ступени до Ли Чжэнчжи, и этот человек-это святой рыцарь звездного неба.»

Услышав это, все яркое мерцание членов Hope не могли не чувствовать себя шокированными. Все они, кроме Дуань Йи и Ян Вэньчжао, достигли девятой ступени, но пришли к глубокому пониманию того, как трудно культивирование становится после достижения этой области. Почти каждая сотня духовных энергий придет со своим собственным узким местом, так что же это значит-прорваться через четвертый уровень девятой ступени? Это означало, что внутренняя духовная энергия Ян Хаою превысила четыреста тысяч. И все они знали о текущем культивировании Лонг Хаочен: второй ранг девятой ступени, и остановились на узком месте до третьего ранга. Но обладание сердцем вечности дало ему дополнительные девяносто тысяч духовной энергии, в результате чего его внутренняя духовная энергия уже превысила двести девяносто тысяч.

Однако он все еще был только на пике второго ранга, еще не добравшись до третьего ранга, в то время как Ян Хаою уже достиг царства пятого ранга.

На девятом этапе каждый ранг имел огромные пробелы, влияющие на множество переменных. Можно было бы сказать, что каждый ранг, чтобы прорваться после достижения девятой ступени, потребует больших усилий, которые не легче, чем первоначальный прорыв к девятой ступени.

Но, после короткого шока, группа очень быстро успокоилась, сидя прямо и наблюдая в направлении стадиона.

Лонг Тяньин с удивлением обнаружил, что все эти молодые люди выглядели уверенными и решительными. Для них оставаться такими уверенными, несмотря на то, что они знали о силе Ян Хаою, означало, что все они хранили своего рода веру в Лонг Хаочен глубоко в своих сердцах. И эта вера давала им абсолютную уверенность в победе Лонг Хаочена.

«Раз уж ты так говоришь, Лонг Хаочен специально разрешил использовать оборудование.— Чэнь Цзыдянь ответил очень быстро, неожиданно согласившись с тем, что подавляющее большинство зрителей считает, что этот главный судья вряд ли согласится.

Некоторые чуть более молодые начальники из шести великих храмов чувствовали непонимание. Великое собрание храмов способствовало справедливости на вершине, но можно ли было назвать справедливым для других участников разрешить использование оборудования в Лонг-Хаохене.

Но старшие ветераны внимательно наблюдали за Ян Хаою. Даже те, кто не встречал этого легендарного звездного Небесного Святого рыцаря раньше, слышали о его истории раньше.

Лонг Хаочэнь уже победил Цю Юнхао,став представительным представителем молодого поколения. В этом матче вопрос о победителе финала уже даже не имел значения. Что еще более важно, все те люди, которые были вовлечены в храм магов, имели большие изменения в сердце.

Чтобы храм рыцаря обладал такой мощью, как звездное небо Святого рыцаря, и, кроме того, большой гордостью, такой как Лонг Хаочен в этом молодом поколении, мог ли храм магов действительно взять на себя их правление? Люди с глазами, чтобы видеть все знали ответ на этот вопрос.

Ли Чжэнчжи, безусловно, был выдающимся человеком, и он специально готовил свои планы для этого великого Собрания храмов в течение длительного времени, но он уже проиграл, превзойденный предыдущим главой Союза храмов Ян Хаою, истинным победителем в этой битве интриг.

После того, как Ян Хаою получил одобрение Чэнь Цзидянь, он кивнул Лонг Хаочэню: «хорошо, теперь вы можете использовать свое оборудование.»

«Большое спасибо, старший.— Лонг Хаочен кивнул ему и поклонился вперед, золотые доспехи основания появились под его подвигом. Эта броня, блестящая оранжевым цветом, мгновенно покрыла его верхнюю часть тела. Когда он прыгнул обратно на спину Божественного единорога, в каждой его руке был тяжелый меч.

Тяжелый меч в его левой руке сверкал белизной, а тяжелый меч в правой сверкал золотисто-красным, неся в себе многоцветное сияние. Это были Голубой дождь, гибискус света, а также Ария богини света.

Глядя на полностью оборудованный Лонг Хаочен, Ян Хаою невольно теперь имел оценивающий взгляд, восхищаясь устойчивостью Лонг Хаочен.

Еще один юноша в возрасте Лонг Хаочен с такими достижениями, несомненно, будет иметь гордый образ мышления. Ян Хаою, давший ему специальное разрешение использовать свое оборудование в этом матче, несомненно, был формой презрения. Но сразу же после получения разрешения главного судьи Чэнь Цзидянь, он решил вынуть свое оборудование без высокомерия и нетерпения. Его взгляд оставался таким же спокойным, без каких-либо изменений в его эмоциональном аспекте. Эта уравновешенность была уже далеко за пределами других людей этого возраста.

— Пожалуйста, дайте мне ваше руководство, старший.— Лонг Хаочэнь легонько постучал Арией богини света по левому плечу, указывая на свою готовность к Ян Хаою.

Ян Хаою слегка кивнул, наклонив тяжелые мечи в своих руках, „давайте тогда начнем.“

При этом призыве тела обоих ярко засверкали.

Плотный золотистый свет распространился по всему телу длинного Хаочэня, сопровождаемый пронзительными звуками, которые заполнили весь стадион в направлении Цю Юнхао.

Но тело Ян Хаою освободилось от подобного же великолепного золотого блеска, хотя оно казалось возникшим посреди ночного неба в отличие от Лонг Хаочен.

С телом Ян Хаою в центре, широкий расход окружающего воздуха превратился в звезды, так же, как если бы он стоял посреди звездного неба. В этом звездном небе бесчисленные золотые точки света приносили фантастические колебания духовной энергии, сталкиваясь с владениями Бога Света Лонг Хаочена.

Владения обеих партий с силой простирались вперед, по мере того как расстояние между ними увеличивалось.

С одной стороны был огромный и чистый расход золота, а с другой-таинственное и безграничное звездное небо. После того, как появились два великих царства, они противопоставляли друг друга во всех отношениях.

Ян Хаою бессвязно сказал: „ваше владение Бога Света основано на вашем сродстве и понимании света как избранного Бога. Мой свет исходит из звездного неба, которое не от этого мира и не подчиняется контролю бога света этого мира. Итак, вы не можете лишить меня Света. Это мои звезды, прими удар моей звездной силы.“

Сказав это, Ян Хаою остался неподвижен, подняв тяжелый меч в правой руке и направив его в сторону Лонг Хаочэня. В тот же миг мириады звездных огней вырвались из его владений, собираясь в острый снаряд и превращаясь в совершенно прямой золотистый свет, бомбардирующий Лонг Хаочен.

Использование силы звезд было самосозданным законом Ян Хаою о звездах.

Этот звездный свет казался очень мягким, но после входа во владения Лонг Хаочен, казалось, он не был затронут ни в малейшей степени, поскольку он мгновенно протянулся перед Лонг Хаочен.

Лонг Хаочен не ответил на атаку другой атакой. Его огромные крылья расправились одновременно с голубым дождем, гибискус света в левой руке исчез, сменившись компактным разноцветным щитом, который он держал перед собой.

Звенеть. В тот момент, когда звездный свет упал на Божественный Улитковый щит, он немедленно издал металлические звуки.

Лонг Хаочен использовал Божественное препятствие, но прямо сейчас чувствовал, как будто планета протаранила его тело.

Мгновенно, разноцветный золотой свет на Божественном щите улитки увеличился, и в то же время, яркий свет пульсировал на груди Лонг Хаочена: сердце вечности.

В предыдущей битве против Цю Юнхао Лонг Хаочэнь полагался на сердце Вечности, чтобы отразить врага одним кулаком. Каждый раз, когда сердце вечности начинало пульсировать, его духовная энергия наполнялась с большой скоростью, и многоцветный золотой свет на Божественном щите улитки становился все ярче.

Владения светлого бога превратились в круги золотых нимбов, обвившихся вокруг тела Лонг Хаочена, а пространство на стадионе, казалось, погрузилось глубоко.

В зале ожидания главный судья Чэнь Зидянь замер. Под его руководством все судьи изливали всю свою энергию духовной энергии в барьер для поддержания его стабильности.

Когда звездный свет постепенно ослабел, тело Лонг Хаочена было прижато к барьеру.

Какой мощный удар! Чтобы противостоять этому звездному свету, Лонг Хаочен должен был приложить почти все свои силы. Он действительно не ожидал, что сила Ян Хаою действительно достигнет такого уровня. Возможно, он все еще не мог сравниться с Богом-демоном императором, но его культивация была определенно на уровне Бога лунного демона и Бога звездного демона.

У Ян Хаою была слабая улыбка: „интересно, и вы еще не в полной силе. Дай мне посмотреть, где твои границы лежат!“

Мириады звездного света поднялись в его звездных владениях, и его двойные мечи были подняты, очерчивая непонятные дуги в воздухе, чтобы, наконец, превратить эти мириады звездного света в девять точек, которые вращались в воздухе, чтобы собраться в одну, совершенную чисто-белую атаку звездного света, направленную против Лонг Хаочен.

В тот момент, когда этот чисто-белый звездный свет вошел в домен Бога Света, он немедленно вызвал интенсивные колебания во владениях Лонг Хаочена, как будто разрывая его домен Бога Света на части.

Этот удар собрал всю мощь неба и земли.

Лицо Лонга Хаочена было чрезвычайно суровым, и божественный Единорог под ним издал пронзительный крик, заставляя мистический разноцветный свет собираться на его Роге, распространяясь наружу. Но Лонг Хаохен не продолжал использовать свой щит, как раньше, закрыв глаза, когда сердце вечности на его груди явно набирало силу.

Получив толчок от Божественного единорога, все тело Лонг Хаочена было пронизано семью цветами радуги. Феномен внезапно затронул флуктуации владений Бога Света, и они внезапно усилились, его яркий свет рассеялся, мгновенно уменьшившись до десяти метров диапазона вокруг его тела, пульсируя в ритме бьющегося сердца вечности. Казалось, будто все Царство Бога Света стало продолжением сердца вечности.

Между тем, отказ от владения светлого бога Лонг Хаочена вызвал увеличение масштаба звездного домена на стадионе. Судя по всему, Лонг Хаочен был подавлен до крайности.

Но при контакте с этим втягивающимся владением Бога Света, этот чистый белый звездный свет неожиданно остановился. Лишь малая толика его прошла, но застыла рядом с пульсом владений Бога Света. С каждым импульсом владений Бога Света этот чистый белый Святой свет постепенно ослабевал. Белые звезды постепенно рассеивались, становясь золотыми и тусклыми со временем, прежде чем, наконец, превратиться в бесконечно маленькие Звездные точки.

Лонг Хаочен тут же открыл глаза, сделав рубящее движение с Арией богини света в правой руке.

— Пожалуйста, прими мой удар, старший.»

Ария богини Света превратилась в сверкающий золотой цвет, а втянутый домен Бога Света собрался в колесо света, медленно запущенное вперед вместе с золотой проекцией света от лезвия Лонг Хаочен.

Предыдущая атака звездного света, которую Ян Хаою запустил, была сразу же рассеяна, и после этого золотая проекция света направила атаку звездного света, продолжая летать вперед, меняя цвета в процессе, чтобы постепенно стать белым. Еще более загадочным было то, что эта яркая проекция лезвия издавала сладкие звуки везде, где бы она ни проходила, испуская благоприятное и мирное чувство спокойствия. За этим клинком в проекции света появились два чисто-белых крыла.

Ян Хаою впервые серьезно посмотрел на него. Подняв тяжелый меч в правой руке, звездные огни внутри звездной вселенной вспыхнули все сразу.

Эта белая проекция клинка вошла в звездное царство сразу после выхода из Царства Бога Света, ни в малейшей степени не преграждая ему путь.

Когда ближайшие звезды приземлились на проекцию белого лезвия, произошла странная сцена: эта белая проекция снова замедлилась, но ее объем стал в два раза больше, разбивая эти звезды.

Это был первый раз, когда Ян Хаою столкнулся с такой ситуацией. Подняв тяжелый меч в правой руке, он взмахнул им в пустом воздухе, собирая мириады звездных огней в огромный клинок, нацеленный на длинный меч Хаочэня, выглядевший легким и беспрепятственным, как перышко.

Два выступа лезвия совершенно противоположного размера столкнулись.

На поверхности лезвие Лонг Хаочен выглядело так, как будто оно должно было немедленно пострадать, но этот контакт сразу же вызвал состояние липкости между лезвиями.

Два световых лезвия одновременно остановились в воздухе, и звездный свет медленно поднялся, чтобы свернуться на огромном сформированном лезвии, заставляя маленький выступ лезвия Лонг Хаочена медленно вытесняться под его подавлением. Но в процессе этого изгнания маленькое светлое лезвие постепенно увеличивалось, в то время как большое светлое лезвие постепенно уменьшалось. Меньшее световое лезвие также отталкивалось на постепенно замедляющейся скорости.

— Разойдитесь, ломайте!— Громко крикнул Ян Хаою, одновременно размахивая мечом в руках. С большим взрывом звездное Царство сильно задрожало, когда Звездный клинок, который он запустил, разлетелся на куски сразу же, превратившись в бесчисленные звезды, выстреливающие и, наконец, разрушив проекцию лезвия Лонг Хаочена в интенсивном взрыве, превратившись в бесчисленные волны белого света. Но они не рассеялись, а тихо полетели назад, чтобы снова слиться с владениями светлого бога Лонг Хаочена.

Интенсивный пульс сердцебиения отразился по всей сцене, когда, как только этот белый свет вернулся, домен Бога Света начал еще одну контратаку против звездного домена, заставляя его вернуться к прежнему состоянию тупика. Каждая партия теперь занимала половину неба, как и раньше.

Прямо сейчас все наблюдавшие за происходящим генераторы были в полном шоке. Даже ли Чжэнчжи, чье элементарное понимание было чрезвычайно высоким, также с трудом понимал, что произошло в предыдущем столкновении сил между Хаоченем и Ян Хаою. Возможно, только легендарный Чэнь Зидянь имел некоторые подсказки о том, что произошло, его лицо прямо сейчас казалось полным одобрения.

Ян Хаою не продолжал атаковать, но посмотрел на Лонг Хаочэня с вопросительным взглядом “ » просто как вам это удалось? С вашим нынешним культивированием и пониманием домена, не должно быть никакого способа, которым вы могли бы сопротивляться перед моим звездным доменом.»

Это выглядело так, как будто они оба продолжали делать ходы, но на самом деле, это было полностью соревнование между их двумя областями. Атака Ян Хаою проходила через его владения, в то время как первый блок Лонг Хаочен использовал Божественный Улитковый щит, в то время как второй полностью использовал силу своего домена, то же самое происходит и для небольшого выступа клинка, который он запустил позже.

И в этом столкновении доменов именно Ян Хаою, наконец, сделал первый шаг назад. Хотя победителя не было, Ян Хаою явно потерпел небольшое поражение.

Лонг Хаочен слегка улыбнулся “ » Звездный домен старшего действительно расширил горизонты этого младшего. Это действительно самая могущественная область, с которой я когда-либо сталкивался, действительно не затронутая ограничениями законов Бога Света. Но вы кое-что Забыли: звездный свет-это тоже свет, и даже если энергия звезды, накопленная внутри, была еще более массивной, ее ядро содержит большое количество света. Точно так же, как ваша способность использует свет в качестве своей сердцевины, мой домен Бога Света очень хорошо гармонирует со всем светом. Поэтому я просто использовал свет внутри вашего домена, чтобы преобразовать свою силу в состояние, способное бороться с вашим доменом, едва сопротивляться. В некотором смысле, я частично использовал вашу собственную силу, чтобы бороться против вас.»

Ян Хаою изобразил удивление, медленно кивая: «какой сильный светлый домен Бога. С точки зрения качества, похоже, что ваш домен действительно намного выше моего звездного домена. Когда придет время и он будет достаточно укреплен, черный ад Бога-демона императора встретит вполне достойного соперника. Но этот матч только начинается. Ваш домен должен был материализоваться совсем недавно, верно? Вам нужно будет показать гораздо больше, чтобы бороться с моим звездным доменом.

— Мои Звездные владения — это не только моя сила, но и сила, возникающая из слияния моего мифологического зверя звездного неба и меня самого. Таким образом, мой домен по существу является мутированным доменом, эквивалентным слиянию двух доменов. Моя полная сила близка к звездному небу, но то, с чем вы только что столкнулись, было просто самой фундаментальной силой звездного царства. Я собираюсь увеличить давление прямо сейчас, будьте осторожны!»

Ян Хаою полностью имел отношение старшего, дающего указания младшему, и у Лонг Хаочэня также был все более почтительный взгляд на его лице.

Действительно, его развитие уже достигло значительного уровня, но тот день, когда он достиг девятой ступени, был еще совсем недавним, так что у него было далеко не достаточно опыта использования способностей электростанции девятой ступени, а также практического опыта. Конечно, он мог бы легко ответить противнику более низкого уровня развития, чем он сам, но с более сильным противником было бы несколько трудно справиться.

Если Ян Хаою использовал свою самую сильную атаку с самого начала, Лонг Хаочэнь боялся, что он будет беспомощен перед ней. Но его постепенное повышение уровня давления принесло Лонг Хаочен чрезвычайно ценный практический опыт против доменов, а также чрезвычайно хорошие выгоды для его будущего культивирования из-за высокого уровня давления.

— Пожалуйста, проводите меня, старший.— Лонг Хаочен легонько постучал Арией богини света по его плечу в знак приветствия.

Ян Хаою ответил на приветствие, подняв тяжелый меч в правой руке и подняв его в воздух, объявив глубоким голосом: «теперь я начну демонстрировать свою собственную технику владения, которую я создал, используя способности моего звездного звездного мифологического зверя наряду с моим собственным, называемым звездным небесным взрывом. Будь осторожен и покажи мне, сколько света твой светлый Божий домен может лишить меня при таких обстоятельствах.»

Сказав это, Ян Хаою указал тяжелым мечом в своей правой руке на звезду, и сразу же эта звезда полностью зажглась, а другие звездные огни потемнели. Звезда, о которой шла речь, даже отрастила тусклый золотистый хвост, устремляясь прямо и бесстыдно к длинному Хаочэню.

Взрыв Звездного Неба? Это был первый раз, когда долгое время Хаохэнь слышал это имя, но он знал о методах домена! Ян Хаою уже сказал ему, что он собирается использовать технику домена, как долго Хаочэнь может отвечать, не заботясь?

Если бы эта способность была добавлена к соревнованию между доменами, его собственный домен наверняка проиграл бы. Хотя владения Лонг Хаочена были приобретены совсем недавно, он совершенно не желал позволить своему владению проиграть, иначе его будущее отношение во времена культивации, несомненно, сильно пострадает.

Вытягивая арию богини света вперед, бесчисленные ореолы собирались на Арии богини света, когда многоцветный золотой свет, испускаемый Божественным единорогом, сиял все более и более интенсивно.

Через сердце вечности Лонг Хаочен сумел до некоторой степени контролировать свои владения, но владения Бога Света действительно были высшим существованием среди всех существующих областей. Чтобы достичь контроля над областью такого уровня, безусловно, потребуется астрономическая духовная энергия. Лонг Хаочен в обязательном порядке требовал усиления Божественного единорога, чтобы добиться полного контроля над владениями. Конечно, по мере углубления его понимания Царства Бога Света эта ситуация будет меняться до некоторой степени, пока он не сможет, полностью интегрировав Царство Бога Света, слить его с частью своего тела, а также стать частью самого Царства Бога Света. Этот момент можно было бы назвать достижением совершенного контроля над своим собственным доменом, именно то, что Ян Хаою сумел сделать со своим собственным доменом.

Собранный доменный свет вращался вокруг арии богини света, когда нимб осветил тело Лонг Хаочена, и он направил арию богини света вперед. Распространяя перед собой ранее сгустившийся ореол, он обволакивал входящую звезду.

Скорость полета этой звезды непрерывно возрастала, и когда она собиралась войти во владения Бога Света, нимб, направляемый Арией богини света, встретил ее, немедленно остановив свое продвижение.

Произошла невообразимая ситуация: эта замедленная звезда внезапно замерла, вытеснив весь свет в ней, но не оставив владениям Бога Света Лонг Хаочена ни малейшего шанса поглотить ее свет. В это мгновение та звезда внезапно взорвалась.

*Гул*

Мощный взрыв прогремел не только по всему огромному стадиону Альянса, но даже потряс весь священный город. В то же мгновение, как он был вызван, барьер на огромном стадионе альянса сильно затрясся, и большие пространства трещин образовались на каждом углу барьера, выглядя близкими к разрушению в любое время.

Именно в это время раздался торжественный звук, когда золотой шар внезапно появился на вершине барьера, сопровождаемый бесчисленными яркими огнями, окутывающими барьер в семь цветов радуги, а затем превратился в восемь цветов. Это, наконец, стабилизировало его состояние и остановило разрушение барьера.

Духовная лепешка! Этот золотой шар на самом деле был духовной гранулой Чэнь Цзидянь; он не мог легко показать использование своего домена из-за страха повлиять на других людей на стадионе, поэтому он мог использовать только свою духовную гранулу, чтобы стабилизировать защиту стадиона.

Внутри стадиона Лонг Хаочен и божественный Единорог немедленно были изгнаны последствиями взрыва этой звезды. Паря в воздухе, Лонг Хаочен выпустил струю крови, его владения светлого бога едва не рассыпались в жестокой тряске.

Эта взрывная сила действительно настолько ужасна. Разве это сила техники домена?

Внутренняя духовная энергия Лонг Хаочэня составляла 290,000, добавляя к этому усиление от его золотых доспехов основания и Божественного единорога, его общая доступная духовная энергия была уже более чем 400,000. Хотя он еще не достиг четвертой ступени девятой ступени, духовная энергия, которую он мог привести в действие, была не меньше.

Но перед этими взрывами его семь отверстий чувствовали себя как бы запечатанными, вызывая ужасное ощущение того, что его чувства были лишены. Не только его тело, но даже душа испытали сильную дрожь. Неужели взрыв звездного неба был такой страшной вещью?

Нынешний длинный Хаочень был полон глубокого потрясения. Он никогда не ожидал, что владения Ян Хаою действительно достигнут такого ужасного уровня власти.

Поскольку он был незнаком с противником, и поскольку Ян Хао был также силовым центром храма рыцарей, так долго Хаочэнь поддерживал зондирующую позицию в этом сражении.

Именно поэтому он решил принять первый удар звездного домена с Божественным щитом улитки вместо того, чтобы встретить его силой своего домена. И прямо сейчас он получил истинное представление о том ужасном уровне силы, которого могла достичь способность домена.

Фактический ужас разрушительной силы способности домена был намного выше запрещенного заклинания! Если бы барьер, специально подготовленный для защиты Великого стадиона Альянса, не был там раньше, они могли бы опасаться, что беда постигла бы весь Святой город.

Однако Лонг Хаочен не был обескуражен так просто. Совсем наоборот, что-то, казалось, проснулось в его теле перед этим массивным давлением.

Сделав глубокий вдох, придав своему телу устойчивость и уставившись на Ян Хаою, Лонг Хаочэнь не стал вытирать кровь в уголках рта, и его взгляд стал еще более спокойным, чем прежде.

Владычество Бога Света снова отступило в область десяти метров в диаметре вокруг него, длинный Хаохэнь глубоко вздохнул, казалось, втягивая весь свет в свое тело.

Два меча в его руке были медленно сведены вместе над его головой, и когда два божественных меча перетекли друг в друга, ужасная вспышка белого света вырвалась из них. Сразу же этот белый свет стал разноцветным, прежде чем превратиться в раскаленный белый.

Гармоничная связь двух мечей притянула к себе силу, которая поначалу даже заставила Бога-демона императора вздохнуть с восхищением. Но это гармоничное использование двух мечей, казалось, было направлено только на контроль над его владениями Бога Света.

Фантастический белый блеск вырвался из двух мечей, которые были сделаны одним целым с владениями Бога Света.

В это время Ян Хаою впервые испытал шок, увидев, как меняется отношение к владениям светлого бога Лонг Хаочэня.

Каждый домен имел свое собственное значение; например, звездный домен Ян Хаою имел таинственное и неисчерпаемое значение. Но изначальное содержание владений светлого бога Лонг Хаочена казалось безграничным: безграничный свет, чистота и мягкость.

Но прямо сейчас в поведении владений бога света произошла фантастическая перемена. Он стал белым от золотого цвета, раскаленного добела, который вернулся к мягкости после первоначального всплеска грубой силы, огромной ауры узнавания.

Это была жизнь и созидание.

Верно, когда Лонг Хаочен полагался на гармоничную связь двух мечей, это вызвало своего рода эволюцию его владений Бога Света. Белый домен сиял чувствами жизни и созидания.

Это была мощная аура жизни и созидания, исходящая от слияния света и воды, поднимающая естественные качества домена света Мо в сто раз, а его содержание-в тысячу раз одновременно.

Жизнь и творение, новая тайна за владениями Бога Света. Глаза Лонга Хаочэна тоже стали раскаленными, когда он держал в руке меч жизни и созидания, и владения Бога Света тут же снова расширились. Там, где он проходил, Звездный домен не мог удержаться от того, чтобы понемногу отступать в проигрыше.

Взмахнув правой рукой Ян Хаою, на этот раз две звезды полетели на Лонг Хаочэнь.

Если эти две звезды должны были взорваться, то результирующая мощь должна была увеличиться в несколько раз.

Белый свет свободно циркулировал, пока владения Бога Света Хаочэня внезапно замедляли свою спиральную скорость. Всплески за всплесками света растягивались, немедленно образуя две полосы перед двумя концентрациями звездного света, медленно пробиваясь внутрь двух Стасов. Тогда Ян Хаою сразу же обнаружил, что потерял контроль над своими собственными владениями.

Техника взрыва звездного неба должна была немедленно взорваться при соприкосновении с противоборствующей силой, дуя в основное место силы противника. Инициировать взрыв раньше времени было невозможно, так как в это время звезда все еще находилась в своем звездном домене, что было бы сродни нападению на самого себя. Но когда звезда вошла в контакт с владениями Бога Света Лонг Хаочена, он неожиданно потерял контроль, став неспособным взорвать его, другими словами, Лонг Хаочен нейтрализовал свою технику взрыва звездного неба.

В этот момент глаза Ян Хаою были полны шока. Он вообще не ожидал, что долго эволюционировавший домен Хаочена действительно нейтрализует его технику домена таким образом.

Лонг Хаочен имел другую ориентацию на культивирование, чем Цайэр. Ее метод был более склонен к развитию ее техники владения, потому что-то, что она унаследовала, было силой очищения бога смерти, следовательно, ее техника владения в значительной степени увеличит ее наступательную силу.

После долгого слияния Хаохэня с Конституцией Элюкса как наследника Света, все его существо было превращено в часть светового элемента. Мистерии света относились не к побоищам и битвам, а к сотворению и жизни, приносимой светом. Узнав его истинную сущность, Лонг Хаочен выбрал этот путь для себя, путь, ведущий к эволюции его владений. Прямо сейчас он использовал вторую форму владения Бога Света, его эволюционировавшую форму.

Жизнь и творения были неизбежными и случайными понятиями, вовлеченными в каждую вещь. Фантастические изменения и связь между этими неизбежными и случайными вещами вызвали появление новой способности, выходящей за пределы сферы действия света».

3

Взрыв звездного неба был, безусловно, мощным и невозможным для долгого Хаочэня блокировать, но через его эволюционировавший домен Бога Света он имел возможность разорвать эту силу и даже заставить Звездный домен развалиться под действием законов жизни и творения.

Ян Хаою знал, что он недооценивал этого юношу. Возможно, последний еще недостаточно глубоко понимал свою собственную область, но это был все еще потрясающий талант, чье знание света значительно превосходило его собственное. И прямо сейчас, это знание интегрировало его область, таким образом заставляя ее завершить эволюцию.

Глаза Ян Хаою были полны восхищения. Он понимал, что если дать этому юноше достаточно времени, то он обязательно превзойдет его.

— Что за сила жизни и созидания! Тогда позвольте мне показать вам последнюю битву моего царства!— Говоря так, Ян Хаою медленно поднял правую руку, указывая ею в небо. В первый раз его звездный домен сжался, но продолжал рассеивать звезды по всему процессу. Таким образом, владения светлого бога Лонг Хаочена сразу же значительно расширились. Поскольку даже простые рассеянные звезды все еще могли нанести ему огромный урон, его единственным вариантом было медленно нейтрализовать силу этих звезд.

Из сжимающихся владений на Ян Хаою собиралось много звезд.

Его золотые доспехи первоначально были очень великолепны, но после того, как звезды были инкрустированы на нем одна за другой, он приобрел несравненную яркость.

— Само Воплощающийся Домен!— Ли Чжэнчжи потерял голос в тревоге, полный потрясения, а затем на его лице появилось дряхлое выражение. Он знал, что между ним и Ян Хаою все еще существует едва заметная пропасть.

Ли Чжэнчжи возлагал свои самые большие надежды на это великое собрание храмов, потому что он только что преодолел четвертый уровень девятой ступени развития, его внутренняя духовная энергия превысила 400 000. И не только это, но у него было еще две мощные техники владения.

Но после того, как он увидел способность Ян Хаою, он знал, что непреодолимая пропасть, отделяющая его от этого легендарного звездного неба Святого рыцаря, все еще присутствовала.

Самовоспроизводящийся домен, который был характерной способностью пятого ранга с девятой ступени, представителем обновления до высокого класса электростанции девятой ступени.

В этот момент доменом был сам Ян Хаою, и Ян Хаою был также его собственным доменом, домен и его владелец становились единым целым. Это уже была граница бессмертия.

Конечно, это было не настоящее бессмертие, но по достижении области воплощения себя продолжительность жизни человеческой электростанции увеличится до более чем пятисот лет! Чэнь Цзыдянь не сумел совершить этот подвиг, но Ян Хаою просто сделал это.

Владения светлого бога Лонг Хаочэня постепенно охватили Ян Хаою в своем объеме, и Ян Хаою показал тонкую улыбку на его лице. Его владения полностью слились с ним, и это стало борьбой внутри владений Бога Света Лонг Хаочена.

Размахивая мечами, Ян Хаою немедленно пошел по тропинке перед ним. Даже уже развившееся Царство Бога Света раскололось перед его мечами, которые обрели прозрачность, мерцали звездным светом так же, как и его доспехи, воплощая бесконечное ночное небо.

Причудливый удар скрещенных Звездных мечей разорвал путь к длинному Хаочэню, совершенно неостановимый владениями Бога Света.

Меч-удар звездного Креста двигался очень медленно, но его огромное давление заставило броню Золотого фундамента Лонг Хаочена издавать серию трескучих звуков, с бесчисленными трещинами, начинающими появляться на броне Золотого фундамента. Эта броня эпического уровня на самом деле была совершенно неспособна выдержать такой уровень мощи.

Божественный Единорог расправил свои крылья, показывая страдальческий взгляд. Под этим огромным давлением его голова была с силой опущена, и Священный свет, рассеянный из его рога, стал намного слабее.

Этот божественный Единорог был, конечно же, звездным королем, который развивался вместе с ростом культивации Лонг Хаочен. Он все еще не имел своего собственного домена, и его использование было сведено к минимуму из-за подавления звездного домена.

Удар Ян Хаою уже использовал большую часть его владений, сжатых для использования в форме техники. Этот удар скрещенными мечами, можно сказать, аккумулирует силу многочисленных методов взрыва звездного неба. Даже домен Бога Света, эволюционировавший до границы жизни и творения, не смог бы рассеять столь сильно сконцентрированную силу домена.

Это был разрыв в культивировании двух партий, уже выходящий за пределы разрыва в качествах двух областей.

Звенеть. С легкими покалывающими звуками Лонг Хаочен мгновенно решил сбросить свою собственную броню Золотого основания, превратив ее обратно в падающую золотую коробку основания, иначе она понесла бы непоправимый урон.

Без защиты доспехов кризисная ситуация Лонг Хаочена стала еще более очевидной. Огромная мощь сделала его неспособным даже отпустить меч жизни и созидания в своих руках.

Такова была истинная мощь звездного Небесного рыцаря! Можно было бы сказать, что процесс предыдущего хода битвы был просто Ян Хаою, дающим направление Лонг Хаочэню ради увеличения его опыта сопротивления силовым установкам.

Звездный Кросс-Страйк Ян Хаою был быстрее всего остального, нанося прямой удар по длинному Хаочэню, но скорость атаки добровольно быстро снижалась, поскольку давление увеличивалось.

С увеличением давления отскок будет становиться только сильнее. С длительным культивированием Haochen, выдерживание такого давления вряд ли было бы возможно. Ян Хаою пытался вытеснить прорывы из Лонг-Хаочэня с помощью большей части своих собственных сил. Такой практический опыт принес бы ему неописуемую пользу в будущем.

Тело Лонг Хаочэня слегка дрожало в воздухе перед этим разрушительным давлением, когда гармоничный меч жизни и творения рассеял драконьи песнопения, которые только продолжали становиться все более и более высокими

Звездный Кросс-Страйк становился все ближе и ближе к длинному Хаочэню, и он все еще не мог дать эффективного ответа, не говоря уже о какой-либо смене движения.

Ян Хаою втайне вздохнул, подумав про себя: «Возможно, я просто возлагал слишком большие надежды на этого ребенка». Ему еще нет и тридцати, но он уже успел однажды развить свой домен. На чем же еще можно настаивать, чтобы он показывал?

Из-за огромного давления изо рта и носа Лонг Хаочэна хлынула кровь. Если так будет продолжаться и дальше, его жизнь скоро окажется под угрозой!

Как раз в тот момент, когда Ян Хаою думал о прекращении своей атаки, он внезапно увидел глаза Лонг Хаочэня.

Эти глаза были такими же ясными, с таким же умиротворенным взглядом даже при таких отчаянных обстоятельствах, с таким же настойчивым взглядом в сочетании с этим нежным выражением.

Он еще не сдался! Это была первая реакция Ян Хаою, и прямо в это время он увидел пурпурный блеск в его глазах, когда пурпурно-золотой блеск исходил из его глаз, девять фиолетовых линий бесшумно появились на его лбу.

Точно так же, как проливные волны, пурпурно-золотые ореолы хлынули из спины Лонг Хаочена, мгновенно превратив Царство белого бога света в пурпурно-золотой цвет.

Аура жизни и созидания исчезла, сменившись несравненной мощью и неисчерпаемым разрушительным намерением.

В это мгновение аура Лонга Хаочэна метаморфозировалась, и единственным, что осталось прежним, был его мягкий и спокойный взгляд.

Позади него появилась огромная иллюзорная фигура. Это была не богиня света, поскольку после поглощения особых качеств Элюкса как наследника света он больше не мог использовать Божье нисхождение. Это было потому, что его духовная энергия достигла качества Бога Света, существования, способного бороться с богиней света.

Это огромное иллюзорное изображение было пурпурным, испуская блистательный пурпур, его шесть огромных голов были высоко подняты и с двумя огромными выпуклостями на крайних сторонах шести голов, уже близко к форме других шести голов.

Иллюзорный облик этой статуи постепенно обретал материальность, ее огромные крылья раскрывались и вызывали прибавление несравненного благородства и мощи к пурпурному божеству Лонг Хаочена-владению Бога Света.

Да, его кровеносные сосуды вызвали его перед лицом высокого давления и угрожающего жизни кризиса, с которым столкнулся Лонг Хаочен.

Роа! Оглушительный рев раздался позади длинного Хаочэня.

Глубокие следы пурпурного намерения вспыхнули, превратившись в пурпурный ореол, дующий на Ян Хаою. Удивительно, но везде, где проходил фиолетовый свет, Лонг Хаочен окружал крепкий пурпурно-золотой цвет, и этот звездный удар Кроса остановился в воздухе. Можно было с ужасом увидеть, что пурпурный свет распространяется по пути, взятому Ян Хаою, уничтожая бесчисленный звездный свет на своем пути.

Мечи Ян Хаою изменили положение, его звездный свет переплелся в великолепный звездный атлас. Но весь этот звездный свет казался совершенно бесполезным перед этим пурпурно-золотым ореолом, когда рассеивался непосредственно. Когда этот пурпурный свет соприкоснулся с Ян Хаою, его тело сильно задрожало, и иллюзорное золотое облако отделилось от него, трепеща в противоположном направлении.

Меч жизни и созидания в руках Лонга Хаочена наконец приземлился, значительно уменьшив мощь перекрестного удара звездного меча,и посреди резонирующих цепляющихся звуков скрещенные мечи раскололись. Лонг Хаочен воспользовался огромным импульсом, чтобы броситься вперед, массивное изображение на его спине сливалось с ним, чтобы превратиться в великолепную пурпурно-золотую броню.

Но этот пурпурно-золотой цвет был слишком властным. В то время, когда он застрял на теле Лонг Хаочен, Божественный Единорог был фактически изгнан далеко.

Как странно видеть Божественного единорога, не оказывающего ни малейшего сопротивления в такое время. Многоцветная гексаграмма, начертанная под его ногами, бесшумно исчезла, и если бы кто-нибудь обратил на нее пристальное внимание, то увидел бы, что в момент появления этой массивной пурпурной фигуры даже верхний ярус Божественного единорога был полон ужаса.

В противоположность великолепным пурпурно-золотым доспехам Лонг Хаочэня, звездная Небесная броня Ян Хаою и двойные мечи фактически исчезли. Этот предыдущий звук рева, сопровождаемый высвобождением фиолетового ореола, фактически насильственно прервал его контакт со звездным небом мифологического зверя.

Ян Хаою был полностью шокирован прямо сейчас. Вторая эволюция … это была фактически вторая эволюция, которая имела место в его владениях! Это было невозможно; даже такая мощная сила, как девятая ступень, пятый ранг, как он сам, не смогла бы совершить этот подвиг! Это можно было сделать только в шестом или даже седьмом ранге.

Он также чувствовал присутствие своего спутника. Этот фиолетовый ореол неожиданно вызвал страх в звездном небе мифологический зверь, известный как мифологический зверь номер один типа звездного неба. С тех пор как он заключил договор с мифологическим зверем звездного неба, Это было первое, что случилось с Ян Хаою.

С самого начала этой битвы Лонг Хаочен постоянно находился под давлением. Давление резко ослабло, и он рефлекторно воспользовался моментом, чтобы начать атаку.

Прямо сейчас, домен Бога Света был в экстраординарном состоянии, но это на самом деле не было второй эволюцией. Точно так же, как броня материализовалась на теле Лонга Хаочэна, это произошло от силы Хаоюэ. Эта шестиголовая пурпурная фигура была не кем иным, как Хаоюэ, который чуть не погиб вместе с Лонг Хаочен и скрывался в течение более чем пяти лет.

Этот темно-фиолетовый ореол был силой родословной Хаоюэ!

Точно так же, как культивация Лонг Хаочен поднялась на второй уровень девятой ступени, Haoyue также добился значительного прогресса, значительно увеличившись в объеме, чтобы теперь быть более тридцати метров в длину. Все его чешуйки были похожи на сверкающие аметисты, но на самом деле его развитие достигло лишь вершины восьмой ступени. Но, оценивая Haoyue, естественно, не может быть сделано только с такими простыми факторами.

Эти две огромные выпуклости, казалось, в любой момент могли образовать головы. Шестиглавый Хаоюэ, уже достигший вершины восьмой ступени, если бы он вырастил еще две головы, чтобы получить восемь голов, то какого уровня он достиг бы? Даже сам длинный Хаочень не смел себе этого представить. Кроме того, поскольку скрытые способности Хаоюэ только росли и становились все сильнее, любопытство Лонг Хаохэня относительно его происхождения только росло.

Ассимилируя силу крови Хаоюэ, Лонг Хаочэнь также почувствовал всплеск силы, идущей от силы крови Хаоюэ в его собственное тело тоже. Владения Бога Света, которые обычно были мягкими, обрели благородство и мощь. К жизни и творениям добавились унции опустошения и разрушения. Эти две крайности, исходящие из мощных кровеносных сосудов Haoyue, прекрасно интегрировали все целое.

Хаоюэ, конечно, не был так силен, как Лонг Хаочен прямо сейчас, но уровень, достигнутый силой его кровеносных сосудов, был даже не переносим для мифологического зверя звездного неба, который отделился от тела Ян Хаою, заставив Звездные владения Ян Хаою немедленно потерять равновесие.

В разгар этого беспорядка атака Лонг Хаочэня достигла своей самой сильной степени силы.

Сердце вечности энергично пульсировало, и пурпурно-золотые божественные мечи выпустили небывалый блеск, наполненный властным намерением меча и также несущий пурпурно-золотой блеск, будучи высоко поднятым. В это мгновение душа его меча и намерение меча слились воедино, и это заставило Лонг Хаочена мгновенно подняться до своего пика.

Однако Ян Хаою все же заслужил свою репутацию. Мифологический зверь звездного неба отделился от него лишь на долю секунды, прежде чем вернуться и прикрыть его тело. Но звездный домен был немного ослаблен, в то время как ловкая атака Лонг Хаочена несла разрушительную силу земли. С криком мечи в его руке прочертили непонятную дугу, собирая мириады звездных огней, как один, чтобы столкнуться с мощным ударом Лонг Хаочена.

Это столкновение казалось незначительным, но в гостиной храма рыцарей оно вызвало большие изменения в выражении лица Чэнь Цзыдянь. Его фигура вспыхнула, чтобы достичь вершины защитного барьера, и он громко крикнул: «полная мощность, чтобы поддержать барьер все!»

Эти два удара бросились к барьеру. Это столкновение содержало в себе всю мощь этих двоих, уже превышающую уровень обычных доменов. Они, казалось, действительно забыли, что это был матч, проходящий в большом собрании храмов! Столкновение, достигшее их уровня, было уже за пределами того, что мог выдержать защитный барьер на уровне божественного инструмента. И, в случае его разрушения, возможно, пострадает весь священный город, особенно многочисленная толпа, стоящая снаружи. Настоящий взрыв действительно превратил бы этот матч в беспрецедентную катастрофу.

Чэнь Цзыдянь не останавливал их все это время, потому что он был очень хорошо знаком с Ян Хаою, следовательно, полностью осознавал высоту своего развития, зная, что он действительно правильный человек. Но кто мог предположить, что Лонг Хаочэнь внезапно призовет другого магического зверя, прежде чем объединиться с ним и фактически разорвать связь между Ян Хаою и мифологическим зверем звездного неба. Это воспламенило конкурентоспособность Ян Хаою, что привело к этому столкновению максимальной власти. Если бы ему было позволено вырваться наружу, даже среди высших из шести великих храмов, возможно, лишь немногие из тех, кто был ниже девятой ступени, остались бы.

Будучи главным арбитром, как он мог допустить такую ситуацию? Его первой реакцией была немедленная просьба о помощи, так как защитный барьер был единственным средством для объединения их сил сразу.

Услышав громкий крик Чэнь Цзыдянь, начальники шести великих храмов почти все без колебаний приступили к работе. Ли Чжэнчжи отреагировал первым, надавив обеими руками на барьер, чтобы влить внутрь себя свою духовную энергию.

Этот барьер был чрезвычайно мистическим. Помимо вливания духовной энергии внутрь через магический массив, можно было также вливать ее внутрь непосредственно. Однако он просто не будет иметь таких же усиливающих эффектов, как через массив.

Великое собрание храмов было состязанием между величайшими энергетическими центрами храмовых Союзов, где уже происходили всевозможные несчастные случаи. Такое укрепление защитного барьера ранее использовалось в большом собрании более ранних храмов. Например, отпрыск Сансары прошлого едва не заставил ее полностью разорваться в клочья.

Хотя оборонительный барьер большого стадиона храма занимал очень большую площадь, людские ресурсы для его поддержания также были огромны. Прямо сейчас, сотрудничество всех электростанций из шести великих храмов мгновенно укрепило его в огромной степени.

Тут же началось землетрясение, похожее на тряску. Пространство внутри уже было заполнено мириадами струящихся огней всех цветов. Фигуры Лонг Хаочэня и Ян Хаою были полностью погружены в этот великолепный свет, и массивное сотрясение уже вовлекло весь священный город, как настоящее землетрясение.

Защитный барьер мог выдержать серьезные удары, потому что те, которые он выдерживал, летели со всех комнат отдыха, достигая по крайней мере восьмой ступени культивации. Тем не менее, они были отправлены в полет один за другим от огромного шока. Весь барьер мерцал в разноцветном свете. Каждый мог почувствовать ужасающую мощь, бьющуюся внутри барьера. Если позволить ему вырваться наружу, это вызовет разрушительный урон для распространения.

Защитный барьер мог противостоять ударам духовной энергии, но никто не был в состоянии покрыть поверхность под ним, поэтому прямо сейчас он начал раскалываться снизу, заставляя весь огромный стадион храма сильно раскачиваться, некоторые трещины начали формироваться на его полу.

Именно в это время, разноцветный золотой свет мгновенно появился в воздухе. По мере того, как этот золотой свет набирал силу, он покрывал весь пол Великого стадиона Альянса, прежде чем медленно распространиться вниз, чтобы начать покрывать весь великий стадион.

Сотрясение Святого города наконец прекратилось, но из-за значительных повреждений, вызванных этим светом, крыша полностью исчезла.

Это была пагода, мерцающая в золотистом свете, разливающемся по всему воздуху. На этой пагоде было бесчисленное множество золотых надписей, испускающих блеск различных цветов. Эта семиэтажная пагода казалась достаточно большой, чтобы покрыть поверхность большого стадиона Альянса, а также весь защитный барьер. В тот момент, когда он приземлился на землю, подобные землетрясению удары, наконец, были сдержаны.

Все, кто находился за пределами Великого стадиона Альянса, были уже в большой панике. Каждый магический кристалл радиовещания был разбит на куски, и массы были наполнены шокирующим ужасом. К счастью, это ужасающее сотрясение земли, как будто могучий дракон перевернулся, исчезло после того, как продолжалось очень короткое время.

Увидев огромную башню, которая возвышалась посреди огромного стадиона этого расколотого альянса, задыхающиеся крики немедленно поднялись из народа.

Кэй’Эр спокойно оставалась на плаву, вытянув перед собой правую руку с распростертой ладонью.

Это сокрушительное присутствие посреди стадиона было, без сомнения, башней вечности.

Нынешняя башня вечности была совершенно иной, чем прежде. Она казалась гораздо менее мистической, приближаясь к подлинному божественному инструменту. Хотя он не достиг уровня сверх-божественного инструмента, он обладал способностью к перемещению в пространстве и, более того, сверхзащитной силой. Прежде чем Святой Некромант Элюкс очистился, он уже признал Кай’эра мастером, действуя прямо сейчас как нападающий и защитник с пространственной телепортационной способностью в распоряжении Кай’эра.

Башня вечности издавала легкие чирикающие звуки, которые продолжались долгое время, прежде чем постепенно утихнуть. Яркий свет вспыхнул из груди Кай’Эр, когда ее правая рука указала на башню вечности.

Башня вечности взлетела на двадцать метров вверх, затем быстро уменьшилась, приземлившись обратно в руках Кай’Эр, и наконец превратилась в замысловатый золотой драгоценный камень длиной двадцать пять сантиметров, возвращающийся в ее ладонь.

Кай’Эр подняла запястье, вечная Мелодия вспыхнула на ее талии, когда башня вечности бесследно исчезла в форме бесчисленных нитей света, и ее взгляд нетерпеливо переместился назад в направлении стадиона.

Прямо сейчас стадион уже восстановил свое спокойствие. В конце концов барьер не получил никакого повреждения, и вышестоящие из шести великих храмов, которые должны были поддерживать барьер, собрались один за другим, и многие люди смотрели на Кай’Ер. Без предыдущего подавления башней вечности, хотя это не дошло бы до того, чтобы Священный город действительно подвергся опасности, такая ситуация, как нападение дракона, безусловно, вызвала бы массовый беспорядок в Священном городе.

Земля стадиона казалась вспаханной: вся земля была выкопана с длинными Хаочен и Ян Хаою, стоящими на единственных двух неповрежденных кусках земли.

Длинный Хаочэнь упал на Землю, используя свои два тяжелых меча, чтобы поддержать свое тело, выглядя довольно бледным и имея следы крови, текущей в углу его рта. Но можно было отчетливо видеть мощный яркий Свет, сияющий на его груди, индикатор пульса сердца вечности, восстанавливающего большое количество светлой сущности.

Хотя Ян Хаою все еще парил, он выглядел довольно несчастным, его волосы были в полном беспорядке, а звездная Небесная броня на нем уже исчезла.

Чэнь Цзыдянь задыхался: ради сохранения защитного барьера он только что потратил слишком много сил. Они оба не могли не ахнуть в тишине, когда смотрели в том же направлении.

«Я проиграл!»Лонг Хаочэнь и Ян Хаою посмотрели друг на друга, заявив эту позицию почти одновременно.

— А?— Чэнь Зидянь вопросительно посмотрел на меня.

Не оставляя времени на долгие объяснения Хаочэня, Ян Хаою заявил: «У меня было небольшое преимущество в предыдущем столкновении, но ваша скорость восстановления духовной энергии намного больше моей, и вы можете также призвать Божественного единорога обратно, чтобы поддержать вас до конца битвы. Вероятность того, что вы выиграете, намного больше. Не нужно больше ничего говорить, признаю я.»

Сказав это, его фигура вспыхнула, когда он уходил, чтобы пройти через защитный барьер.

Лонг Хаочен выглядел очень довольным. Он знал, что Ян Хаою действовал намеренно. Он был фактически проигравшей стороной: его скрытые возможности были полностью вытеснены Ян Хаою. Если бы Ян Хаою атаковал со всей своей силой с самого начала, он бы давно проиграл. Даже последние столкновения были фактически в пользу Ян Хаою. Даже если он действительно попытается убить противника, Лонг Хаочен все равно сможет лишь нанести ему несколько серьезных ран.

Благодаря сердцу вечности, Лонг Хаочэнь восстановил свою духовную энергию с еще большей скоростью, чем Ян Хаою. Но что толку в этом, если Ян Хаою не даст ему времени прийти в себя?

Разрыв в силе между Лонг Хаочен и Ян Хаою был все еще значительным. Однако эта битва принесла ему особенно огромные выгоды. В частности, ему был дан важный урок относительно использования домена. Ян Хаою уступил ради того, чтобы помочь ему осуществить свой план. Совершенно очевидно, что Лонг Тяньин уже проинформировал его, этот главный источник энергии храма рыцарей, о плане Лонга Хаочэня.

Взгляд Чэнь Цзыдяня был полон удовлетворения и приятного удивления, когда он кивнул Лонг Хаочэню: «тогда Лонг Хаочэнь победил и вышел в четвертый раунд. Поскольку стадион подвергся массовым разрушениям, сегодняшние матчи должны быть приостановлены, чтобы поле немедленно было восстановлено, и соревнования возобновятся завтра утром.»

Если можно сказать, что битва Лонга Хаочэня с Цю Юнхао сделала его центром внимания, то битва с Ян Хаою принесла ему известное достижение.

Это был матч, противостоящий доменам, противостоящий эволюции домена с техникой домена и противостоящий двум спутникам магического зверя.

Хотя никто не мог ясно видеть последние столкновения, Лонг Хаочен уже продемонстрировал свою силу перед всей аудиторией. Этот двадцатипятилетний юноша убедил их всех своей силой. Яркий проблеск надежды также будет рассматриваться как и другие шесть великих храмов с этого момента и далее.

Выйдя из сферы действия барьера, Лонг Хаочэнь большими шагами догнал Ян Хаою, почтительно поклонившись ему: «дедушка Ян, спасибо за вашу помощь.»

Ян Хаою улыбнулся ему: «это не значит, что я помог тебе, но ты просто сделал это сам. Мое первоначальное намерение состояло в том, чтобы отрезать ваш драйв на том основании, что неудача-это мать успеха, чтобы вы могли искать свои собственные недостатки после того, как потерпели вопиющее поражение. Но ты сумел обратить мои мысли вспять, полагаясь на свою силу. Вы самый талантливый юноша, которого я когда-либо видел, но вы показываете большую устойчивость и опыт, не соответствующие вашему возрасту. Я покидаю храм рыцарей, а также весь Союз с тобой. Старые ребята, такие как мы, будут поддерживать вас на стороне, так что вы можете быть спокойны. Я действительно могу видеть появление человечества, глядя на вас, и возможность преодоления этого темного века. Если тебе больше нечего делать, пойдем со мной. Мне нужно кое-что с тобой обсудить.»

— Да, Дедушка Янг.— Лонг Хаочэнь поспешно принял приглашение, Лонг Тяньин похлопал его по плечу и выполнил еще один стандартный рыцарский салют Ян Хаою.

Хотя Великое собрание Альянса было прервано в Великом хаосе, у него было более чем достаточно людей, чтобы позаботиться о внешнем повреждении, в то время как многочисленные ремесленники Альянса были назначены на ремонт посменно.

Ян Хаою тихо вывел Лонг Хаочэня со стадиона. С их культивацией, оставаясь незамеченными, не может быть проще.

Не заходя в штаб-квартиру Альянса, Ян Хаою привел Лонг Хаочэнь в знакомое место, Пагодную башню отделения охоты на демонов.

Из-за Великого Собрания храмов это место было совершенно пустым. Узнав Ян Хаою, служащие даже не задали ему ни одного вопроса и покинули его, чтобы пройти на верхний этаж башни.

Под предводительством Ян Хаою Лонг Хаочэнь последовал за ним на седьмой этаж башни, куда он никогда раньше не поднимался.

Шестой этаж использовался для объявлений о миссии отрядов по охоте на демонов, а этот седьмой этаж был местом, куда только отряды по охоте на демонов имели право входить для участия в миссиях.

Хотя Лонг Хаочен уже был капитаном титулованного отряда охотников на демонов, он впервые пришел сюда.

Прибыв туда, он с большим удивлением обнаружил еще одного человека, ожидающего их на этом седьмом этаже.

— Старший Чэнь, Вы тоже здесь?— Спросил его Лонг Хаочэнь, приятно удивленный встречей с легендарным главным судьей Великого Собрания храмов Чэнь Цзыдяном.

Чэнь Цзыдянь рассмеялся “ » старый приятель Ян кокетливо подмигивал мне перед уходом. Как же я мог не прийти?»

Ян Хаою ответил с несчастным видом: «как ты можешь быть настолько лишен достоинства, когда ты уже так стар, старый Чэнь? Обратите внимание на свои слова в присутствии ребенка.»

Чэнь Цзыдянь засмеялся: «На что ты хочешь, чтобы я обратил внимание? Я именно такой и есть. Или, исходя из этого, вы должны называть меня великим предком с точки зрения старшинства. Ух Ты, Хаочень! Ваше выступление дало мне сегодня совершенно новый уровень уважения к вам.»

Лицо Лонга Хаочэна вспыхнуло: «на самом деле я проиграл. Дедушка Янг просто позволил мне выиграть нарочно, все еще есть большой разрыв между дедушкой Янг и мной.»

Чэнь цзыдянь покачал головой: «Не напрягайся из-за этого разрыва. Это нормально, пока у тебя есть потенциал. Вы действительно беспрецедентный случай в истории. Старина Янг, вы согласны со мной?»

Ян Хаою кивнул: «я никогда не встречал такого гениального ребенка, как этот. Я даже чувствую к нему ревность.»

Чэнь Цзыдянь ответил: «глядя на вашу битву, я не мог не вспомнить о том, что было десять лет назад. Знаешь, старина Янг, это было десять лет назад, когда я впервые встретил этого парня Хаочэня. Ему было всего около пятнадцати лет, но я уже тогда узнал о его дарах. Я сказал ему, что они должны сделать все возможное, чтобы взять на себя мое наследие, чтобы унаследовать титул убийц Бога демона.»

Ян Хаою не мог не чувствовать себя погруженным в эмоции, а также: «хорошее зрение.»

Чэнь Цзыдянь усмехнулся “ » я всегда считал, что мы, убийцы демонов-богов, были довольно известны, но знаете ли вы, как этот парень ответил Мне?»

У Ян Хаою был озадаченный взгляд “ » неужели он отказался?»

Чэнь Цзыдянь продолжал со смехом: «конечно, он отказался. Он сказал мне, что если бы они действительно могли однажды стать титулованным отрядом по охоте на демонов, они не хотели бы называться убийцами Бога демонов, но яркий проблеск надежды.»

«Я живу уже более трехсот лет, но никогда не ожидал, что однажды буду шокирован пятнадцатилетним ребенком. В тот день я был в полном шоке, и то же самое произошло с моими товарищами. Проблеск надежды, какая хорошо найденная игра! Чтобы дать человечеству проблеск надежды посреди тьмы. Я не видел ничего из того, что они испытали за эти десять лет, но я вижу, что все это принесло свои плоды. Во-первых, наши жизни должны были закончиться еще пять лет назад, так как человек не может идти против своей судьбы. Но с началом той священной войны у нас не осталось иного выбора, кроме как поддерживать свою жизнь тайными средствами, и спустя еще пять лет я наконец-то вижу надежду, достойных преемников, действительно достойных преемников!»

На самом деле, Чэнь Цзыдянь уже давно следил за возвращением группы Хаочэня с территории демонов. Говоря об этом, это была действительно ужасная воля небес, что они изначально попали в ловушку демонического Бога-Императора.

Отряд убийц демонов-богов все это время прятался в центральном городе моду. И в тот год, когда группа Лонга Хаочена сделала такой большой шаг в центре города, если бы убийцы Бога демона присутствовали, они, несомненно, немедленно пришли бы к ним на помощь.

Но когда прибыла группа Лонг Хаочена, убийцы демонов-богов оказались в самом конце своей жизни, поэтому команда временно была вынуждена покинуть моду, чтобы искать секретное подполье, чтобы использовать секретные средства для продления своей жизни.

Группа Чэнь Цзыдианя жила уже более трехсот лет, проведя еще большую часть своей жизни на территории демонов по сравнению с храмовым Альянсом. На самом деле у них уже давно не было ничего, что поддерживало бы их жизнь, но во время той священной войны они не могли вынести такого ухода. Если ничего не останется, чтобы ограничить демона Бога Императора, человечество неизбежно столкнется с огромным бедствием.

После того, как группа Лонг Хаочен прекратила свое уединение в башне вечности, Лонг Хаочен искал Юэ е, думая о получении новостей от нее, но ее резиденция в клане лунного демона была уже пуста, лишена каких-либо следов жизни.

После этого Лонг Хаочэнь воспользовался контактным сигналом отряда охотников на демонов в центральном городе моду, не ожидая найти Чэнь Цзыдянь, лидера истребителей демонов-богов. И там, Лонг Хаочен узнал о многих изменениях, которые произошли на континенте за последние годы, а также получил новости о большом собрании храмов на грани созыва.

Чэнь Цзыдянь последовал за группой Лонг Хаочен назад и дал совет Лонг Хаочен решить после обсуждения, что они должны непосредственно участвовать в большом собрании храмов с единственной целью: положить конец нынешнему рассеянному состоянию Союза храма.

Услышав, как Чэнь Цзыдянь говорит о приближении конца своей жизни, Лонг Хаочэнь непроизвольно помрачнел и молча опустил голову.

Ян Хаою ответил с улыбкой: «Не нужно так думать, Хаочэнь. Если вы можете показать надежду вырваться из темной эпохи до того, как старый Чэнь уйдет, я верю, что он сможет уйти с улыбкой.»

Чэнь Цзыдянь кивнул с сияющим взглядом, » точно. Старина Ян, вы, должно быть, вызвали сюда этого юнца с какой-то целью. Говори прямо.»

Ян Хаою ответил: «первоначально, когда Тяньин упомянул о том, что он взял на себя руководство Союзом храма и что пришло время создать целый новый Союз, я все еще был скептичен. Но в сегодняшнем матче он убедил меня с силой, и я решил поддержать его всем сердцем. Союз был рассеян слишком долго, но с окончанием священной войны, наконец, наступил лучший поворотный момент. Я считал, что все остальные храмы четко видели сегодняшний матч. Старина Чэнь, ты не думаешь, что нам следует закончить Великое собрание храмов раньше времени, чтобы не тратить больше времени впустую?»

Чэнь Цзыдянь покачал головой: «это не годится, Великое собрание храмов-не пустяк. И для этих молодых людей это тоже значительный опыт. Давайте лучше продолжим соревнование. Или, может быть, ты не веришь в Хаочен? Даже если он не сможет победить ли Чжэнчжи в поединке один на один, я очень уверен в их результатах в следующих командных соревнованиях.»

Ян Хаою заявил: «в таком случае, давайте продолжим. Хаохен, я действительно вызвал тебя сегодня, чтобы предупредить о другом деле.»

«Пожалуйста, расскажите.— Почтительно ответил Лонг Хаочен.

Ян Хаою заявил: «создание нового союза является обязательным, и наша цель на этот раз заключается в создании Союза с высоко централизованной государственной властью. Вы даже можете назвать его нацией. Ваша текущая сила уже достаточна, но вам все еще не хватает важной вещи. Божественный Трон.»

Услышав о Божественном троне, Лонг Хаочен не мог удержаться от дрожи. Он все еще живо помнил тот первый раз, когда он был потрясен тем, как его отец использовал Божественный трон. Божественный трон судьбы и кровопролития произвел на него слишком глубокое впечатление, дав ему в то время страстное желание однажды стать Божественным рыцарем.

«Когда ты планируешь принять суд над божественными престолами?— Торжественно спросил Ян Хаою.

Лонг Хаочэнь ответил: «Первое, что я планирую сделать после окончания Великого Собрания храмов, — это вернуться обратно в наш храм рыцарей, чтобы принять испытание Божественных престолов. Но это не только я: Хань Юй и Чжан Фанфан тоже придут. Поскольку они уже преодолели девятый шаг, они должны иметь эту квалификацию.»

Ян Хаою кивнул: «вы действительно все квалифицированы. Я позвал вас сегодня в надежде, что вы сможете подготовиться. Если ваша цель-Божественный престол Вечности и созидания, вы должны глубоко задуматься об этом начиная с сегодняшнего дня.»

Лонг Хаочен был потрясен. Он знал, что Ян Хаою должен был быть единственной живой силой в храме рыцарей, которая ранее пыталась получить одобрение Божественного престола Вечности и творения. Хотя он потерпел неудачу, этот опыт был, безусловно, самым ценным, что вышло наружу.

Ян Хаою спросил: «Знаете ли вы, почему я наконец не стал Божественным рыцарем?»

Лонг Хаочен попытался ответить: «это потому, что вы были всецело сосредоточены на получении одобрения Божественного престола Вечности и творения?»

Ян Хаою показал горькую улыбку “ » говоря о которой, это вопрос относительно звездного неба. Когда я был молод, перелезая через Великое собрание храмов, мне никак не удавалось найти подходящего мне магического зверя. Поэтому, как и вы, я отправился на поиски одного из них через призывающий массив. Ваш многоголовый магический зверь должен быть оттуда. Кстати говоря, нам обоим очень повезло. Я также получил одобрение звездного неба там.»

— Истинная сила мифологического зверя звездного неба-это слияние. Он не имеет никаких дополнительных наступательных и оборонительных способностей, но может черпать силу из звездного неба, чтобы помочь мне тренироваться и сражаться. Кроме того, по мере того, как моя культура растет, ее способность также постепенно растет. Это придавало ему репутацию мифологического зверя, манипулирующего звездой номер один.»

«В некотором смысле, хотя Божественные Престолы являются вывеской нашего рыцарского храма, другие пять Божественных престолов только принесут мне пользу далеко под звездным небом. Звездное небо — это не только божественное инструментальное существование для меня, но и исключительный спутник, помогающий мне в культивировании. Мой талант на самом деле намного ниже старого Чэня, но именно помощь звездного неба позволила мне достичь нынешних высот. Но, Звездное небо не дало мне выбора; он сказал мне, что не будет привязываться ни к какому божественному инструменту более низкого качества, чем он сам, поэтому я мог только оспорить утверждение Божественного престола Вечности и творения, только чтобы в конечном итоге потерпеть неудачу.»

Лонг Хаочен внезапно осознал это. Так вот, у Ян Хаою оказалась именно такая история.

Ян Хаоюэ ответил: «То, что поразило меня сегодня, было не вашим культивированием, а разрывом между звездным небом и вашим многоголовым магическим зверем. Когда вы в критический момент вызвали этого многоголового зверя, он заставил звездное небо бежать предварительно только с ревом. Это была моя первая встреча с тех пор, как я заключил контракт со «звездным небом». Знаете ли вы, какие мысли звездное небо распростерло ко мне в это время?»

Лонг Хаочен покачал головой.

«Звездное небо было ужасно напугано… насколько я помню, звездное небо всегда было гордым, даже когда становилось моим контрактным компаньоном. Но тогда я впервые увидел в нем такую трусливую сторону. После того, как матч закончился, я спросил его, что именно произошло. После недолгого молчания он сказал мне, что так же, как это звездное небо номер один, ваш многоголовый спутник-самый первый Бог-демон, который появился. Эти двое-существа совершенно другого уровня, и звездное небо не согласилось рассказать мне об этом подробнее.»

«Первый демонический Бог, который появился на свет?»

Увидев выражение шока на лице Лонга Хаочэня, Ян Хаою не мог не показать большое удивление “ » может быть, вы тоже не знаете предков этого вашего магического зверя?»

Лонг Хаочэнь покачал головой “ » в то время, когда я призвал Хаоюэ в этот мир, он был просто похож на ящерицу. В то время он был весь в синяках…»

Затем он пошел, чтобы спасти Хаоюэ своей собственной кровью сразу же, заставляя его вторую, легкую элементальную голову расти, после чего Хаоюэ продолжал развиваться, становясь все сильнее и сильнее, и он объяснил простым предложением, что у него даже была способность уничтожить столпы Бога-демона.

Услышав рассказ Лонга Хаочэня, Чэнь Цзыдянь и Ян Хаою обменялись взглядами. Эти два легендарных существа, казалось, были потрясены до глубины души. Первоначально они были убеждены, что Лонг Хаочен полагался на эту чистую силу света как на отпрыска света, чтобы уничтожить столпы Бога-демона. Только теперь они поняли, что это была на самом деле способность Хаоюэ.

«Значит, на самом деле Демон-Бог-Император хотел убить тебя, чтобы использовать кровный контракт между Хаоюэ и тобой для убийства Хаоюэ. Только то, что может быть Хаоюэ, чтобы даже заставить Бога-демона императора бояться его…— Чэнь Зидянь задумчиво посмотрел на меня. Даже с его более чем трехсотлетней жизнью, он понятия не имел о том, каким магическим зверем может быть Хаоюэ.

Ян Хаоюэ тяжело улыбнулся: «Не нужно думать об этом слишком глубоко, старина Чэнь. Хотя мы не очень ясно понимаем происхождение Хаоюэ, мы можем быть уверены, что он будет очень полезен. Может быть, вы не понимаете, что такое обязательный контракт на кровь? Он просто сродни части тела Хаочэня.»

Услышав это, Чэнь Цзыдянь наконец-то облегченно вздохнул. Поскольку это было так, с привязкой контракта, не было никаких недостатков в получении Haoyue как можно сильнее.

Ян Хаою сказал Лонг Хаочэню: «похоже, что с этими двумя огромными выпуклостями по обе стороны шеи этого магического зверя у него есть возможность вырастить еще больше голов. С шестью головами он уже на пике восьмой ступени, поэтому, как только он развивается, разве его сила не поднимется до невообразимой меры? До тех пор, пока его культивация достигает примерно третьего ранга девятой ступени, он, несомненно, будет обладать способностью владения. И тогда, когда он присоединится к вам, я полностью перестану быть вашим противником, сделав вас реальной силой номер один в альянсе на тот момент. Haochen, попробуйте поторопить дело и помочь ему достичь своего прорыва.»

Лонг Хаочен кивнул. На самом деле, за этот период более четырех лет, Хаоюэ не только оправился от всех своих ран, но и его сила сделала огромные скачки: в те годы часть духовной энергии, которую он впитал из башни вечности, была передана Хаоюэ, который имел невероятное накопление силы. Поскольку его накопления было достаточно, он уже мог совершить прорыв в любое время.

Но, Хаоюэ сказал ему с помощью ментальной передачи, что этот прорыв очень вероятно вытянет самые сильные существования его царства. Эти электростанции уже давно приняли величайшие меры, зная, что если они не смогут остановить хаоюэ от эволюции на этот раз, они никогда не смогут ограничить Хаоюэ.

Итак, Лонг Хаочен должен был принять абсолютно безопасные меры предосторожности, поскольку это было очень важно для жизни или смерти Хаоюэ и его команды. После того, как это великое собрание храмов заканчивается, Лонг Хаочэнь хотел стремиться к получению одобрения Божественного трона, прежде чем помочь Хаою сделать свой прорыв, чтобы повысить уверенность в том, что он сможет помочь Хаою сделать свой прорыв.

Ян Хаою заявил: «кроме Божественного престола Вечности и творения, все пять других могут быть названы только воспроизведениями. Хотя все они достигают уровня божественного инструмента, они находятся на совершенно разных уровнях по сравнению с Божественным Престолом Вечности и творения. С вашим талантом и культивацией, вы обязаны получить одобрение от этих пяти Божественных престолов, что делает вас непосредственно способным стать Божественным Престолом. Но чтобы действительно стать обладателем Божественного престола Вечности и творения, вы должны пройти его испытание. Тогда мне не удалось его пройти.»

— Судебный процесс?»Лонг Хаочэнь с любопытством спросил:» Дедушка Ян,что такое испытание Божественного престола Вечности и творения?»

Ян Хаою ответил: «Это то, о чем я хотел вам рассказать, основной причиной моей неудачи того времени было…»

Лонг Хаочэнь, Ян Хаою и Чэнь Цзыдянь более часа вели приватную беседу, прежде чем покинуть пагоду миссии отрядов охотников на демонов. Ян Хаою рассказал ему о множестве чудесных аспектов Божественного престола Вечности и творения, в то же время просветив его на тему доменов, дав ему множество преимуществ.

Хаос священной войны постепенно утих, и благодаря тяжелой работе электростанций из шести великих Темпелей, социальное состояние Святого города вернулось к нормальному.

Великое собрание храмов находилось в самом разгаре восстановления. Было задействовано по меньшей мере тысяча ремесленников, но по чистой случайности оборонительный строй внутри не пострадал, поэтому требовался только внешний ремонт. Под совместными усилиями стольких мастеров потребовался целый день, чтобы закончить реставрацию всего этого.

Второй день, утро.

Когда Лонг Хаочэнь привел яркий проблеск надежды, чтобы вернуться на Великое собрание храмов, они почти мгновенно стали центром всех электростанций из шести великих храмов.

Последние три матча были быстро проведены, и двадцать четыре участника вышли из жеребьевки.

После окончания третьего раунда каждый выигравший участник набрал в общей сложности четыре очка. После того, как эти поединки продолжались, в храме рыцарей осталось только пять соперников: шесть для храма магов, три для духовного храма, два для храма ассасинов и только один для храма воинов. Ярким проблеском надежды была самая большая черная лошадь, с которой в общей сложности осталось семь человек.

После трех туров в общем зачете были замечены некоторые отличия. Храм рыцаря имел шестьдесят шесть точек, храм мага-шестьдесят пять, яркий проблеск надежды-пятьдесят шесть, храм Духа-сорок две, храм убийцы-тридцать четыре, а храм воина-двадцать четыре.

Имея всего десять участников, яркий проблеск надежды фактически поднялся на третье место после трех туров, и, хотя разрыв все еще отделял их от двух лучших, догнать было невозможно. Между храмом магов и храмом рыцарей тоже оставалась лишь одна щель.

Индивидуальное соревнование уже достигло своего финального апогея. Четвертый тур должен был самым существенным образом изменить итоговый рейтинг: эти матчи позволили бы каждому сопернику набрать более восьми очков. Без сомнения, яркий проблеск надежды уже стал самой горячей темой в моде: до семи из двенадцати матчей они будут задействованы.

Четвертый раунд индивидуальных соревнований, старт, — снова прозвучал полный достоинства голос Чэнь Цзыдяня.»

Появились два огонька отборов, производящих свистящие звуки. После путешествия по воздуху, один из них прямо упал на Холл храма рыцарей. Это было наиболее вероятно, так как, в конце концов, в храме рыцаря осталось пять человек для этого четвертого раунда, в то время как яркий проблеск надежды имел семь из них, что делает для более чем половины участников, оставшихся от третьего раунда.

В мерцающем свете, рыцарь из храма рыцарей был выбран рядом с электростанцией из храма магов.

Четвертый этап соревнований начался с интенсивных столкновений.

После той великой битвы, в которой вчера сражались Лонг Хаочэнь и Ян Хаою, сегодняшний ли Чжэнчжи выглядел чрезвычайно спокойным, сидя в первом ряду в будке соперника храма магов. Как обычно, он слегка улыбнулся, как будто яркий проблеск выдающегося выступления Хоуп не имел к нему никакого отношения.

В четвертом раунде те, кто остался, казалось, были только силовыми установками девятых ступеней, и только отличные показатели при этом. Таким образом, конкуренция становилась все более ожесточенной.

Через час прошла половина из двенадцати матчей. Появились три ярких мерцания рядов надежды. Ван Юаньюань и линь Синь прошли испытание, в то время как Чжан Фанфан проиграл ли Чжэнчжи.

К седьмому матчу, когда отборочный свет озарил тело Лонга Хаочена, вся аудитория притихла.

Лонг Хаочэнь не выглядел иначе, чем вчера, все еще носил легкую улыбку на своем лице и рассеивал нежную ауру. Но теперь уже никто не недооценивал этого капитана с ярким проблеском надежды.

Ян Хаою был не очень хорошо известен до его матча против Лонг Хаочен,но после столкновений доменов, личность Ян Хаою быстро распространилась на слух. Главная электростанция храма рыцарей!

Те, кто действительно пришел к этому осознанию во время этого матча, были все еще очень немногими, и все огромное большинство знало, что Лонг Хаохен был окончательным победителем этого матча.

Для такого молодого титулованного капитана отряда охоты на демонов, чтобы последовательно победить силовые установки номер один из храма воинов и Храма рыцарей, длинный Haochen и яркий проблеск надежды уже стали главной целью внимания. Великолепие шести великих храмов уже затмевалось их мощными выступлениями.

В четвертом матче Лонг Хаочен снова вышел на сцену. Но, как ни странно, следовало бы задаться вопросом, Можно ли это назвать волей небес или действительно ужасной удачей, поскольку на этот раз он столкнулся с другим владельцем домена, а также с одним из самых известных силовых центров Союза храма, главой Духовного храма и владельцем домена императора-зверя, Чэнь Хунюем.

Видя, что он вытянул Лонг Хаочэнь в качестве своего противника, Чэнь Хунюй не мог не слегка вздрогнуть. Тот, с кем он больше всего не хотел сталкиваться, на самом деле был Лонг Хаочен.

В битве между Лонг Хаочен и Ян Хаою он уже понял, что между культивацией Ян Хаою и его собственной был большой разрыв. Хотя можно сказать, что Лонг Хаочэнь одержал скромную победу над Ян Хаою, тот факт, что он сумел удержаться в такой ситуации, был более чем достаточным, чтобы доказать доминирующую силу этого юноши.

Менее чем за пять лет, прошедших с момента их последней конфронтации, он уже стал доменом, обладающим властью. Проигрыш против него, безусловно, будет большой потерей лица. Но даже победа над таким молодым человеком не была бы чем-то славным.

Поэтому, когда Чэнь Хунъюй вышел из духовного храма, его лицо было совершенно некрасивым. Лонг Хаочэнь не был Чэнь Инь, поэтому, как глава духовного храма, он, естественно, не мог просто уступить, а тем более просто бросить игру.

,

Лонг Хаочэнь первым вошел на стадион, отдав дань уважения Чэнь Хунюю, исполнив перед ним стандартный рыцарский салют: «Приветствую тебя, глава храма Чэнь.»

,

«En.— Чэнь Хунъю только кивнул, — давайте начнем.— Он не хотел больше ничего говорить. Этот матч мог быть только полным усилием; в конце концов, долго Haochen не мог вывести наступательное оружие, такое как в предыдущем матче. Естественно, он был в состоянии сказать, что если бы у него не было меча жизни и творения, сформированного этими двумя божественными мечами, Лонг Хаохен не мог бы, вероятно, вызвать эти две эволюции своего домена. Победа над Лонг Хаочен не была для него невозможной. Отложив все остальное в сторону, он является энергетическим генератором, достигающим третьего ранга девятой ступени, и Лонг Хаохэнь еще не должен был достичь третьего ранга.

Однако Чэнь Цзыдянь действительно имел плохую близость с Лонг Хаочен. Тогда его лицо против яркого проблеска надежды должно было изначально быть полностью односторонним для него, но кто мог представить, что в тот момент, когда шестиглавый зверь Лонг Хаочена вышел, его четырехголовая химера немедленно потеряла всю боевую силу, и до сих пор Чэнь Хуню еще не понял, каким магическим зверем мог быть конь Лонг Хаочена. Думая о том, как его вызванный зверь будет подавлен, он совсем не чувствовал себя хорошо.

Однако в этом матче, в конце концов, у него не было Чэнь Инь, чтобы подавить свой домен, поэтому его домен зверя-императора был в состоянии показать свою полную силу. Но будет ли это держать воду, было слышно, чтобы сказать: в последние годы культивация Чэнь Иня также значительно увеличилась, будь то его контроль над своими владениями или его контроль над своим вызванным зверем и его качеством вызова.

Подняв руки, он увидел молочно-белое сияние в ладонях Чэнь Хунюя, которое в мгновение ока превратилось в молочно-белый шар света, плавающий перед ним. Никакое оборудование не могло быть использовано, поэтому можно было только сделать имитацию, сделанную из духовной энергии.

Позади Чэнь Хунюя мгновенно возникли световые ворота, и его фигура вспыхнула, сразу исчезнув после прохождения через ворота.

Божественный Единорог вновь появился перед Лонг Хаочен. Не то чтобы он считал это достаточным, но способности Хаоюэ были просто чрезмерно властными и, вероятно, вызывали травмы. Поскольку это было великое собрание храмов, а не сражение с демонами, он не позволил бы ему легко выйти, если бы это не было абсолютно необходимо. С ростом его культивации, тиранические и разрушительные аспекты Хаоюэя росли с чрезвычайной скоростью, и Лонг Хаочен иногда испытывал трудности, чтобы хорошо контролировать свои эмоции.

Божественный единорог не был тем же самым: Звездный Король следовал за Лонг Хаочен с тех пор, как он был просто звездным единорогом, и не мог бы развиться без него. Поэтому, хотя между ним и Лонг Хаоченем не было никакого обязательного договора, он испытывал к нему чрезвычайно глубокие чувства. И более того, следуя за светлым богом тела владельца такой длинный Haochen был чрезвычайно полезен для его культивирования. Единороги были врожденно близки к свету, так что кто еще, кроме Лонга Хаочена, мог быть так близок к нему?

jī

И все же у звездного короля были свои проблемы. Эволюционировав недавно в Божественного единорога, он все еще был в середине адаптации и не мог использовать много способностей Божественного единорога. В противном случае толчок, который он дал во вчерашнем матче длинному Хаохену, никоим образом не был бы так прост. Одной из давних надежд Хаочэня было пробудить потенциал звездного короля через непрерывные сражения, чтобы действительно сделать его божественным единорогом.

Ужасающий рев потряс всю сцену, когда огромная фигура вышла из врат вызова Чэнь Хунюя.

Эта огромная фигура была в целых пятнадцать метров высотой, стояла величественно, как гора, и все ее тело было покрыто белыми волосами, мерцающими металлическим блеском. Стоя вертикально, он обрушил свои огромные кулаки на собственную грудь, издавая громкие звуки «дам-дам-дам».

Лонг Хаочен никогда раньше не видел такого огромного орангутанга. Среди магических зверей орангутанг обладал не только несгибаемыми способностями, но и гораздо более высоким интеллектом, чем обычные магические животные. Его мощные физические возможности, проворная скорость и очень опасные атаки сделали их одной из любимых целей Призывателей.

Когда группа Лонг Хаочэня столкнулась с Чэнь Хунью пять лет назад, он не видел этого магического зверя, будь то потому, что Чэнь Хуню намеренно не вызвал его тогда или еще не имел его. По колебаниям, которые он высвобождал, можно было определить, что это определенно был один из девяти возможных магических зверей Чэнь Хунюя, а не обычный призыв.

И, к большому удивлению Лонг Хаочэня, присутствие Чэнь Хунюя полностью исчезло, как только он вошел в эти светлые врата. Ни одна из его мысленных проверок на самом деле не смогла обнаружить следов его присутствия. И что же это за способность призывателя?

Этот огромный орангутанг взревел и немедленно помчался к длинному Хаочэню на бешеной скорости, все время ускоряясь. Всего за два рывка и один прыжок он оказался уже перед длинным Хаоченем.

Резко подняв обе руки, он тут же ударил длинного Хаочена прямо в лицо.

Еще до того, как появилась его ладонь, ужасающий шторм уже пронесся сквозь нее, и что еще более ужасающе, ужасный холодный воздух окутал как Хаочена, так и Божественного единорога в то время, когда орангутанг ударил кулаком.

Магический зверь из ледяной стихии десятого ранга, эквивалентный человеческой электростанции девятой ступени. Одного этого удара было достаточно, чтобы Лонг Хаочен ощутил его огромную силу. Против призывателя, самым главным приоритетом было остановить противника от вызова всех его вызванных зверей.

Пронзительный холод был не только очень агрессивным, но и, более того, заставил их скорость упасть.

Лонг Хаочен не избежал такой атаки, скрестив руки на груди и приняв стойку парирования.

Со звуком взрыва многие люди подсознательно верили, что Лонг Хаочен будет оттолкнут этим ударом, но конечный результат был совершенно противоположным.

При соприкосновении этого властного кулака с совершенно противоположными руками длинного Хаочэня фигура орангутанга заметно застыла, его тело было выброшено в следующее мгновение.

Он врезался прямо в световые ворота.

Божественный Единорог захлопал крыльями и привел длинного Хаочена, чтобы преследовать его всю дорогу. В воздухе появился огромный золотой меч. Имея некоторое сходство с доменом намерений меча Цю Юнхао, этот огромный световой меч доминирующего меча мгновенно сосредоточился на орангутанге, рубя вниз.

Не говоря уже о вечном сердце Лонг Хаочэня, его внутренняя духовная энергия достигла 290 000, так что даже если его культивация была немного слабее, Божественный Единорог, на котором он ехал, не должен быть забыт!

Божественный Единорог увеличил свою духовную энергию по меньшей мере на сто тысяч, что в сумме составляет более 150 тысяч, если сложить священный свет. В противном случае, Лонг Хаочен не мог бы быть совпадением во вчерашнем столкновении доменов.

Этот ледяной орангутанг был мощным магическим зверем десятого ранга, но только эквивалентным начальной стадии электростанции девятой ступени. В прямом столкновении его ледяной атрибут не соответствовал долгому свету Хаочэня,и его духовная энергия также не соответствовала ему, естественно заставляя его безжалостно летать.

Великое собрание храмов не позволяло ранить или убивать врага, но призываемые звери были исключением! Увидев Лонг Хаочена, его удар мечом, казалось, вот-вот лишит жизни ледяного орангутанга.

Только столкнувшись с ним лицом к лицу по-настоящему, можно было по-настоящему осознать степень, достигнутую его мечом. Достигнув уровня материализации души меча, извержение его намерения меча достигло довольно высокого уровня силы, чем Цю Юнхао. Этот ледяной орангутанг обладал неописуемым чувством ужаса, и на него сразу же было оказано сильное давление, и он был заключен в неизбежное состояние. Все, что он мог сделать, это неохотно закричать, скрестив руки, чтобы блокировать атаку. Но каждый мог сказать, что удар меча, переполненный мощью, которая обрушилась на него, на самом деле не был тем, что он мог заблокировать.

Все это произошло слишком быстро. По мнению Чэнь Хунъюя, Лонг Хаочэнь был в конце концов капитаном Чэнь Инь’Ер, и в конце концов не сразу пошел бы на убийство. Этот ледяной орангутанг, которого он послал, на самом деле не имел большой пользы, кроме как от надежды задержать Хаочен. Но внезапная вспышка силы Лонг Хаочена не только показала ему огромную силу Хаочена, но и заставила его запаниковать и поспешно ускорить завершение заклинания, полностью нарушив его ритм.

Но Чэнь Хунюй был возмущен слишком быстрым взрывом силы Лонг Хаочэня,что сделало его уже слишком поздно для спасения. Этот ледяной орангутанг был одним из его спокойных магических зверей, в случае, если Лонг Хаочен должен был убить его, его сила будет серьезно затронута. Кроме того, призыватель испытывает большие эмоции по отношению к своему усмиренному магическому зверю. На мгновение Чэнь Хунъюй не мог не прийти в ярость, и его захлестнули огромные волны эмоций.

Разделить надвое ударом меча? Конечно же, нет, Лонг Хаочен был отпрыском света, а не убийцей. И более того, он столкнулся с одним из своих союзников из Союза храма, а не с демоном.

Когда этот огромный меч был готов расколоть ледяного орангутанга, лезвие меча внезапно перевернулось, атака превратилась в использование плоской части, избивая руки ледяного орангутанга.

Во вчерашней битве против Ян Хаою, Хаочэнь был полностью подавлен культивацией, но сегодня произошло обратное с этим ледяным орангутангом, чья духовная энергия была полностью подавлена его противником.

Взрыв. Тело ледяного орангутанга разбилось о жесткую землю, осколки льда брызнули на его грудь, защитная магия, связанная с ним, полностью пронзила его. Его голова резко упала, и, судя по всему, он полностью потерял свою боевую силу.

И это был длинный Хаочень, проявляющий милосердие! После того, как Орангултан сломал руки, его массивный меч намеренно выстрелил над головой, заставив его потерять сознание. Если он действительно хотел, у него было по меньшей мере десять способов убить этого магического зверя десятого ранга без особых усилий.

По мановению его руки вокруг длинного Хаочэня хлынул интенсивный яркий свет, мгновенно окутав все поле. Раздалось сладкое звучащее Эхо: владычество Бога Света!

Прямо сейчас от него исходило ощущение, что он делает все возможное, не показывая никаких резервов и не прощупывая почву.

После того, как этот огромный световой меч победил ледяного орангутанга, можно было почувствовать усиление владений Бога Света, мгновенно приобретая субстанцию. Лонг Хаочен взмахнул правой рукой и тут же выпустил снаряд прямо в эти световые ворота.

Кроме того, обе длинные руки Хаочэня были скрещены перед его телом, и после того, как сердце вечности трижды пульсировало, другое белое лезвие взлетело вверх, преследуя этот огромный светлый меч и непосредственно заставляя его превратиться в раскаленный цвет. Ужасное намерение меча даже вызвало появление трещин на защитном барьере напротив.

Домен Бога Света был не только о доминировании домена и доминировании стихий! Это привело к тому, что все способности Long Haochen’S light attribute получили ужасающий импульс.

Этот удар сплавил меч души и меч намерения в одно целое. Глядя на демонстративное движение Лонг Хаочэня из кабинок храма воинов, Цю Юнхао наконец понял, что Лонг Хаочэнь был снисходителен к нему в тот день. Быть способным использовать Душу меча было не так просто, как только владеть ею. Конечно,это было сделано с помощью домена Бога Света.

После обсуждения с Ян Хаою и Чэнь Цзыдянь, Лонг Хаочэнь уже вернулся, чтобы тренироваться в уединении до конца предыдущего дня и до сегодняшних матчей? Всего за один день он получил совершенно новое представление о возможностях своего владения. Естественно, его культивация развивалась соответствующим образом. Его новейшее понимание, приобретенное в битве, естественно, показывало самые большие результаты.

После своего воскрешения Лонг Хаочен больше всего сожалел об исчезновении Йатинга. Когда его сердце было разбито вдребезги, духовная печь, слившаяся с ней, исчезла тогда, и даже способность Святой духовной печи осталась вместе с ней.

В процессе размышления о Йатинге Лонг Хаочен достиг более глубокого уровня понимания намерения меча, и именно так он обрел душу меча.

В тот момент, когда он впервые воспользовался мечом души, он смутно осознал, что Йатинг не был мертв по-настоящему. Она, казалось, все еще существовала в какой-то части его тела, но просто не могла быть отчетливо ощущаема. Он верил, что до тех пор, пока душа его меча будет становиться сильнее, настанет день, когда он сможет пробудить Йейтинг из ее дремлющей области.

Душа Меча, как следует из названия, состоит из посвящения души своему мечу. Намерение меча без души меча не продержится слишком долго. В результате, атака с намерением меча часто была бы лишена адаптивности. Но с душой в мече, намерение меча получает мириады вариаций, что неизбежно делает его гораздо более мощным.

В прошлом, когда обладатель Священного меча е Вушан достиг этого царства, он стал талантом номер один в храме воинов. И теперь, очевидно, Лонг Хаочен тоже достиг этого.

В гостиной храма рыцарей Ян Хаохань не мог не кивнуть тайком Лонг Хаочэню. Матч, который они провели вчера, был в основном соревнованием доменов. Если бы в то время Лонг Хаочен использовал свое намерение меча, сплавив душу меча вместе с владениями Бога Света, это было бы большой угрозой для него. Только потому, что они оба были погружены в столкновение доменов, Лонг Хаочен просто не использовал его.

Хоуу–

Раздался громовой рев, и сразу же четырехцветный блеск вышел из этих световых ворот, столкнувшись с огромным мечом длинного Хаочэня.

Кстати говоря, это четырехцветное сияние было действительно странным. Столкнувшись с огромным мечом Лонг Хаочена, слившимся с мечом намерения и мечом души, он не только остановил продвижение огромного меча, но и сжался в четыре сферических снаряда разных цветов.

Лонг Хаочен призвал на помощь свой меч, и внезапно владения Бога Света сжались, собирая усиливающиеся эффекты. И в тот же миг эти четыре снаряда взорвались.

Ужасающая взрывная сила мгновенно вызвала массированное давление на защитный барьер снаружи, до такой степени, что Чэнь Цзыдянь снова вынужден был вмешаться лично.

Огромный легкий меч длинного Хаочэня разлетелся на мелкие кусочки, когда его отбросило на сотню метров от Божественного единорога в глубоком шоке.

Световые ворота увеличились, и из них выскочила массивная фигура. Это был не кто иной, как сокращенный зверь Чэнь Хуню, четырехглавая химера.

Увидев эту четырехголовую химеру, Лонг Хаочен почти бессознательно воззвал к Хаоюэ. Перед подавлением крови Haoyue, эта четырехглавая химера не должна быть никакой пользы.

Но очень быстро длинный Хаочэнь рассеял эти мысли, потому что он почувствовал, что эта четырехголовая химера, казалось, росла до совершенно другого уровня, чем раньше.

Первое изменение было связано с предыдущим нападением Лонг Хаочена, который уже использовал все свои силы. Даже энергоблок третьего или четвертого ранга девятой ступени счел бы трудным откликнуться. Это была атака, смешивающая в себе намерение меча и душу меча, но она была просто воспринята так четырехглавой химерой. Это было далеко не так мощно раньше, и разница была действительно очень широка.

Другая перемена заключалась в том, что в глазах этой четырехголовой химеры Лонг Хаочен видел великий гнев и чрезвычайно жестокую человеческую природу.

— И что же?

Не оставляя Лонг Хаочен времени для размышлений над этим вопросом, четырехголовая Медуза начала мощную атаку, все четыре головы плевались дыханием одновременно, не нацеливаясь непосредственно на Лонг Хаочен, но собираясь в воздухе, чтобы превратиться в четырехцветный шар, резко выстреливший в Лонг Хаочен.

Между тем, четырехцветное сияние синего, красного, желтого и зеленого мгновенно распространилось от четырехголовой медузы. Это была фактически четырехэлементная область.

Чэнь Инь был очень встревожен, увидев эту сцену, бормоча: «ого, дедушка! Чтобы на самом деле достичь сокращенного слияния, он действительно уже пробил третий ранг девятой ступени.»

Линь Синь с любопытством спросил: «Что такое сжатый сплав?»

Чэнь Инь ответил: «это слияние между призывателем и его законтрактованным зверем. Нынешняя сила дедушки составила одно целое с четырехглавой химерой Синсюань. Но обратная сторона заключается в том, что он больше не может использовать магию призыва таким образом. Однако сила Xingxuan была значительно повышена и теперь полностью находится под контролем дедушки. Ее способности поднялись на новый уровень, разве вы не видели домен Xingxuan только что развязал?»

«Puhu.— Линь Синь внезапно рассмеялась.

Чэнь Инь озадаченно спросил: «над чем ты смеешься, братан-наркоман?»

Линь Синь со смехом ответил: «О, я вдруг понял, что если вы подниметесь до третьего ранга девятого stpe, у вас будет эта сокращенная способность слияния. Разве это не превратит тебя в свинью? Уахаха, так смешно!»

— Это ты!— Чэнь Инь взорвался яростью, яростно ущипнув линь Синя за талию. Остальные тоже не удержались и тоже расхохотались.

Это на самом деле именно так. Макдулл всего лишь маленькая свинья, Если Чэнь Инь подвергнется контрактному слиянию с ней, это действительно превратит ее в свинью!

На стадионе Лонг Хаочэнь смог почувствовать аномалии в четырехглавой химере, но не догадался, что это было контрактное слияние между Чэнь Хунюем и Синсюанем.

Четыре элементарных хаотических магии. Хотя это был всего лишь простой плевок, подлинность его мощи уже была доказана.

Долго Хаочень не решался медлить. Подняв правую руку, яркое белое свечение мгновенно появилось в пустом пространстве, бомбардируя эту четырехэлементную клетку.

Мгновенный бросок, свет испытания.

В тот момент, когда этот свет испытания вспыхнул, он испустил ясный и распространяющийся повсюду звук. Вокруг него слабо вращались ряды ангелов.

В разгар громкого взрыва четырехэлементная клетка разорвалась, и хотя ее мощная взрывная сила поглотила свет испытания, она не полетела в сторону Лонг Хаохена до самого конца.

В владениях Бога Света вся светлая магия мгновенно собиралась во владение Лонг Хаочена. Даже запретное заклинание сработало бы именно так. Тем временем, истощение его духовной энергии было сведено к минимуму в наибольшей степени.

После того, как был использован свет испытания, Рог Божественного единорога выпустил еще одно сияние божественного света, заставляя тело Лонг Хаочена превратиться в разноцветное. Судя по всему, их сочетание казалось божественным инструментом.

Правая рука Лонга Хаочена снова была направлена вперед, рассеивая мистический белый ореол от владений Бога Света. Последовала странная сцена, белое кольцо света, испускаемого четырехглавой химерой Синсюань, неожиданно растаяло, как снег. После чего он уже совсем не продолжал плеваться, стабилизируя свой собственный домен с полным фокусом.

— И что же? Элементарный Облитерирующий Ореол?

Чэнь Хунъюй был в состоянии шока. Он никогда не ожидал, что Элементальное Облитерирующее гало может достичь такого уровня, чтобы даже быть в состоянии ослабить домен.

Это определенно был не просто элементарный облитерирующий ореол, но должен был быть элементарный облитерирующий ореол в сочетании с нисхождением Бога.

С повышением от домена Бога Света, элементал уничтожающий ореол уже приблизился к уровню запрещенного заклинания. Кроме того, он имел большие сдерживающие эффекты на элементарные способности, что делает его идеальным противовесом домену Синсюаня.

Против Ян Хаою, чья культура намного превосходила его собственную, домен Бога Света Лонг Хаочэня мог только выдержать доменные столкновения, но перед Чэнь Хунюем, с которым разрыв культивирования был не так широк, у него были возможности показать различные виды использования этого домена Бога Света.

Элементал уничтожающий домен приблизился к уровню запрещенного заклинания, но потреблял только десять тысяч духовной энергии из него. Всего лишь трех ударов его сердца вечности было достаточно, чтобы восполнить эти десять тысяч духовной энергии.

Элементал, разрушающий ореол, произвел еще больший эффект, чем он ожидал. Лонг Хаочен внезапно почувствовал вспышку понимания, на этот раз он протянул палец к небу, и сердце вечности в его груди быстро запульсировало. Можно было ясно видеть золотое сияние, распространяющееся с поразительной скоростью от тела Хаочэня, явное доказательство чрезвычайно высокого выхода духовной энергии.

Домен светлого бога резко пульсировал, и его сфера внезапно превратилась в плоскую зону, охватывающую круглую область и выглядящую так же, как вращающаяся женщина в длинной юбке, за вычетом сексуальных областей.

Круглая золотая область становилась все более и более существенной, и в взмахе длинной правой руки Хаочэня, теперь уже сферическое Царство Бога Света неожиданно оторвалось от его тела.

Было заметно, что он немного устал, со лба у него капали слабые следы пота. Когда владычество Бога Света отделилось от его тела, пульс сердца вечности Лонг Хаочена достиг чрезвычайно высокой скорости, так что даже внешние зрители могли слышать его биение.

Кольцо за кольцом разноцветного света было также выпущено из Божественного единорога, давая ему все, чтобы увеличить длинный Haochen.

Но что же это за способность, если она способна поглощать такую огромную духовную энергию?

Самым удивленным из всех остался Чэнь Хунюй, который верил, что четырехэлементный домен Синсюаня должен быть в состоянии подавить домен Бога Света Лонг Хаочэня.

Но когда столкновение пришло по-настоящему, он понял, что это суждение было ошибочным. Действительно, сочетание четырех природных элементов должно превосходить свет, но это только с точки зрения общей эффективности. Домен Бога Света Лонг Хаочена был просто слишком чистым, влекущим за собой световой элемент пиковой чистоты, который уже поставил его на другой стандарт по сравнению с элементами четырехэлементного домена. Высвобождение элементарного облитерирующего ореола тут же подавило его домен, и на этот раз Лонг Хаочен неожиданно растянул свой домен до огромного диаметра в сто метров. Но что же он мог замышлять?

Подавляющая сила из области бога света исчезла сразу же, как только она перестала конфликтовать с четырехэлементной областью. Однако вместо этого Чэнь Хунъюй испытывал чувство растущей опасности.

Четырехэлементная химера Синсюань зарычала со всех своих голов, выплюнув четыре молнии, каждая из которых взорвалась, чтобы бомбардировать Лонг Хаочэнь.

Это была козырная техника Чэнь Хуню. Его не следует недооценивать из-за его короткого времени подготовки. Один только этот удар израсходовал более трети духовной энергии слияния между ним и Синсюанем. Он уже превзошел обычное запрещенное заклинание по силе, а также растянулся более чем на тридцать метров

Край золотого круга соприкоснулся с этим четырехэлементным болтом.

Странный чирикающий звук внезапно разнесся по всему стадиону, немедленно сопровождаемый тем, что четырехэлементный Болт был разорван и образовал вихри вокруг круговой области. Этот болт, который должен был бы обладать несравненной силой, внезапно распался на четыре болта разных цветов в той форме, которую они имели до слияния. В следующее мгновение все это погасло среди этих щебечущих звуков.

Тем временем этот золотой туман света медленно приближался, устанавливая контакт с уменьшенным четырехэлементным доменом.

Возникла ужасная сцена. Четырехэлементный домен внезапно оказался на грани распада, огромное беспилотное пространство было заполнено светом и прорезано, и от столкновений стихий четырехэлементный домен непрерывно издавал свирепые грохоты, каждый из которых вызывал четырехцветный туман, рассеивающийся от четырехголовой химеры, которая в результате должна была уйти.

Прямо сейчас все эти энергетические установки девятой ступени ясно видели причину появления сферы света Лонг Хаочена, вращающейся с чрезвычайно высокой скоростью и сильно дрожащей. Еще более ужасно, что у него были эффекты, подобные элементу уровня запрещенного заклинания, стирающему ореол. Можно было бы задаться вопросом, насколько устрашающий уровень его режущей силы достигался.

Это было явно а…

— Доменная Техника!— Ли Чжэнчжи потерял голос.

После долгого подавления Хаочэня техникой владения Ян Хаою накануне, сегодня он показал приятный сюрприз всем присутствующим здесь: технику домена, возникающую из области Бога Света.

Если бы Лонг Хаохен сказал им, что эта техника домена на самом деле появилась только сейчас, во вспышке вдохновения, кто знает, поверит ли кто-то в это. Но именно так все и произошло.

Более того, Лонг Хаочен ясно чувствовал, что если бы он мог сжать эту сферическую область в меньшую область, Эта техника домена достигла бы еще более ужасающего уровня силы.

Принципы, лежащие в основе этой техники домена, были просты; она использовала самодельные световые волны Лонг Хаочена, а также элементарный стирающий ореол, управляемый через домен Бога Света.

Этот процесс был простым для описания, но достичь его было чрезвычайно трудно. Если бы Хаохен не обладал длительным телосложением Бога Света и совершенными манипуляциями его владениями Бога Света, как бы он мог использовать технику, возникающую из его владений, создавая таким образом свою собственную технику владения?

К этому моменту матча победитель уже был определен.

Хотя Чэнь Хунъюй и Синсюань заключили контракт на слияние, они были подавлены доменно, и более того их духовное восстановление энергии не могло сравниться с долгим Хаоченем. Вдобавок к этому, у него не было другого выбора, кроме как уступить в этой области технику более высокого уровня.

Быстрые колебания продолжали колебаться, поскольку ужасное вращающееся световое лезвие приближалось к нему. Чэнь Хунъюй на самом деле очень не хотел уступать в конкурсе. Тем не менее, слова «я уступаю» вышли из четырех больших голов Син Сюаня, что стало для Лонг Хаочэня настоящим сюрпризом. В это время Лонг Хаочэнь наконец понял, что Чэнь Хунюй использовал какую-то мистическую технику, чтобы слиться со своим сокращенным зверем. Таким образом, даже если бы Хаоюэ был вызван, эффекты подавления крови не были бы столь грозными.

Повернувшись назад, химера удрученно прошла в ворота света, и в следующее мгновение оттуда вышел Чэнь Хунюй с неприглядным выражением лица. Как человек, рассматривающий свое собственное лицо с большой важностью, он действительно не мог смириться с тем, что был побежден таким молодым человеком, как Лонг Хаохен. Это было действительно трудно вынести глубоко в его сердце. Но даже если и так, что он мог с этим поделать? Он ведь даже не смог обыграть соперника.

«Как называется ваша предыдущая доменная техника?— Мрачно спросил Чэнь Хуню.

Лонг Хаочен был поражен: «доменная техника?» А, точно! Эта предыдущая вспышка понимания была не чем иным, как техникой владения: «я называю это божественным светом вальса!»

— Божественный Легкий Вальс?— Чэнь Хунъюй фыркнул, возвращаясь к стене духовного храма, даже не повернув головы назад.

Саньшуй Попо проводила своего мужа обратно и не смогла удержаться от смеха, глядя на его раскрасневшийся взгляд: «пусть будет так. Зачем сердиться на молодежь? Ты даже не первый, кого он победил. Даже Ян Хаою и Цю Юнхао проиграли. Там нет потери лица.»

Чэнь Хуню фыркнул: «а что еще, кроме потери лица, это может быть? А ты не знаешь, сколько ему лет?»

У саньши Попо был свирепый взгляд “ » о чем ты так радуешься? Вам действительно нужно, чтобы я сказал вам, что наличие старости не должно быть предпосылкой для амбиций? Какой вообще смысл жить в течение ста пустых лет? А ты, старик, поторопись обратно. Слушайте меня и не создавайте проблем для детей.»

Чэнь Хунюй почувствовал озноб. Хотя слова Саньшуя Попо были неприятны ему, они привлекли к нему внимание. Без сомнения, на этом заседании Великого Собрания храмов Лонг Хаочен и яркий проблеск надежды, несомненно, продемонстрировали сильные стороны, которые дадут им решающую позицию в новом Союзе, особенно этот лонг Хаочен. А Чэнь Инь был его товарищем, и ее муж напоминал себе, что он не должен быть причиной для того, чтобы их непоколебимая дружба поколебалась. Вспоминая о том, как долго Хаочэнь не колеблясь противостоял Всаднику Дракона демоническому Богу Асмодею ради Чэнь Инь’Ер,чэнь Хунъюй сразу стал мягче.

Тем не менее, он все еще не желал признавать поражение в словесных аргументах: «Ying’ER действительно не повезло. Если бы не маленький негодяй по имени Лонг Хаочен, наша семья Йинг’Ер должна была бы стать лидером в своем поколении.»

В том, что он сказал, не было никакой ошибки, за исключением того, что это касалось не только одного Лонг Хаочена, но и Цайера.

Чэнь Инь был также гордым талантом врожденной внутренней духовной энергии, превышающей девяносто лет. Но из-за ее характера, ее мастерство в некоторой степени отличалось от подобных длинных Haochen или Cai’ER.

Это было целое поколение талантов, и более того, все эти чрезвычайно выдающиеся таланты были собраны вместе.

Лонг Хаочен сразу же закрыл глаза после возвращения, молча созерцая свое предыдущее использование вальса Божественного Света. Это был его самый первый раз, когда он использовал эту способность после мгновенного понимания, а также его самая первая техника владения.

Только когда он действительно использовал технику домена, огромная сила этого домена могла проявиться в действительно большой степени. Чэнь Хунъюй, слившись со своей четырехглавой химерой, уже приближался к пику третьего ранга по силе, но остался без средств перед своей доменной техникой, в конечном счете способный только уступить.

Только вот контроль Лонг Хаочена над этим Божественным светлым вальсом был все еще слишком слаб. Он даже не мог гарантировать, что сможет использовать его в другой раз. Поскольку у него была вспышка понимания этого, он не мог позволить ей ускользнуть. Его мощное телосложение светлого бога еще раз продемонстрировало высокий уровень решительности.

Конкуренция все еще продолжалась, и в очередной раз величайший победитель этих четвертых раундов был все еще ярким проблеском надежды, достигнув уже трех побед к моменту пятого матча из двенадцати. Кроме того, у них были некоторые люди, которые еще не появились, эти люди были Cai’ER, Chen Ying’ER и Sima Xian.

Показы Симы Сиань наконец подошли к концу. Оказавшись лицом к лицу с одной из вспомогательных глав храма магов, владений, владеющих электростанцией, он мог бы, по крайней мере, вступить в бой, если бы имел в своем распоряжении гигантский шар света, но, к сожалению, без своего оружия в руках, хотя он, возможно, и доставил неприятелю неудобства своей громоподобной манипулятивной духовной печью, он все же был вытеснен с поля боя, таким образом, устраняя одного человека среди яркого мерцания рядов надежды.

В восьмом из двенадцати матчей четвертого раунда свет отбора, наконец, осветил Кай’Эр, ее противником был один маг из храма магов.

Ее фигура вспыхнула, и Кай’Эр тут же выплыла наружу. Как только ее шаги коснулись земли, она уже зашевелилась в поле.

Кстати говоря, удача Кайера была намного лучше, чем у Лонг Хаочена в первых трех индивидуальных раундах. У нее не было никаких тяжелых боев: даже в третьем раунде она столкнулась с довольно слабым противником, пройдя через это испытание без труда и даже не используя свой домен.

На самом деле, даже Сима Сиань имела более высокую репутацию в этом собрании.

Когда Сима Сиань только что проиграл свой матч, зрители как на стадионе, так и снаружи испустили серию сожалеющих вздохов. Они действительно находили его грубый и дикий стиль борьбы очень привлекательным.

Конечно, Кай’Эр тоже не был таким уж незаметным. По крайней мере, со вчерашнего дня те энергетические установки, которые видели башню вечности, не видели ее такой. Однако посторонним не удалось увидеть эту сцену.

Противником кай’эра был опытный маг, одетый в простую черную мантию и с ясными серебристыми волосами. Его глаза были действительно характерными, лишенными малейшего изъяна, они контрастировали с морщинами на его постаревшем лице. Но эти фиолетовые глаза действительно были похожи на множество благородных демонов.

Этого старого мага звали Мо У, и даже внутри храма магов очень немногие были знакомы с ним, не говоря уже о внешних храмах. У него был титул старейшины из храма магов, и он не показывал никаких выдающихся проявлений, достигая побед без каких-либо ярких движений. До этого четвертого раунда единственным впечатлением Цай’эра от таинственного Мо Ву был элемент тьмы, которым он владел.

Никто больше не будет смотреть на членов яркого проблеска надежды с презрением из-за их юного возраста. При его появлении тут же раздался приглушенный напев Мо Ву.

Кай’Эр не стала невидимой, расправив огромные серые духовные крылья на спине, которые в следующее мгновение побелели. Через долю секунды она оказалась прямо перед Мо у.

С точки зрения мгновенного ускорения, даже шестикрылый длинный Хаочэнь не мог сравниться с Кай’Ер.

В предыдущем матче матчи Цайера завершились с ошеломляющей скоростью.

Этот маг Мо У был явно уже подготовлен. Непрерывно напевая, когда появился темно-фиолетовый треугольник, его тело внезапно исчезло прямо тогда, когда Кай’Эр подошел к нему.

— А?»Каи’Эр был слегка встревожен, не мог ли этот темный маг использовать какую-то мгновенную смену? На самом деле, этот матч не позволял использовать какое-либо оборудование.

В следующее мгновение этот маг Мо Ву уже появился в другом направлении, с вращающимся темно-фиолетовым треугольником, видимым под ним.

Что это за техника такая? Для Цая это был первый раз, когда он увидел такое. Это была очень четкая техника, созданная самим человеком.

Она явно не могла позволить противнику завершить свою магию. С холодным фырканьем ее тело вспыхнуло еще раз, но на этот раз, когда она подняла правую руку, в ее ладони появился огромный чистый белый серп. Серп Бога Смерти нельзя было использовать, но его можно было имитировать. В конце концов, именно это оружие она держала в руках с величайшим мастерством.

Серп Бога Смерти взметнулся в воздух, немедленно вызвав появление пространственной трещины. Это была небольшая трещина, но как только она появилась, тут же собралась сущность какого-то неизвестного элемента, и эта трещина действительно продемонстрировала огромную притягательную силу.

Не только это, но и серп Бога Смерти в руке Кай’эра пронесся под шестью углами, где появились подобные трещины, расшевелив всю элементальную сущность на стадионе и вызвав состояние пространственного хаоса.

Она не знала, что делал противник, но маг элемента тьмы не может выполнить телепортацию, а это означает, что в нее наверняка была замешана какая-то пространственная магия. Перемешивание пространственного хаоса, очевидно, должно было помешать ее двойнику телепортироваться.

Все это произошло очень быстро. Увидев мерцание чистых белых цветов, исходящих от Цай’эра, выражение лица Мо Ву слегка изменилось.

В следующее мгновение Кэй’Эр снова появилась перед ним, Серп Бога Смерти сверкал в ее руке и медленно рубил его. Его лезвие несло на себе острую, очень агрессивную ауру.

Но к своему ужасу, Мо Ву не отступил, а шагнул вперед, указывая правой рукой на пустое место, где появился пурпурно-черный луч. Словно воздух стал его чертежной доской, он нарисовал рукой особый отпечаток.

То, что чувствовала Кай’Ер, было совершенно не похоже на зевак. С этими жестами тело Мо Ву сразу же стало выглядеть иллюзорным, и бесчисленные формы Мо Ву возникли перед ней, заставляя убийственный дух его противника, который был привязан к нему, стать слабее.

В белой вспышке этот пурпурно-черный луч исчез, и в этот момент магия Мо Ву была завершена. Пурпурно-черные колонны появились из ниоткуда и в мгновение ока окружили тело Кай’Эр, превратившись в круглую клетку, запирающую ее внутри.

Адская клетка, мощный атрибут тьмы заклинание девятого шага.

Серп кай’эра был направлен горизонтально, но только прошел насквозь, как будто не было никакого столкновения вообще. Но когда она попыталась вырваться вместе со своим телом, то сразу же почувствовала острое жало, распространившееся по всему ее телу, когда массивная темная стихия непосредственно проникла внутрь ее тела.

Это…

Каи’Эр был поражен, но держался так же спокойно, как и обычно. Она не запаниковала перед такой ситуацией, ее Серп Бога Смерти исчез, она положила руки на грудь,ее глаза даже закрылись. Она, казалось, что-то чувствовала, ища дыру в адской клетке.

Видя, что его адская клетка была так эффективна, Мо Ву не мог не показать слабую улыбку. По мере того, как он повторял заклинание, под его ногами распространялся какой-то пурпурно-черный ореол, и очень быстро эти ореолы приняли твердую форму, поднимаясь над его телом, чтобы принять форму рядом с алтарем.

Подняв правую руку, в руках Мо Ву появился черный посох. Несмотря на то, что он был сформирован только с духовной энергией, это заставило его выглядеть чрезвычайно роскошным и могущественным прямо сейчас.

Пурпурно-черные лучи циркулировали вокруг верхней части посоха, превращаясь в великолепное магическое одеяние, покрывающее его, и мгновенно заставляя его поведение значительно усиливаться в силе.

Ужасающее давление поднялось вокруг его тела, большая область пурпурно-черных облаков вращалась вокруг алтаря, который он создал. Пока эти пурпурно-черные паузы трепетали, на нем слабо виднелся электрический свет.

С каких это пор в храме магов есть еще одна такая электростанция? Это была явная власть домена! Те, кто был в других пяти храмах, не могли не закричать в тревоге. Достижения и культивация этого Мо У были намного выше, чем они ожидали. Этот маг не только поймал Кай’эра в ловушку, но и показал ему домен, который явно был чисто стимулирующим доменом. Его следующая магия, несомненно, получит внушительную порцию мощи.

Некоторые пурпурно-черные символы начали дрейфовать вокруг алтаря, когда его унылое пение отразилось по всему стадиону. Можно было смутно видеть, как земля невольно превращается в этот пурпурно-черный цвет. Трещины, оставленные ранее Цайером, также полностью закрылись.

— Разрушитель тьмы, Повелитель тьмы. Спускайся, Темный Владыка!»Когда его пение продолжалось, глаза Мо Ву вспыхнули фиолетовым электрическим светом, и фиолетовая гексаграмма появилась перед его алтарем. Там, массивное изображение начало обретать форму, дрейфуя внутри этой гексаграммы.

Это была человеческая фигура ростом около пяти метров, одетая в темно-фиолетовые доспехи, с парой больших изогнутых рогов, идущих от затылка. Но поскольку этот человек был в маске, его лица не было видно.

В правой руке он держал огромный меч, из которого лился пурпурно-черный свет. Как только он появился, он испустил бестелесное давление. Даже защита защитного барьера вызывала какое-то удушающее чувство.

— Какой могущественный темный маг!— Линь Синь не могла не заметить с тревогой.

Это был явно Грозный темный маг, который, кроме того, вызвал Темного Властелина ужасающей силы, чья мощь могла даже сравниться с постфузионной четырехглавой химерой Чэнь Хунюя.

У храма магов действительно был такой убийственный ход в магазине, это было действительно то, чего никто не ожидал.

— Если бы только перед ним стоял босс.— Хань Юй не мог удержаться,чтобы не произнести эти слова.

Мо Ву был темным магом, так долго у Хаочэня было владение светлого бога, чтобы полностью подавить его, и, естественно, не было никаких страхов. Но как насчет Кайера?

Самым сильным ярким проблеском надежды был, несомненно, Лонг Хаочен, за которым следовал Кай’Эр. Удар, если бы Кай’Эр проиграла свой матч, был бы значительно огромным для них.

«Успокойся, Цай’Эр обязательно сделает это.— В какой-то момент Лонг Хаочен уже открыл глаза. Начало битвы Кай’Эр и огромная угроза, стоящая перед ней, немедленно пришли к нему в чувство.

Прямо сейчас, казалось, что Кай’Эр был в абсолютном невыгодном положении, но было ли это действительно так?

После того как Темный Властелин появился, он не издал ни одного особенного звука. Паря в воздухе, он одним прыжком очутился перед Кай’Эр, запертой адской клеткой. Высоко подняв огромный меч в своей руке, он резко ударил им по Кай’Ер.

После завершения этой магии Мо у закрыл глаза, сидя со скрещенными ногами над тем темным алтарем, который был его владением, способным резко увеличить мощь всей его магии элементаля тьмы, а также увеличить его магическое восстановление. Возможно, этот домен нельзя было считать очень сильным из-за его важных ограничений, но если бы кто-то позволил ему взять под контроль битву, этот домен показал бы большую часть своих возможностей.

Перед лицом удара огромного меча, тело Кай’эра исчезло мгновенно и без малейшего предварительного указания.

Почти сразу же Мо Ву заметил, что темно-фиолетовый треугольник появился снова. И сразу же его тело исчезло с этого алтаря.

Белые следы появились на этом темном алтаре, мгновенно разбили его вдребезги и превратили в бесчисленные пурпурно-черные воздушные потоки. Цай’Эр появился прямо там, где раньше был Мо у, плавая там.

Мо Ву был потрясен, потому что понятия не имел, как Кай’Эр вырвался из своей адской клетки. Это была запирающая магия девятого шага! Более того, Кай’Эр не показывал никаких признаков движения оттуда!

Откуда ему было знать, насколько сильным стал Кай’Эр после того, как преодолел девятую ступень? В тот момент, когда адская клетка всплыла на поверхность, она использовала технику двойника, чтобы быть пойманной в ловушку вместо нее, и в то же время использовала невидимость.

Чужой двойник не мог так долго продержаться, и сразу же был бы обнаружен перед острыми чувствами мага, так что они даже не смогли бы избежать замка клетки Ада.

Но Кай’Эр был уже не тот. Как святая дочь Сансары, она обладала силой очищения. Будучи ассасином с самыми оптимальными способностями, она не была бы достойна называться таковой, если бы не смогла избежать блокировки противника.

Однако ради сохранения стабильности своего двойника она не могла слепо действовать после побега, иначе он немедленно исчезнет.

Только когда вызванный Мо Ву Темный Властелин напал, Кай’Эр внезапно начал атаку.

Тем не менее, Мо Ву действительно имел точное суждение, используя свою технику телепортации, чтобы еще раз избежать удара Цай’эра. И все же его одежда была мокрой от пота. Если бы он был немного медленнее, то атака Кай’эра приземлилась бы на него, таким образом достигнув победы.

Темный Властелин явно почувствовал, что что-то идет не так, и темно-Пурпурное сияние хлынуло из его груди. Он был направлен не на Цай’эра, а на Мо Ву, который только что телепортировался перед ним.

Фигура вспыхнула, Мо Ву внезапно исчез в темно-фиолетовом сиянии, исходящем от Темного Властелина, для аналогичного результата с предыдущим выступлением Чэнь Хунюя.

Таким образом, если только Цай’Эр не победит темного владыку, у нее не будет никакой возможности напасть на Мо у.

Это было то, что Мо Ву считал своим единственным решением. Наиболее оптимальной ситуацией было бы нападение темного владыки на Цайера, пока он восстанавливает свою духовную энергию. Таким образом, если бы у него было достаточно времени, он мог бы даже вызвать другого темного властелина. Но теперь это было уже невозможно: хотя он и мог командовать темным владыкой, слившись с ним, но в такой ситуации уже не мог вернуть себе ни капли своей духовной энергии. Не говоря уже о том, чтобы воспользоваться этим владением, его единственной возможностью победить было теперь победить Ка’эра, используя этого Темного Властелина.

Мо у определенно верил в способности темного владыки. Только в культивировании он имел силу второго ранга девятой ступени. Вчера башня вечности Кай’эра действительно потрясла всех присутствующих, но это был все-таки объект, запрещенный в этом индивидуальном соревновании. Может ли наемный убийца действительно победить тяжеловооруженного Темного Властелина с пустыми руками?

— Ну что, хватит бегать?— В уголках рта Каи’Эр появилась холодная улыбка. Конечно, она знала, что их главным соперником в этом путешествии был храм магов, и не выкажет никаких добрых чувств к магу из храма магов.

Серп Бога Смерти, сотворенный из света очищения, медленно поднялся; она уже не летела, а бежала впереди темного владыки.

Серп Бога Смерти волочился за ней, глаза Кай’Эр побелели. Ее абсолютно холодное и красивое поведение нахлынуло, образуя вместе с ее массивным серпом великолепную, но мистическую сцену. Хотя выступление ее оппонента было также довольно ярким, эта сцена заставила абсолютное большинство зрителей бессознательно возложить свою веру на Кай’Ер. В конце концов, темные существа изначально вызывали отвращение, не говоря уже о красивых, но таких молодых чертах Кайера.

Глаза темного владыки вспыхнули фиолетовым блеском, его правые ноги тяжело ступали по земле, когда он обеими руками схватился за свой массивный пурпурно-черный тяжелый меч.

Самый пугающий аспект этого Темного Властелина заключался в его чрезвычайно компактном владении тьмой духовной энергии. Он не был вынесен наружу, но прикреплен к его оружию, которое приобрело большую разрывную силу.

Кай’Эр не уклонялась и не использовала никакой специальной техники, просто нагло опустила свой Серп Бога Смерти, все ее тело мерцало белым светом, когда ее импозантная манера поднялась до пика.

Деспотический Удар! Это была способность, развившаяся из деспотического толчка. Прямо сейчас, движение Кай’Эр было полно неописуемо мощной тиранической силы.

Звенеть. В звенящем столкновении Серп Бога Смерти в руках Цая сломался. В конце концов, это был не настоящий Серп Бога Смерти, а просто сгусток духовной энергии. С точки зрения нападения и защиты, он был намного ниже серпа Бога Смерти Божественной степени.

Но и этот темный властелин не был богат. Можно было ясно видеть, что во время столкновения между двумя противниками багрово-черная аура, распространяющаяся от его тела, была полностью отталкиваема, как будто пытаясь вырваться из его тела, в то время как его движения также становились вялыми.

Кай’Эр действительно демонстрировала непреклонное исполнение, сжимая в руке еще один Серп Бога Смерти. Необузданное белое свечение вспыхнуло в воздухе, вызывая рвущие звуки, возникающие из громкого взрывного звука удара по тяжелому мечу противника.

Темный Властелин испустил низкий вой, заставляя пурпурно-черный цветной туман подниматься вверх, и резко поднимать свою внушительную манеру также. Пурпурно-черные пузыри поднимались из-под земли, превращаясь в бесчисленные пурпурно-черные лучи, переплетающиеся в воздухе. Это были владения, владения темного владыки. Хотя никто здесь не знал его названия, это был, без сомнения, домен, специализирующийся на атаках на большие площади.

Эти предыдущие черные волдыри были не все от Мо Ву, но от этого темного владыки: существа тьмы второго ранга девятой ступени, у которого уже были свои владения. Темнота, вызванная этим Мо У, была просто еще более пугающей, чем духовный Темпель, но что еще больше потрясло толпу, так это сцена следующего движения Цайера, уже примерно в десяти метрах над головой темного властелина.

Владения темного владыки уже взорвались, и поскольку это была толпа, атакующая домен, она не давала ни малейшего пространства, чтобы уклониться от атаки. Мо Ву был уже полностью готов: пока Цай’Эр не сможет больше сопротивляться, он немедленно прекратит атаку, но рядом с его глазами возникла незабываемая сцена.

Паря в воздухе, Кай’Эр принял молитвенную позу, и очищающее белое сияние превратилось в лепестки, распространяющиеся вниз.

Произошла чудесная сцена. При соприкосновении с этими белыми огнями пурпурно-черное сияние, исходящее из владений темного владыки, немедленно рассеивалось в ничто. По мере того как падающие белые лепестки продолжали увеличиваться, темно-фиолетовый свет становился все слабее и слабее, как будто очищающие цветы внезапно выросли из середины безграничной тьмы, принося вселенскую надежду. В этом фантастическом очищении вся тьма превратилась в ничто, постепенно уступая место свету.

Ли Чжэнчжи в шоке широко раскрыл рот. Он мог понять некоторые теории, лежащие в основе владений Бога Света Лонг Хаочена, поскольку они были, в конце концов, чисто релевантны свету. Но демонстрация владений Кай’эра намного превосходила его знания. Эта сила…

Тело темного повелителя слегка дрожало. Подняв голову, чтобы посмотреть на Кай’Эр в воздухе, его тело внезапно задрожало при виде царства очищения, быстро рассеянного вокруг нее. Тотчас же он появился прямо на краю стадиона, подняв тяжелый меч в своей руке, быстро рассекая его, вызывая темно-фиолетовую гексаграмму на поверхность и немедленно пробираясь внутрь.

То, что последовало за этим, было сценой внезапно дрожащего Темного Властелина, прежде чем тело Мо Ву также было отброшено, поскольку Темный Властелин непосредственно исчез в этой пурпурной гексаграмме.

Темный Властелин только что ушел, и его владения тоже естественным образом рассеялись, оставив после себя только потный Мо-ву. Он не понимал, почему Темный Властелин так поспешно покинул его, несмотря на то, что не был в положении ниже его по положению. Может быть, начался дождь, потому что он оставил кое-какую одежду сушиться?

Этот чудовищный вопрос мелькнул в голове Мо Ву, поскольку единственным, что осталось в воздухе, была Цай’Эр со своими освобожденными владениями, спокойно стоящая перед ним.

«Я знаю, что хотя ты и специализируешься в темной магии,но также владеешь пространственной магией. Возможно, ваша пространственная магия позволит вам продолжать телепортацию, но я хочу посмотреть, сможет ли ваша телепортация преуспеть в моей области очищения.»

Белый свет распространился перед Мо Ву. В тот момент, когда его тело соприкоснулось с Кай’Ер, он сразу понял, почему Темный Властелин бежал в панике.

Неописуемая боль поднялась в глубине его души. Когда его тело сильно затряслось, он резко сказал: «Я признаю это.»

Не было другого выбора, кроме как уступить! Эта ужасающая область очищения, казалось, подавляла свойство темноты не слабее, чем свойство света. Не только его духовная энергия была очищена, но более того, его душа была целью. Но еще более ужасным было то, что очищенная духовная энергия была ядром его силы. Это означает, что под воздействием сферы очищения его культивация будет постоянно уменьшаться. Как мог Мо Ву вынести такую потерю?

Что же касается побега темного владыки, то его единственной причиной было то, что он боялся, попав в ловушку ужасного чувства страха. Возможно, он был достаточно силен, чтобы бороться с Кай’Эр, но как насчет того, чтобы после этого? Если бы область очищения могла очистить его душу, он ушел бы навсегда. Темный Властелин не был идиотом, и у него не было глубокой связи с Мо у, только особая связь. Как он может быть готов пожертвовать своей жизнью ради этой связи? Это было просто невозможно.

Просто иди умри сам, если это то, что ты хочешь, но не впутывай меня. Почувствовав ужас царства очищения, Темный Властелин мгновенно бежал.

Цай’Эр медленно приземлился с неба, поднял лепестки, образующие домен очищения, и вспыхнул со спичечной площадки, бросив взгляд на Мо у.

На самом деле, самым обездоленным в этом индивидуальном соревновании из-за яркого проблеска надежды был Кайер. Хотя у нее и была своя область очищения, ее настоящая боевая сила заключалась в основном в Серпе Бога Смерти, который она культивировала с самого детства. Без настоящего оружия в руках у нее не было возможности владеть семью искусствами Бога Смерти. Кроме того, во время битвы Серп Бога Смерти будет изо всех сил пытаться вырваться, так что Кай’Ер не только не могла использовать его, но и должна была сосредоточиться на его подавлении. Так что для Кай’Эр было бы уже довольно неплохо использовать половину своей силы в этом индивидуальном соревновании, и ее ужасающая взрывная сила никоим образом не могла быть продемонстрирована.

Четвертый матч в ярком мерцании звеньев Надежды был обозначен.

Они уже заняли треть мест, и к тому же у них был человек, которому еще предстояло принять участие.

Когда Чэнь Инь вышла на сцену, она столкнулась с последним оставшимся конкурентом храма ассасинов и сумела добиться победы с помощью своей мощной призывающей магии.

Четвертый матч закончился, пришло время для пятого и более страшного матча лидеров.

Когда индивидуальное соревнование достигло этой точки, яркий проблеск надежды был уже неостановим. Группа из десяти человек, сформированная из двух электростанций, достигающих вершины восьмой ступени, и восьми, достигающих девятой ступени, с четырьмя доменами, владеющими электростанциями среди множества. Их капитан Лонг Хаочен продемонстрировал использование двух основных видов оружия, известных как техника домена и эволюция домена, сумев победить две головы храма и силовую установку номер один храма рыцарей. Многие люди чувствовали, что Великое собрание этого храма неизбежно войдет в летопись. И они все еще были так молоды; если бы им дали достаточно времени, чтобы продолжать расти, уничтожение демонов не было бы невозможным.

Хотя каждый из шести великих храмов имел свой собственный способ делать вещи, которые заставили Союз храма относительно рассеяться, их борьба в течение более чем шести тысяч лет темной эры против демонов уже продолжалась слишком долго. Кто знает, сколько крови пролилось от тех шести храмов, которые обладали мощными энергетическими установками. Яркий проблеск надежды действительно показывал им проблеск нового рассвета и вызывал неописуемые чувства, чтобы подняться в умах многих людей. Если бы была одна вещь, которую он принес им, они определенно объявили бы, что это надежда!

Каждый победитель четвертого раунда мог набрать восемь очков, и после прохождения через это препятствие, храм рыцаря остался только у двух человек, храм мага имел три, духовный храм имел два, и яркий проблеск надежды имел два! Храм ассасинов и Храм воинов уже были ликвидированы.

Благодаря этому четвертому раунду пятеро из них уже заработали еще сорок очков, что дало им гордое лидерство в размере девяноста шести очков после добавления к их предыдущим пятидесяти шести пунктам. Храм магов был вторым с восемьюдесятью девятью очками, храм рыцарей-третьим с восемьюдесятью двумя очками, духовный храм-четвертым с пятьюдесятью восемью очками, храм ассасинов все еще имел тридцать четыре очка, а Храм воинов оставался на уровне двадцати четырех баллов.

Как это было уже в полдень, если Великое собрание храма прошло нормально, победитель выйдет сегодня. Хотя из-за вчерашнего инцидента расписание было отложено, матчи все равно предстояло продолжить. Пять храмов и яркий проблеск надежды уже получили известие о том, что независимо от того, как поздно это закончится, индивидуальные матчи должны быть сделаны сегодня.

Состязания в Великом собрании храмов длились недолго; это определенно не были состязания длительной выносливости, главной причиной этого была угроза демонов: что, если демоническое племя воспользовалось возвращением большого количества электростанций из шести великих храмов в Святой город, чтобы начать крупномасштабный рейд. В результате, хотя Великое собрание храмов проводилось раз в десять лет, конкретное время начала было установлено в последний момент, чтобы демоническая сторона не могла уловить их ритм. Поэтому время сбора было сжато настолько, насколько это было возможно, чтобы дать возможность энергетикам из всех храмов вернуться как можно скорее, когда все это будет сделано.

На этот раз это было особенно важно, поскольку необходимо было обсудить ряд новых политических мер и важных вопросов, касающихся всего Альянса.

После того, как четвертые раунды были закончены и очки были подсчитаны, пятый раунд матчей сразу состоялся.

У него было в общей сложности шесть матчей, и хотя на основе предыдущих моделей яркий проблеск пяти оставшихся членов Хоуп будет помещен в пять матчей, столкновение друг с другом не было невозможным для них. Но короче говоря, яркий проблеск надежды должен был бы столкнуться одновременно с вершиной рыцаря, мага и духовного храма.

Каждый из их оставшихся членов получил более шестнадцати баллов, но хотя яркое мерцание в настоящее время был в лидерах, это лидерство еще не было стабильным и могло измениться в любое время.

Первый матч был уже большим столкновением сил. Удача Чэнь Инь’Ер, казалось, наконец-то иссякла, свет отбора упал на нее и главу храма магов, ли Чжэнчжи.

Выражение лица Лонг Хаочен слегка изменилось, она посмотрела прямо в лицо Чэнь Инь’Ер, а затем кивнула ему в ответ, вставая и медленно продвигаясь к сцене.

В этом матче ли Чжэнчжи был особенно спокоен. Хотя яркий проблеск надежды и принес гордые результаты, он оставался бесстрастным,его чувства были лишены малейшей ряби. Кто знает, если он действительно не заботился о них или имел другие виды мыслей.

В настоящее время единственным оставшимся лидером храма был ли Чжэнчжи, остальные четыре были устранены. Тот факт, что он столкнулся с Чэнь Ин’Ер сразу же, действительно поднял возбуждение зрителей до пика.

Этот Чэнь Инь тоже был владельцем домена! Может ли яркий проблеск надежды продолжать приносить приятные сюрпризы всем здесь?

С легкой улыбкой на лице Чэнь Инь Эр вышла на поле, отдавая честь ли Чжэнчжи. В конце концов, ли Чжэнчжи все еще был старшим.

Ли Чжэнчжи слегка кивнул и сделал приглашающий жест. С его статусом, естественно, нет никакого способа, которым он мог бы поспешить сделать первый шаг против кого-то возраста Чэнь Иня.

Чэнь Инь прямо сидел, скрестив ноги, прежде чем начать петь, без малейших защитных мер, принятых заранее.

Глядя на нее, ли Чжэнчжи не мог не улыбнуться в ответ. Ну и девчонка! Она явно воспользовалась его нежеланием сделать первый шаг.

Но даже если я не сделаю первый шаг, неужели ты думаешь, что у меня нет других средств? Ли Чжэнчжи сохранил легкую улыбку, но все еще продолжал стоять неподвижно и начал петь. Фантастическая тишина заполнила весь стадион.

С самого начала Великого Собрания храмов это был первый раз, когда два мага противостояли друг другу без малейшего зондирующего нападения.

От тела ли Чжэнчжи отделилось безвкусное существо, очень быстро принявшее форму на его спине, образуя зеленый свет, переплетающийся вокруг него. Будучи сформированным в увеличенную версию Li Zhengzhi, его пухлые взгляды на самом деле испускали глупое чувство привлекательности.

Сидя рядом с храмом рыцарей, Лонг Хаочен не мог не почувствовать холодок тревоги.

Ли Чжэнчжи использовал своего рода магию призыва бога ветра, но это заняло меньше двадцати секунд. Огромная сила этого заклинания без сомнения достигла уровня запрещенного заклинания. Это было просто безумие. Кроме того, это было сделано без какого-либо оборудования, и в то же время, Ли Чжэнчжи еще даже не развернул свой домен бога ветра.

Чэнь Ин’Ер, казалось, вовсе не была обеспокоена магией ли Чжэнчжи, все еще продолжая свое пение, которое продолжалось в еще более неясной и избыточной манере.

После этого некоторые изменения, наконец, не могли не произойти с лицом ли Чжэнчжи, потому что он не мог идентифицировать заклинание, соответствующее ее заклинанию.

Как маг пикового уровня, ли Чжэнчжи может не хотеть делать первый шаг, но был даже меньше всего готов оставаться пассивным. Поэтому он сразу же сделал приготовления к запретному заклинанию, таким образом, независимо от того, какой магический зверь будет вызван Чэнь Инем, он мог быть уверен, что сможет уничтожить его с помощью своей магии. Даже если бы Чэнь Инь пришел с особенно сильным магическим зверем, он все еще мог бы использовать домен бога Ветра для усиления своей собственной магии.

Дело было не в том, что ли Чжэнчжи не мог произнести несколько заклинаний, но он не видел такой необходимости. Более того, поддержание магии после броска, не освобождая ее, будет сопровождаться очень большим потреблением духовной энергии. Он действительно не ожидал, что гипс Чэнь Иня займет так много времени. Для этой девушки, являющейся энергетическим центром девятой ступени, а также нуждающейся в таком длительном времени для достижения ее заклинания, какой уровень может достичь эта призывающая магия?

Хотя у Ли Чжэнчжи были некоторые идеи на этот счет, он все еще недооценивал время пения, которое займет Чэнь Инь. В мгновение ока прошло три минуты, но Чэнь Инь все еще продолжалась, и ее заклинание еще не вступило в силу. Если бы он не знал, что Чэнь Инь уже достигла девятой ступени, ли Чжэнчжи подумал бы, что она притворяется заклинанием. Да и какая Песнь может длиться так долго?

— Девочка, если ты будешь продолжать в том же духе, этот старик сделает свой ход.— Тусклый голос ли Чжэнчжи эхом разнесся по всему стадиону. Даже для его лица, он не мог тратить свою энергию на это великое собрание храмов. Сохранение этого запрещенного заклинания быстро истощало его духовную энергию, и так как в следующий раз предстояли другие матчи, чрезмерное потребление было бы очень явно неблагоприятно для него.

Сразу после того, как Ли Чжэнчжи закончил говорить, Чэнь Инь внезапно открыла глаза и показала ему сладкую улыбку, давая ответ: «готово.»

Сказав это, Чэнь Инь’Ер подняла руки и вытянула кончик пальца, указывая ладонями вверх, как будто отпуская что-то.

В тот же миг рев мириадов зверей вырвался из ее тела подобно цунами, но более того, он сопровождался образами бесчисленных магических зверей, выходящих из-за спины Чэнь Ин’Ер.

Это что, домен? Но как мог домен нуждаться в таком долгом пении? Ли Чжэнчжи сразу же узнал в нем могущественного призывателя домена. Может быть, это тот же самый зверь-император домен, что и ее дед? Чэнь Инь’Ер демонстрировала использование своего домена в предыдущих матчах, но только в форме одиночных целенаправленных усилений магических зверей, нацеленных максимум на две цели, но видеть такую большую область расширенного домена от нее было действительно первым.

В следующее мгновение после того, как Ли Чжэнчжи был заполнен этими вопросами, его взгляд изменился.

За спиной Чэнь Инь’эра упорядоченно возникли световые ворота. Увидев их, больше всего шокировал не кто иной, как те, кто находился в ее собственном духовном храме.

Даже глава духовного храма Чэнь Хунъюй был ошеломлен этой сценой. Он никогда не думал, что его собственная внучка сможет использовать такую магию.

Он также был озадачен тем, почему Чэнь Инь так долго пел. Даже после того, как он контролировал духовный храм в течение стольких лет, у него не было воспоминаний о таком длинном пении из их духовного храма. Даже для вызова магического зверя девятой ступени не потребуется так много времени! В противном случае, на поле боя, у призывателя было время умереть сто раз в течение трех минут.

Прямо сейчас Чэнь Хунъюй был действительно раздавлен своей собственной внучкой, и то же самое относилось к каждому присутствующему призывателю, который никогда не ожидал, что один призыватель сможет продемонстрировать силу, достигающую такого пика. Просто сосчитайте эти ворота: один, два, три, четыре, пять… сосчитать их одним взглядом было просто невозможно.

Эти ворота образовывали огромную полукруглую форму, как будто окружая и защищая Чэнь Инь’Ер. В самый разгар Рева этих мириадов зверей все световые врата открылись одновременно, позволяя волшебным зверям выйти один за другим изнутри.

Там было в общей сложности тридцать шесть световых врат, из которых сразу же вышли тридцать шесть магических зверей.

Увидев этих волшебных зверей, ли Чжэнчжи стал выглядеть немного лучше: они достигли только восьмой ступени, а не девятой. Если бы Чэнь Инь был способен вызвать сразу тридцать шесть магических зверей, эквивалентных силовым установкам девятой ступени, это было бы действительно слишком страшно.

Но даже так, Чэнь Инь вызывающая магия все еще шокировала всю аудиторию. Тридцать шесть одновременных магических зверей восьмой ступени, что это было? Этого было бы достаточно, чтобы за несколько мгновений переломить ход событий на целой части поля боя.

Таким ярким мерцанием самого сильного члена Хоуп был этот призыватель?

У других членов «яркого проблеска надежды» было свое собственное мнение о том, была ли Чэнь Инь самой могущественной, но одно было ясно: она была избранной Богом, как и Лонг Хаочэнь и Цайэр. Даже если она, возможно, не заработала столько же, сколько Хаочэнь и Цайэр за эти годы, она ни в чем не уступала им.

Этот призыв перед ее глазами истощил всю ее духовную энергию, но что, если у нее есть ее святая духовная одежда? Будет ли время пения даже так долго? И то же самое касается ее духовной энергии.

Даже долгое время Хаочэнь не имел ясного представления о реальной силе Чэнь Инь; прямо сейчас яркий проблеск надежды уже можно было сказать, что он имеет в некотором смысле три ядра, одним из которых был Чэнь Инь.

В предыдущем матче Чэнь Инь’Ер проявила большую сдержанность, но, наконец, вышла с полной силой, когда столкнулась с Ли Чжэнчжи.

Вернувшись днем ранее, члены Bright Glimmer of Hope созвали простое собрание, так как они были уверены, что сегодня столкнутся с Ли Чжэнчжи. Но как им противостоять ему? Они очень быстро пришли к выводу: независимо от того, кто сталкивается с Ли Чжэнчжэем, этот человек должен, прилагая все усилия в бою, в наибольшей степени истощить силы противника. В конце концов, даже если сила ли Чжэнчжи не была на уровне Ян Хаою, она не должна была отличаться слишком сильно. Именно потому, что другая сторона позволила ему выиграть, Лонг Хаочен сумел победить Ян Хаою, но в поединке один на один, Хаочэнь не был уверен, что сможет уверенно победить ли Чжэнчжи.

Но их отряд охотников на демонов ярким проблеском надежды был единым целым, и целое должно было быть еще сильнее, чем отдельные индивидуумы. А так как индивидуальное соревнование все равно закончится сегодня, лучше сосредоточиться на командных боях.

Чжан Фанфан ранее эффективно истощал ли Чжэнчжи, но поскольку с тех пор прошло много матчей, его духовная энергия уже должна была пополниться. Но в этом поединке Чэнь Инь уже решила, что по крайней мере заставит ли Чжэнчжи использовать подавляющее большинство своей боевой силы, если она не сможет победить его.

План Чэнь Ин’Ер пошел сразу же, широко используя высокое уважение ли Чжэнчжи к его статусу, чтобы завершить ее заклинание вызова самого большого масштаба.

Тридцать шесть магических зверей восьмой ступени, появившихся на стадионе одновременно, совершенно потрясли всю аудиторию.

Хотя эти магические звери были разных рас, они всецело прислушивались к приказам Чэнь Иня! С самого начала они бешено набросились на Ли Чжэнчжи.

Ли Чжэнчжи холодно фыркнул. Простые магические звери, достигшие восьмой ступени, были ничто в его глазах. Даже если они были еще более многочисленными, на его уровне культивирования, убийство магических зверей этого уровня было просто слишком простым.

Когда он замахал руками, массивная зеленая фигура на его спине немедленно уплыла, обе руки поднялись к небу, выпустив зеленые лунные лезвия. Это было похоже на непреодолимый барьер, стоящий перед ли Чжэнчжи. Но в следующее мгновение его взгляд снова стал неприглядным.

Чэнь Инь издал пронзительный крик, и сразу же мириады образов зверей, которые вышли ранее, затвердели, бросаясь на магических зверей восьмой ступени, которые вырвались наружу, и прикрепились к ним, заставляя зверей начать претерпевать быстрые изменения.

Громко взревел гигантский черный медведь, увеличившись вдвое по сравнению с предыдущим размером, и его шерсть удивительным образом начала превращаться в темно-золотистый цвет. В разгар Рева, он выпустил ужасающие сейсмические волны, направленные на бога ветра, вызванного ли Чжэнчжи.

Эволюция!

То, что использовала Чэнь Инь, было явно не тем же самым мириадом зверей, что и Чэнь Хуню, а ее мифологическим звериным владением!

Будучи избранницей Бога-зверя, уникальной Святой духовной дочерью, которая появилась в человеческом мире, ее повышающие способности на магических животных принципиально даже превзошли спину е Сяолэя в иллюзорном раю.

Под давлением домена зверя-императора эти магические звери восьмой ступени развились до девятой ступени, превратившись в тридцать шесть магических зверей девятой ступени, выпустив ужасную мощь, которая отчаянно набросилась на Ли Чжэнчжи.

Это был просчет! Ли Чжэнчжи немедленно пришел к этому решению, заставив его иметь следы сожалений. Он действительно не должен был позволить Чэнь Инь завершить ее предыдущую магию! Тридцать шесть магических зверей девятой ступени и тридцать шесть магических зверей восьмой ступени были двумя принципиально разными понятиями.

После завершения этих глобальных усилений Чэнь Инь сел в довольно ослабленном состоянии, но все еще имел энергию, чтобы свирепо произнести: «все, избавьтесь от него!»

Тридцать шесть магических зверей девятой ступени, набросившихся на одного противника, представляли собой поистине захватывающее зрелище.

Пара массивных лунных клинков в руках бога ветра сумела остановить атаку трех магических зверей девятой ступени, но затем начала становиться несколько неустойчивой.

Девятым шагом будет оценка, основанная на культивировании человека, но с точки зрения уровня магического зверя, это будут магические звери десятого ранга.

Возможно, они не так сильны, как четырехглавая Медуза или Божественный единорог, но как магические звери десятого ранга, они все еще достигли пика магических зверей.

Проще говоря, прямо сейчас Ли Чжэнчжи был атакован целым полком Рыцарей золотого основания. Этот состав не чувствовал себя легче, чтобы столкнуться.

Не смея относиться к этому спокойно, ли Чжэнчжи немедленно развязал домен бога ветра, не смея позволить этим тридцати шести магическим зверям девятого шага высвободить всю свою силу. Если бы все действительно шло так, даже сам Бог-Демон император мог бы найти эту ситуацию беспокойной.

Прямо сейчас Ли Чжэнчжи полностью вспыхнул.

Мощная демонстрация силы немедленно вырвалась наружу, так как ужасный ураган немедленно охватил все тридцать шесть магических зверей девятой ступени. Сразу же, атаки зверей были отклонены в сторону, замедляясь под воздействием урагана.

Это был не простой домен. Для сдерживания такого количества магических зверей девятого шага, это могло быть только техникой домена!

Ради безопасности и для того, чтобы добиться победы в этом матче, у Ли Чжэнчжи не было другого выбора, кроме как использовать свою собственную технику владения.

Этот ужасный ураган был полностью окрашен в темно-зеленый цвет. Везде, где он проходил, каждый магический зверь, с которым он сталкивался, был отчаянно ранен. Если бы это были магические звери восьмой ступени, их тела наверняка были бы разбиты вдребезги при атаках такого уровня. Но магические звери девятой ступени были не те же самые: их защитная сила была намного сильнее, чем на восьмой ступени, так что непосредственной опасности для них не было.

Чэнь Ин Ир проигнорировала эту ситуацию, только молча сидела там, чтобы пополнить свою духовную энергию, маленькая свинья Макдалл была в ее руках.

Ли Чжэнчжи ограничил этих магических зверей благодаря своей технике владения, его сила призыва бога ветра начала появляться. С толчком от домена бога ветра, воплощенное тело бога ветра ли Чжэнчжи получило взрывчатую вспышку в скорости и наступательной силе. Во вспышке зеленого света этот гигантский медведь стоял как ничто на своем пути, в то время как в ответ его воплощение было отброшено на десять метров назад взрывом атаки ладони медведя. Но перед усилением домена бога ветра атака такого уровня была ничем.

Выражение лица ли Чжэнчжи не улучшилось только из-за того, что он избавился от одного магического зверя девятого шага. Совсем наоборот, он стал еще более напряженным. Потребление духовной энергии техники предметной области можно было описать только как ужасающее: даже с его внутренней духовной энергией, уже пробившейся через 400 000, он не мог продолжать использовать ее слишком долго. Теперь у него оставался только один выбор-воспользоваться ситуацией и избавиться от Чэнь Инь’Ер. Таким образом, эти магические звери выйдут из-под контроля, что приведет к лучшему повороту в его ситуации.

Но Чэнь Инь не мог быть убит, так как это великое собрание храмов не было битвой жизни или смерти! Таким образом, в некотором смысле, Чэнь Инь’Ер идеально использовал правила.

Таким образом, в настоящее время он не мог напасть на Чэнь Инь’Ер, поскольку тело призывателя было самым слабым, заставляя ли Чжэнчжи действительно бояться убить небрежно такого гения. Но пока Чэнь Инь не будет убит, эти магические звери не выйдут из-под контроля. Если они будут продолжать осаждать его, даже если удастся избавиться от большинства, это займет у него слишком много времени…

Кроме того, заклинание вызова было завершено, эти тридцать шесть световых врат закрылись и исчезли, но эти магические звери не вернулись бы в свои первоначальные жилища, если бы Чэнь Инь не согласился.

Таким образом, убийство их было единственным способом завершить эту битву.

Придя к этому точному выводу, ли Чжэнчжи больше не колебался. Скрестив руки на груди, он увидел, как из его глаз вырвались два блестящих зеленых луча света.

Отчаянное боевое намерение поднялось от Ли Чжэнчжи, ураганы от техники домена, происходящей из домена бога ветра, внезапно замедлились. Это тело призыва бога ветра быстро вернулось к ли Чжэнчжи, и неожиданно окутало его внутри, прежде чем сжаться и сделать свой путь внутри тела ли Чжэнчжи.

Прямо сейчас тело ли Чжэнчжи было полностью окрашено в ослепительно зеленый цвет. Его правая рука взметнулась вверх, оттуда вылетело ветровое лезвие размером с ладонь, казавшееся неустойчивым и явно состоящим из зеленого ветра. В мгновение ока он приземлился на магического зверя девятой ступени, скорость которого сильно замедлилась, как будто он упал в трясину. Но даже в этом случае, что может простое лезвие ветра произвести для магического зверя девятой ступени кроме щекотки?

Но в следующее мгновение ли Чжэнчжи продемонстрировал мощь своей второй техники владения.

С легким хлопком это зеленое лезвие ветра проворно вошло в тело магического зверя девятой ступени, и через секунду последний превратился в зеленый цвет, глаза вспыхнули зеленым и резко разлетелись, даже не оставив брызг плоти, просто исчезнув в середине этих лезвий ветра.

Это…

Чэнь Инь была ошеломлена, потому что она вообще не понимала, что только что сделал ли Чжэнчжи.

В то время как она была так потрясена, руки Ли Чжэнчжи выстрелили последовательно, выпустив такие же ветровые лезвия, как и только что.

Результаты были идентичны. Всюду, где проходили эти клинки ветра, ни один магический зверь девятой ступени не мог выдержать атаки: все они исчезали на холодном ветру, не оставляя после себя даже трупа.

Взгляд в глазах Лонг Хаочэня был чрезвычайно тяжелым, постепенно видя некоторые тайны за второй доменной техникой ли Чжэнчжи.

Истинная сущность ветра … он уже постиг истинную сущность ветра.

Какова истинная сущность ветра? Это и есть свобода. Путем причинять свободу показанную в ветре для того чтобы поднять к пику, этот второй метод домена был создан.

Правильно, эта вторая техника домена, используемая ли Чжэнчжи, называлась Свобода.

Более тридцати магических зверей девятой ступени растворились в этой свободе. И когда последний из них рассеялся, тело ли Чжэнчжи покачнулось, но взгляд его глаз был по-прежнему серьезен.

Издав тиранический рев, Макдулл в груди Чэнь Инь подпрыгнул, увеличившись в мгновение ока. Как только он приземлился на Землю, множество глаз невольно повернулось к Чэнь Хунюю.

Это потому, что Макдалл только что превратился в сокращенного магического зверя Чэнь Хуню, четырехглавую химеру.

Гроаа. Четыре плевка обрушились прямо на владения бога ветра. Но так как Макдалл был всего лишь оборотнем, его сила весьма существенно отличалась от реальной четырехголовой химеры, поэтому эти четыре плевка не составляли один, а были только брошены отдельно.

Но, тем не менее, эта атака достигла девятой ступени.

Тем не менее, техника домена, полученная из домена бога ветра, была действительно мощной. Когда эти четыре плевка вошли, они немедленно были сначала замедлены ураганами, прежде чем немедленно сломаться и превратиться в ничто.

Подняв руку, ли Чжэнчжи сформировал еще один воздушный клинок в своей ладони, спокойно заявив Чэнь Инь’Ер: «я не хочу вызывать смерть твоего законтрактованного вызова. Просто сдавайся.»

Заметив холодный взгляд ли Чжэнчжи, Чэнь Инь медленно встал и фыркнул: «если бы вам позволили носить оружие, вы бы не обязательно добились победы надо мной.»

Ли Чжэнчжи улыбнулся на это, но ничего не сказал. Как старший, он не мог сказать так-мудро, мое оборудование не ниже вашего.

Зеленый клинок ветра в его руке взлетел, устремляясь прямо к Макдаллу.

Чэнь Инь был напуган. После того, как столько магических зверей девятой ступени только что были убиты этими обычными клинками ветра, она действительно не осмелилась рисковать жизнью Макдалла и поспешно закричала: «я уступаю.»

Ветряное лезвие рассеялось в воздухе, владения ли Чжэнчжи мгновенно исчезли, оставив его выглядящим явно бледным, хотя его шаги все еще были довольно устойчивыми.

Чэнь Ин’Ер устало вернулась к своим товарищам, надув губы и явно недовольная результатами своего сражения.

— Босс, вы думаете, что при моем лучшем раскладе у меня было бы больше шансов добиться победы?»

Лонг Хаочен улыбнулся на это: «не будь так недоволен. Культивирование Li Zhengzhi действительно на грозном уровне. Ты уже очень хорошо справилась с Ин’Ер.»хотя он действительно не знал, в какой степени ли Чжэнчжи был действительно исчерпан, использование домена последнего плюс две техники домена должны были прийти со значительным потреблением. По крайней мере, ли Чжэнчжи никак не мог вернуться в свое оптимальное состояние перед следующим матчем.

Яркий проблеск надежды был устранен еще один член, но никто не нашел выступление Чэнь Инь Ер неудачным. она только что вызвала тридцать шесть магических зверей девятой ступени! Этого было более чем достаточно, чтобы противостоять легиону императора-демона. О вызывателе, достигшем такого состояния, уже нельзя было просто сказать, что он достиг высочайшего уровня.

Вспышка света приземлилась на этот раз на Линь Синя, противостоя ему с рыцарем.

Самыми сильными в рыцарских храмах были Ян Хаою и Лонг Тяньин, которые уже были исключены, но у рыцарского храма все еще было два участника в этом пятом раунде. Из этого можно было хорошо понять, насколько могущественны были эти рыцари. Линь Синь был на грани того, чтобы встретиться лицом к лицу с владетельным Святым рыцарем девятой ступени.

Войдя на сцену, Линь Синь сразу же стала еще более серьезной. Он знал, что это будет его самое большое препятствие с начала Великого Собрания храмов. Независимо от того, мог ли он победить, он должен был отдать все свои силы и сделать все возможное, чтобы ослабить своего противника. Хотя этот противник был из храма рыцарей, по крайней мере три человека с их стороны очень вероятно выйдут. Таким образом, ослабление противника будет хорошо служить настройкой для более поздних этапов его товарищей. Хотя, конечно, лучше всего было бы выиграть у соперника.

Святой рыцарь был очень стар, его волосы и борода были выкрашены в белый цвет. Его возраст не выглядел ниже, чем у Лонг Тяньин.

Перед Линь синем он не сразу вызвал своего коня, подняв левую руку, чтобы вызвать блестящий цветной щит, он пронизал его силой духовного нагорья.

Это был бесстрастный рыцарь-Хранитель. Оказавшись лицом к лицу с противником, Линь Синь внезапно испытал странное чувство, потому что с удивлением понял, что даже после стольких раундов этот святой рыцарь должен был сделать это здесь с грозной демонстрацией силы, но он не оставил никакого впечатления в своем сердце.

Что бы это значило, если бы ему удалось сделать это здесь таким сдержанным способом? Рыцарь-Хранитель не должен быть экспертом в борьбе на дуэли, поэтому это была скрытая карта рыцарского храма! После Ян Хаою теперь пришел такой сдержанный и могущественный рыцарь-Хранитель. Воистину, храм рыцарей заслужил звание номер один вне храмового Союза. Так что, возможно, даже без появления яркого проблеска надежды храм магов вряд ли смог бы сокрушить храм рыцарей. И это при условии, что пришел только один из трех их Божественных рыцарей.

В эти годы храм магов, можно сказать, имел неограниченные перспективы, особенно после священной войны, потому что ущерб, который они понесли, был самым низким, их достижения на поле боя самыми большими, их развитие сделало храм рыцарей полностью бледным в сравнении. Но когда дело действительно дошло до Великого Собрания этих храмов, у рыцарей действительно были самые сильные скрытые козыри в битве, определяющей рейтинг шести великих храмов. Если бы не яркий проблеск присутствия Хоуп, храм рыцарей был бы на восемьдесят процентов уверен, что останется во главе.

Глаза линь Синя вспыхнули синим светом, пара огромных огненных крыльев выросла из его спины. Его духовные крылья сильно отличались от обычных магов, прежде всего своими размерами.

Размер духовных крыльев человека обычно связан с его силой. Поскольку многочисленные крылья Лонг Хаочен-это особый случай, обычно размер духовных крыльев человека увеличивается по мере его развития.

Но даже если линь Синь совсем недавно преодолел девятую ступень, размер его духовных крыльев уже мог сравниться с ветровыми крыльями головы мага храма ли Чжэнчжи.

Огромные крылья развернулись, простираясь более чем на десять метров. Это было похоже на огненную стену, простиравшуюся из-за его спины. Кроме того, огонь на духовных крыльях Линь Синя появился в виде голубого пламени.

По мере того как его развитие продолжалось, проходя мимо девятой ступени, его огненное сердце приобретало завораживающий оттенок красоты. Когда его духовные крылья ритмично двигались, мелкий синий цвет продолжал изменяться, точно так же, как и самый прозрачный берег.

Руки линь Синя были сложены вместе,его глаза блестели. Подняв руку, пламя направило пробную атаку на этого святого рыцаря.

Бах! Когда голубой огонь свернулся клубком, святой рыцарь стоял неподвижно, и пламя столкнулось с его щитом, но не заразило его, и даже не смогло пройти мимо этого щита, материализовавшегося из духовного нагорья.

Эта первая атака была наполнена только взрывными свойствами, и как огненный маг, его самая большая область лежала во взрывной силе в его атаке. Это была битва между самым сильным копьем и самым крепким щитом.

Линь Синь продолжал свои глобальные преступления без колебаний. Когда он взмахнул руками, в Святого рыцаря полыхнули синие языки пламени, похожие на Голубые молнии.

Левая нога святого рыцаря слегка выдвинулась вперед, сделав полшага, когда он позволил Линь синюю атаковать, быстро поднимая и опуская щит, чтобы блокировать каждое сердце огненного пламени.

На самом деле, нынешнее Огненное сердце Лонга Хаочэня достигло уровня духовной интеграции горцев, но это не причинило ему никакого вреда. Это могло означать только то, что этот святой рыцарь, несомненно, имел уникальные достижения в своей защите.

Можно было видеть неприметный золотой ореол, выпущенный из-под ног святого рыцаря, вращающийся вокруг его тела и простирающийся на расстояние пяти метров ритмичными движениями.

Золотое сияние слегка меняло цвет всякий раз, когда оно появлялось у него под ногами. Не обращая достаточно внимания, никто бы не заметил, но это был своего рода особый золотой цвет, гибрид, разноцветный, золотой.

Домен! Это были владения Святого рыцаря, хотя и весьма неприметные. Даже если после стольких боев некоторые люди видели насквозь тот факт, что это был домен, не многие люди действительно помнили его.

Если бы нужно было описать этого святого рыцаря в простом выражении, то это было бы так же устойчиво, как гора.

Как бы сильно ты ни атаковал, моя защита останется неподвижной.

Линь Синь не знал, что использует домен своего противника, но его сильно агрессивное сердце огня было совершенно неспособно проникнуть за его щит.

Он также попытался заставить свое сердце огня атаковать с других углов, но в то же время другая сторона использовала стену щитов.

Атаки линь Синя были действительно хороши, заполняя небо синими огнями, собранными против цели, так же, как волшебная пушка, стреляющая в свою цель.

Духовное высокогорье быстро истощало духовную энергию человека, это магическое шоу Линь Синя было особенно дорого в духовной энергии, но все еще был разрыв между запрещенным заклинанием и этим. Обычно он мог очень легко застать противника врасплох, но с таким ультразащитным противником было действительно трудно иметь дело.

Хотя Линь Синь не знал, как быстро истощилась духовная энергия этого противника, из того факта, что он использовал домен, его духовная энергия должна была достигнуть по меньшей мере 200 000.

Такая борьба за выживание только усугубит его положение.

Так что же нам делать? Линь Синь задумался, внезапно прекратив нападать.

Больше не нужно было выдерживать атаки от сердца огня, что действительно давало успокоительное чувство этому святому рыцарю. С другой стороны, голубое пламя задержалось на теле Линь Синя, когда он явно восстановил духовную энергию со всей своей силой.

Выздоравливаешь в разгар битвы? Святой рыцарь на мгновение растерялся, не зная, смеяться ему или плакать. Может быть, этот ребенок считает, что у меня действительно нет ни малейшей возможности? Я рыцарь девятой ступени, что бы ты ни говорил!

Рука святого рыцаря была поднята вверх, и посреди унылого пения возникла легкая магия.

Но, в конце концов, рыцарь-Хранитель был рыцарем-хранителем. Нет никакого способа, которым он мог бы соперничать с рыцарем возмездия в выполнении наступательных способностей. Это выглядело так, как будто свет испытания постепенно обретал форму перед поющим Святым рыцарем. Но внезапно синий свет выстрелил, ударившись о его щит, и более того, еще один синий след сделал крюк, чтобы атаковать в спину Святого рыцаря.

Хотя святой рыцарь не выглядел обеспокоенным, сопротивляясь этим атакам, на практике духовные атаки высокогорья на основе магии Лин Синя были действительно ужасны. Как можно было так легко от них защититься? Он действительно не смел позволить атакам Линь Синя добраться до него.

Оставшись без выбора, святой рыцарь мог только прервать свет испытания, чтобы использовать стену щитов для защиты.

Заметив эту сцену, Линь Синь не смогла сдержать слабую улыбку. У каждого была своя область знаний, и точно так же у каждого были свои слабости.

Защита этого святого рыцаря была абсолютно велика, даже превосходя длинный Хаочень без его владений Бога Света. Но его атака была слабым местом.

С этим знанием Линь Синь придумал контрмеры. Его предыдущий шквал атак замедлился, и его сердце огня будет запускаться только после промежутков в одну секунду каждый раз.

Его цель была очень проста: заставить противника поддерживать свой щит, образованный духовным нагорьем, но не слишком увлекаясь атакой. Таким образом, его потребление было значительно уменьшено, и благодаря его массивным огненным крыльям, его духовное восстановление энергии стало еще быстрее, чем у его противника. Таким образом, эта битва нападения и обороны превратилась в войну на истощение.

Владения Святого рыцаря назывались высокогорными, что было результатом его собственных исследований. Этот святой рыцарь с мягким нравом специализировался на защите, и в результате, решил в одиночку сосредоточиться на своем развитии в защите. Он был охотником на демонов, но не был капитаном своей команды. Хотя он был достаточно силен, его характер был чрезмерно мягким, и у него не было много наступательных средств, и он не хотел учиться атакам. В своих матчах его соперники были либо намного слабее его, либо должны были уступить после того, как их духовная энергия была полностью истощена.

Его высокогорные владения были очень специализированы на укреплении его духовного высокогорья, одновременно уменьшая его потребление. Усиление оборонительной мощи его духовного Хайленда шло до такой степени, что достигало уровня владения техникой.

Внутри храма рыцаря этот святой рыцарь имел титул абсолютного щита и имел щит эпического уровня. В священной войне он участвовал во многих битвах, сражаясь с демоническим богом смерти Саминагой и медвежьим демоническим богом Валефором. Благодаря его огромной оборонительной силе, два демонических Бога остались без способов добраться до него, что сделало его героическим вкладчиком в храм рыцарей. Добавляя к этому его мягкий характер, его отношения с людьми из храма рыцарей были сказочными, приводя его к равному положению по сравнению с божественными рыцарями.

Видя бесстыдный метод Линь Синя против него, святой рыцарь не мог не расхохотаться. Только культивация Линь Синя действительно была слишком слабой, чтобы победить его. Причина, по которой он не вызвал своего коня, была в страхе, что тот не сможет противостоять атакам Линь Синя. В конце концов, это действительно горячее сердце огня, сформированное с духовным нагорьем, действительно имело ужасающую наступательную силу.

Взяв свой щит, святой рыцарь, начал атаковать Линь Синя. Его скорость не выглядела слишком быстрой, но его продвижение было чрезвычайно стабильным. Когда он двинулся, Линь Синь немедленно ответила, пытаясь увеличить расстояние между ними двумя. Но к его удивлению, святой рыцарь начал менять свой курс, продолжая приближаться к Линь синюю. Очень быстро расстояние между ними двумя сократилось до ста метров.

На этот раз святой рыцарь внезапно остановился. Отодвинув щит перед собой, он тепло улыбнулся Линь Синю. Сразу же, белое свечение было мгновенно выстрелено на Линь Синь.

Линь Синь чуть не выкрикнула проклятие, Святая духовная печь…

Он никогда не ожидал, что этот старец действительно обладает ужасной трубой, такой как Святая духовая печь. Две великие способности притяжения и притяжения одновременно оказали влияние на Линь Синь.

Святая духовная печь была явно натренирована этим рыцарем до высочайшего уровня. Как он мог не иметь такого инструмента, как Святая духовная печь, чтобы сопровождать такую мощную защиту? Только с помощью святой духовной печи, которая соответствовала его духовному высокогорью, он мог стать величайшим защитником на полях сражений.

Линь Синь не был ровней Святому рыцарю по уровню культивации. Мало-помалу он будет втягиваться в бой, даже если противоборствующий святой рыцарь не был экспертом в битве на близком расстоянии, это был не тот человек, с которым маг мог бы бороться в лобовом столкновении.

Цель Святой духовной печи, естественно, состояла не в том, чтобы сразу же победить его в ближнем бою, а в том, чтобы помешать ему развернуть все свои силы! Именно по этой причине святой рыцарь улыбнулся Линь Синю.

— Ну же!»Дойдя так далеко, Линь Синь уже знал, что он никоим образом не может добиться победы больше. В это мгновение его охватило чудовищное чувство.

До сих пор он считал себя очень могущественным, имея в своем распоряжении не только свою огромную силу взрыва как огненного мага, но и мощный импульс от сердца огня. Теперь он, наконец, понял, что при столкновении с реальной электростанцией его наступательная мощь все еще была далека от достаточной. Если он не научится использовать свою собственную область, то ему придется приложить гораздо больше усилий в области магии.

В то время как в середине постоянно тянули в воздухе, Линь Синь внезапно остановился. Резонирующий крик Феникса отразился от его груди, и сразу же тело Линь Синя исчезло.

Его огромные синие духовные крылья снова расширились и в мгновение ока превратились в огромного синего Феникса, несущегося прямо на Святого рыцаря.

Святой рыцарь почувствовал озноб, с ужасом обнаружив, что жар был не только внешним, но даже рос глубоко в его сердце.

Какой мощный огонь!

Слишком поздно, чтобы думать дальше, он развернул высокогорный домен в его наибольшей степени, поклонившись и запустив стену щита, а также Божественное препятствие.

Казалось, что синий огненный феникс вот-вот ударит в стену щитов. Но внезапно этот огромный Феникс уменьшился почти наполовину. Дрейфующее сердце огня полностью исчезло, заставляя его больше не выглядеть как тело, сделанное из энергии, но как настоящее тело.

Бах!

Когда синий огненный феникс, наконец, столкнулся со стенами щитов, произошла ужасающая сцена. В момент столкновения щит Святого рыцаря стал совсем синим, такого же синего цвета, как и сердце огня.

В яростном столкновении тело святого рыцаря откинулось назад и упало на землю.

Грохот был не только один звук, но и происходил быстрыми последовательностями: бах, бах, бах громко звучал. С каждым ударом стена щитов Святого рыцаря отталкивалась все дальше и дальше. Когда прозвучал девятый взрыв, он уже был отброшен на край поля, спиной к защитному барьеру стадиона.

Защитная стена была сконденсирована из духовного нагорья, ее оборонительная мощь еще больше усилилась за счет Горного владения. Но если бы кто-то обратил на это пристальное внимание, они бы заметили, что текущая Защитная стена превращалась в жидкость, и эта жидкость явно была духовной энергией! И он тоже был голубого цвета. Можно было ясно видеть, что стена щитов, усиленная доменом, неожиданно становилась все тоньше и тоньше, слабо прозрачной и даже позволяла увидеть силуэт Святого рыцаря.

Бездоменная электростанция сумела принудить доменную электростанцию к такой степени через свои собственные атаки. Этого уже было достаточно для Линь Синя, чтобы гордиться: наступательная сила этой духовной печи голубого Огненного Феникса была действительно шокирующей вещью.

Синий свет исчез,и голубой огненный феникс прилетел. Он был явно довольно ослаблен, и синий огонь на его теле приобрел прозрачность, выглядя почти потухшим в любое время.

Но, прямо в это время, тот синий Феникс открыл свой рот и испустил резонирующий крик Феникса. Он образовал три синие линии, идущие от его тела, все они сверлили свой путь в стены щитов.

Первая синяя игла, ударившая в стену щита, вызвала появление на ней многочисленных рябей, что сделало ее более прозрачной. Но эта голубая игла также исчезла без следа, а за ней последовала вторая, которая была воткнута, наконец превзойдя пределы защитной стены. Появилось маленькое отверстие, но в то же мгновение, как оно появилось, вторая игла разлетелась на куски. Однако третья игла быстро последовала за ней, мгновенно исчезнув в центре защитной стены.

Застонав, святой рыцарь отшатнулся в сторону, и стена из щитов тут же прекратила свое движение.

Со вспышкой синего света, Линь Синь упал на Землю из ниоткуда, стоя наполовину присев на одну ногу. Когда он опустил левую руку на землю, чтобы поддержать остальное тело, его темно-зеленые волосы выглядели беспорядочно, а тело слегка дрожало, его взгляд был таким же бледным, как лист бумаги.

С тех пор как он достиг девятой ступени развития, это был его первый раз, когда он поднял голубого Огненного Феникса до такого уровня. Последние три голубых луча, несомненно, были его главным козырем. Смешав огонь тьмы с его собственным огненным сердцем атаки, он получил ультра мощную проникающую силу. После того, как духовная печь голубого Огненного Феникса в наибольшей степени поглотила духовную горную стену, наполненную щитом, этот последний шаг станет решающим моментом в определении того, достигнет ли он Победы или нет.

Поскольку битва на истощение была уже невозможна, он мог только стремиться к победе с помощью своей самой сильной атаки. Независимо от конечного результата, по крайней мере Линь Синь продемонстрировал бы большую часть своих способностей.

Лицо святого рыцаря выглядело ничуть не лучше, чем У Линь Синя. на его правой груди поднимались два зеленых и синих пламени, а его левая рука была использована, чтобы покрыть его правую грудь сверкающим золотым светом. Но эти зеленое и голубое пламя горели чрезвычайно упрямо, казалось, просачиваясь сквозь щели в пальцах рыцаря, причем последний показывал очень болезненное лицо.

Линь Синь судорожно хватал ртом воздух, едва успевая взглянуть в лицо Святому рыцарю. Конечно, он знал, насколько мощным был его последний ход, сформированный этим смешанным пламенем. Потушить их было бы не так просто, и даже если бы святой рыцарь в конце концов преуспел, это заставило бы его духовную энергию упасть на грань ничего, не оставляя ему никакой возможности продолжать идти в турнире.

«Я согласен. Юноша, верни свою магическую способность, пожалуйста.— Сказал святой рыцарь со страдальческим видом.

— А? Уступить?— Линь Синь тут же просияла улыбкой. Несмотря на то, что он испытал большую боль из-за люфта духовной печи голубого Огненного Феникса, он не ожидал, что выйдет победителем из этой битвы, и более того, в отличной форме. Подняв правую руку, он увидел свой кристалл огненного облака, который сразу же использовался как трость, чтобы приблизиться к Святому рыцарю. Прижав правую руку к груди старейшины, он проглотил двойное пламя вместе с иглами адского огня.

Во время процесса поглощения, Линь Синь был немного поражен, потому что он обнаружил, что истинный урон, понесенный Святым рыцарем, был не так велик, как он ожидал. На груди у него было обожженное место, но, по правде говоря, иглы адского огня, возможно, никогда бы по-настоящему не проникли в его тело.

Святой рыцарь подмигнул ему и, пошатываясь, вернулся в гостиную.

Линь Синь сразу понял, что соперник бросает игру! Даже находясь под напором своих высокогорных владений, он явно блокировал последнюю атаку от иглы адского огня, но добровольно показал вид, что не может вынести, предлагая ему эту победу.

Когда Линь Синь вернулся в гостиную, опираясь на посох огненного облака, этот святой рыцарь слегка кивнул с выражением восхищения на лице.

Старый рыцарь слегка улыбнулся, затем закрыл глаза, чтобы восстановить свою духовную энергию.

Линь Синь сидел на своем месте, бессознательно поглядывая на длинного Хаочэня, который улыбнулся ему, но ничего не сказал, только намекнул, что ему следует ускорить свое духовное восстановление энергии. После этой победы еще предстояли другие матчи.

Но очень ясно, что даже при том, что линь Синь мог сдерживать отрицательную реакцию своей духовной печи синего Огненного Феникса, он очень боялся, что не сможет продолжать использовать ее в следующих матчах.

Яркий проблеск удачи Хоуп был действительно так себе в этом индивидуальном соревновании, но они тайно получили полную поддержку храма рыцарей, это влияние принесло им наибольшую пользу в матче между Хаочен и Ян Хаою.

Поддержка самого сильного рыцаря и самого большого щита проложила им путь на более поздних этапах соревнований.

Если бы Ян Хаою действительно сделал все возможное в своем матче, Лонг Хаочэнь, несомненно, был бы побежден, и как капитан яркого проблеска надежды, его устранение было бы серьезным ударом по всему яркому проблеску надежды. Но Ян Хаою позволил ему победить, не только давая ему понимание многих аспектов областей, но и укрепляя его репутацию.

Теперь состязание шло в пятом раунде, и осталось всего двадцать участников. Можно было бы сказать, что более поздние матчи определят окончательный рейтинг яркого проблеска стороны Надежды. Святой рыцарь с титулом Верховного щита, гениально предложив победу Линь синюю, не только предложил большое количество очков для яркого проблеска надежды, но и место в первой шестерке.

Хотя Чэнь Ин и проиграла свой матч, она также в значительной степени использовала силу ли Чжэнчжи. Линь Синь продвинулся, и яркий проблеск надежды все еще имел три великие электростанции, которые все еще должны были принять участие, можно было сказать, что у них была яркая более поздняя стадия конкурса впереди.

Яркий свет отбора вспыхнул еще раз, на этот раз выбрав кровавую богиню-воительницу яркого проблеска надежды. Так уж получилось, что соперником Ван Юаньюаня оказался пространственный маг девятой ступени из храма магов, а также владелец домена.

По ее мерцающему взгляду Ван Юаньюань медленно побрел в поле. Хотя соперники, с которыми она столкнулась, не были особенно сильными, они все еще находились в верхнем эшелоне этого соревнования. Так что можно сказать, что Ван Юаньюань действительно прорубила себе путь через чертополох и тернии, чтобы, наконец, достичь этой точки.

У нее был очень спокойный взгляд, но целеустремленное выражение в глазах. Глядя на далекого старого мага, она сделала простой воинский салют.

Старый маг тоже отсалютовал в ответ. Достигнув пятого раунда сражений, каждый матч теперь был чрезвычайно важен. Со стороны храма магов ли Чжэнчжи уже добрался до шестого раунда. Если бы они могли заставить кого-то другого сделать это так далеко, по крайней мере, храм магов все еще был бы в состоянии угрожать храму рыцарей. Таким образом, устранение всех участников магического храма принесет им наибольшую пользу.

Начав читать заклинание, старый маг поднял правую руку, указывая на Ван Юаньюаня. Тем временем воздух слегка закружился, когда фигура старого мага бесследно исчезла.

Он действительно ни в малейшей степени не недооценивал Ван Юаньюаня. Он сразу же воспользовался своим владением, потому что он уже наблюдал силу Ван Юаньюаня, и знал, что эта молодая девушка была доменом, обладающим энергетическим центром, поэтому он сделал первый шаг, чтобы воспользоваться преимуществом.

Тонкий серебристый свет плыл по извивающемуся воздуху, распространяясь по всему полю. Пространственный элемент был полон неопределенности: все, что угодно, сильно пострадало бы внутри такого рода области.

Ван Юаньюань все еще стояла неподвижно, как кроваво-красное сияние, кровавое Царство, простирающееся под ее ногами.

Область крови расширилась, но только до трех метров вокруг Ван Юаньюаня. Окруженная кроваво-красными кудрями, эта кровожадная богиня-воительница ярко сияла.

Старый маг продолжал петь в подавленной манере, но его голос, казалось, отражался отовсюду, пройдя через его постоянно преломляющиеся владения. Ван Юаньюань не мог сказать своего истинного местоположения.

В искривленной пространственной области начали проявляться изменения, и внутри нее начал возникать серебристый свет, поскольку сразу же появились некоторые трещины. Эти черные трещины выглядели как хищные рты, готовые поглотить тело Ван Юаньюаня в любое время.

Трещины начали расти все больше и больше, и пространство во всем стадионе было яростно разорвано этой ужасающей пространственной силой, которая выглядела способной, возможно, разбиться в любое время.

Судя по всему, Ван Юаньюань был вынужден действовать совершенно пассивно. Но вот чего никто не понимал, так это того, что она до сих пор не сделала ни одного движения, кроме высвобождения своего домена крови.

Вне их поля зрения, пара глаз Ван Юаньюаня, скрытых в области крови, испускала другой цвет, чем красный от предыдущего домена крови. Это был серебристый цвет, характерный для пространственного атрибута.

Ее самой привлекающей внимание особенностью в индивидуальном соревновании Великого Собрания храмов была эта своеобразная область крови, но не забывайте, что она также воин, использующий пространственный атрибут.

Мягкие колебания духовной энергии циркулировали в воздухе, когда захватывающее дух великолепие сияло в глазах Лонг Хаохена, когда он взволнованно наблюдал за полем.

Он уже догадался, почему Ван Юаньюань с самого начала не сделал еще ни одного шага. Она только хотела нацелиться на победу одним ударом. Успех закончится ее победой, а если нет, то он закончится ее поражением.

Яркий проблеск надежды действительно можно было назвать исключительной группой, и, к счастью, все они уже прорвались через девятый шаг, некоторые даже получили собственные домены. Но им не хватало опыта в качестве электростанций: скорость их роста была просто слишком быстрой. Хотя их культивация уже достигла девятой ступени, некоторые из них даже не испытали сражений на восьмой ступени. В какой-то степени им определенно недоставало сил по сравнению с теми опытными ветеранами шести великих храмов, которые владели собственными владениями.

Это было видно в предыдущем матче Линь Синь, противостоя ему с Верховным рыцарем щита, что у него была явная неполноценность в этом стандарте.

А сейчас противник Ван Юаньюаня был не такой уж легкой добычей. Столкнувшись лицом к лицу сразу же, шансы Ван Юаньюаня на успех действительно не были бы высокими.

Чего никто не знал, так это того, что в пределах яркого проблеска надежды единственными владельцами домена, достигшими второго ранга девятой ступени, были на самом деле Лонг Хаочэнь и Кай’Эр.

Хотя Чэнь Ин и Ван Юаньюань владели собственными владениями, на самом деле они достигли только первого ранга девятой ступени развития. Их собственные владения были постигнуты в процессе более чем четырехлетней глубокой медитации, вызванной чудесным образом. Но помимо этого чуда, недостаток в их выращивании был все еще ясной вещью.

В противном случае Чэнь Инь’Ер не обязательно проиграл ли Чжэнчжи или, по крайней мере, причинил ему еще большие неудобства.

Поскольку Великое собрание храмов даже не позволяло иметь какое-либо снаряжение, яркий проблеск нехватки Надежды стал еще более заметным.

Вот почему Ван Юаньюань с самого начала принял другой подход, решив пойти на другой тип битвы. Она стояла неподвижно, но на самом деле сохраняла все свои мысли в битве, ища дыру в стратегии противника, чтобы принести ей победу одним ударом.

Мощный пространственный домен начал сжимать пространство проживания Ван Юаньюаня, пространственные трещины становились все более многочисленными. С внешней стороны барьера, казалось, что более тысячи пространственных разрывов появились в поле, казалось бы, сокрушая все в их контакте мгновенно.

Итак, что же нам делать? Какой ответ выберет Ван Юаньюань? У многих зрителей возникали такие же вопросы.

Наконец, первая пространственная трещина вступила в контакт с областью крови Ван Юаньюаня. Со свистящим звуком, как будто лед растаял от раскаленного докрасна куска железа, область крови Ван Юаньюаня бурлила яростно, и эта пространственная трещина немедленно исчезла. Но, обратив внимание, можно было бы заметить, что эти пространственные трещины вырывали часть энергии крови, высвобождаемой областью крови.

Это было только начало. Вслед за этим первым, еще больше из них направились в сторону Ван Юаньюань.

Свистящие звуки продолжали звучать, одна пространственная трещина за другой быстро исчезали после контакта с областью крови. Но было очевидно, что область крови Ван Юаньюаня сильно пульсировала, теряя свою мощь.

Другая сторона использовала смесь магии и домена, в то время как она только продолжала пассивно защищать свой домен. Контраст был довольно очевиден.

Домены двух партий продолжали сталкиваться, во время которого многие зрители уже качали головой. Даже у Ли Чжэнчжи на лице появилась улыбка, и он пробормотал вслух: «неужели эта девушка ищет выход? Как она вообще могла его найти? Владения старого Юя дали ему титул «Мастер постоянных перемен». Нет никакого установленного правила вообще. Она хочет полагаться на взрывную силу своего домена, чтобы сделать неожиданную атаку, но ее боль будет только становиться все глубже и глубже.»

С мыслью о том, чтобы иметь еще один источник энергии из храма магов, чтобы сделать это, ли Чжэнчжи не мог помочь, но попал в лучшее и лучшее настроение. Может быть, его духовная энергия действительно будет полностью пополнена к следующему раунду. Однако, из-за его использования двух великих методов домена, восстановление до его пика к тому времени будет действительно сложным.

Время шло секунда за секундой, в течение которых домен крови Ван Юаньюаня все еще был очень силен, даже когда столкнулся с атакой, сочетающей пространственный домен и магию, стойко выдерживая. По крайней мере, несколько тысяч трещин уже исчезли перед доменом крови.

Цай’Эр испустил легкий вздох “ » я боюсь, что Юаньюань не сможет найти брешь в атаке противника. Этот маг очень осторожен; смотрите, когда он атакует через свой домен, он действительно запускает чрезвычайно нерегулярные атаки, варьирующиеся между одиночными и роями. И толщина трещин только продолжает расти. Теперь, если Юаньюань пойдет на преступление, она еще больше рискует попасть в ловушку. Этот старый маг просто слишком хитер. Поняв, в чем заключался план Юаньюаня, он немедленно принял контрмеры. Если это продлится, то Юаньюань долго не протянет.»

Хаочэнь похлопал Цай’Эр по руке, объявив: «доверься ей. Юаньюань не только упрям, но и умен. Ее врожденные способности могут быть самыми низкими, но она все еще достигла необычайного успеха. Для нее то, что она получила свое собственное владение, даже не достигнув второго ранга девятой ступени, показывает ее интеллект и остроумие в изобилии.»

Думая об этом, Лонг Хаочен не мог не вспомнить своего предыдущего учителя Асуру Е. Он действительно очень давно не встречался с ним. Кто знает, куда его отправил храм рыцарей. Лонг Хаочэнь ранее спрашивал своего деда, но Лонг Тяньин даже не произнес ни единого слова об этом, только сказал ему, что Е Хуа выполняет чрезвычайно важную миссию. Итак, Лонг Хаочен все еще не нашел возможности отдать дань уважения своему учителю.

В полевых условиях область крови Ван Юаньюаня, которая первоначально расширялась до трех метров, постепенно сжималась до диаметра одного метра, едва достаточного для защиты ее тела.

— Просто Уступи, юная девушка. Я не хочу причинять тебе вред.— Голос старого мага раскатился во все стороны, его обида медленно затихала. Поскольку это было великое собрание храмов, сжатие домена было действительно опасным делом. В случае если что-то пойдет не так, жизнь Ван Юаньюаня вполне может оказаться под угрозой.

Но в тот момент, когда домен двойника замедлился, она, наконец, сделала свой ход.

Ее скорость была действительно огромной: все зрители видели только вспышку кровавого света, когда она неожиданно мгновенно прошла через пространственные ворота.

Вся сцена была немедленно в состоянии удивления.

Фактически, все эти пространственные трещины были пространственной нестабильностью, созданной с помощью пространственной магии, предотвращающей любую телепортацию. Мало того, что пространство было чрезвычайно неустойчивым, но, кроме того, могло рушиться в любое время, все пространственные трещины заполнялись чрезвычайно сильной поглощающей силой. Поглощение вещей было не чем иным, как одной из его величайших способностей. Бросаться внутрь-это просто сродни самоубийству.

Но кто мог ожидать, что Ван Юаньюань сделает такой выбор? Эта девушка была просто слишком стойкой. Может ли быть так, что она поставит на кон свою собственную жизнь, а не потерпит поражение от рук магического храма? В конце концов, основываясь на правилах Великого Собрания храмов, убийство своего противника автоматически приведет к уничтожению самого себя.

Даже ли Чжэнчжи был в полном шоке, когда увидел эту сцену. Но в следующее мгновение все здесь поняли свою собственную ошибку.

Во вспышке кровавого света Ван Юаньюань уже появился в другом месте. В это самое мгновение многочисленные окружающие пространственные трещины начали становиться все более и более хаотичными.

Потому что все поле было заполнено пространственными трещинами до краев, когда Ван Юаньюань исчез, только неясные вспышки красного цвета можно было видеть в их середине. Но в этот самый момент происходило нечто, чего никто не мог видеть.

Пространственные трещины начали исчезать одна за другой, постепенно обнажая положение в центре площадки.

Затем пришло захватывающее дух зрелище. Ван Юаньюань спокойно стояла там, положив ладонь на голову старого мага. Последний больше не использовал магию, только смотрел на Ван Юаньюаня, полный непонимания.

«И как же ты этого добился?— Старый маг спросил, полный непонимания, — это было внутри моего домена, моего домена, и с таким количеством пространственных трещин вокруг. Вы не могли использовать какую-либо способность к телепортации. Я знаю, что у вас есть духовая печь, позволяющая телепортироваться, и это то, что я уже объяснял. Я не понимаю, как ты мог пройти сквозь пространственные трещины и оказаться прямо передо мной. Мои владения и магия полностью лишены какой-либо регулярной структуры.»

Ван Юаньюань спокойно ответил: «нет способности, лишенной малейшего изъяна. Именно потому, что ваши пространственные трещины были увеличены благодаря вашему домену, так много из них появилось одновременно. Действительно, как вы говорите, эти пространственные трещины лишены каких-либо регулярных узоров. Но вы забыли, что они происходят из одной и той же области, и это их общая точка зрения.»

«Все эти трещины, которые были созданы из одного домена, все связаны друг с другом, с пространственными каналами, способными связать их мгновенно, как паутина. То, что я сделал, было полностью рассчитано: я выбрал пространственный канал, который мог бы соединить меня прямо перед вами, и это было все, что мне нужно.»

Ван Юаньюань сказал это так, как будто это было очень просто, но старый маг был очень шокирован: «как такое возможно? Это потребовало бы огромного количества энергии. Более того, всего лишь небольшая ошибка-и вы будете разорваны в центре пространственной ряби или дрейфовать в бесконечном пространстве.»

— Нет, это не могло случиться со мной. Верно, как вы говорите, Моя духовая печь не может быть использована в вашем владении. Но я могу защитить себя в фиксированном месте, используя защиту моего домена. Вот почему я так долго оставался намеренно неподвижным, иначе …

если бы я встал спиной к внешнему защитному барьеру, то продержался бы еще дольше. Но я не двигался для того, чтобы сохранить положение моей духовной печи. Таким образом, даже если я в конечном итоге не смогу пройти через ваши пространственные трещины, я смогу вызвать свою связь с духовной плитой и вернуться в предыдущее место с защитой моего домена. Может быть, ты не понял, что когда я телепортировался, кровавый туман на другой стороне поддерживался некоторое время? Как ты думаешь, почему он исчез только тогда, когда я подошел к тебе? Это длилось всего одну секунду, но этого было достаточно, чтобы я решилась. Так что даже если бы я ошибся в расчетах, это закончилось бы только неудачей, без всякой возможности смерти.

Старый маг посмотрел на Ван Юаньюаня, совершенно ничего не понимая и долгое время оставаясь безмолвным.

Ван Юаньюань поднял ее руку и отдал ему воинский салют, затем повернулся и вышел.

«Момент.— Внезапно старый маг крикнул Ван Юаньюань.

Ван Юаньюань повернула к нему свою голову, «Есть ли что-то еще?»

Старый маг торжественно объявил: «я проиграл и полностью убежден в своем поражении. Может быть, вы и победили своим умом, но в этом мире людей, способных на такой интеллект и уравновешенность, слишком мало. Вас обязательно будут уважать в будущем храме воинов.»

Сказав это, старый маг торжественно наклонился к Ван Юаньюань, а затем с улыбкой повернулся обратно.

Когда она вышла со стадиона, первое, что приветствовало ее возвращение, было теплое объятие Чэнь Ин’Ер.

— Победил, ты победил! Юаньюань, ты действительно потрясающая.— Чэнь Инь бодро обнял Ван Юаньюаня, который заметно покачнулся, закрыв глаза в ее объятиях, и пробормотал слабым голосом: — помоги мне двигаться.»

Весь этот процесс борьбы выглядел действительно простым, но только Ван Юаньюань и старый маг знали, как давит на нее битва.

Как насчет процесса массированного давления, оказанного на нее? Под таким давлением ей приходилось постоянно производить вычисления, чтобы приблизиться к своей цели. Хотя положение ее духовной печи было зафиксировано еще до того, как она прорвалась сквозь пространственную трещину, это все еще не было лишено опасности для ее жизни! Поскольку она хотела победить врага и добиться победы, одновременно уделяя внимание своей собственной безопасности, все эти факторы вместе взятые означали, что ее бремя было слишком большим.

До сих пор из трех из шести сражений яркий проблеск надежды уже одержал две победы и занял два места в первой шестерке.

Золотой свет отбора вырвался наружу и приземлился снова, окутав Кай’Эр в другой раз. На этот раз ее противник был из духовного храма.

Начался четвертый бой пятого индивидуального раунда.

Этот призыватель, с которым пришлось столкнуться Кай’Ер, был высоким старейшиной. Все те, кто добрался до пятого круга, были энергетическими домами нынешнего века. Демонстрация силы этого призывателя в предыдущих сражениях была ясно видна каждому от яркого проблеска надежды. Его самой сильной специализацией был законтрактованный зверь, дракон, настоящий дракон. Этот призыватель был единственным призывателем Драконов во всем духовном храме.

Когда она столкнулась с этим заклинателем драконов, давление на Кай’Эр, поскольку ей не разрешалось использовать какое-либо оборудование, было действительно большим. Хотя этот призыватель еще не вошел в домен, владеющий областью, его вызванный гигантский дракон уже был доменом, владеющим электростанцией.

Пронзительный крик дракона раздался, когда на стадионе появился синий гигантский дракон. Дракон призывающий старейшину сидел прямо на спине; чтобы победить его, нужно было сначала победить его вызванного гигантского дракона.

Призыватель драконов схватил рукой Рог дракона и перевел взгляд на Кай’эра, своего противника.

Этот синий гигантский дракон был водяным атрибутом и достигал в длину полных пятидесяти метров. Несмотря на то, что он стоял в пределах всего поля, это было все еще огромное чудовище.

Тело кай’Эр вспыхнуло, все следы ее исчезли внутри поля. Она знала, что эта битва будет чрезвычайно трудной. Без возможности использовать Серп Бога Смерти и башню вечности ее сила была бы чрезмерно ограничена.

Победить этого гигантского дракона, владеющего доменом, было бы действительно непростой задачей. Это была бы другая история, если бы она могла использовать семь искусств Бога Смерти, но прямо сейчас она могла только победить лошадь перед всадником.

Взгляд призывателя замер, связав его мысли с водяным драконом. Крик дракона отразился от неба, когда льдисто-голубое кольцо протянулось от его головы.

Вообще говоря, кольцевые способности будут охватывать ограниченный диапазон, но это кольцо ледяного дракона казалось безграничным, простираясь через весь барьер стадиона и охватывая всю аудиторию.

При таких обстоятельствах невидимость кайера, естественно, не оставила никаких следов. Ее фигура вспыхнула, она появилась на поле, но внезапно снова исчезла в середине шага, прежде чем кольцо приблизилось к ней, проносясь мимо, не оставляя никаких следов.

Пространственный шаттл? Это была мощная способность, которую ассасины приобретали, начиная с определенного уровня культивирования.

Призыватель драконов слегка улыбнулся. Это была не первая его встреча с убийцей, и он, естественно, знал, как реагировать.

Крылья на спине водяного дракона расправились, и из этих крыльев вырвался ужасающий Голубой поток воды. Это была действительно опасная ситуация: приливная волна водной эссенции атаковала весь стадион, достигая каждого угла в одно мгновение. Независимо от того, где Кай’Эр появится в следующий раз, ей придется выдержать эту атаку водяных волн. Кроме того, под влиянием такой массивной атаки водной стихии, изменения также начали влиять на пространство. Чем ближе он был к ядру, тем интенсивнее становились эти волны воды.

В пустом пространстве перед водяным драконом тихо появилась трещина,и Кай’Эр вышел. Чистые паузы рассеялись от ее тела, когда очищающая сила сгустилась в Серп Бога Смерти, который ударил по Водяному дракону.

Дело было не в том, что она не хотела атаковать призывателя драконов, но на самом деле высвобожденная водная сущность водяного дракона была слишком массивной. Синий барьер давным-давно окутал его тело, так что если Кай’Эр решит упрямо атаковать его, то величайшая атака водяного дракона, несомненно, последует в ответ.

Глаза водяного дракона загорелись, он открыл свою большую пасть, чтобы сплюнуть в приступе удушья. Тем временем, окружающая водная эссенция внезапно превратилась в огромный водоворот, притягивая тело Цай’Эр к своему направлению. Массивный водяной столб поднялся снизу, атакуя одновременно с двух сторон.

Ледяной блеск вспыхнул в глазах Кай’Эр, и белый ореол освободился от ее тела. Этот мягкий на вид белый цвет не только остановил слюну водяного дракона, но и очистил всю близкую водную эссенцию. Это была область очищения Кайера.

Водяной дракон испустил вопль, его массивная фигура слегка дрожала, явно чувствуя большое опасение перед доменом очищения Кай’эра, но тем временем он все еще запустил свой собственный домен.

Лазурный цвет охватил весь стадион, водяная эссенция возбужденно пульсировала, словно живая. Капля за каплей вода конденсировалась в маленьких драконов, быстро выходящих из владений. Глядя на них, они казались чрезвычайно реальными, и все они бросались на Цай’эра. Но все, что окружало их тела, внезапно стало иллюзорным, как будто образовав водную преграду, отделяющую дракона от Кайера.

Это было средство, используемое заклинателем драконов для самообороны, используя часть силы домена для защиты. В конце концов, Кай’Эр была единственной оставшейся убийцей в Великом собрании храмов и владела собственными владениями. А что, если войска домена внезапно будут отрезаны? Силой призывателя драконов был этот гигантский дракон. Все его способности были связаны с этим гигантским драконом, и оба они дополняли друг друга. Его дух соединился с водяным драконом, командуя последним в бою. Это не только усилило технические аспекты водяного дракона, но и соединило его духовную энергию с энергией последнего, результат приближался к тремстам тысячам.

Столкнувшись с атакой мини-водяных драконов, глаза Кай’Эр загорелись. Свет очищения был как бы безграничен, быстро распространяясь через свет очищения. Тем временем она подняла правую руку и потянулась вперед. Казалось, в ее взгляде было какое-то упрямство, а также большие ожидания.

Рассеянные лепестки начали сжиматься, собираясь на ее ладони. В этом процессе окружение тела Цай’эра было похоже на ужасный водоворот. Мини-водяные драконы из этого домена только сумели пролететь в определенном диапазоне ее тела, прежде чем мгновенно разбиться на куски, исчезая и превращаясь обратно в водную сущность. Однако свет очищения, окружающий Кай’Эр, не распространялся дальше, оставляя его неспособным повлиять на владения водяного дракона.

Вид этих белых лепестков, быстро собиравшихся вместе, был прекрасен. Кай’Эр парил в воздухе, как Бессмертный. Ее очищающий атрибут имел очень большую характеристику: оставаться незатронутым возмущением от других элементов. Это не изменится, даже если другая сторона будет использовать силу домена. Даже если бы он был еще плотнее, водная эссенция была в конце концов водной эссенцией. В обстоятельствах, когда этот свет очищения не начал никаких атак, сущность воды не имела никакого способа проникнуть под него.

Взгляд водяного дракона казался слегка безумным. Он почувствовал огромную угрозу со стороны Кайера.

— Раах!— Прохождение мимо света очищения потребует прямого столкновения. Элементальная эссенция была бесполезна, но навыки можно было использовать.

Все мини-драконы в домене взревели,и сразу же все в домене водяного дракона загорелось. Размах массивного домена начал простираться на весь стадион,превратившись в огромный водоворот. Каждый водяной дракон превращался в свет, струящийся через водоворот, исчезая в середине этого огромного домена вместе с призывателем и его водяным драконом.

Этот широкий водоворот обладал ужасающей силой притяжения. Каждый циркулирующий свет устремлялся к области очищения Кайера, производя сильный взрыв, а также некоторые интенсивные колебания белого света на его поверхности. Скорость вращения спирали росла все быстрее и быстрее, сила удара становилась все сильнее и сильнее.

Но в это мгновение цветок лотоса в руке Цайера расцвел.

Доменная техника, цветущий цветок лотоса.

В последний раз, когда этот цветок лотоса появился в башне вечности, он был не в полной своей силе. Но на этот раз Цай’Эр развернул его полностью, не раздумывая.

Это была техника владения Кай’Эр, которую она не полностью контролировала, а также ее самая сильная атака в ее распоряжении без серпа Бога Смерти и башни вечности.

Но хватит ли этой техники владения, чтобы победить водяного дракона?

После того, как расцвел цветок лотоса вышел, очистительная сила была выпущена, затем она медленно поднялась над головой Цайера.

Тотчас же Цай’Эр, который был первоначально послан вверх в водовороте водяного дракона, вернулся в нормальное состояние в мгновение ока, и цветущий цветок лотоса продолжал цвести над головой Цай’эра.

Кольцо крайней белизны внезапно расширилось, заставляя каждого зрителя на стадионе немедленно чувствовать себя сбитым с толку. Даже защита защитного барьера казалась неэффективной.

Грааа. Крик водяного дракона был наполнен огромной паникой, потому что он понял, к своему ужасу, что это кольцо белого света от цветущего цветка лотоса только проходило через его домен и продолжало расширяться. Водная эссенция была бесполезна, чтобы блокировать его. Или, возможно, никакая способность не сможет остановить его продвижение. Даже чрезвычайно мощная сила Души Дракона, казалось, сочилась из его тела.

Без сомнения, это был самый страшный аспект очищающей силы. То, что было очищено, было не телом, а душой. Цветущий цветок лотоса кай’эра лишил душу силы и имел экстремальные стимулирующие эффекты. Неважно, насколько вы сильны, если ваша душа ранена, это какой-то непоправимый урон.

Водяной дракон больше не осмеливался атаковать Кай’Эр и сжал свои массивные владения, превратив их в огромный сверкающий барьер, окружающий его тело. В то же время два его драконьих рога сверкали Громовым ледяным синим светом, защищая его собственную голову.

В этот самый момент все его внимание было сосредоточено на защите собственной души, а также души призывателя драконов на ее голове.

Как только плотность духовной энергии достигает определенного уровня, больше делать нечего. Ледяной дракон понял, что область очищения Кай’Эра на самом деле не подавляла его собственный атрибут воды, но его атрибут нежити. Если бы это было неживое существо, даже если бы оно было вдвое сильнее, эти цветущие цветы лотоса мгновенно превратили бы его в пепел. Но поскольку его водный атрибут душа не имела много темных аспектов, она не была очищена слишком сильно. Повреждение души-это всегда очень опасная вещь. Он должен был защищаться от этого любой ценой.

Белое кольцо света цветка цветущего лотоса наконец-то атаковало барьер водяного дракона.

В тот момент, когда две стороны столкнулись, странный чирикающий звук отразился по стадиону. В тот же миг все присутствующие наблюдатели почувствовали, как их мозг наполнился чирикающими звуками, прежде чем пустые сцены промелькнули в их сознании, потребовав несколько секунд, чтобы прийти в себя.

Это чувство, казалось, просачивалось из их души. Это было похоже на то, что после раскачивания снаружи на некоторое время, он вернулся в свое тело.

Этот вид опыта никоим образом не был оценен по достоинству. Эти электростанции из шести великих храмов, с которыми Кай’Эр уже сталкивался раньше, не могли не испытывать шока. Как они могли подумать, что у Кай’Эр действительно есть такие средства в ее распоряжении? Эта техника владения была просто слишком ужасающей. Для защитного барьера показать такую сильную реакцию, насколько это было бы ужасно, если бы это была прямая атака?

Призыватель драконов и Водяной дракон пришли к своему собственному заключению. Внутри стадиона произошла странная сцена: водяной дракон и призыватель драконов застыли, когда над их головами появилась размытая фигура, такая же по форме, как и они, только намного меньше. Прозрачный, безжизненный, окоченевший и даже полный шока.

Это было, без сомнения, состояние их душ после того, как цветущие цветы лотоса вступили в силу.

Защитный барьер водяного дракона в некоторой степени возымел действие, но на самом деле он выглядел не слишком мощным. Их владения тоже рассеивались с поразительной скоростью, вместе с защитным барьером.

Однако, после использования цветущего цветка лотоса, Cai’ER также казался не в силах. Ее тело качнулось в воздухе, едва не упав, но в руке появилась синяя трость, наконец поддерживающая ее тело. Хотя по бледности ее лица и отсутствию духа в теле было видно, что у нее уже не осталось большой боевой силы. Тем не менее, она все еще твердо смотрела на водяного дракона и призывателя драконов в воздухе, как будто ожидая, что что-то произойдет.

Изгнанные духи медленно возвращались,не претерпев в конце концов полного очищения цветущим лотосом. В конце концов, водяной дракон и призыватель драконов объединили свои духовные силы в единое целое, добавив это к общим защитным эффектам домена, поэтому, хотя удар Кай’Эр имел большое влияние на их души, он вряд ли зашел так далеко, чтобы рассеять их.

Через дюжину секунд души призывателя драконов и водяного дракона пришли в себя, оба запыхавшиеся. Даже если водяной дракон был очень силен, он все равно был мгновенно ослаблен до такой степени, что не мог даже поддерживать свои духовные крылья. Падая с неба и падая на землю, он вызвал сильный взрыв, когда защита, окружающая его тело и его владения, разбилась вдребезги. Его душа была настолько ослаблена, что он совершенно не мог контролировать эти силы.

Так кто же выиграл и кто проиграл?

Зрителями на большом стадионе Альянса были в основном все электростанции из шести великих храмов. Но в этот момент почти никто не мог предсказать исход матча.

Техника домена cai’ER выиграла от своей большой неожиданности, насильственно сломав технику совместного домена водяного дракона и призывателя драконов и повредив их души. Но, судя по всему, у Кай’эра тоже не осталось никакой энергии! Кроме того, водный дракон и призыватель драконов должны немного быстрее восстановиться, чем она.

Как раз когда все были полны сомнений, белая фигура внезапно появилась позади водяного дракона без единого звука, и в мгновение ока оказалась на вершине водяного дракона, вспышка резкого света, направленная в горло призывателя дракона.

Это время было действительно идеальным. Призыватель драконов только что пришел в себя, и все еще находясь под шоком от падения водяного дракона, это было время полного отвлечения внимания. Только когда острый белый свет достиг его горла, он, наконец, отреагировал, но было очевидно, что это было слишком поздно. Если бы эта белая фигура хотела убить его, он был бы уже мертв.

Эта белая фигура была явно Кай’Эр, но иллюзорным Кай’Эром, чей Серп Бога Смерти был слегка прижат к горлу призывателя драконов, прежде чем медленно рассеяться.

Да и кто мог ожидать такого? Только когда победитель был уже определен, призыватель драконов наконец отреагировал.

Этот образ был явно пережитком того времени, когда Кай’Эр еще не использовала свою технику владения. Другими словами, она тайком держала двойника в состоянии невидимости. Но какой другой убийца мог бы содержать невидимого двойника?

Независимо от того, что думал заклинатель драконов, этот матч был в конечном счете его потерей.

Возможно, он не обязательно проиграет в силе против безоружной Кай’Эр, но ее победа заключалась в причудливом цветении лотоса и большом планировании.

Она очень четко знала, что ее цветущий цветок лотоса пришел с огромным потреблением, останавливая ее даже от продолжения борьбы. Ее доппельгангер готовился именно к этому моменту.

В обычных обстоятельствах ее доппельгангер ни в коем случае не смог бы ранить противника, но из-за шока от нападения цветов лотоса владения водяного дракона были разрушены, и таким образом заклинатель драконов был в своем самом слабом состоянии. До сих пор Кай’Эр сосредоточенно смотрел на призывателя драконов только в поисках лучшей возможности.

Можно было только признать, что сила Кай’эра была действительно очень велика. Будучи святой дочерью Сансары, избранной Богом, она обладала могущественными способностями, недоступными обычным убийцам. Например, поддержание ее доппельгангера после использования невидимости, и с такой большой скрытностью. Даже владения водяного дракона не исследовали его существование, таким образом, поражение призывателя не было несправедливым.

Постукивая своей синей тростью по земле, Кэй’Эр медленно вышла. Поединок уже был завершен, и, конечно же, как один из шести могущественных храмов, заклинатель драконов, естественно, не мог действовать бесстыдно, особенно под наблюдением Чэнь Цзыдяня.

В этот момент соревнования, яркий проблеск надежды закончился как великие победители индивидуального соревнования. Четыре места из шести матчей фактически принадлежали им.

Лонг Хаочэнь стоял у входа на большой стадион, спокойно ожидая возвращения Кай’Ер. Глядя на ее синюю трость, постукивающую по земле, длинные глаза Хаочэня были полны тепла, явно вспоминая сцену, когда он каждый день отсылал Кай’Эр назад.

Цай’Эр присоединилась к длинному Хаочэню с улыбкой на лице. Ее рука потянула руку Хаохена, и он помог ей вернуться на свои места.

На этот раз свет отбора продолжал гореть до тех пор, пока Хаохэнь бессознательно не поднял голову.

В этом раунде оставались только два последних матча, и яркий проблеск надежды капитану еще предстояло принять в них участие.

Однако этот свет отбора не был направлен ни на один из ярких проблесков команды Надежды, но на двух других конкурентов, один из которых был силовой дом из храма рыцаря, а другой-из духовного храма.

Поэтому последний матч, естественно, будет между Лонг Хаочен и последним человеком из храма магов.

Увидев, что этот матч не был его собственным, Лонг Хаочэнь махнул рукой в сторону Хань Ю.

Хань Юй уже давно получил длинные инструкции от Хаочэня. Поскольку он был исключен заранее, то находился не в будке конкурентов, а в более отдаленной зрительской комнате отдыха.

Получив сигнал Лонг Хаочэня, Хань Юй слегка кивнул, выражая свое понимание, прежде чем медленно закрыть глаза.

Никто не заметил, что среди яркого мерцания рядов надежды, Цайэр, Ван Юаньюань и линь Синь имели золотую точку света на их спинах. Но, прислонившись к их сиденьям, этот свет был тщательно скрыт.

Только яркое мерцание людей надежды позволило понять, что происходит.

Это были последствия благословений духовной печи света Хань Юя.

Наряду с его возвышением в развитии, духовная печь света благословений Хань Юя развивалась в общей сложности два раза. Благословения текущего света больше не были просто восстановлением в заданной области. Что еще более важно, благословения Хань Юя могли передаваться другим через цепи разделения душ. В определенном диапазоне, через цепи он был в состоянии помочь своим товарищам от яркого проблеска надежды в восстановлении духовной энергии. И чем меньше целевых показателей, тем быстрее будет оказываться помощь в восстановлении.

Причина, по которой Лонг Хаочэнь раньше не подавал сигнал Хань Юю, естественно, заключалась в том, что его духовая печь все еще могла использоваться только один раз в день, поэтому это должно было быть сделано в самый критический момент. Теперь, когда пятый матч уже начался, Линь Синь, Ван Юаньюань и Цайэр все имели огромные расходы. И после этого ему тоже придется принять участие в шестом матче, после которого сразу же начнется шестой раунд, не оставляя им времени на восстановление.

Если бы Лонг Хаохен просто был выбран светом отбора, чтобы принять участие в пятом матче, возможно, он мог бы немного отсрочить использование духовной печи благословений света, чтобы извлечь выгоду, но теперь было очевидно, что это лучшее время в этой ситуации. Причина, по которой он заранее перенес активацию, заключалась в том, что, поскольку у него было сердце вечности, восстановление его духовной энергии было намного выше, чем у других.

Никто не мог отрицать, что повышение Хань Юя было формой мошенничества. Но Лонг Хаочен был терпим к этому, так как все, что он делал, было сделано ради того, чтобы позволить храмовому союзу развиваться еще дальше.

Это состояние рассеяния храмового Союза продолжалось уже шесть тысяч лет, и каждый из шести великих храмов обладал своей собственной властью, которая была глубоко укорененной системой. У них были очень сложные отношения друг с другом, и положить этому конец было бы действительно сложной задачей. Единственным способом было бы заставить их всех пойти на компромисс, но даже если это удастся, качественные изменения на самом деле, скорее всего, не будут слишком огромными.

Итак, Лонг Хаочен уже пришел к выводу, что он должен был сделать так, чтобы яркий проблеск надежды действительно возвышался над толпой в этом великом собрании храмов.

Хотя у него были слабые основы, и он мог полагаться только на немногих из них, они также имели свои уникальные преимущества. Даже после того, как они опустили позиции, которые каждый из них занимал в своем собственном храме, у них было естественно хорошее расположение духа.

После того, как он испытал так много вещей, и пришел к этому моменту сегодня, Лонг Хаочен считал, что это его непоколебимая ответственность. Ради его плана следовало бы создать совершенно новый союз, в котором он, как отпрыск света, должен был бы стать одной из ведущих фигур. Благодаря яркому проблеску напористости и силы Хоуп, они станут величайшими участниками реорганизации альянса.

Для того, чтобы достичь этого плана, немного мошенничества не было проблемой, поскольку конечный результат был самым важным. Лонг Хаочен полагал, что их индивидуальные действия уже убедили подавляющее большинство высших руководителей Альянса. Чем дальше они будут продвигаться в Великом собрании храмов, и чем выше будет их результат, тем больше веса они приобретут на собраниях после его окончания, и тем больше поддержки они получат.

Поединок продолжался яростно, и в духовном храме, и в храме рыцарей остался только один последний человек. Этот матч определит, войдут ли они в первую шестерку или нет, поэтому борьба была особенно ожесточенной. Столкновения между этими двумя электростанциями часто приводили к появлению трещин на защитном барьере, который постоянно укреплялся многочисленными арбитрами.

Никто не знал, что эти трое от яркого проблеска надежды восстанавливали свою духовную энергию с поразительной скоростью.

Духовная печь непрерывного исцеления светом благословения имела чрезвычайно большую пользу. Речь шла даже не только об ускорении их выздоровления, поскольку Хань Юй мог даже передавать через него свою собственную духовную энергию, передавая элементарную силу крайней чистоты. Это был вопрос, который он постиг благодаря поглощению чистой духовной энергии в башне вечности.

С ростом его культивации, Хань Юй становился все более и более склонным к поддерживающему типу. Даже чистый сторонник на девятой ступени был весьма могущественным существом. И у Хань Юй была своя собственная цель, которая заключалась в том, чтобы стать Божественным рыцарем.

Матч шел целых четверть часа, прежде чем матч был окончательно завершен обе стороны страдали через очень близкий матч, но в конце концов, что домен владеющий рыцарь был на шаг впереди и, наконец, удалось добиться победы. Но это была очень близкая победа, с огромным потреблением его духовной энергии, и даже его домен достиг своих пределов. Очевидно, ему потребуется какое-то время, чтобы полностью прийти в себя.

Наконец, Лонг Хаочен вышел на сцену без необходимости в свете отбора, войдя в поле вместе с этим магом.

С их результатами яркий проблеск выступления Надежды на индивидуальной сцене уже достиг непоколебимой стадии. Этот последний рыцарь, будучи действительно близок к своим пределам, почти потерял сознание сразу после выхода со сцены. С ярким проблеском надежды, имея трех квалифицированных членов, они очень вероятно привлекут его, что в значительной степени гарантирует им одно место в первой тройке.

Хотя Ли Чжэнчжи отдавал все силы на восстановление своей духовной энергии, его предыдущее потребление было значительным. Даже если бы он добрался до первой тройки, яркий проблеск надежды, скорее всего, занял бы последнее место, хотя это в основном будет зависеть от этого матча.

Все знали, что Лонг Хаочен был их капитаном, а также самым сильным членом. Отложив в сторону свои более высокие шансы на победу, если он будет устранен в этом матче, этот маг определенно не будет иметь его легким также.

В случае, если яркий проблеск надежды должен занять два из трех первых мест, их два члена могли бы отказаться от финального кругового турнира из трех человек, чтобы их можно было считать окончательными чемпионами индивидуального соревнования.

Поэтому в этот момент, яркий проблеск надежды был уже в довольно безопасном положении.

Лонг Хаочен спокойно стоял лицом к лицу с магом, одетым в желтую мантию. Это была не мантия мага, но она ясно иллюстрировала его элементарный атрибут, так как это был земной маг.

Они оба обменялись решительными взглядами, прежде чем начался финальный матч между двенадцатью лучшими.

На этот раз Лонг Хаочен не сразу воспользовался владениями Бога Света. Шагая вперед, шесть крыльев на его спине вспыхнули и захлопали, когда его тело рванулось вперед, как полоса света. вспышка молнии.

Золотая гексаграмма медленно протянулась от того места, где он был, Божественный Единорог медленно появился позади длинного Хаочэня, встряхивая крыльями, чтобы высоко подняться в воздух.

Во время запуска молнии Лонг Хаочен уже материализовал пару тяжелых мечей через духовное нагорье, начав перекрестный удар по противнику.

Земной маг ничуть не запаниковал, его руки сложились в жест перед грудью. В тот же миг Лонг Хаочен почувствовал, как его тело опускается вниз, а скорость чудовищно падает. Это была техника гравитации.

В то же время, маг Земли нацелил далекий удар ладонью, чтобы поприветствовать далеких Хаочен, точно так же, как воин.

Возникла ужасающая сцена: холм высотой более двадцати метров внезапно возник в воздухе и столкнулся с длинным Хаоченем.

Скрещенные мечи Страйка громко приземлились на этом холме, пока тело Хаохена напрягалось.

По общему мнению, Лонг Хаочен должен был суметь увернуться. Хотя это произошло внезапно и было мгновенным броском, этот холм был действительно высоким и толстым. Столкновение не было хорошим решением. И просто убраться с дороги казалось достаточным, так как от этого большого холма все равно не было бы большой пользы.

Но Хаохен этого не сделал. Его тело вспыхнуло и ударилось о склон холма.

И тут же он остановился в воздухе.

У земного мага пробежал озноб, когда он понял, что противник разгадал его заклинание. Он на самом деле хотел, чтобы Лонг Хаочен увернулся, так как этот холм был просто опорой для запуска мощной гравитационной техники.

Но, непосредственно ударив по холму, он явно отрезал этот последующий ход. Маг Земли быстро запел, что холм остановился только на три секунды, и последовал оглушительный звук взрыва.

Бесчисленные камни разлетелись во все стороны, когда в воздухе возник высокий меч намерения. Полагаясь на него, Лонг Хаочен силой сломал этот холм и в следующее мгновение ринулся прямо на мага.

Его шесть крыльев обеспечивали ему действительно огромную скорость. Кроме того, у него была помощь в виде вспышки молнии, так что у земного мага не было никакого способа убежать вообще. В таком случае, он может даже и не пытаться.

Прозрачная преграда окружала его тело, которое, когда пара длинных мечей Хаочэня материализовалась из духовного нагорья, произвело серию звучных потрескивающих звуков. Но этот барьер все еще был неподвижен и не имел никаких видимых следов повреждения.

Какая великолепная защита!

Если бы кто-то обратил внимание, он бы понял, что этот прозрачный барьер не был похож на обычный магический барьер. На его поверхности, казалось, было бесчисленное множество порезов, которые создавали яркий блеск под солнечным светом точно так же, как отполированный Алмаз.

Звездный Алмазный барьер, одно из самых мощных защитных заклинаний стихии Земли.

Лонг Хаочен был оттеснен назад, но не обескуражен. Божественный Единорог позади него уже догнал его, и божественный свет вырвался из его рога, сверкая на теле Лонг Хаочена и освещая его тело разноцветным светом.

Проливной меч вновь вырвался из длинного Хаочэня с суровым выражением на лице. Его тяжелые мечи соединились над головой, опускаясь в мгновение ока.

Земное желтое свечение появилось на этот раз из-под земли мага. Этот маг Земли божественного ранга действительно имел большие достижения в обороне: этот желтый ореол фактически расширил сферу действия звездного Алмазного барьера.

Лязг–

Лонг Хаочен был прогнан прочь своим мечом, и хотя на звездном Алмазном барьере появилась трещина, она очень быстро была восстановлена желтым ореолом внутри.

Какая великолепная защита! Лонг Хаочен был поражен. В оборонительном аспекте этот земной рыцарь, возможно, не уступал этому высшему щиту рыцарского храма.

Сердце вечности неистово билось. Услышав, что этот земной маг все еще непрерывно поет, Лонг Хаочен оставался спокойным, тихо выпуская золотой ореол. Домен Бога Света наконец-то появился, и не только это, но сразу после появления он начал отображать явление, связанное с высвобождением техники домена Божественного Света вальса.

Выражение лица земного мага изменилось, но его заклинание оставалось неизменным, желтое свечение под ногами только усилилось.

Его владения назывались затвердение. Простое звучащее имя, но оно фактически усиливало любое из его заклинаний земли с ультра большой защитой. В молодости он был известен как черепаховый панцирь, абсолютный номер один по обороне среди всего храма магов. Даже ли Чжэнчжи пришлось бы потратить много магической силы, чтобы победить его, полагаясь на разницу в культивировании, чтобы выиграть матч.

Ли Чжэнчжи дал ему прямые инструкции о том, как справиться с ситуацией, прежде чем выйти на сцену. Для этого земного мага победить Лонг Хаочен своими атаками было бы действительно трудно, поэтому ли Чжэнчжи предложил ему утомить Лонг Хаочен, который наверняка попытается добиться быстрой победы и, таким образом, использовать много силы своего домена. А потом он должен был искать свой шанс в самой гуще этой неразберихи. Даже если он в конечном итоге будет побежден Лонг Хаочен, таким образом, он, безусловно, истощит много своей духовной энергии, что повысит шансы ли Чжэнчжи в остальной части соревнования.

Хотя ли Чжэнчжи знал, что если яркий проблеск надежды приобретет два места в первой тройке, скорее всего, не будет никакого окончательного чемпиона, чтобы назначить, он все еще стремился к победе с его максимумом. В его глазах, хотя владения Кай’Эр были действительно причудливыми, она уже была слишком истощена, таким образом, только длинный Хаочэнь один мог действительно представлять угрозу для него.

Божественный легкий Вальс Лонг Хаочэня был запущен уже дважды, его объем был явно меньше, чем в первый раз, что свидетельствует о том, что его духовная энергия еще не полностью восстановилась.

Когда Божественный Свет вальса и Звездный Алмазный барьер столкнулись первыми, это сразу же привело к столкновению между самой сильной атакой и самой большой защитой.

Пронзительный скрежещущий звук немедленно достиг ушей всех присутствующих. Это был действительно неприятный звук. Бесчисленные искры возникали от столкновения между двумя великими техниками в разгар магии и тряски. Божественный Свет вальса медленно прорезал себе путь внутрь, но продвигался он очень медленно. Все видели, что духовная энергия обеих сторон была сильно истощена.

Заклинание земного мага становилось все быстрее и быстрее. Как одна из главных силовых структур храма магов, он не желал принимать пассивное избиение перед таким молодым человеком. Это был кто-то, чье положение было намного выше, чем даже У Линь Чэня в храме магов.

Интенсивный желтый ореол от Звездного Алмазного барьера постепенно становился мутным, поскольку ужасная сущность Земли была в середине сжимания и накопления, возможно, собираясь вырваться в любое время.

Но Лонг Хаочен, казалось, не обратил на это внимания. С появлением Божественного единорога Его Божественный легкий Вальс становился все более и более мощным. Алмазный Звездный барьер уже имел небольшое отверстие в своей середине, и Божественный Свет вальса только продолжал проталкиваться через него. При такой скорости ему потребуется самое большее две минуты, чтобы одержать победу над этим земным магом.

Наконец, воплощение земного мага было завершено. Если бы он отдал все, что имел в защите, Божественный Свет вальса, возможно, занял бы больше времени, чтобы пронзить его путь, но просто для поддержания атаки его техники владения, расход духовной энергии Лонг Хаочена был астрономическим. Он должен был продержаться как можно дольше, так что даже если Лонг Хаочен наконец добьется победы, у него все равно не останется много духовной энергии.

Но этот земной маг просто не хотел! После того, как он сделал это так далеко, кто бы отказался от шанса на достижение победы? Поэтому он решил начать свою самую сильную атаку, наконец, готовый.

Появился миниатюрный человек, сделанный из искрящейся земной эссенции, который сразу же сверлил землю. К тому времени, когда он вновь появился, он превратился в гигантскую форму земной сущности высотой более десяти метров.

Шокирующе, его тело соединилось со звездным алмазным барьером, как будто став сделанным из алмаза.

Вскочив и сжав кулаки, он швырнул его в длинного Хаочэня. При его появлении земная сущность внутри внутреннего барьера стадиона резко поднялась вверх. Таким образом, он ловко приземлился, смещаясь ровно настолько, чтобы избежать горизонтального разреза от Божественного Света вальса.

В уголках длинного рта Хаочэня появилась тонкая улыбка. Это был тот самый шанс, которого он ждал! Если бы противник просто упорно продолжал использовать барьер своего домена, то не было бы ничего другого, чтобы сделать, чем сломать его медленно. Но с противником, использующим это мощное запрещенное заклинание, все было не так.

Возможно, оборонительная мощь одного только Алмазного элемента Земли не могла сравниться с алмазным звездным барьером. Но не забывайте, что он еще не получил выгоду от повышения домена, и, в конце концов, это была магия, которая достигла независимости от своего хозяина.

Пурпурно-золотое сияние вспыхнуло в глазах Лонга Хаочена, и в следующее мгновение прямо над ним возникла массивная фигура. Его хвост раскачивался, как молот, яростно хлеща Алмазного Элементаля Земли. Тем временем вспыхнуло шестицветное сияние.

Шестиэлементная сущность беспорядка!

Элементаль алмазной Земли можно было классифицировать как существо, достигающее уровня запрещенного заклинания, но он был отправлен в полет этим тяжелым ударом. И что еще ужаснее, когда это шестицветное сияние рассеялось, произошли изменения как в Алмазном элементе Земли, так и в Звездном Алмазном барьере мага.

Вся сущность земли хаотично пульсировала по всей сущности беспорядка, хотя Алмазный элементаль земли был лучше, будучи высшим вызовом элемента земли. Хотя сущность беспорядка вызвала появление нескольких трещин на его массивном теле, этого оказалось недостаточно, чтобы полностью разбить его.

Тем не менее, маг Земли с другой стороны был вынужден отступить.

Первоначально, когда Божественный легкий Вальс Лонга Хаочена привел его в состояние пассивной обороны, он надеялся положиться на Алмазный элементаль земли, чтобы переломить ситуацию. Но кто мог ожидать, что ситуация не только не изменится в обратную сторону, но, кроме того, теперь он должен был страдать от нападения шестиэлементной сущности беспорядка.

Божественный легкий Вальс также был несколько затронут, но эта техника владения была более высокого уровня, и, кроме того, использовал в высшей степени чистый свет Лонг Хаочена, следовательно, он был менее затронут, чем его оппонент.

Трещина. Звездный Алмазный барьер разлетелся на куски, Божественный Свет вальса теперь, казалось, вот-вот пронзит этого земного элементального мага.

Этот земной маг продолжал выступать выдающимся образом. Во вспышке белого света Алмазный элементаль земли изменил свое положение, оказавшись перед ним, и заблокировал Божественный Свет Вальса на полпути.

Однако владения мага Земли были разорваны вместе с барьером из земных алмазов. Как же он мог восстановиться мгновенно?

У Алмазного Элементаля была массивная рана, элемент Земли был забрызган перед ужасающей режущей силой божественного света Вальца. Тело, которое первоначально уже было полно трещин, было почти разделено надвое на уровне туловища.

После того как Вальс Божественного Света исчез, Лонг Хаочен снова взмахнул мечом в воздухе. На этот раз его тело было окружено интенсивным пурпурно-золотым блеском. Намерение меча и душа меча управлялись гармонично, с силой родословной Хаоюэ, добавленной к этому.

Пурпурно-золотой свет меча пронзил небо, пробиваясь в массивную рану Алмазного Элементаля Земли.

Во вспышке желтого света, тело земного мага мелькнуло поперек, чтобы избежать быть снятым вместе с его призывом.

Элементаль алмазной Земли был чрезвычайно силен в нападении, но хотя он обладал большой защитой, в конце концов он был не в состоянии сравниться со звездным алмазным барьером, который извлекал выгоду из поддержки домена.

Поп. Массивное тело рухнуло, ударившись о землю.

Хаоюэ снова появился перед ним, взмахнув хвостом, чтобы мгновенно раздавить Алмазный элементаль земли на две части, отправляя осколки в полет. В то же время шесть огромных голов взревели, безудержно выпустив шесть дыханий в сторону земного мага.

Земной маг уже был в полной панике. Звездный Алмазный барьер не мог восстановиться за такое короткое время; поскольку ему приходилось сталкиваться с атаками Хаоюэ, он был в состоянии только запустить серию низкоуровневых земных барьеров.

Сражение достигло этой точки, и исход его уже не вызывал сомнений. Мелькнула фигура Лонга Хаочэна, и он появился позади мага, когда элементал уничтожающий нимб был освобожден.

Звездный Алмазный барьер мог бы блокировать элементарный облитерирующий ореол. Однако этот низкоуровневый барьер не мог выдержать его так легко. Добавив атаки Хаоюэ с другой стороны, это заняло всего одну минуту для этого земного мага, чтобы решить уступить.

Четвертая квалификация от отряда охотников на демонов яркий проблеск надежды.

В этот момент яркий проблеск надежды имел полное превосходство в этом индивидуальном соревновании. У них в основном оставался только один раунд: хотя еще один рыцарь пробился в первую шестерку, у него не было много сил, и поэтому последний вопрос состоял в том, чтобы увидеть, сможет ли ли Чжэнчжи пробиться в первую тройку.

В пятом раунде каждый победитель мог набрать шестнадцать очков, тем самым вызвав большие вариации в общем количестве очков.

Яркий проблеск надежды имел четыре участника, квалифицированные из пятого раунда, принося им шестьдесят четыре очка в общей сложности. Добавим, что к предыдущим девяноста шести баллам у них было в общей сложности сто шестьдесят баллов. Квалифицированный член храма рыцарей и Храма магов принес им соответственно сто пять и девяносто восемь полных баллов, заняв второе и третье места. Общая сумма баллов в трех других храмах осталась прежней: пятьдесят восемь для духовного храма, тридцать четыре для храма убийцы и двадцать четыре для храма воина.

В этот момент яркий проблеск надежды уже привел к широкому отрыву, не оставляя сомнений в том, кто станет чемпионом в личном зачете.

До этого сбора никто не мог ожидать, что индивидуальное соревнование закончится с такими результатами. Никогда еще ни один храм не показывал таких впечатляющих результатов на всех великих собраниях прошлых храмов.

Несомненно, удача сыграла свою роль в этих результатах, в дополнение к тайной помощи от Храма рыцарей, от которого они выиграли. Но без достаточной силы, нет никакого способа, чтобы они сделали это так далеко! Из этой четверки у троих были свои домены, и один устранил владеющего доменом противника. Будь то в технике, стратегии или силе, яркий проблеск надежды полностью заслужил, чтобы назвать себя титулованным отрядом охоты на демонов.

— Шестой раунд, начало.— Голос Чэнь Цзыдяня все еще был полон величия, когда начался финальный раунд индивидуального соревнования.

Лонг Хаохен сразу же вернулся в гостиную после окончания матча. Меньше всего ему хотелось оказаться в первом матче. До тех пор, пока он не будет первым, у него будет некоторое время, чтобы восстановиться, благодаря Грозному восстановлению сердца вечности, которое наполнило его уверенностью в этом аспекте.

Неизвестно, имел ли свет отбора свою собственную волю, чтобы сделать такие вещи, но его первый свет загорелся на Лонг Хаочен, в то время как другой точно освещал тело ли Чжэнчжи.

Когда два огонька выборов погасли, весь огромный стадион альянса был явно в полном беспорядке.

В первом матче шестого тура неожиданно противостояли Лонг Хаочэнь и Ли Чжэнчжи.

Можно сказать, что это была самая решающая битва из всего индивидуального соревнования. Если ли Чжэнчжи удастся победить Лонг Хаочен, хотя общее количество очков магического храма все еще будет позади яркого проблеска надежды, это будет не намного. И с Ли Чжэнчжи, фигурирующим в первой тройке, даже если два других пятна будут принадлежать двум членам яркого проблеска надежды, сила номер один альянса, безусловно, будет признана многими, чтобы быть им.

Трудно было сказать, была ли эта битва честной. Потребление Лонг Хаочэня против мага Земли было, конечно, не так велико, как-то, что ли Чжэнчжи оказал против Чэнь Инь’Ер, но Лонг Хаочэнь только что закончил свой предыдущий матч, в то время как с другой стороны ли Чжэнчжи был первым из предыдущего раунда, чтобы выйти на сцену.

Но, несмотря ни на что, поскольку свет отбора сделал свой выбор, теперь он не изменится.

У Лонг Хаочэня было довольно суровое выражение лица, в то время как Ли Чжэнчжи выглядел вполне счастливым, очевидно довольным светом выбора выбора. Идти против Лонг Хаочена было его самым желанным исходом.

Эти двое смотрели друг на друга в упор. Как только они вышли на сцену, вся аудитория погрузилась в полное молчание, лишенное малейшего шепота.

Лонг Хаочэнь положил свой правый кулак на левую часть груди, выполняя стандартный рыцарский салют перед ли Чжэнчжи.

— Приветствую Тебя, Глава Храма Ли.»

Ли Чжэнчжи показал скромную улыбку, глубоко тронутый он заявил: «Я действительно не ожидал, что вы будете Моим последним противником на Великом собрании этого храма. Помнишь, что я тебе говорил несколько лет назад? Что следующее Великое собрание храмов будет тем временем, когда ты бросишь мне вызов. Но на этот раз ты сдвинулся на десять лет вперед.»

— Будущее-это мир для вас, молодежь, но то, что я сказал, не меняется. Если ты хочешь занять мое место в борьбе с демоном Богом императором, ты должен победить меня. Ну же, покажи мне, способен ли ты достичь этого.»

Длинный Хаочэнь слегка кивнул и поднял свой правый кулак горизонтально, чтобы еще раз отсалютовать, прежде чем его шесть крыльев, которые исчезли чуть раньше, снова появились, поднимая его в воздух.

Ли Чжэнчжи начал быстро петь, переводя свой пристальный взгляд на Лонг Хаочэнь. Густой зеленый свет распространился, когда его пение донесло фантастический ритм до ушей всех присутствующих.

Лонг Хаочен не выбрал наступательный подход таким же образом, как и предыдущая вспышка Lightspeed. Сердце вечности интенсивно пульсировало на его груди, чтобы восстановить его духовную энергию, и в то же время, его правая рука была направлена перед ним, призывая Божественного единорога звездного короля обратно к нему.

— Звездный Король, одолжи мне свою силу.— Лонг Хаохен ощупал его голову.

Звездный Король слегка кивнул, расправив крылья, и на его Роге засиял ослепительный семицветный звездный свет.

В следующее мгновение семь цветов снова распространились, покрывая Лонг Хаочен и его коня в своем поле зрения.

Длинный Хаочэнь ехал верхом на звездном короле, многоцветный звездный свет падал и уходил вверх, образуя многоцветный столб света, идущий до самого верха барьера.

Хотя Звездный король уже стал Божественным единорогом, его основы были все еще те же, Король звездного единорога.

Это был его звездный домен.

Первоначально, ради помощи Лонг Хаохэню, он однажды сильно использовал это умение. Но теперь, когда он достиг девятого этапа культивирования, использование Star Domain не могло быть более легким. Хотя это все еще не был настоящий домен, он был очень близок к этому.

Световая эссенция несравненной интенсивности собиралась внутри тела Лонг Хаочэня посреди интенсивного пульса сердца вечности: его духовная энергия восполнялась с пугающей скоростью.

Глаза звездного короля загорелись, и с долгим шипением загорелся Рог на его голове, окутывая светом длинный Хаочэнь и себя самого, так что их силуэты были скрыты от внешнего мира.

У каждого были свои козыри: так же, как Ли Чжэнчжи еще не использовал свою самую мощную способность, Лонг Хаочэнь также еще не раскрыл свой самый мощный режим.

Когда он столкнулся с Ян Хаою, у него не было возможности развязать его, так как он должен был использовать свой домен без остановки и противостоять противнику. Но прямо сейчас, когда он столкнулся с Ли Чжэнчжи, и поскольку это был, скорее всего, его последний матч, почему бы Лонг Хаочен не показал больше оговорок?

Разноцветное сияние исчезло, и когда Лонг Хаочен вновь появился на глазах у всех, зрители не могли не ахнуть при виде него.

Прямо сейчас, все его тело сияло под освещением его многоцветной брони, струящейся с разноцветным светом, расходящимся рябью. Судя по всему, его поведение было очень похоже на поведение Божественных рыцарей.

Разноцветный свет был знаком божественных инструментов: Божественный Единорог, превращенный в разноцветную броню, был эквивалентен броне уровня божественного инструмента! И, кроме того, он извлек огромную пользу из Звездного домена, который восполнил давно израсходованную духовную энергию Лонг Хаочена, сделав восемьдесят процентов ее доступной ему прямо сейчас.

Как трансформированная гора высшего уровня, Божественный единорог, который, казалось, был просто поддерживающим персонажем, и, кроме того, не до многого, был явно недооценен многими. Как оказалось, хотя Звездный Король только недавно эволюционировал и еще не приобрел много способностей Божественного единорога, он все еще был настоящим Божественным единорогом!

Божественные доспехи надели на него, длинные глаза Хаочэня засияли ослепительным светом. Вдобавок к этому его Шестикрылая внешность и чрезвычайно красивое лицо привлекали к нему взгляды всех присутствующих женщин.

— Хаойе!— Лонг Хаочен сразу же громко закричал.

В ослепительном пурпурно-золотом сиянии Хаоюэ вновь появился рядом с ним, на этот раз превратившись в пурпурно-золотое сияние, устремившееся к длинному Хаочэню.

Все зрители были свидетелями трансформации брони Хаоюэ. Именно это и произошло в матче между Лонг Хаочен и Ян Хаою, который в сочетании с эволюцией его домена позволил ему добиться победы.

Может быть, он планирует оборудовать их двойной броней? думал больше всех.

Однако они быстро осознали свою ошибку.

Хаоюэ не превратился в свою броню, а превратился в гигантский меч, появившийся в руках длинного Хаочэня.

Божественная броня единорога и Haoyue превратились в пурпурно-золотой меч Haoyue. Это самый сильный режим Long Haochen, даже в ситуации без использования любого оборудования от него!

Это был первый раз, когда Хаоюэ превратился в меч. По сравнению с двумя другими божественными мечами Лонг Хаочэня, трансформация Хаоюэ была намного массивнее по размеру.

Сам меч был более трех метров длиной, окрашенный в пурпурно-золотой цвет,с метровой рукоятью. Лонг Хаочен также должен был использовать свои две руки, чтобы правильно владеть им.

Этот сверхбольшой меч имел девять линий, протянувшихся от рукояти до острого конца. Шесть мини-голов Haoyue выдвинулись из толстого лезвия, все они изливались, как будто край исходил от их дыхания.

Сжимая этот тяжелый меч, Лонг Хаочен почувствовал, как несравненно тираническая сила хлынула из этого тяжелого меча. Связанная с родословной силой в нем, ее сила казалась как бы продолжением его собственного тела.

Как рыцарь, Лонг Хаочен был тесно связан со своим оружием. Перед этим пурпурно-золотым мечом Haoyue, даже под синим дождем, гибискус света из Арии богини света казался тусклым. Он незаметно ощутил ауру шестиэлементной сущности беспорядка, исходящую от этого гигантского меча. Как он мог вообразить, что Хаоюэ достигнет такого уровня силы, превратившись в меч?

Пока два магических зверя-спутника Хаочэна превращались в форму экипировки, с другой стороны, запрещенное заклинание ли Чжэнчжи было выполнено.

Позади него появилась огромная зеленая тень. Призыв Бога Ветра.

Огромный бог ветра, выглядевший так же, как Ли Чжэнчжи, появился из ниоткуда. Сразу же, эта массивная фигура была длиной в пятнадцать метров, но странно, ее объем сжался, и через некоторое время она достигла длины в пять метров. Хотя он оставался относительно огромным, что делало его намного проворнее. Весь облаченный в зеленовато-золотые доспехи, он держал в руках пару топоров.

Это был призыв Бога ветра ли Чжэнчжи, явно отличающийся от того, который бог ветра использовал против Чэнь Ин’Ер. Мало того, что его оружие отличалось, но оно излучало совершенно другое чувство.

Все тело ли Чжэнчжи вспыхнуло зеленым цветом. В мгновение ока он вошел в самую гущу бога ветра, чьи глаза сразу же загорелись, словно пронизанные разумом. Целеустремленно глядя на длинный Хаочень, его топоры пронзили небо, и разразился ураган. Это была первая техника домена бога ветра, ураган.

Волны золотистого света накатывали волнами, неистово устремляясь к длинному Хаочэню.

Долгое время Хаочэнь оставался очень спокойным, и Его Божественный Единорог превратился в разноцветную броню, освобождающую вспышки золотого света, сопровождающие освобождение владений Бога Света.

Два сияния золотого и зеленого цвета столкнулись друг с другом.

Благодаря технике владения ли Чжэнчжи, в тот момент, когда два сияния вспыхнули в небе, домен Бога Света Лонг Хаочен получил взрыв силы. Но можно было ясно видеть, что там, где столкнулись две великие техники домена, вспыхнул белый огонь. Ветер дул через этот белый цветок, вызывая замечательную дрожь, а также подъем прядей синего пламени.

Подавление стихий.

Это было элементарное подавление, возникшее в разгар борьбы доменов.

С точки зрения Лонга Хаочена, это был последний матч индивидуального соревнования, поэтому он больше не показывал никаких оговорок. Мощь владений Бога Света вырвалась наружу в полном разгаре, извергаясь во все стороны. Светлая эссенция крайней чистоты была достаточна для подавления силовых установок любого элементарного признака.

Техника владения ли Чжэнчжи также обладала некоторой силой бога ветра, и на его уровне культивирования его атрибут ветра был сжат в значительной степени с давних пор, но непреодолимая пропасть все еще отделяла его от Лонг-Хаочен с точки зрения чистоты.

Светлый атрибут Лонга Хаочэня произошел не только от его наследника светлого телосложения, но и от обновления Божественного улиткового щита Солнца и Луны и ассимиляции телосложения Элюкса как наследника света. Три великие световые сущности достигли такого уровня, что даже если сама богиня света выйдет перед ним, чистота ее духовной энергии может даже не соответствовать этому уровню. Итак, светлый бог был поистине заслуженным именем.

Владения ли Чжэнчжи назывались богом ветра, но это было всего лишь имя, а не истинная сила бога ветра. Даже если чистота его атрибута будет соответствовать долгому Хаочэню, ветер остается ниже света.

В результате, хотя владения Бога Света Лонг Хаочена выглядели суженными, он фактически имел преимущество в столкновении доменов.

Бог ветра сделал свой ход. Мелькнув поперек, он достиг точки столкновения между двумя доменами. Размахивая клинком в своей руке, он немедленно послал зеленовато-Золотой луч, пролетевший через владения Бога Света, увлекая за собой туманный туман.

Даже если этот клинок был все еще далеко от длинного Хаочэня, он очень ясно ощущал его остроту, прекрасно сочетая намерение клинка и ветер.

Лонг Хаочен почувствовал тайную тревогу. Ли Чжэнчжи был магом! Но даже в этом качестве, он сумел развернуть намерение клинка с его чистой техникой. Это был действительно потрясающий талант.

Долго Хаохен не избегал его, но и не отступал назад. В этой ситуации, если бы он отступил, атака ли Чжэнчжи, безусловно, сделала бы путь внутри домена Бога Света, и благодаря его собственному домену бога ветра, он не был бы слишком сильно затронут доменом Бога Света. Но что еще более важно, если его владения будут прорваны, Лонг Хаочен не сможет использовать Божественный легкий вальс,который он только что постиг.

Итак, Лонг Хаочен столкнулся с атакой, поднявшись после того, как его фигура вспыхнула. Держа в руках пурпурно-Золотой меч Хаоюэ,он выполнил рубящее движение вниз.

Пурпурно-Золотой луч меча был внезапно выпущен из пурпурно-Золотого меча Хаоюэ, но к шоку Лонг Хаочен, его душа меча фактически не смогла слиться с формой меча Хаоюэ. Этот гигантский меч излучал чувство, что он отвергнет все, кроме его духовной энергии и намерения меча.

Пурпурно-Золотой луч меча был более одного метра длиной, сильно контрастируя с клинком бога ветра ли Чжэнчжи. Но эти два мощных огня произвели неожиданную сцену во время их столкновения.

Нынешний бог ветра был полностью под контролем ли Чжэнчжи. С длинным клинком в руке, а также его ураганной техникой владения, нацеленной на длинный Хаочень, он был уверен, что этот удар, по крайней мере, отправит длинный Хаочень в полет. Затем он снова и снова будет использовать владения бога ветра, чтобы атаковать владения Лонг Хаочена. Хотя его противник имел преимущество с точки зрения чистой силы домена, он уже понял две техники домена, и, поскольку его исследование и понимание своей собственной области намного превосходили хаохена, он был уверен в том, что сможет превзойти Лонг Хаохена и добиться окончательной победы.

Но в тот момент, когда его длинный клинок соприкоснулся с пурпурно-золотым мечом Хаочэня, ли Чжэнчжи почувствовал неописуемые волны ужаса в своем мозгу, и сразу же лучи меча, испускаемые этим длинным мечом, стали фиолетовыми.

В пурпурно-золотой вспышке радужный свет просочился из массивного меча в руках длинного Хаочэня. Эта ужасающая сила, полная разрушения и опустошения, заставила ли Чжэнчжи быстро отступить назад, когда он взмахнул своим клинком, с силой разрезая его связь с лучами клинка.

Везде, где бы ни проходили эти пурпурно-золотые лучи меча, ураганы в владениях бога ветра разбивались вдребезги, поскольку лучи продолжали двигаться, пока не достигали защитного барьера по краям поля, заставляя его сильно дрожать, прежде чем пробить дыру внутри, пройти через нее и врезаться в потолок большого стадиона альянса.

Не говоря уже о дилемме ли Чжэнчжи, даже сам Лонг Хаочэнь был потрясен. Он абсолютно не ожидал, что превращение меча Хаоюэ достигнет такого ужасающего уровня. Казалось, что это было выше сил любого обычного божественного инструмента.

Ощущая его, этот пурпурно-Золотой луч меча не давал чрезмерно сильного ощущения. Но духовое нагорье стихии ветра ли Чжэнчжи было просто направлено на контакт.

Это уже было за пределами божественной силы. Из-за пурпурно-Золотого меча Хаою Лонг Хаочен мог ясно чувствовать безумное поведение, ищущее разрушения. Он подсознательно приподнял его горизонтально.

Тотчас же пурпурно-золотой занавес света удлинился, сметая все ураганы, мимо которых он проходил. Владения бога ветра ли Чжэнчжи наполнились трещинами, которые в любой момент могли рухнуть.

После непродолжительного шока ли Чжэнчжи пришел в себя. Еще раз взмахнув длинным мечом в руках, маленький ветряной клинок выстрелил, целясь прямо в длинного Хаочэня. Это была вторая техника владения, которую он также должен был использовать в своей борьбе против Чэнь Инь’Ер, свободы.

Эта техника владения, наполненная истинной сущностью ветра, в мгновение ока оказалась перед Лонг Хаочен, который слегка отступил назад, направляя пурпурно-Золотой меч Хаоюэ вперед.

Блин. В воздухе раздался зычный звук.

Лезвие ветра лопнуло, но в направлении Лонг Хаочена пронеслись бесчисленные порывы ветра.

Пурпурно-Золотой меч Хаоюэ был снова взмахнут, и из него исходил моросящий блеск. Всего за долю секунды, это взрывное лезвие ветра полностью исчезло в середине фиолетовых лучей.

Это была шестая элементальная сущность беспорядка в сочетании с его родословной силой.

Сделав эту короткую попытку, Лонг Хаочен постепенно пришел к осознанию того, что вся земля была в его руках с мечом в руке.

Это было тираническое отношение, принесенное Хаоюэ. Это был сверх-божественный инструмент, который мог контролировать только он. Хотя он не знал, как Хаоюэ достиг этого, никто не мог отрицать силу Божественного меча, который мог даже стоять перед техникой второго домена ли Чжэнчжи.

Однако, после короткого периода взаимодействия, Лонг Хаочен также понял некоторые проблемы с пурпурно-золотым мечом Haoyue. Во-первых, этот божественный меч мог быть наполнен только чистой духовной энергией, и потреблял его духовную энергию массово. Три удара меча истощили более тридцати тысяч его духовной энергии. В то же время, при использовании этого божественного меча, никакая наступательная техника не могла быть использована рядом с ним. Только чистые порезы и удары.

Это было с Хаоюэ в шестиглавом состоянии. Если пурпурно-Золотой меч Хаоюэ уже был настолько мощным, то когда он эволюционирует до восьмиглавого состояния, какой ужасающий уровень достигнет эта трансформация меча?

Несмотря на значительное использование духовной энергии, Лонг Хаочен все еще мог выдержать благодаря помощи сердца вечности в восстановлении своей духовной энергии. Кроме того, трансформация Божественной брони единорога дополнила его примерно двумястами тысячами резервных духовных энергий, достаточных для поддержания его боевого состояния.

Видя, что его сущность ветра так легко нарушается длинным Хаоченем, лицо ли Чжэнчжи стало несравненно напряженным. Он начал понимать, что эта битва, возможно, будет отличаться от того, что он предвидел. Мало того, что это оказалось непростой задачей, победа, кроме того, становилась все дальше и дальше от его хватки.

Но как глава храма магов, чрезвычайно амбициозной электростанции, он не мог так легко сдаться. Ли Чжэнчжи знал, что чем больше его способности, тем больше будет цена их использования: божественный меч Лонг Хаочэня, конечно же, не просто размахивал. И вот, когда длинный клинок в его руке ударил еще раз, несколько порывов свободы, эссенция ветра полетела на Лонг Хаочена, образуя полную мощную атаку против него.

Длинный Хаохэнь уверенно шагал навстречу противнику. Прямо сейчас его владения Бога Света были сжаты в два раза, что облегчало ему экономию его духовной энергии. С ужасающей силой пурпурно-Золотого меча Хаоюэ владения бога ветра больше не представляли для него никакой угрозы.

Девять линий пурпурно-золотых узоров загорелись на лбу длинного Хаочэня; даже его глаза приобрели пурпурно-золотой оттенок.

Хотя пурпурно-Золотой меч Хаоюэ постоянно передавал свою волю к разрушению и разрушению, как обладатель тела светлого бога, сердце Лонга Хаочэня было, как и сердце вечности, не так легко загрязнено.

Перед божественным мечом, свободой ли Чжэнчжи, сущностью ветра не было никакой пользы. Ветер был раздроблен в воздухе, поскольку расстояние между Лонг Хаочен и Ли Чжэнчжи продолжало уменьшаться.

После того, как длинный Хаочэнь вступил во владения бога ветра, он время от времени взмахивал своим пурпурно-золотым мечом Хаоюэ перед ним, заставляя домен отступать с его пути. Прямо сейчас он постоянно рассеивал и разбивал его, и когда он полностью уничтожил домен бога ветра, ли Чжэнчжи, естественно, больше не сможет поддерживать свою технику домена.

В гостиной храма рыцарей Ян Хаою сидел рядом с Чэнь Цзыдянь с выражением шока на лице. Пробормотав свои мысли вслух, он пробормотал: «Первоначально я думал, что позволил этому юноше победить. Я действительно не ожидала, что он будет тем, кто будет легко со мной обращаться. Его магический зверь на самом деле силен до такой степени… неудивительно, что даже столбы Бога-демона разрушаются.»

Чэнь Цзыдянь рассмеялся: «новое поколение всегда заменит старое и позволит ему спокойно отдохнуть. Какая загадочная вещь. В те годы, когда твое воспитание превосходило мое, я был в такой же ситуации, как и ты сейчас. Однако, по сравнению с природой Хаочена, его магический зверь кажется чрезмерно тираническим.»

Ян Хаою рассмеялся “ » нет никакой необходимости беспокоиться об этом пункте. Этот магический зверь может быть экстраординарным, но они связаны кровным контрактом.»

Чэнь Цзыдянь кивнул: «этот молодой парень действительно настойчив! Он только вытащил все свои карты в этой последней битве. Судя по всему, Божественная трансформация меча этого магического зверя может быть названа «убийцей домена». Домен бога ветра ли Чжэнчжи может не только использовать две техники домена, но и более того, он претерпел эволюцию. Однако домен такого уровня ни в малейшей степени не может остановить этот пурпурно-золотой меч. Я боюсь, что ни один домен не сможет остановить это: до тех пор, пока культивация Haochen достаточно растет, вызов Богу-демону императору в будущем для него не невозможен.»

Взгляд Ян Хаою стал особенно блестящим “ » если ему удастся получить одобрение Божественного престола Вечности и творения в дополнение к этому божественному мечу, шанс человечества действительно придет. Его яркий проблеск надежды действительно заслуживает этого названия.»

Исход продолжавшейся битвы уже постепенно становился очевиден. Домен Бога Света Лонг Хаочэня уже был полностью сжат, а домен бога ветра ли Чжэнчжи находился в нестабильной ситуации и мог рухнуть в любой момент.

Истинная сущность силы ветра ли Чжэнчжи уменьшалась с каждой секундой, в то время как божественный меч в руках Лонг Хаочэня становился все более и более внушительным.

Пурпурно-Золотой меч Хаоюэ потреблял энергию Хаочэня поистине колоссально. Даже огромная регенерирующая скорость его сердца вечности не могла угнаться за этим потреблением.

Это даже не объясняло предыдущую битву, от которой его духовная энергия еще не оправилась.

Ли Чжэнчжи внезапно испустил пронзительный крик вверх,поскольку домен бога ветра, полный трещин, внезапно рассыпался. Высоко подняв клинок в руке, он поглотил весь зеленый свет, исходящий от него. Сразу же, пейзаж в воздухе был заменен на вспышку зеленой молнии, вспыхнувшей зеленым, чтобы дотянуться до длинного Хаочэня.

Этот удар клинка пришел без предупреждения,но его огромная сила намного превзошла все предыдущие атаки. Только ли Чжэнчжи по-настоящему знал, что эта его незавершенная техника третьего домена была близка к самовоплощенной области, хотя она еще не совсем достигла этого уровня.

Внезапно, долго Хаочен мог только защищаться. Он действительно заслуживал того, чтобы его называли гением: даже в такой сложной ситуации ему все же удавалось совершать Божественные обструкции.

Зеленый свет и пурпурно-золотой наконечник меча столкнулись, и впервые зеленая сторона получила преимущество. Эта ясная зеленая молния несла на себе бесчисленные узоры, электрический свет обвивал все вокруг и давил на Лонг Хаочэня и Его Божественное препятствие, заставляя отступить. Гигантский меч в его руке отодвинулся назад.

Именно в это время из тяжелого меча Лонг Хаочена донесся ужасающий рев. Это был невольный рев, полный величественной обиды. Божественная броня единорога на длинном Хаочене внезапно стала пурпурно-золотой, а затем на спине длинного Хаочена появилась фигура Хаоюэ.

Две внешние выпуклости на фигуре медленно раскололись, обнажив две пурпурно-золотые головки. Затем восемь больших голов резко взмыли к небу.

Лонг Хаочен почувствовал, как из его тела вырвалась огромная волна силы и тяжелый меч вырвался наружу, когда его божественный меч раскололся вперед, когда он закричал.

Зеленая молния, наконец, раскололась и была полностью поглощена этим пурпурно-золотым мечом. Пурпурно-Золотой луч меча сверкнул в небе, целясь прямо в Ли Чжэнчжи.

Этот предыдущий удар был последним проступком ли Чжэнчжи. Увидев, что пурпурно-золотой меч, теперь в несколько раз сильнее, чем раньше, нацелен на него, ли Чжэнчжи втайне ахнул. Он неожиданно даже не попытался защищаться, уставившись на этот пурпурно-золотой меч, поражающий его собственное тело. Это потому, что он знал, что даже если он вложит все свои силы в защиту, у него все равно не будет способа блокировать этот удар.

Бзз.

Пурпурно-Золотой меч Хаоюэ взмахнул к небу, и обе длинные руки Хаочэня почувствовали сильную дрожь. Пурпурно-золотой меч, который, казалось, вот-вот появится перед ли Чжэнчжи, развернулся и полетел по наклонной дуге, превратив оборонительные барьеры Великого стадиона Альянса в грязь и полностью пронзив его оборону. Всюду, где бы он ни проходил, все на его пути превращалось в ничто, исчезая из виду.

С волнистым ореолом, пурпурно-Золотой меч Хаоюэ превратился в полосу пурпурно-золотого света, который исчез в руке Лонга Хаочэня, и Божественная броня единорога на нем снова стала Божественным единорогом.

Звездный Король поддерживал Лонг Хаочен своим телом, пока тот лежал рядом с ним.

Лицо длинного Хаочэня было бледным, как лист бумаги. Когда Хаохен выпустил большую кровавую слюну, Звездный Король остановил его от падения.

Нисхождение бога ветра постепенно рассеялось, оставив позади ли Чжэнчжи, который стоял там с вялым взглядом на лице.

Глядя на длинного Хаочэня, прислонившегося к звездному королю, у него был сложный взгляд в глазах. Лонг Хаочен выиграл не только эту битву, но и уважение всех присутствующих на ней наблюдателей.

Этот последний удар меча был отклонен до предела долгим Хаоченем ради спасения жизни Ли Чжэнчжи. В противном случае, учитывая разрушительную силу пурпурно-Золотого меча Хаоюэ, ли Чжэнчжи был бы мертв без сомнения.

Несмотря на то, что Лонг Хаохен был спущен, зрители на террасах все стояли, восторженно аплодируя.

Ли Чжэнчжи целую минуту выглядел как мертвая рыба, прежде чем постепенно прийти в себя, со смесью разочарования и расслабления на лице он медленно приблизился к Лонг Хаочэню и поддержал его.

Телосложение Лонга Хаочена было отважным; с существованием сердца вечности его духовная энергия восстанавливалась во все времена. Каждый пульс сердца вечности помогал восстановить большое количество духовной энергии. Так что, хотя его внутренности чувствовали, что все это было сожжено, он все еще не рухнул.

«Ты победил.— Ли Чжэнчжи кивнул Лонг Хаочэню.

«Теперь ты уже достаточно квалифицирован, чтобы бросить вызов Богу демонов императору. Будущее альянса должно быть предоставлено вам. Я верю, что вы сможете возглавить альянс, чтобы полностью изменить эту эру тьмы.»

Сказав это, ли Чжэнчжи похлопал Лонг Хаочэня по плечу, прежде чем повернуться и уйти с поля.

Хотя это был только первый из четырех этапов конкурса, проигрыш Лонг Хаочен, наконец, вызвал потрясающие изменения в отношении ли Чжэнчжи. Он очень ясно понимал, что после окончания этого этапа яркий проблеск надежды поднимется гораздо выше.

При поддержке звездного короля Лонг Хаочен медленно вышел с поля боя. Цай’Эр и другие его спутники ждали его там, и как только лонг Хаочэнь вышел из поля, Цай’Эр немедленно приветствовал его, крепко обняв.

Приложив столько усилий, план лонг Хаочена наконец-то приближался к завершению.

В первом же матче шестого тура победу одержал Лонг Хаочен.

Во втором матче Цайеру противостоял единственный оставшийся рыцарь.

Учитывая, что предыдущее потребление этого святого рыцаря было слишком большим, он в конце концов решил уйти от конкуренции, поэтому Кайер добился победы без боя.

Третьим матчем шестого тура стал поединок Ван Юаньюаня против Линь Синя.

Хотя Хас-нарк-бро был абсолютно неохотным, он, наконец, уступил под угрожающим взглядом Ван Юаньюаня.

Теперь, когда все матчи шестого тура индивидуального соревнования были закончены, и яркий проблеск надежды устрашающе сумел захватить всю первую тройку для себя.

Каждый победитель шестого раунда заработал тридцать два очка.

До сих пор рейтинг для индивидуального соревнования был следующим: яркий проблеск надежды 256 баллов, храм мага 105 баллов, храм рыцаря 98 баллов, духовный храм 58 баллов, храм убийцы 38 баллов, храм воина 24 балла.

Однако конкурс еще не закончился.

После того, как шестой раунд соревнований был закончен, Лонг Хаочэнь, Цайэр и Ван Юаньюань стояли в середине поля в соответствии с инструкциями Чэнь Цзидянь.

— Лонг Хаочэнь, Цайэр, Ван Юаньюань. Вы трое хотите продолжать проходить круговой турнир?— Торжественно спросил Чэнь Цзыдянь.

Как будто все уже предвидели такой исход, все трое одновременно ответили: «продолжайте!»

В этот момент были возможны два варианта действий. Один из них должен был прекратить турнир, в то время как другой должен был продолжать идти. Каждый выигранный матч будет затем вознаграждать дополнительные десять очков, в общей сложности три матча. Если кто-то победит двух других, это поставит его или ее на первое место, заработав таким образом еще двадцать очков.

Эти дополнительные раунды все еще были частью седьмого тура турнира. Другими словами, итоговый чемпион мог почти удвоить свои шестьдесят четыре заработанных очка.

Лонг Хаочэнь объявил ясным голосом: «докладывая рефери, Ван Юаньюань и я уступаем.»

Цай’Эр потрясенно посмотрел на Лонг Хаочэня. Он был ярким проблеском cpatain надежды, так что этот индивидуальный чемпион соревнований должен скорее быть им.

Лонг Хаочен улыбнулся ей: «во время отбора охотников на демонов ты уступила в соревновании ради меня, чтобы я наконец-то причинил тебе боль. Теперь я возвращаю вам этот чемпионат. Более того, в моем сердце ты тот, кого я никогда не смогу победить.»

Кай’Эр одарил его теплым взглядом “ » Идиот, в моих глазах все это не имеет значения.»

«Но это очень важно для меня. Я не хочу, чтобы у тебя остались какие-то воспоминания о том, как тебя обидели. У нас будет еще много проблем, с которыми мы столкнемся, и я буду отдавать все свои силы, чтобы защитить вас.»

Никто не возражал против капитуляции Лонг Хаочэня и Ван Юаньюаня. Это было в рамках правил, и это было то, что могло произойти только в том случае, если три верхних места занимал один храм. Но на самом деле, даже самый сильный храм рыцарей никогда не достигал этого за последние пятьсот лет.

Выиграв эти два матча, Кайер заработал дополнительные двадцать очков и стал чемпионом, таким образом, принеся еще двадцать очков в дополнение к шестидесяти четырем общим очкам за седьмой раунд. Таким образом, еще девяносто шесть баллов были добавлены к яркому проблеску общего очка Хоуп. И вот теперь, когда этот первый этап завершился, яркий проблеск надежды имел поразительные триста пятьдесят два очка в общей сложности.

Таким образом, первая из четырех стадий Великого Собрания храмов, индивидуальная стадия, подошла к концу. Окончательным победителем стал отряд охотников на демонов Bright Glimmer of Hope.

В этот самый момент все энергетические установки шести великих храмов бессознательно поднялись, хлопая в ладоши для яркого проблеска надежды. Даже легендарные личности Чэнь Цзыцзянь и Ян Хаою делали это.

Первоначально таинственный отряд охотников на демонов стал конечными чемпионами. Возможно, удача была частью этого процесса, но они в основном полагались на свои собственные силы.

Вы только посмотрите на эту молодежь. Все они были моложе тридцати лет, а самому младшему из них было около двадцати пяти. Но такой отряд охотников на демонов уже стоял на пике развития человечества. От них постоянно исходила Надежда.

Сумерки.

После возвращения с торжеств, которые проходили в штаб-квартире Альянса, яркие проблески членов Хоуп вернулись, чтобы культивировать в своих собственных комнатах.

В конце концов, Великое собрание храмов только начиналось, и хотя они уже держали большое лидерство, у остальной части конкурентов также были свои доли возможностей.

Великое собрание в храмах шло очень быстро. На следующий день начался конкурс на самую высокую духовную энергию. Самыми высокими в этом аспекте были, несомненно, три избранных ими Бога: Лонг Хаочэнь, Цайэр и Чэнь Инь. Но они не имели большого преимущества в общей духовной энергии, в конце концов, их возраст был важным фактором, который нужно было учитывать.

Согласно правилам, каждый год возраста моложе ста лет должен был быть учтен для тысячи духовной энергии, а каждый год возраста выше этого должен был вычесть тысячу духовной энергии.

Все трое обладали общей духовной энергией свыше 200 000 человек, поскольку все они были владельцами домена. Таким образом, хотя их общая духовная энергия не очень выделялась в масштабах альянса, они все еще держали хорошую конкуренцию.

Когда остальные вернулись к своим комнатам, Линь Синь вошел в комнату самостоятельно, крадучись пробираясь в сторону храма магов.

Естественно, стражники храма магов узнали его, поскольку он был внуком главы вспомогательного подразделения, в дополнение к его первоначально высокому положению в храме, конечно же, никто не остановил его.

На самом верхнем этаже внутренних покоев храма магов Линь Синь остановилась перед одной из комнат и после некоторого колебания постучала в дверь.

«Войти.— Послышался из комнаты старческий голос линь Чэня.

Линь Синь распахнул дверь и вошел.

Кабинет линь Чэня был очень большим, занимая площадь около двухсот квадратных метров. Здесь стояли кожаные диваны для гостей, вдоль двух стен тянулись книжные шкафы, а сбоку-огромный старинный деревянный письменный стол. Линь Чэнь сидел за своим столом, держа в руках книгу о магии.

«Дедушка.— Линь Синь поклонился Линь Чэню, прежде чем присоединиться к нему.

Линь Чэнь закрыл книгу в своих руках, подняв голову, чтобы взглянуть на своего внука, » Ты не должен был приходить. Ваш яркий проблеск надежды, достигнув таких результатов, ваше возвращение в наш храм магов, скорее всего, вызовет жалобы. Твои товарищи были бы не в восторге от этого.»

Линь Синь усмехнулся “ » пусть жалуются, ну и что? Что же касается моих товарищей, то они меня не заподозрят. Я с честью навещаю своего дедушку. Ну и что с того?»

Линь Чэнь засмеялся: «ты сопляк, прекрати нести мне эту чушь. Ты все еще помнишь о своем дедушке? Скажи мне, зачем ты пришел ко мне?»

Ли Синь издал смешок, но не сразу заговорил, все еще испытывая некоторую нерешительность на лице.

— Ну и что? Вы не похожи на себя, если вам есть что сказать, скажите это.»

Услышав манеру речи своего деда, словно укрепляя его решимость, Линь Синь твердо заявил: «дедушка, Я хочу узнать проклятие святого Солнца от тебя.»

— Ну и что же?»Линь Чэнь был в большом шоке, резко встав, не осознавая, что его стул упал на землю.

Бросив пустой взгляд на своего внука, постаревшее лицо Линь Чэня, казалось, дернулось от волнения “ » ты… ты настоящий?»

Линь Синь энергично кивнул: «дедушка, Я хочу научиться у тебя проклятию Святого Солнца. Хотя это вызвало потерю отца и матери в то время, само заклинание не следует винить. И что еще более важно, мне нужна эта сила. Поскольку мои товарищи становятся все сильнее и сильнее, мне также нужно усилить свою собственную подготовку, чтобы я не отставал и мог следовать за ними в конфликте против демонов. Так что, Пожалуйста, передай мне проклятие святого Солнца. Я уверен, что буду продолжать эту секретную технику и исследовать ее как основу своей собственной области.

Линь-Чэнь посмотрел на Линь Синя, оставаясь молчаливым в течение нескольких секунд. В этот день Великого разочарования он совершенно не ожидал, что его внук действительно принесет ему такой приятный сюрприз.

Хотя Линь Чэнь уже преодолел девятый шаг, его сердце было словно мертвым из-за исчезновения Линь Синя. Эти пять коротких лет показались ему такими же долгими, как и десять лет назад.

Последнее безопасное возвращение линь Синя было подобно искре жизни, возвращающейся в него. У него больше не было никакой надежды, кроме как на то, что его внук вернется живым.

А на остальных больших собраниях храма Линь Синь преподнесла ему еще большие сюрпризы. В этот день, всего через несколько коротких лет, культивация Линь Синя фактически уже преодолела девятую ступень и уже не уступала его собственной. Сердце огня было действительно намного сильнее, чем раньше, и он фактически даже добрался до первой шестерки конкурентов. Такие достижения очень успокоили Линь Чэня: он может принимать участие как часть яркого проблеска надежды, но что с того?

В глазах Линь Чэня, Линь Синь уже шел по своему собственному пути. Его внук уже был настолько силен, что у него не было желания докучать Линь Синю, ведь проклятие святого Солнца было огромной ношей в сердце Линь Синя.

Для него теперь быть готовым учиться наступательной магии было уже огромным прогрессом.

В этот самый момент Линь Синь стоял перед ним, неожиданно спрашивая его об изучении проклятия Святого Солнца, чтобы унаследовать поколение усилий Линь Чэня. Как это могло его не взволновать? Нет, это уже было за пределами описания слова «возбуждение». Этот дедушка был просто на грани обморока от блаженства.

Линь Синь поддержал ошеломленное тело своего деда, издавая смешок: «Не волнуйся. Если с тобой случится что-то плохое, кто будет учить меня проклятию Святого Солнца? Просто смотрите, я обязательно сделаю ваше творение оружием массового поражения в будущем, чтобы напугать все демоническое безумие, поскольку темная эпоха придет к концу. Дедушка, пожалуйста, живи хорошо, пока этот день не наступит.»

Тело линь Чэня слегка дрожало, когда он последовательно кивнул: «Хорошо, хорошо. Я обязательно дождусь этого дня, конечно. Пойдем, я приведу тебя на экспериментальное поле, чтобы научить тебя проклятию Святого Солнца.»

Хотя уже наступила ночь, волнение Линь Чэня немного подействовало и на него, так как внука тоже вытащили наружу.

Линь Синь не участвовал в завтрашнем соревновании, так что он, естественно, не испытывал никаких угрызений совести, не ложась спать всю ночь. Дед и внук взволнованно вышли из комнаты и направились в комнату магического эксперимента.

Вскоре после того, как они ушли, рядом с кабинетом Линь Чэня открылась еще одна дверь. Ли Чжэнчжи вышел из дома, глядя в сторону их пути отхода, и появился в глубоком раздумье. Кто знает, о чем он думает?

Индивидуальное соревнование Великого Собрания храмов было закончено, но массы в Священном городе не были ни в малейшей степени расслаблены, но вместо этого еще более возбуждены.

Конкурс продолжался, и сегодня храм священника также был частью праздничных мероприятий. Общая оценка должна была измениться соответственно; после того, как Храм священника прошел свой первый раунд оценки духовной энергии, он принес им итоговую сумму в шестьдесят баллов, результат, близкий ко всем предыдущим сессиям.

Сегодня каждый храм будет посылать своих самых сильных трех человек для оценки духовной энергии.

Накануне вечером в центре поля был установлен огромный хрустальный столб, специально предназначенный для измерения духовной энергии.

Прямо сейчас все шесть великих храмов уже отправили троих своих людей, и яркий проблеск надежды не был исключением.

Из-за предшествующего индивидуального соперничества духовно-энергетические уровни были в некоторой степени поняты из взаимных встреч. Так что эта стадия духовной энергии не держала слишком много неизвестности.

Как чемпионы индивидуального соревнования, яркий проблеск команды Хоуп по охоте на демонов будет последним, кто появится. Это было одним из преимуществ, которые они получили.

Как и индивидуальное соревнование, духовно-энергетическое состязание не допускало использования какого-либо оборудования или форсирующих таблеток: каждый должен был полагаться на свою индивидуальную силу.

В общей сложности двадцать один человек уже образовали круг вокруг Хрустального столба. Как главный судья, Чэнь Цзыдянь стоял ближе всех к хрустальной колонне. Все должны были пройти его проверку в первую очередь, так что мошенничество было совершенно невозможно, пока дежурным был он.

Чэнь Цзыдянь указал главе храма воинов Цю Юнхао “ » основываясь на рейтинге первого раунда, измерение духовной энергии будет проходить в обратном порядке от рейтинга первого конкурса. Храм воина должен быть первым.»

Цю Юнхао кивнул и шагнул вперед, чтобы его измерили рядом с двумя силовыми установками храма воинов.

С точки зрения общей силы Храм воинов был самым слабым из шести храмов. Но у них было самое большое население среди шести великих храмов, в конце концов, стандарты для того, чтобы стать воином, были довольно низкими.

Цю Юнхао первым шагнул вперед, подняв правую руку и положив ее на хрустальную колонну. Тут же прозрачный кристалл сменил свой цвет на другой.

Красный цвет поднимался от основания Хрустального столба, медленно поднимаясь вверх, чтобы достичь высоты около тридцати трех метров, примерно на десятой части столба. Затем он стал оранжевым по цвету и продолжал подниматься вверх, чтобы набрать еще тридцать три метра и стал желтым.

Цвета внутри Хрустального столба начали замедляться, когда они поднимались, и взгляд Цю Юнхао стал чрезвычайно тяжелым, его лоб покрылся потом.

Из различия цветов красный соответствовал ста тысячам духовной энергии, оранжевый-еще ста тысячам духовной энергии. Тот факт, что он достиг желтой области, означал, что духовная энергия Цю Юнхао уже превысила 200 000. Его возраст уже перевалил за сотню лет, и в этом испытании он мог рассчитывать только на собственные силы.

Наконец, цвет внутри Хрустального столба перестал подниматься после того, как немного больше половины желтой области, а затем бар Цю Юнхао перестал подниматься.

Испустив легкий вздох, Цю Юнхао наконец расслабился, когда огромное золотое число поднялось, плавая на вершине Хрустального столба.

271,364.

Это была полная духовная энергия Цю Юнхао.

Следующими были две другие электростанции храма воинов. Их уровень культивации все еще был довольно далеко позади Цю Юнхао, и они еще не владели доменными электростанциями. Эти двое были примерно на двухсоттысячной отметке.

Наконец, с добавлением возрастных бонусов, храм воина достиг в общей сложности 694.160 очков.

Эти результаты были немного неутешительными.

После Храма воина пришел храм убийцы. Их положение было немного лучше, их общая духовная энергия достигла 783 200, что можно считать неплохим результатом.

Духовный храм, получивший в общей сложности пятьдесят восемь баллов, был немного ниже шестидесяти или около того из храма священников, что делало их третьей стороной, чтобы пойти.

Благодаря сильному проявлению их головы Чэнь Хунъюй, они имели итоговую общую духовную энергию, достигающую 832 241, намного выше двух предыдущих храмов.

Храм жрецов был действительно немного удачлив в своей первой стадии испытаний и не имел большого доминирования на этой второй стадии. В конце концов, их общая духовная энергия едва достигала более 800 000, но была совершенно ниже духовного храма.

До сих пор были установлены рейтинги четырех храмов. Теперь только храм магов, храм рыцарей и отряд охотников на демонов оставляли яркий проблеск надежды.

Все знали, что истинный шанс на победу уже наступил. Никто не был оптимистичен по поводу яркого проблеска надежды в рейтинге подсчета духовной энергии. Хотя у них было преимущество своего возраста, не было никакого способа, чтобы их общая сила составила 900 000 или больше, поэтому оставался только вопрос, кто из магического храма или храма рыцаря будет помещен выше другого.

В храме магов были ли Чжэнчжи, Мо во и тот маг с величайшей защитой, который контролировал область элементалей земли.

Маг тьмы, Мо Ву и маг Земли были близки к 300 000. Добавьте к этому, что им было меньше ста лет, и они получили некоторые бонусы, храм магов уже достиг почти 610 000 после того, как они оба прошли.

Ли Чжэнчжи был последним, кто отправился в путь. Внутри Хрустального столба возвышалось несколько цветов. Красный, оранжевый, желтый, зеленый, и он, наконец, вошел в синюю область. Хотя многие люди догадывались об уровне культивации ли Чжэнчжи, они все еще не могли не кричать в тревоге. Это означало, что его внутренняя духовная энергия была уже выше 400 000.

Наконец, колонна остановилась в синей зоне. Духовная энергия ли Чжэнчжи превышала 420 000, а вдобавок к этим двум десяткам других магов храм магов превзошел миллион, достигнув 1 007 423.

Может ли храм рыцаря превзойти храм мага? Храм рыцаря очень быстро дал им сильный ответ.

Три храма рыцарей не включали Божественного рыцаря, Лонг Тянью, но были под руководством Ян Хаою, с этим последним щитом храма рыцарей, и тот, кто вошел в первую шестерку.

Когда три рыцаря встали, лицо ли Чжэнчжи сразу же стало еще более неприглядным зрелищем.

Последним поднялся последний щит, его духовная энергия поднялась чуть выше 320 600.

Рыцарь, который добрался до первой шестерки, был вторым, его духовная энергия зафиксировалась за пределами 332 800.

Наконец настала очередь Ян Хаою. Он спокойно подошел к хрустальной колонне, подняв правую руку и слегка коснувшись ее.

Всплыла шокирующая сцена. Сразу же вспыхнули цвета столба: красный, оранжевый, желтый, зеленый, синий, а затем, наконец, он перешел в бирюзовую область.

Номер один в храмовом Союзе. Это было абсолютно не просто имя. Ян Хаою защищал честь рыцарского храма своей силой, его внутренняя духовная энергия достигала мимо 568 000, чтобы превысить 420 000 Ли Чжэнчжи с большим отрывом.

В конце концов, храм рыцарей превзошел общий балл храма магов на 120 000. После этого этапа рейтинги двух храмов должны были измениться.

Яркий проблеск надежды исчез последним. Чэнь Иньэр, чья внутренняя духовная энергия достигла 170 000, был первым, кто ушел.

Следующим был Кайер, чья внутренняя духовная энергия достигла 190 000.

В этот момент многие люди втайне вздыхали про себя. Этот отряд охотников на демонов с ярким проблеском надежды был, в конце концов, еще молод. Они действительно не могли установить никакого господства в этом духовном энергетическом соревновании.

Наконец настала очередь Лонг Хаочена. Он был единственным светлым пятном, в котором еще теплилась надежда, благодаря сердцу вечности. Его внутренняя духовная энергия прорвалась через 300 000, прежде чем закончиться выше 310 000.

Благодаря этим немногочисленным матчам и пониманиям, культивация Лонг-Хаохена в некоторой степени продвинулась вперед. Если бы не было подсчитано дополнительных девяноста тысяч сердца вечности, его внутренняя духовная энергия достигла бы примерно 220 тысяч.

В конечном итоге, результаты трех из них составили в общей сложности более 570 000.

На этот раз в центре внимания оказалось превосходство возрастного бонуса. Лонг Хаочэнь было двадцать пять лет, Цай-двадцать четыре, а Чэнь Ин-двадцать восемь. Это добавило более 233 000 к их общей духовной энергии. Это дало им окончательную сумму свыше 800 000 долларов.

Как ни странно, возможно, из-за родства с богом удачи, хотя их общая духовная энергия была ниже духовного храма, она все же превосходила храм священника, и всего на тринадцать пунктов не меньше.

Наконец, храм рыцарей был бесспорным номером один в состязании высшей духовной энергии, за которым следовали храм магов, духовный храм, яркий проблеск надежды, храм жрецов, храм убийц и Храм воинов.

После того, как этот этап завершился, произошла вариация рейтинга. Согласно правилам, число один набирало двести очков, число два-сто пятьдесят, число три-сто двадцать, число четыре-девяносто, число пять-шестьдесят, а у последнего не было ни одного.

Из-за добавления яркого проблеска надежды шесть сторон стали семью, и таким образом число шесть получит тридцать очков, а последний-ни одного.

Итак, рейтинг был следующим: яркий проблеск надежды 442, храм рыцаря 280, храм мага 255, духовный храм 178, храм жреца 120, храм убийцы 64.

Хотя яркий проблеск надежды был только четвертым номером этого этапа, из-за их подавляющего преимущества от первого этапа, у них все еще было большое лидерство. Пока храм рыцаря догонял храм мага,храм воина оставался самым несчастным.

Хотя предыдущие два раунда соревнований были довольно безумными, истинный рейтинг будет определен только на завтрашней встрече. Это потому, что третий раунд конкурса, доменный конкурс, был самым ценным с точки зрения очков. Исходя из правил, номер один заработал бы более пятисот очков. И более того, теперь, когда это не было шестисторонним соревнованием из-за добавления к седьмой партии яркого проблеска надежды, эти цифры, вполне возможно, в конечном итоге будут в какой-то степени выше.

Эти матчи очень вероятно будут включать в себя некоторые повороты событий, в конце концов, группа Long Haochen имела только приблизительно 150% преимущество по сравнению с храмом рыцаря

Поэтому в конце сегодняшнего соревнования Лонг Хаохен поспешно привел своих товарищей обратно в штаб альянса.

— Линь Синь еще не вернулась?— Спросил Лонг Хаочэнь у Сима Сианя.

Сима Сиань покачал головой: «еще нет. Вчера вечером он сказал мне, что будет искать своего дедушку, чтобы тот изучал магию, и с тех пор не давал никаких новостей.»

Лонг Хаочэнь слегка кивнул, смутно догадываясь, что линь Синь хочет изучить. Поскольку он не был нужен на втором и третьем этапах, отсутствие Линь Синя не оказало никакого влияния на поток соревнований.

— Капитан,позвольте мне подняться завтра.— Решительно предложил Ван Юаньюань.

Чэнь Инь сразу же спросил с тревогой: «Юаньюань, ты же не собираешься драться из-за этого со мной?! Эта третья стадия позволяет использовать оборудование, поэтому с моим духовным Святым одеянием я определенно не понесу потери.»

В третьем доменном конкурсе каждая сторона должна была послать трех человек, каждый из которых должен был быть доменом, владеющим электростанциями. У яркого проблеска надежды было четыре из них, среди которых Лонг Хаочен и Кай’Эр, несомненно, будут посланы. Таким образом, третье место, естественно, должно было быть выбрано среди Ван Юаньюань и Чэнь Инь.

Победа с большим отрывом (I)

Из-за предшествующего индивидуального соперничества духовно-энергетические уровни были в некоторой степени поняты из взаимных встреч. Так что эта духовная энергия не держала слишком много неизвестности.

Как чемпионы индивидуального соревнования, яркий проблеск команды Хоуп по охоте на демонов будет последним, кто появится. Это было одним из преимуществ, которые они получили.

Как и индивидуальное соревнование, духовно-энергетическое состязание не допускало использования какого-либо оборудования или форсирующей таблетки: каждый должен был полагаться на свою индивидуальную силу.

В общей сложности двадцать один человек уже образовали круг вокруг Хрустального столба. Как главный судья, Чэнь Цзыдянь стоял ближе всех к хрустальной колонне. Все должны были пройти его проверку в первую очередь, так что мошенничество было совершенно невозможно до тех пор, пока один из вахтенных будет им.

Чэнь Цзыдянь указал главе храма воинов Цю Юнхао “ » основываясь на рейтинге первого раунда, измерение духовной энергии будет происходить в обратном порядке от рейтинга первого конкурса. Храм воина должен быть первым.»

Цю Юнхао кивнул и шагнул вперед, чтобы его измерили рядом с двумя силовыми установками храма воинов.

С точки зрения глобальной силы Храм воинов был самым слабым из шести храмов. Но у них было самое большое население среди шести великих храмов, в конце концов, стандарты для того, чтобы стать воином, были довольно низкими.

Цю Юнхао первым шагнул вперед, подняв правую руку и положив ее на хрустальную колонну. Тут же прозрачный кристалл сменил свой цвет на другой.

Красный цвет поднимался от основания Хрустального столба, медленно поднимаясь вверх, чтобы достичь высоты около тридцати трех метров, примерно на десятой части столба. Затем он стал оранжевым по цвету, и продолжал подниматься вверх, чтобы набрать еще тридцать три метра и стал желтым.

Цвета внутри Хрустального столба начали замедляться в своем восхождении, когда взгляд Цю Юнхао стал чрезвычайно тяжелым, его лоб покрылся потом.

Из различия цветов красный соответствовал ста тысячам духовной энергии, оранжевый-еще ста тысячам духовной энергии. Тот факт, что он достиг желтой области, означал, что духовная энергия Цю Юнхао уже превысила 200 000. Его возраст уже перевалил за сотню лет, и в этом испытании он мог рассчитывать только на собственные силы.

Наконец, цвет внутри Хрустального столба перестал подниматься после того, как немного больше половины желтой области, а затем бар Цю Юнхао перестал подниматься.

Испустив легкий вздох, Цю Юнхао наконец расслабился, когда огромное золотое число поднялось, плавая на вершине Хрустального столба.

271,364.

Это была полная духовная энергия Цю Юнхао.

Следующими были две другие электростанции храма воинов. Их уровни культивации все еще были довольно большим отставанием от Цю Юнхао, и они еще не владели доменными электростанциями. Вдвоем их было около двухсот тысяч.

Наконец, с добавлением возрастных бонусов, храм воина достиг в общей сложности 694.160 очков.

Эти результаты были немного неутешительными.

После Храма воина пришел храм убийцы. Их положение было немного лучше, их общая духовная энергия достигла 783 200, что было просто правильно.

Духовный храм, получивший в общей сложности пятьдесят восемь баллов, был немного ниже шестидесяти или около того из храма священников, что делало их третьей стороной, чтобы пойти.

Благодаря сильному проявлению их головы Чэнь Хунъюй, они имели итоговую общую духовную энергию, достигающую 832 241, намного выше двух предыдущих храмов.

The Priest Temple was truly a bit lucky on their first round equivalent tests, and did not hold much of a dominance in this second stage. В конце концов, их общая духовная энергия едва достигала 800 000 С, но была совершенно ниже духовного храма.

До сих пор были установлены рейтинги четырех храмов. Теперь только храм магов, храм рыцарей и отряд охотников на демонов оставляли яркий проблеск надежды.

Все знали, что истинный шанс на победу уже наступил. Никто не был оптимистичен по поводу яркого проблеска надежды в рейтинге подсчета духовной энергии. Хотя у них было преимущество своего возраста, не было никакого способа, чтобы их общая сила составила 900 000 или больше, поэтому оставался только вопрос, кто из магического храма или храма рыцаря будет помещен выше другого.

В храме магов были ли Чжэнчжи, Мо во, И этот маг обладал величайшей защитой и контролировал область элементалей земли.

Темный маг Мо Ву и земной маг были близки к 300 000. Добавляя к этому, что они были моложе ста лет и получили некоторые бонусы, храм магов уже достиг почти 610 000 после того, как они оба прошли.

Ли Чжэнчжи был последним, кто отправился в путь. Внутри Хрустального столба возвышалось несколько цветов. Красный, оранжевый, желтый, зеленый, чтобы, наконец, войти в синюю область. Хотя многие люди догадывались об уровне культивации ли Чжэнчжи, они все еще могли помочь, но кричали в тревоге. Это означало, что его внутренняя духовная энергия была уже выше 400 000.

Наконец колонна остановилась в зеленой зоне. Духовная энергия ли Чжэнчжи превышала 420 000, а вдобавок к этим двум десяткам других магов храм магов превзошел миллион, достигнув 1 007 423.

Может ли храм рыцаря превзойти храм мага? Храм рыцаря очень быстро дал им сильный ответ.

Три рыцарских храма не включали Божественных рыцарей Лонг Тянью, но были под руководством Ян Хаою, плюс тот последний щит рыцарского храма, и тот, кто попал в первую шестерку.

Когда три рыцаря встали, лицо ли Чжэнчжи сразу же стало еще более неприглядным зрелищем.

Последний щит был первым, кто поднялся, его духовная энергия была зафиксирована на 320,600 сек.

Рыцарь, который добрался до первой шестерки, был вторым, его духовная энергия была зафиксирована на 332 800 сек.

Наконец настала очередь Ян Хаою. он спокойно подошел к хрустальной колонне, подняв правую руку и слегка коснувшись ее.

Всплыла шокирующая сцена. Все цвета столба сразу же вспыхнули: красный, оранжевый, желтый, зеленый, синий, чтобы, наконец, войти в бирюзовую область.

Номер один в храмовом Союзе. Это было абсолютно не просто имя. Ян Хаою защищал честь рыцарского храма своей силой, его внутренняя духовная энергия достигла 568 000 С, чтобы намного превысить 420 000 Ли Чжэнчжи.

В конце концов, храм рыцарей превзошел общий балл храма магов на 120 000. После этого этапа рейтинги двух храмов должны были измениться.

Яркий проблеск надежды исчез последним. Чэнь Иньэр, чья внутренняя духовная энергия достигла 170 000, был первым, кто ушел.

Следующим был Кайер, чья внутренняя духовная энергия достигла 190 000.

В этот момент многие люди втайне вздыхали про себя. Этот отряд охотников на демонов ярким проблеском надежды был все-таки еще молод. Они действительно не могли установить никакого господства в этом духовном энергетическом соревновании.

Наконец настала очередь Лонг Хаочена. Он был единственным светлым пятном, в котором еще теплилась надежда, благодаря сердцу вечности. Его внутренняя духовная энергия прорвалась через 300 000, прежде чем остановиться на 310 000 сек.

Благодаря этим немногочисленным матчам и пониманиям, культивация Лонг-Хаохена в некоторой степени продвинулась вперед. Если бы не было учтено дополнительных девяноста тысяч сердца вечности, его внутренняя духовная энергия достигла бы примерно 220 тысяч.

И наконец, результаты этих трех исследований составили в общей сложности более 570 000 человек.

На этот раз в центре внимания оказалось превосходство возрастного бонуса. Лонг Хаочэнь было двадцать пять лет, Цай-двадцать четыре, а Чэнь Ин-двадцать восемь. Это добавило более 233 000 к их общей духовной энергии. Это дало им окончательную сумму свыше 800 000 долларов.

Самое смешное было то, что, возможно из-за родства с богом удачи, хотя их общая духовная энергия была ниже духовного храма, она все еще превосходила храм священника, и всего на тринадцать пунктов больше.

Наконец, храм рыцарей был неоспоримым номером один в состязании высшей духовной энергии, за которым следовали храм магов, духовный храм, яркий проблеск надежды, храм жрецов, храм убийц и Храм воинов.

После того, как этот этап завершился, произошла вариация рейтинга. Согласно правилам, число один набирало двести очков, число два-сто пятьдесят, число три-сто двадцать, число четыре-девяносто, число пять-шестьдесят, а у последнего не было ни одного.

Из-за добавления яркого проблеска надежды шесть сторон стали семью, и таким образом число шесть получит тридцать очков, а последний-ни одного.

Таким образом, рейтинг был следующим: Bright Glimmer of Hope 442, Knight Temple 280, Mage Temple 255, Spiritual Temple 178, Priest Temple 120, Assassin Temple 64.

Хотя яркий проблеск надежды был только четвертым на этом этапе, из-за их подавляющего преимущества на первом этапе, они все еще имели большое преимущество. Пока храм рыцаря догонял храм мага,храм воина оставался самым несчастным.

Хотя предыдущие два раунда соревнований были довольно безумными, истинный рейтинг будет определен только на завтрашней встрече. Это потому, что третий раунд конкурса, доменный конкурс, был самым ценным с точки зрения очков. Исходя из правил, номер один заработал бы более пятисот очков. И более того, теперь, когда это было не шестистороннее соревнование с добавлением к седьмой партии яркого проблеска надежды, эти цифры, вполне возможно, будут округлены до некоторой степени выше.

Этот матч очень вероятно будет включать в себя некоторые повороты событий, в конце концов, группа Long Haochen имела только приблизительно 150% преимущество по сравнению с храмом рыцаря

Так что в конце сегодняшнего соревнования Лонг Хаохен поспешно привел своих товарищей обратно в штаб альянса.

— Линь Синь еще не вернулась?»Лонг Хаочэнь спросил Сима Сиань

Сима Сиань покачал головой: «еще нет. Вчера вечером он сказал мне, что будет искать своего дедушку, чтобы тот изучал магию, и с тех пор не давал никаких новостей.»

Лонг Хаочэнь слегка кивнул, смутно догадываясь, что линь Синь хочет изучить. А поскольку на втором и третьем этапах в нем не было необходимости, отсутствие Линь Синя никак не повлияло на ход соревнований.

— Капитан,позвольте мне подняться завтра.— Решительно предложил Ван Юаньюань.

— Юаньюань, ты же не собираешься драться из-за этого со мной! — тут же воскликнул Чэнь Инь.? Эта третья стадия позволяет использовать оборудование, поэтому с моим духовным Святым одеянием я определенно не понесу потери.»

В третьем доменном конкурсе каждая сторона должна была послать трех человек, каждый из которых должен был быть доменом, владеющим электростанциями. У яркого проблеска надежды было четыре из них, среди которых Лонг Хаочен и Кай’Эр, несомненно, будут посланы. Так что третье место, естественно, должно было быть выбрано среди Ван Юаньюань и Чэнь Инь.

Эти две девушки обычно очень хорошо ладили, но сейчас они не могли не поссориться.

Лонг Хаочен рассмеялся и заметил: «Не спорь. Позвольте мне сделать анализ, таким образом, вы оба должны договориться о том, кого мы должны отправить.»

«Первый и второй этапы соревнований были как для оценки индивидуальной силы. И это только одна чистая сила, без учета какого-либо оборудования. Это была чистая оценка силы Великого Собрания храмов. Более поздние этапы предназначены для оценки силы в целом. Таким образом, оборудование разрешено на последних двух этапах, что, таким образом, отражает уровень ресурсов шести великих храмов. Самыми большими претендентами по-прежнему являются храм магов и Храм рыцарей. В третьей доменной битве у нас есть только одна цель, и это-стать окончательными чемпионами.»

— А?»Из-за заявления Лонга Хаочэна у всех были странные чувства, потому что они на самом деле не были так уверены в своей собственной силе. Владение проистекает из чьей-то силы, так что даже если бы у них было несколько божественных инструментов в их распоряжении, какая уверенность могла бы быть у них перед лицом бесчисленных лет накопленных ресурсов шести великих храмов?

Лонг Хаочен продолжил: «заключительный этап-командный турнир. Хотя мы в основном довольно хорошо с точки зрения оборудования,это не относится ко всем. В частности, оборудование Wenzhao, Duan Yi и брата Чжана довольно отсутствует. Поэтому мы должны полагаться на синергию между всеми нашими призваниями в командной битве, хотя у меня нет абсолютной уверенности в том, что мы сможем добиться победы. Но, доменная битва является наиболее щедро вознагражденной. Мы не должны отказываться от этой идеи. ”

«Доменная битва-это чистое соревнование доменов, а также показ соответствующих доменов. Первое требование заключается в том, что конфликтующие области не должны сталкиваться друг с другом, а должны дополнять друг друга. Относительно говоря, мой светлый атрибут и область очищения Cai’ER довольно синергичны. Но домен крови Юаньюаня и домен очищения Цайера в некоторой степени конфликтуют. Хотя домен Бога-зверя Ying’ER не может производить синергетические комбинации с нашими, по крайней мере, он не будет конфликтовать. Вдобавок к тому, что Святая духовная мантия подталкивает, она наиболее подходит, чтобы присоединиться к нам в битве.»

После долгих объяснений Хаочэня, Ван Юаньюань был немедленно разочарован, в то время как Чэнь Инь улыбнулся ей.

— Босс, раз завтрашняя Битва за домен так важна, разве мы не должны готовиться к ней?»

Лонг Хаочен покачал головой: «в этом нет необходимости.

«Не волнуйся, я действительно уверен. Что касается того, откуда эта уверенность проистекает, позвольте мне пока сохранить неизвестность. Вы придете к пониманию завтра. Дойдя до этой точки, он показал загадочную улыбку.

Не то чтобы он не хотел раскрывать ее, но если бы эта тайна просочилась, то в выражении лиц его товарищей наверняка появились бы какие-то изменения. Хотя этот метод нельзя было назвать мошенничеством, лучше всего было не позволять ему быть известным слишком многим.

На следующее утро, когда они отправились на большой стадион альянса, Линь Синь все еще не вернулась.

Лонг Хаочен не посылал за ним никого другого. Хотя Линь Синь обладал эмоциональным складом характера, он все еще был надежен. Он верил, что завтра обязательно вернется на командные соревнования.

После нескольких дней репараций все магические проекторы на большом стадионе альянса вернулись в свое лучшее состояние.

Расстояние между штаб-квартирой Альянса и большим стадионом Альянса было близким. Пройдя через проход во вход для воинов, энергетические установки шести великих храмов и яркий проблеск надежды направились к стадиону.

Пространство за стенами уже давно было заполнено людьми. При виде группы Лонг Хаочена они сразу же разразились радостными возгласами.

— Яркий проблеск надежды, яркий проблеск надежды!»

Народные массы не пребывали в хаосе: хотя их было много, их крики были однообразны, и фанатичные взгляды на их лицах и их приветствия были более восторженными, чем любые конкурирующие электростанции.

В эти дни храм рыцарей намеренно распространял весть о свершениях отряда охотников на демонов ярким проблеском надежды на весь Святой город, а также на каждый город и деревню в храмовом Союзе.

Их записи об убийстве богов демонов, их вмешательстве в Священную Войну, и что еще более важно, что они были первым отрядом по охоте на Демонов, который уничтожил столпы Бога демона. Два столба Бога демона уже были разрушены, разбиты в их руках.

Даже люди, которые были наименее информированы о демонах, знали, что семьдесят два столпа Бога демона были их корнем. Темная эра продолжалась уже более шести тысяч лет, и все это время колонна Бога-демона никогда не разрушалась. Что означала новость о том, что яркий проблеск надежды уничтожил двоих из них? Это означало надежду!

Чувствуя восторженные возгласы масс, каждый член общества, представлявший собой яркий проблеск надежды, был полон энтузиазма. Ради альянса, ради того, чтобы вывести все человечество из тьмы, они должны мужественно сражаться и сделать себя еще более могущественными.

Войдя на большой стадион альянса, Лонг Хаочэнь кивнул остальным, прежде чем идти рядом с Цай’Ер и Чэнь Ин’Ер.

Они приехали довольно рано. Внутри поля присутствовали только те, кто был из духовного храма и Храма священников. Другие храмы еще не прибыли.

Духовный храм и руководители команды священника храма были Чэнь Хунъю и старейшина Лин. Прежде чем поздороваться с ними, Лонг Хаочен кивнул им обоим.

Старейшина Лин улыбнулся в ответ, и Чэнь Хуню фыркнул. Он все еще был явно недоволен поражением от Лонг Хаочена.

Чэнь Хунъюй с несчастным видом заметил: «дедушка, почему ты фыркаешь, не говори мне, что ты не можешь вынести потери в этом возрасте?»

Чэнь Хонъюй пристально посмотрел на нее: «действительно, взрослая девушка. Ты, девочка, не вносишь вклад в наш духовный храм-это одно, но теперь ты помогаешь посторонним избивать твоего дедушку?»

Чэнь Инь’Ер выдал улыбку, прежде чем побежать к Чэнь Хунюю и кокетливо схватил его за руку, а также немного потянул за бороду. Из-за этого Чэнь Хунюй не знал, смеяться ему или плакать, его лицо смягчилось, когда он произнес несколько предложений в уши Чэнь Инь’Ер.

Чэнь Инь с гордостью заметил: «я знал это, у тебя острый рот, но мягкое сердце. У вас явно есть благие намерения, но вы не выражаете их должным образом. Я знала, что дедушка относится ко мне лучше всех.»

Чэнь Хунъюй строго сказал: «Это не значит быть добрым к тебе, но думать о будущем нашего духовного храма. Ты, девочка, такая же, как и раньше. Ты уже взрослая, так что помни о своих обязанностях.»

«Утвердительный ответ.— Чэнь Инь’Ер выпрямилась и сделала свое приветствие. Но когда она повернулась, чтобы бежать обратно к длинному Хаохену, ее смеющееся игривое лицо выдало ее истинные мысли. Во всяком случае, с самого детства и до сих пор она никогда по-настоящему не боялась Чэнь Хунюя.

Чэнь Хунъюй беспомощно покачал головой. Несмотря ни на что, решение, которое уже было принято, больше не может быть изменено. Судя по всему, эта моя дорогая внучка никогда не получит ни малейшего проблеска надежды.

Вскоре там же были и конкуренты из других храмов. Участвующие особи немного отличались от вчерашних, но разница была не очень большой, и рельеф местности тоже не сильно изменился.

Того длинного Хрустального столба со вчерашнего дня там больше не было, его заменил огромный хрустальный шар.

Этот хрустальный шар был пятиметровой длины в диаметре. Расположенный в центре поля, он казался колоссальным. На его пьедестале, казалось, стояли скульптуры из драгоценных камней. Сам хрустальный шар был светло-голубым и испускал изнутри слабые волны духовной энергии.

Лонг Хаочен был заранее проинформирован своим дедом, что этот хрустальный шар назывался Святой Бусинкой, божественным инструментом за пределами божественных инструментов. Сделанная из особого кристалла, она могла нести в себе огромный приток духовной энергии. После ремоделирования магическими образованиями его внутренности стали чрезвычайно устойчивыми,раскрывая способность к усвоению стихий.

Проще говоря, эта святая бусина была божественным инструментом, воплощающим элементарный облитерирующий ореол. Он обладал способностью, подобной Элементальному уничтожающему ореолу, выпущенному на его поверхность, и даже Бог-Демон император не смог бы пробиться через него. Но его огромная толерантность к духовной энергии вызывала довольно слабое физическое сопротивление.

Святая бусина имела практическое применение: при достаточном контроле ее можно было использовать в битве за способность проглатывать запрещенные заклинания. На протяжении всей истории ее контролировали главы Всесоюзного собрания, но из-за внутренней борьбы между шестью великими храмами, хотя святая бура и имела важное значение, из-за своей символической ценности она не была допущена к участию в священной войне. Он мог служить лишь последним средством защиты Священного города.

Ментальная сила Лонг Хаочена была подавляющей, когда он стоял рядом со Святой Бусинкой, он молча чувствовал изменения в ней. Очень быстро на его лице появилось выражение шока. Это потому, что он не мог почувствовать никакого излучения духовной энергии из бусины. Но когда его чувства уступят место чувствам других людей, он будет поглощен этой святой Бусинкой. Иными словами, он мог поглощать не только духовную энергию, но и умственную силу.

Когда богатая и мощная ментальная сила Лонг Хаочэня проникла внутрь, с чувством входа в обширное видение.都有种进入浩瀚无垠大海般的感觉。

При правильном использовании эта святая бусина была обязана быть исключительно эффективной против неожиданных врагов. Например, когда Лонг Хаочен был пойман Богом-демоном глубокого видения «Deep Vision Godly Pool», эта святая бусина могла отменить его и даже нанести серьезный урон Богу-демону глубокого видения.

Пока Лонг Хаочэнь размышлял над Святой Бусинкой, главный судья Чэнь Цзыдянь пробрался к нему. Взглянув на двадцать один человек вокруг Святого Бора, он кивнул: «вы все готовы?»

Лонг Хаочен пришел в себя и ответил вместе с остальными: «готов.»

Чэнь Цзыдянь заявил: «тогда начинайте.»Его правая рука легонько похлопала по Святой Бусинке, и в нее влилась мягкая светлая эссенция, мгновенно превратив ее в светло-золотистый цвет, медленно поднимающийся из ее основания.

Лонг Хаочен тогда понял, что пьедестал был на самом деле не для усиления Святой бусины, а для ее ограничения. Когда Святая бусина взошла, из нее поднялась ужасающая всепоглощающая сила.

Лонг Хаочен наконец-то понял прямо сейчас, почему Святая бусина была использована в битве за домен. Это потому, что если бы человек не использовал домен, духовная энергия в его теле была бы поглощена этой святой Бусинкой.

Это был первый раз, когда он столкнулся с такой ситуацией. Судя по внешнему виду, Святая бусина была действительно еще более страшной, чем любой другой божественный инструмент, с которым он когда-либо сталкивался.

Тиранические волны духовной энергии циркулировали в воздухе, пока Хаочэнь шагал вперед, образуя треугольник с Цай’Ер, Чэнь-Инем и самим собой. Тем временем из его тела исходил капающий блеск, окутывая их всех троих. Протянув перед собой обе руки, золотой свет владений светлого бога немедленно пролился в Святую бусину.

Тогда возник таинственный феномен. Когда его владения соприкоснулись со Святой Бусинкой, поглощающая сила на ней немедленно значительно ослабла. Затем Святая бусина была превращена в золотой цвет.

Энергетические установки шести великих храмов вливали свои собственные владения в Святую бусину, и немедленно, под напором могущественных владений, она испускала яркий цвет, ярко освещалась.

Однако долгое время Хаочэнь очень быстро испытывал чувство давления. Это давление исходило от Святой бусины, которая высвобождала мощную поглощающую силу. Единственным преимуществом было то, что в то время как его доменная сила была влита в Святую бусину, ментальная сила Лонг Хаочена прошла через нее. Таким образом, у него был выход, другими словами, если он больше не сможет выносить эту поглощающую силу, он мог в любое время контролировать свои собственные владения, чтобы оторваться от Святой бусины. Но это означало бы его исключение из доменной битвы. Лонг Тяньин однажды сказал ему, что в случае, если его домен отделится, он будет страдать от силы удара других доменов в пределах Святой бусины и непосредственно покинет область Святой бусины, остановившись от возвращения.

Давление, которое Святая бусина оказывала на Лонг Хаочен, было не таким уж замечательным. Его владения Бога Света достигли чрезвычайно высокого уровня и обладали очень мощным автоматическим управлением. Поэтому, хотя давление Святой бусины присутствовало, оно лишь вызывало расходование его духовной энергии и не более того. Еще большее давление оказывалось на другие энергетические центры шести великих храмов.

Внутри Святой бусины было огромное хаотическое пространство. После того, как Домены вошли внутрь, они могли только управляться, чтобы эвакуироваться или остаться, и не могли атаковать или защищать, находясь внутри. Итак, двадцать один домен находился в самом разгаре борьбы друг с другом внутри бусы.

В это время координация была явно очень важна. Три домена с каждой стороны должны были войти вместе без различия,и когда они пробирались внутрь, оставались Соединенными. В то время как внутри, эта связь останется на всю продолжительность.

Цай’Эр и Чэнь Ин’Эр управляли своими собственными владениями. Царство очищения цай’эра почти мгновенно смешалось с владениями Бога Света Лонг Хаочэня, а Царство Бога зверей Чэнь Инь’эра окружило их владения. Великая сила духовного Святого халата проявилась без всяких сомнений.

Прямо сейчас домен, возникший из единства трех внутри Святой бусины, выглядел как монстр, наполненный изнутри святой и очищающей силой, и мириады зверей, окружающих их снаружи. Независимо от того, какие другие владения храма будут атаковать, они немедленно будут отбиты и выдержат довольно сильный шок.

Не забывайте, что прямо сейчас группа Лонг Хаочена имела полный доступ к своему оборудованию. Цайер естественно использовала Серп Бога Смерти, и ее область разрушительной силы очищения получила в несколько раз больший энергетический импульс. Святая духовная мантия Чэнь Ин’Эр давала ей почти безграничную духовную энергию. В бою выносливость, даже длинный Haochen и его сердце вечности не будет соперником против нее!

Что же касается Лонга Хаочена, то он был полностью экипирован, на нем была золотая броня основания, а сзади-Божественный Единорог. Если бы не его чрезмерно тираническая власть, то из страха, что это повлияет на слияние их трех владений, он бы даже вызвал Хаоюэ.

Самый большой толчок Лонг хаочен получил не от Божественного единорога или доспехов Золотого основания, а от Божественного улиткового щита Солнца и Луны в его правой руке.

Мягкое разноцветное сияние исходило от Божественного улиткового щита Солнца и Луны, усиливая все аспекты его владений Бога Света. Святая духовная энергия Божественного щита улитки была так же чиста, как и у Лонга Хаочена, и, кроме того, она обладала чрезвычайной защитной силой. Под его стимулирующими эффектами доменное слияние группы Лонг-Хаочена из трех стало несравненно стабильным. Три божественных орудия для трех человек были чрезвычайно редкой демонстрацией, даже для шести великих храмов.

Самым важным в доменной битве было не нападение, а защита. Священная бусина была пространством хаоса, никто не мог контролировать атаки. Все, что они могли бы сделать, — это максимально укрепить свою оборону, возможно, продержаться как можно дольше внутри Святой бусины, получив тем самым еще более высокий рейтинг.

С разрешенным оборудованием козырные карты шести великих храмов стали видны всем.

Участие рыцаря храма в этой битве было впечатляюще возглавлено Лонг Тяньин, с Ян Хаою на его стороне, а также Верховным рыцарем щита. Божественный трон Лонг Тяньин был божественным инструментом очевидно, Ян Хаою имел свою помощь мифологического зверя звездного неба, которая также достигла уровня божественного инструмента. Верховный рыцарь щита также держал в руке огромный щит, три метра длиной и два метра шириной, ужасный щит пагоды, испускающий темно-золотой блеск.

Многоцветное сияние мерцало в центре этого темного золота.

Божественный инструмент ранжированный щит!

Это был первый раз, когда Лонг Хаочен увидел другой божественный инструмент, ранжированный щит, чем его собственный Божественный Улитковый щит. Итак, все три рыцаря имели свой собственный божественный инструмент в этой доменной битве, и более того, Божественный трон, будучи таким известным объектом в Союзе храма, был не только божественным инструментом, но и специальным набором.

Сейчас самым властным владением в Святой бусине были владения этих трех рыцарей. Их общая духовная энергия составляла более миллиона, у них было три божественных инструмента и самый сильный Ян Хаою в их рядах.

Добавление этих элементов поставило трех рыцарей в непобедимое положение. По сравнению с объединением их доменов, «Домены» других сторон явно не соответствовали друг другу.

Только второй после Храма рыцарей был храм магов. Три Мага размахивали посохом в каждой из своих рук, с зеленым посохом ли Чжэнчжи, выпускающим разноцветный блеск, а также знак божественного инструмента. Между тем то же самое относилось и к его зеленой магической мантии, которая означала, что у него было по меньшей мере два божественных инструмента только на его лице.

Но у двух его помощников не было никакого божественного инструмента; оба были одеты в наборы оборудования эпического уровня, которые все еще обеспечивали довольно хороший импульс.

У трех магов и рыцарей была разная сила. После того, как их владения вошли в Святую бусину, они не имели никакого преимущества, но продолжали петь от начала до конца.

Благодаря значительному уровню ментальной силы Лонг Хаочена, контролируя владения своей стороны, он также исследовал изменения в других объединенных доменах, обнаружив, что по мере того, как Три Мага продолжали петь, владения стороны храма магов быстро интегрировались, становясь все более и более целостными и показывая следы подъема на более высокий уровень.

Какой великий храм магов! Они использовали возможности магии, чтобы превратить свои три области в область своего рода хаотической магии! Неудивительно, что ли Чжэнчжи был таким бесстрашным, они действительно сделали свои приготовления раньше времени.

Все остальные храмы имели свои собственные черты, но были несколько недостающими по сравнению с храмом магов и храмом рыцарей.

Самым несчастным был Храм воинов. Судя по всему, у храма воинов все еще был хороший фундамент. Под руководством Цю Юнхао эти три участвующих воина не имели даже одного предмета эпического снаряжения уровня, все были одеты в легендарное снаряжение уровня. Это было явно прискорбно, так как, по сути, они были представителями силы храма воинов!

Таким образом, сторона храма воинов была явно самой слабой из семи доменных союзов. Но из-за остроты владения меча намерения Цю Юнхао, они все еще могли сохраниться в течение некоторого времени.

Лонг Хаочен нисколько не волновался, спокойно улыбаясь и осуществляя контроль над освобожденной территорией владений своей стороны. Поскольку область Бога-зверя Чэнь Инь была самой внешней, ее духовное потребление энергии было намного выше, чем у Лонг Хаочен и Цайэр, но благодаря подавляющему духовному одеянию святого это не было проблемой на данный момент.

В то же время, имея защиту Чэнь Инь’Ер, Лонг Хаочэнь и Цай’Ер потребляли духовную энергию как можно меньше.

Чэнь Хунюй и его два товарища чувствовали себя беспомощными, когда они разворачивали свои собственные владения, иногда глядя на Чэнь Инь’Ер с большой болью. Если бы эта девушка, одетая в мантию духовного Святого, была на их стороне, Чэнь Хунюй чувствовал бы себя абсолютно уверенным в том, что сможет противостоять храму рыцарей и храму магов.

Его мифологический звериный домен мог легко слиться с владениями двух других великих Призывателей в одном. Если бы к этому лоту были добавлены владения Бога-зверя Чэнь Иня и Святая духовная мантия, он мог бы даже использовать мифологический звериный массив внутри Святой бусины, соответствующий храму рыцаря и храму мага.

Время шло, козыри различных храмов были выпущены, и уже прошел час в мгновение ока. Они все боролись по-своему, но на поверхности, ни одна сторона не была близка к тому, чтобы быть неспособной больше терпеть.

Чэнь Цзыдянь спокойно стоял, наблюдая за состязанием владений. Эта святая бусина была поистине чудесной: даже такой сильный человек, как он, не осмелился бы даже попытаться влить в нее свои собственные владения, особенно с двадцатью одним доменом, находящимся в настоящее время внутри. Тем не менее, его мощная умственная сила позволила ему исследовать конфликт между семью сторонами внутри.

Прошел еще час, и полдень стал приближаться. На этот раз некоторые изменения в ситуации были заметны.

Самая неполноценная сторона всегда будет самой заметной, и этот раз не был исключением. Прямо сейчас, все три электростанции из храма воинов были покрыты потом. Их доменные союзы внутри Святой бусины яростно тряслись при каждом столкновении. Ясно, что они не смогут долго идти в ногу.

Никто не осмеливался форсировать события в этой доменной битве. Причина была проста: если произойдет какой-то несчастный случай, домен расколется в пределах святой бусины, что приведет к большому ущербу для сил человека

Когда прошло два часа, Цю Юнхао наконец глубоко вздохнул, удаляясь вместе со своими двумя товарищами. Мощный всплеск силы был изгнан из Святой бусины, подтолкнув их к краю стадиона. Теперь положение храма воинов было необратимым. До сих пор у них было меньше тридцати очков в общей сложности.

Некрасивый цвет лица цю Юнхао достиг почти точки кровотечения. Он не стал продолжать наблюдение, развернувшись, чтобы покинуть стадион, направляясь обратно, чтобы дуться на своей террасе.

С одним конкурентом меньше, столкновения внутри Святой бусины не только не уменьшились, но вместо этого стали еще более яростными.

В частности, после того, как владения храма магов постепенно объединились, его мощь расширялась все больше и больше, благодаря слиянию ветра, тьмы и земли. Их владения были подобны магии, и наложенные на них усилители выглядели не слабее храма рыцарей. Именно из-за их все более властного поведения Храм воинов был вынужден отступить.

Ассасин и духовный храм приближались к кризису, яростно сотрясаясь при каждом своем столкновении с храмом рыцарей или владениями храма магов, выдерживая тяжелую дрожь.

Яркое мерцание сбоку от Надежды было лучше. Трое из них поддерживали стабильность своих владений, внося свой вклад под руководством Лонг Хаочена в их собственную часть. Хотя Чэнь Инь имел большое потребление, их положение было все еще довольно хорошим.

После того, как Храм воинов пал, храм жрецов стал самой опасной стороной. Они не были ни опытны в нападении, ни в обороне, и хотя три великих домена, владевшие силовыми установками под предводительством старейшины Лина, довольно хорошо координировали свои действия, они были неспособны придумать эффективные контрмеры против повторных столкновений, и поэтому, естественно, их потребление шло быстрее, чем у других храмов. Прямо сейчас, у трех священников были очень некрасивые взгляды на их лицах, которые, возможно, собирались уйти от конкуренции в любое время теперь.

Теперь, когда наступил полдень, длинный Хаохэнь, который до сих пор оставался спокойным, внезапно медленно поднял голову, и его глаза вспыхнули с особенно ясным блеском.

В тот момент, когда его голова была поднята, его импульс сначала повлиял на Ян Хаою и Ли Чжэнчжи, чьи культивации были самыми высокими из всех присутствующих, и были те, кто следовал за Лонг Хаочен с наибольшим вниманием.

Увидев блестящие глаза Хаочэня, Ян Хаою почувствовал озноб. Они оба понимали, что сейчас что-то произойдет.

Как и ожидалось, следующее действие Лонг Хаочэня шокировало всех присутствующих владений, владеющих электростанциями, даже включая Чэнь Цзыдянь, который почти потерял голос в тревоге.

Моросящее сияние вспыхнуло из хаотического царства группы из трех человек Лонг Хаочен.

Этот золотой свет был характерен для владений Бога Света Лонг Хаочена, и он имел застывший белый цвет на своей внешней части.

Может, он сходит с ума?

В доменных столкновениях семи партий каждая сторона должна была стабилизировать Союз своих доменов, решительно отстаивая свои позиции, делая все возможное, чтобы избежать чрезмерного потребления.

Но прямо сейчас Лонг Хаочен неожиданно раздвигал свои владения в пределах Святой бусины. Хотя это выглядело так, как будто его домен хорошо интегрировал домен Кайера, даже таким образом его развязанный домен станет публичной целью всех атак храмов: это очень вероятно приведет к их уничтожению.

Но последовала сцена, которая шокировала всех присутствующих. После того, как союзные владения пяти великих храмов столкнулись с этим золотисто-белым сиянием, они были изгнаны. Это сияние содержало очень особые колебания духовной энергии. Это, казалось, было главным существованием, перед которым столкнувшаяся область чувствовала себя так, как будто столкнулась с полностью раскаленным куском металла в середине плавления. Поэтому у электростанций из других пяти храмов не было другого выбора, кроме как сжать свои владения, чтобы избежать дальнейших столкновений.

Может, они использовали магический сплав? Ли Чжэнчжи был поражен: он не ожидал, что объединение владений Лонг Хаочен и Цайэр действительно покажет такую мощную мощь.

Но, в действительности, влияние доменов было главным образом оказано от доменного Союза Long Haochen и Cai’ER. Только яркий проблеск надежды знал о соответствующем уровне усиления.

Владения Лонг Хаочэня и Цайера были уже на очень высоком уровне; несравненная чистота владений Бога Света могла быть названа номером один на всем континенте без колебаний, в то время как область очищения Цайера обладала силой очищения всех негативных вещей, особенно сил тьмы и смерти.

Когда чистейшая область Бога Света столкнулась с наиболее очищающей областью очищения, произошла мистическая перемена. Его свет получил реакцию нежности от очищающей энергии, точно так же, как любовь между Лонг Хаочен и Цайером, лишенная какого-либо отчуждения. После взаимной интеграции двух сторон он стал областью Божественного света очищения, повышая очищающую силу с усилением света, чтобы заставить его достичь удивительного уровня. В этот момент ему фактически удалось подавить атаки всех пяти других объединенных доменов.

Конечно, в этом состоянии Союза потребление Лонг Хаочен и Кайер возросло в несколько раз, и увеличивалось тем сильнее, чем сильнее были атаки других доменов.

После недолгого шока ли Чжэнчжи не мог не нахмурить брови. Несмотря на то, что он недолго имел дело с Лонг Хаочен, он хорошо понимал его характер. Насколько ему было известно, несмотря на свой юный возраст, он проявлял гораздо более устойчивый характер, чем его сверстники, и не делал никаких шагов без цели. Его внезапное расширение владений, несомненно, имело под собой какие-то основания. Но что он мог замышлять? Такое большое расширение было легко осуществить, но трудно отменить. Даже им не должно быть легко отозвать его после такого расширения.

Очень быстро от него пришел ответ. После встряхивания других доменов, очистительная белизна домена светлого бога очищения внезапно исчезла. Другими словами, осталось только владение Бога Света Лонг Хаочена. Таким образом, в следующей схватке ему придется самостоятельно противостоять более чем десяти владениям других электростанций.

Но в этот момент произошла шокирующая сцена.

Эти золотые лучи света внезапно отступили, и Лонг Хаочен внезапно усилил контроль над своим владением Бога Света. Остальные не могли контролировать ситуацию внутри Святой бусины, но он справился с этим. Его владения светлого бога были сжаты, как золотая веревка, и слегка соединены с Объединенными владениями храма жрецов, которые выглядели так, как будто они могли уйти в любой момент.

В тот момент, когда эти два домена вступили в контакт, три электростанции храма жреца выглядели недоверчиво. Сразу же эти три владения не смогли удержать контроль и присоединились к трем владениям Лонг Хаочена. Доменный союз этих трех жрецов был сжат в мгновение ока, сливаясь с доменом Бога Света Лонг Хаочена.

Этот…

Появление этой сцены оставило трех могущественных рыцарей рыцарского храма полными неверия. Кто бы мог подумать, что Лонг Хаочен сделает такой шокирующий шаг, чтобы насильно объединить владения трех электростанций храма жрецов в свои собственные? Таким образом, его домен включал в себя силу шести доменов!

Не думайте, что храм рыцаря и Храм мага непобедимы из-за их мощных проявлений. Их было в итоге всего три человека. Сторона Лонг Хаочена объединила владения трех жрецов, что привело к резкому увеличению его силы, полностью превзойдя храм рыцарей и храм магов.

Три священника сразу же поняли ситуацию после короткого периода шока. Кроме того, в то время как под покровом домена светлого бога их домен извлекал выгоду из взаимной интеграции высшего совершенства. И после того, как три священника получили ясное ощущение своей области в пределах области Бога Света, они почувствовали, что она становится все более и более чистой.

Это доставило им огромную радость. На этот раз они поняли, насколько обширны владения длинного Хаочэня. Возможно, его культивация все еще была недостаточной, но ранг его владения, возможно, не имела себе равных во всем альянсе.

Трое жрецов очень быстро успокоились, и старейшина Лин даже слегка улыбнулся. Он смутно догадывался, что Лонг Хаохэнь обменивается подарками! Благосклонность к тому, чтобы позволить им иметь квалификацию для входа в иллюзорное святилище того времени, этот юноша теперь расплачивался за это.

Среди огромного собрания храма, даже после стольких кругов, еще не было такой ситуации, когда объединенные владения двух храмов соединялись вместе. Не из-за нежелания, а из-за отсутствия возможностей.

Поведение Лонг Хаочэня выглядело простым, но на самом деле, это было то, что даже самая мощная сила Альянса номер один, Ян Хаою, не мог воспроизвести.

Контролировать свои владения в пределах Святой бусины было просто слишком, слишком тяжело. Факторами успеха Лонг Хаочэня были, во-первых, помощь области очищения Кай’эра, но также и из-за высокой степени его владения и его собственной высокой умственной силы. Но даже так, он должен был сначала развернуть домен в достаточно высоком масштабе, прежде чем вернуть его обратно. В середине более позднего процесса был использован большой трюк: при сжатии его обратно, он должен был создать связь со стороной храма священника, чтобы сжать и их тоже. Относительно говоря, это было не слишком сложно с контролем, но не было выполнимо ни одним другим доменом храма.

Более того, и что еще более важно, владения светлого бога Лонг Хаочена были способны мгновенно достичь ассимиляции и слияния с владениями храма жрецов.

Под мягким господством светлого бога домен жрецов не проявлял никакого сопротивления. Даже эти три жреческие храмовые электростанции были притянуты к длинному Хаохэню из-за притягательности владений.

Просто полагаясь на эти две вещи, Лонг Хаочен сумел получить использование трех великих владений храма жрецов.

Улыбающееся лицо старейшины Лина становилось все более и более выразительным. Интеграция домена Long Haochen не только сделала Домены трех из них еще чище, но и дала большие преимущества их культивациям. Кроме того, объединенные владения шести народов породили более сильную сторону, поставив их в непобедимое положение. Таким образом, даже если в конце концов храм жрецов был ликвидирован ранее, они все еще могли бы превзойти храм рыцарей и храм магов! Это можно было бы назвать отличной возможностью, так как изначально предполагалось, что они будут устранены в ближайшее время.

Это был тайный козырь Лонг Хаочена, о котором он думал после того, как долго Тяньин дал ему подробное описание конкурса, который должен был состояться в Святой бусине.

Его владения Бога Света повелевали всей Святой духовной энергией. В этом состязании областей, хотя между шестью мощными храмами и существовали промежутки, эти промежутки были не слишком широки. Объединившись с другой стороной, он наверняка станет последним оставшимся в живых. Яркий проблеск надежды изначально был в первой тройке этой доменной битвы по силе, но в прямом столкновении они не обязательно добьются победы над храмом рыцарей и храмом магов. Но с добавлением храма жрецов они получили колоссальное преимущество.

У Лонг Хаочена на самом деле было еще несколько вариантов. Они могли бы также положиться на Храм воинов, в конце концов Цю Юнхао был также легким пользователем. Но три храма воинов использовали различные духовные энергетические атрибуты и полагались на то, что Цю Юнхао снимал их поля, чтобы заставить вещи между ними. Это усложняло дело: ситуация внутри духовной бусины была неистовой, и долго Хаочэнь не обладал такой широкой энергией. Так что у него не было другого выбора, кроме как отказаться от этого варианта.

Следующим доступным выбором был храм рыцаря и Храм священника. Три электростанции храма рыцаря также были легкими пользователями, и довольно близко к длинному Хаохэню. Но не забывайте, что эти трое были действительно сильны. Лонг Тяньин имел усиление своего Божественного трона, а Ян Хаою обладал владениями звездного неба. Лонг Хаочен не смог бы так легко подчинить их своим владениям Бога Света. И, скорее всего, другие храмы могут проявить недовольство.

Так долго Хаохен наконец решил, что он может также выбрать храм священника. Кроткие владения трех жрецов проявили бы наименьшее неприятие перед его владениями светлого бога, и Храм жреца первоначально был в слабом положении среди шести храмов. Притягивание их к себе не повлияло бы на борьбу между храмом рыцарей и храмом магов.

Лонг Хаочен выбрал своевременную решительность, как раз тогда, когда храм жрецов был близок к уничтожению. Таким образом, храм жреца продемонстрировал гораздо более высокое принятие ассимиляции его владений.

Это избавило их от смущения, вызванного необходимостью уйти.

План Лонга Хаочена, без сомнения, удался. Увидев улыбку на лице старейшины Лина, он сильно расслабился. Их новое состояние стабильности и выгоды от усиления владений Бога Света стабилизировали владения трех священников. Вердикт был предельно ясен.

Лонг Тяньин бросил взгляд на Лонг Хаочен с мрачным чувством, втайне думая, что этот сопляк на самом деле использует храм священника таким образом. Даже если он не смог объединиться с владениями брата Яна, он должен был посоветоваться с нами заранее, просто попросить брата Яна уйти, и все.

Однако его мрачность продолжалась лишь короткое время, прежде чем он вернулся к нормальной жизни. Он втайне находил эту ситуацию забавной: если бы его внук действительно сделал это, они могли бы опасаться, что остальные пять храмов проявят коллективное несогласие. Этот парень был действительно умен!

Битва за домен продолжалась без всякого напряжения, и через час храм ассасинов и духовный храм один за другим отступили.

Храм рыцарей, храм магов и сторона, образованная длинным Хаоченем и храмом жрецов, противостояли друг другу.

На этот раз ни одна из трех сторон не уступила ему дорогу. Лонг Хаочен спокойно и расслабленно контролировал оборону Соединенных Штатов, не выказывая никаких признаков паники. Ни храм рыцарей, ни храм магов не смогли бы, соприкоснувшись со своими владениями, вызвать большое потребление.

Однако, в конце концов, у него была некоторая предвзятость. Когда сторона храма рыцаря протаранила, потому что они также были легкими пользователями элемента, у них было гораздо меньшее потребление, чем объединенная магическая сторона храма магов. Когда иногда появлялись смешанные владения Лонг Хаочена и Цайера, каждая из атак Божественного очищающего света эффективно ослабляла эти два храма. Тот факт, что три электростанции храма жрецов ослабили контроль над их владениями, чтобы передать его контроль Лонг Хаочен, действительно давал ему самую сильную возможную поддержку.

При таких обстоятельствах исход дела не вызывал никаких сомнений. Когда день уже клонился к вечеру, три электростанции, образующие магические храмы, были окончательно изгнаны из Святой бусины.

Храм магов уже был разбит, у храма рыцарей не было причин продолжать упорствовать, во всяком случае, они не могли стоять выше группы Лонг Хаочена.

Поэтому три рыцаря просто сдались сразу.

После этого тройка Лонг Хаочен и Храм жреца разлучили их союз, и три источника силы от Храма жреца добровольно отказались без колебаний, Лонг Хаочен, Цайэр и Чэнь Иньэр, наконец, покинули Святую бусину в конце.

Матч закончился, были объявлены результаты. Когда глава храма воина Цю Юнхао вернулся на поле, его цвет лица был так же непригляден… двадцать четыре очка были просто самым низким баллом в истории.

Главный судья Чэнь Цзыдянь объявил: «битва за домен Великого Собрания храмов закончилась. Номер один-это яркий проблеск надежды, номер два-храм жреца, номер три-храм рыцаря, номер четыре-храм мага, номер пять-храм Духа, номер шесть-храм убийцы и номер семь-храм воина.

«В связи с добавлением в этом году яркого проблеска надежды и после консультаций с избранным штатом, вознаграждение первого номера было увеличено до шестисот, а последние пять постепенно падают до ста, причем последняя позиция не получает ничего.

«Суть подсчетов выглядит следующим образом: яркий проблеск надежды, 1042, храм рыцаря, 698, храм жреца, 620, храм мага, 555, духовный храм, 378, храм убийцы, 164, храм воина, 24.»

Разрыв между ярким мерцанием и остальными в стороне, храм жреца можно было бы назвать величайшим победителем помимо яркого мерцания надежды, превзойдя храм мага в одном движении, поднявшись на третью позицию. Такого грандиозного события никогда не случалось в истории Великих собраний Храма; на мгновение и глава храма жрецов Лин Сяо, и старейшина Лин сияли от радости. Их взгляды на экипаж Лонг Хаочена были полны доброжелательности.

Чэнь Цзыдянь продолжал: «завтра будет проходить последний этап. Благодаря большому количеству участников и разрешенному использованию техники, полем боя станет небо.»

Индивидуальное соревнование уже разрушило поле, не говоря уже о командном соревновании. Это было бы десять против десяти, в боях без ограничений в снаряжении.

С помощью нескольких божественных инструментов, добавленных к приводу нескольких электростанций девятой ступени, не говоря уже о великом поле сбора храмов, даже святой город может быть разорван ими.

Таким образом, имея стадию битвы команды идут на воздушную сцену, и это должно быть на большой высоте и далеко от Святого города.

«Главный судья.— Как раз в это время Чэнь Хунъюй подошел и слегка кивнул Чэнь Цзыдянь.

— Ну и что? Ты хочешь что-то сказать об этом Хунъю?»

Чэнь Хунъюй с несчастным видом заявил: «главный судья, я надеюсь, что вы видели процесс предыдущего доменного сражения. Я считаю, что отряд охотников на демонов яркий проблеск надежды не выиграл справедливо.— Увидев храм жреца, возвышающийся над ними, Чэнь Хунъюй снова обиделся.

«Это действительно так? Хорошо, тогда, Пожалуйста, выскажите свое мнение, конкурсанты из других храмов. Тяньцзинь, ты начинаешь.— Он перевел свой взгляд на Лонг Тяньин.

Лонг Тяньин ответил со спокойной улыбкой: «Я не видел, чтобы Лонг Тяньин вытащил какой-нибудь нечестный трюк. Хотя мы тоже проиграли, я искренне убежден в своей потере. Я действительно его дед, но все же выскажу свое мнение. Позвольте мне спросить всех вас, даже если бы вы знали об этом методе, кто из вас мог бы это сделать? Я могу сказать, что я не мог. долгое время сильный контроль Хаохэна над своим доменом позволял ему беспрепятственно перемещаться по всей Святой бусине, поглощая три домена храма священника в мгновение ока с контролем и интеграцией. Это было проявлением безусловной силы. Позвольте мне еще раз спросить, разве кто-нибудь из вас поступил бы иначе перед тем же самым хорошим шансом? Когда остается выбор-либо выпасть, либо взяться за руки с ярким проблеском надежды.»

Услышав ответ Лонг Тяньин, стоящий рядом старейшина Лин слегка улыбнулся: «Тяньин не ошибся. Во-первых, не говоря уже о том, как Хаочен достиг этого, никто другой не отказался бы от такой хорошей сделки! На этот раз можно считать, что мы приняли участие в ярком проблеске блеска надежды.»

Шэн Юэ из храма ассасинов безразлично рассмеялся, бросив взгляд на Чэнь Хунюя и презрительно ответив: «оставь это, ты никуда не годишься. Зачем обвинять то или иное законное дело? Что за недостающий характер!»

«Что ты только что сказал?— Чэнь Хунюй взорвался во вспышке гнева, глядя на Шэн Юэ.

Эти двое изначально не ладили друг с другом, добавляя к этому фактор противоположных сторон духовного храма и Храма ассасина в Великом собрании храмов, Чэнь Хунюй, можно сказать, действительно стал взволнованным.

Шэн Юэ не дал ни малейшей свободы “ » Ну и что? Хотите сразиться на дуэли с тем, кого вы не убедили?»

«Достаточно.— Крикнул Чэнь Цзыдянь, мгновенно распространяя некорпоративное давление на всю сцену. Всемогущий человек был не просто именем.

«А как насчет тебя, Юнхао?— Чэнь Цзыдянь перевел взгляд на цю Юнхао. Три из шести храмов уже выразили свое одобрение яркому проблеску надежды.

Цю Юнхао показал горькую улыбку “ » тогда мы уже были устранены, и у нас нет четкого знания о событиях, которые последовали за этим в Святой бусине. Наш храм воина воздерживается от выражения своих взглядов.»

Как лучший товарищ храма магов, Цю Юнхао не мог напрямую поддержать отряд охотников на демонов ярким проблеском надежды на этот раз. Но у него была своя точка зрения: в разгар разочарования у него появилось несколько мыслей. Ради будущего храма воинов он должен планировать наперед, прежде всего не оскорбляя отряд охотников на демонов ярким проблеском надежды. Они совершенно не ожидали, что их сила достигнет такой длины. После трех этапов они лидировали с более чем тысячью очками. И Храм рыцаря, и Храм мага обнаружили бы, что это почти невозможно изменить ставки на заключительном этапе. Мощный пурпурно-Золотой меч Хаоюэ Лонг Хаочен и божественные инструменты, которые они втроем показали сегодня, были демонстрацией яркого проблеска великих активов надежды.

Чэнь Зидянь кивнул. Из шести великих храмов три были на их стороне и один нейтральный, так что не было никакой необходимости даже просить храм магов прийти к заключению. Однако из уважения к храму магов Чэнь Цзыдянь вопросительно посмотрел на Ли Чжэнчжи.

Ли Чжэнчжи оставался очень спокойным, как будто больше не страдал от мрака своего магического храма, получившего четвертую позицию в доменной битве.

— Главный судья, товарищи. Прежде всего, я согласен с вашими предыдущими заявлениями. Хотя яркий проблеск надежды использовал некоторые трюки в этой доменной битве, они справились с ней своей силой. Без экстраординарности владений светлого бога Лонг Хаочена они вряд ли смогли бы достичь столь многого. Даже если бы они не объединились с храмом жрецов, вполне возможно, что они все равно закончили бы как окончательные победители. Таким образом, нет необходимости больше останавливаться на этом вопросе.»

Видя, что ли Чжэнчжи так легко отпустил возможность сделать вещи трудными для яркого проблеска надежды,Лонг Тяньин не мог не показать шока.

«Кроме этого, у меня есть предложение.»Ли Чжэнчжи продолжил: «конкуренция достигла такого уровня, что больше не будет больших изменений в окончательном рейтинге. Итак, я считаю, что больше нет необходимости проводить финальный Командный бой. Командный бой с участием такого количества людей, а кроме того, позволяя использовать оборудование, это очень легко приведет к случайным травмам. Это большое собрание храмов должно просто закончиться с текущими рейтингами.»

«Хотя Великое собрание храмов является важным событием, происходящим раз в десять лет, оно также обязательно привлечет внимание демона. Все мы являемся вершинными электростанциями наших храмов, поэтому экономия как можно большего времени была бы лучшей. Поэтому я считаю, что самым важным вопросом, который следует за этим, должно быть приведение Альянса в готовность и подготовка к будущей контратаке против демонов.»

Речь ли Чжэнчжи не просто шокировала всех присутствующих. Заявление ли Чжэнчжи подразумевало, что храм магов отказывался от своей борьбы на этом великом собрании храмов. Даже Лонг Тяньин, который не очень любил его, мог только молча кивнуть. Ну и что? этот ли Чжэнчжи все еще знает, какие вещи нужно расставить по приоритетам.

Чэнь Цзыдянь кивнул: «Великое собрание храмов-это символическое событие, происходящее раз в десять лет. Уменьшение количества ступеней должно быть исключено из соглашения всех храмов. Пожалуйста, поднимите руку, все те, кто согласен о переносе окончания сбора раньше времени?»

Спокойный на вид ли Чжэнчжи был первым, кто поднял руку. Сразу за этим последовал рыцарский храм и яркий проблеск надежды, сопровождаемый поднятием их собственной руки. эта ситуация была действительно самой идеальной в их глазах.

Глава храма воинов Цю Юнхао бросил взгляд на Ли Чжэнчжи, подняв руку, он был полон тайного восхищения по отношению к ли Чжэнчжи. Умение кланяться было действительно замечательным качеством.

Шэн Юэ также поднял свой взгляд, полный признательности к Лонг Хаочэню и Цайеру. Наконец, эти два подростка стояли на вершине человечества.

Со стороны храма жрецов Лин Сяо И Лин Лао, естественно, не выказывали никакого сопротивления. В настоящее время они достигли третьего ранга, неточного балла для храма священника. Если бы одна из сторон была наиболее готова завершить соревнование в этот момент, то это, несомненно, были бы они.

Только одна рука не была поднята, и теперь единственной оставшейся стороной был духовный храм. Все взгляды сосредоточились на Чэнь Хунюе. Хотя он был крепким стариком, его коварное сердце редко кто мог превзойти. Как бы он ни хотел, чтобы духовный храм достиг пятой ступени, он должен был последовать его примеру, ради маневрирования ради положения духовного храма в новом Союзе.

Во время голосования Чэнь Хунюй, казалось, бормотал слова очень низким голосом, добровольно для Шэн Юэ, чтобы услышать их: «по крайней мере, у нас больше очков, чем у некоторых других. Думаю, не так уж и плохо.»

На этот раз Шэн Юэ не обратил внимания. С улыбкой на лице он выглядел спокойным и беззаботным.

Видя, что все приняли предложение ли Чжэнчжи, Чэнь Цзыдянь кивнул: «Хорошо. В таком случае, я, главный судья, объявляю конец Великого Собрания храмов. Рейтинг таков: номер один яркий проблеск надежды, номер два, храм священника, номер три, храм рыцаря, номер четыре, храм мага, номер пять, духовный храм, номер шесть, храм убийцы и номер семь, храм воина.»

«Завтра утром шесть великих храмов и яркие проблески представителей надежды соберутся на встречу, чтобы обсудить вопросы нового Союза.»

«Утвердительный ответ.— Все одновременно поклонились Чэнь Цзыдяну. Никто не мог отрицать, что этот легендарный персонаж был самым подходящим главным судьей, которого они могли иметь.

Великое собрание храмов было прекращено вскоре после трех этапов. Можно сказать,что это было действительно неожиданно. В глазах более позднего поколения этот случай собрания действительно положил начало беспрецедентной эпохе в истории.

Ли Чжэнчжи нес слабую улыбку на своем лице, когда он подошел к длинному Хаочэню, протягивая ему руку: «поздравляю, Хаочэнь.»

Лонг Хаочэнь дал искренний ответ: «Спасибо. Успокойтесь, я вас не разочарую.»

Ли Чжэнчжи улыбнулся в ответ “ » я буду ждать того дня, когда ты получишь Божественный трон рядом с собой.»Поздравления, которые он дал Лонг Хаочен, также означали, что Тахт ли Чжэнчжи отказывается от борьбы за лидерство в новом альянсе. Без этого величайшего соперника, который у них был, все остальное пойдет гораздо легче.

Лонг Хаочен кивнул: «Конечно.»

Лонг Тяньин присоединился к ли Чжэнчжи, похлопав его по плечу,

— Грядет молодое поколение. Сначала я думал, что ты очень молода все это время, но теперь ты кажешься намного старше, Эхе.»

Ли Чжэнчжи фыркнул: «старый Лонг, хотя ты и не очень хорош, но ты родил хорошего сына, а теперь и хорошего внука.»

Услышав его насмешку, Лонг Тяньин не принял ее близко к сердцу, только от души рассмеялся: «Это очень хорошие гены.»

Чэнь Хуню фыркнул: «чушь собачья. Я не вижу большого сходства между вами двумя, и он выглядит намного лучше. Не приписывайте себе несуществующие заслуги.»

«Лонг Тяньин засмеялся,» скажи, как тебе угодно. Этот старик сегодня в хорошем настроении, я приму это как ревность от вас двоих.»

Руководители других храмов были очень ревнивы! Завидую уже давно Тянью, чтобы вырос такой хороший внук. Способность Лонга Хаочэна, только что проявленная на грани установления нового Союза, действительно сделает храм рыцаря абсолютным лидером на ближайшие сто лет. Если человечество действительно сумеет победить демонов, то эта позиция только еще больше укрепится. Так что можно сказать, что долгое существование Хаочэня привело храм рыцарей к власти в новом Союзе.

Лонг Хаохен поклонился лидерам, скромно выразив при этом, что его достижение чемпионства было просто делом удачи.

Великое собрание храмов было прекращено, но это было только началом нового Союза храмов. То, что будет дальше, будет еще важнее. Перед началом этой сессии шесть великих храмов провели предварительные консультации, определив, что изменения в новом Союзе потребуют немедленных действий.

После шести тысяч лет оседлости разрыв между Храмовым Союзом и демоническим племенем уже не был столь велик. Но почему они только пассивно сражались в священной войне? Сила была фактором, но был ли разрыв в их силе так велик? Ответ был неопределенным. Самая важная причина, по которой они оставались столь пассивными, заключалась в их взаимной политике.

Отряды охотников на демонов неоднократно доказывали полезность объединения нескольких профессий вместе. Но даже сейчас, с самого начала войны и до ее конца, сочетание профессий так и не произошло. Ключевым моментом этого было отчуждение шести великих храмов.

Решение этого вопроса не было достижимо на словах, но требовало глубоко укоренившихся изменений в Североатлантическом союзе.

На самом деле никто не хотел видеть себя под присмотром другого человека.

Но важный фактор в конце концов привел к этому компромиссу между всеми, и это была огромная угроза со стороны демонов.

Четыре года назад Священная война дала храмовому Союзу величайшее понимание силы демонов, которое у них когда-либо было. До этого все шесть великих храмов признавали, что даже если атака Альянса была недостаточной, их оборона была достаточной. Но на самом деле, даже если демоническое племя не использовало всю свою силу, и их самые сильные расы все еще должны были принять участие от начала до конца, им все еще было очень трудно отразить нападения демонов. Они не только понесли катастрофические потери, но и едва не лишились некоторых своих фортов.

Те, кто пережил это самое глубокое были Храм убийцы, храм воина и Храм жреца. Их три храма были почти потеряны в атаках врагов.

Таким образом, после окончания священной войны шесть великих храмов созвали несколько собраний, постепенно соглашаясь на создание нового Союза. Ради того, чтобы противостоять демонической угрозе, и ради того, чтобы человечество продолжало жить, они не могли продолжать двигаться из эгоизма. Независимо от того, как сложится в будущем баланс сил человечества, их главным приоритетом будет сохранение человеческой расы, или этот разговор даже не будет существовать.

Однако вопрос о том, кто должен возглавить этот новый альянс, обсуждался очень долго. В конце концов, это заседание большого собрания храмов должно было определить, что самое главное: пусть ваша сила говорит за вас. Если бы не яркий проблеск внезапного прибавления надежды, можно было бы опасаться, что борьба рыцаря храма и мага храма будет продолжаться до последнего боя.

Отречение ли Чжэнчжи произошло не только из-за яркого проблеска выступления Хоуп, но и из-за силы храма рыцарей. Первоначально он верил, что храм магов полностью сможет подавить храм рыцарей, но когда все началось по-настоящему, храм рыцарей сумел встать над храмом магов даже без участия их двух божественных рыцарей. Это был массированный удар по Ли Чжэнчжи, который не ожидал такой ситуации. Теперь, без сомнения, было бы бессмысленно продолжать бороться. Нет никакого способа, чтобы храм рыцарей оставил командную позицию храму магов.

Хотя отряд охотников на демонов «яркий проблеск надежды» возглавлял Лонг Хаочен, это был все-таки отряд охотников на демонов, и таким образом был сформирован с шестью силовыми установками из разных партий. Эти молодые люди станут будущими ведущими столпами Североатлантического союза. Так что, по крайней мере, каждый из храмов будет иметь ведущую фигуру среди своих рядов.

Это была главная причина, по которой Чэнь Цзыдянь хотел, чтобы группа Лонг Хаочэня вернулась и участвовала в этой борьбе за власть. Яркий проблеск надежды появился внезапно, но после глубоких размышлений, все стороны дали им свою поддержку, что было самым трудным исходом, который можно было рассмотреть.

Вернувшись в штаб-квартиру Альянса, оставив в стороне оставшуюся подготовительную работу, совещание по созданию нового альянса должно было состояться через один день. Его длина будет зависеть от того, как долго шесть великих храмов должны будут прийти к консенсусу.

Лонг Хаочен повел своих товарищей назад, но не отдыхал, сразу же проведя исследования вплоть до вечера.

Как и предполагал Хаочен, has-drugs-bro оставались надежными. Он вернулся, когда пришло время для встречи.

«А почему ты вернулся только сейчас, братан-наркоман? Великое собрание храмов закончилось раньше времени, вы знаете?— Обратился Чэнь Инь к Линь Синю.

Линь Синь имел редкое выражение большой серьезности на нем, «я уже знаю об этом. Капитан, в эти дни я учился проклятию Святого Солнца у дедушки, так что ….»

Лонг Хаочен кивнул: «мы все братья, не нужно оправдываться. Садитесь тоже, я расскажу вам об обстоятельствах той встречи, которую мы ранее обсуждали. Может быть, у вас будут какие-то хорошие предложения.»

Линь Синь ответил, сидя напротив Лонг Хаочен: «капитан, прежде чем вы скажете мне, у меня есть кое-что, что я должен сообщить вам. Перед моим возвращением глава храма ли Чжэнчжи пришел ко мне и передал вам послание. Он сказал, что когда придет время выборов, если наш яркий проблеск надежды примет только одного представителя от каждого храма, он окажет нам свою полную поддержку.»

Лонг Хаочэнь показал улыбку “ » глава храма ли пошел тем путем, который я ожидал. Создание нового альянса изменит очень многое. Можно сказать, что один из главных аспектов-это преимущества, которые может пожать каждый из шести великих храмов. Если мы хотим, чтобы все шло хорошо, первое, что нам нужно, — это сохранить равновесие. Успокойся, у меня есть план.»

Прошла одна ночь, а на следующий день штаб альянса созвал совещание,

Как и было условлено ранее, каждый из шести великих храмов принял участие в собрании тридцати шести человек, все из которых были участниками собрания. Кроме яркого проблеска надежды и Чэнь Цзыдянь, тридцати шести представителей от отрядов охотников на демонов, было еще около двадцати мест для охотников на демонов выше уровня короля.

Итак, в этом почетном собрании было двести пятьдесят два участника, разделенных семью сторонами.

Менее десяти человек получили право сидеть на приподнятой сцене. Слева направо сидели глава храма воина, глава храма убийцы Шэн Юэ, глава храма мага ли Чжэнчжи, легендарный Чэнь Цзыцзянь, капитан яркого проблеска надежды Лонг Хаочэнь, глава храма рыцаря Ян Хаохань, глава духовного храма Чэнь Хунюй, а также Лин Сяо, глава храма жреца.

Заказ мест был отличным проявлением преимуществ, которые получил яркий проблеск надежды во главе с Лонг Хаочен. Если бы не эти выдающиеся результаты, он никогда не смог бы сидеть на этой трибуне, если бы храм рыцарей не повысил его до своего нового главы храма, основываясь на его предыдущем статусе в Альянсе.

Одним из тех, кто отвечал за встречу, был нынешний глава Союза храмов, глава храма рыцарей, обладатель Божественного трона защиты и милосердия, а также Божественный рыцарь защиты и управления, Ян Хаохань.

«Поскольку все собрались, давайте немедленно начнем эту встречу.— Спокойный голос Ян Хао Хана эхом разнесся по всей сцене, не загроможденный окружающими сооружениями, и ясно донесся до всех ушей.

«Прежде всего, позвольте мне поздравить яркий проблеск надежды на только что достигнутое первенство над только что завершившимся великим собранием храма. Затем Ян Хаохань взял инициативу на себя, чтобы аплодировать, а за ним немедленно последовали электростанции шести великих храмов и представители отряда охотников на демонов внизу, заполнив всю комнату теплыми аплодисментами. Это была не просто похвала для группы молодых людей, но и искреннее восхищение.

Лонг Хаочэнь встал, ударив правым кулаком по левой стороне груди, и выполнил стандартный рыцарский салют всем присутствующим, прежде чем поклониться Ян Хаоханю, чтобы выразить благодарность.

-Ради справедливости, — сказал Ян Ха Хан, — на стороне шести великих храмов и отрядов охотников на демонов будет тридцать шесть представителей, включая каждого из нас, сидящих на трибуне.

«После многих консультаций, наш Союз, наконец, пришел к консенсусу в создании нового союза, ради объединения сил шести великих храмов против демонической угрозы. Позвольте мне теперь спросить, возражает ли кто-нибудь против установки нового союза; если да, то поднимите руки.»

Окинув своим полным достоинства взглядом окрестности, он подтвердил, что никто не поднял руку, а затем продолжил: Поскольку никто не возражает, давайте начнем обсуждение вопроса о новом Союзе. Далее я подробно остановлюсь на контексте и конституции нового альянса.

«С момента основания храмового Союза и до наших дней прошло более шести тысяч лет истории. В течение шести тысяч лет мы накапливали силы в борьбе против демонов, чтобы постепенно, наконец, закрепиться. Но так как мы думали, что будем достаточно устойчивы, чтобы гарантировать самосохранение, или даже иметь шанс начать контратаку против демонов, они ударили кулаками прямо в наши лица. Я считаю, что все должны очень четко помнить ту священную войну, которая произошла четыре года назад. Ущерб, который был нанесен Альянсу тогда, был действительно катастрофическим. Огромное количество силовых структур встретило смерть в борьбе, и можно было бы сказать, что если бы не тот факт, что Бог-Демон император не возглавил три самых сильных клана демонов, эта священная война, весьма вероятно, привела бы к разрушению альянса, поставив людей в ужасные ситуации.

«Теперь мы еще лучше знаем, что нынешняя шаткая структура альянса недостаточна для того, чтобы противостоять демоническому роду. Если мы не сможем выявить величайшие черты каждого из наших человеческих боевых призваний, мы никогда не сможем получить преимущество в этой борьбе против демонов. Итак, шесть великих храмов должны объединиться, породив целый новый союз.

«Для разрешения конфликта между Альянсом и демоническим племенем мы должны иметь единый голос и объединить все силы Альянса, собрав их под централизованной властью, так же как и национальное государство. Приказы будут требовать точного подчинения, так что наши силовые установки из шести великих храмов могут объединиться так же, как наши отряды по охоте на демонов, чтобы иметь самую большую боевую силу.

«Таким образом, я решил, что новый союз будет называться Храмовым Союзом, меняя все шесть храмовых правительств на централизованное правительство. Там будет один председатель Союза храмов, шесть заместителей председателя и тридцать шесть постоянных членов Совета.

«По некоторым важным вопросам совет союза будет принимать решения путем голосования,причем голоса каждого заместителя председателя будут считаться двумя, а голоса председателя-пятью. Кроме того, председатель будет иметь право вето. Если все шесть заместителей председателя согласятся или более восьмидесяти процентов членов Совета согласятся, то председатель может быть отстранен от должности вслед за микондуктом.»

Превращение Союза в Союз, а также все эти правила уже были одобрены шестью великими храмами после бесчисленных обсуждений.

Ради обеспечения справедливости, а также избегая вопроса о чрезмерно мощной центральной власти, руководители шести храмов долго ломали голову, и в конце концов пришли к этому единому выводу с большим трудом.

Самым важным моментом этой сессии Великого Собрания храмов был выбор этого председателя. Основываясь на предыдущем обсуждении шести великих храмов, Храм, который сможет получить первенство, будет тем, кто выведет профсоюзного лидера.

Это было также причиной, по которой рыцарский храм пригласил своего самого сильного рыцаря, Ян Хаою, который до этого тренировался в уединении.

После основания Нового профсоюза председатель профсоюза будет обладать огромным авторитетом. Хотя это не могло сравниться с императором монархического режима, это все равно был бы персонаж с большим авторитетом. Кроме того, Храм, из которого придет этот профсоюзный лидер, несомненно, будет иметь преимущество. Вот почему борьба была такой ожесточенной.

— Кто против централизованной системы власти нового союза, поднимите руку.— Ян Хаохань спокойно произнес эти слова.

Встречи, связанные с профсоюзом, продолжаются уже пять лет. Таким образом, вопрос Ян Хао Хана был фактически просто формальностью. Как и ожидалось, это мнение было единогласным.

Ян Хаохань кивнул: «Хорошо. Далее мы проведем голосование для определения председателя и заместителей председателя. Кандидат в президенты-это яркий проблеск капитана «надежды» Лонг Хаохена. Кандидатами в заместители председателя являются Цю Юнхао, глава храма воина, глава храма убийцы Шэн Юэ, глава храма мага ли Чжэнчжи, глава храма рыцаря Лонг Тяньинь, глава духовного храма Чэнь Хунъю и глава храма священника Лин Сяо.

— Все должны быть знакомы с этими шестью главами храмов. Далее я представлю кандидатуру председателя Лонг Хаочен. Лонг Хаочен, мужчина, возраст-двадцать пять лет. Призвание: Возмездие И страж двойной рыцарь. Капитан отряда по охоте на демонов ярко блеснул надеждой. Подавляющая врожденная внутренняя духовная энергия, дарованная наследником легкого телосложения. Святой рыцарь второго ранга, и уже достаточно квалифицированный, чтобы получить одобрение Божественного трона. Ранее Лонг Хаочен добился первенства в отборе отряда охоты на демонов, тем самым основав отряд охоты на демонов яркий проблеск надежды. Команда, которую он возглавил, убила более четырех богов-демонов, уничтожив два столпа Бога-демона. В священной войне он получил большие заслуги соответственно в храме рыцаря, храме убийцы, храме воина и храме мага. Эта сессия Великого Собрания храма была выиграна отрядом охотников на демонов ярким проблеском надежды. Вот так он и стал кандидатом в президенты. Если кто-то возражает против его выдвижения на пост председателя, поднимите руки.»

Хотя многие из них до некоторой степени знали о Лонг Хаочен, услышав Ян Хаохань о начале карьеры Лонг Хаочен, особенно часть о том, что ему было всего двадцать пять лет, поднял короткий, напряженный спор. Но, к счастью, никто не поднял руку в знак протеста.

Ян Хаохань испустил тайный вздох. Больше всего он опасался, что в этой области может возникнуть проблема. Хотя некоторые противники не были бы достаточно, чтобы отменить это решение, это все еще будет иметь плохое влияние на будущее правление Хаохена в новом союзе.

«Итак, поскольку никто не возражает, вопрос о председателе решается. Что касается шести кандидатов в заместители Председателя, кто-нибудь возражает?»

Энергетические установки шести великих храмов по-прежнему не выражали никакой реакции, но в этот момент произошло нечто неожиданное. Сидя на трибуне, глава духовного храма Чэнь Хунъюй внезапно поднял руку: «у меня есть возражение!»

В результате вчерашней битвы за домен Чэнь Хунъюй уже проявил недовольство. Его внезапное возражение немедленно привлекло к себе все внимание окружающих. Все взгляды остановились на нем.

Чэнь Хунъюй встал со спокойным выражением лица: «я выражаю несогласие с предложением сделать меня заместителем председателя профсоюза.»

Ян Хао Хань посмотрел на него в шоке и с сомнением ответил: «брат Чэнь, ты должен все обдумать. Вы представляете собой духовный храм.»

Чэнь Хунъюй спокойно объяснил: «я уже ясно все обдумал. Мне нужно только остаться простым членом Совета. Это вице-председательство должно принадлежать новому главе нашего духовного храма.»

— Ну и что же? Новая голова?»Услышав такие слова, вся аудитория сильно встревожилась. На самом деле, духовный храм и Храм рыцарей были не одно и то же. У духовного храма всегда была только одна голова. Перемещение головы в духовном храме было чрезвычайно важным делом для Союза храма, главным образом потому, что никто не получил никакого предварительного уведомления. Заявление Чэнь Хуню было слишком неожиданным.

Чэнь Хунюй спокойно заявил: «что в этом странного? Наш духовный храм всегда управлялся демократически, сосредоточившись вокруг главы храма,который должен иметь возможность. В моем Храме Чэнь Инь уже достигла девятой ступени развития и обладает мифологической звериной сферой, которая превосходит мою собственную. Более того, она-первая духовная святая дочь моего духовного храма, и унаследовала божественный инструмент храма-духовную Святую мантию. Она как нельзя лучше подходит для того, чтобы возглавить мой духовный храм. Поэтому я, естественно, должен оставить ей эту должность заместителя председателя. Вчера вечером наш духовный храм уже дал единое одобрение.»

Можно сказать, что у всех сидящих на трибуне было разное выражение лица. У Лонга Хаочэня было выражение шока, в то время как другие главы храмов все тайно проклинали, что за хитрая старая лиса.

Да и как могло быть иначе? Во время Великого Собрания храмов пьеса Чэнь Хунъюя была великолепна. Он не только жестко выступал против Лонг Хаочена, но и допрашивал его в более поздней битве за домен. И достигнув этого критического момента, он сделал полный поворот, непосредственно передав право собственности на храм Чэнь Инь’Ер. Это означало, что у яркого проблеска надежды уже были две основные позиции в храмовом Союзе. В то же время наличие одного из своих людей среди заместителей председателя означает, что ситуация, в которой шесть заместителей председателя объединятся для того, чтобы объявить импичмент Лонг Хаохэну и лишить его должности председателя, более невозможна. Эта милость была просто неизмерима.

Даже ли Чжэнчжи не смог сдержать тайного вздоха. Как расчетливо! Внезапное отречение Чэнь Хунюя было не только шокирующим, но также могло получить яркий проблеск благосклонности Хоуп, а также быть шагом, чтобы косвенно заставить храм рыцаря быть обязанным ему. Действительно, это был глубокий шаг.

Сразу после того, как Чэнь Хунъюй сказал это, он отошел от приподнятой сцены, сделав знак Чэнь Инь Ер, идя в сторону духовного храма в непринужденной манере.

Чэнь Инь была сбита с толку движением своего деда, но у нее не было другого выбора, кроме как подняться на сцену в это время! Заставив себя под многозначительными взглядами подойти к трибуне, она заняла предыдущее место Чэнь Хунюя.

В этот момент Шень Юэ храма убийцы несчастно произнес: «Эта старая вещь, вы действительно делаете шаг впереди меня. У меня было то же самое предложение: директор нашего храма ассасинов уже был заменен Цайером, а также. Нет необходимости в словах, чтобы доказать ее способности. Все видели ее область очищения, и более того, она-наследница бога смерти, дарованная той же духовной печкой Сансары, что и отпрыск Сансары того времени. Но в каком-то смысле она уже превзошла последнюю. С тех пор как она унаследовала это наследство в своей юности, она уже была признана преемницей нашего храма ассасинов. Цай’Эр, поднимайся. Отныне вы-глава храма ассасинов и, вместо меня, кандидат храма ассасинов на пост заместителя председателя.»

Лонг Хаочэнь на самом деле не был так удивлен предложением Шэн Юэ, в конце концов, прошло уже много времени с тех пор, когда Шэн Юэ выразил, что он позволил Цай’Ер занять его позицию. Как таковой, Кайер также пошел вверх. Потребовалось всего одно мгновение, чтобы три места на трибуне заполнились участниками яркого проблеска надежды.

Ян Хаохань заявил: «как таковой, мы продолжим встречу. Есть ли еще какие-то возражения?»

Когда он задал этот вопрос, он не ожидал, что там действительно будет ответ.

Глава храма воинов Цю Юнхао внезапно встал и заявил: «Я тоже старею и не получаю ничего хорошего. Под моим руководством Храм воинов получил свои худшие результаты в истории от этой сессии Великого Собрания храмов. У меня действительно больше нет лица, чтобы действовать в качестве главы храма. Я уже обсуждал этот вопрос вчера вечером с остальными нашими представителями, и сегодня место главы храма воинов будет оставлено за молодым поколением. Я надеюсь, что под ее руководством Храм воинов будет иметь блестящее будущее в Союзе, противостоящем демоническому роду. Юаньюань, пожалуйста, поднимись.»

— Ну и что же? — Меня?»Увидев выражение лица Цю Юнхао, когда он наблюдал за ней, Ван Юаньюань не мог не чувствовать себя ошеломленным на мгновение.

Цю Юнхао натянуто улыбнулся: «Кто еще, кроме тебя, это может быть? Или не говори мне, что ты думаешь, что есть кто-то еще из молодого поколения нашего храма воинов, кто мог бы бороться с тобой? Я лично наблюдал за всеми усилиями, которые вы приложили. Мир будет оставлен вам, молодые люди.— Сказав это, он покинул свое прежнее место.

В этот момент все собравшиеся на трибуне действительно были потрясены до глубины души.

Шэн Юэ передал свое место Цайэр, потому что она была первоначально его преемницей, а также правнучкой. Что касается Чэнь Хунюя, хотя его заявление было довольно неожиданным, статус Чэнь Инь’Ер в духовном храме изначально был почти таким же, как у Цай’Ер в храме ассасинов. Но в храме воинов Цю Юнхао действительно можно было сказать, что у него нет никаких связей с Ван Юаньюанем, который никогда не возвращался в Храм воинов после того, как стал охотником на демонов! Однако его твердое решение оставить ей будущее руководство храма воинов в этот самый момент было абсолютно непоколебимо.

Это была не просто внезапная идея, которую только что придумал Цю Юнхао. После возвращения Ван Юаньюаня, когда она пришла искать его, поскольку она показала силу, достигающую девятой ступени, У цю Юнхао уже были такие мысли. Ван Юаньюань, возможно, немного не хватает по сравнению с Лонг Haochen или Cai’ER, но абсолютно никто в храме воина не может сравниться с будущим ее. Даже в ярком проблеске Надежды ее рейтинг был одним из самых высоких, уже будучи мощной державой, владеющей доменом. С добавлением ее первоначального статуса как части яркого проблеска надежды, никто не был более подходящим, чтобы представлять храм воина.

Цю Юнхао прекрасно понимал характер Ван Юаньюаня, и поэтому он верил, что после того, как Ван Юаньюань сменит его на посту главы храма воинов, она определенно внесет свой вклад в его будущее.

Под его пристальным взглядом Ван Юаньюань встал и большими шагами направился к трибуне. Когда она подошла к Цю Юнхао, то не заметила, что ее глаза покраснели “ — дедушка Цю, Я…»

Цю Юнхао тяжело улыбнулся, похлопав ее по плечу: «нет нужды в словах. Я делаю это не для тебя, а для будущего нашего храма воинов. Я верю, что вы, безусловно, будете делать хорошо.— Сказав это, он лично придвинул свой предыдущий стул и слегка подтолкнул Ван Юаньюаня в него. Сбросив с себя тяжесть мыслей, он спустился с платформы и направился к силовым установкам храма воинов.

Такие большие изменения на самом деле произошли с кандидатурами председателя и заместителей председателя! Ян Хаохань, который отвечал за встречу, был в большом шоке, но, несмотря на это, встреча должна была продолжаться. К счастью, эти изменения не повлияли на остальную часть процесса.

Остальная часть выборов прошла исключительно гладко. Лонг Хаочэнь стал первым председателем храмового Союза без сучка и задоринки, причем заместителями председателя были Лонг Тяньин, ли Чжэнчжи, Лин Сяо, Цайэр, Чэнь Инь и Ван Юаньюань. Яркий проблеск надежды на самом деле занимал четыре из этих главных мест.

Причина, по которой никто не возражал, заключалась в том, что предлагающие стороны были главами храмов, а также из-за силы яркого проблеска надежды, проявленного в большом собрании храмов. Лонг Хаочэнь, Цайэр, Чэнь Инь и Ван Юаньюань-все они владели мощными доминантами! Находясь под руководством этих молодых электростанций, несомненно, будет иметь потрясающе хорошее влияние на их соответствующие храмы.

После выборов председателя и заместителей председателя были проведены выборы среди шести великих храмов для отбора тридцати шести представителей, за исключением председателя и заместителя председателя.

Это был приемлемый результат для храмов, что Лонг Хаочен стал первым председателем Союза храмов. Таким образом, остальная часть встречи также прошла без сучка и задоринки. Всего за два часа были завершены все выборы.

Ян Хаохань заявил: «Выборы закончились. Союз теперь будет информировать наших граждан, пытаясь сделать так, чтобы в течение одного месяца все человечество было осведомлено об основании Союза. Кроме того, союзу предстоит проделать большую работу. Интеграция шести великих храмов-это самый насущный вопрос. Затем первый председатель нашего храмового Союза скажет несколько слов за нас.»

Лонг Хаочэнь кивнул Ян Хаоханю, прежде чем послать свои приветствия остальным шести великим храмам. Затем он объявил своим чистым голосом: «Я польщен тем, что вы выбрали меня своим первым председателем профсоюза. Я чувствую очень тяжелую ношу на своих плечах. Как сказал глава Альянса Янг, выборы нового председателя Союза будут проходить каждые десять лет, чтобы занять место предыдущего. Возможно, нынешняя система нашего нового союза еще не идеальна, но я верю, что в будущем она, безусловно, будет становиться все лучше и лучше.»

«Самым важным делом после основания союза является объединение сил наших шести храмов–стать достойным противником демонов. Большая часть наших последующих усилий будет сосредоточена именно на этом. Как ваш председатель, я могу гарантировать всем, что в течение десяти лет моего правления я обязательно начну контратаку против демонов и начну восстанавливать землю, которая была у нас отобрана. Моя жизнь будет посвящена тому, чтобы возглавить Союз в борьбе против тьмы и положить конец шеститысячелетней эре тьмы.»

Речь Лонга Хаочена была звучной и звучной. Его голос не был тяжелым, но в нем чувствовалась твердость духа.

Услышав его, присутствующие в шести великих храмах властители почувствовали, что сейчас начнется еще одна священная война.

После паузы Лонг Хаочен продолжил: «Я все еще молод, и Союз только что был создан, поэтому мне понадобится добрая поддержка всех. В течение следующего периода времени у меня может не быть много свободного времени для решения вопросов Союза, так как мои товарищи и я должны будем увеличить наши силы в кратчайшие сроки. Союз будет в основном управляться заместителем председателя Лон Тяньин, заместителем председателя ли Чжэнчжи, заместителем председателя Лин Сяо и остальными депутатами.»

Остальная часть конференции прошла без сучка и задоринки. Хотя Лонг Хаочен был председателем Союза, самым важным для него было все же увеличить свою личную силу. Он и все остальные из «яркого проблеска надежды» были еще молоды и имели гораздо более высокий предел для развития.

Лонг Хаочен должен был решить еще несколько вопросов. Во-первых, он должен был стремиться к обретению своего собственного Божественного престола. Если бы он получил Божественный престол, это не только принесло бы ему большую пользу для развития, но и повысило бы его престиж. Затем возник вопрос об эволюции Хаоюэ.

Сила пурпурно-Золотого меча Хаоюэ заставила его осознать важность эволюции Хаоюэ. Шестиголовый он был уже настолько силен, что если бы он развился до восьмиглавого состояния, его сила должна была бы увеличиться в несколько раз. Когда придет время, возможно, у Хаочэня будет возможность бороться против Бога-демона императора с помощью Хаоюэ.

Встреча проходила в довольно мягкой манере, и интеграция шести великих храмов была главным вопросом, который они рассмотрели.

Прежде всего, шесть великих храмов должны были отправить партию электростанций, чтобы собраться в Священном городе, и все вместе тренироваться. Распределение состояло из четырех тысяч воинов, тысячи рыцарей и пятисот наемных убийц, магов, заклинателей и священников.

Его можно было бы назвать союзным легионом, причем каждый легион состоял бы, помимо этих семи тысяч электростанций шести великих храмов, еще из сорока тысяч человек, а всего их было бы около пятидесяти тысяч.

Во-первых, будут созданы два легиона под названием первого Легиона Союза и второго Легиона Союза. Пройдя через процессы Единой подготовки и интеграции, они будут непосредственно брошены в пограничную зону, с обязанностью охранять довольно слабый южный горный перевал и горный перевал Экзорцист.

Далее, будет передано много других силовых объектов из шести великих храмов для интеграции,пока силы шести великих храмов первоначального Союза храмов не сформируются полностью по образцу легионов Союза.

Шесть больших крепостей должны были временно охраняться, как и прежде, отдельно шестью храмами. В конце концов, силы шести фортов были слишком глубоко укоренены. Хотя создание Союза было решено, они также не могли быть слишком экстремальными. Ему нужно было пройти через процесс трансформации,чтобы первая группа практикующих шести великих храмов пришла в течение одного года, чтобы постепенно позволить концепции шести храмов быть разбавленными. Весь этот процесс, безусловно, потребует много времени.

Для практикующих шести великих храмов, а также для масс, чтобы принять новый союз, потребуется долгий процесс. Однако, несмотря на существование демонической угрозы, это не займет слишком много времени благодаря объединенным совместным усилиям шести великих храмов-электростанций. Как только Союз храма был полностью преобразован в сплоченную силу, именно в это время Союз планировал начать контратаку против демонов.

Конференция завершилась удовлетворительно, и Лонг Хаочэнь немедленно выразил желание покинуть Святой город на следующий день, чтобы отправиться в храм рыцарей.

Хаоюэ был главной причиной, по которой Лонг Хаочэнь так стремился вернуться. После его превращения в пурпурно-Золотой меч Хаоюэ, его кровная связь с Хаохэном, можно сказать, поднялась на новый уровень, и кроме того, дальнейшее развитие силы Хаохэна в этот период времени также повлияло на него в некоторой степени. Таким образом, его эволюция теперь была на грани всплеска, и в любое время, возможно, было бы невозможно подавить больше.

В своей последней эволюции Хаоюэ столкнулся с мощными атаками Короля-Лича, поэтому успех его эволюции был в значительной степени вопросом удачи. Кроме того, основываясь на характере их встреч, почти все эволюции Haoyue привлекли внимание врагов, которые только становились все сильнее и сильнее. Поскольку на этот раз требовалось подняться с шести голов до восьми, это не только заняло бы еще больше времени, но и привлекло бы внимание еще более сильных врагов. Лонг Хаочен действительно не осмеливался ослабить свою бдительность вообще. Всего одна ошибка-и Хаоюэ может оказаться в безнадежном положении.

Поэтому они должны были сделать полную подготовку, главным пунктом которой было увеличение их силы. Из-за секретной классификации Хаоюэ, Лонг Хаочен не мог заимствовать силу шести великих храмов, и был в состоянии полагаться только на свою собственную команду. Как пользователь света, он был явно тем членом, чья сила была наиболее важна для увеличения. Если бы он мог получить Божественный трон, они бы гораздо лучше поняли ситуацию.

Причина, по которой они не сразу отправились в храм рыцарей, заключалась в том, что у них все еще оставался нерешенным еще один важный вопрос.

После восхождения на пост председателя нового союза статус Лонга Хаочэня стал совершенно другим. Теперь они жили уже не в храме рыцарей, а в самом высоком классе жилищ штаб-квартиры Союза.

Хотя самый верхний этаж административного района бывшего храма альянса был самым маленьким, он все еще превышал тысячу квадратных метров в размере.

Теперь его следует назвать административным этажом председателя профсоюза. Вся территория была разделена на множество регионов: большие офисы, холлы, специализированная для культивации территория, библиотека, ботанические зоны. Хотя там не было никаких роскошных украшений, это был все еще элегантный дизайн в целом. Не говоря уже о длинном Хаочене, даже вся их команда по охоте на демонов обнаружила, что это пространство было чрезвычайно большим.

— Давайте все здесь отдохнем сегодня вечером. Мы отправимся в храм рыцарей завтра утром.— Лонг Хаочен объявил всем присутствующим.

Хань Юй спросил: «Вы не против подождать, пока ваша председательская печать будет сделана первой, председатель?»

Лонг Хаочен выдавил горькую улыбку: «просто продолжай называть меня капитаном. Мне неловко слышать, как ты называешь меня председателем. Яркий проблеск первоначальной команды Надежды из семи человек получил место председателя, три места заместителей председателя, а остальные три стали членами Совета. Что касается Чжан Фанфана, Ян Вэньчжао и Дуань и, они заняли места на совете для храма рыцарей, явно готовясь заранее ради подготовки своих будущих преемников.»

Можно было бы сказать, что величайшим победителем этого великого Собрания храмов был храм рыцарей. Хотя Хаохен стал председателем Союза в его статусе капитана яркого проблеска надежды, в конце концов он также был рыцарем! Его дед и отец были главными фигурами храма рыцарей, Божественных рыцарей. А значит, его отношения с храмом рыцарей не могли со временем ухудшиться.

Кроме того, Лонг Хаочен в стороне, его команда Хань Юй, Чжан Фанфан, Ян Вэньчжао и Дуань и были все экстраординарные электростанции молодого поколения, Хань Юй и Чжан Фанфан, пробившись на девятую ступень культивирования, и Ян Вэньчжао и Дуань и, пик восьмой ступени. Даже одной своей силой они были достаточно квалифицированы, чтобы быть назначенными членами Совета из храма рыцарей. В конце концов, они были еще так молоды.

Первоначально самым большим преимуществом храма магов перед храмом рыцарей было то, что у последнего не было достаточно многообещающего таланта, чтобы заменить старшее поколение, но эта сессия доказала, что эта точка зрения должна быть полностью пересмотрена. Появление пяти великих молодых рыцарей, которые плавно переходят от старшего поколения к старшему, подняло ожидания относительно их будущего. Лонг Тяньин и Ян Хаохань были довольно сдержанны на конференции, в которой храм рыцаря снова был самым большим победителем. Можно сказать, что новый союз действительно подготовил идеальную планировку, чтобы убедить другие храмы.

Все остальные улыбнулись в ответ на слова Лонг Хаочена. Глядя друг на друга, они все еще испытывали довольно жуткие чувства, непривычные к таким новым статусам. Но все они без сомнения знали, что их положение и обязанности в Союзе стали совершенно другими после того, как они прошли через Великое собрание храмов, а также через эту конференцию. В частности, Лонг Хаочен уже взял на себя тяжелую ответственность по ведению человечества к уничтожению всего демонического рода.

Лонг Хаочэнь объявил Чжан Фанфан, Ян Вэньчжао и Дуань и: «братья Чжан, Ян, Дуань. Вы трое уже некоторое время следуете за ярким проблеском надежды. Пройдя через сбор, вы можете считать себя частью нашей команды. Таким образом, вы также будете подвергнуты яркому проблеску правил надежды. Наш отряд охотников на демонов всегда следовал правилу равного разделения наших вкладов. Теперь, когда мы вернулись, пожалуйста, передайте свои пункты вклада.»

Все трое были в легком шоке: требование Лонга Хаочена было очень простым, но, поскольку оно казалось немного неуместным, учитывая его широкий характер, все трое испытывали довольно странные чувства. Но они не придали этому большого значения, и все вынули свои пункты вклада, чтобы перенести их на плитку вклада Лонг Хаочен.

На самом деле, все эти трое раньше были капитанами отрядов по охоте на демонов. Хотя пункты вклада, которые они накопили за эти годы, не могли сравниться с количеством ярких проблесков членов Хоуп, это все еще было немалое количество.

Чэнь Инь надул губы в ответ: «Вы не можете запугать их, капитан.»

Лонг Хаочен ухмыльнулся и больше ничего не сказал. Вместо этого, линь Синь рассмеялась: «почему это кажется, что маленькая курица расправляет крылья, теперь она защищает своего мужчину.»

Чэнь Инь ответил с большим гневом: «ты курица. Есть ли у тебя-наркотики-братан, Тебя будут бить? Забыл о том времени, когда тебя избили, пока ты весь не распух?»

Линь Синь фыркнул: «я ничего такого не помню.»

Цай’Эр уже стоял рядом с Хаочэном “ » Ну что, теперь пойдем?» Она разгадала намерение Лонга Хаочена, и только ей было известно, с какой целью он вернул себе очки вклада всех троих.

Лонг Хаочен кивнул: «мы уже уходим. Мы уезжаем завтра на рассвете, так что давайте разберемся с этим делом как можно скорее. Уже полдень, но у нас должно быть достаточно времени.»

Чэнь Инь посмотрел на Лонг Хаочэнь со слезящимся лицом “ » о чем ты говоришь, босс? Мы закончили с конференцией, так что же нам еще остается делать?»

Он улыбнулся в ответ “ » есть место, которое мы не посещали в течение длительного времени, и это должно быть довольно расслабляющим. А теперь пойдем.»

Глаза лысого жреца Сима Сианя внезапно загорелись: «я знаю, центр транзакций отрядов по охоте на демонов!»

Лонг Хаочэнь показал Симе Сиань свои большие пальцы вверх “ » умно. А теперь пора уходить.»

Услышав заявление Симы Сиань, глаза всей группы загорелись. Точно! Они уже очень-очень давно не были в операционном центре. После стольких лет они накопили миллионы пунктов вклада, чтобы использовать их.

— Капитан, это мы…— Лицо Ян Вэньчжао покраснело, явно переполненное эмоциями.

То же самое произошло с Дуань и Чжан Фанфан, который сразу же понял, почему Лонг Хаочэнь только что восстановил свои пункты вклада. Речь шла о покупке целых новых комплектов оборудования для всех троих. Учитывая личный характер Лонга Хаочена, снаряжение, которое он купит им, безусловно, намного превысит их количество очков вклада. Это было очевидно, потому что он беспокоился о том, что они отказались от настоящего, что он сформулировал свои слова иначе, заставив их передать свои пункты вклада, как будто они получили то же самое отношение, что и остальная часть отделения охоты на демонов яркий проблеск надежды. Таким образом, проведение своих покупок вместо них было только ожидаемо. Это не только помогало им, но и придавало им большое лицо.

Лонг Хаочен показал улыбку: «Не волнуйся. Если вы возьмете меня в качестве своего капитана, просто выслушайте мои распоряжения.»

Сима Сянь заметила: «босс, приведите мою маленькую цветочницу. С ее подарком ничто хорошее не ускользнет из наших сетей.»

Лонг Хаочен выказал некоторое колебание “ » разве титулованным отрядам охотников на демонов разрешено приводить посторонних в операционный центр отрядов охотников на демонов?»

Линь Синь заметил: «босс, теперь вы председатель профсоюза. Разве этот вопрос не должен быть легко решен?»

Лонг Хаохэнь ответил с суровым взглядом: «должность председателя Союза-это не привилегия, а ответственность.»

Сайм Сянь ответил: «босс, будьте спокойны. Мой маленький белый цветок является преемником Великого аукционного дома альянса, который поддерживает большие торговые отношения с Центром транзакций отрядов охоты на демонов, и поэтому ему разрешено входить в каждую секцию центра транзакций. Это не принесет нам никаких неудобств. Не оставляйте ее только из-за ее возраста: она-нынешний главный оценщик Великого аукционного дома альянса. Я почти уверен, что никто лучше нее не знает, какие хорошие вещи есть в транзакционном центре отделов охоты на демонов. Даже самые новые сокровища не скроются от ее глаз.»

Видя его самодовольный вид, Ван Юаньюань рассмеялся в ответ: «Сима, из счастливого тебя вот-вот потечет слюна.»

— Это просто слюна счастья, — ответил он без долгих раздумий.»

Лонг Хаочэнь улыбнулся: «Хорошо, Сима, пригласи Мисс Фэн Лин. Сначала мы направляемся в операционный центр. Давайте немного соберемся.»

— Да, председатель. Сима Сиань внезапно поклонилась в ответ, прежде чем развернуться на бегу, и остальные не могли не разразиться взрывом смеха.

Они не только вернулись, но и отлично выполнили свои планы. В их жизни начиналась новая глава.

Операционный Центр Отрядов По Охоте На Демонов.

Яркий проблеск появления Надежды был чрезвычайно сдержанным. Каждый из них был одет в плащ, и Лонг Хаочен ни в малейшей степени не использовал свою власть как председателя Союза, действуя точно так же, как любой обычный отряд охотников на демонов, когда они украдкой пробирались внутрь.

Операционный центр был полностью заполнен до краев, и из-за большого собрания храма многие отряды охотников на демонов решили посетить его. Совсем недавно это место было действительно оживленно людьми и наполнено хорошими вещами.

Команда Лонг Хаочена, естественно, не остановилась на первом этаже, а сразу направилась ко второму. По дороге собирались большие толпы людей, и вдруг один юноша вскочил и закричал от радости.

— Очень хорошо, я наконец-то добрался до него!»

Этот тривиальный звуковой скачок просто случайно преградил путь группе Лонг Хаочена. Товарищи юноши, которые также были в разгаре волнения, также способствовали блокированию пути.

— Извините, пожалуйста, пропустите нас.» Со стороны Хаочэня слова Хань Юя звучали нарочито тихо, но достаточно громко, чтобы их услышали все эти молодые люди.

Когда тот юноша повернул голову, он не мог не почувствовать удивления, заметив закутанную в плащ группу Лонг Хаочена. Он сразу же достал большой меч, который выглядел довольно хорошим предметом магического снаряжения. Хотя, эта оценка была основана на первом этаже операционного центра отрядов охоты на демонов.

Эти молодые люди выглядели вполне прилично, только немного молодо и неопытно. Увидев эту группу не только в плащах, но и с опущенными головами, он не мог не показать своего любопытства.

«Вы тоже Охотники на демонов? Мы чемпион новичок Демон охота отряд, номер один демон охота отряд солдата класса.— Рядом с юношей гордо произнесла девушка.

Юноша бросил на нее свирепый взгляд “ » что ты там выпендриваешься? Затем он виновато кивнул Хань Юю и поспешно отошел в сторону вместе со своей группой.

Услышав название отряда охотников на демонов первого ранга, одетые в плащи члены яркого проблеска надежды все не могли не поднять головы.

Первый сорт солдата, какое знакомое название! Десять лет назад это был их дом. При виде этих юношей из их сердец вырывались самые разные чувства. Остановившись ненадолго, Лонг Хаочен улыбнулся этим молодым охотникам на демонов, прежде чем повести группу на второй этаж.

Молодежь отряда охотников на демонов первого ранга была весьма обеспокоена этой улыбкой.

Его улыбающееся выражение лица было действительно освежающим; как легкий ветерок весеннего ветра или луч солнца, его вид, казалось, очищал душу.

— Такой красивый!— Девушка, которая говорила раньше, не могла удержаться, чтобы не выпалить.

— Он показался мне немного знакомым.— Сказал другой юноша.

Тот, что шел впереди, внезапно начал дрожать и потерял голос: «это те, кто из отряда по охоте на демонов ярко мерцает надеждой! И тот, кто только что улыбнулся нам, был их капитан Лонг Хаочен! Разве он только что не стал председателем профсоюза?»

Объявление о новом Союзе было уже приклеено к стенам Святого города сегодня днем.

Девушка пробормотала: «в те годы отряд по охоте на демонов яркий проблеск надежды, похоже, также начал быть отрядом по охоте на демонов номер один…»

Из-за их криков тревоги, охотники на демонов поблизости были все заинтересованы. К несчастью, фигуры членов команды Лонг Хаочена уже исчезли на лестнице второго этажа.

Все всегда направлялись на самые верхние этажи операционного центра отрядов охотников на демонов. Поскольку каждый этаж был заполнен меньше, чем предыдущий, верхний казался абсолютно пустым.

Это место было похоже на гостиную, с удобным диваном сбоку. Увидев вошедших, один из старейшин немедленно выступил вперед и почтительно поклонился им.

— Сэр Охотник на демонов, могу я спросить, что вам нужно?— Возможность попасть на этот этаж была достаточным доказательством их статуса, так как только титулованные отряды охотников на демонов имели право войти на этот этаж.

Длинный Хаочэнь достал свой плащ и улыбнулся ему: «Привет. Не могли бы вы помочь нам подтвердить наш счет очков вклада, а затем показать нам все оборудование по крайней мере epic tier, которое доступно? Я буду тебе надоедать. Кроме того, нам также понадобится пространственный Серебряный Кристалл.»

«Понятно.— Ответил старец, медленно отодвигаясь.

Не оставляйте этого старика за то, что он был всего лишь наемным работником: по колебаниям его духовной энергии Лонг Хаочэнь мог понять, что его культивация достигла восьмой ступени.

После того, как они стали отрядом по охоте на демонов титулованного класса, им больше не нужно было искать предметы там. Им нужно было только посмотреть каталог, а затем выбрать, что было гораздо удобнее, чем для отрядов охотников на демонов более низкого класса. Кроме того, любой из товаров и оборудования центра транзакций можно было выбрать с приоритетом, предоставленным титулованным отрядам охоты на демонов. Они даже могли совершать кредитные операции для своих покупок, хотя это было в пределах определенного лимита, очевидно.

Через некоторое время старик принес поднос и поставил его перед Хаохэном.

На подносе лежал прямоугольный Кристалл. На нем было ясно видно изображение длиной в треть метра и шириной в шестую часть. Судя по всему, это была миниатюрная версия магических кристаллов передачи, которые находились за пределами Великого стадиона альянса.

Лонг Хаочен достал Кристалл и вложил его в свою руку. На экране появился список, каждый пункт которого сопровождался небольшим изображением.

Лонг Хаочэнь бессознательно положил руку на первое изображение, и сияние немедленно вырвалось из экрана и устремилось к небу, оказавшись на виду у всех присутствующих.

Это было великолепное магическое платье, окрашенное в темно-золотой цвет и украшенное золотой шелковой вышивкой, с роскошным золотым рисунком дракона на нем. Нижняя часть платья была темно-золотистой, а верхняя-цвета чистого золота. Пряжка на груди была украшена красновато-золотым камнем размером с кулак. Все платье испустило оранжевый блеск, полный мягкости.

Хотя это была всего лишь проекция изображения, она выглядела действительно живой, как будто настоящая вещь стояла перед их глазами. Он также медленно вращался, его блестящее свечение было сравнимо с сиянием эпического яруса, по-видимому, гипнотизируя всех своим проявлением гордости.

Старейшина, который вручил им волшебный проектор, объяснил: «это волшебное платье называется славная хвала Святому огню. Достигнув эпического уровня, и совместимый с магами света и огня, он благоприятствует магам огня. Святой свет дополняет свою огненную мощь, таким образом уменьшая использование духовной энергии любого огненного мага наполовину, в то же время увеличивая свою мощь на двадцать процентов и привнося свойства Святого Света в огненные атаки мага. Платье имеет прилагаемую способность славной похвалы, пригодную для использования один раз в день, и которая требует, чтобы его купали под солнечным светом в течение одного часа, чтобы использовать. Славная хвала, при использовании, воспламенит всю духовную энергию Святого Света в славной хвале Святого Огня, чтобы мгновенно произвести мощный славный Святой Огонь, продолжающийся в течение десяти минут и привязывающийся ко всем последующим заклинаниям.»

Видя ослепительную славную хвалу Святого Огня, все яркие проблески надежды были в оцепенении, в том числе и длинный Haochen.

Они уже видели несколько божественных инструментов, но вне их, эта славная хвала Святого огня была самым мощным предметом оборудования, которое они когда-либо видели.

Линь Синь немедленно встала в возбуждении, выглядя взволнованной и жаждущей броситься в этот образ. Как бы то ни было, единственным среди ярких проблесков надежды быть подходящим для этого волшебного платья был он сам, и более того, он был по существу любителем таких ярких предметов.

Старец продолжил: «В некотором смысле, эта славная хвала Святому огню на самом деле является частью оборудования, которое может быть помещено выше оборудования эпического уровня. Разрыв между такими эпическими и божественными инструментальными уровнями на самом деле составляет половину царства. Оборудование этой ранга как бессмертная ранг, или инструменты subdivine. Однако оборудование такого уровня встречается почти так же редко, как и божественный инструмент класса, и поэтому его трудно найти.

— Хвала славному Святому огню воздается тем, что его сшивают с главной костью огненного дракона, к которой добавляется большое разнообразие редких материалов. Эти материалы соответствуют предмету, достигающему божественного инструмента, но в процессе изготовления изделия, поскольку материал света и огня горел слишком яростно, он в определенной степени конфликтовал, таким образом, окончательно не пересекая этот порог.»

Лонг Хаочэнь слегка кивнул, глядя на Линь Синя с другой стороны, обнаружив, что у Линь Синя был широко открыт рот, просто истекающий слюной.

«Это мое … мое…»

Лонг Хаохен не мог удержаться от смеха, но, к счастью, не спросил его дальше: «старший, сколько стоит хвала славному Святому огню?»

Старейшина сделал небольшую паузу, прежде чем ответить: «хвала славному Святому огню установлена по отмеченной цене в 2400 000 пунктов пожертвования.»

Услышав этот счет, все невольно ахнули.

Следует знать, что стоимость очков вклада почти в сто раз превышает стоимость золотых монет. Таким образом, 2 400 000 пунктов вклада были астрономическим числом, даже для титулованного отряда охотников на демонов класса. Хаочэнь однажды спросил своего деда о стоимости оборудования эпического уровня, и Лонг Тяньин ответил, что, как правило, стоимость оборудования эпического уровня будет варьироваться от 50 000 до 100 000 пунктов вклада.

Но он не думал, что это может стоить так дорого.

За эти годы отряд охотников на демонов «яркий проблеск надежды» накопил астрономическое количество очков вклада, но, по оценкам Хаохена, это было всего около десяти миллионов. И на этот раз они пришли именно для обмена оборудованием в масштабе всей их команды. Если один предмет стоил более двух миллионов пунктов взноса,это действительно было несколько невыносимо.

«Старший, сколько очков вклада накопила наша команда до сих пор?— Спросил Лонг Хаочен после короткого периода оцепенения. На самом деле он уже решил купить это волшебное платье. Будучи единственным магом в команде, Лин Синь обладал мощной взрывной силой и наносимым уроном. Если бы он мог получить поддерживающее заклинание, такое как славная похвала, это было бы отличной козырной картой, когда он сталкивается с демонами.

Когда дошла часть о ярком проблеске точек вклада надежды, выражение лица старейшины стало все более уважительным. Он провел весь год на самом верхнем этаже операционного центра и мало что знал о решении Альянса стать Союзом. Но он был чрезвычайно чувствителен к стоимости очков вклада и столкнулся с ужасающими подсчетами очков вклада нескольких титулованных отрядов охоты на демонов класса, но этот отряд охоты на демонов яркий проблеск надежды был определенно самым страшным до сих пор!

На точке вклада тайла был зафиксирован возраст экипажа Long Haochen, а также достижения их отряда охоты на демонов. Когда старейшина впервые увидел их группу, он подумал, что они просто выглядели такими молодыми из-за их высокой культуры, но после просмотра записей тайла о точках вклада, он понял, что они действительно были такими молодыми! Тем не менее, у этих молодых людей было такое несравненно шокирующее количество опыта и вклада.

— Уважаемый капитан Лонг Хаочен, ваша благородная команда собрала в общей сложности 14 628 631 очко вклада. Из-за того, что вы являетесь титулованным отрядом по охоте на демонов, вы предпочтительно выиграете от двадцатипроцентной скидки на любой из товаров нашего операционного центра.»

Более четырнадцати миллионов, это было действительно несравненно шокирующее число. Особенно для Чжан Фанфана, Ян Вэньчжао и Дуань и, которые подтвердили свои предыдущие догадки, услышав его, и были очень благодарны Лонг Хаочен. Если сложить все это вместе, то вклад всех троих достиг бы в лучшем случае миллиона или около того. Но по сравнению со средним показателем, это все еще было огромное количество.

В этот момент из двери на верхний этаж донесся голос Сима Сиань: «Ай, какой красивый халат. Босс, это для меня?»

Сима Сиань нес свой маленький белый цветок к остальным членам группы.

Фэн Лин была одета в белое платье, придавая ей вид, действительно соответствующий ее прозвищу Маленький белый цветок. Слегка поклонившись группе Лонг Хаочен, ее взгляд упал на тень хвалы славного Святого Огня.

С другой стороны, Линь Синь бросил сердитый взгляд на Симу Сиань, «что для тебя? Это явно часть оборудования для магов Огня, таких как я.»

Сима Сиань фыркнула: «Оставь свой разговор. Просто по цвету вы можете сказать, что он имеет светлый атрибут. Как такое могло случиться с огненными магами вроде тебя? Твой брат тоже маг, священник.»

Линь Синь внезапно улыбнулась, » Хорошо, тогда для тебя.»

Сима Сиань была поражена: «с каких это пор с тобой так легко иметь дело?»

Линь Синь с несчастным видом ответила: «Даже если я позволю тебе, ты сможешь его носить? — Ты магический пользователь? Во всем Союзе есть только один такой урод, как ты. Вы думаете о борьбе в этом платье, которое вы можете разорвать в любое время с вашим телосложением? До тех пор, пока вы готовы взять его с собой на поле боя, я позволю вам это сделать.»

Услышав его заявление, Сима Сянь внезапно почувствовала себя неуютно. Действительно, он был священником, но в тяжелых доспехах! Надевая это платье, он действительно боялся, что оно не принесет большой пользы, и платье будет только ждать, чтобы его испортили.

Лонг Хаочэнь заявил: «хорошо. Вы все можете присесть. Мисс Фэн Лин, как вы относитесь к этому оборудованию?»

Фэн Лин сказал: «эта славная хвала Святому огню исходит от остатков Огненной Феи. Это редкое огненное платье, и, по крайней мере, в истории Союза, это уникальный предмет. Но она имеет духовную природу, поэтому ее использование требует прежде всего получения ее одобрения. Я предлагаю вам попробовать и решить приобрести его только в том случае, если вам удастся получить его одобрение.»

Тот старейшина тоже кивнул: «Мисс Фэн Лин права. Я бы также предложил то же самое.»

Лонг Хаочэнь кивнул: «Хорошо, тогда я побеспокою вас, чтобы вы достали его для нас. Тогда давайте продолжим просмотр записанного оборудования.»

Палец двинулся вниз, длинный Хаочэнь выбрал предмет, и во вспышке тени в воздухе появилось голубое сапфировое ожерелье.

Фэн Лин прямо покачала головой: «это для водных магов, а не для вас, ребята. Мы можем пройти его.»

Она довольно хорошо разбиралась в способностях экипажа «яркого мерцания надежды», поэтому с ней здесь выбор экипировки был избавлен от многих хлопот.

Затем последовал детальный отбор, с Центром транзакций отрядов охоты на демонов, достойным называться самым богатым местом всего Альянса. Даже Фэн Лин сказал, что оборудование, достигающее по крайней мере эпического уровня в этом месте, было в несколько раз больше, чем в большом аукционном доме ее Альянса.

Весь отбор шел на вторую половину дня: божественные инструменты не появлялись бы в этом месте, потому что оборудование этого класса было бы все взято храмами при появлении. Они были просто такими редкими существами.

Тем не менее, они все еще получили довольно много хороших вещей там. В конце концов, они выбрали более десяти предметов эпического уровня. Но только трое из них достигли Бессмертного яруса.

— Уважаемый капитан Лонг Хаочен. После скидки, это оборудование потребует в общей сложности 20,62 миллиона пунктов вклада. Ваша титулованная команда Grade Demon Hunt может занимать до пяти миллионов очков вклада, но даже при добавлении этого к вашему первоначальному подсчету вклада, это все еще более миллиона коротких. Как насчет того, чтобы вы отпустили один предмет?»

— Отпустить? Как же это можно сделать? Каждая единица оборудования была выбрана для своей цели, и будет очень трудно найти компромисс.

Прежде чем Лонг Хаочэнь успел ответить, Фэн Лин внезапно воскликнул: «старейшина Сун, отряд охотников на демонов яркий проблеск надежды является ведущей партией нового Союза. Кроме того, я готов поручиться за них в своем качестве владельца большого аукционного дома альянса. Просто одолжи им еще немного. В течение пяти лет вы обязательно будете ясны с ними.»

Старейшина, которого она назвала старейшиной Солнца, ответил После недолгого колебания: «мне нужно попросить у вышестоящих инструкций по этому вопросу.»

«Не нужно просить указаний, просто дайте их.— Внезапно раздался знакомый голос, и тотчас же из комнаты на верхнем этаже вышел знакомый человек.

Увидев этого человека, Лонг Хаочэнь не мог не стоять в ступоре “ » дедушка Ян, как ты здесь оказался?»

Старик, который внезапно ворвался сюда, был не кто иной, как самый сильный рыцарь храма рыцарей, известный под титулом рыцаря звездного неба и именем Ян Хаою.

Ян Хаою улыбнулся ему: «Председатель, я отвечаю за управление операционным центром отрядов охотников на демонов и пагодой миссии. Однако об этом деле знают очень немногие. Даже главы шести великих храмов находятся в темноте. Наш отдел охотников на демонов всегда управлялся президентом охотника на демонов, и только отряды охотников на демонов, достигающие по крайней мере степени императора, имеют право знать о президенте охотника на демонов. Как тот, кто управляет всеми вопросами, связанными с отрядами охоты на демонов, их можно назвать величайшим менеджером всех отрядов охоты на демонов. И президент этого поколения охотников на демонов-это я. Если председатель заинтересован, вы вполне можете взять на себя, чтобы стать следующим охотником на демонов президентом, отвечающим за это.»

Дойдя до этой части, улыбка Ян Хаою стала еще более заметной. Глядя на этих молодых людей перед своими глазами, он не мог быть более удовлетворен. Особенно перспективы храма рыцарей, которые можно было назвать только идеальными. Теперь, когда личность Лонга Хаочэна уже не была прежней, даже ему приходилось называть его председателем, когда он стоял перед ним.

Лонг Хаочэнь поспешно покачал головой: «дедушка Ян, У меня и так достаточно дел в руках. Я не могу вынести эту должность как президент охотников на демонов. Более того, вы еще так молоды, что вполне можете удерживать эту должность еще несколько сотен лет. Иметь тебя в качестве нашего надзирателя-это счастье нашего сообщества охотников на демонов.»

Ян Хаою ответил: «достаточно. Вы все можете собрать свои вещи и уйти. Остальное предоставь мне, а сейчас ты должен вернуться в храм рыцарей. Не забывайте о том, что я вам уже говорил, и я желаю вам успеха.»

Лонг Хаочэнь положил свой правый кулак на грудь и выполнил стандартный рыцарский салют: «дедушка Ян, спасибо за Вашу поддержку. Мы вас точно не разочаруем.»

Ян Хаою показал равнодушную улыбку: «я не поддерживаю тебя, но наше будущее в сопротивлении демоническому роду.»

Чарующе светящееся оборудование для эпического яруса было вынесено группой. Среди них у Лонг Хаочэня не было ни одного, а у Цай’эра была только внутренняя полная броня. Чэнь Инь получил шестигранный хрустальный шар эпического уровня. А остальные пожинали обильные плоды.

Ван Юаньюань переоделся в броню эпического яруса и получил обильный запас пространственных кристаллов.

После того, как она в последний раз использовала этот гигантский Божественный душевный Щит, все пространственные кристаллы были израсходованы. С этой починкой гигантский Божественный душевный щит снова засиял светом эпической ступени, или, скорее, это должна быть бессмертная ступень, которая будет достигнута при вставке семи пространственных кристаллов в гигантский душевный щит.

Урожай линь Синя был еще больше. Хвала славному святому огню мантии была одной вещью, но он также получил Кристалл Огненного Дракона, Бессмертный посох ранга, черпающий силу из кристалла огненного дракона, чтобы принести его с собой.

Однако Сима Сиань не выбрала никакого оборудования. Фэн Лин Эр сказал, что она подготовила для него самый подходящий комплект от Великого аукционного дома альянса.

Хань Юй и Чжан Фанфан тоже не выбирали никакого снаряжения, и у обоих были решительные взгляды. Хотя они этого и не выражали, но каждый мог угадать свою цель. Точно так же, как Лонг Хаочен, они стремились к полномасштабному прикрытию и защите, называемым божественными престолами.

Не выбрать какое-либо оборудование из операционного центра отрядов охотников на демонов было все равно, что сжечь их лодки, чтобы у них не осталось свободного места.

Для сравнения, Ян Вэньчжао и Дуань и выбрали оборудование для своих собственных после многих колебаний. В соответствии с намерениями Лонга Хаочэня, Ян Вэньчжао выбрал пару тяжелых мечей эпического уровня для своего собственного, В то время как у Дуань и был щит эпического уровня плюс тяжелый меч эпического уровня. Оборудование только на этих двух объектах израсходовало свыше шести миллионов пунктов сбора средств.

Помимо индивидуального оборудования, Long Haochen также приобрел некоторое командное снаряжение и лекарства. Среди них были две таблетки для улучшения понимания предметной области, которые должны были использоваться на девятом этапе, которые были предназначены для Линь Синя и Сима Сианя.

Яркий проблеск первоначальной установки Хоуп уже имел четыре домена из семи, а Хань Юй стремился следующим к Божественному трону. Таким образом, Хаочэнь, естественно, проявил больше внимания к Лин Синь и Сима Сиань, которые уже достигли девятой ступени. Чжан Фанфан тоже достиг девятой ступени, но оказался в такой же ситуации, как и Хань Юй, и взял на себя инициативу сдаться в борьбе за лекарства.

Экипировка команды пришлась Лонг Хаохэну по вкусу больше всего. Названный домен мгновенной вспышки, это было ожерелье, которое выглядело бы очень обычным, если бы не его оранжевый блеск, символизирующий эпический уровень. Это было простое серебряное ожерелье с прозрачным Кристаллом, похожим на снежинку, но все же дающее очень уникальное ощущение.

Название домена мгновенной вспышки было связано с тем, что этот элемент оборудования эпического уровня имел, в некотором смысле, доменную способность.

Пользователь мог бы вложить в него ментальную силу, чтобы свет мгновенной вспышки был прикреплен к нему. Тогда, во времена сражений, он мог бы в любое время телепортировать своего союзника на его сторону во время битвы. Свет мгновенной вспышки действительно достиг пределов домена, другими словами, даже если союзник был пойман в ловушку врагом домена, способность к телепортации все равно будет работать.

Но свет мгновенной вспышки также имел некоторые ограничения, такие как необходимость принятия его владельца для их подключения.

С этим командным снаряжением, добавленным к мощной ментальной силе Лонг Хаочена, он мог бы в любое время перевести своих товарищей, укрепляя свое положение в качестве ядра команды.

Можно было бы сказать, что это переключение передач вызвало качественный скачок ко всем ярким проблескам силы надежды. Затем должны были последовать испытания утверждения Божественного престола в храме рыцарей, а также испытания рыцаря Ян Вэньчжао и Дуань и из чистого золота. Рождался беспрецедентно сильный отряд охотников на демонов.

Вечером группа попрощалась со своими родственниками, и в светлое утро они покинули Святой город вместе с остальными участниками великого Собрания этих храмов со стороны храма рыцаря, продолжая идти к горному перевалу Дракона храма рыцаря, сопротивляющегося.

Тем временем новый союз уже действовал полным ходом. Ли Чжэнчжи и Лонг Тяньин остались в Священном городе, ответственные за подготовку первого и второго легионов нового альянса. Шесть великих храмов уже переводили своих последователей всех профессий в Святой Город для объединения. Даже часть электростанций, принимавших участие в Великом собрании храмов, осталась позади.

Как два первоначальных легиона нового Союза, они естественно вложили всю свою силу в то, чтобы стать самым сильным возможным существованием. Это в какой-то мере доказывало правильность решения о создании Союза, а также еще больше укрепляло доверие народа к новому образованию.

Раса демонов, моду. Дворец Императора Демонов.

— Ну и что же? Долго Хаочень не умирал?»

Бог-Демон император Фэн Сю с силой схватился за свое место. Трон, который он сжимал, издавал кудахчущие звуки, но не показывал никаких следов повреждений. Этот трон, как говорили, был сделан из костей первого Бога-демона императора, став символом мощи Бога-демона императора с высоким значением для демонов.

Перед Богом-демоном императором сидел спокойный А’Бао, его пурпурно-черные волосы ниспадали на плечи. По сравнению с тем, что было несколько лет назад, его нынешняя внешность была гораздо более устойчивой. В целом он был похож на скульптуру, хотя его красивое лицо явно побледнело. Услышав имя Лонг Хаочен, его спокойные глаза внезапно заострились, как две молнии, пронзившие дворец императора-демона. Даже Бог-Демон император слегка прищурился.

За пять лет поведение А’Бао полностью изменилось. Его характер стал гораздо более замкнутым и очень молчаливым. Но никто, кроме Бога-демона императора, не знал, сколько А’Бо заплатил за эти пять лет. Даже тот, кто был известен как неистовый Бог демонов, Ананда, не мог сравниться с тяжелой работой А’Бао.

Будучи сыном Бога-демона императора, в его теле текла чистая кровь дракона-Дьявола. Добавьте к этому его недавно возникшую настойчивость и усердие, и его культивация столкнулась с потрясающей переменой.

Стоя в почтительном поклоне, Императорская Гвардия командующего Черным драконом Хуан Шуо делала доклад.

— Да, Ваше Величество. По словам наших шпионов в Союзе храма, он не только не умер, но и возглавил свой отряд по охоте на демонов, участвуя в Великом собрании храмов Союза храма, и, кроме того, стал чемпионом. Он продемонстрировал чрезвычайно большую силу в сборе, уже овладев своей собственной областью», — почтительно сообщил Хуан Шуо.

А’Бо слушал со всем вниманием, внешне спокойно, но не подозревая, что обе его руки сжались в кулаки.

Император-Демон нахмурил брови и сурово заявил: «Я лично убил Лонг Хаочена. Как он мог воскреснуть? С его уничтоженным сердцем, даже самый сильный человеческий священник в существовании, возможно, не смог бы вернуть его к жизни. Там, конечно, проблема с информацией. Хуан Шу, мобилизовать всех наших шпионов на человеческой территории. Получите дополнительную информацию любой ценой. Поторопись!»

«Утвердительный ответ. Ваше Величество, это может быть ложный след, оставленный людьми?— Спросил Хуан Шу.

«В этом нет ничего невозможного. А может быть, это ошибка,что я лично убил Лонг Хаочена? Но зачем людям прибегать к такому поведению? Может быть, они все еще недостаточно усвоили урок, полученный ими более четырех лет назад?»

— Царственный отец, пожалуйста, позволь мне совершить путешествие на человеческую сторону. Если Лонг Хаочен все еще жив, я верну его труп.» В сердце А’Бао была только одна огромная цель ненависти, и это был Лонг Хаочэнь, который лично сокрушил его уверенность, а также заставил его потерять свою самую любимую девушку. Он также создал в себе навязчивую идею, что его силы были недостаточны, и все было ложью. Так что он отчаянно тренировался в эти годы, ради подготовки к тому, чтобы занять место Бога-демона императора.

— Об этом не может быть и речи. В этом тоже нет необходимости. Лонг Хаочен наверняка уже мертв. Хуан Шу, пригласи Бога звездного демона, мне нужно с ним поговорить.»

«Утвердительный ответ.— Почтительный ответ Хуан Шуо пришел быстро.

Ах’Бо строго спросил: «царственный отец, я не понимаю, почему ты не уничтожил его труп также в то время, вместо того чтобы позволить его товарищам по команде уйти с ним?» Он всегда был в замешательстве относительно этого пункта, не понимая действий Бога-демона императора.

Прямо сейчас у Бога-демона императора был несколько неприглядный цвет лица, когда он холодно фыркнул: «это дело не имеет никакого отношения к тебе. У меня есть свой собственный взгляд, поэтому, естественно, за всем, что я делаю, стоит цель.»

А’Бо больше ничего не сказал и молча опустил голову.

Вместе с ростом его силы, его статус среди демонов также становился все более и более высоким. То же самое относилось и к предыдущим поколениям: пока они были наследными принцами, их статусы внутри драконов-дьяволов неуклонно росли, пока, превзойдя предыдущего демонического Бога-Императора или после его смерти, они не унаследовали корону.

В истории демонов был даже случай, когда демон-Бог-Император более позднего поколения убивал первого, чтобы править.

Вскоре Звездный Бог-Демон Вассаго сопровождал Хуан Шу обратно во дворец императора-демона.

— Босс, вы меня ищете?— Вассаго почтительно поклонился Богу демонов императору, одновременно посылая свои приветствия А’Бао.

А’Бо лишь сделал легкий вежливый жест, но промолчал,даже не вставая.

Бог-Демон Император спросил: «третий брат, Хуан Шуо должен был рассказать тебе все. Человечество получило известие о пробуждении Лонга Хаочена. Как вы относитесь к этому вопросу?»

Вассаго перестал улыбаться, — это всего лишь слухи. Не забывай, Босс, что именно ты лично убил Лонг Хаочена. Более того, после его смерти я сразу же отправился предсказывать будущее нашей расы. Хотя я использовал только простейшую технику пророчества, я видел только светлое будущее для нашей расы. Более ранняя угроза уже полностью стерта. Хотя я не знаю, почему человечество сделало бы такую вещь, я могу утверждать, что Лонг Хаохен уже умер в то время, приведя этого Остина Гриффина к смерти вместе с ним.»

Услышав подтверждение Вассаго, Бог-Демон император немного расслабился и кивнул: «тогда это к лучшему. Я просто боюсь, что в этом случае у людей были бы какие-то необычные способы вернуть его к жизни.»

На этот раз Ах’Бао внезапно выпалил: «третий дядя, если бы ты еще раз использовал Великую технику пророчества, смог бы ты предсказать состояние Лонг Хаочэня?»

— Демон — Бог-Император нахмурил брови, — Не говори ерунду А’Бо. Как вы думаете, великое пророчество может быть использовано в любое время? Это не значит, что вы не знаете, как долго ваш третий дядя был в слабом состоянии после использования Великого пророчества. И только недавно он пришел в себя.»

Вассаго немного поколебался: «использование Великой техники пророчества еще раз не невозможно, но моя жизненная сила, возможно, в результате придет к концу. Кроме того, я не могу прямо предсказать судьбу Лонг-Хаочена, но только будущее нашей расы.»

Хотя он и не отвергал его прямо, это можно было считать только отказом.

— Третий брат, не слушай болтовню А’Бо, — взмахнул руками демонический Бог-Император. Поскольку вы уверены, что судьба нашей расы была изменена в то время, нет больше необходимости в каких-либо предсказаниях. Только мы должны исследовать этот вопрос и выяснить, какова конечная цель человека.»

— Царственный отец, я не знаю почему, но у меня есть постоянное предчувствие, что Лонг Хаочэнь действительно все еще жив.»

Взгляд Бога-демона императора стал суровым “ » хватит! Не будьте слишком самоуверенны. Ты же не твой третий дядя, как ты можешь что-то понимать в предчувствиях?»

Выражение лица а’Бо изменилось, когда он перестал спорить по этому поводу.

Очень вовремя Хуан Шуо объявил: «Ваше Величество, я немедленно исследую цель людей и вопросы Великого Собрания храмов.»

«Да.— Бог-Демон император кивнул, а затем обратился к Богу-демону звезды: — тогда третий брат, ты можешь вернуться.»

«Утвердительный ответ.— Вассаго почтительно согласился и ушел вместе с Хуан-Шуо.

Бог-Демон император медленно встал, одарив Ах’Бо взглядом, — мы должны помнить, что даже если в твоем сердце есть некоторые опасения, это не значит, что ты должен их высказывать. Вы особенно должны уважать Бога лунного демона и Бога звездного демона.»

А’Бао встал и присоединился к демону Богу-императору, — царственный отец. С вашей культивацией даже все остальные боги-демоны в сумме не соответствуют. А зачем это нужно?..»

Бог-Демон император холодно фыркнул: «ты ничего не знаешь. Я, естественно, расскажу тебе все, когда позволю тебе занять место Бога демона императора. Все, что вам нужно знать, это то, что для демонов каждый бог-демон является важным существом, особенно Лунный Демон и Звездный Демон. Пока мы все трое будем стоять на одной стороне, у нас будет достаточно сил, чтобы спокойно встретить любой кризис. Хорошо, с завтрашнего дня я уйду в уединение. Дела дворца императора-демона будут предоставлены тебе. О, верно, что касается расследования о Юэ е, были ли какие-либо новости?»

А’Бо покачал головой “ » еще нет. Она уже исчезла несколько лет назад и не оставила ни единого следа. Но я обнаружил, что некоторые нарушители спокойствия постепенно поднимаются на нашей демонической территории. Основываясь на инсайдерской информации, они казались сгруппированной организацией, постоянно находящейся в состоянии экономии энергии. Однако они очень плотно организованы, и корни их глубоки. Я все еще занимаюсь расследованием.»

Фэн Сю выпустил равнодушную улыбку “ » просто некоторые взволнованные клоуны. Не надо бояться. Не обращайте слишком много внимания на этот вопрос. Ваша культивация-это самое главное. Твой царственный отец знает о твоих успехах за последние годы. Когда я выйду из этого уединения, я дам тебе еще больше вопросов для решения. Твой царственный отец обещает тебе, что когда твоя культура превзойдет лунного императора, положение демонического Бога-Императора будет для тебя.»

Выражение лица а’Бо изменилось, но он тут же опустил голову, — ты сейчас в своей весне, королевский отец. Наша раса все еще нуждается в вашем лидерстве.»

Фэн Сю спокойно сказал: «Не нужно притворяться передо мной. Ты сейчас точно такой же, как и в прошлом. Тогда ты можешь идти. Помните, что в этот период уединения вы не должны беспокоить меня, что бы ни случилось. — Понял?»

«Да» — сказал А’Бо, затем повернулся и ушел.

Увидев его удаляющуюся фигуру, Бог-Демон император холодно улыбнулся “ » Так что насчет родства?1 перед авторитетом все бесполезно. Дойдя до этой точки, он вдруг вспомнил это красивое лицо, полное святости, что заставило его невольно стать рассеянным, когда он пробормотал: «Дитя, ты действительно все еще жив?»

Поскольку Бог-Демон император все еще пребывал в недоумении относительно того, жив ли еще Лонг Хаочен, он уже привел свою команду в штаб-квартиру храма рыцарей в горном ущелье сопротивления драконов.

С драконом, сопротивляющимся горному перевалу перед его глазами, он не мог не двигаться с эмоциями. Он наконец-то вернулся, не только познакомившись с матерью, но и воссоединившись с отцом после очень долгого времени! С тех пор прошло уже десять лет, как он не виделся со своим отцом.

В тот год он лично был свидетелем того, как его отец использовал Божественный трон судьбы и кровопролития. Теперь, когда прошло более десяти лет2, пришло время их воссоединения, а также время получить одобрение Божественного престола.

Шесть крыльев за его спиной исчезли, и Лонг Хаочен первым приземлился на Сопротивляющемся Дракону горном перевале. Возможно, из-за того, что дюжину лет он провел в воспоминаниях о своем отце, ко времени своего приезда он не мог удержаться и долго свистел в небо.

Остальные вернувшиеся генераторы храма рыцарей и члены отряда охотников на демонов яркий проблеск надежды намеренно остались позади. Нынешний Лонг Хаочен был не только решающим персонажем для рыцарского храма, но и более того председателем Союза. Даже если он был молод, он уже показал себя этим рыцарям с силой.

Поднялся прозрачный шипящий звук, он был мирным и давал ощущение беззаботности. Затем шесть крыльев Лонг Хаочена исчезли, когда он в мгновение ока достиг города Дракона, сопротивляющегося горному перевалу.

До их прибытия весть о его возвращении уже давно пришла в храм рыцарей, и прямо сейчас полностью одетые рыцари вышли на стены храма рыцарей. Столкнувшись с спуском Лонг Хаочена, они все исполнили самый стандартный салют, чтобы приветствовать своего нового председателя профсоюза.

Посреди входа стоял высокий человек, красивый и решительный лицом и широкоплечий, а также обладающий несравненно острым взглядом. Когда он вдруг увидел эту внезапную золотую фигуру, его взгляд стал еще более смутным.

— Хаочен.»

Эта золотая фигура, появившаяся из ниоткуда, была брошена ему на грудь в мгновение ока, когда они обнялись.

— Отец мой!— Голос Лонга Хаочена дрожал, и даже в его тональности произошли большие изменения.

Для любого мужчины их отец был бы в юности их кумиром. Кроме того, каким человеком был отец Лонг Хаочен? Он-владелец Божественного трона обреченности и кровопролития, Божественный рыцарь суда и суда, Лонг Синъю, из храма рыцарей! Настоящий выдающийся талант своего поколения и сверхсильный рыцарь возмездия.

Его отец всегда был гордостью Лонг Хаочена. В глубине души он всегда целился и гнался за высокой тенью своего отца, которая гнала его вперед. Большая часть его усилий была направлена на то, чтобы заставить отца признать себя. Даже в этот день спустя десять лет, когда он встретил своего отца, это детское восхищение вырвалось наружу, так как председатель этого нового профсоюза капал со слезами.

Рост Лонга Хаочена был ничуть не тоньше, чем у его отца. Отец и сын были одного роста, оба гордились храмом рыцарей. Все рыцари почтительно поприветствовали их, так же как и далеко стоящий Лонг Тяньинг. С тремя поколениями длинной семьи, являющейся одним из самых талантливых в храме рыцарей, эта длинная семья может считаться семьей с наибольшим авторитетом вне храма рыцарей. Хотя они никогда не возражали против этого, в сердцах рыцарей, особенно молодых рыцарей, их существование было непревзойденным, истинными идолами.

Чувствуя приливы эмоций Лонг Хаочэня, Лонг Синю, который больше не был способен показывать такие чистые чувства, как его сын, имел очень сложное выражение в его глазах. Его обычно несравненно спокойные руки слегка дрожали, когда он непрерывно звал своего сына по имени.

— Хаохен, о Хаохен. Твой отец подвел тебя. Я не очень хорошо тебя защищал.»

— Отец, не говори так. Я твой сын, и без твоего руководства я бы не был таким, как сейчас. Я уже взрослая и должна в свою очередь защитить тебя и маму. Ослабив объятия, отец и сын посмотрели друг на друга, глаза их были наполнены эмоциональными красками.

Лонг Синъю глубоко вздохнул, стряхивая слезы, как будто внезапно приняв какое-то решение. Он посмотрел на Лонг Хаочэнь с твердым взглядом и заявил: «сын, независимо от того, что могло произойти в прошлом, ты сын этого Лонг Синюя, мой единственный сын. С сегодняшнего дня любой, кто захочет причинить тебе вред, должен будет сначала наступить на мой труп.»

Это было категорическое заявление, звучное и сильное, как будто это было убеждение.

Глядя на своего заплаканного отца, на его наполовину побелевшие волосы, длинный Хаохэнь снова был переполнен слезами. Это его эмоциональное » я » не чувствовало скрытой боли в предыдущих словах отца, только думая о том, что после того короткого периода в дюжину лет, который прошел, его отец на девятом этапе культивации все же казался намного старше. Он даже не выглядел намного моложе своего деда, хотя на своем девятом этапе культивирования он не должен был стареть так быстро. Очевидно, за эти годы этот отец действительно столкнулся с особыми переживаниями.

Сделав глубокий вдох, Лонг Синъюй с трудом стабилизировал свои эмоции, неся слабую улыбку на лице, и внезапно ударив правым кулаком в левую грудь, громко объявил: «вспомогательный глава храма рыцаря приветствует председателя Союза.»

Лонг Хаочен побледнел, прежде чем внезапно пришел к осознанию. Его личность больше не была похожа на погоню за отцом, как в те далекие годы, во время его адского обучения в юности. Теперь он был первым председателем Союза, способным представлять все человечество, представлять весь человеческий Союз в целом.

Его правый кулак энергично ударил себя в грудь, издав звук взрыва, и Лонг Хаохен больше не говорил ни слова.

Прямо сейчас, все из яркого проблеска надежды, а также силовые установки храма рыцаря последовательно приземлялись в городе. Под предводительством Лонг Синюя, Дракон, сопротивляющийся горному перевалу, торжественно приветствовал триумфальное возвращение этих рыцарей.

Хотя окончательными победителями Великого Собрания храма были те из отряда охотников на демонов яркий проблеск надежды, из шести великих храмов, самым большим победителем, несомненно, был храм рыцаря.

Нападение на храм магов под предводительством ли Чжэнчжи в конце концов оказалось бесплодным. Даже если бы Лонг Хаочен и его товарищи не восстали, последним чемпионом все равно был бы глубоко укоренившийся храм рыцарей.

После величественной церемонии приветствия Лонг Хаочен и его отец встретились с матерью Хаочена. Три члена его семьи наконец-то воссоединились, после более чем десяти лет разлуки. Или, скорее, это должна быть семья из четырех человек. Вместе с долгим Хаоченем пришла еще одна неразрешимая часть его жизни, самая любимая в его сердце, Цай’Эр.

1А сыновние отношения, или отношения отца и сына

2Это места и Haochen и Cai’ER как быть по крайней мере 21-22 лет

Бай Юэ больше не мог любить Цай’Ер. Особенно теперь, когда воспоминания Цай’Эр вернулись, она больше не была холодной Святой дочерью Сансары того времени, и вела себя очаровательно перед глазами родителей Хаочэня. Перед заплаканными лицами Лонг Синю и Бай Юэ ее собственное лицо было наполнено счастливой улыбкой.

Глядя на сына, будущую невестку и жену перед своими глазами, Лонг Синъю вдруг повернул голову, вытирая в очередной раз слезы на своем лице. Он, казалось, не замечал, что его кулаки были сжаты, а правый кулак с силой ударил себя в грудь. Когда слезы сожаления наполнили его глаза, он повернулся спиной к длинному Хаохену–и к глазам всех троих.

Большая рука легла ему на плечо: «отец, что случилось? Разве наша семья сейчас не собралась? Пусть прошлое остается таким, как было. Видишь, у тебя уже так много белых волос. Вы должны быть уверены, что лучше заботиться о себе, иначе вы не будете соответствовать матери.»

Лонг Синъю слегка опустил голову, его голос все еще задыхался: «дитя, эти годы, когда ты отсутствовал, должно быть, были очень болезненными.»

Лонг Хаочен издал смешок: «такого не бывает! У нас была только удачная встреча после убийства Бога демона Пантеры. Каждый тренировался в уединении и ушел в состояние глубокой медитации, вот почему мы все так долго возвращались назад. В противном случае, мы бы предпочли вернуться как можно раньше.»

Лонг Шингю внезапно повернул голову, чтобы посмотреть на него, видя тепло, переданное улыбкой Лонг Хаочэня, он мог чувствовать чистоту света от своего сына.

«Ты говоришь неправду.»Лонг Синъю наблюдал за своим сыном, его глаза мерцали, как будто он хотел что-то сказать, но все еще держал это в конце.

Лонг Хаочэнь отреагировал с некоторым шоком “ » отец, с тобой все в порядке?»

Лонг Шингю покачал головой и заставил себя улыбнуться: «О, ты прав. Пусть прошлое остается таким, как было. Мы должны смотреть вперед на будущее: независимо от того, с какими испытаниями вы столкнулись, вы всегда будете так долго сыном Синюя, это никогда не изменится. Давайте, родитель и сын, будем сражаться с демонами бок о бок.»

Теперь бай Юэ не мог удержаться от смеха “ » ты уже много раз повторял, что Хаочэнь-твой сын, Синюй. Вам все еще нужно продолжать настаивать?»

Выражение лица Лонг Синю застыло, когда он взглянул на Бай Юэ, сложные эмоции заполнили его глаза. Но она очень быстро пришла в норму: «возможно, потому, что я слишком долго не видел своего сына. Это все еще кажется нереальным даже сейчас.»

Бай Юэ взял Цай’Эр за руку “ » я беспокоюсь только о том, когда именно Цай’Эр действительно станет моей невесткой.»

Лонг Хаочэнь и Цай’Эр покраснели одновременно, и как только их взгляды пересеклись, Цай’Эр снова опустила голову.

Лонг Хаохэнь мягко рассмеялся: «отец, мать, если вы оба согласны, давайте отправимся на перевал Экзорцист.»В этой области брачные предложения должны были поступать от поколений родителей. Обе стороны будут тусоваться вместе, прежде чем искать благословения своих родителей, чтобы официально провести свою свадьбу.

Цай’Эр нерешительно ответил: «Хаочен, у нас все еще много чего происходит. Не надо торопиться.»

Хаохен улыбнулся: «так не пойдет, я слишком долго думал об этом деле. И даже если мы не будем спешить, Инь, Юаньюань и экипаж будут спешить. Они уже не так молоды.»

«Новый союз только что образовался, так что здесь действительно происходит много дел. Но в некотором смысле, я просто табличка с именем, как председатель Союза. Дела Союза решаются в соответствии с обязанностями дедушки и главы храма ли. Наш приоритет-прогрессировать в силе, чтобы быть в состоянии бросить вызов Богу-демону императору и этим пиковым демоническим электростанциям в ближайшем будущем. После того, как наши в настоящее время наиболее насущные вопросы будут решены, мы должны иметь время спокойствия. В это время мы будем проводить нашу свадьбу, таким образом, это должно быть о времени для других, чтобы устроиться, а также. А когда с семейными делами покончено, мы должны стремиться к тому, чтобы культивировать их вместе без промедления.»

Бай Юэ непрерывно кивал: «даже если вы еще более заняты, вы не можете пренебречь главными событиями в жизни. Похоже, все улажено, давайте отправимся в горный перевал Экзорцист, чтобы сделать предложение о браке через некоторое время.»

Долгое время эмоции Синъюй стабилизировались, теперь на его лице была улыбка: «говоря об этом, я не встречал Линьсинь в течение многих лет.»В некотором смысле, отец Цайэр мог считаться наполовину учеником в течение долгого времени Синъю, которому он дал довольно много наставлений в прошлом.

Лонг Хаочэнь спокойно заявил: «отец, я планирую отправиться в храм завтра. Хань Юй и Чжан Фанфан последуют за мной, они также квалифицированы, чтобы войти.»

Лонг Синюй слегка вздрогнул “ » так поспешно?»

Лонг Хаочэнь кивнул: «мы срочно нуждаемся в увеличении нашей силы через Божественные Престолы. Мой конь находится на грани эволюции, и это, вполне возможно, будет его последней эволюцией. Ему нужно, чтобы я был достаточно силен, чтобы помочь.»

Лонг Синъю спросил: «есть ли необходимость в том, чтобы я отправил помощников из храма рыцарей?»

Лонг Хаочен покачал головой: «в этом нет необходимости, нам достаточно самих себя.» Он не осмелился рассказать слишком многим о секрете Хаоюэ. Даже Ян Вэньчжао и Дуань и были решены принять участие после долгих размышлений. Он доверял Хаою, но не осмеливался дать другим знать об ужасном мире, из которого он пришел, и его подозрительном происхождении. Кроме того, конечная эволюция Хаоюэ была бы чрезвычайно опасной, в случае несчастного случая была бы опасность смерти, таким образом, Хаохэнь не хотел вовлекать слишком много.

После короткой паузы Лонг Синъю заявил: «Хаочэнь, я знаю, что твой врожденный талант-это номер один из нескольких тысяч лет истории храма рыцарей.

Я прекрасно знаю о вашей цели. Но помните хорошо, если это не сработает, не будьте слишком сильными. Любой из Божественных престолов может даровать вам достаточно грозную власть, это не обязательно должен быть Божественный престол Вечности и созидания.

Лонг Хаочэнь ответил: «отец, я не отступлю. Я верю, что у меня есть такая возможность. Если даже мне это не удастся, то я боюсь, что Божественный престол Вечности и творения никогда не найдет своего владельца.»

— Лонг Хаочен сказал это с улыбкой. В обычное время его устрашающе мирное занятие становилось полным несравненной уверенности. Верно, если он окажется неспособным заслужить одобрение Божественного престола Вечности и творения, это только докажет, что этот изначальный Божественный престол на самом деле не был бы существом света.

Глаза Лонг Синюя блеснули “ » хорошо! Я не ожидал меньшего от этого длинного сына Синюя. Твой отец заранее выражает тебе свои наилучшие пожелания.»

Лонг Хаочэнь улыбнулся: «и, пожалуйста, спланируйте испытание Рыцарей золотого основания для Ян Вэньчжао и Дуань И. Это просто позор, что даже если им удастся прорваться через девятый шаг, там может даже не быть некоторых Божественных престолов, оставленных для них, чтобы попытаться выбрать.»

В случае успеха Лонг Хаочэнь, Хань Юй и Чжан Фанфан совершат беспрецедентный подвиг, подарив всем шести Божественным тронам рыцарского храма их владельцев. Если это действительно произойдет, моральный дух человечества достигнет беспрецедентного пика в истории.

Лонг Синъюй улыбнулся по этому поводу: «Вам не нужно беспокоиться об этом. Когда вы все вырастете, наши божественные Престолы однажды должны будут перейти. Должно быть, у вас была утомительная поездка, чтобы вернуться туда, так что отдохните пораньше. Я уже приготовил для тебя комнату.»

Но к неожиданности Лонг Хаочэня, у Лонг Синю действительно было место, подготовленное для Цай’эра и его, чтобы остаться, но это была одна комната.

С тех пор как Кэй’Эр потеряла свои воспоминания, они никогда не жили вместе в одной комнате. Во-первых, из-за потери памяти у Кайера, а во-вторых, потому что они уже все выросли, а не были такими молодыми, как в те времена. Лонг Хаочен также боялся потерять контроль над собой до того, как они официально поженятся.

Это была большая, уютная комната. Но стоя внутри, Лонг Хаочэнь и Цайэр не могли не покраснеть, глядя друг на друга, особенно когда видели только эту одну большую кровать.

Очевидно, Лонг Синъю и Бай Юэ думали, что они уже пересекли эту границу в подростковом возрасте, и более того, для них хотеть жениться так скоро, жить вместе было очень нормально.

Цай’Эр опустила голову и присоединилась к длинному Хаочэню, осторожно снимая для него пальто, и тихо сказала: «Я иду в ванну.»

Услышав ее бормочущие слова, Лонг Хаочен сразу же почувствовал разницу. Почесав в затылке, он продолжал молчать. Углубив свою любовь в те годы и пройдя через бесчисленные переживания жизни и смерти, их чувства уже достигли фузионного уровня. Хотя сейчас они чувствовали себя несколько неловко, у них не было никакой необходимости объясняться.

После того как они по очереди приводили себя в порядок и немного приходили в себя от усталости, Лонг Хаохэнь сидел на кровати, полностью погруженный в свои мысли.

Но то, что он таким образом терялся в своих мыслях, было для него своего рода счастьем. Это было очень уютно, чтобы иметь возможность сидеть спокойно, без какого-либо дела происходит. Это принесло ему неописуемое чувство блаженства.

Кэй’Эр переоделась в длинную ночную рубашку, протянув вперед белокурую руку. Присоединившись к длинному Хаохэну, она очень естественно уселась на его бедро, обе руки обвились вокруг его шеи, мило облегая грудь.

Хаохен бессознательно обхватил ее тонкую талию, чувствуя прикосновение ее бедра и ягодиц к своему телу. Хаочэнь мог только чувствовать, как пульс этого сердца вечности внезапно поднимается, и более того, колебания духовной энергии становились все интенсивнее.

Более половины лица Цай’Эр было скрыто за ее длинными волосами, что делало ее лицо невидимым, но ее дыхание было очень теплым, поскольку оно постоянно атаковало шею Хаочэня. Ее тело становилось все теплее и теплее, и держать ее было все равно что держать мягкую печку. Затем огонь, пылающий в сердце Хаохэня, стал еще более буйным.

Когда он мягко приподнял ее волосы, показалось покрасневшее лицо Кэй’Эр. Затем хаохен подарил ей легкий поцелуй на щеки, наполненные сильным дыханием, и когда слабый аромат проник в его сердце, она ощутила легкое прикосновение к своим сердечным струнам.

— Цай’Ер.— Мягко окликнул его Лонг Хаочэнь.

— Ммм.»как будто не желая говорить, Цай’Эр только издал легкий звук ответа.

Держа одну из ее лилейно-белых рук, длинный Хоачен не мог удержаться, чтобы не сказать: «Посмотри на меня, хорошо?»

Кэй’Эр легонько положила голову ему на грудь, словно ища защиты, но все равно открыла глаза.

Ее светло-фиолетовые глаза были слегка затуманены, большие ресницы очерчивали красивую дугу, а большие глаза, из которых сочилась вода, казалось, говорили что-то без слов.

«В те далекие годы, когда мы только приехали в город экзорцистов, ты сделал для нас маленький домик. В то время я обещал, что дам тебе теплый дом, в котором ты сможешь жить. Хотя отец и мать уже согласились на наш брак, я еще не сделал тебе официального предложения. Я никогда не причиню тебе зла, и сделаю тебя самым счастливым человеком в этом мире.»

Сказав Это, Лонг Хаохен слегка покраснел, его глаза казались еще более затуманенными, а губы слегка коснулись ее ресниц.

«Идиот. Еще раньше, когда я вложила тебе в руку кольцо из незабудок, я уже отдалась тебе. До тех пор, пока я могу быть вместе с тобой, что значит чувствовать себя обиженным один или два раза? Путь в будущее против демонов долог и широк, и я не хочу больше ждать. Я боюсь, что если состарюсь, то не смогу отдаться тебе на пике своей красоты.»

Голос кай’Эр был мягким, когда она прошептала эти слова в уши длинного Хоачена, и нес в себе слабые следы аромата, который продолжал атаковать сердце длинного Хаочена.

Длинный Хаочэнь обвил рукой талию Цай’Эр, а другой рукой коснулся ее мягких волос, в то время как ее нежное белое лицо было занято тем, что пристально смотрело на него.

Четыре глаза смотрели друг на друга, казалось, погруженные в перевернутые изображения, смотрящие друг на друга. Опустив голову, длинный Хаочэнь легко коснулся ледяных губ Кай’Ер.

След атласной кожи появился в середине мягкой ткани на ее талии, вместе с легкой дрожью. После простого контакта Лонг Хаочен стал совершенно неотделим от ситуации.

Они уже прошли через огонь и воду более десяти лет назад, пройдя через бесчисленное множество невообразимых вещей. Особенно там, в пагоде звездного демона, где Лонг Хаочен умер, и Кай’Эр удалось вернуть его к жизни, почти ценой своей собственной жизни. Они больше не были просто двумя личностями, но единым существом с двумя сердцами.

Крепко обнимая друг друга и слегка целуя своего двойника, в этот миг в них осталось только удовлетворение. Несколько лет любви наконец-то расцвели в цветок необыкновенной красоты. Они были глубоко связаны друг с другом, в этот момент полностью поглощены друг другом.

Он отнес Кай’Эр на кровать, их губы оставались Соединенными от начала до конца. И пока обжигающая рука Хаочэня несла слегка дрожащую Кай’Эр, та скользнула под ее ночную рубашку и встала на стройные ноги.

Тепло, сопровождаемое ощущением мягкости, только усиливало сердцебиение Кэй’Эр, но она по-прежнему не выказывала ни малейшего сопротивления. Когда она медленно приблизилась к шее своего мужчины, ее любовь и привязанность хлынули в его сердце.

Когда перед Лонг Хаочен предстал образ духовки Цай’эра после слияния в иллюзорном раю, все остальное последовало совершенно естественно.

Среди легкого шепота и легкого хныканья их любовь, наконец, поднялась на новый уровень.

Лонг Хаочэнь и Кай’Эр были неумелыми, но самые главные человеческие желания и инстинкты толкали их друг к другу. Мягкая боль и еще более сильная любовь продолжали подниматься посреди этой запутанности, непрерывно поднимаясь в этой смеси. Наконец, они прошли этот последний порог совершенной комбинации в разгар сильного желания.

Все это было немного неожиданно, но и очень естественно. С этой установкой в качестве основы все шло так, как можно было ожидать, поскольку они постепенно обнаружили свои соответствующие неопытные личности, становясь все более знакомыми друг с другом. Их физические кондиции были намного выше, чем у обычных смертных, что приводило к еще более интенсивному занятию любовью.

Первые лучи солнечного света проникли в окна их комнаты в Драконьем горном перевале, пока Хаохен медленно пробуждался от дремоты.

Его чувства все еще были немного туманны, но в следующее мгновение пейзаж, возникший перед его глазами, ошеломил их.

Теплое освещение заката освещало одеяло, покрывавшее стройную ногу Цай’эра, отражаясь в сверкающем блеске. Под одеялом на ее коже виднелся розовый блеск, как будто это был приятный остаточный эффект прошлой ночи.

Кай’Эр крепко спала, неся на лице слабую улыбку, а на щеках ее красиво блестели слезы счастья. Это придало Лонг Хаохену непреодолимое желание поцеловать ее.

Нежно обнимая ее, но все же боясь разбудить, Лонг Хаочен чувствовал, что его душа достигла нового уровня, позволив ему извлечь неограниченную жизненную силу из своего сердца.

Мужчины, которые никогда не пробовали женское тело, никогда не будут полными. И прямо сейчас они уже были настоящими мужчиной и настоящей женщиной.

Лонг Хаочэнь посмотрел на Цай’эра таким образом, свет в его глазах становился все теплее и теплее; независимо от того, как долго прошло, этого все еще не было достаточно.

Возможно, от ощущения тепла от тела Лонг Хаочен, прислонившегося к ней, их тела стали еще более неразлучно близки. С тех пор как она превратилась из девочки в женщину, естественный аромат, исходящий от ее тела, стал еще более плотным, до такой степени, что Хаохэнь был почти не в состоянии больше поддерживать самоконтроль.

Но, вспомнив о ее легких стонах боли прошлой ночью, он, наконец, выдержал это, только нежно поглаживая ее спину, как кусок шелка. Каждый раз, когда его рука пересекала дугу, очерченную ее очаровательной талией, он не мог не вздохнуть при виде этого совершенного творения. В этот миг ему действительно захотелось раствориться в ее груди, вечно вот так смотреть на нее, нежно любить.

Затем появилась рука, которая в какой-то момент схватила длинного Хаочэня за спину, неся некоторую вялость и застенчивость, поскольку это слегка отразилось: «просто иди. Они все должны были ждать тебя. Я буду ждать здесь вашего триумфального возвращения.

«Независимо от того, какое испытание вас ожидает, вы должны помнить, что я буду ждать вас: чтобы вы вернулись. По-моему, ты-самое важное, что есть на свете.»

Длинный Хаохэнь сжал его руку и тихо рассмеялся “ » Тогда давай продолжим то, что мы делали вчера вечером, когда я вернусь, хорошо?»

Цай’Эр не издал ни звука, только ущипнул хаочэня за талию, но в конце концов не захотел проявлять силу. Только натянув противоположное одеяло, она использовала его, чтобы прикрыть им свою собственную голову.

Лицо Лонга Хаочена было полно блаженной улыбки, когда он легонько перевернул одеяло. И все же он не мог удержаться, чтобы слегка не ущипнуть ее за ягодицу, прежде чем хорошенько укрыть одеялом и нежно сказать: «Подожди, пока я вернусь. Ваш человек, безусловно, сделает это, чтобы быть божественным рыцарем.»

Полчаса спустя.

Когда Лонг Хаочэнь появился в храме рыцарей, Хань Юй и Чжан Фанфан уже ждали его. Лонг Синъю тоже ждал там.

Увидев длинного Хаочена, все трое слегка растерялись. Потому что они с ужасом обнаружили, что ментальная сила Лонга Хаочена, казалось, совершила качественный скачок, как будто все его основные качества претерпели потрясающее изменение. Его изначально чистое существо света теперь было наполнено едва ли описываемой жизненной сущностью. Энергия от его тела достигла пика, и в частности, его глаза выглядели еще более искренними и честными, а также добрыми. Они создавали впечатление, что культивация Лонг Хаочен достигла следующего уровня всего за одну ночь. Но они не понимали, что это может быть за трюк.

Кай’Эр переоделась в мягкую фиолетовую юбку и сидела напротив окна. Снаружи шел снег, и снежинки трепетали на ветру в небе, приземляясь на окно и медленно растворяясь.

Тонкая улыбка появилась в уголках ее рта, когда ее сердце было в мире и блаженстве. На самом деле, она очень ясно понимала, что если бы не ее инициатива, Лонг Хаохен никогда бы не попросил ее об этом в то время. Но именно это время она и выбрала.

Очищающая сила была чем-то способным очистить любую нечистоту, и как избранная Богом смерти, она выбрала это время, чтобы сделать его неотъемлемой частью природы, чтобы очистить его все еще на шаг дальше, давая ему самую чистую любовь.

Свет и очищение были первоначально совершенной спичкой. Ее владения и владения Хаочэня образовали взаимодополняющие существа, и последняя линия обороны между ними двумя была пересечена, что означало, что их соответствующие ауры и Домены смешаются вместе. Кай’Эр полностью отдала себя своему мужчине, чтобы теперь он достиг небывалого пика развития.

Прошлой ночью Лонг Хаочен думал только о бесконечной любви, но сегодня утром, почувствовав изменения в своем теле, он понял, что Цай’Ер пришлось нелегко. Но он ничего не сказал, так как их взаимопонимание было так велико, что им уже давно не нужно было обмениваться словами.

Точно так же, почувствовав увлажнение чистого света Лонг Хаочен, нынешний Цай больше не выглядел просто улыбающимся. У нее также было ощущение той сублимации ее Света очищения.

Внезапно Кэй’Эр хихикнул и нерешительно пробормотал: «разве мы не должны раньше времени…»

«Вы все готовы идти?»Глядя на трех молодых людей, сидящих напротив него, Лонг Шингю говорил спокойно.

Все трое одновременно приветствовали Лонг Синю: «старший Божественный рыцарь, мы все готовы идти.»

Хотя Лонг Хаочен выступал в качестве председателя Союза, когда он был на грани оспаривания суда Божественного рыцаря, его можно было рассматривать только как обычного рыцаря для рыцарского храма.

Лонг Синъю кивнул: «любой вызов Божественного рыцаря для утверждения Божественного трона-это большой вопрос. Каждый ранг, который вы получаете, начиная с девятого шага, даст вам еще один шанс для вызова. Вы бы все видели, сколько у нас в храмах Святых Рыцарей на Великом сборище. Но нас, Божественных рыцарей, всего трое. В ходе испытания вы можете полагаться только на свой собственный опыт, и точно так же, как все ваши опыты отличаются, даже один и тот же человек никогда не получит один и тот же вызов дважды. Я могу дать вам только один совет, верьте в себя и твердо продвигайтесь вперед.»

Произнеся эти слова, Лонг Шингю резко встал, когда из его тела хлынул поток эмоций. Хотя Лонг Тяньин, Ян Хаохань и он были всеми тремя божественными рыцарями, Лонг Синю был фактически самым могущественным из этих трех, из-за того, что был единственным рыцарем возмездия, и более того, владельцем Божественного трона судьбы и убийства.

«Следовать за мной.»

Лонг Шингю командовал всеми тремя прямо в глубину главного зала. Там были статуи трех божественных тронов. Да, только статуи, но даже так, когда трое Лонг Хаочен были перед шестью божественными престолами, они не могли не чувствовать таинственного чувства всплеска.

Стоя лицом к скульптурам шести Божественных тронов, взгляд Лонг Хаохена был направлен на центральную из них.

По сравнению с другими, это было наименее броским. Совершенно темнота, его высокая спинка сиденья казалась простой, но устойчивой,испуская слабое ощущение широты. На спинке сиденья были вырезаны надписи с изображением Солнца, Луны, звезд, птиц, цветов и различных растений. Все это выглядело тщательно продуманным, но все же казалось переполненным и беспорядочным. При этом его почерневшая часть казалась все более незаметной.

Но вокруг него стояли еще пять ослепительных Божественных престолов.

То, что произвело на Лонг Хаочена самое глубокое впечатление, было, естественно, Божественным троном судьбы и кровопролития его отца.

Бесчисленные драгоценные камни были демонстративно инкрустированы сзади. В его самой слабой внутренней части можно было увидеть силуэт Будды. Могучий и достойный, он мог бы даже сказать, что испускает чувство давления.

На вершине его спины был виден полукруглый алый драгоценный камень, появляющийся точно так же, как солнце, выходящее на землю, испуская мощь, как в день гибели.

На том, что выглядело как центр сундука на передней части трона, самой ослепительной частью был красновато-золотой ромб драгоценного камня. Каждый его уголок был полон великолепия. Яркая люминесценция освещала все вокруг.

Две скульптуры львов-самцов ползали в карауле на широком троне в ревущих позах, и бесчисленные элегантные Декоративные узоры, казалось, текли по всей спинке стула.

Эта статуя выглядела просто так же, как и божественный трон Лон Синю, только в сильно уменьшенном варианте. Глядя на него, Лонг Хаочен не мог не смотреть мрачно. Однако такой ослепительный Божественный трон обреченности и кровопролития мог служить только опорой для этого центрального черного Божественного трона.

Вокруг этого черного трона стояли еще четыре Божественных трона.

Божественный трон страха и боли.

Божественный престол защиты и милосердия.

Божественный престол знания и жизненной силы.

Божественный престол порядка и закона.

Каждый из этих пяти великих Божественных престолов был ослепителен, но они казались в лучшем случае лишь ничем не примечательными, когда окружали этот центральный Божественный престол. Под их подпорками этот черный как смоль Божественный трон излучал высшее величие и чувство тайны. Подобно кромешной тьме, он притягивал к себе долгий взгляд Хаочэня.

Хань Юй и Чжан Фанфан были в разных ситуациях от Лонг Хаочен В. их взгляды были направлены на один соответствующий Божественный трон для каждого из двух. Их лица тоже застыли.

Долгое время Синъюй, стоя сбоку, не беспокоил их. Как опытный человек, он все понимал. Каждый святой рыцарь, прибыв туда, будет привлечен этими троновыми скульптурами. И первый Божественный трон, привлекающий их внимание, станет их избранной целью. Конечно, это было связано с самим Божественным Престолом, поскольку скульптуры не были целью притяжения.

Воистину Божественный престол Вечности и творения! Когда Лонг Синъю поймал взгляд своего сына, пойманного этим черным как смоль Божественным троном, он не мог не вздохнуть втайне.

С самого начала темной эры и основания храма рыцарей только пять человек смогли принять вызов Божественного престола Вечности и творения, но все они без исключения потерпели неудачу. В последний раз был вызов звездного неба Святого рыцаря Ян Хаою.

Получение квалификации, чтобы принять вызов, уже было достаточным доказательством их таланта и способностей. Что же касается Лонг Хаохена, шестого претендента на эту честь … добьется ли он успеха? Лонг Синъюй неожиданно напрягся от этой мысли.

Группа из трех человек Лонг Хаочэня простояла без движения около получаса, постепенно обретая способность воспринимать потоки святого воздуха, поднимающиеся вокруг них. Над этими тремя божественными престолами вспыхнул едва различимый яркий блеск.

Божественный престол Вечности и творения, перед которым стоял Лонг Хаочен, был освещен мягким белым светом мягкости; он был очень слаб в глубине. В самой глубокой части души Лонг Хаочэня начала формироваться неясная связь, и фантастическое чувство охватило его, как будто кто-то звал его по имени.

Лонг Хаочен стоял спокойно и неподвижно, только чтобы спокойно почувствовать изменения в этой ауре. Его главным чувством был покой, ни с чем не сравнимый покой. В спокойствии, лишенном каких-либо отвлекающих чувств, он, казалось, бросал вызов терпению и неподвижности Лонг Хаохена, в то же время спокойно соединяясь с ним.

То, что приближалось к чувствам Лонг Хаочена, было безграничностью, безграничной широтой. Такое чувство могло сравниться только с тем, когда он увидел Кай’Ер, стоящую в том безграничном ночном небе в башне вечности. Только, в то время как у звездного неба есть предел, аура, исходящая от Божественного престола Вечности и творения, казалось, была лишена малейшей границы.

Внезапно яркий свет озарил Божественный трон ужаса и печали. Когда он рванулся вперед, тело Хань Юй исчезло в следующее мгновение.

Эти шесть скульптур Божественных престолов были первоначально проекциями подлинных Божественных престолов. Только получив их одобрение, можно будет приступить к процессу их судебных разбирательств. Но некоторые Святые рыцари на самом деле даже не получают никакой возможности пройти испытание.

Как только Хань Юй исчез, последовала еще одна вспышка света, на этот раз от Божественного престола знания и силы, после чего Чжан Фанфан также исчезла.

Только лонг Хаочен стоял на том же месте, не двигаясь и все еще спокойно ощущая ауру Божественного престола Вечности и творения.

Лонг Синъю, все еще стоя в стороне, не мог не нахмурить брови. Он очень ясно понимал, что чем раньше человек получит квалификацию для испытания Божественным Престолом, тем выше будет его родство с Божественным Престолом. Хань Юй и Чжан Фанфан достигли таких скоростей, которые едва ли отличались от молодых его с того времени, что означало, что они, вероятно, будут одобрены их Божественным троном. Но как мог Лонг Хаочен, чьи владения достигли высшего уровня, а также имея телосложение Бога Света, все еще должны были начать с его собственного испытания?

Неужели Божественный престол Вечности и творения действительно не одобряет его?

Лонг Хаочен был сейчас глубоко погружен в свой собственный мир, способный воспринимать эту спокойную силу в середине соединения с его аурой. Но таинственно, казалось, что он что-то отвергает, так как очень неприятное чувство начало накатывать на тело Лонг Хаочена.

В мозгу Лонга Хаочена начал формироваться образ. Этот белый, безграничный мир содержал в себе золотой ослепительный свет. Контрастируя с окружающими оттенками белого, он, казалось, вот-вот растворится в любой момент.

Но в середине этого золотого света появились два других цвета, один из которых был очень хорошо знаком Лонг Хаохэну, пурпурно-золотой исключительно для существа Хаоюэ.

Божественный престол Вечности и творения обладал широкой и безграничной властью. Она казалась всеохватывающей, но все же была безукоризненно внушительной.

Конечное телосложение светлого бога Лонг Хаочэня высматривало его угрюмость и кружилось вдоль него, исследуя его. Это было первое испытание, которое дал ему Божественный престол Вечности и творение.

Но вопреки всем ожиданиям, в процессе этого испытания, это темно-золотое сияние было затронуто существами Haoyue и Long Haochen. Вера Лонга Хаочена никогда не колебалась, но божественный престол Вечности и творения, казалось, постоянно изменял его чувства.

Поначалу Божественный престол Вечности и творения излучал чувство полного торможения, поглощающего намерения. Это было так, как если бы все примеси вне света в теле Лонга Хаочена рассеивались, но по мере того, как шло время, эти намерения тихо начали меняться, пока сам Хаочен ни в малейшей степени не осознавал этого.

Перед безграничным присутствием Божественного престола Вечности и творения, Хаоюэ все еще не отступал назад вообще. Независимо от того, как безграничная власть входила, Хаоюэ держал свои гордые головы поднятыми, с видом благородства и холодности, и полным ужасающей разрушительной силы. Обе стороны противостояли друг другу, и ни одна из них не могла справиться с другой.

Если бы кто-то действительно знал о происхождении Божественного престола Вечности и Творения, и был свидетелем этой сцены, этот человек, безусловно, был бы в крайнем шоке. Такое чистое столкновение намерений просто достигало совершенно другого уровня, поскольку они оба пытались продемонстрировать свое господство друг перед другом.

При столкновении с Божественным Престолом Вечности и творения, даже тело светлого бога Лонг Хаочена было полностью подавлено, до такой степени, что темно-золотая сила в его теле и душе постепенно исчезала. Это был разрыв самого высокого уровня. Но Хаоюэ не был тем же самым; его сила, казалось, ни в коей мере не уступала Божественному Престолу Вечности и творения. он не был в невыгодном положении от начала до конца во взаимных столкновениях, но также был неспособен справиться с намерением трона.

Борьба неожиданно пришла к постепенному компромиссу. Пурпурно-золотой цвет хаоюэ постепенно уменьшался в пределах частей света от длинного тела Хаочэня, и божественный трон Вечности и белого света творения был менее настойчив.

В трепещущем вечном сердце Лонг Хаочена Божественная таблетка, рожденная его прорывом на девятую ступень, тихо стала окрашенной в пурпурно-золотой цвет. Этот цвет символизирует ту родословную силу Хаоюэ, полностью интегрированную в его духовную лепешку. Пока сердце вечности продолжало пульсировать, эта сила, казалось, передавалась ему снова и снова.

Мягкий белый цвет постепенно заполнил все тело Лонга Хаочена, и на четвертый день его противостояния с Божественным Престолом Вечности и творения, тело Хаочена исчезло во вспышке белого света.

Лонг Синъюй изначально отказался от всякой надежды, поэтому внезапный прорыв его сына вызвал у него ужасный испуг. Эти четыре дня стояния на страже привели его в усталое состояние, его тело слегка пошатнулось, а глаза сразу стали тяжелыми.

Может ли Хаочен преуспеть? Он мог получить оценку только после целых четырех дней, что делало его беспрецедентным случаем среди всех Святых Рыцарей, пытающихся получить Божественный трон. Все гении, которые когда-либо приходили с этой целью, потерпели неудачу.

Лонг Синъю глубоко вздохнул, втайне вздохнув с облегчением за своего сына. Желаю вам успехов. Он ясно понимал, что неспособность получить Божественный трон Вечности и одобрение творения будет огромным ударом для долгого Хаочэня. Он уже был в центре внимания как председатель профсоюза, но будучи таким молодым, доказывая себя, показывая достаточную силу, было необходимо для него, чтобы получить более высокое одобрение. Статус божественного рыцаря, несомненно, был лучшей силой убеждения, и напротив, неудача означала бы только то, что его таланта и способностей было недостаточно, чтобы получить одобрение Божественного трона! Это вызвало бы сомнения у подавляющего большинства людей.

Независимо от того, как долго Синъюй волновался, все, что он мог теперь делать, это молиться.

Испытание для Божественного престола Вечности и творения ранее было неудачным и рассказано Хаочэню Ян Хаою, так что сможет ли долго Хаочэнь преуспеть теперь будет зависеть только от него самого.

В то мгновение, когда белый свет от Божественного престола Вечности и творения окутал длинный Хаочэнь, он проснулся из своей страны фантазий.

Когда прежнее давление полностью исчезло, он почувствовал, как его тело пропиталось теплой водой, вызывая неописуемое ощущение уюта. Его закаленная душа обрела лучший покой благодаря этому чувству, как бы растворяясь в теле, когда оно вошло в короткое состояние пустоты и дремоты.

Через некоторое время все вокруг снова стало проясняться. Умиротворяющее чувство отрезвило Лонг Хаочена, разбудив его.

Когда до его ушей донесся ясный чирикающий звук, Хаохэнь постепенно пришел в себя. Потрясенный, он очутился в лесу, окруженном высокими деревьями с кустами размером с человеческий рост.

Что это за место такое? Длинный Хаочэнь озирался вокруг с чувством недоумения. Уют в его теле поддерживал его тело в своем пиковом состоянии, а прогресс его души резко усиливал его восприятие.

Богатая жизненная сила чувствовалась повсюду. Их окружала самая примитивная природа, лишенная малейшего чувства угрозы. Безграничная аура жизни мягко влилась в его чувства.

Лонг Хаочен обладал чрезвычайно твердой волей и, естественно, не стал бы внезапно терять себя из-за изменений в окружающей среде. Вскоре после того, как он холодно огляделся по сторонам, его душевное состояние также вернулось в норму. Во вспышке света шесть крыльев на его спине расправились, когда он попытался связаться с Хаою. Связь была достигнута без сомнения, но к его удивлению, Хаоюэ действительно отклонил его призыв в самый первый раз, и более того послал эмоции удачи пожелания в его разум.

Он поощряет меня пройти испытание самостоятельно?

Каким же может быть испытание Божественного престола Вечности и творения? В этой чистой Великой природе Лонг Хаочен, по крайней мере, до сих пор не имел ни малейшего представления. Поэтому он решил, что может просто оглядеться по сторонам.

С такими мыслями он взмахнул крыльями за спиной, его тело поплыло вверх, и, слетев с верхушки дерева в мгновение ока, поднялось в небо.

Пролетая таким образом, Лонг Хаочен испытал шок, обнаружив невероятно великолепный пейзаж, разворачивающийся перед ним.

Когда он смотрел вдаль, все вокруг казалось зеленым. Эти высокие, как небо, деревья, которые росли бог знает как долго, занимали все пространство. Ни малейшего следа грязи или камней не было видно: только бесконечная растительность, которая простиралась вдаль, испуская то же самое чувство, как и при наблюдении за океаном.

Длинный Хаочэнь захлопал крыльями, медленно продвигаясь вперед, пока его чувства вытягивались, ощущая все внизу.

Поскольку Божественный престол Вечности и творения впустил его, его испытание должно было уже начаться. Он не знал, сможет ли он завершить его или нет, но знал, что уже делает все возможное.

Когда он полетел вперед, до его сознания внезапно донесся пронзительный визг.

Учитывая текущие перспективы культивирования Лонг Хаочен, обычно не должно быть никакого движения, которое могло бы избежать его разведки в радиусе пятидесяти километров. Этот визг звучал по-человечески, но, казалось, содержал в себе чувство абсолютного ужаса.

Длинный Хаочэнь почти бессознательно взмахнул шестью крыльями за спиной. Его скорость полета первоначально была способна достичь и без того чрезвычайно устрашающего уровня, добавив к этому ускорение вспышки скорости света заставило его в мгновение ока пересечь участок в пять километров, чтобы точно найти происхождение визжащего звука. Как раз когда он был на грани того, чтобы найти свою цель, он случайно заметил белую фигуру под верхушкой дерева, направляющуюся в его направлении. Не дав ему времени опознать белую фигуру, еще одна громадная фигура выскочила наружу, и бесчисленные листья деревьев упали, так как ее ужасающее гнетущее присутствие вызвало удушающее чувство в длинном Хаочене.

Что же это за существо такое? Все, что было видно,-это голая верхняя часть тела на верхушках деревьев, прежде чем исчезнуть из поля зрения Лонг Хаочена, появившись точно так же, как мрачная вершина, идущая из зарослей. Эти толстые руки выглядели как кувшины с водой, образуя кулаки с огромными ладонями, соответствующие даже гигантским молотам. Такая пара ладоней бросилась на белую фигуру перед ним, которая в мгновение ока оказалась пойманной в ловушку.

В это самое мгновение все окружающее внезапно стало статичным. Даже та белая фигура, которая была выброшена в небо, а также ужасный магический зверь, преследующий ее, остановились в воздухе.

Лонг Хаочен услышал совершенно бесстрастный голос, обращенный к нему: «испытание началось. Спасите женщину-человека Сиси и защитите ее. Судебное разбирательство будет прекращено в случае неудачи.»

Этот голос раздался очень быстро, и тем временем Лонг Хаочен воспользовался возможностью взглянуть на девушку, одетую во все белое. Сейчас ее длинные черные волосы были в полном беспорядке, а взгляд полон ужаса. Но это не меняло того факта, что у нее была потрясающая фигура, выглядевшая на двадцать с лишним лет, и ее внешность действительно имела некоторое сходство с Кай’Ер.

Звук прекратился, и окружение, которое остановилось, внезапно возобновило свое движение. Эта одетая в белое девушка Сиси в мгновение ока направилась к длинному Хаохену, когда эта пара чрезвычайно страшных рук двинулась прямо на нее, с длинным Хаохеном прямо посередине.

Столкнувшись с такой ситуацией, Лонг Хаочен нисколько не запаниковал. Поскольку суд над божественным троном Вечности и творения уже начался, и хотя особенности были несколько отличны от рассказов Божественного рыцаря звездного неба ян Хаою, глобальная ситуация все еще была довольно схожа.

Некоторое время назад, в Священном городе, Ян Хаоюэ рассказал ему некоторые конкретные детали относительно испытания, данного Божественным Престолом Вечности и творения. Ян Хаою сказал ему, что испытание было не просто простой битвой, а серией испытаний. Исходя из того, что он является квалифицированным Святым рыцарем, только когда Божественный престол Вечности и творения дает свое одобрение, испытанный человек сможет войти в его мир, чтобы пройти испытание.

Испытание было сформировано из ряда миссий, и только завершив все из них, можно было бы получить одобрение Божественного престола Вечности и творения. Что касается связанных с этим миссий, согласно записям старейшин храма рыцаря и личному опыту Ян Хаою, каждое испытание отличалось от каждого другого, но общая часть заключалась в том, что каждый раз включал в себя серию миссий, прикованных друг к другу и не допускающих ни малейшей ошибки, поскольку за одним из них следовал провал испытания, возвращая его обратно.

Все попытки Ян Хаою закончились неудачей. Он предупреждал Лонг Хаочена, что во время испытания, данного этим Божественным Престолом Вечности и творения, самым большим испытанием было абсолютно не испытание силы, а испытание сердца и человеческих качеств. Две его неудачи были именно в этом аспекте. И, в последний раз, когда он был ближе всего к этой точке, только для того, чтобы быть окончательно информированным Божественным Престолом Вечности и творения, что его свет был недостаточно чистым и создал слишком много духовных связей. Таким образом, он будет отвергнут навсегда.

Эти духовные узы относились к звездному небу мифологического зверя. Но тогда, после того, как Ян Хаою снова и снова размышлял, он все еще решил не оставлять мифологического зверя звездного неба. Мало того, что они оба были глубоко привязаны друг к другу, даже если бы он оставил звездное небо мифологического зверя, это, возможно, только сделало бы последнее испытание еще более трудным для завершения.

Он велел Лонг Хаохэну учиться у него, не идти на компромисс в его квалификации в первоначальных определениях, но настаивать на том, чтобы показать все, что у него есть. Тогда, возможно, Ян не был достаточно настойчивым, потому что после его отказа в конце концов, Божественный престол Вечности и творения сказал ему, что если у вас даже нет убеждения настаивать, как вы можете даже получить одобрение и достичь условий?

Это, кроме того, было причиной того, что Лонг Хаочен ни в малейшей степени не двигался в те предыдущие четыре дня и позволил Божественному Престолу Вечности и творения оказывать такое огромное давление, не моргнув глазом. Настаивая на том, чтобы показать свою собственную преданность, как и ожидалось, Божественный престол был действительно компромиссной стороной.

Хотя Хаоюэ также пошел на компромисс в этом аспекте, тот факт, что сила родословной Хаоюэ в теле Хаочэня не остановила начало испытания, подразумевало, что Божественный престол Вечности и творения не обязательно требовал тела абсолютной чистоты.

Эти мысли лишь на мгновение промелькнули в голове Лонга Хаочена, когда перед ним распростерлось разноцветное золото, образуя огромную завесу света, чтобы блокировать удар от этой пары огромных рук.

С большим треском! Лонг Хаочен чувствовал себя так, словно его раздавила гора. Его тело было перемещено по воздуху, и хотя он не получил ран, его сердце вечности мгновенно увеличило свою пульсирующую скорость в три раза.

В то время как его тело было отброшено назад, его правая рука скользнула по воздуху вдоль его бока, просто чтобы обхватить талию этой девушки, и унесла ее с собой в середине визга. Тем временем тело приземлилось в лесу внизу, и поскольку эта массивная фигура уже была полностью обнажена над верхушкой дерева, Лонг Хаочен понял, что бороться с ней в воздухе было не самым мудрым выбором.

Это был какой-то монстр, напоминающий гориллу. Только у него на спине росла пара огромных крыльев. Его толстое и крепкое тело было больше двадцати метров, а плечи-более десяти метров в ширину. Именно поэтому он так сильно поразил Лонг Хаочен раньше. Эти ужасающе толстые руки были его абсолютным лучшим оружием. Его темно-золотые волосы были даже под стать доспехам эпического уровня. Когда его свирепые кроваво-красные глаза уставились на длинный Хаочень, два кроваво-красных огонька выстрелили из его глаз, направляясь прямо к длинному Хаочену.

Разноцветный золотистый занавес на мгновение исчез, а потом немного съежился, защищая Лонг Хаочен и одетую в белое девушку Сиси.

Ужасное обжигающее чувство ожогов мгновенно распространилось на Божественный Улитковый щит Солнца и Луны, так как огромная площадь окружающих кустарников превратилась в пепел. Тираническая сила удара израсходовала большое количество духовной энергии Лонг Хаочэня, и более того, она сразу же оттолкнула его тело в лес.

Какая мощная сила!

Эта огромная сила нападения гориллы вызвала долгое Хаочэнь глубокое потрясение. Он даже испытывал некоторые сомнения в отношении суждения Ян Хаою. Разве он не говорил, что в испытании Божественного престола Вечности и творения противник не будет слишком силен? Но, это горилла…

Из этих двух столкновений Лонг Хаочен ясно понял, что это был магический зверь десятого ранга, а не обычный. Эта наступательная сила оказалась духовной энергией свыше двухсот тысяч, и, что еще ужаснее, ее огромная физическая мощь ни в коей мере не уступала ее духовной энергии.

Пока Хаохен возвращался в лес, мелькнула какая-то фигура, и из ниоткуда появилась горилла, эти густые лесные деревья ломались одно за другим, словно хрупкие палочки для еды. Пара гигантских ладоней гориллы сложились в кулак, прямо обрушиваясь на длинный Хаочень. Когда эти кулаки ударили вниз, интенсивный красный свет вспыхнул на вершине Хаохэня. Сильная сущность огня даже заставляла воздух скручиваться.

Лонг Хаочен знал, что не может позволить себе оставаться в таком пассивном положении, иначе усталость его тела только возрастет. Думая об этом, он с силой отбросил назад правую руку и крикнул: «просто уходи первым!»

Сражение с человеком на спине, несомненно, сильно повлияло на его боевое мастерство. Сбросив Сиси со спины, он бросился лицом к лицу с двумя опускающимися руками гориллы.

В руках Лонга Хаочена мгновенно появились два божественных меча. Ария богини света указала на небо, и на спине длинного Хаохэня появилась огромная золотая фигура: нисхождение Бога Света.

Безграничное намерение меча распространилось через большой луч в небе, устремляясь прямо к запястьям гориллы. Тем временем синий дождь, гибискус Света тоже взмахнул вперед, и трехметровый золотой меч пронзил его насквозь, стремясь отправить голову гориллы в полет.

В его понимании намерения меча, нынешняя доблесть Лонг Хаочен просто достигла номер один на континенте. Полагаясь на мощь своего меча намерения, он победил бесчисленных врагов над ним в культивировании.

Ужас намерения меча заключался в его совершенной интеграции души и силы меча. В частности, после долгого продвижения души Хаочэня, независимо от того, было ли это восприятие или глобальная сила, он добился некоторого прогресса.

С громким стуком меч намерения, изгнанный из Арии богини света, ударил гориллу по запястью,хотя атака stll продолжалась. Только последний разразился болезненным криком. Тем временем, его глаза снова выстрелили двумя красными полосами света, сокрушая луч меча Хаочэня.

Мелькнула фигура Лонга Хаочена, его духовные полости избегали Кулаков гориллы. Однако он все еще недооценивал силу этой гориллы.

С большим взрывом в воздухе его кулаки ударились о землю, и ужасающие землетрясения мгновенно ударили в тело Лонг Хаочена, заставляя его отстреливаться, как маленький камень. Сильная вибрирующая сила заставила внутреннюю духовную энергию в теле Лонг Хаочэня застыть, его голова мгновенно наполнилась головокружением.

Это на самом деле даже несло сейсмические волны-подобные эффекты? Лонг Хаочен был немного ошарашен, но его боевой опыт доказал свою ценность, так как сердце вечности в его груди быстро билось. Упершись руками друг в друга, два божественных меча слились воедино, превратившись в Меч жизни и созидания.

После того, как кулаки гориллы пробили глубокую яму в земле, ее массивное тело внезапно выскочило, устремляясь прямо к длинному Хаочэню. Ужасающее пламя вырвалось из его тела, появившись золотисто-красного цвета. Исходящие от него раскаленные потоки воздуха превратили в пепел большую часть окружающих растений.

Именно в этот момент ледяной синий водяной дракон внезапно вышел, направляясь к горилле, и просто перехватил ее в воздухе.

Водяной дракон и пламя, исходящее от гориллы, вызвали взрывы белого тумана, и поскольку тело гориллы было ограничено, ее рычание стало еще более свирепым.

Лонг Хаочен был слегка рассеян. Он дал надлежащий ответ, и был тем, кто больше всего выигрывал от этого периода адаптации. Повернув голову, он увидел молодую девушку Сиси, которая размахивала льдисто-голубым посохом и непрерывно пела. Поймав его взгляд, она ответила легким кивком.

Длинный Хаохэнь тоже склонил к ней голову и тут же выбежал.

Ранее все его намерение меча сделать с гориллой было оставить след на ее запястьях. Шерсть этой гориллы была самой прочной броней, и у нее была удивительная защита.

В силе эта горилла не использовала силу своего домена, но ее способность была абсолютно описана как ужасающая.

Обеими руками схватившись за меч жизни и творения, золотая фигура за спиной Лонг Хаочена стала еще более яркой. Интенсивное золото мгновенно наполнило воздух, распространяясь по окрестностям, когда оно образовало владения Бога Света.

Обладая абсолютной властью, физическая мощь гориллы, добавленная к его духовной энергии, поставила его полностью выше Лонг Хаочена. Только полагаясь на силу владений, он мог выстоять против гориллы.

После использования владений Бога Света Лонг Хаохэнь с ужасом обнаружил, что его владения достигли значительного прогресса. Это улучшение проистекало из его контроля над доменом: он перешел от чего-то изначально несколько трудного для контроля к расслабленному подвигу. Его восприятие всего света стало во много раз выше, чем раньше.

В этом мире, полном светлой сущности, света не было ни в коем случае не хватало. Чистая световая сущность, подчиняясь призыву владений Бога Света, немедленно устремилась к длинному Хаохэню, как река.

Тусклая улыбка появилась на его лице, и хотя владения светлого бога были в разгаре расширения, она охватила Сиси так же, как и ту гориллу.

Сиси с ужасом обнаружила, что ее собственная духовная энергия мгновенно стала казаться безграничной. Этот свет крайней чистоты фактически превратился в водную эссенцию, характерную для ее тела. Ее использование магии не изменилось, но было превращено в двойную элементарную магию воды и света. И более того, больше не было нужды беспокоиться о запасе духовной энергии.

От гориллы исходило совсем другое чувство. Он потерял след Лонг Хаочен и молодой девушки Сиси, так как липкая светлая сущность покрыла его тело со всех сторон. Мало того, что это дало ему какое-то замедленное чувство, более тревожное, первоначально огненно-красное сияние его тела полностью потускнело, и даже его волосы, которые должны были отражать темно-золотой свет, потеряли свой цвет, оставив вид всего черного.

Ассимиляция света. Все силы, связанные со светом, будут втянуты в сферу Бога Света. Текущий дисплей Long Haochen был самой основной силой домена, усилением и ослаблением.

Божественный меч в его руке медленно поднялся. Теперь Лонг Хаочен пытался увидеть, до какой границы теперь может дойти власть его владений.

Мягкий многоцветный свет медленно исходил от объединенных божественных мечей, свет, полный ауры жизни, и, как только он соприкоснулся с владениями Бога Света Лонг Хаочена, немедленно вызвал цепную реакцию.

Еще в Великом собрании храмов Битва Лонга Хаочэня с Ян Хаою использовала эволюцию владений Бога Света. Но в то время он был полностью подавлен противником, совершенно неспособным контролировать свою эволюционировавшую область.

На этот раз все было по-другому. Лонг Хаочен с ужасом обнаружил, что этот естественный мир, полный ауры жизни, после эволюции его владений, заставил его первоначальный интенсивный золотой цвет исчезнуть. Все, что осталось-это тусклый разноцветный блеск, но этот блеск охватывал все окружающие существа.

Это было действительно прекрасное чувство. Вся растительность, и даже небо и природа, все стало продолжением его духовной энергии и эмоциональной силы. Он контролировал даже их жизнь.

Глаза Лонг Хаочена сузились, и сразу же два дерева, к которым приближалась горилла, выросли, став разноцветными. Их толстые ветви немедленно поглотили эту гориллу.

Взяв под свой контроль жизнь, Лонг Хаочен глубоко сосредоточился. В это мгновение он почувствовал, что узкое место, которое ограничивало его, внезапно раскололось, когда подавляемая духовная энергия хлынула наружу. Разноцветное золото, окружавшее его тело, стало еще более интенсивным и плотным в этом процессе.

В самом сердце вечности, духовная гранула, которая была превращена пурпурно-золотой силой крови Хаоюэ, изменилась в середине пульсации последнего, став больше втрое всего за мгновение ока.

Развивая свою духовную лепешку, каждый будет нуждаться в различных методах и сталкиваться с различными ограничениями. Но, без исключения, изменение духовной сферы всегда будет означать качественный подъем.

Да, в этом мире, переполненном жизнью, после сублимации его души, Лонг Хаохэнь наконец завершил свой прорыв со второго ранга, формально достигнув третьего ранга девятой ступени.

Мощь владений мгновенно распространилась наружу, покрывая площадь вдвое большую, чем была занята до его прорыва.

Контроль над жизнью, какая это была мощная способность! Эта горилла уже разрушила два дерева, но была полностью связана этим многоцветным золотым светом.

На лице Лонга Хаочена играла Смутная улыбка. Направив правую руку на ту гориллу, он немедленно выпустил из своих глаз два разноцветных луча света, поразив глаза этой гориллы.

Тело гориллы сильно задрожало, когда окружающий разноцветный свет потянулся к его телу.

Тело гориллы продолжало непрерывно трястись, золотисто-красный свет вырывался из ее тела в то же время, отвергая разноцветное золото. Однако он был просто слишком слаб по сравнению с этим пост-эволюционным светлым Божьим доменом.

Только домен может стоять перед доменом. Первоначальная сила этой гориллы должна была быть сравнима с мощностью электростанции в третьем ранге девятой ступени, но ее недостаток заключался в отсутствии усиления домена. Без такой поддержки он не имел никакого контроля над внешним миром, и перед доменом, владеющим электростанцией, чистая сила не была слишком полезной.

Борьба гориллы становилась все слабее и слабее, и постепенно ее тело перестало трястись, когда выражение ужаса постепенно заполнило ее глаза. Его массивное тело постепенно сжималось, начиная с размеров маленькой горы, которая становилась все меньше и меньше…

Вскоре после этого ранее беспрецедентная горилла внезапно оказалась ниже одного метра ростом, выглядя как мини-версия, но довольно красивая. Сейчас в нем не было прежней свирепости, и его глаза наполнились выражением потери вместе с оттенком обиды.

Да, это была сила контроля над жизнью.

Лонг Хаочен прямо обратил его обратно в младенчество. Он потерял не только свой возраст, но и свою силу! Хотя это было государство, которое можно было поддерживать только в пределах владений Хаочена, этого было достаточно в ходе битвы. Какая угроза может быть в столкновении с таким миниатюрным маленьким парнем в течение долгого времени Haochen?

Хаохен поднял правую руку, глядя на меч жизни и Творения, и на его лице отразилось сожаление. Это было связано с тем, что этот божественный меч, происходящий из слияния арии богини света и синего дождя, гибискус света постепенно отставал от его культивирования, особенно заметного по сравнению с мощью, проявляемой пурпурно-золотым мечом Haoyue. Он пришел к пониманию, что хотя меч жизни и созидания был хорошим оружием, в конечном счете он не был подлинным божественным инструментом. В некотором смысле его можно было рассматривать только как оружие Бессмертного класса на самом близком уровне к божественному инструменту. Но такого оружия было недостаточно, чтобы поддерживать долгий рост Хаочэня в будущем. Именно поэтому он придавал такое большое значение получению одобрения Божественного престола Вечности и творения.

Перейдя со второго на третий уровень и полностью завершив первую эволюцию своего домена, теперь ему больше не нужно будет использовать меч жизни и творения в качестве посредника, чтобы достичь этого снова.

Но даже так, это была пара божественных мечей, которыми он будет вечно дорожить, даже если они будут храниться только для сбора в будущем.

Мягкое разноцветное свечение исходило от одетой в белое девушки Сиси, стоявшей рядом с Лонг Хаочен. После побега от опасности Сиси была в гораздо лучшем настроении, глядя на Лонг Хаочен с выражением полного любопытства.

— Здравствуйте, Сэр. Спасибо, что спас мне жизнь. Сиси поклонилась длинному Хаочэню. Ее поведение ничем не отличалось от поведения магов континента.

Теперь гораздо спокойнее, чем раньше, эта неотразимая красота, до некоторой степени напоминавшая Цайэр и, более того, ничуть не уступавшая ей по внешнему виду, излучала ощущение полноты жизни. Это было большим совпадением с доменом Бога Света пост-эволюции Лонг Хаочен, в той степени, что она также получила огромный импульс от домена.

После предыдущего вмешательства Сиси Лонг Хаочен почувствовал, что она была магом восьмой ступени. Такой маг, выглядящий всего лишь на двадцать лет, определенно был бы гением среди гениев на континенте.

«Привет. Я просто оказался здесь в нужное время. Почему эта горилла охотилась за тобой?— Смущенно спросил Лонг Хаочен.

Услышав этот вопрос, в глазах Сиси сразу же появилось выражение грусти, и слезы неудержимо потекли. Эта заплаканная несравненная красавица действительно являла собой трогательное зрелище! Перед твердым утверждением Лонг Хаохена она не могла не слегка вздрогнуть, вызвав в нем бессознательную реакцию не смея взглянуть на ее прекрасное лицо.

«Это же домашний очаг дьявола. Этот дьявол, который убил моих соплеменников, захватил мою семью и преследует меня, чтобы убить. Если бы я не встретила тебя, то боюсь, что встретила бы…»

Лонг Хаочен озадаченно спросил: «Дьявол? — Какого дьявола?»

Сиси глубоко вздохнула и с грустью пояснила: «могущественный маг. Практически никто из нас в Истоне не может даже встать перед ним. И у него есть абсолютная власть здесь: все кланы здесь должны слушать его приказы. Я случайно нашел клад, но он узнал об этом по какой-то неизвестной причине. Поэтому он послал людей в мой клан, прося об этом. Но это сокровище смогло изменить будущее моего клана, поэтому наш глава категорически отказался. Через несколько дней на мою родину пришла армия. Даже не дав шанса на компромисс, они устроили беспощадную резню. Когда я бежал оттуда, я лично видел, как мой отец, мать и брат были схвачены своими людьми.»

Как оказалось, это был мир под названием Истон, океан зеленой природы в человеческом мире. В основном там жили две расы: люди и феи. Этот дьявол, о котором говорила Сиси, был лордом Истона, известным как Король Истона, полукровка со смешанной человеческой и волшебной родословной.

Контролируя чрезвычайно мощную природную магию, он был величайшим энергетическим центром мира Истона.

Король Истона был подобен правителю этого мира: у него не было армии, но его положение было подобно положению короля леса. Любое существо, идущее против его воли, в конечном счете будет убито. Его жизнь казалась бесконечной, ведь он уже более трех тысяч лет правил этим миром.

Молодая девушка Сиси не сказала, какое сокровище она получила. Лонг Хаочен заметил в ее глазах некоторую настороженность.

«Как же нам справиться с этой гориллой?— Спросил Лонг Хаочен у Сиси.

Сиси ответила нерешительно: «это слуга короля Истона, его верный лакей. Никто не знает, сколько людей и фей уже умерли от его руки. Наш Ноев клан является пацифистским и не желает конфронтации. Если бы только он мог остаться слабым навсегда, по крайней мере, не было бы необходимости платить жизнью.»

Длинный Хаохэнь нахмурил брови, давая ему некоторую мысль: «Позволь мне попробовать.»

Сказав это, он медленно поднял правую руку, безмолвно ощущая царство бога окружающего света. Мягкое разноцветное сияние начало конденсироваться в его руке, наполняясь силой жизни, когда оно образовало маленькую разноцветную спираль в его руке.

На лице Лонга Хаочэня появилось выражение усталости, поскольку он не только концентрировал свою силу, но и заимствовал ее из глубинных тайн жизни. Если бы его душевная сила не достигла большого прогресса, у него не было бы никакого способа достичь этого.

Во вспышке разноцветного света эта маленькая спираль взлетела и приземлилась на миниатюрную гориллу.

Разноцветная спираль приземлилась на голову гориллы и сразу же превратилась в бесчисленные разноцветные огоньки, пробирающиеся в ее тело.

Маленькая горилла стояла неподвижно с пустым лицом, ее тело было заполнено разноцветными блестками.

То, о чем Лонг Хаочен заявлял, что у него была попытка, было главным образом о понимании. После того, как его культивация сделала такой качественный скачок, понять ничего не было невозможно, учитывая его уровень понимания.

Никогда не смотрите вниз на эту разноцветную спираль: это доменная техника его домена после эволюции, экстраординарная печать жизни.

Долго Хаочен не знал, как долго эта печать может продержаться, но после того, как она вошла в тело гориллы, он обнаружил, что вся его аура жизни была ассимилирована его печатью. Если никто не избавится от этой печати в течение семи дней, это сделает изменение жизни этой гориллы постоянным. Другими словами, действительно превратить его обратно в ребенка. Только перезапустившись с нуля, он получит шанс вновь достичь этой границы.

Несмотря на то, что Лонг Хаочен чувствовал себя немного уставшим, счастье в его глазах не вызывало никаких сомнений. Он получил свою вторую технику владения, и эта техника владения была поистине чудесной. В каком-то смысле он может определять возраст человека, его жизнь или смерть. Быть хозяином своей жизни, что же это за обман!

Молодая девушка Сиси не могла удержаться, чтобы не посмотреть на сцену перед ее глазами. Хотя она по-прежнему была настороже по отношению к Лонг Хаочэню, сила его владений в природе и жизни невольно пробудила в ней некоторое чувство сердечности.

«Все должно быть в порядке. Я запечатал траекторию роста его жизни. Его тело было ограничено этим состоянием и вернется к своей первоначальной силе только после того, как вырастет обратно. И это будет долгий процесс.»

— Благодарю вас за ваше великодушие. Да восславят тебя владыки природы. Сиси пристально посмотрела на Лонг Хаочена и очень серьезно сказала:

Лонг Хаочен, казалось, хотел что-то сказать, когда бесстрастный голос из прошлого снова зазвучал в нем.

— Открылась вторая миссия. Помогите Сиси в спасении ее семьи, и более того, заслужите ее доверие и заставьте ее взять на себя инициативу предложить ей сокровище. Неудача миссии приведет к провалу теста.»

Хотя Лонг Хаочен уже думал, что спасение Сиси было только началом испытания, после принятия миссии он все еще не мог не встревожиться.

Король Истона, о котором говорила Сиси, был абсолютно самым ужасающим существованием этого плана. Чтобы один из его домашних любимцев был таким сильным, как сам человек мог достичь такой степени власти? Даже если он не достигнет такого уровня, как Бог-Демон императора, по крайней мере, он будет соответствовать таким, как Бог-Демон Луны или Бог-Демон звезды. Такая степень силы не была ничем, с чем мог бы бороться нынешний Лонг Хаочен, особенно когда он не может получить помощь Хаоюэ.

— Сиси, какие у тебя теперь планы?» В предыдущем разговоре они обменялись именами друг с другом.

Лицо Сиси потемнело, на ее милом личике появилось беспомощное выражение: «я тоже не знаю. Этот дьявол просто слишком силен, моя семья…— Сказав это, она не смогла удержаться и снова заплакала.

Лонг Хаочен нахмурил брови и заявил: «Прекрати сейчас плакать. Это ничего не решит. Расскажите мне подробно, сколько кланов есть в Истоне? Среди них есть близкие родственники короля Истона, а также враги. Хотя я и подумываю о том, чтобы помочь вам, но все же боюсь, что наших сил недостаточно.»

Говоря так, его мысли становились только более серьезными. С одной стороны, Лонг Хаочен стоял как наблюдатель, но с другой стороны, Сиси только что стала свидетелем его силы, особенно его контроля над жизнью, проходящей через эту мистическую силу. Но даже после того, как она увидела их, она все еще не просила у Него милости помочь. Это доказывало либо то, что она не доверяла ему, либо то, что она не считала его угрозой для короля Истона.

Лонг Хаочен был более склонен верить в последнее. В конце концов, он уже спас ее, и хотя у них не было глубокого контакта друг с другом, его тело светлого бога и несравненная чистота его света, даже если он не мог получить полное доверие Сиси, по крайней мере, это не заставит ее бояться.

Сиси молча покачала головой “ » Нет. Поскольку я нашел эту вещь, я уже нанес сокрушительный ущерб моему клану. Я не отдам его тому дьяволу, которого хочу уничтожить. Даже ценой собственной жизни, в худшем случае, я присоединюсь к своей семье.»

Видя, что глаза Сиси постепенно наполняются решительным взглядом, Первое, что пришло на ум Лонг Хаохэну, было не его собственное задание, а восхищение этой молодой девушкой.

Она была не только добросердечна, но и отважна. Возможно, она недостаточно мудра, но для такой красивой девушки все еще иметь такой характер означало, что она чувствовала себя чрезвычайно привлекательной для любого мужчины.

Лонг Хаочен слегка кивнул: «я могу понять, что вы не хотите впутывать кого-то еще. Но тогда, боюсь, твоя семья вряд ли выживет.»

Сиси в отчаянии ответила: «Возможно, но это судьба. Сэр Лонг, вы спасли мне жизнь, и я не могу отплатить вам тем же. Эта Сиси изначально была близка к смерти. Если вы сдадитесь, я готов предложить вам свое чистое я: это можно было бы считать платой за услугу спасения моей жизни. В любом случае, это тело снова станет чистым в моей следующей жизни. ”

Лонг Хаочен вздрогнул, его уши немедленно покраснели. Если бы ему сказали это раньше, когда он не очень хорошо разбирался в отношениях между мужчинами и женщинами, он бы не придал этому большого значения. Но как раз перед тем, как пройти тест, он и Кай’Эр только что пересекли черту! Это был первый раз, когда он испытал это прекрасное действие. Кроме того, Сиси была такой красавицей, что ее белая одежда была совершенно недостаточна, чтобы скрыть ее великолепные изгибы.

Когда смотришь на красивую женщину, каждый проявляет какую-то реакцию. Можно, например, выказывать восхищение, иметь грязные мысли или чувствовать себя неловко и смущенно. Это последнее было точно долгое дело Хаочен.

— Сиси, не будь такой.»Перед выражением страдания Сиси, когда она собиралась взять его в свои объятия, Лонг Хаочен действительно чувствовал себя несколько растерянным. Поспешно схватив ее за плечи, он заставил ее отойти на некоторое расстояние.

Сиси подняла голову, чтобы посмотреть на Лонг Хаочен, ее глаза затуманились от слез “ » сэр Лонг, я вам не нравлюсь, или вы боитесь завязать со мной отношения? Мое тело действительно чисто, и никогда не было в руках ни одного мужчины.»

Услышав все, что она сказала, Лонг Хаочен сразу же почувствовал, что его руки ослабли, как будто от удара током, когда он заставил себя улыбнуться.

— Послушай меня, Сиси. Я просто случайно оказался здесь, чтобы спасти вас, и не имел никакого намерения получить компенсацию таким образом. Более того, именно потому, что я случайно столкнулся с таким вопросом, я думал о том, чтобы помочь. Возможно, я не смогу противостоять такому могущественному противнику, как Король Истона. Но я все равно попробую это сделать. Если нам повезет, возможно, вашу семью удастся спасти. Даже если мы не сможем добиться успеха, вы не должны отказываться от такой легкой жизни. Для живых всегда есть надежда, но для мертвых ничего нельзя сделать.»

Сиси молча кивнула: «Спасибо, сэр Лонг. Я действительно не знаю, как вас отблагодарить. Поскольку вы спасли мне жизнь, вы можете получить мое тело в любое время, когда захотите.»

Лонг Хаочен несколько раз смущенно махал руками: «Не будь такой, Сиси. Давайте сначала придумаем способ спасти вашу семью. Где, вы сказали, живет Король Истона? Вы можете нарисовать карту?»

Сиси кивнула: «Да.— Она тут же присела на корточки перед Лонг Хаочен, рисуя детальную карту с помощью веток на земле. Ее рисунок был довольно хорош, и когда она рисовала, она также рассказала Лонг Хаохену о расположении вокруг королевской резиденции Истона.

— Король Истона не имеет собственной армии, но обладает огромной силой природы. По меньшей мере десять магических зверей этой предыдущей разновидности гориллы служат ему домашними питомцами. Если мы хотим прорваться мимо них в его пещеру, то должны избегать ее охранников. Моя семья, возможно, находится в самой глубокой части этой пещеры.»

Лонг Хаочэнь спокойно слушал ее распоряжения, непрерывно кивая и запечатлевая ее слова в своей памяти. Тело Сиси часто выпускало тонкий аромат, входящий в длинный нос Хаочэня, отличный от аромата, испускаемого телом Цай’Эр. Сладость от тела Сиси была пропитана аурой жизни, точно цветок, полный соблазна: свежий и чистый, элегантный и великолепный.

Тем не менее, Лонг Хаочен продемонстрировал незаторможенное отношение. Ни его глаза, ни нос, ни рот, ни сердце не обращали особого внимания на Сиси.

— Карта и порядок таковы.— Сиси показала Лонг Хаочен сладкую улыбку, очевидно, уже подавив свою боль по сравнению с предыдущим. Когда она улыбалась, она действительно была несравненной красавицей.

Лонг Хаочен немного подумал: «я предлагаю сначала разведать местность, чтобы найти какую-то конкретную информацию. Если будет возможность, я войду в пещеру, чтобы найти твоих родственников. Оставайтесь снаружи в безопасном месте, готовые оказать поддержку.»

«Как это может быть нормально? Как же я мог оставить тебя одного заниматься моими делами?— Сиси решительно покачала головой, — я войду вместе с тобой. Раньше, когда мой отец был еще жив, он водил меня в Королевскую пещеру Истона, так что я знаю это место лучше, чем ты. И Сэр Лонг, я не согласен с вашим планом. Попытавшись разведать местность, можно было бы очень легко ненароком насторожить противника. В случае, если король Истона встанет на стражу, это будет еще ближе к невозможности для нас добиться успеха. У короля есть такая привычка: он спит каждый день в полдень, причем примерно в течение одного часа. В этом процессе он будет находиться в очень, очень глубоком сне, но его тело будет защищено божественным инструментом. Его домашние питомцы будут очень тщательно охранять его в это время, но я считаю, что это будет наш лучший шанс. Если мы сможем избежать этих домашних животных, когда войдем в его пещеру, мы определенно сможем спасти мою семью.

Слушая организованный и скрупулезный анализ Сиси, Лонг Хаочен удивленно посмотрел на его лицо: «кажется, ты был готов к этому уже давно!»

Улыбка на красивом лице Сиси застыла, и она тихо вздохнула. — С тех пор как мой дом был разрушен, я все время думала о спасении своей семьи, ломая себе голову, — сказала она с печалью в глазах. — но теперь я знаю, что это не так. Метод, о котором я упоминал ранее, должен быть наиболее осуществимым.»

В этот момент Сиси внезапно опустилась на колени перед Лонг Хаочен. Ее действия были слишком внезапны, и Лонг Хаочен сразу же испугался.

— Мисс Сиси, что вы делаете?— Лонг Хаочен хотел помочь ей подняться, но его остановила рука Сиси.

— Сэр лонг, после того как мы войдем в пещеру короля Истона, у меня будет к вам просьба. Если нас обнаружат, я возьму инициативу на себя и уведу его. Вы должны воспользоваться этой возможностью, чтобы спасти мою семью. Если я смогу обменять свою жизнь на мир моей семьи, тогда Сиси умрет счастливой смертью. Даже если моя душа отправится на небеса, я никогда не забуду твою доброту.»

С этими словами она поклонилась Лонг Хаочэню.

Лонг Хаочен, естественно, не мог позволить ей действительно поклониться, он поспешил поддержать ее: «Сиси, просто оставь мне вопрос о заманивании врагов. Во-первых, я не знаю твою семью, и даже если я знаю, они могут не захотеть идти со мной. Во-вторых, мое культивирование сильнее твоего. У меня гораздо больше шансов вытащить короля Истона отсюда, чем у тебя. Кроме того, я же мужчина. Как я могу позволить тебе пойти на такой рискованный шаг? Однако я немного волнуюсь. Как мы можем войти в пещеру короля Истона, не будучи замеченными его домашними животными?»

Сиси подумала об этом и сказала: «в нашем клане есть священное лекарство. Священное лекарство под названием сирень опьяняющая. После его поджигания можно было бы за короткое время привести человека, который его нюхал, в бредовое состояние. До тех пор, пока они не нападут, им понадобится не меньше часа, чтобы проснуться. Если мы найдем это священное лекарство, нам не придется убивать. Тогда он сможет безопасно войти в пещеру короля Истона. Если я правильно помню, в соседней пещере может быть опьяняющая сирень, но я не уверен, что она зрелая. «

Лонг Хаочэнь кивнул: «в таком случае, давайте пойдем и поищем его. Вы помните точное расположение этой пещеры? «

Сиси на мгновение задумалась и сказала: «я могу попробовать и поблагодарить тебя.— Говоря это, она выпустила пару льдисто-голубых духовных крыльев. С милой улыбкой она расправила крылья, улетая в определенном направлении. Она бессознательно взглянула на золотые крылья на спине длинного Хаочэня, и ее прекрасные глаза наполнились завистью.

Лонг Хаочен бросил на нее быстрый взгляд. Улыбаясь, он расправил крылья и последовал за ней.

Сиси взлетела в воздух первой, но не слишком высоко. Она держалась поближе к верхушкам деревьев и некоторое время оглядывалась вокруг, прежде чем посмотреть на яркий солнечный свет в небе. Махнув рукой в сторону Лонг Хаочена, она выбрала направление для полета.

Они вдвоем летели около четверти часа, прежде чем спуститься с длинным Хаохэнем, приземлившись рядом с особенно высоким красным деревом.

Под этим большим деревом. Там был небольшой холмик. Сиси радостно сказала: «это должно быть здесь. Секвойя — это лучшая координата. Если я правильно помню, в пещере за этим холмом растет опьяняющая сирень.»

С этими словами она с молниеносной скоростью полетела вперед, увлекая Лонг Хаочен на другую сторону холма. На первый взгляд, здесь, казалось, не было никакой разницы с предыдущими. Однако Лонг Хаочен использовал свои чувства, чтобы изучить его, обнаружив, что на поверхности растительности была дыра, которая была высотой с человека, простирающаяся вниз. Более того, он обнаружил, что у входа в эту пещеру, по-видимому, был магический массив. Причина, по которой он не мог видеть ситуацию внутри, заключалась в том, что этот магический массив действовал как магический барьер и даже имел чрезвычайную защитную силу.

Душевная сила Лонга Хаочэня уже достигла состояния «мелкой тонкости». При таком внимательном рассмотрении он определенно не чувствовал бы себя неправым.

Сиси стояла перед входом в пещеру и указывала на нее правой рукой. Внезапно вспыхнул белый свет, и кусты перед ней медленно расступились.

Сиси обернулась и мило улыбнулась Лонг Хаочен “ » после того, как я узнала об этом месте в прошлый раз, чтобы помешать зверям стучать по Священному лекарству, я оставила здесь небольшую иллюзию.»

Лонг Хаочен кивнул: «я буду охранять вход для тебя. Вы можете пойти внутрь, чтобы найти сирень опьяняет.»

«Утвердительный ответ. Сиси согласилась и быстро вошла в пещеру.

Лонг Хаочен закрыл глаза, позволяя могучей силе души распространиться с огромной скоростью, чувствуя окружающие изменения. Его правая рука лежала на большом дереве, а тело мерцало семью цветами. Благодаря своей развивающейся области он увеличивал силу своей души, и кроме того, он использовал глубокий смысл управления прогрессом своей жизни, чтобы улучшить свое восприятие души через естественную среду дерева.

Вскоре после этого Сиси вышла из пещеры с травой в руках.

Под травой была земля, а под ней-кусок ткани. Трава была открыта тому, что выглядело как растение длиной в один фут. Он был розового цвета и имел три грозди маленьких белых цветов на вершине. Он действительно был похож на сирень.

Увидев, что Лонг Хаочен поддерживает рукой большое дерево, Сиси поспешила к нему и сказала: «Сэр Лонг, мне это удалось.— Послушайте, это же сирень опьяняет. «

Реакция Лонг Хаохена была несколько вялой, и, услышав ее голос, он на мгновение остановился, прежде чем повернуться и посмотреть на нее.

Глядя на опьяняющую Сирень в руке Сиси, Лонг Хаочен спросил: «этой травы достаточно?»

Сиси кивнула и сказала: «опьяняющие корни сирени могут рассеять ее галлюцинаторную токсичность.» В то время нам нужно было только составить небольшую часть населения. Вы только что жестоко подрались с этим домашним животным. Почему бы нам не отдохнуть денек, а завтра отправиться в пещеру короля Истона?»

Хотя она и сказала это, тревога в ее глазах не могла быть скрыта.

Лонг Хаочэнь ответил: «Если вы можете помочь им до конца, давайте отправимся сейчас.» Согласно заданию, данному ему Божественным Престолом Вечности и творения, он должен был не только помочь Сиси спасти ее семью, но и завоевать ее доверие, получив таким образом сокровища, которые уничтожили бы весь ее клан.

В самом начале, когда он получил эту миссию, Лонг Хаочен оказался в очень сложной ситуации. Предыдущее задание, даже если Лонг Хаохен не преуспел, он мог по крайней мере попытаться сделать все возможное, чтобы закончить его. Однако последнее противоречило его принципам. Но теперь, похоже, он нашел какие-то зацепки относительно миссии.

Сиси отвесила глубокий поклон длинному Хао Чэню, ее красивые большие глаза наполнились туманом: «брат Лонг, мы знаем друг друга так недолго, но ты делаешь все возможное,чтобы помочь мне, я помню эту любовь.— Если мы преуспеем в этом путешествии, я отплачу тебе в десять, в сто раз больше. «Пока я могу спасти свою семью, я готов дать тебе работу лошади или коровы.»

Сказав это, она тут же развернулась и улетела, как будто боялась, что не сможет контролировать свои эмоции. Тем не менее, она не бросилась прочь от вершины дерева, вместо этого уклоняясь от деревьев в лесу.

Хотя культивация Сиси была ниже, чем у Лонг Хао Чэня, она была магом восьмой ступени, поэтому ее скорость полета была очень быстрой. Кроме того, ее летные навыки были довольно впечатляющими, но скорость, с которой она пересекала лес, не сильно влияла на ее скорость.

Что же касается Лонга Хаочена, то у него тоже не будет проблем. Еще когда он был на втором этаже башни вечности, он полностью тренировал свои летные навыки. С его мощным восприятием, он следовал на расстоянии тридцати метров позади Сиси, сохраняя равное расстояние от нее.

急速飞行了大约半个多时辰，思思选择的路线十分隐蔽，期间，龙皓晨的灵魂感知内至少感受到了数个大型村落的存在。 却都被思思巧妙的绕开了。 显然她是清楚知道这些村落位置的。

Пролетев на большой скорости более получаса, Сиси выбрала очень тайный маршрут. В течение этого времени Лонг Хаочен мог ощущать несколько больших деревень через свое духовное восприятие. Тем не менее, все они были ловко избегнуты Сиси. Она явно знала расположение этих деревень.

远远的，一座完全被植被覆盖的绿色大山出现在龙皓晨的感知中♀座山并不算太高，还不到千米，但是，到了这附近之后，大自然的生命气息比他刚来到这个世界时至少浓郁了三倍以上。

В отдалении, зеленая гора, полностью покрытая растительностью, появилась в восприятии Лонга Хаочена. Гора была не слишком высока, даже не километровая, но после достижения этого места жизненная энергия природы была по меньшей мере в три раза богаче, чем когда он впервые прибыл в этот мир.

Сиси замедлила шаг, подойдя к длинному Хаохэну, и тихо сказала: «старший брат Лонг, отныне мы должны сдерживать дыхание.— Король Истон, должно быть, еще даже не начал дремать. Его чувства были чрезвычайно сильны. Мы должны быть осторожны. Его пещера была на полпути вверх по Истону, недалеко впереди. Когда мы подъедем к Истону, я собираюсь зажечь сирень, опьяняющую. «

Сказав это, она протянула длинный Хаохэнь тонкий корень, показывая, что он может положить его в рот.

Лонг Хаочен сделал так, как она сказала.

Как только корень вошел в его рот, он сразу же почувствовал, как холодное ощущение распространилось по всему его телу, давая ему удобное ощущение.

Сиси подошла очень осторожно, и тело Лонга Хаочэна испустило слабый золотистый свет, окутав его и Сиси изнутри. Сиси удивленно посмотрела на него, потому что обнаружила, что она, казалось, превратилась в луч солнечного света. Кроме чистого солнечного света, здесь не было никаких других следов света.

Лонг Хаочен улыбнулся, показывая вперед, намекая, что она может идти.

Пролетев около четверти часа, она сразу же убрала свои духовные крылья и приземлилась на землю. Хотя она была магом, питающим свое тело духовной энергией, ее движения все еще можно было считать проворными. Лонг Хао Чэнь взял инициативу на себя, чтобы вести ее, открывая путь, заполненный растительностью, что немного затрудняло ей, как магу, ходить.

— Вперед на пятьдесят метров, поверните налево на десять метров, продолжайте движение вперед на двадцать метров, затем поверните направо на пятнадцать метров.» «Чуть медленнее …»

Позади Лонг Хаочена Си Си продолжал направлять его вперед. Лонг Хао Чэнь был чрезвычайно сговорчив, и под ее нервным взглядом он не сделал ни малейшей ошибки. Однако он все еще был удивлен тем, насколько хорошо она знакома со Святой Горой Истона.

Идти предстояло не очень быстро, поэтому они добрались до подножия горы Истон только через четверть часа.

Сиси остановилась и посмотрела на небо. Длинный Хаочэнь обернулся и посмотрел на нее. Увидев, как ее длинные ресницы мягко затрепетали, он не мог не восхититься ее красотой снова.

— Истон Кинг собирается вздремнуть. Брат лонг, с этого момента все зависит только от тебя. Я собираюсь зажечь священную траву.»

Говоря это, она подняла опьяняющую гвоздику и осторожно зажгла ее с зажигалкой в руках. Внезапно вверх поплыл легкий голубой дымок. Вместо того, чтобы позволить дыму рассеяться, Сиси быстро выпустила слой водяной завесы, чтобы окружить горящую опьяняющую гвоздику.

Как дым в сочетании с водяным занавесом, водяной занавес стал уникальным светло-розовым.

Опьяняющая Гвоздика быстро сгорела. Всего за несколько вдохов он превратился в пепел. Но водяная завеса в руках Сиси превратилась в привлекательную розовую завесу.

Она щелкнула запястьем и пробормотала несколько заклинаний. Внезапно розовая водяная завеса начала быстро сворачиваться. Он превратился в более чем дюжину розовых ледяных шариков размером с лонган. Они были прекрасны, как розовые драгоценные камни.

Сиси улыбнулась Лонг Хаочен и сказала: «Только так мы сможем сохранить эффективность священной травы. Когда мы войдем в Святую Гору, взорвите ледяные шарики, чтобы ледяной туман мог работать. Теперь мы можем подняться на гору отсюда. Брат Лонг, нам нужно поторопиться.»

Когда Сиси снова расправил свои духовные крылья, Лонг Хаочен тоже расправил их.

Они подлетели вплотную к горной стене. Во время полета Сиси бросала ледяные шарики в разные стороны. Как она и сказала, когда ледяные шарики вылетели, он лопнул, превратился в розовый туман и медленно поплыл вдаль.

Они не встретили никаких препятствий на своем пути. Вскоре перед ними возникла огромная естественная пещера. Но у входа в пещеру Лонг Хаочен почувствовал четыре сильных дыхания.

Сиси подлетела к длинному Хаочэню и сделала медленный жест рукой. Ледяная бусинка взлетела вверх и взорвалась в воздухе, а затем ледяной туман тихо поплыл к отверстию.

Очень скоро четыре мощных вдоха стихли.

Лонг Хаочен был удивлен. На самом деле, опьяняющая гвоздика была достаточно сильна, чтобы произвести желаемый эффект. Люди, охранявшие пещеру Истона Кинга, должно быть, были сильными девятого ранга. Он задался вопросом, Сможет ли он использовать силу света, чтобы нейтрализовать токсичность, если он не положит корень травы в рот.

Затем они взлетели и приземлились у входа в пещеру одновременно. В глазах Сиси промелькнуло волнение. На землю упали четыре огромных тела. Они были идентичны гориллам, которых Лонг Хаохен видел раньше. Даже когда они засыпали, огромное тело, казалось, обладало огромным чувством силы. Однако они просто заснули и дышали ровно.

По-видимому, зная сомнения в сердце Лонг Хаочен, Сиси улыбнулась и сказала: «Не волнуйся, брат Лонг. Хотя эффективность опьяняющей гвоздики очень сильна, она не оказывает никакого влияния на переизбыток. В противном случае, я могу использовать его, чтобы спасти мою семью напрямую! Давай быстрее войдем, а то опоздаем.»

Пещера Истона Кинга была очень широкой. Когда они вошли в пещеру, их окружило сильное естественное дыхание, которое содержало огромную жизненную силу. Лонг Хаочен почувствовал, что поры его всего тела, казалось, открылись. Он сделал глубокий вдох, и затем его внутренняя духовная сила поднялась с удивительной скоростью, которая была сравнима с его духовной практикой концентрации.

Как же витальность может усилить мою духовную силу? Лонг Хаочен очень хорошо знал, что в прошлом это было невозможно. Это необходимо потому, что его культивация была успешно продвинута со второго на третий уровень девятого ранга.

Сиси махнула своей маленькой ручкой, чтобы показать длинному Хаочэню путь, и ускорилась, чтобы полететь к глубокой пещере, не убирая духовных крыльев.

Эта естественная пещера была настолько гигантской, что они могли чувствовать ее просторность после входа в нее. Казалось, что половина горы была выдолблена. Лонг Хаочен и Сиси были просто как два ничтожных насекомых, летающих в нем. И не было никакого искусственного следа в этой чудесной пещере. Он должен был образоваться естественным образом, так что это было действительно удивительно.

Не успев оценить по достоинству волшебную пещеру, они вскоре достигли глубин горы.

Именно тогда, странный голос раздался в ухе длинного Хаочена.

«…хрюкать… хрю-хрю… …»

Оглушительное ворчание сделало выражение лица Лонга Хаочена внезапно странным.

-Это тот самый Истон Кинг?»

Сиси кивнула и прошептала: «Он заснул. Это он так ворчит. Пойдем быстрее.»

Лонг Хаочен чувствовал себя странно. Значит ли это, что чем сильнее он был, тем громче становилось его ворчание?

Это место было самой широкой частью во всей пещере. После недолгих поисков Сиси отвела Лонг Хаочен к огромному камню, за которым был проход прямо внутрь. Проход был только один человек в высоту с огромным камнем перед ним. Если бы они не подобрались так близко, то найти его было бы невозможно.

— Брат Лонг, этот проход должен вести к задней дыре. Моя семья должна быть заключена там в тюрьму. — И… Говоря об этом, она остановилась и посмотрела на длинного Хаочэня, сдерживая слова, которые сорвались с ее губ.

Лонг Хаочэнь сказал: «Иди и спаси их. Я буду ждать тебя здесь. Если Истон Кинг заметит нас, Я помогу тебе избавиться от него.»

Сиси слегка прикусила свои красные губы, пристально посмотрела на длинного Хаочэня и вдруг бросилась в его объятия. Лонг Хаочен был крепко обнят ею беззащитно.

— Брат лонг, пока я могу спасти свою семью, я буду твоей служанкой и буду служить тебе всю свою жизнь.— Затем она повернулась и бросилась в пещеру.

Длинный Хаочэнь поднял правую руку и похлопал ее по спине в воздухе. Маленький разноцветный вихрь ворвался в тело Сиси. Она почувствовала, что ее духовная сила внезапно возросла. Она не могла не оглянуться на Лонг Хаочена с благодарностью.

— Будь осторожна, — посоветовал ей Лонг Хаохэнь.

Сиси мягко кивнула, затем снова прибавила скорость и исчезла в коридоре.

Одним прыжком длинный Хаочэнь вскочил на валун перед проходом. В этот момент громкое ворчание внезапно прекратилось.

-Кто посмел войти в мою запретную страну?— Звук был таким же громким, как и его предыдущее ворчание. Его голос эхом отдавался в огромной пещере, высота которой превышала 300 метров.

Глаза Лонга Хаочэна вспыхнули, и свет его вечного сердца яростно заколебался.

Эволюция в области света позволила ему непосредственно преобразовать внешнее дыхание жизни в свою собственную духовную силу. Когда дыхание жизни вошло в диапазон 10-ти метров от его тела, оно превратилось в бесчисленные зеленые световые пятна и слилось с его телом, которое выглядело очень уникальным.

Ужасающий импульс хлынул со всех сторон в одно мгновение, в то время как яркий семицветный свет хлынул из длинного Хаочэня. Как он мог не показать свои владения перед лицом таких сильных людей, как Истон Кинг?

Перед прибытием Истона Кинга сначала вспыхнул зеленый свет в его владениях.

Цвет домена Истона Кинга был очень особенным. Он был зеленым, ярким и благородным. Богатое и чистое дыхание жизни не уступало длинным достижениям Хаочэня в свете.

Когда зеленый свет и семицветный свет встретились, возникла странная сцена. Между этими двумя доменами не было никакого столкновения, и они спокойно смешались вместе после контакта.

Яркий семицветный свет взял верх. Прикоснувшись к зеленому полю, он стал еще более ослепительным. В мгновение ока владения Лонга расширились более чем на треть.

— Ну и дела?— громкий голос казался смущенным; затем Лонг Хаочен увидел фигуру в центре зеленого света и был потрясен. В то же время зеленый домен съежился, держась на некотором расстоянии от светлого домена Лонга.

Лонг Хаочен не был бы так удивлен, если бы Истон Кинг был огромен, или даже больше, чем гориллы снаружи. На самом деле, этот король Истонского мира, который так сильно напугал Сиси, был… слишком мал.

Может быть, его рост 166 сантиметров? Это было самое большее. Если он встанет перед длинным Хаохеном, то не сможет дотянуться до его груди.

У Истона Кинга были короткие, густые каштановые волосы, которые были вьющимися и выглядели неухоженными. Одетый в доспехи, которые, казалось, были сделаны из жадеита, его тело сияло ослепительным блеском. Хотя он и не был высок, он был чрезвычайно силен. Ширина его плеч составляла по меньшей мере две трети высоты тела, поэтому грудь была широкой. Только нос и глаза были отчетливо видны на его лице с большими бакенбардами.

У Истона Кинга был коньячный нос, а его глаза были такими же карими, как и волосы. В левой руке он держал огромный топор, который был размером примерно с его тело, а в правой-огромный молот, размер которого не сильно отличался от размера топора. Это выглядело действительно странно, что такой невысокий и сильный парень держал эту пару гигантского зеленого оружия.

Хотя два оружия и доспехи Истона Кинга были зелеными, Лонг Хаочен сразу же заметил, что все они были священным оружием!

Цвет может быть другим, но дыхание священного оружия не будет неправильным. Чистое дыхание жизни окрасило всю пещеру в зеленый цвет.

Однако сильный импульс Истона Кинга не оказал большого давления на Лонг Хаочен. Владения Бога Света занимали площадь в пределах 30 метров от длинного Хаочэня. Как только какой-нибудь зеленый свет входил в эту область, она немедленно становилась частью владений Бога Света.

Лонг Хаочен немедленно повернул голову к королю Истона, стоявшему рядом, и вопросительно посмотрел на него. Король Истона кивнул с серьезным взглядом, «она права, дерево разрушения необратимо после того, как оно растет. Прямо сейчас мы можем только попытаться сделать все возможное, чтобы запечатать саженец этого дерева разрушения и замедлить его рост. Затем я помолился Господу природы. Давайте посмотрим, может ли Господь природы отделить ветвь от Древа Вечности и запечатать ее полностью.»

Хотя король Истона не винил его, Лонг Хаохен все еще слышал недовольство в его тоне, и не мог не сказать извиняющимся тоном: «Я сожалею, Король Истона. Я был неосторожен. Я не ожидал, что королева Луны будет так много плести интриги. Однако я должен сказать, что ваша защита по отношению к семени дерева разрушения не очень прочна.»

Король Истона был немного смущен и сказал: «Кто бы мог подумать, что у нее будет такая идея. Если бы не ты, я бы уже давно понял, что она хочет наложить руки на семя древа разрушения. Должно быть достаточно времени, чтобы остановить ее.»

Лонг Хаочэнь ответил: «Этот вопрос возник из-за меня, поэтому я буду тем, кто положит ему конец. Когда я вошел в это место, я почувствовал ауру разрушения. Король Истона, я спрашиваю тебя в последний раз, ты действительно хочешь уничтожить это дерево разрушения, чтобы оно никогда больше не появилось?»

Король Истона сказал с горьким лицом, » конечно. Мой учитель не мог уничтожить его, но он не мог позволить ему повлиять на Древо вечности в своем царстве, поэтому он передал его мне. Кто бы мог подумать, что случится нечто подобное?»

Лонг Хаочэнь кивнул: «в таком случае, просто предоставьте это мне. На самом деле, уничтожить это дерево разрушения не так уж и сложно.»

Говоря это, он обернулся и махнул рукой в сторону дерева разрушения.

Ослепительный Золотой луч меча устремился к Древу вечности в руках Сиси.

На лице Сиси все еще была насмешка, и уголки ее губ презрительно скривились. Хотя сегодня она потерпела неудачу, она уже принесла свою темную душу в жертву древу разрушения. До тех пор, пока дерево может расти в ближайшем будущем, в этом случае все еще была возможность ее душа восстанавливается.

— Динь!»

Луч меча приземлился на дерево разрушения, издавая резкий гул. Слабый слой пурпурного тумана образовал защитный барьер вокруг дерева. Луч меча Лонг Хаочена исчез без следа фиолетового света.

Лонг Хаочен медленно кивнул: «он действительно обладает очень сильной защитной силой.»

Сиси презрительно спросила: «Что же это такое мощное? Это нерушимая твердость. «

Лонг Хаочен улыбнулся: «Не говори слишком много. В этом мире нет ничего невозможного.— Говоря это, он медленно поднял руки, сделав пустую хватку в воздухе. В следующее мгновение на его лбу появилось девять пурпурно-золотых огоньков.

В то время как эти девять узоров света появились, Лонг Хаохэнь, который первоначально был полон священной аурой, имел очаровательный взгляд на своем лице и даже напугал короля Истона, который стоял рядом. Но он быстро обнаружил, что сердце света Лонг Хаочен совсем не изменилось, только его сила несколько изменилась.

Тут же Король Истона и Сиси увидели, как огромный меч начал распространяться из пустых рук Лонг Хаочена. Пурпурно-золотой меч казался чрезвычайно ослепительным, особенно шесть голов на рукояти меча. У каждого из них был холодный взгляд в глазах, как будто они смотрели на свое окружение.

Как только появился этот пурпурно-золотой тяжелый меч, оба божественных артефакта в руках короля Истона и его божественные доспехи начали издавать легкий гудящий звук. Король Истона удивленно сказал: «Моя дорогая, я так напуган. А ты, что это за меч у тебя такой?»

Лонг Хаочен улыбнулся: «раз ты хочешь уничтожить дерево разрушения, давай назовем его разрушителем. Тогда его полное имя будет: Разрушитель, фиолетово-золотой лунный меч.»

Как он сказал, фиолетово-золотой лунный меч в его руке нес длинную дугу, направленную прямо на дерево разрушения в руке Сиси.

На этот раз Сиси почувствовала угрозу. Она не боялась, что на дерево разрушения нападут, но именно она была за деревом! У нее не было такой защитной силы, как у дерева. И у людей, и у эльфов было сильное желание жить. Почти бессознательно Сиси выпустила Божественный Камень Солнца и Луны из своих рук.

Фиолетово-золотой свет вспыхнул, как молния, ударив по дереву разрушения в воздухе.

Фиолетовый свет, появившийся на древе разрушения, появился снова, но его намерение было совершенно иным, чем у меча Лонг Хаочен, который использовал, чтобы мгновенно рассеяться. На этот раз, когда пурпурный барьер, который он испускал, соприкоснулся с фиолетово-золотым лунным светом меча, две стороны на самом деле имели вязкий эффект. Другими словами, дерево разрушения, которое содержало Божественный Камень Солнца и Луны, на самом деле выглядело так, как будто оно было приклеено к небу фиолетово-золотым лунным мечом.

Через несколько секунд дерево разрушения яростно затрепетало на Божественном камне Солнца и Луны. Слои фиолетового света становились все более и более интенсивными, и были даже некоторые искры фиолетового звездного света.

Фиолетово-золотой лунный меч все еще циркулировал в пурпурно-золотом цвете, но шесть больших голов на рукояти широко раскрыли глаза, как будто возвращаясь к жизни, холодно глядя на борющееся дерево разрушения.

«Нет, это невозможно. Сиси тупо уставилась на него и сказала: «сила разрушения, производимая древом разрушения, может быть мгновенно уничтожена любым нападением даже в его первоначальном состоянии.“А как тут может быть конфронтация?»

В тот самый момент, когда она недоверчиво посмотрела на него, кончик фиолетово-золотого лунного меча внезапно изменился.

Острый кончик меча мгновенно превратился в разинутую пасть. Он прокусил разрушительную силу, исходящую от дерева разрушения в один укус, непосредственно впившись в тело саженца. Одним рывком он действительно оторвал дерево от Божественного камня Солнца и Луны, а затем проглотил его. Дерево разрушения тут же превратилось в сгусток пурпурного света, бесследно исчезнув в присутствии фиолетово-золотого лунного меча.

Лонг Хаочен поднял правую руку, взяв в нее божественный Камень Солнца и Луны, который лишился древа разрушения. Он повернулся к ошеломленному королю Истона и спросил: «Это твой?»

Король Истона покачал головой и сказал подсознательно: «это небесный материал, который природа породила, и он не принадлежит мне.» Ты забрал его обратно. Это все твое. — Но вы … вы действительно уничтожили Древо разрушения?»

Лонг Хаочен показал улыбку “ » вероятно. Не волнуйтесь, никаких проблем не будет.»

Когда он вошел в пещеру короля Истона, чтобы почувствовать это разрушительное намерение, настроение Хаоюэ появилось в голове Лонг Хаочена. По направлению к этой разрушительной силе Хаоюэ был полон страстного желания, непрестанно призывая Лонг Хаочэня забрать ее. Однако именно здесь находился король Истона, поэтому долго Хаохэнь, естественно, не мог сделать этого, прежде чем узнать правду. В то же время, с предупреждением Хаоюэ, он стал еще более подозрительным к Сиси.

Хаоюэ также ясно сказал ему, что хотя разрушительная сила была чистой и мощной, этого было недостаточно, чтобы причинить ему какой-либо вред, и могло служить только тонизирующим средством для него. С этой штукой он сможет завершить свою окончательную эволюцию в кратчайшие сроки.

Это был также первый раз, когда Хаоюэ сказал Лонг Хаочен, что он был близок к завершению своей окончательной эволюции.

Причина, по которой Лонг Хаочэнь продолжал спрашивать короля Истона, хочет ли он уничтожить дерево разрушения, состояла в том, чтобы компенсировать действия Хаоюэ. Он действительно не знал, было ли дерево разрушения действительно разрушено, но он понял одну вещь. После того, как он был съеден Haoyue, не было никакого способа, которым он мог выплюнуть его. В частности, Хаоюэ говорил ему раньше, что это дерево разрушения и оно не были на одном уровне.

В этот момент Сиси была совершенно ошарашена. Ее последняя надежда была разбита вдребезги. Внезапно она закричала и закрыла голову руками, катаясь по земле от боли.

Какой бы красивой ни была маленькая девочка, это не будет выглядеть хорошо, когда она так безумно кричит от боли. Лонг Хаохен был удивлен, но в это время он не мог войти в контакт с печатью своего домена.

— Король Истона, что с ней такое?»

Глядя на боль Сиси, король Истона был вне себя от радости. — Могущественный человеческий друг, ты действительно сделал это. Ты действительно это сделал.» Должно быть, она пожертвовала всей темной стороной своей души древу разрушения. Прямо сейчас, дерево разрушения должно было быть полностью уничтожено,и темная сторона ее души должна была быть разрушена. Она потеряла часть своей души, вот почему ей было так больно. Смотрите, темный атрибут духовной энергии на ее теле начинает рассеиваться. Ха-ха, темная Эльфийская Королева Луны потеряла свою власть над тьмой,и Истон будет жить в мире еще долгое время. От дерева разрушения не было никакой угрозы. Спасибо тебе, мой друг, за то, что моя дружба с королем Истона будет с тобой всю твою жизнь. «

Для короля Истона ночные эльфы не были большой угрозой, но они постоянно беспокоили мир Истона. В частности, на этот раз это сделала королева Луны, что, естественно, сделало его еще более бдительным. Теперь, когда ее душа была уничтожена, а сила тьмы потеряна, это означало, что ночные эльфы потеряли своего лидера и, естественно, не смогут ничего изменить. Что сделало короля Истона еще более счастливым, так это то, что древо разрушения было полностью уничтожено Лонг Хаочен. С тех пор он мог спокойно отдыхать, и с его уровнем развития в Истоне не было ничего, что могло бы представлять для него угрозу.

В этот самый миг сердце Лонга Хаочэна внезапно дрогнуло, и он бессознательно прокричал арию богини света, голубого дождя и гибискуса света.

Столкновение между двумя мечами оставило после себя непоправимые следы, и их ауры уже стали чрезвычайно слабыми. Однако в это время Лонг Хаочен почувствовал слабое, но очень знакомое дыхание жизни, исходящее от этих двух мечей.

Почти без колебаний Лонг Хаохэнь сказал королю Истона, стоящему рядом с ним: «мне нужно усиление твоего жизненного домена. Помогать мне.»

Король Истона сказал счастливо, без колебаний: «нет проблем. Ну же.— Как он и сказал, его темно-зеленое царство жизни расширилось, полностью окутав длинный Хаочень.

Длинный Хаочэнь медленно поднял оба меча в воздух, глядя на них горящими глазами. Сделав глубокий вдох, он стабилизировал свое душевное состояние и в следующее мгновение медленно свел сломанные мечи вместе.

Многоцветный золотой свет владений Бога Света поднялся вверх, полностью окутав два меча внутри него. Казалось, будто они слились воедино, и появилась аура жизни и созидания.

Однако это количество энергии было слишком много для двух поврежденных мечей. Они начали издавать слабый жужжащий звук.

Лонг Хаочен закричал глубоким голосом: „Нет никакого созидания без разрушения. Она заплатила неисчислимую цену, чтобы воспитать тебя. А теперь я попрошу вас слиться с ней воедино.“

— Бум!»

Меч жизни и созидания взорвался в одно мгновение, превратившись в бесчисленные точки света. И среди них самым большим был шар золотистого света.

Взгляд Лонга Хаочена был прикован к этому золотому свету, и в то же самое время все эти сломанные точки света были покрыты его владениями Бога Света.

Время остановилось. Сила, которая управляла процессом жизни, мгновенно окутала эти пятнышки света.

Разноцветный золотистый свет сопровождал стремительное биение Вечного сердца Лонга Хаочэня, вырвавшегося из его груди и непосредственно вошедшего в это золотое пятнышко света. Сразу же золотой свет начал расширяться с пугающей скоростью, и аура жизни становилась все гуще и гуще.

Это было похоже на рождение маленького золотого эмбриона, и фигура постепенно появилась. Фигура тут же выросла в размерах, и ее тело начало разворачиваться. На спине у него было даже три пары крошечных крылышек.

Ее внешность тоже постепенно прояснялась, становилась красивой и нежной, но она была такой прозрачной и слабой. Разве это не Йятинг?

Тогда, когда Лонг Хаочен был убит Богом-демоном императором в звездной башне демонов, его сердце было полностью раздавлено. А там, где стоял Йатинг, была точка меридиана рядом с сердцем Лонг Хаочена!

Атака Бога-демона императора была слишком мощной. В результате тело эльфа Йейтинга мгновенно рухнуло. Только когда душа была втянута в меч божественным мечом из-за битвы вместе с мечом жизни и творения, она смогла избежать катастрофы.

Однако ее душа тоже погрузилась в глубокий сон из-за крайней слабости.

С тех пор, как он возродился, Лонг Хаочэнь продолжал культивировать в поисках следов Yating. После такого долгого периода тяжелой работы, наряду с тем, что его культивация развивалась снова и снова, он, наконец, обнаружил такую возможность. Дело было в том, что Йатинг действительно был преобразован в Духа меча двумя божественными мечами. Только когда они слились в мечи жизни и созидания, Лонг Хаочэнь почувствовал присутствие Йатинга.

Однако, хотя он знал, что душа Йатинга все еще может присутствовать, Лонг Хаочен не осмеливался действовать опрометчиво. Если он разобьет оба меча, ее душа, скорее всего, сразу же рассеется. Он мог бы позволить ей остаться в «божественном мече».

И все, что происходило перед ним, наконец-то дало ему достаточно возможностей. Эволюция Царства Бога Света позволила ему овладеть чудесной способностью жизненного процесса. Он использовал силу своего собственного домена, чтобы стимулировать слабую силу души Йатинга развиваться!

Этот процесс был очень сложным и очень хлопотным, и он потребовал много сил у Лонг Хаочена. Но с королем Истона на его стороне… поэтому, когда он освободил свою власть в домене, он мог непрерывно увеличивать ее без каких-либо угрызений совести.

Постепенно тело Йатинга стабилизировалось. Лонг Хаочен облегченно вздохнул. По крайней мере, он был уверен, что душа Йатинга не рассеется в этом состоянии.

Следующий процесс был еще более сложным. Лонг Хаочен начал медленно вливать энергию двух сломанных божественных мечей в тело Йатинга. Полагаясь на испанского Бога Света домен, душа Yating постепенно усиливается до чрезвычайно мощного состояния.

Не забывайте, что Йатинг раньше слилась со Святой духовной плитой, и питательная сила святой духовной печи также спит в ее душе, но на этот раз она была пробуждена одновременно. Арии богини света, голубой дождь, гибискус Света — все они давно уже приняли эту заботу. Теперь, когда они были сломаны, Йатинг было нетрудно ассимилировать чистую энергию, которую она впитывала в свое тело и свою душевную силу. Просто внешняя сила, в которой она нуждалась, была чрезвычайно велика.

В воздухе можно было разглядеть, что самый внешний слой был нефритово-зеленым жизненным царством короля Истона, внутри которого были владения Бога жизни Лонг Хаочена, сверкающие разноцветным золотым светом. В самом центре этой формации что-то таяло, испуская мягкий золотистый свет.

После того, как два меча сломались и слились с ней, тело Йатинга постепенно становилось более твердым, а ноющее чувство слабости постепенно уменьшалось. Лонг Хаочен не только наполнял ее силой двух сломанных мечей, но и, что более важно, ее огромной жизненной силой, также направлявшейся светом.

Для эльфов даже элементарная фея жаждала жизненной силы, не говоря уже о том, что Лонг Хаочен долгое время не рассматривал Йатинг как чистую элементарную фею.

Сила короля Истона была действительно велика, и его владения Бога жизни непрерывно поглощались владениями Бога Света Лонг Хаочена, не показывая ни малейшего признака ослабления. А за пределами пещеры можно было видеть, как большое количество жизненной энергии вливается, непрерывно вливаясь в Его Царство Бога, прежде чем непрерывно увеличивать силу Лонг Хаочена.

Как правитель этого мира, король Истона имел здесь высшую власть. Он был представителем Господа природы, управляющим силой жизни. Если бы не тот факт, что владения светлого бога Лонг Хаочена слишком сильно сдерживали его, он не смог бы ничего сделать раньше.

При сильной поддержке этого союзника трудность реконструкции тела Йатинга была принципиально решена. В то же время он полагался на свою сильно развитую душевную силу, чтобы управлять владениями своего светлого бога, помогая Йатинг реконструировать свое тело, постигая различные изменения, вызванные эволюцией его владений, а также тайны его владений. С этим опытом можно было бы считать, что он действительно постиг третий ранг девятой ступени.

Недавно постигнутая способность Лонг Хаочен к владению может быть названа бесконечно полезной для управления жизнью. Единственным недостатком было то, что у него не было сильной наступательной и оборонительной способности. Столкнувшись с противником более слабым, чем он, этот навык владения был непобедимой машиной для убийства и даже мог претерпеть много изменений. Однако, если его противник также имел мощный домен, то его домен мог быть полезен только в определенных областях. В плане наступательной мощи он уступал Божественному ореолу. Конечно, с пониманием этого навыка владения, его владения Бога Света сделали большой шаг вперед. На уровне его мастерства она уже развилась до еще более ужасающей степени.

Наконец, когда последний осколок божественного меча вошел в тело Йатинга, владения Лонг Хаочена прекратили свою деятельность. Все тело йейтинга излучало теплый золотистый свет, а ее глаза были широко открыты. Увидев длинного Хаочена, чье лицо было бледным из-за активации домена, ее глаза уже наполнились слезами. Однако она все еще не могла издать ни звука. Огромное количество духовной силы в ее теле также сливалось вместе таким образом, что это могло перевернуть мир вверх дном.

Мощь духовной печки Святого питателя имела огромное влияние в этот момент. С предыдущей помощью Лонг Хаочен из царства богов рассвета она смогла поглотить всю чужеродную энергию в своем теле. Таким образом, Йатинг не только завершил реконструкцию своего тела, но и стал еще более твердым, чем раньше. Среди нежных светлых элементов скрывается духовная энергия, принадлежащая Божественным мечам.

От тела Йатинга начали исходить круги белого света, и в это время она сама завершала процесс слияния. Лонг Хаочэнь уже сделал все, что мог, и следующий шаг для Йатинга будет зависеть от ее собственных усилий.

Лонг Хаочен взмахнул левой рукой, и далекая царица Луны тут же отстранилась от него.

В это время королева Луны была уже безжизненна. Она потеряла свою темную душу, и хотя ее тело все еще было живым, на самом деле она была просто зомби без души.

Лонг Хаохен положил левую руку на голову царицы Луны, и владения Бога Света мгновенно хлынули в ее тело. Во-первых, печать на ее теле была снята.

И сразу же тело королевы темной ночи стало быстро увеличиваться в размерах. Тем не менее, из-за сокращения, одежда на ее теле уже упала. Раньше ей было всего три или четыре года. В это время его тело снова расширилось, и это белое, сверкающее и безупречное тело появилось в поле зрения Лонг Хаохена и Истона.

Это было так, как если бы король Истона встретил призрак. Он быстро повернул голову и что-то пробормотал себе под нос. Борода на его лице задрожала. Как будто тот, кто не боялся ни неба, ни земли, на самом деле очень боялся женского тела.

Умственная сила Лонг Хаочена была намного больше, чем у него самого. Он быстро закрыл глаза, убедившись, что ведет себя грубо. Но его действия не изменились.

Владения Бога Света вторглись в тело королевы Луны. В это время она потеряла свою душу, оставив только тело, но духовная энергия в ее теле все еще была огромной.

После того, как духовная энергия долгого Хаочэня вошла в ее тело, он сначала осмотрел его. Он обнаружил, что царица Луны была существом из темноты и водных атрибутов. Сила его духовной энергии была примерно такой же, как и до его эволюции, и он также находился на втором уровне девятой ступени. Хотя она была намного ниже короля Истона, но не забывайте,что она была на втором месте девятого этапа.

Сила Света начала расцветать в ней, пытаясь изгнать темную духовную энергию из ее тела. Но очень быстро Лонг Хаочэнь обнаружил, что делать это было бесполезно.

Темный атрибут в теле царицы Луны был очень упрям. Хотя без руководства ее души, если только лонг Хаочен полностью не уничтожит ее тело, она не сможет очистить себя от атрибута Тьмы. Очевидно, это было потому, что сила темной королевы исходила от ее родословной. Упрямство атрибута тьмы, вызванного родословной, не было чем-то, с чем можно было бы сравнить силу приобретенного пробуждения.

— Это бесполезно. Не тратьте зря свою энергию. Королева Луны является лидером Ночных Эльфов, ее атрибут темноты глубоко укоренился.»Хотя король Истона не обернулся, чтобы посмотреть на действия Лонг Хаочена, его чувства все еще были там, поэтому он мог понять, что делал Лонг Хаочен.

В конце концов, Йятинг была элементарной феей и в некотором смысле существовала только в форме ее души. Какой бы реальной ни была ее душа, это все равно была всего лишь душа. Лонг Хаочен хотел найти для нее тело. Царица Луны, потерявшая свою душу, была явно самой подходящей кандидатурой. Будучи таким же эльфом, как и она, слить фею стихий с настоящим эльфом было намного легче, чем слиться с другими расами. Однако необходимым условием было то, что атрибуты будут одинаковыми и не будет никакого отклонения.

Король Истона был контролером силы жизни, поэтому он естественно понимал этот принцип, а также то, что Лонг Хаочен хотел сделать. Но он не верил, что долго Хаочен сможет добиться успеха.

Лонг Хаочен на мгновение задумался, прежде чем ответить: «возможно, есть только один другой путь.— Сказав это, он поднял правую руку и запечатлел ее на левой твердой груди царицы Луны.

Король Истона не мог не быть поражен действиями Лонга Хаочена, и поспешно сказал: «мой друг, не смей трясти свое светлое сердце.» Он боялся, что Лонг Хаочен поддастся этому обаянию и сделает то, чего не должен был делать. Если бы это было так, его сила Света неизбежно перестала бы быть чистой.

Лонг Хаочен слегка покачал головой, и его рука, прижатая к груди королевы, немедленно вспыхнула слабым красным светом. В то же самое время на его пальцах появились капли крови. После чего он медленно просочился в кожу королевы.

— Ты … — король Истона больше не обращал внимания на то, что не смотрит на королеву Луны. Он внезапно обернулся, бросив унылый взгляд на Лонг Хаочена.

«А разве это того стоит? Даже если вы преуспеете, ваша жизненная сила будет сильно повреждена. Даже если у элементальной феи нет тела, она всегда будет следовать за вами.»

Лонг Хаочен слегка покачал головой: «Йатинг-не только фея стихий, но и мой спутник. Я никогда не относился к ней как к последовательнице. Она же моя подруга. Если она упустит эту возможность, то, возможно, никогда не сможет иметь физическое тело. Для меня Yating уже заплатил большую цену, так что если у меня осталось только немного моей жизненной силы? «

Лонг Хаочэнь уже однажды делал то же самое, в прошлом, на священной горе рыцарей, чтобы спасти жизнь Хаоюэ, он использовал свою собственную кровь, чтобы изменить атрибут Хаоюэ.

Верно, если бы он хотел удалить тьму из родословной королевы Луны, он мог бы только использовать силу своей родословной, чтобы очистить ее. Лонг Хаочен хотел использовать свою собственную кровь, чтобы заменить тело королевы тьмы, чтобы создать идеальное тело для Yating с чистой родословной Бога Света.

Прямо в воздухе. Тело йейтинга слегка задрожало. Ее эмоции колебались чрезвычайно яростно. Но ее слияние еще не было полным, и под контролем владений Бога Света Лонг Хаочена она не могла пошевелиться ни на йоту. Она могла только беспомощно смотреть, как капли крови стекают с руки длинного Хаочэня, входя в тело королевы Луны.

Крупные капли слез продолжали капать из глаз Йатинга. Как же ей повезло! К счастью, она сделала правильный выбор. Глядя на Лонг Хаочен, она вдруг почувствовала, что ее чувства становятся богатыми и красочными. Как будто он уже был живым телом, а не элементарным телом. Она медленно закрыла глаза, и свет, исходящий от ее тела, стал еще более ярким.

Лонг Хаочен использовал свои собственные действия, чтобы позволить Йатинг получить еще более высокое понимание сердца света, и ее душа начала развиваться вместе с ее элементарным телом.

Лонг Хаочен уже не был тем Лонг Хаоченом, каким он был раньше. В тот год, чтобы спасти жизнь Хаоюэ, он потерял слишком много крови и почти умер. Если бы не своевременное переливание крови Хаоюэ, возможно, он бы уже давно умер.

Но теперь все было по-другому. Он обладал телосложением Бога Света, которое было самым чистым телосложением в Шенгмо Далу и в Истоне. Когда его первая капля светлой крови Бога вошла в тело королевы. Темная родословная в ее теле сильно колебалась.

Если бы душа царицы Луны все еще была здесь, она все еще была бы в состоянии контролировать свою силу, чтобы принудительно отталкивать, делая вещи трудными для долгого Хаочена. Но прямо сейчас она уже потеряла свою душу. Под безголовыми силами тьмы все, что она могла сделать, это бороться в хаосе.

Капля за каплей кровь Бога Света текла в тело царицы Луны. Недостаточно чистая тьма встречалась с предельной чистотой света,и результат можно было себе представить. Черный цвет постепенно сменялся золотистым. Это было совершенно ясно видно. Слои черного тумана продолжали распространяться от тела королевы Луны, и ее кожа стала еще более прозрачной, и начала испускать слабый золотистый цвет.

В глазах короля Истона читалось уважение, и впервые он испытывал нечто подобное к человеку.

Эльфы управлялись под его командованием. Однако даже обычно добрые эльфы были несравнимы с этим человеком перед ним!

Он медленно подлетел к спине длинного Хаочэня, положив обе руки ему на спину. На его груди сиял нефритово-зеленый свет, освещая тело Лонга Хаочена.

Можно было смутно видеть, что на груди короля Истона вспыхнул темно-зеленый лист. Это был один из семи листьев на вершине древа Вечности, и источник королевской власти Истона. Он мобилизовал свою собственную жизненную силу, а также огромную жизненную силу древа Вечности, чтобы помочь Лонг Хаочэню.

С поддержкой короля Истона вечное сердце Лонг Хаочена, по крайней мере, удвоилось в скорости. Во время этого быстрого пульсирования, циркуляция его крови стала сильнее. С поддержкой его огромной жизненной силы, его слабое чувство было немедленно сметено, и чрезвычайно массивная жизненная сила появилась в его крови, делая очистку темной родословной королевы Луны еще более легкой.

Наконец, последний кусочек тьмы был удален из тела царицы Луны. Все ее тело излучало священное сияние, и слабый блеск струился под ее белой кожей. Это было похоже на идеальную скульптуру.

Именно в это время Йатинг, наконец, завершила синтез своей собственной энергии. Плотный белый столб света взметнулся в небо, соединяя верхнюю и нижнюю части пещеры. Под священным светом три пары крыльев на спине Йатинга превратились в четыре пары, и на ее лбу появился золотой свет длиной в один дюйм.

Несмотря на всю ее мягкость, ее дыхание казалось неописуемо чистым и резким. Ее первоначально взволнованный взгляд стал спокойным, когда она молча уставилась на Лонг Хаочен, точно ребенок, смотрящий на своего собственного отца. Там было благоговение, была любовь, а также были бесчисленные положительные эмоции.

Лонг Хаочэнь показал улыбку: «Йа Тин, это тело должно быть способно вместить твою душу. Ну же, пока слияние успешно, ты будешь настоящим эльфом.»

Слегка кивнув, Йатинг полетел перед Лонг Хаочен “ » мастер, независимо от того, как Йатинг выглядит, вы всегда будете моим мастером.»

Длинный Хао Чэнь потер ее голову и сказал: «глупая девочка, не говори таких вещей.» Если бы не я, ты бы и близко не потерял свою душу. Я очень рад, что могу помочь вам восстановить ваше тело. Я всегда относился к тебе как к сестре. «В будущем ты будешь моей младшей сестрой. Если вы хотите, вы можете следовать моей фамилии и называть меня братом на всю жизнь.»

Красные губы йатинга слегка дрогнули, прежде чем внезапно броситься в объятия Лонг Хаочена: «брат!— Ее крик был полон искренности. Верно, кровь Лонг Хаочен текла по ее телу. После того, как она слилась с этим телом, ее действительно можно было считать родственницей Лонг Хаочен.

Лонг Хаочен нежно погладил ее по спине “ » Не плачь, это день счастья.»

Йатинг вдруг подняла голову, обняла длинного Хаочэня за шею и посмотрела на него полными слез глазами: «господин, прежде чем ты стал моим старшим братом … ” — сказав это, она вдруг со скоростью молнии поцеловала его в губы.

Ее скорость была слишком быстрой, и все это произошло слишком внезапно. Бок Лонг Хаочена все еще сохранял состояние тела царицы Луны, и она немедленно поцеловала его.

В то время у Йейтинга все еще было элементарное тело. Ее губы были очень холодными, но она испытывала к ней неописуемое чувство. Лонг Хаочен был в оцепенении, но за его спиной выражение лица короля Истона казалось несколько странным. Поцелуй эльфов был одной из самых драгоценных вещей в их жизни.

Эльфы были расой, которая заботилась об отношениях. Даже у короля эльфов будет только один любовник в его/ее жизни. И то, как они отдают свои сердца и умы своим близким-это дарить им свои поцелуи. Чтобы показать верность своему возлюбленному, и жизнь без сожалений. Хотя Йатинг все еще была элементарной феей, по Золотому узору на ее лбу Король Истона знал, что после того, как она получит свое тело, она определенно станет существованием на том же уровне, что и король эльфов. Она была даже более могущественной, чем Королева Луны. Хаохен узнал в ней свою младшую сестру, но она уже отдала ему все свои эмоции. Этот парень не должен знать об обычаях эльфов, верно?

Поцелуй йатинга был очень коротким, и она осторожно подняла голову, глядя на Лонг Хаочэня: «мастер, если загробная жизнь действительно существует, я не хочу быть твоей младшей сестрой. Я хочу быть твоим любовником. «

Сказав это, ее тело внезапно вспыхнуло, сливаясь с телом уничтоженной царицы Луны.

Поцелуй йатинга и ее слова наполнили сердце Лонга Хаочена шоком, даже большим, чем-то время, когда он сражался против короля Истона.

Хотя он и не знал, что означают эти эльфийские поцелуи, он чувствовал чувства Йатинга к нему! Однако он не мог смириться с этим. В его сердце-слепая девушка из прошлого, его любовь к настоящему дню.

На теле царицы Луны появилось интенсивное золотое сияние, когда ее душа и тело начали сливаться вместе.

Йатинг была не единственной, кто сливался с телом королевы Луны, но ее чистым светлым атрибутом, а также ее мощным элементарным телом. После предыдущего слияния культивация Йатинга уже поднялась на девятую ступень. Слиться с телом императрицы царицы Луны, которая была крещена в родословной Лонг Хаочен, было так же легко, как образовать естественную реку. Тем не менее, таким образом, кровь Лонг Хаочена будет течь через ее тело, делая невозможным для нее иметь какую-либо эмоциональную связь с ним.

Раньше, когда у нее не было тела, она не знала, как сильно хотела однажды стать настоящей феей, а не чистой феей. Однако, когда она слилась со своим телом, ее сердце было полно нежелания.

Йатинг уже давно следовал за Лонг Хаочен, и с того момента, как она начала следовать за ним, она знала об отношениях между Лонг Хаочен и Цай’Ер. Поскольку она очень хорошо понимала Лонг Хаочен, она знала, что для нее было невозможно быть с ним, даже если бы у нее было тело.

А поскольку так оно и было, ей оставалось только сделать шаг назад и стать его младшей сестрой, чтобы жить и умереть вместе с ним.

Тело королевы Луны медленно поплыло вверх, и пара прозрачных золотых крыльев медленно расправилась от ее спины, показывая, что слияние между Йатингом и ее телом продвигалось чрезвычайно плавно.

Одна пара, две пары, три пары, четыре пары. Когда ее крылья достигли четырех пар, длинный Хаочэнь показал слабую улыбку на своем лице. Это означало, что после слияния, по крайней мере, культивация Йатинга не ослабла.

Именно в этот момент пятая пара крыльев внезапно расправилась. В отличие от предыдущих четырех пар, эти пятые пары крыльев были фактически светло-голубого цвета, а не светло-золотистого цвета.

«Успех.— Лонг Хаочен в волнении сжал кулаки.

Хотя он удалил атрибут тьмы из тела царицы Луны, он сохранил атрибут воды. Вода и свет были источником жизни, и с добавлением родословной Бога Света Лонг Хаочена, тело Йатинга могло бы стать еще более совершенным. С точки зрения родословной, она, возможно, была немного ниже Лонг Хаочен, но она со своими двойственными атрибутами также могла использовать силу творения.

Сразу за пятой парой крыльев появилась шестая пара. Все шесть пар, двенадцать крыльев, медленно вытянулись за Йетингом. Восемь из них были золотыми, четыре синими. Это выглядело ослепительно.

Колебания духовной энергии на теле Йатинга были чрезвычайно удивительны, и они слабо испускали разноцветный ореол. Это было похоже на эффект владения Бога Света после долгой эволюции Хаочэня. Но разница была в том, что из семи цветов три были самыми яркими, в то время как остальные четыре постепенно исчезали, казалось, поглощенные тремя цветами.

Три ярких цвета-золотой, синий и зеленый. Вокруг тела Йатинга вращались три разноцветных ореола, самый мощный из которых был золотистого цвета. Первоначальная голова черных волос королевы Луны была полностью окрашена в этот золотой цвет. Синий цвет сменился длинной юбкой, а зеленый-цветом глаз Йатинга.

В этот самый момент аура Йатинга даже превзошла ауру Лонг Хаочена, образовав поле флуктуаций с тремя цветами. Ее сила была так велика, что она уже приближалась к королю Истона.

Король Истона подошел к Лонг Хаочен, слегка поклонившись Йейтингу, — Добро пожаловать, эльфийский Король света.»

Йятинг слегка кивнула королю Истона, ее зеленые глаза были полны жизни. Она посмотрела на длинного Хаочэня с нежным взглядом, ее две руки сделали несколько последовательных жестов перед ее грудью, и странный узор света немедленно выплыл, летя к груди длинного Хаочэня.

Лонг Хаочен был поражен. Он не понимал, что Йатинг пытается сделать, но верил, что Йатинг не причинит ему вреда, поэтому он бессознательно вернул ей узор света.

Когда узоры вошли в его руку, они мгновенно слились с его телом и исчезли. В тот же миг тело Лонг Хаочэня сотрясла сильная дрожь, и Йятинг задрожал одновременно.

Золотой мост быстро возник между ними, соединяясь с их грудями.

Лонг Хаочен почувствовал, как его собственная духовная энергия растет с поразительной скоростью. Его сердце вечности уже увеличилось на 90 000 единиц, и после прорыва к третьему рангу девятой ступени его сила превысила 300 000 единиц. В этот момент он только чувствовал, как его акупунктурные точки открываются сверху вниз. За короткий промежуток времени его внутренняя духовная энергия увеличилась на 50 000 единиц. Он достиг уже трехсот пятидесяти тысяч.

Однако на его лице не было радости, только след беспомощности: «Йятинг, что ты делаешь?»

Йятинг, нет, я должен назвать ее Лонг Йятинг прямо сейчас. Она, унаследовавшая прекрасную внешность царицы Луны, улыбнулась Лонг Хаочен: «мое тело и жизнь были даны мне старшим братом. Если однажды тебя здесь не будет, какой смысл жить? Кроме того, контракт уже завершен, поэтому он не может быть изменен.»

Так что эта простая руна из прошлого была настоящим кровавым контрактом Йейтинга. В ее теле была кровь Лонг Хаочена, и после завершения контракта с кровью она дала ответ Лонг Хаочену. Полагаясь на культивацию еще более грозную, чем у Лонг Хаочена, она с такой силой скрыла ауру кровяного сговора, что Лонг Хаочен даже не заметил этого. После завершения контракта крови, Лонг Хаочен был естественно затронут контрактом, и его культивация значительно увеличилась, так же как и его отношения с Хаоюэ.

Расправив двенадцать крыльев на спине, Йятинг метнулась к длинному Хаохену, обняла его левую руку и хихикнула: «с кровным контрактом, соединяющим нас, этот брат никогда не оставит меня.»

Лонг Хаочен беспомощно коснулась ее головы “ » ты действительно глупая девочка!»

Король Истона посмотрел на Лонг Хаочена, затем на Йатинга, улыбаясь и бормоча про себя: «это должен быть лучший конец.»

Именно в этот момент окружающее время вернулось в неподвижное состояние. Лонг Хаочен был поражен, и в то же время этот бесстрастный голос снова прозвучал в его голове.

«Не теряйтесь в пользе, ищите истинные знания в иллюзии. Промойте тьму светом и сформируйте ее между светом и водой. Вы прошли первое испытание. Восхищение и дружелюбие короля Истона — это самые большие достижения, которые вы сделали в этом испытании. «

Услышав эти слова, Первое, о чем подумал Лонг Хаочен, было то, чего он ожидал. Это должно быть намеком на то, что принадлежит Божественному Престолу Вечности и творения. Это было не то, что нужно было делать, и были даже обманчивые существования. Если бы он не распространил заговор царицы Луны, или если бы он узнал и последовал инструкциям, он боялся, что испытание уже провалилось бы.

Это испытание Божественного престола Вечности и творения заключалось не только в силе, но и в человечности и мудрости.

Однако это был только первый тест. Каким будет следующий тест?

Именно в этот момент в пещере внезапно раздался резонирующий крик дракона. Лонг Хаочен был поражен. Лицо короля Истона тут же стало уродливым.

«Это еще не конец?— Святой дракон пришел изводить моего Истона, полагаясь на то, что он-Бог творения. — Пока он говорил, король Истон уже покинул пещеру.

Лонг Хаочен знал, что прибытие этого святого дракона, вероятно, было тесно связано с его следующей оценкой, и не смел медлить. Они с Йятингом поспешно вылетели вместе.

Выйдя из пещеры, он и Йятинг бессознательно подняли головы, чтобы посмотреть на небо, потому что первоначальное голубое небо уже изменило их выражения.

Все небо было наполнено священной аурой, наполнено величием и гнетом. Цвета радужного ореола заставили мир Истона изменить цвета.

Король Истон парил в воздухе. Он смотрел вдаль, и в глазах его горел яркий свет. Точка света летела к нему со скоростью молнии.

Зрение Лонга Хаочена было превосходным, но прежде чем он смог рассмотреть его поближе, пятнышко света из прошлого уже расширилось в его поле зрения.

Это был дракон, настоящий дракон. На его спине не было крыльев, а стройное тело было более тридцати метров длиной. Все его тело было покрыто золотистой чешуей, под брюхом у него было пять когтей, а на голове-два рога. Его внушительные глаза были устремлены на них, и когда он быстро приближался, все цвета радуги в небе начали колебаться.

Король Истон сердито прорычал: «Святой Дракон, Ты закончил?» Если тебе больше нечего делать, просто подойди и посмотри. «Я просто не знаю, есть ли они у тебя.»

Святой дракон холодно фыркнул. — Гном, а ты не боишься, что твои последователи изменят свою веру?» Если у тебя есть такая возможность, ты тоже можешь приехать на мой божественный остров драконов. Я не искал тебя сегодня. Это была Божья воля. — Человек, победа надо мной-это второе испытание, с которым тебе придется столкнуться.»

Как только король Истон собрался что-то сказать, нефритово-зеленый луч света внезапно упал с неба и осветил его тело. Король Истон немедленно почувствовал холодную дрожь по спине и ничего не сказал. Он только виновато покачал головой, глядя на Лонг Хаохена.

Это была чистая природная сила, наполненная бесконечной жизненной силой. Единственное, что заставляло короля Истона чувствовать себя беспомощным, была его вера, которая исходила от силы Господа природы. Было очевидно, что испытание Божественного престола Вечности и творения не будет уменьшено отношениями между ним и королем Истоном.

Чего долго Хаохен не знал, так это того, что его первоначальное второе испытание должно было продолжаться в течение получаса, не теряясь под атакой Святого Дракона. Но из-за воскрешения Йатинга сложность экзамена соответственно возросла.

Поскольку это был тест, то он был неизбежен. Слова были бесполезны, и Лонг Хаочен кивнул в ответ: «Пожалуйста.— Пока он говорил, его тело вспыхнуло, и он превратился в луч золотого света, который взмыл высоко в небо. В то же самое время владения Бога Света также расширялись, как будто это было табу, когда он летел к владениям Святого дракона, которые покрывали весь горизонт. Одновременно с длинным полетом Хаочэня вспыхнуло многоцветное сияние, и когда он достиг высоты в несколько тысяч метров, появился священный Единорог.

Хотя сражение еще не началось, Лонг Хаочен имел грубое представление о силе Святого Дракона. Как самый могущественный магический зверь, которого он знал, а также источник энергии, с которым даже король Истон ничего не мог поделать, этот святой дракон был по крайней мере на девятом ранге пятой стадии культивирования. Но еще страшнее было то, что его физическая сила была ничуть не хуже духовной энергии.

Единственное, что давало Лонг Хаочену шанс, — это его владения. Все Божественные атрибутивные существа были в основном сделаны из света, и его домен Бога Света можно было бы сказать, что он является источником всех световых элементов, достаточно, чтобы противостоять Святому дракону в этом отношении. Вот почему он хотел проверить, что произойдет, если его домен вступит в контакт с доменом Божественного Дракона.

Когда два царства столкнулись в воздухе, далекий король Истон внезапно ощутил странное чувство в своем сердце. Как только владения Бога Света Хаочэня вошли в Божественные владения Святого Дракона, это было подобно тому, как кусок раскаленного железа прижимается к куску масла. Свист, свист, свист.

Небо также было наполнено семью цветами света, но Божественному царству недоставало золотой основы Царства Бога Света. Он быстро рванулся вперед, распространяясь, и не только не подавил длинного Хаочэня, но вместо этого был занят им.

— А? Какая чистая сила света! Неудивительно, что у него есть квалификация, чтобы попросить меня сделать шаг.— Святой дракон с любопытством посмотрел на Лонг Хаочена, но его движения не прекратились, когда разноцветное дыхание устремилось прямо на него.

Сидя верхом на священном единороге, Лонг Хаочен слегка улыбнулся. Подняв правую руку, многоцветный золотой свет владений Бога Света вырвался наружу подобно цунами, быстро рассеивая Божественные владения святого дракона. В то же самое время, он столкнулся с его дыханием.

Дыхание святого дракона было быстро ослаблено, но после того, как золотой цвет света исчез, другие цвета света все еще устремлялись на Лонг Хаочен.

Не дожидаясь, пока длинный Хаочэнь сделает хоть одно движение, тело Йатинга вспыхнуло и появилось перед ним. Она расправила двенадцать крыльев за спиной и направила правую руку на эту неожиданную атаку. В воздухе из ниоткуда возник стометровый меч света. Со вспышкой света он прорезал дыхание святого дракона. Сразу же после этого он направился прямо к главному корпусу священного дракона.

В то же время вокруг ее тела конденсировался слой энергии, относящейся к области Йатинга. Он также был светлым атрибутом, но отличие от владений Бога Света Лонг Хаочена заключалось в том, что свет Йатинга был точно таким же, как полуденное солнце, пронзительным и острым.

Огромный меч света длиной в сотню метров сверкал в небе ослепительным золотым светом. Он двигался вперед царственным образом.

Был ли это доменный навык? Но доменные навыки Йатинга были слишком просты в использовании. Никакой подготовки вообще не было. Однако большой золотой меч явно нес ее доменную ауру.

Святой дракон был потрясен. Как получатель, он имел самое сильное впечатление от ауры меча. Неприкрашенный, но неописуемо разрушительный королевский меч не позволял ему быть беспечным.

Огромное тело качнулось в воздухе, и из двух рогов на его голове вырвалась радужная молния. Две молнии слились вместе в воздухе, прежде чем выстрелить в сторону огромного золотого меча.

Среди яростного грохота огромный золотой меч на мгновение застыл в воздухе, прежде чем вокруг него закружились разноцветные молнии.

Йетинг холодно фыркнула, быстро повернув руки перед грудью несколькими сложными жестами. Она снова нажала на кнопку. И тут же золотой свет на решетке меча вспыхнул, с силой прорвавшись сквозь разноцветный свет. Он все еще был таким же деспотичным, как всегда, когда он хлестал по направлению к святому дракону.

«Это … доменное оружие?— Глаза Короля Истона были широко открыты вдалеке. Он все еще боялся власти Йятинга.

Доменное оружие? Это был первый раз, когда долгое время Хаохэнь слышал о такой вещи. Однако, видя перед собой ситуацию, он смутно догадывался, что владения Йатинга были особого рода владениями. Она использовала свой домен как оружие, но это не было навыком владения. Этот решетчатый меч должен быть ее доменным оружием. Это было очень вероятно из-за того, что она объединила всю энергию от двух мечей во время своего выздоровления, что дало ей такую особую эволюцию.

Судя по тому, как Йатинг вел себя сейчас, Лонг Хаочен чувствовал, что с точки зрения духовной энергии она не так уж сильно уступала королю Истона. Так же, как и король Истона, они, скорее всего, были силовыми установками четвертого ранга девятой ступени, в то время как этот святой дракон, вероятно, достиг пятого ранга девятой ступени.

Причина, по которой он предположил, что святой дракон был в пятом ряду девятой ступени, заключалась в том, что Лонг Хаочен беспомощно наблюдал, как все его тело внезапно превратилось в семь цветов. Отбросив свое тело, он быстро уклонился от золотого большого меча, в то же время яростно ударив хвостом по позвоночнику меча, он отправил золотой большой меч в полет в сторону.

Тело йатинга слегка задрожало, и огромный золотой меч в воздухе, казалось, на мгновение остановился. Она только что получила тело. Хотя ее культивация развилась до уровня эльфийского короля, она не была опытна в управлении им.

Лонг Хаочен указал правой рукой на Йатинга, и тотчас же вспыхнул разноцветный золотистый свет, словно сотня рек, текущих в океане.

У него был кровный контракт с Йетингом, и их сила исходила из того же источника. После того, как его владения окутали ее, Йятинг немедленно стал внушительным, и ее две руки нарисовали в воздухе круг, выпустив десять тысяч лучей света, образуя в воздухе экран света, насильно подавляя приближающегося святого дракона.

Святой дракон был подавлен! Хотя доменное оружие Йейтинга было очень мощным, при обычных обстоятельствах он все еще был уверен, что сможет выиграть битву за короткий промежуток времени.

Однако владения Лонг Хаочена слишком сильно сдерживали его владения. После того, как основной атрибут света был ослаблен, сила Святого дракона была уменьшена, по крайней мере, на треть. Хотя его тело было крепким, он не смел столкнуться лоб в лоб с доменным оружием Йатинга. На мгновение это было действительно невыгодно.

Что еще больше беспокоило священную драконицу, так это то, что наряду с ее знакомством с золотым мечом, а также усилением владений Лонг Хаочена, атаки Йатинга становились все более и более яростными. Священный дракон постоянно отбивался от ее атак, так что у него не было другого выбора, кроме как постоянно использовать свои владения для борьбы с ними.

Лонг Хаохэнь убрал свою правую руку, которая первоначально указывала на небо. На самом деле он уже придумал, как справиться со святым драконом, но не ожидал, что Йатинг обладает такой способностью. Поскольку это было так, он больше не спешил раскрывать свою козырную карту. Только Богу было известно, есть ли еще более трудные испытания за божественным Престолом Вечности и творения.

Владения Бога Света были полностью дополнены владениями Йатинга, и рог на голове Святого единорога непрестанно выпускал кольца радужных ореолов, усиливая духовную энергию Лонг Хаочена.

Истонский мир был полон жизненных сил. Свет был необходим, и светлые элементы здесь были чрезвычайно чистыми.

Причина, по которой святой дракон приходил сюда так много раз, заключалась в том, что он любил светлые элементы. Но в этот момент эти светлые элементы признавали только одного мастера, и это была область Бога Света.

Изгнание из владений помешало святому дракону показать всю свою мощь. Под совместной атакой Лонг Хаочен и Йатинга, на самом деле не было никакого способа справиться с ними.

За исключением противостояния огромному золотому мечу, пристальный взгляд Святого Дракона начал затвердевать, и прозвучало глубокое пение. Его голос был совершенно особенным, явно принадлежа к расе драконов. Его разноцветные огни становились все красочнее и ярче, когда он пел.

По сравнению со Святым единорогом, который обладал только чистым светом, Святой дракон также обладал шестью атрибутами воды, огня, земли, ветра, грома и льда. С добавлением света все семь атрибутов были собраны вместе. В этот момент он был не в состоянии контролировать силу атрибута света, но у него все еще было шесть других атрибутов, которые он мог контролировать.

Посреди непрестанных песнопений святого дракона небо, казалось, закипело, и большое количество шестицветных нимбов появилось в воздухе, образуя ореол, который плавал в воздухе.

Магия драконьего языка. Выражение лица Лонг Хаочена стало более серьезным.

Магия Драконьего языка Святого дракона была определенно самой мощной атакой драконьей расы. На Шенгмо Далу даже обычные гигантские драконы были редкостью, не говоря уже о святых драконах. Даже если там не хватало одного атрибута, сила этой атаки была чрезвычайно ужасающей.

Лонг Хаочен не удержался и поднял правую руку.

— Большой брат, дай мне это сделать, я могу это сделать.— Твердый голос йатинга прозвучал в ушах Лонга Хаочена. Сразу же после этого ее тело превратилось в луч света, летящий навстречу ее огромному золотому мечу.

Владения йатинга назывались Королевским мечом, и это было чистое доменное оружие. Доменное оружие было существованием, которое превосходило обычные божественные артефакты. Самое мощное оружие домена было даже способно превзойти силу сверх-божественного артефакта.

Что же ей теперь делать?

Йейтинг очень быстро ответил: Со вспышкой света ее тело исчезло из-под Королевского меча. Внезапно вспыхнул золотой свет, который был в сто раз сильнее, чем раньше. Ужасающее намерение меча, казалось, пронзило небо и поднялось в небо.

В это время магия священного языка дракона была завершена. В небе появился призрак шести драконов длиной более километра, и каждый дракон испустил мощное дыхание, прямо бомбардируя длинный Хаочень.

Дыхание каждого дракона могло соответствовать высшему запретному заклинанию. Шесть драконьих теней активизировались одновременно. Тут же мир сменил цвета, и солнце с Луной потеряли свой свет.

Однако в разгар этого ужасающего натиска королевский меч Йатинга внезапно взмыл вверх и в мгновение ока стал тысячеметровой длины. Намерение меча, дух меча и сердце меча мгновенно слились воедино. Это была неописуемо ужасающая сила, и такой остроты Хаохен никогда раньше не видел.

Если фиолетово-Золотой лунный меч, созданный Хаоюэ, был самым мощным мечом разрушения, то в этот самый момент королевский меч Йатинга был самым мощным мечом праведного аристократа!

Лонг Хаочен уже очень давно использовал арию богини света, синего дождя и гибискуса света в качестве оружия. Можно сказать, что любое понимание мечей всегда проявлялось с этими двумя мечами. После того, как эти два меча слились вместе с Йатингом, воспоминания, связанные с мечами, а также собственное понимание Йатингом слияния Лонг-Хаочена с Лонг-Хаоченом, были добавлены к эффектам божественной крови Лонг-Хаочена. Это привело к тому, что понимание йатингом меча достигло новой высоты, превзойдя даже понимание Лонг Хаочена. Потому что когда-то она была духом меча!

Бесчисленные лучи золотого света вспыхнули в небе, как будто бесчисленные золотые столбы света появились в небе. Шесть устрашающих вздохов были немедленно нарушены этим золотым светом.

Меч звездного дождя? Это был меч звездного дождя.

Лонг Хаочен широко раскрыл глаза. Верно, королевский меч был использован рыцарем, и это был именно тот навык, который он использовал, меч Звездный дождь. Но это был также самый мощный меч звездного дождя Лонг Хаочен когда-либо видел!

Гигантское тело шести драконов, казалось, превратилось в ягнят, ожидающих, чтобы быть убитыми перед мечом короля. С блеском золотого света королевский меч, преображенный Йейтингом, вращался в воздухе. Тут же на шее каждого дракона появилась золотая полоска. В следующее мгновение они полностью рухнули.

Эта сцена заставила священного дракона остолбенеть. Хотя его магия Драконьего языка управлялась драконом без седалища, это все еще было одним из его самых сильных заклинаний! И все же он был уничтожен противником более слабым, чем он сам.

Мощь доменного оружия действительно достигла такого уровня. Кроме того, почему она может использовать свою Саморефлексирующуюся область, даже не находясь на пятом уровне девятой ступени?

В глазах священного дракона слияние Йатинга и Королевского меча было явным признаком владения, воплощающего самого себя! На самом деле, Йатинг, естественно, не могла использовать свой домен Самовоплощения. Она превратила себя в королевский меч, таким образом активировав меч, чтобы высвободить его самую сильную силу. Можно сказать, что нынешняя она была в сто раз, в тысячу раз сильнее, чем тогда.

После того, как королевский меч прорвался через заклинание святого дракона, он немедленно развернулся и без малейшего колебания ударил по голове святого дракона.

В этот момент святой Дракон тоже начал паниковать. И не было нужды упоминать об обидах в его сердце. Владения Лонг Хаочена оказали на него слишком большое влияние, а оружие йатинга было настолько властным, что Лонг Хаочен даже не вмешивался непосредственно издалека, но он уже не мог сопротивляться этому.

С ревом фигура святого дракона вспыхнула и появилась в нескольких тысячах метров от него.

— Стой, стой. Я не проиграл, просто твое владение слишком сильно сдерживает меня. Кроме того, какую способность вы двое считаете, сражаясь против одного?»

Золотой свет исчез,и йятинг вспыхнул, возвращаясь к длинному Хаочену. Бросив презрительный взгляд, она сказала: «я использовала только половину своей силы. Вы не сможете удержаться. Ты же не говорил, что не можешь драться один с двумя. Избиение есть избиение. Как у святого дракона, у тебя даже нет смелости признать это? «

Если бы эти слова исходили из Лонг-Хаочена, Холид-Драгон, конечно же, не пожелал бы их принять, но из уст Йатинга у него не было возможности опровергнуть их.

Король Истона был вне себя от радости, когда он сказал: «Я не ожидал, что величественный святой дракон будет побежден эльфом. Давайте посмотрим, как вы посмели прийти к Eastonin в будущем»

— Карлик, не будь таким бесстыдным, — раздраженно сказал огромный дракон. Эльфы принадлежат тебе, Истон?» Не надо класть золото на лицо. Ладно, проиграть — значит проиграть. Вы прошли второе испытание. Однако, чтобы иметь возможность подавлять меня с точки зрения атрибутов домена, тогда я признаю вашу способность.»

Лонг Хаочен кивнул в ответ святому дракону: «спасибо.»

Испытание Божественного престола Вечности и сотворения мира было гораздо более трудным, чем он себе представлял, и оно также отличалось от того, что Ян Хаою говорил ему раньше. Согласно описанию Ян Хаою, испытания не были бы столь трудными.

Лонг Хаочен, казалось, легко прошел экзамен, но на самом деле, он стал бы естественным рвом в первом или втором испытании, если бы у него не было владения Бога Света, и не завершил свою эволюцию здесь, вместе со своей собственной мудростью, опытом и своевременным возрождением Йатинга, который был настолько силен.

Можно сказать, что он смог пройти эти два испытания благодаря сочетанию мудрости, силы и удачи. Конечно, можно было бы также сказать, что это была воля небес.

Святой дракон бросил долгий взгляд на Хаочэня: «хотя ты и прошел мое испытание, это не значит, что ты пройдешь последнее испытание. Ваши доменные атрибуты больше не будут иметь никакого преимущества в окончательной пробной версии. — Предположил я. Тебе лучше восстановить свои силы как можно скорее. Потому что вот-вот начнется финальный тест.»

Услышав его слова, Лонг Хаочен почувствовал себя одновременно счастливым и обеспокоенным, но он не колеблясь толкнул свое сердце Вечности, чтобы ускорить процесс. Раскрыв шесть крыльев на спине до максимального размера, с помощью Святого единорога он и Йятинг полностью восстановили свою духовную энергию.

То, о чем он беспокоился, было естественным испытанием, которое даже святой дракон чувствовал себя чрезвычайно трудным. Радость в его сердце, естественно, была вызвана тем фактом, что испытание наконец достигло своей заключительной стадии. Если бы он смог пройти это последнее испытание, он получил бы одобрение Божественного престола Вечности и творения.

После долгого пребывания Хаочэня и Святого дракона в своих владениях небо вновь обрело ясность. Однако в этой ясности было что-то странное.

Лонг Хаочен почувствовал, что на него кто-то смотрит. В голосе, который он слышал уже несколько раз, не было никаких намеков. Давление в воздухе становилось все сильнее.

Он не знал, что это было за последнее испытание. Однако после битвы со святым драконом Лонг Хаочэнь смутно понимал, что самым трудным испытанием от Божественного престола Вечности и творения было не испытывать свои силы, а испытывать свою человечность и мудрость. Очень важно, особенно в случае дезориентации, найти правильный путь. Скорее всего, многие из экспертов, которые были проверены, упали в этом отношении.

Так сказал ему Ян Хаою. По крайней мере, он дважды потерпел сокрушительное поражение. Он даже не знал почему, но он уже потерпел неудачу. После нескольких попыток Ян Ха-Юй наконец пришел к выводу, что единственное, чему он научился, — это истинное знание. Нельзя упускать из виду ни одной детали в тесте.

Хотя опыт, который он дал долго Haochen пропустил что-то, он все еще напомнил ему в конце концов, который беспомощный Haochen пройти два испытания подряд из-за его силы. Он просто не знал, какой уровень культивации будет у цели на этот раз.

Пока Лонг Хаочен размышлял, в воздухе прямо упал белый столб света. Столб света был не так уж велик, и, казалось, имел диаметр в десять метров, появляясь в пятидесяти метрах перед длинным Хаоченем. Чистый белый цвет не давал никаких энергетических колебаний.

Примерно через три секунды столб света медленно рассеялся, и в воздухе появилась фигура.

— Ангел вечности!»Король Истон вскрикнул в тревоге не слишком далеко.

Это была девушка с высокой и стройной фигурой, и судя по ее общей фигуре, между ней и Йетингом было много общего. Например, она была также очень красива, своего рода благородная и превосходящая красота, но ее гордость, казалось, была врожденной, давая людям чрезвычайно нормальное чувство. На ее спине было 12 крыльев, точно так же, как у Yating В. разница была в том, что крылья Yating были прозрачными, а ее крылья были крыльями. Они были чем-то похожи на человеческие духовные крылья, но выглядели более реальными.

Двенадцать крыльев были безупречно белыми. Под солнечным светом они слабо светились. Святость никому не позволяла иметь дело с богохульством.

То же самое чистое белое платье свисало вниз. Платье было очень простым, но когда она носила его на своем теле, это было похоже на идеальную пару. Он увеличился еще немного, и уменьшился немного. Золотистые волосы и золотистые глаза, но никакой ауры света от них не исходило. В правой руке она держала тонкий белый магический посох.

На волшебном посохе не было никаких драгоценных камней, но когда Лонг Хаохен посмотрел на него, он сразу же был очарован им. То, что он увидел, казалось не волшебным посохом, а Солнцем, Луной и звездами. Это великолепное чувство было даже больше, чем вселенское Божественное Царство Ян Хаою.

С замиранием сердца Лонг Хаочен ясно понял, что источник энергии, известный как ангел вечности, был еще более ужасающим, чем он себе представлял.

Ангел вечности бросил на Лонг Хаочена равнодушный взгляд. Ее голос был так же холоден, как и ее внешний вид, «если ты победишь меня, ты пройдешь испытание.»

Говоря это, она высоко подняла посох в своей руке, бормоча про себя: «Господь вечности, даруй мне свою высшую силу.»

Небо мгновенно побелело, и неиссякаемая гнетущая сила тут же навалилась на Лонг Хаочен. Хотя он был очень близок к этому Ангелу вечности, Лонг Хаочен чувствовал, что между ним и ней была бесконечная пропасть.

Владения Бога Света Лонг Хаочэня были бессознательно освобождены, но как только появился радужный свет, он сразу же был подавлен белым светом из внешнего мира. К своему удивлению, Лонг Хаохэнь обнаружил, что при свете этого белого света его непобедимые владения постепенно исчезают. Хотя скорость и не была быстрой, она действительно рассеивалась. Это чувство было очень похоже на то, чтобы быть пораженным сущностью беспорядка Хаоюэ.

Что было атрибутом ее владений? Или вообще никакого атрибута не было?

Одной мыслью Лонг Хаочэнь насильно поддерживал владения своего Бога Света вне своего тела, ощущая силу этого белого света от контакта.

-Не нужно тратить никаких усилий. Это вечное Царство Господа вечности. Поскольку вы уже находитесь в вечном царстве, как вы можете сопротивляться этому сиянию вечности? — Вечный Свет — это сила изначального хаоса. Он может подавлять и ассимилировать любой атрибут.»

Посох в руке Ангела вечности прочертил в воздухе контур, и постепенно перед ней появилась фигура света.

На этот раз Йатинг тоже заставила ее пошевелиться, и огромный золотой меч снова появился, целясь прямо в ангела вечности. Ей было все равно, кто ее противник, лишь бы он был перед Лонг Хаочен, она поможет своему старшему брату уничтожить его.

Как только появился королевский меч, белый свет мгновенно преобразился в полосы белого света, которые обвились вокруг него. В тот же миг меч правителя словно застрял в трясине. Хотя он постоянно рубил белый свет, его сила быстро расходовалась каждую секунду, до такой степени, что выражение лица Йатинга сильно изменилось, и она даже не использовала свой аватар. Вместо этого он быстро вытащил королевский меч.

Сцена Лонг-Хаочена, имеющего дело с королем Истоном и Святым драконом, появилась еще раз, только на этот раз это было изменение порядка хозяина и гостя, Лонг-Хаочен был ограничен их владениями. Если бы он продолжал сражаться со своими владениями, то вскоре лишился бы духовной энергии. Более того, даже сейчас он все еще не мог увидеть степень развития Ангела вечности.

— Брат, я буду твоим мечом.— Твердо сказал йятинг, и она тут же вскочила. Со вспышкой золотого света тяжелый меч появился перед длинным Хаоченем.

Доменная конфронтация не была его противником, и он мог только полагаться на свои собственные силы, чтобы прорвать блокаду. Но у Лонг Хаочен не было оружия, поэтому Йатинг могла только превратиться в его оружие.

Золотой большой меч был семи футов в длину и почти фута в ширину. На острие меча было восемнадцать острых линий, что делало его чрезвычайно острым. На рукояти меча было много перекрывающихся крыльев, и рукоять была длинной и тонкой. От кончика меча до рукояти шла прозрачная линия. Он был точно такой же, как длинный драгоценный камень, и чрезвычайно острая аура мерцала и свистела в середине линии.

На мече этого короля было восемь светящихся точек. Да, даже больше, чем семь цветов Божественного снаряжения. Эта мощная аура превосходила даже фиолетово-золотой лунный меч. А аура, которую он излучал, была чистой энергией Короля, более совместимой с владениями самого светлого бога Лонг Хаочена.

Подняв правую руку, длинный Хаочэнь схватился за этот огромный меч, и его тело слегка задрожало. Почувствовав связь между своей кровью и венами, его дыхание мгновенно слилось с этим Королевским мечом.

Восьмицветный золотистый свет вырвался наружу, образуя завесу света, которая отделяла длинный Хаочэнь от внешнего мира. Туманный белый блеск, который уже давно ослабевал в Хаочене, сразу же перестал действовать на него.

В то же время. Священный единорог позади Лонг Хаочена также превратился в разноцветный поток света и приземлился на тело Лонг Хаочена, превратившись в священные доспехи, полностью усиливающие его силу.

— А? Даже свет вечности может сопротивляться? — Ангел вечности удивленно посмотрел на него.

Лонг Хаочэнь ответил глубоким голосом: «ваш хаотический атрибут, очевидно, может быть использован для связи с любым атрибутом. Однако, если какой-либо из этих атрибутов способен достичь вершины, это не то, что может поглотить ваш первобытный хаос. Мой свет-это самый чистый свет. Возможно, мои владения не сравнятся с вашими. Но я думал, что ты хочешь ослабить меня своим владением, но ты не можешь этого сделать.»

Когда он сказал это, шесть крыльев на спине длинного Хаочэня захлопали, и его тело превратилось в золотую вспышку, появившись перед ангелом вечности, как молния. Королевский меч в его руке мгновенно сверкнул, и мириады золотых огней рассыпались во все стороны.

Тело ангела вечности стало иллюзорным, и в следующее мгновение она была уже в километре от него.

«Поскольку мои владения не могут победить тебя, тогда давай просто положимся на силу.— Ангел вечности холодно фыркнула, а затем указала своим посохом. И тут же перед ней вспыхнул огромный белый свет.

Белый свет взмыл вверх, и в мгновение ока он превратился в тысячеметрового гиганта. Этот гигант был совершенно белым, полностью сформированным из силы. Белая броня покрывала его тело. Ни оружие.

Со сдавленным стоном Лонг Хаочен на этот раз отлетел назад. Выражение его лица действительно изменилось. Этот тысячеметровый гигант вызывал у него то же самое чувство, что и перед лицом Бога-демона императора. Хотя он уже не был так слаб, как раньше, и не чувствовал себя полностью беспомощным, однако это ужасающее угнетение было слишком сильным. Этот ангел вечности обладал такой же силой, как и Бог-Демон император?

Меч короля был поднят, и со вспышкой золотого света, толстая полоса золотой молнии выстрелила к огромной фигуре света с чрезвычайно острым намерением меча.

Фигура света издала сердитый рев, и все его тело издало взрывной звук. Из его тела вырвался белый свет. Намерение меча, выпущенное мечом короля длинного Хаочена, было рассеяно именно так. На самом деле, этот удар содержал в себе силу света суда.

Подавление со стороны домена, а также мощь этой фигуры света, заставили Лонга Хаочэна внезапно почувствовать себя на пределе своих возможностей. Гнет, который давала ему фигура света, был слишком силен. Он был так силен, что даже его воля была подавлена.

Это был противник, с которым он совершенно не мог бороться! Но если это так, то в чем же смысл испытания Божественного престола Вечности и творения?

В этот самый момент мысли Лонга Хаочена были подобны молниям. Огромная фигура света уже нанесла ему удар кулаком.

Выражение лица Лонг Хаочена стало серьезным. Насколько твердой была его решимость? Даже если бы ему пришлось столкнуться с суицидальной ситуацией Бога-демона императора в прошлом,он также не собирался признавать поражение. Хотя его противник был силен, он не отступал.

Сжимая меч короля обеими руками, глаза Лонга Хаочэна ярко сверкнули, и из них внезапно вырвалось разноцветное пламя. То, что он поджег, было его собственным владением. Даже если бы он использовал свою исходную энергию, он не признал бы своего поражения.

— Лязг!-В воздухе королевский меч столкнулся с этим кулаком, испустив ослепительный восьмицветный свет. Разноцветное золотое пламя на теле длинного Хаочэня также вспыхнуло с ослепительным блеском. Он яростно ударил по кулаку.

Однако все это было лишь кусочком пирога для белой фигуры света, и в следующее мгновение тело Лонга Хаочэня отлетело, как артиллерийский снаряд.

Король Истона ошеломленно уставился на него. После того, как ангел вечности появился, печать, которая была возложена на него Господом природы, была снята. Однако когда он увидел, что происходит, его глаза наполнились недоверием.

«старый дракон. Как же это было возможно? Даже если Ангел вечности сильнее нас с тобой, она не может быть такой могущественной, как эта.»

Святой дракон ответил голосовой передачей: «ты ничего не знаешь! Это испытание, которое Господь вечности возложил на человека. Ангел вечности лишь временно получил власть контролировать вечное Царство. Если бы это было во внешнем мире, даже если бы ее было десять, у нее не было бы такого культивирования.»

Король Истона сказал в замешательстве: «если это так, то какого черта я сдаю экзамен? Кто бы мог ее завоевать!»

Святой дракон презрительно сказал: «что еще есть в твоем мозгу, кроме мышц? Ты же ничего не знаешь! Смотрите сами.»

Король Истона был в ярости. — Черт возьми, если ты будешь продолжать так говорить, я разнесу тебе задницу молотком.»

Святой дракон уставился на поле боя. Существо, которое ответило на ярость короля Истона, было одним из его пяти драконьих когтей. Тем не менее, у него был поднят средний палец …

В воздухе Лонг Хаочен почувствовал, как легкая эссенция в его теле сильно дрожит, пролетая несколько тысяч метров, прежде чем стабилизировать его тело. Хотя боль от его тела была очень сильной, он был удивлен, увидев, что не получил никаких серьезных травм. Напротив, острота Королевского меча оставила глубокий шрам на огромном кулаке света.

В голове Лонга Хаочена сразу же возникла мысль: эта фигура силы света не казалась такой мощной, как та, которую он демонстрировал.

На этом атака фигуры света не остановилась. Подняв правую руку в воздух, вся его рука фактически превратилась в огромный меч длиной в тысячу метров, рубящий с неба. Прежде чем большой меч приземлился, глубокий овраг уже появился в земле в нескольких тысячах метров ниже, заставляя короля Истона чувствовать большую сердечную боль. Однако он не решался броситься вперед, чтобы остановиться. Сила, которую демонстрировала эта светящаяся фигура, была поистине ужасающей. Даже если бы он и Святой Дракон объединились, они не были бы ему ровней!

В воздухе вся элементарная эссенция, казалось, была мобилизована за долю секунды, и тело Лонга Хаочэна застыло на месте, не давая ему возможности уклониться. Даже если бы космос был запечатан, даже если бы у него была возможность путешествовать в пространстве, он не смог бы убежать. Это чувство было точно таким же, как когда он был запечатан тремя великими демоническими богами в звездной башне демонов.

Кровь хлынула, и глаза Лонга Хаочэна загорелись, горячая кровь в его теле уже кипела. Битва у башни звездного демона была самой большой неудачей в его жизни. По этой причине Цай Рр, которого он любил больше всего, так сильно страдал, прежде чем воскресить его!

Почувствовав то же самое еще раз, все тело Лонг Хаочена немедленно обрело прилив энергии. Крепко сжимая меч короля обеими руками, радужное сияние вокруг меча превратилось в восемь цветов, и область диаметром в один метр, яркая, как солнце, осветила небо.

Сжатый вариант, божественный танец света.

С появлением Королевского меча, существовавшего между божественным орудием и сверх-божественным орудием, сфера применения и усиления Лонг Хаочена претерпела большие изменения.

— Бум!»

Небо было наполнено белым светом, и мощная режущая сила божественного танца Света была способна разрезать этот тысячеметровый световой меч пополам. Когда он снова появился перед Лонг Хаочен, его инерция была намного ниже, чем раньше.

Божественный Улитковый щит Солнца и Луны сверкал семью цветами, превращаясь в огромный щит над его головой. Однако сила этого легкого меча была действительно ужасающей, и он безжалостно разбил длинный Хаочэнь в ущелье на земле. Паря в воздухе, он закашлялся, выплевывая кровь изо рта.

Подняв ноги, он сделал шаг вперед, целясь прямо в то место, где только что приземлился длинный Хаочэнь. Судя по всему, он не собирался давать ему ни единого шанса выжить.

Однако в этот момент сияние на небе внезапно изменилось. Яркий солнечный свет внезапно потускнел, и солнце начало садиться на Западе. Казалось, вот-вот наступит ночь.

Эта перемена ошеломила Ангела вечности. Однако легкий клинок все равно безжалостно топнул вниз. Рев земли заставил короля Истона закрыть глаза. С таким ужасающим шагом, даже если Лонг Хаочен не умрет, он не сможет сделать ни единого вдоха.

— Божественный Камень Солнца и Луны?— Вечный ангел озадаченно уставился в небо.

Божественный Камень Солнца и Луны был сокровищем, которое содержало самую чистую сущность солнца и Луны. Обладая достаточной мощностью, он мог менять весь день и ночь, заранее меняя время. Он всегда был одним из величайших сокровищ Истона, но Ангел вечности слышал ранее, что Божественный Камень Солнца и Луны был украден. Кто бы мог подумать, что в такое время … Если бы он не был использован королем Истоном и Святым драконом, это был бы, естественно, длинный Хаочень.

В это время могучая и почти непобедимая фигура света внезапно задрожала. Хотя диапазон его движения был невелик, из-за его размера тела, все присутствующие все еще были в состоянии видеть его ясно.

Тут же странный блеск начал распространяться из-под ног этой фигуры света, и ее тело, казалось, затвердело.

Красный, оранжевый, желтый, зеленый, зеленый, синий, фиолетовый, черно-белый.

Девятицветный свет мерцал, неся особую мягкость, когда они поднимались. В то же самое время солнце и Луна на небе, казалось, остановились. Солнечный и Лунный свет кружились и сливались в воздухе, и ужасающая мощь мира заставила Ангела вечности, Святого Дракона и короля Истона содрогнуться.

Какими бы могущественными они ни были, они все равно были ничтожны перед божественной мощью неба и Земли. Даже Бог не смог бы противостоять Небесной мощи. Потому что Бог был рожден на небе и земле!

В мгновение ока, девятицветный свет распространился на каждый уголок светящегося тела человека. В это время божественный свет солнца и Луны, казалось, завершил свое окончательное слияние.

Огромный золотисто-белый столб света спускался с неба, идеально сочетая блеск солнца и Луны, собирая огонь с прекрасным блеском на этой тысячиметровой фигуре из фигуры света.

Под стеклянным взором Ангела вечности этот огромный клинок света медленно таял перед божественной мощью неба и Земли. Божественный свет Солнца и Луны устремился в землю. Постепенно из божественного света поднялась фигура.

На доспехах Божественного единорога нет ни пылинки. В правой руке он держал огромный королевский меч, а в левой-высоко над головой щит, сияющий девятью цветами света, безумно поглощающими свет Солнца и Луны, заставляя его тело сверкать золотыми и белыми цветами.

— Девять цветов? Сверх-божественное оборудование?— Святой Дракон и король Истона сказали почти одновременно. Когда они смотрели друг на друга, они ясно видели страх и потрясение в сердцах друг друга.

Чувство огромного святого дракона было особенно очевидно. Если бы в предыдущей битве Лонг Хаочен использовал это сверх-божественное снаряжение, он, вероятно, уже сделал бы это …

Сила ангела вечности не имела себе равных. Она не ожидала, что Лонг Хаочен сможет уничтожить фигуру света из миллиона единиц духовной энергии. Это уже было близко к силе полубога! Даже если бы это была всего лишь сгущенная духовная энергия, ее общая сила должна была бы превзойти энергетические установки шестого ранга девятой ступени.

Верно, Лонг Хаочен активировал высшую силу Божественного улиткового щита Солнца и Луны.

— Покровитель Солнца и Луны — это сердце, руководство светом и благословение Божие. Рассвет, закат, солнце и Луна чередуются друг с другом, Божественная улитка-это щит. «

Это были слова, оставленные тогда Божественной улиткой Солнца и Луны. Лонг Хаочен постепенно пришел к пониманию того, что Божественный Улитковый щит Солнца и Луны может проявлять свою наибольшую силу только на рассвете или закате. И сила, необходимая для активации этой силы, была по крайней мере на третьем уровне девятой ступени.

Другими словами, после того, как Хаочэнь долгое время достиг третьей ступени девятой ступени, можно было считать, что он постиг истинную мощь этого сверх-божественного оборудования.

Золотисто-белый свет вспыхнул между небом и землей, и сила хаоса на Ангеле вечности должна была получить огромный отклик. Когда ее тело задрожало, ужасающая аура Бога-демона императора начала быстро ослабевать, и весь Истонский мир, казалось, стал иллюзорным при освещении божественным светом Солнца и Луны.

— Друг, пожалуйста, забери свои божественные способности обратно. Иначе наше вечное царство будет разрушено.— Король Истона жестоко сказал Лонг Хаочен.

Золотисто-белый свет медленно исчез. Божественный Улитковый щит Солнца и Луны больше не предпринимал атак. Небо постепенно темнело, от Солнца до Луны, и длинный Хаочэнь, который был в небе, казался еще более благородным.

Девять цветов Божественного улиткового щита Солнца и Луны уже вернулись к своим первоначальным цветам, и теперь его свет был намного тусклее, чем раньше.

В то время, когда он получил Божественные камни Солнца и Луны, Лонг Хаочен почувствовал его преимущества. Если быть более точным, именно Божественный Улитковый щит Солнца и Луны дал ему подсказку в его сердце. В этот момент. Божественный Камень Солнца и Луны объединился с Божественным щитом улитки Солнца и Луны, чтобы создать атаку, и он действительно был способен перевернуть мир. Но он также чувствовал это, потому что это не было обычным чередованием солнца и Луны. По меньшей мере в течение трех дней Божественный Улитковый щит Солнца и Луны больше не мог излучать блеск сверх-божественного оборудования.

Однако сверх-божественное снаряжение было сверх-божественным снаряжением. Его сияние померкло, но Лонг Хаочэнь вернулся в свое пиковое состояние при освещении солнечным и лунным светом.

Глядя на ангела вечности издалека, Лонг Хаочен вытер кровь с уголка своего рта “ » интересно, можно ли считать меня прошедшим твое испытание?»

Аура вершины девятой ступени, принадлежащая Ангелу вечности, уже ослабла, как будто излучаемая ею сейчас аура ничем не отличалась от ауры святого дракона. Глядя на длинного Хаочэня, который держал в руке меч Короля и чье дыхание было явно на пике, она поняла, что у нее больше нет никаких шансов на победу. Не говоря уже о том, что свет, испускаемый Божественным Улитковым щитом Солнца и Луны, произвел на нее слишком сильное впечатление.

«Ты прошел испытание.— Ангел вечности кивнул Лонг Хаочэню.

В этот момент. Весь Истонский мир вдруг стал девятицветным. С длинным Хаоченем в центре, девятицветный божественный свет медленно вращался.

В воздухе раздался ледяной голос: «мудрость, упорство, стойкость, сила. Вы прошли испытание трех великих духов. Отныне ты будешь владыкой Божественного престола Вечности и творения. Ангел вечности расскажет вам подробности о троне.»

Счастье пришло так внезапно и естественно. Длинный Хаочэнь был несколько тусклым, и его глаза были влажными.

Прошло уже больше десяти лет. Более десяти лет прошло с тех пор, как он впервые увидел, насколько могуществен Божественный трон.

За последние десять лет он усердно тренировался и пережил много испытаний и невзгод. До сегодняшнего дня у него наконец-то будет свой собственный Божественный трон. Это все еще был древний божественный престол Вечности и Творения, который никогда не использовался прежде.

В этот момент, как можно было описать его эмоции только словом «возбужденный»? Это было неописуемое чувство экстаза. Это было признанием сублимации души.

Он вдруг вспомнил о башне вечности. Как сказал Святой Некромант и бессмертная беда Элюкс в свои последние минуты, » держа солнце и Луну, чтобы выщипать звезды, нет никого, подобного мне в мире.»

Темнота в конце концов рассыплется под светом вечности. Бог-демон император, У меня наконец-то есть квалификация, чтобы бросить тебе вызов.

В воздухе Ангел вечности, святой Дракон и король Истона медленно опустились на колени перед длинным Хаоченем, все тело которого сверкало девятью цветами.

Три эксперта почтительно сказали: «Хранитель вечного Царства выражает свое почтение твоему учителю.»

Лонг Хаочэнь поспешно ответил: «в этом нет необходимости, пожалуйста, встаньте.»

Три эксперта поднялись на ноги, и Ангел вечности сказал: «учитель, тебе интересно узнать об этих трех испытаниях?»

Лонг Хаочен слегка кивнул. На самом деле, он уже немного догадался, но ему все еще нужно было это доказать.

Ангел вечности сказал: «это вечное Царство. Вечное Царство защищает небо, святой дракон защищает море и всех волшебных зверей, а король Истон защищает Землю.— Вместе мы представляем целый мир. Мир вечности и созидания. Это место было известно как вечное Царство. Само вечное Царство было внутренним царством Божественного престола Вечности и творения. — Следовательно, если вы хотите получить одобрение трона, вам, естественно, придется пройти испытание здесь.»

«Божественный престол Вечности и творения — это место Творца. Это был подлинный сверхъестественный артефакт. Он намного сильнее того, что у тебя в руках. Ваш щит может высвободить только силу сверхъестественного артефакта в особом состоянии. Вы едва могли прикоснуться к краям сверхъестественного артефакта. Божественный престол Вечности и творения были потеряны в пространстве, когда сам Бог творения разделился на сотню богов и взял под свой контроль все планы. Он приходит на вашу планету с руководством судьбы. Это Шенгмо Далу, с которым вы знакомы. Он ждал, когда родится его новый хозяин. «

Божественный престол Вечности и творения был на самом деле местом Бога творения? Лонг Хаочен сосредоточился, внимательно прислушиваясь.

— Трон дарует тебе самую сильную власть. С существованием трона это равносильно тому, что вам был дарован Божественный трон Богом творения. Вам никогда не придется беспокоиться о прибытии бутылочного горлышка Бога.»

Сердце Лонга Хаочэна зашевелилось: «ты говоришь о том, что узким местом Бога является миллион духовной энергии?»

Ангел вечности кивнул: «Да.— Последним испытанием, которое я тебе только что дал, было использование силы вечного Царства для моделирования миллиона духовных энергий. Согласно наставлениям Вечного Господа, до тех пор, пока вы будете упорствовать в течение четверти часа под моей атакой, вы выдержите экзамен. Тем не менее, я не ожидал, что вы победите мои силы симуляции с вашим супер божественным артефактом. «Хотя ваш сверхъестественный артефакт не может сравниться с Божественным троном Вечности и творения, он все еще находится во владениях трона.»

Лонг Хаочен спросил с некоторым любопытством: «тогда кто же Господь вечности?»

Ангел вечности говорил с благоговением: «Господь вечности-это божественная воля, оставленная Богом творения.» Он был истинным правителем вечного Царства. Но он так просто не появляется, и он попросил меня рассказать вам. Когда вы выполнили необходимые задания. Божественный престол Вечности и творения завершил свою миссию в этом мире. «Мы проследим за расстановкой судьбы до другого уровня.»

В этот момент Лонг Хаочен полностью все понял. Этот божественный престол Вечности и творения не всегда признавал его своим господином. Можно было только сказать, что он одолжил его для Шенгмо Далу. — Вот именно! Это было место Бога творения, как же им можно было пользоваться вечно?

В этот самый момент девять цветных нимбов в небе внезапно стали более плотными, и спокойный и бесстрастный голос прозвучал: «Лонг Хаочен, следуй направлению судьбы.— Чтобы выяснить истинную причину появления демонов шесть тысяч лет назад и не допустить дальнейшего разрушения мира. Божественный престол Вечности и творения появился благодаря разрушению плана, и будет восстановлен вместе с ним. Ты-человек судьбы. — Экзамен окончен.»

Плотные цветные кольца света вращались вокруг тела Лонг Хаочена, и в следующее мгновение он почувствовал, как будто полностью погрузился в особую силу.

Это было бесконечное количество энергии Хаоса, и оно, казалось, менялось из-за его тела. Знакомый атрибут света начал появляться, укореняясь с поразительной скоростью. Его душа и тело были сублимированы во время этого процесса роста и созидания.

Дракон Сопротивляется Горному Перевалу.

Лонг Синъю и члены отряда по охоте на демонов рассвета с нетерпением ждали его.

С начала противостояния ауры Божественного престола Вечности и творения прошел месяц. Но у Лонг Хаочена все еще не было никаких новостей.

Еще двадцать дней назад Чжан Фанфан и Хань Юй уже завершили свои соответствующие испытания. Имея свой собственный Божественный трон, рыцарский храм получил пять Божественных рыцарей в беспрецедентном количестве.

Однако Лонг Синъю и члены отряда по охоте на демонов рассвета ни в малейшей степени не были счастливы, потому что тот, кто больше всего заслуживал стать Божественным рыцарем, еще не вернулся. Его испытание продолжалось.

«Прошел уже месяц, почему босс до сих пор не вышел? Ничего ведь не случится, правда?— У Линь Синя было встревоженное выражение лица.

Чэнь Инь одарил его свирепым взглядом “ » заткнись, ты сглазил!»

Цай Эр стоял рядом с Лонг Синью, молча ожидая. Внешне спокойная она чувствовала себя еще более взволнованной, чем остальные.

Лонг Синъю утешал всех, говоря: «в процессе получения одобрения Божественного престола был месяц испытания, и это было то, чего никогда не случалось раньше. И поэтому у Хаочена должен быть отличный шанс. Все, пожалуйста, не волнуйтесь. Даже если бы Хаохен не получил одобрения Божественного трона, он не получил бы никакого ущерба. «

Хотя он сказал, что Хаочен не пострадает, а это означало, что не пострадают только остальные пять Божественных престолов, как древний божественный престол Вечности и творения, никто не знал, до какой степени он достиг своей истинной глубины.

Пока Синъюй успокаивала всех, в их головах внезапно возникло чувство головокружения.

«Что тут происходит?» Все они были современными экспертами, и когда они почувствовали, что что-то не так, они немедленно отреагировали. Сразу же после этого они обнаружили, что земля, казалось, дрожала, и весь Дракон, сопротивляющийся горному перевалу, слегка дрожал.

«Может быть, это земной Дракон перевернулся?»Цвет лица Лонг Синъю изменился.

Хотя перевертывание земных драконов не было обычным явлением на континенте, это не означало, что их там не было. Более того, как только земной Дракон перевернулся, он мог нанести огромный ущерб.

Дракон, сопротивляющийся горному перевалу, был одним из шести великих врат человечества. Если бы могущественному земному Дракону удалось вернуться, это был бы несравненный удар по новой федерации.

Однако толчки совсем не усилились. Хотя все были встревожены встряхиванием Дракона, сопротивляющегося горному перевалу, он только поддерживался в определенной степени и не усиливался.

Внезапно, без всякого предупреждения, ужасное колебание духовной энергии просочилось наружу, и немедленно, скульптура, представляющая Божественный трон Вечности и творения, ярко засияла.

Изначально черная как смоль скульптура внезапно преобразилась в несравненно великолепные девять цветов. Сразу же после этого из скульптуры появился столб света, поднимаясь в воздух.

Как ни странно, этот столб света не разрушил ни одного здания, но в мгновение ока он вырвался из драконьей горы, воспарив высоко в небо.

Даже с расстояния в сотни миль это странное зрелище можно было увидеть в виде великолепного девятицветного ореола, взметнувшегося ввысь. Они прорвались сквозь облака и полетели выше в небо.

— Это Божественный престол Вечности и творения. Может ли быть так, что Хаочэнь … » видя, как сияет скульптура Божественного трона Вечности и творения, Лонг Синю почувствовал, как его сердце крепко сжимается. Этот древний божественный трон никогда прежде не подвергался такой перемене. Что же это значит?

Внушительная аура распространилась от всего сопротивляющегося Дракону горного перевала, и отдаленный гарнизон расы демонов был немедленно потрясен. Они также увидели девятицветный свет. Для них это величие стало тяжелым бременем.

Девятицветный луч света постепенно расширялся в небе. В центре девятицветного столба света медленно появился трехсотметровый трон.

Он был просто слишком велик. Для демонической расы было невозможно не видеть этого, даже если бы они захотели. И эта гнетущая сила была уже так ужасна, что демоны нижних уровней почувствовали, как по их спинам пробежал холодок.

Из-за уникальности Дракона, сопротивляющегося горному перевалу, раса демонов, размещенная здесь, не имела слабого существования, как демоны с двумя клинками. Но поскольку Священная война уже закончилась несколько лет назад, между армиями демонов, охранявшими это место, и армиями четырехлетней давности существовал огромный разрыв в силе.

Некоторые из воинов-демонов третьего уровня уже были полностью парализованы на Земле из-за тряски их тел. Если давление будет продолжать расти, это может стоить им жизни.

Это отличалось от паники на стороне демонической расы. В это время силовые установки сопротивляющегося Дракону горного перевала были полностью погружены в шок.

Что касается скульптуры шести великих Божественных тронов, то почти каждый рыцарь выше пятого уровня видел ее раньше. Храм рыцарей всегда принадлежал Божественным рыцарям. Но. По сравнению с этим трехсотметровым, девятицветным сверкающим гигантским Божественным троном, другие божественные троны, которые ранее испускали бесчисленное множество сияний на поле боя, казалось, были в тусклом состоянии.

Девятицветные огни излучали особую ауру. Девять цветов сверкнули, но не выказали ни малейшего признака беспорядка. Слабо, на спинке Божественного трона, девять цветов постепенно образовали кольца света, которые переплетались друг с другом. Что же касается самого трона, то он постепенно приобрел цвет белого нефрита.

Остальные Божественные троны, казалось, были сделаны из металла. Только этот был похож на кусок нефрита.

Все скульптуры были такими же живыми, как и всегда, но по сравнению с черным цветом скульптуры, этот сверкающий белый давал ощущение высшего благородства.

Фигура света медленно проецировалась перед этим массивным Божественным троном. Эта фигура была облачена в разноцветные божественные доспехи и держала в руке сверкающий золотой меч. Броня закрывала его лицо. Но он был ростом в пятьсот метров.

Он медленно опустился на этот несравненный Божественный трон. Это было так, как если бы истинный Бог снизошел на человеческий мир.

В тот момент, когда он взошел на Божественный престол Вечности и созидания, ужасное давление, которое он источал, достигло своего пика. С другой стороны от армии демонов, высокие воины-демоны третьего и четвертого уровней, перед лицом этого ужасающего давления, их тела мгновенно взорвались, превратившись в куски плоти и крови.

Да. Эта массивная фигура была точно длинной Haochen.

В этот самый момент Лонг Хаочен не знал, где он находится, только чувствовал, что его окружает неописуемая великая сила. Когда-то он владел мечом жизни и созидания, и даже постигал Божественную технику владения, такую как контроль прогресса жизни через его эволюцию владения. Однако, когда он сидел на этом троне, казалось, что все его прежние постижения стали незначительными. Истинная творческая мысль задержалась в его сердце, и вечная мысль постепенно успокоила сердце вечности в его груди. Неописуемая ясность застыла в его сердце. И его развитие шло вверх благодаря этому божественному Престолу Вечности и творения. Скорость его восхождения была не очень быстрой, но его умственное состояние также увеличивалось.

Чтобы соответствовать и интегрироваться…

Воля и духовная энергия Лонг Хаочэня слились с Божественным Престолом Вечности и творения в этом чудесном состоянии понимания.

Под светом девяти цветов от сверхъестественного артефакта, рыцари начали опускаться на одно колено, давая Лонг Хаочен самую благородную церемонию.

В этот самый момент еще три луча света выстрелили из горного перевала, сопротивляющегося дракону, и первым появился золотисто-красный свет. Огромный трон достигал высоты десяти Чжан, а его спинка была инкрустирована бесчисленными драгоценными камнями.

На самом верху спинки сидел полукруглый ярко-красный драгоценный камень, который нависал над землей, как половинка солнца. Однако его сияние было тусклого оранжевого цвета, испуская ужасающее давление, похожее на приход апокалипсиса.

Длинный Синъю гордо парил в воздухе. Этот божественный трон обреченности и кровопролития был его лучшим фоном.

Один из двух других тронов был темно-зеленым, а другой-светло-желтым.

Они были также десяти метров высотой, и на темно-зеленом Божественном троне были инкрустированы в общей сложности 1080 зеленых драгоценных камней, образуя странное человеческое лицо, которое, казалось, ревело. А в центре человеческого лица была скульптура молодой девушки. Лицо молодой девушки было полно горя, а из глаз, казалось, вот-вот потекут слезы. Эта печаль и окружающий ее страх объединились в странную характеристику.

Да, это был Божественный престол страха и печали. За исключением Божественного престола Вечности и творения, этот божественный престол занимал первое место среди пяти Божественных престолов, созданных людьми. В этот момент перед ним стоял еще один человек. Его взгляд был спокойным и твердым, длинные волосы рассыпались по плечам, а красивое лицо было полно возбуждения. Он смотрел в направлении Божественного престола Вечности и творения.

Хань Юй, из отряда охотников на демонов света, верный слуга Лонг Хаочен. В то же время, нынешний он был также обладателем Божественного престола страха и печали, и он уже был удостоен титула Божественного рыцаря разрушения и милосердия от рыцарского храма.

Что же касается светло-желтого Божественного трона, то он имел великолепный желтый узор, простирающийся наружу, а в его центре находился желтый драгоценный камень высотой в десять футов. Этот желтый камень выглядел как вертикальный глаз, и внутри него, казалось, колыхался ореол света. Он искрился мудростью.

Перед этим желтым Божественным троном Чжан Фанфан так же взволнованно смотрела на Лонг Хаочэнь и божественный трон Вечности и творения. Прямо сейчас он был точно таким же, как Хань Юй, официально став Божественным рыцарем храма рыцарей.

Он был обладателем Божественного престола мудрости и духа, и ему было присвоено звание Божественного рыцаря рыцарского храма.

К этому моменту шесть Божественных тронов храма рыцарей уже имели своих собственных хозяев. Общая сила храма рыцарей возросла до беспрецедентного уровня.

— Раздался голос Лонг Синю, покрывающий весь сопротивляющийся Дракону горный перевал.

— Двадцать дней назад Божественные рыцари разрушения и прощения, а также Божественные рыцари метаморфозы и наследования последовательно пробудились в нашем храме рыцарей. И сегодня я хочу объявить о самом большом счастливом событии за 6000 лет, прошедших с момента основания храма рыцарей. Наш родовой Божественный престол наконец-то обрел хозяина. Он-первый президент Союза храма, Лонг Хаочен. Он уже получил одобрение Божественного престола Вечности и Творения, и от имени храма рыцарей я дал ему титул Божественного рыцаря превосходства и лидера. С этого момента и впредь он будет главой шести Божественных рыцарей нашего храма рыцарей, а также верховным лидером нашего храма рыцарей. «

Под прикрытием духовной энергии Лонг Синьюй, Дракон, сопротивляющийся горному перевалу, мгновенно затих. Примерно через три секунды раздались радостные возгласы, громкие, как извержение вулкана, сотрясшие всю крепость.

«Божественные рыцари, Божественные рыцари, Божественные рыцари … ” — все они выкрикивали один и тот же лозунг во славу храма рыцарей. А армии демонов, стоявшие в отдалении, тихо отступали. Он должен был отступить! Этот божественный трон, сверкающий девятью цветами, давал им большое давление. Если бы это продолжалось, они не знали, какой ущерб они понесут.

И более того, командующий демонами, увидев три из четырех Божественных тронов, появившихся в небе, не знал, что происходит, и сразу же понял, что ситуация выглядит не очень хорошо. Он быстро выслал разведчиков, чтобы те доложили о происходящем в тылу демонической расы. Это было главным делом, чтобы предупредить демона Бога Императора.

Лонг Хаочен чувствовал радостные возгласы Дракона, сопротивляющегося горному перевалу, но в данный момент он не мог ответить на них, потому что все в его теле поднималось на следующий уровень.

Трон для Дракона (ⅰ)

Духовная энергия и царство постоянно увеличивались, в то время как Царство Бога Света сливалось с силой вечного Царства.

Божественный престол Вечности и творения полностью воплощал силу своей роли как сверх-божественного оборудования, и его внушительная аура не была той аурой, с которой могли бы сравниться другие божественные Престолы.

— Динь!»Раздался мелодичный звук, распространившийся на тысячи миль,и божественный престол Вечности и творения внезапно раскололся. Тринадцать комков чистого белого света поднялись в воздух.

В тот момент, когда они поднялись в воздух, солнечный свет в небе потускнел из-за подавления. Казалось, что он больше не существует, и тринадцать новых солнц заменили его.

Длинный Хаочэнь поднял голову к небу, его глаза были полны фанатизма. В то же время он поднял обе руки: «Пади, моя вечная Звезда.»

Эти тринадцать шаров вечной звезды сияли с раскаленным блеском, когда они спускались с неба, быстро сливаясь в длинное тело Хаочэня один за другим, и его пятисотметровое тело быстро сжималось после того, как каждый из них сливался.

Когда тринадцатая вечная Звезда слилась с его телом, он уже вернулся в размер обычного человека и больше не чувствовал себя иллюзорным.

Все вернулось на круги своя. Лонг Хаочен все еще был облачен в свои божественные Единороговые доспехи, но божественный трон Вечности и творения полностью исчез.

Ударив правым кулаком в грудь, Лонг Хаочэнь выполнил рыцарский салют всем рыцарям в Сопротивляющемся Дракону Горном проходе.

Лязг! Лязг! Лязг! Этот звук раздался на Сопротивляющемся Дракону горном перевале. Это был ответ рыцаря храма ему от всех рыцарей в крепости. Не только эти рыцари, но и три божественных рыцаря в воздухе.

С этого момента Лонг Хаочен был не только президентом новой федерации, но и беспрецедентным Божественным рыцарем превосходства и лидером храма рыцарей, лидером шести Божественных рыцарей.

— Папа, мне это удалось.»Лонг Хаочэнь посмотрел на Лонг Шингю, который посмотрел на него с тупым взглядом. Его глаза были полны сложных эмоций, таких как удовлетворение, возбуждение и замешательство.

У Хань Юя и Чжан Фанфана была совершенно другая реакция. Они вдвоем бросились к длинному Хаохену, схватили его и подбросили в воздух, прежде чем вернуть свои божественные троны.

Однако Лонг Хаохэнь не присоединился к двум своим братьям в праздновании. С внезапной вспышкой он вернулся к ним, и после того, как он сказал что-то тихим голосом, выражение лиц Хань Юя и Чжан Фанфана изменилось одновременно. Все трое поздоровались с Лонг Синью, а затем быстро полетели обратно к Драконьему горному перевалу.

Долгое время Синъю тоже не понимал, что происходит. Он быстро последовал за ними обратно.

Хотя четыре Божественных рыцаря долгое время не проявляли своей мощи, шок, который они нанесли сопротивляющемуся Дракону горному перевалу, вызвал беспрецедентный подъем боевого духа силовых установок из храма рыцарей.

— Цай Эр.— Когда Лонг Хаочен вернулся к своим товарищам, он нетерпеливо окликнул их.

Цай Эр был похож на роящуюся ласточку, яростно бросаясь в его объятия, крепко обнимая его. Он не мог вымолвить ни слова.

У них только что были самые близкие отношения, а потом Лонг Хаочен исчез больше чем на месяц. Какое это было мучение для Цай Эра! Она старалась держать себя в руках, не желая, чтобы ее спутники впали в панику. В конце концов. Лонг Хаочен здесь не было, она была вице-капитаном. Но когда ее любовник наконец преуспел и вернулся. Она больше не могла сдерживать свои эмоции.

Длинный Хаочэнь крепко держал Цай Эр, нежно лаская ее длинные волосы. Остальные притворились, что ничего не видят, и отвернулись.

Хлопнув Цай Эра по спине, длинный Хаочэнь объявил глубоким голосом: «мои извинения, все. Я слишком долго принимал участие в экзамене, заставляя всех волноваться.— Но мы боимся действовать немедленно. Хаоюэ уже не мог подавить свой собственный прорыв. «Мы уже начали пробиваться через узкое место. Мы должны попасть туда немедленно, иначе не успеем вовремя.»

Первоначально все были погружены в волнение и радость Лонг Хаочена по поводу его возвращения. Услышав, как он это сказал, их лица сразу стали серьезными. Они уже давно следовали за Лонг Хаочен и несколько раз сталкивались с немертвыми существами из мира Хаоюэ. Они очень ясно представляли себе, насколько ужасными были эти немертвые существа. В частности, каждый раз, когда Haoyue эволюционировал, сила врагов будет становиться все сильнее. Было даже время, когда сила Хаоюэ полностью развилась, почти ранив его жизненную силу после прерывания.

Сила хаоюэ могла уничтожить столпы Бога демона, и его эволюция была чрезвычайно важна для всего отряда охотников на светлых демонов.

— Босс, мы готовы.— У Линь Синя было самодовольное выражение лица. Судя по его внешности, было очевидно, что его воспитание улучшилось.

У всех были серьезные выражения лица, но после долгих слов Хаочэня их глаза наполнились волнением. Даже Хань Юй и Чжан Фанфан не были исключением.

Армия нежити была действительно мощной, но их отряд охотников на демонов света был несравним с прошлым! В частности, все только что сменили свою экипировку. Кто из них не был готов сделать большой шаг? Он также сможет почувствовать мощь своего нового оборудования.

Цай Ир тоже встала из объятий длинного Хаочэня, ее красивое лицо покраснело, и она ничего не сказала.

Лонг Хаочэнь повернулся к Лонг синюю и сказал: «отец, мой конь-существо из другого плана. Он вот-вот завершит свою эволюцию, и, вполне возможно, в последний раз.» Я возьму своих спутников, чтобы охранять его. «Охранять его.»

Лонг Синъю не ожидал, что его сын сразу же уйдет после завершения испытания Божественного престола Вечности и Творения, и не мог не спросить с некоторой тревогой: «может ли ваше тело выдержать это?»

Лонг Хаочен ответил: «Не волнуйтесь, я в настоящее время нахожусь в своем пиковом состоянии, там не будет никаких проблем.» Мы вернемся через минуту. Это не займет много времени. «

Лонг Синъю кивнул и сказал глубоким голосом: «обратите внимание на свою безопасность.»

Лонг Хаочен изобразил улыбку, полную уверенности. Не только его товарищи были полны уверенности в предстоящей битве, но и сам он тоже! Он обладал Божественным черепашьим щитом Солнца и Луны и Божественным троном Вечности и творения. Даже если он столкнется с демоном Богом императором, у него хватит уверенности бросить ему вызов. Более того, прямо сейчас он все еще находился в процессе слияния с Божественным Престолом Вечности и Творения, и его культивация продолжала увеличиваться. При его нынешней скорости слияния, когда он успешно слился с ним, он, вероятно, прорвался бы через четвертый ранг девятой стадии.

Пурпурно-золотое сияние сияло на лбу длинного Хаочэня, девять пурпурно-золотых узоров сияли таинственным блеском.

Грудь Лонга Хаочена непрерывно вспыхивала, и девять кругов света падали на его товарищей. Это была способность команды эпического уровня, которую они купили в центре транзакций Demon Hunt, домен Flash.

Под воздействием доменной вспышки каждый из членов отряда охоты на демонов светлого рассвета приобрел серебристо-белый ореол вокруг своих ног. Тотчас же пурпурно-золотой узор на лбу Лонга Хаочэня ярко засиял,мгновенно слившись с серебристо-белым фоновым доменом. В следующее мгновение домен вспышки стал полностью пурпурно-золотым.

С длинным Хаоченем в центре, сияние вспыхнуло еще раз, и ореолы под ногами каждого загорелись. Пространство раскололось, и все исчезли без следа.

Лонг Синъю тоже был божественным рыцарем, поэтому он, естественно, знал, как трудно все, что только что сделал Лонг Хаочэнь. Область мгновенной вспышки могла только усилить связь между ним и его товарищами. Коллективная телепортация, с другой стороны, полностью зависела от его собственных сил! С девятью людьми они прорвались сквозь пространство и начали пересекать самолеты. Даже если бы у него были координаты, это было бы слишком рискованно. Даже звездное небо Святого рыцаря Лонг Хаою не посмел сделать такую вещь!

Лонг Хаочен, естественно, не испугался. Божественный трон Вечности и сотворения мира обладал чудесами перемещения в пространстве, не говоря уже о том, что его нынешняя культура и контроль над его владениями достигли совершенно нового уровня.

После того, как все вошли в пространственную турбулентность, тело Лонг Хаочена немедленно испустило блеск, белый как нефрит, обволакивая всех внутри, образуя белый барьер света. Они не пострадали от какого-либо удара. За то время, что потребовалось, чтобы сделать несколько вдохов, они уже прорвались через пространство еще раз, прибыв в пространство, в котором находилась Хаоюэ.

Со вспышкой белого света длинный Хаочэнь и его товарищи отделились от космического челнока.

Даже при том, что они были морально готовы, когда они увидели ситуацию перед собой, они не могли не быть шокированы.

Издалека горы были заполнены нежитью, причем не только на земле, но и в воздухе. Это было так, как будто все пространство было заполнено немертвыми существами.

На этот раз Хаоюэ не эволюционировал в пещере, а просто спокойно полз на вершине небольшого холма, испуская плотное фиолетово-золотое сияние, которое слабо искрилось на его теле. Вся нежить в радиусе ста метров от него немедленно превратилась в фиолетово-золотое пламя. Там не осталось ни единого пятнышка.

Внезапное появление группы из десяти человек Лонг Хаочен, естественно, привлекло внимание нежити. Тут же на них напали немертвые существа.

Хлопая крыльями, по меньшей мере тысяча летающих дьявольских кукол парили в небе, выплевывая на них темно-зеленое сияние в форме полумесяца.

Хотя немертвые существа, атакующие Haoyue, не имели никаких силовых установок уровня короля, они были по крайней мере на четвертом или пятом этапе культивирования. А ведь они только что приехали. Нападение на Хаоюэ еще не было полностью начато.

Лонг Хаочэнь поднял левую руку, и слой разноцветного света превратился в огромный световой барьер, окутавший всех, включая Хаоюэ.

Зеленый свет от полумесяца бомбардировал красочный световой барьер, но даже ряби не образовалось.

Тело хаоюэ сверкало фиолетово-золотым блеском, заставляя Лонг Хаочэна чувствовать некоторые колебания в своих эмоциях. Из-за их прибытия ему пришлось всем сердцем прорваться через узкое место.

Первоначально Хаоюэ все еще был способен подавлять свои собственные прорывы, поэтому ему не нужно было так спешить. Однако, пожрав саженец дерева разрушения, его сила мгновенно достигла критической точки. Даже с его силой, он больше не мог сдерживать этот прорыв.

Сообщение, которое Хаоюэ дал Лонг Хаочэню, было очень простым: на этот раз прорыв займет очень много времени. Хаоюэ больше ничего не сказал, потому что полностью доверял Лонг Хаочэню.

Несмотря на то, что атаки летающих дьявольских кукол были многочисленны. Но для того, чтобы Божественный Улитковый щит Солнца и Луны превратился в барьер света, он, несомненно, был похож на стрекозу, сотрясающую каменный столб.

Пройдя испытание Божественного престола Вечности и творения, Лонг Хаочен все еще находился в процессе слияния с троном, и сразу же прибыл на это место. В результате его правая рука все еще держала золотой меч, сверкающий восьмицветным нимбом.

В этот момент. Он улыбнулся своим спутникам и сказал: «Позвольте мне представить вам друга.»

С этими словами он подбросил в воздух королевский меч. Со вспышкой золотистого света расправились двенадцать крыльев. Йетинг появился перед всеми.

Все они были ошеломлены, когда увидели эту несравненную женщину, которую они никогда раньше не видели.

Йятинг унаследовал тело королевы Луны. Кроме того, у нее были свои особые качества, будь то внешность или темперамент. Он совершенно не уступал Цай эру.

Увидев ее, Цай Ир вздрогнул, бросив озадаченный взгляд на Лонг Хаочена, но не усомнился в нем. Что касается чувств, то она полностью доверяла Лонг Хаочен. Они больше не могли держать друг друга в своих сердцах.

Лонг Хаочэнь потянул Цай’Эр за руку, сказав Йейтингу: «Отдай дань уважения своей невестке.»

Йятинг мило улыбнулся и поклонился Цай’Ер: «Привет, невестка. Я уже давно Таю.»

Выражение лиц остальных стало странным, и линь Синь не смогла удержаться, чтобы не прошептать на ухо Симе Сиань: «босс действительно деспотичен, приводя эту леди обратно для вице-капитана, чтобы видеть непосредственно.»

Сима Сиань кивнула в глубоком согласии, «мы не можем сравниться с ним в этом аспекте …»

Чэнь Ин Ир рассмеялся: «вы двое говорите чепуху, будьте осторожны, чтобы Цай Эр справился с вами. Был ли босс таким человеком? Но Лонг-Йейтинг, Лонг-Йейтинг, почему это звучит немного знакомо.»

В это время, Цай Эр также смотрел на эту красивую девушку перед ней с удивленным лицом: «Ты такая красивая! …»

Снаружи армия нежити давила, так что долго Хаочен, естественно, не давал ей догадаться. С улыбкой он сказал: «Это Йятинг! Тогда, когда я был убит демоном Богом императором, ее элементарное тело было уничтожено, и только след ее души был прикреплен к мечу жизни и творения. Когда я принял испытание Божественного престола Вечности и созидания, меч жизни и созидания был сломлен, и я вытащил душу Йатинг, используя силу ее владений, чтобы помочь ей возродиться. Ее теперешнее тело пришло из вечного Царства царицы Луны. Тело йейтинга изначально было атрибутом тьмы, поэтому я использовал свою собственную кровь, чтобы изменить его. Моя кровь текла в ее теле, поэтому я позволил ей использовать мою фамилию. Поэтому она была моей сестрой.»

Только тогда все поняли, что Лонг Йятинг-это фея легких элементов из прошлого, Йятинг!

Чэнь Инь сказал с лицом, полным зависти: «Йятинг, твои крылья действительно красивые.»

Лонг Хаочэнь ответил: «Yating, Lin Xin.— Давай сделаем это.»

Все больше и больше нежити появлялось, их дальние атаки были сосредоточены на Божественном Улитковом щите Солнца и Луны, непрерывно испуская ослепительный свет. Потребление духовной энергии Лонг Хаочен возросло соответственно.

Линь Синь и Йятинг одновременно кивнули. Линь Синь поднял правую руку, и в его ладони появился шар оранжевого света. В тот же миг в его глазах появился оранжевый отблеск, образуя огромный двухметровый посох.

Огненно-красное ядро на кончике посоха было размером по меньшей мере с человеческую голову. Это был не посох, а скорее скипетр.

У этого посоха было властное имя. Она называлась «Вечный огонь Дракона».

Нынешняя внешность линь Синя была абсолютно привлекательной, одетая в золотисто-красный градиент святого огня, держа в руке Вечный огонь Дракона. Среди магов Огня этого мира, вероятно, не было никого, кто мог бы сравниться с ним в плане снаряжения.

Два предмета Вечного снаряжения, это было то же самое, что и два предмета полубожественного снаряжения!

Вечный огонь Дракона был поднят высоко в воздух, и линь Синь продолжал петь без остановки. Его скорость пения была чрезвычайно быстрой, но она несла особый ритм. Пик Вечного драконьего огня испустил ярко-красное свечение, осветив весь радужный купол огненно-красным цветом.

Самолет Хаоюэ был в черно-красном мире. Линь Синь пел под защитой Божественного улиткового щита Солнца и Луны. Однако, поскольку заклинание продолжалось, плотное количество огненных элементов начало подниматься из трещин в земле снаружи, и трещины увеличились, в то время как магма хлынула вперед. Сразу же довольно много нежити низкого уровня упало в лаву, мгновенно превратившись в пепел.

Линь Синь пел заклинание с другой стороны, в то время как Йатинг немедленно принял меры.

Когда Йатинг была феей легких элементов, она была в основном сосредоточена на магии и больше на поддержке Лонг Хаочен. А сейчас она была совершенно другой. Она была королевой эльфов света, и ее владения уже определили направление ее способностей.

Направив правую руку вперед, она увидела, как из всего тела Йатинга вырвалось золотое пламя. Со вспышкой она покинула защитную зону Божественного улиткового щита Солнца и Луны. Огромный золотой меч появился перед ней, и его размер взлетел на ветру до небес. В мгновение ока он уже вырос до тысячи метров в длину.

Йетинг взмахнула руками, размахивая в воздухе своим огромным золотым мечом. Сразу же небо, заполненное немертвыми существами, стало ясным.

«Она слишком сильная. Сима Сиань широко раскрыл глаза, и не только он, но и все остальные были ошеломлены этой сценой. Мощь атаки, которую развязал Йейтинг, была уже выше их сил. Кроме того, у Йетинга не было никакого оборудования!

Конечно, они не знали, что способности Йатинга были похожи на способности Цю Юнхао, главы храма воинов, и не нуждались в помощи оружия.

Перед Королевским мечом нежить низкого уровня вообще не могла сопротивляться. Йейтинг постоянно меняла жесты, держа руки перед грудью. Огромный королевский меч уже висел в воздухе, глядя на нее сверху вниз с силой, способной пронзить все, кроме нее самой.

С каждым взмахом меча более тысячи живых мертвецов превращались в пыль. Всего за несколько коротких вдохов давление, которое нес Божественный Улитковый щит Солнца и Луны, было значительно уменьшено.

— Сестренка Йятинг, прибереги немного для меня!— Раздался встревоженный голос линь Синя, и в это время его заклинание было закончено.

Над головой Линь Синя появилось палящее солнце. Разве это не проклятие святого Яна придумал его дед?

Единственная разница между Линь синем и линь Чэнем заключалась в том, что солнце над его головой было голубым, цвета огненного сердца.

В этот момент даже Вечный огонь Дракона превратился в тот же самый синий цвет под влиянием сердца огня. Пылающее солнце медленно поднималось в небо. Его тело продолжало расти все больше и больше. Всего за один короткий миг он был уже в десять раз больше огненного солнечного проклятия Линь Чэня.

Внутри Божественного улиткового щита Солнца и Луны температура быстро поднималась, и Сима Сиань, которая была ближе всех к нему, даже слегка пахла гарью.

Не дожидаясь, пока его товарищи увернутся, Линь Синь сделал шаг вперед, точно так же, как и Йятинг раньше, выходя из барьера. Разница была в том, что он появился над барьером, а не перед ним.

Усмешка появилась в уголке рта Линь Синя “ » в вашем мире нет солнца, поэтому я дам вам его.— Пока он говорил, Вечный огонь Дракона указывал вверх. Тут же в небо поднялось огромное сверкающее солнце. В процессе восхождения голубой столб огня спустился с неба, окутав тело Линь Синя. Убрав столб огня, тело Линь Синя исчезло.

В пределах диапазона синего света все трещины в лаве мгновенно треснули, и большое количество лавы выплюнуло наружу. Местность в радиусе десятков километров мгновенно превратилась в море огня.

Сима Сиань удивленно спросила: «как это-братан-наркоман исчез? Этот парень не может играть с огнем и самоуничтожением, верно?»

Хань Юй громко рассмеялся “ » неужели ты не можешь просто надеяться, что он достаточно хорош? Линь Синь также постигла домен. Более того, он подражает области собственного воплощения! Это проклятие святого Солнца действительно волшебно. Если бы дедушка Линь знал, что волшебная сила, которую он изучал всю свою жизнь, растет на Линь Синь, он бы определенно гордился им.»

Извержение лавы немедленно вызвало панику у большой группы нежити. Даже те, кто находился на шестом или седьмом уровне, не смели позволить лаве падать на их тела. На мгновение темп их атаки значительно замедлился. Когда лава извергалась, концентрация огненных элементов в воздухе быстро увеличивалась.

Можно было видеть, что вокруг Святого Солнца над головой Линь Синя начали сходиться огненные кольца, и сияние Святого солнца стало еще более ярким.

Заимствование силы небес и земли было тем, в чем маги были лучшими, и маг, у которого было владение, был абсолютным ужасом до такой степени, что он мог играть роль на поле боя, заполненном врагами.

Атака линь Синя началась, и маленькие голубые искры начали вылетать из Святого Солнца. Эти искры были очень малы, когда они появились, но когда они летели, они быстро поглощали огненные элементы в воздухе, увеличиваясь в размерах с пугающей скоростью. Когда они врезались в землю или в воздух, они уже превратились в ужасающие огненные шары диаметром более одного метра.

Сердце пылающего метеоритного дождя проклятия Святого Солнца.

В этом черно-красном мире начали раздаваться ужасающие взрывы. В оглушительных взрывах большие группы немертвых существ падали вниз, как убираемая пшеница.

Поскольку соседние немертвые существа были полностью уничтожены Йятингом, сердце Линь Синя Пылающий метеоритный дождь улетел еще дальше. Каждый раз, когда падал пылающий метеорит, он взрывался по меньшей мере на сотню метров вглубь земли, и еще больше лавы вырывалось из земли. И сердце Линь Синя Пылающий метеоритный дождь, казалось, не будет иметь конца. С бешеной бомбардировкой холм, на котором находилась группа Лонг Хаочена, постепенно превратился в остров посреди моря огня.

Увидев боевую мощь Линь Синя и Йатинга, Лонг Хаочэнь стал еще увереннее. В отряде по охоте на демонов он был не единственным могущественным человеком. Однако он также понимал, что битва только началась и по-настоящему могущественные немертвые существа еще не появились. Например, ужасающий Король-Лич, который ранее призвал Легион костяного дракона, еще не появился.

Глядя сквозь пламя,и глядя еще дальше, сердце Лонг Хаочена сразу же упало. Под атаками Линь Синя и Йятинга немертвые существа уменьшались с поразительной скоростью. Однако на горизонте все больше и больше нежити устремлялось к ним. Он покрывал небо и землю.

Может быть, ради эволюции Хаоюэ были мобилизованы все немертвые существа в этом мире?

Он снова посмотрел на Хаоюэ. В этот момент она была похожа на скульптуру, лежащую там. Золотисто-пурпурная чешуя покрывала все его тело, а шесть голов были переплетены друг с другом.

Мой добрый брат, независимо от того, насколько это трудно, я буду тщательно защищать тебя и не позволю повториться сцене, когда ты развивался до шести голов.

Именно в этот момент вдалеке возникло чудовищное давление. Он шел не с одной стороны, а со всех сторон.

Перед лицом этого ужасающего давления первоначально яркое и блистательное святое солнце Линь Синя сразу же стало намного более тусклым. Даже Царство Святого Солнца, которое он только что постиг, не смогло устоять перед этим давлением, и у него не было другого выбора, кроме как прервать свою атаку, упав обратно в Божественный Улитковый щит Солнца и Луны.

По сравнению с Линь синем, культивация Yating была намного сильнее. Глядя вдаль, королевский меч вернулся на свое прежнее место, паря в воздухе.

А вот и он. Наконец-то появился настоящий могущественный враг.

Черное небо постепенно становилось серым из-за этой ужасающей ауры, и ужасающее гнетущее чувство заставило все пространство слегка исказиться.

Вдалеке армия нежити, которая продвигалась вперед, внезапно остановилась. Даже летающая нежить, летающая в воздухе, быстро вернулась на землю.

Они стояли на коленях, распростершись на земле, благоговейно преклонив колени. Девять лучей света появились с разных сторон.

Лонг Хаочен прищурился: «Йятинг, вернись.»

В мгновение ока Лонг Йейтинг выхватила свой королевский меч и вернулась к Божественному Улитковому щиту Солнца и Луны.

Лонг Хаочен пробормотал: «девять шаров света, но десять шаров ауры.— Самый слабый обладал более чем двумястами тысячами духовных энергий. Самый сильный был, вероятно, на уровне семисот тысяч духовной силы. Эти ребята должны быть хозяевами мира Хаоюэ. Они также должны были почувствовать, что эволюция Хаоюэ достигла своей заключительной стадии, и на этот раз он шел в полную силу.

Хотя голос Лонг Хаохена не был громким, все его товарищи отчетливо слышали его. Однако никто не выказывал никаких признаков нервозности на их лицах.

Десять Немертвых электростанций, все с культивациями выше 200 000 духовной энергии, уже были выше их с точки зрения силы. Это был мир нежити, и их восстановление духовной энергии было намного более хлопотным. Но будут ли они бояться?

Тогда, когда они помогали Лонг Хаочен возродиться в башне вечности, в их сердцах не было слова «страх». Хотя враги были сильны, они были более уверены в себе. И более того, они были более уверены в Лонг Хаочене. Он был божественным рыцарем блеска и лидером! Он получил одобрение сверхъестественного артефакта. Ну и что с того, что враг был могущественным? Они также могли бы упорствовать до момента своей победы.

Девять цифр постепенно становились все яснее.

Лонг Хаочен сразу же увидел Короля-лича, с которым Хаоюэ сражался во время своей прошлой эволюции. Он все еще не мог видеть свою внешность, но аура Короля-Лича, казалось, стала сильнее. Просто плавая там, казалось, что вокруг нее воют бесчисленные мстительные духи.

Однако ее аура была настолько мощной, что ее нельзя было отнести к первой тройке из этих девяти фигур.

Взгляд Лонга Хаочена метнулся мимо тела Короля-Лича и сразу же остановился на фигуре перед ним, а также на сочетании двух мощных аур.

Первое, что он увидел, был особенный костяной дракон.

Скелет костяного дракона был странного бело-голубого цвета. Хотя его кости были белыми, вокруг него был слой искрящегося голубого света, и его скелет был сильным. Под его огромными крыльями была кожистая оболочка. Костяного дракона окружала густая темная аура, похожая на черное облако, медленно распространяющееся наружу в виде черного ореола.

В глазах костяного дракона мерцало слабое голубое пламя. А на спине этого костяного дракона сидел человек, полностью облаченный в черные доспехи. Этот человек был выше двух с половиной метров ростом, сидя прямо на соединительной части спины и шеи костяного дракона. В правой руке он держал тяжелый меч, который был даже выше его самого. Тяжелый меч сверкнул ослепительным темно-фиолетовым светом.

Вот именно, это был он. Именно его аура заставила выражение лица Лонга Хаочена стать серьезным.

Рыцарь верхом на костяном драконе? Нет, это должен быть рыцарь верхом на Короле костяного Дракона. Только у короля костяных драконов под его началом было более 300 000 единиц духовной энергии. И сам он, как уже говорил ранее Хаохэнь, был существом, чья духовная энергия могла бы превзойти семьсот тысяч.

Кроме него и Короля-Лича, другие немертвые существа представляли собой вершину расы немертвых.

Они были:

Скелет императора, который был выше тридцати метров ростом и все тело которого сияло белым нефритовым блеском.

Подземный Демон-паук император, чье пурпурно-черное тело было покрыто серыми пятнами, который был длиной в двадцать метров, с двенадцатью длинными ногами, стоящими в воздухе.

Император-зомби, при росте в пять метров, все его тело источало темно-золотистый блеск, глаза были безжизненны, а четыре конечности одеревенели.

Отвратительный император, чье тело было самым большим, более ста метров в высоту, а размер его талии еще больше, был покрыт бледной белой плотью.

Призрак императора, который выглядел как масса темно-зеленого тумана, но постоянно испускал пронзительные крики.

Теневой император, чье тело было совершенно черным, но иллюзорным, как тень, черты его лица не были видны.

Один из них был ростом в сотню метров и несколько тоньше отвратительного императора. Однако он выглядел еще сильнее, и все его тело было покрыто сверкающими пурпурно-красными камнями. Он был императором адского огня.

Если бы под этим рыцарем находился костяной Король-Дракон, то в этот самый момент члены отряда охотников на демонов света столкнулись бы с десятью самыми могущественными императорами этого уровня.

Десять императоров медленно приближались в бескрайнем сером небе. Можно было видеть, что под ними были немертвые расы, которые находились под их контролем. Эта бесконечная армия нежити, как она может быть просто миллионом?

— Но почему же? Почему вы защищаете эволюцию Остина и Гриффина? Разве ты не знаешь, что это символ разрушения? Убирайтесь с дороги, эктопические эксперты. Иначе сегодня был бы день вашего уничтожения. Я-ужасный рыцарь-император, рыцарь суда над нежитью. Мои слова представляют десять великих королей нашего клана. «

Блеснув священными доспехами, Лонг Хаочен вернулся к своему первоначальному облику Святого единорога. Сидя на спине Божественного единорога звездного короля, он посмотрел на рыцаря правосудия Немертвых существ, прежде чем равнодушно сказать: «я не знаю, о каком разрушении вы говорите, ребята, и я не знаю ни об Остине, ни о Гриффине. Я только знаю, что Хаоюэ-мой товарищ, мой брат. Те, кто разрушит его эволюцию, будут моими врагами. «

Пурпурно-черное пламя в глазах Немертвого стража яростно подпрыгнуло, и ауры остальных девяти Немертвых императоров стали еще более интенсивными. Пока он кричал, он пробирался вперед.

Ранее, благодаря силе Линь Синя и Ятинга, они уже были свидетелями силы этих эктопических экспертов. В противном случае, рыцарь правосудия Немертвых существ не назвал бы их эктопическими экспертами. Они очень хорошо знали, что количество нежити было совершенно бесполезно против этих экспертов. Только у них была возможность победить их.

Лонг Хаочэнь ответил глубоким голосом: «Вэньчжао, Дуань и, вы двое остаетесь рядом с Хаоюэ, на случай, если нападут другие немертвые существа. Остальные тоже искали своих противников. Рыцарь возмездия над нежитью — это я сам. Не выходите все против вашего противника, старайтесь изо всех сил, чтобы сохранить себя. То, что нам нужно сделать, — это дать Хаоюэ некоторое время для развития.»

В том числе и Йейтинг, отряд охотников на демонов света насчитывал в общей сложности одиннадцать человек. Хотя Ян Вэньчжао и Дуань и были на грани прорыва через девятую ступень, их силы, в конце концов, все еще не хватало по сравнению с другими. В битве один на один отряд охотников на демонов света определенно не будет иметь превосходства. Однако, поскольку враги были слишком сильны, Лонг Хаочен не смел позволить им сосредоточить свои атаки на их стороне. Он должен был разорвать эту битву на части.

Серебряные кольца света появились у всех под ногами. Это был домен мгновенного действия

Показывает. С существованием домена мгновенной вспышки и разделяющих душу цепей, Лонг Хаочен был уверен в своей способности защитить своих товарищей.

Точно так же, как десять Бессмертных императоров ясно знали, что эти низкоуровневые немертвые существа не были достаточно опасны для группы Лонг Хаочена, Лонг Хаочен также ясно понимал, что если его противник отпустит свою атаку, их чистая защита не продлится слишком долго. В конце концов, не все в отряде охотников на демонов света были хороши в обороне. Только расширяя поле боя, можно было избежать концентрации сил противника.

Противником Лонг Хаочена, без сомнения, был рыцарь суда над нежитью и король костяных драконов. Эти два эксперта можно было бы сказать, что они являются костяком десяти великих императоров нежити. С их объединенной духовной энергией, эти двое, вероятно, были близки к миллиону уровней. Столкнувшись с этим в одиночку, Лонг Хаочен должен был выдержать самое большое давление. Однако, оглядываясь назад, это также была лучшая возможность проверить свои собственные силы и объединить их с Божественным Престолом Вечности и творения. В конце концов, без достаточно сильного противника, как он мог раскрыть весь свой потенциал?

На этот раз Божественный единорог не превратился в божественную броню, но когда Лонг Хаочен вылетел, он остался там, его крылья были широко открыты, а рог на его голове испускал мягкое разноцветное сияние. Странные звуки продолжали исходить из его рта, как будто он пел, но это было не так отчетливо, как магия Священного Дракона Драконьего дождя.

Этот процесс длился около семи секунд, и как только Хаохен был готов встретиться со своим врагом, он превратился в разноцветный божественный свет, преследующий тело Лонга Хаохена.

Божественный Единорог исчез, и то, что осталось на теле длинного Хаочэня, было ожерельем из семи цветов, сверкающих на его шее. Плотная и чистая световая эссенция мгновенно заполнила все тело Лонг Хаочена, увеличивая его на полной скорости.

По мере того как способности Хаочэня становились все сильнее и сильнее, помощь Божественного единорога ему становилась все меньше. Он знал, что будь то доспехи или оружие, это был уже не самый лучший выбор Хаочэня. Поэтому он использовал эту технику мимикрии, чтобы превратить себя в ожерелье, полностью усиливая силу Лонг Хаочена. Независимо от того, что было сказано, Божественного единорога девятого ранга все еще было более чем достаточно, чтобы быть божественным артефактом. Кроме того, в то время, когда Лонг Хаочен получил Божественный трон Вечности и творения, Божественный единорог уже создал свой собственный домен.

Святой домен: превращает все атрибуты в силу Святого Света.

Это казалось простой способностью к трансформации, но потребление Божественного единорога в этой области было чрезвычайно мало. В этом мире, где световая эссенция была редка, она имела чрезвычайно огромный эффект.

Поэтому, когда Божественный Единорог превратился в ожерелье, обернутое вокруг его шеи, выпуская мощь Святого владения, лицо Лонг Хаохена уже было наполнено удивлением и радостью.

Рыцарь правосудия Немертвых существ наблюдал, как вражеские войска разделились и пошли, чтобы противостоять десяти монархам. Он понимал, что нет смысла вести переговоры. Только убив этих врагов из других миров, он сможет предотвратить успешное развитие ужасающего Остина Гриффина.

Шесть крыльев на спине длинного Хаочэня захлопали, и ожерелье Божественного единорога сверкнуло всеми цветами радуги. В сочетании с его красивой внешностью, он был абсолютно привлекательным. Но когда Рыцарь правосудия Немертвых существ увидел его летящим к нему, духовный огонь в его глазах запульсировал, показывая взгляд презрения.

Его культивация была самой сильной, и поэтому только он мог чувствовать, что эта эволюция Хаоюэ должна была занять значительное количество времени. Однако он не посмел проявить небрежность. Если бы он прервал ее эволюцию секундой раньше, то шансы на полное уничтожение возросли бы.

— Хоу!— Король костяных драконов испустил ледяное голубое дыхание, направляясь прямо к длинному Хаочену. Благодаря восприятию рыцаря правосудия Немертвых существ, он понял, что долгое культивирование Хаочэня не было даже в четвертом ранге девятой стадии, поэтому он не был намного сильнее его, не говоря уже о том, что он думал, что у него было преимущество физического тела.

Повернувшись лицом к Костяному королю-Дракону, Лонг Хаохен не уклонился. Подняв левую руку, Божественный Улитковый щит Солнца и Луны выпустил свой радужный свет, образовав двухметровый щит, который полностью защищал его тело.

Ледяное голубое дыхание бомбардировало семицветный Божественный Улитковый щит Солнца и Луны, немедленно выпустив ледяной синий туман вокруг тела Лонг Хаочена. Температура резко упала. В воздухе даже висели бесчисленные ледяные осколки. Даже Божественный Улитковый щит Солнца и Луны в руке Лонга Хаочена был покрыт прозрачным голубым льдом.

Какое мощное сочетание тьмы и льда. Это должно быть врожденная магия короля костяных драконов. По сравнению с ним, способности царицы Луны, проявленные тогда, были намного ниже.

В то же самое время костяной Король-Дракон выдохнул, его массивное тело нагло напало на Лонг Хаочен. В то же время, рыцарь правосудия Немертвых существ снял свой пурпурно-черный меч. Позади него поднялся черный туман, превращаясь в зловещее призрачное лицо. Ужасающее давление заставило воздух вокруг Лонг Хаочен испускать темный едкий шипящий звук.

Золотой ореол простирался от длинного тела Хаочэня, и это были именно владения Бога Света. Чистая светлая эссенция мгновенно рассеяла тьму, окружающую его тело. В то же время, яркий белый ореол распространился от тела Лонг Хаочен, смешиваясь с радужным светом из владений бога света, непосредственно сталкиваясь с рыцарем суда Немертвых существ и королем костяного Дракона.

Как два короля этого плана, рыцарь правосудия Немертвых существ и король костяного дракона были слегка шокированы, когда появился сверкающий белый свет. Это было потому, что они чувствовали неописуемый страх. Пламя его души, казалось, было в большой опасности. Что же это была за аура?

2ех23 глава 755: десять царей (III) 23ех2

Десять королей (III)

Рыцарь правосудия из нежити не смел быть небрежным. Направив свой огромный меч в воздух, он освободил свои собственные владения. Пурпурно-черный ореол распространился, окутывая его и костяного короля дракона внутри. Два домена яростно столкнулись в воздухе.

«Шипи, шипи …» — большое количество легкого тумана наполнило воздух. Столкновений не было, но казалось, что лед и огонь столкнулись друг с другом. В радиусе километра поднялась пурпурно-черная смесь с золотистым туманом. Было ясно видно, что пурпурно-черный цвет был подавлен многоцветным золотистым светом. С каждой точкой многоцветного золотого света пурпурно-черный свет поглощался по меньшей мере трижды.

Подавление домена.

Столкновение света и тьмы должно было быть равным, не говоря уже о том, что рыцарь правосудия нежити полагался на культивацию, намного превосходящую Лонг Хаочен, однако он никогда не ожидал, что при обстоятельствах их доменного столкновения он будет страдать. Тот факт, что два совершенно противоположных атрибута были подавлены, доказывал только одно: владения Лонг Хаочена были намного выше, чем его владения.

Однако Лонг Хаочен тоже не чувствовал себя хорошо. Даже при том, что домен Бога Света был на гораздо более высоком уровне, чем пробный домен Тьмы противника. Однако, в то же время, его культивация была значительно хуже, чем у его противника. Выше девятой ступени, шаг за шагом. Взращивание рыцаря правосудия только что пробило седьмой ранг девятой ступени не так давно, который был экспертом номер один этого самолета. Хотя его домен был ниже домена бога света относительно уровня. Однако общая сумма была также более чем в три раза сильнее, чем домен Бога Света. Поэтому долго Haochen не имел превосходства в этом полевом столкновении. Кроме того, не забывайте, что под рыцарем суда был король костяного дракона с таким же уровнем культивирования!

-Рев, рев, рев … — костяной Король-Дракон испустил три Рева подряд, испустив три ледяных голубых вздоха одновременно. Однако он не был нацелен на длинный Хаочень. Три вдоха образовали в воздухе треугольник. Ледяной голубой свет вырвался из каждого из них, соединяя опорные точки трех дыханий. И тут же на теле Лонг Хаочена появилось очень холодное ощущение. В середине ледяного синего треугольника появилась темно-синяя черная дыра. Вспыхнул синий огонек. В следующее мгновение темно-синий луч света размером с руку выстрелил в грудь длинного Хаочэня.

Доменные навыки. Это был явно навык владения короля костяных драконов!

На этот раз Лонг Хаочен не осмелился проявить ни малейшей сдержанности. Слой серебристо-белого света, исходящего от его тела, был раскален, и его возвышающаяся аура превратилась в кристаллический столб света, который вырвался из его тела. Вслед за этим, прямо в воздухе, из пылающего белого столба света вырвалось густое разноцветное пламя, быстро уменьшаясь. Когда он вошел в контакт с замороженным синим Лучом навыка владения костяного короля дракона, он уже уменьшился до такой же толщины, как и его противник.

Бум! Небо наполнилось вспышками света,и ледяной голубой треугольник, образованный костяным королем драконов, мгновенно раскололся. Разноцветный свет также распространялся наружу, образуя в воздухе слои радужного блеска.

И в то же самое время, когда появился белый столб света, домен Бога Света Лонг Хаочен мгновенно воспламенился, который постепенно подавлял домен противника. Это сильно потрясло судью рыцаря. У него не было другого выбора, кроме как сделать все возможное, чтобы контролировать свои владения и бороться с ними.

В воздухе появился огромный трон, сияющий белым светом и излучающий сияние девяти цветов. На спинке стула было много миниатюрных рельефов, которые излучали неописуемое чувство красоты. На вершине. Это были Солнце, Луна и звезды. Птицы и звери были посередине, и то, что было прикреплено к сиденьям, было сценами природы.

На подлокотниках двух кресел стояла статуя Святого Дракона и Двенадцатикрылых Ангелов. Как только он появился, Девятицветный ореол мгновенно стал центром внимания. К счастью, немертвые существа внизу были все еще очень далеко, и непосредственно не пострадали. И все же, когда он пришел, этот черно-красный мир, казалось, очистился, и воздух стал намного чище.

Тело Лонга Хаочена плавало перед этим троном, и это был первый раз, когда он активировал силу Божественного трона Вечности и творения. Это было чудесное чувство. Как будто у него был непобедимый покровитель. Каким бы могущественным ни был враг, как только появлялся Божественный трон Вечности и творения, все давление исчезало.

Рыцарь правосудия и король костяных драконов были действительно ошеломлены. Аура, исходящая от Божественного престола Вечности и творения, была просто слишком ужасающей. Все они были немертвыми существами, и их самой главной силой было пламя их собственной души. И в то мгновение, когда появился божественный престол Вечности и творения, пламя их душ сильно задрожало. Даже рыцарь правосудия с такой мощной силой не был исключением. Дрожь в их душах заставляла их хотеть развернуться и бежать, а не сражаться.

Однако бежать они не могли. Остин и Гриффин собирались завершить свою эволюцию. Как только уровень их культивации снова повысится, никто в этом мире не сможет контролировать их. В то же время, основываясь на его привычках, все немертвые существа на сцене, вероятно, не имели бы никакого шанса выжить. Рано или поздно он полностью уничтожит их. А раз так, то он может выложиться по полной.

Лонг Хаочен спокойно сказал: «Бессмертный монарх, я не собирался делать тебя своим врагом. Пока вы уходите и не нарушаете эволюцию Хаоюэ, мы не причиним вреда никому из вас.»

Рыцарь-судья Немертвых существ холодно ответил: «отступление-это то же самое, что и смерть.» Неужели ты думаешь, что сможешь остановить нас с помощью одного лишь сверхъестественного артефакта? Нет, ты ошибаешься. Мы-истинные хозяева земли, которая уже покрыта мраком и огнем. «

С этими словами он медленно поднял пурпурно-черный меч, который держал в руке. На Земле все рыцари страха испустили гневный рев одновременно, и сразу же после этого бесчисленные потоки темной энергии хлынули снизу, атакуя рыцаря правосудия из тела Немертвых существ. Перед лицом давления Божественного престола Вечности и творения была высвобождена сильная воля неукротимой воли. С помощью своих подчиненных он смог стабилизировать свой духовный огонь. С ревом, Король костяных драконов привел Немертвого рыцаря, чтобы начать еще одну атаку на Лонг Хаочен.

Так как он не мог остановить своего противника своими словами, он мог только полагаться на свою собственную силу. Божественный трон Вечности и творения мгновенно превратился в тринадцать шаров белого света, разделенных длинным Хаоченем.

Время, казалось, замедлилось в этот момент, и скорость, с которой рыцарь правосудия Немертвых существ и король костяных драконов продвигались вперед, значительно уменьшилась во время этого странного изменения времени. И это молочно-белое сияние было точно как сотни рек, находящих разные части тела Лонг Хаочена.

Первый белый свет упал на грудь длинного Хаочэня, и сразу же на его груди появился огромный прозрачный драгоценный камень. Это было так, как если бы полный круглый драгоценный камень был разделен на две части, встроенные в его грудь и спину.

Драгоценный камень был почти полфута в диаметре, почти закрывая большую часть груди длинного Хаочэня. Когда мозаика будет завершена. Сразу же сверкающее белое сияние распространилось по окрестностям, превратившись в особый вид металла, покрывающего переднюю и заднюю часть длинного Хао Чэня. То, что появилось на поверхности металла, было узором из Солнца, Луны и звезд, а также бесчисленным количеством странных знаков.

Второй шар белого света упал на голову длинного Хаочэня, превратив ее в сверкающую белую корону. На короне было девять драгоценных камней, сверкающих девятью цветами: красным, оранжевым, желтым, зеленым, зеленым, синим, фиолетовым, черным и белым. Вспыхнули девять цветов, и внутри знати возникла аура абсолютного господства.

Корона императора связала длинные золотистые волосы Хаочэня на затылке, и в тот момент, когда он приземлился на голову длинного Хаочэня, сверкающая белая маска была помещена на его голове спереди. Когда маска спала, тело Лонг Хаочэня сразу же наполнилось бесконечным достоинством.

Третий и четвертый шары белого света приземлились на плечи длинного Хаочэня, и искрящееся белое свечение распространилось, образуя идеальное ожерелье для его нагрудной брони. Левая наплечная броня представляла собой огромную голову дракона, а правая-Двенадцатикрылую статую ангела. Это был явно подлокотник Божественного трона Вечности и творения.

Сверкающая белая броня тянулась до самых его рук, полностью закрывая обе руки длинного Хаочэня. На нем был выгравирован прекрасный узор из бесчисленных живых существ. Там было слишком много видов живых существ. Если не смотреть внимательно, то невозможно будет ясно увидеть узоры. Можно было только чувствовать их благородство и великолепие.

Пятый шар белого света приземлился на пояс длинного Хаочэня, и доспехи на его поясе были в форме рыбьей чешуи. На каждой чешуйке был выгравирован узор, похожий на какое-то растение. Поясной доспех расправлялся вниз, образуя складчатое боевое платье. Боевая форма, казалось, была свернута с изображением Божественного Дракона,превращаясь в белый ореол света, когда он закручивался вокруг.

Шестой и седьмой сгустки света приземлились на его ноги, полностью закрывая ноги и ступни длинного Хаочэня.

В этот момент все тело Лонг Хао Чэня было полностью окутано этой вечной броней. Восьмой и девятый сгустки света накрыли вечную карту, прежде чем упасть ему на спину.

Первоначальные шесть золотых крыльев Лонг Хаочена исчезли, чтобы быть замененными парой огромных белых крыльев. Эта пара крыльев была даже больше, чем предыдущие три команды вместе взятые, полностью покрывая длинную спину Хаочэня. Даже когда он складывал крылья, он держал голову высоко над собой.

Десятый шар света упал в руки длинного Хаочена. Он превратился в огромный светящийся белый меч. Конструкция большого меча была очень проста и ничем не украшена. Там даже не было никаких узоров. Однако, на его сверкающем белом теле, была вспышка девяти цветов!

Это было единственное оружие, которое Божественный трон Вечности и творения дал Лонг Хаочен, Вечный меч.

Последние три куска белого света ударили в огромный драгоценный камень, защищающий грудь Лонг Хаочена, прежде чем отскочить назад. Во время отскока только один шар белого света оставался светящимся белым, в то время как другие два шара были разделены на семь цветов и нефритово-зеленый. Эти три шара света были точно такими же верными стражами, которые кружили вокруг тела Лонг Хаочэня, двигаясь взад и вперед.

Весь этот процесс казался сложным, но на самом деле он был завершен в течение нескольких вдохов и выдохов. Это был сверхъестественный артефакт, сила божественного престола Вечности и созидания.

Рыцарь правосудия из нежити не смел быть небрежным. Направив свой огромный меч в воздух, он освободил свои собственные владения. Пурпурно-черный ореол распространился, окутывая его и костяного короля дракона внутри. Два домена яростно столкнулись в воздухе.

«Шипи, шипи …» — большое количество легкого тумана наполнило воздух. Столкновений не было, но казалось, что лед и огонь столкнулись друг с другом. В радиусе километра поднялась пурпурно-черная смесь с золотистым туманом. Было ясно видно, что пурпурно-черный цвет был подавлен многоцветным золотистым светом. С каждой точкой многоцветного золотого света пурпурно-черный свет поглощался по меньшей мере трижды.

Подавление домена.

Столкновение света и тьмы должно было быть равным, не говоря уже о том, что рыцарь правосудия нежити полагался на культивацию, намного превосходящую Лонг Хаочен, однако он никогда не ожидал, что при обстоятельствах их доменного столкновения он будет страдать. Тот факт, что два совершенно противоположных атрибута были подавлены, доказывал только одно: владения Лонг Хаочена были намного выше, чем его владения.

Однако Лонг Хаочен тоже не чувствовал себя хорошо. Даже при том, что домен Бога Света был на гораздо более высоком уровне, чем пробный домен Тьмы противника. Однако, в то же время, его культивация была значительно хуже, чем у его противника. Выше девятой ступени, шаг за шагом. Взращивание рыцаря правосудия только что пробило седьмой ранг девятой ступени не так давно, который был экспертом номер один этого самолета. Хотя его домен был ниже домена бога света относительно уровня. Однако общая сумма была также более чем в три раза сильнее, чем домен Бога Света. Поэтому долго Haochen не имел превосходства в этом полевом столкновении. Кроме того, не забывайте, что под рыцарем суда был король костяного дракона с таким же уровнем культивирования!

-Рев, рев, рев … — костяной Король-Дракон испустил три Рева подряд, испустив три ледяных голубых вздоха одновременно. Однако он не был нацелен на длинный Хаочень. Три вдоха образовали в воздухе треугольник. Ледяной голубой свет вырвался из каждого из них, соединяя опорные точки трех дыханий. И тут же на теле Лонг Хаочена появилось очень холодное ощущение. В середине ледяного синего треугольника появилась темно-синяя черная дыра. Вспыхнул синий огонек. В следующее мгновение темно-синий луч света размером с руку выстрелил в грудь длинного Хаочэня.

Доменные навыки. Это был явно навык владения короля костяных драконов!

На этот раз Лонг Хаочен не осмелился проявить ни малейшей сдержанности. Слой серебристо-белого света, исходящего от его тела, был раскален, и его возвышающаяся аура превратилась в кристаллический столб света, который вырвался из его тела. Вслед за этим, прямо в воздухе, из пылающего белого столба света вырвалось густое разноцветное пламя, быстро уменьшаясь. Когда он вошел в контакт с замороженным синим Лучом навыка владения костяного короля дракона, он уже уменьшился до такой же толщины, как и его противник.

Бум! Небо наполнилось вспышками света,и ледяной голубой треугольник, образованный костяным королем драконов, мгновенно раскололся. Разноцветный свет также распространялся наружу, образуя в воздухе слои радужного блеска.

И в то же самое время, когда появился белый столб света, домен Бога Света Лонг Хаочен мгновенно воспламенился, который постепенно подавлял домен противника. Это сильно потрясло судью рыцаря. У него не было другого выбора, кроме как сделать все возможное, чтобы контролировать свои владения и бороться с ними.

В воздухе появился огромный трон, сияющий белым светом и излучающий сияние девяти цветов. На спинке стула было много миниатюрных рельефов, которые излучали неописуемое чувство красоты. На вершине. Это были Солнце, Луна и звезды. Птицы и звери были посередине, и то, что было прикреплено к сиденьям, было сценами природы.

На подлокотниках двух кресел стояла статуя Святого Дракона и Двенадцатикрылых Ангелов. Как только он появился, Девятицветный ореол мгновенно стал центром внимания. К счастью, немертвые существа внизу были все еще очень далеко, и непосредственно не пострадали. И все же, когда он пришел, этот черно-красный мир, казалось, очистился, и воздух стал намного чище.

Тело Лонга Хаочена плавало перед этим троном, и это был первый раз, когда он активировал силу Божественного трона Вечности и творения. Это было чудесное чувство. Как будто у него был непобедимый покровитель. Каким бы могущественным ни был враг, как только появлялся Божественный трон Вечности и творения, все давление исчезало.

Рыцарь правосудия и король костяных драконов были действительно ошеломлены. Аура, исходящая от Божественного престола Вечности и творения, была просто слишком ужасающей. Все они были немертвыми существами, и их самой главной силой было пламя их собственной души. И в то мгновение, когда появился божественный престол Вечности и творения, пламя их душ сильно задрожало. Даже рыцарь правосудия с такой мощной силой не был исключением. Дрожь в их душах заставляла их хотеть развернуться и бежать, а не сражаться.

Однако бежать они не могли. Остин и Гриффин собирались завершить свою эволюцию. Как только уровень их культивации снова повысится, никто в этом мире не сможет контролировать их. В то же время, основываясь на его привычках, все немертвые существа на сцене, вероятно, не имели бы никакого шанса выжить. Рано или поздно он полностью уничтожит их. А раз так, то он может выложиться по полной.

Лонг Хаочен спокойно сказал: «Бессмертный монарх, я не собирался делать тебя своим врагом. Пока вы уходите и не нарушаете эволюцию Хаоюэ, мы не причиним вреда никому из вас.»

Рыцарь-судья Немертвых существ холодно ответил: «отступление-это то же самое, что и смерть.» Неужели ты думаешь, что сможешь остановить нас с помощью одного лишь сверхъестественного артефакта? Нет, ты ошибаешься. Мы-истинные хозяева земли, которая уже покрыта мраком и огнем. «

С этими словами он медленно поднял пурпурно-черный меч, который держал в руке. На Земле все рыцари страха испустили гневный рев одновременно, и сразу же после этого бесчисленные потоки темной энергии хлынули снизу, атакуя рыцаря правосудия из тела Немертвых существ. Перед лицом давления Божественного престола Вечности и творения была высвобождена сильная воля неукротимой воли. С помощью своих подчиненных он смог стабилизировать свой духовный огонь. С ревом, Король костяных драконов привел Немертвого рыцаря, чтобы начать еще одну атаку на Лонг Хаочен.

Так как он не мог остановить своего противника своими словами, он мог только полагаться на свою собственную силу. Божественный трон Вечности и творения мгновенно превратился в тринадцать шаров белого света, разделенных длинным Хаоченем.

Время, казалось, замедлилось в этот момент, и скорость, с которой рыцарь правосудия Немертвых существ и король костяных драконов продвигались вперед, значительно уменьшилась во время этого странного изменения времени. И это молочно-белое сияние было точно как сотни рек, находящих разные части тела Лонг Хаочена.

Первый белый свет упал на грудь длинного Хаочэня, и сразу же на его груди появился огромный прозрачный драгоценный камень. Это было так, как если бы полный круглый драгоценный камень был разделен на две части, встроенные в его грудь и спину.

Драгоценный камень был почти полфута в диаметре, почти закрывая большую часть груди длинного Хаочэня. Когда мозаика будет завершена. Сразу же сверкающее белое сияние распространилось по окрестностям, превратившись в особый вид металла, покрывающего переднюю и заднюю часть длинного Хао Чэня. То, что появилось на поверхности металла, было узором из Солнца, Луны и звезд, а также бесчисленным количеством странных знаков.

Второй шар белого света упал на голову длинного Хаочэня, превратив ее в сверкающую белую корону. На короне было девять драгоценных камней, сверкающих девятью цветами: красным, оранжевым, желтым, зеленым, зеленым, синим, фиолетовым, черным и белым. Вспыхнули девять цветов, и внутри знати возникла аура абсолютного господства.

Корона императора связала длинные золотистые волосы Хаочэня на затылке, и в тот момент, когда он приземлился на голову длинного Хаочэня, сверкающая белая маска была помещена на его голове спереди. Когда маска спала, тело Лонг Хаочэня сразу же наполнилось бесконечным достоинством.

Третий и четвертый шары белого света приземлились на плечи длинного Хаочэня, и искрящееся белое свечение распространилось, образуя идеальное ожерелье для его нагрудной брони. Левая наплечная броня представляла собой огромную голову дракона, а правая-Двенадцатикрылую статую ангела. Это был явно подлокотник Божественного трона Вечности и творения.

Сверкающая белая броня тянулась до самых его рук, полностью закрывая обе руки длинного Хаочэня. На нем был выгравирован прекрасный узор из бесчисленных живых существ. Там было слишком много видов живых существ. Если не смотреть внимательно, то невозможно будет ясно увидеть узоры. Можно было только чувствовать их благородство и великолепие.

Пятый шар белого света приземлился на пояс длинного Хаочэня, и доспехи на его поясе были в форме рыбьей чешуи. На каждой чешуйке был выгравирован узор, похожий на какое-то растение. Поясной доспех расправлялся вниз, образуя складчатое боевое платье. Боевая форма, казалось, была свернута с изображением Божественного Дракона,превращаясь в белый ореол света, когда он закручивался вокруг.

Шестой и седьмой сгустки света приземлились на его ноги, полностью закрывая ноги и ступни длинного Хаочэня.

В этот момент все тело Лонг Хао Чэня было полностью окутано этой вечной броней. Восьмой и девятый сгустки света накрыли вечную карту, прежде чем упасть ему на спину.

Первоначальные шесть золотых крыльев Лонг Хаочена исчезли, чтобы быть замененными парой огромных белых крыльев. Эта пара крыльев была даже больше, чем предыдущие три команды вместе взятые, полностью покрывая длинную спину Хаочэня. Даже когда он складывал крылья, он держал голову высоко над собой.

Десятый шар света упал в руки длинного Хаочена. Он превратился в огромный светящийся белый меч. Конструкция большого меча была очень проста и ничем не украшена. Там даже не было никаких узоров. Однако, на его сверкающем белом теле, была вспышка девяти цветов!

Это было единственное оружие, которое Божественный трон Вечности и творения дал Лонг Хаочен, Вечный меч.

Последние три куска белого света ударили в огромный драгоценный камень, защищающий грудь Лонг Хаочена, прежде чем отскочить назад. Во время отскока только один шар белого света оставался светящимся белым, в то время как другие два шара были разделены на семь цветов и нефритово-зеленый. Эти три шара света были точно такими же верными стражами, которые кружили вокруг тела Лонг Хаочэня, двигаясь взад и вперед.

Весь этот процесс казался сложным, но на самом деле он был завершен в течение нескольких вдохов и выдохов. Это был сверхъестественный артефакт, сила божественного престола Вечности и созидания.

Божественный престол Вечности и творения преобразился в вечную броню, покрывающую все его тело. Лонг Хаочен чувствовал, как будто он действительно достиг уровня, описанного наследником света Elux, захватывая Солнце, Луну и звезды!

Вечный меч в его руке взметнулся перед ним, и чудовищный замысел меча, казалось, материализовался в воздухе.

— Лязг!»

С резким звуком Вечный меч преградил путь пурпурно-черному великому мечу, принадлежавшему рыцарю правосудия нежити.

Угольно-черный туман образовал самого злобного демона, безумно поглотившего длинный Хаочень. Вспыхнули девять разноцветных огоньков, ударившись о Черный туман и мгновенно разбив его вдребезги.

Длинный Хаохен потряс его за руку, посылая неиссякаемую силу, чтобы отбросить рыцаря правосудия верхом на костяном короле-драконе на сотню метров назад. В то же время, элементальная сущность тьмы в воздухе слилась с длинным Хаочен на большой скорости. Пройдя через эти девять цветных ореолов, он превратился в чистую элементальную эссенцию, слившуюся в теле Лонг Хаочена.

Держась за вечность, человек имел целый мир. Лонг Хаочен не знал, до какого уровня дошли его собственные силы. Он мог только чувствовать, что владения Бога Света полностью слились с Вечным царством, и он, казалось, был способен управлять бесконечным потоком силы.

Это был первый раз, когда он использовал Божественный престол Вечности и Творения, и бесчисленные переживания продолжали появляться в его сердце. Бесчисленные куски информации от Божественного престола вошли в его душу, которую он продолжал получать и впитывать. Таким образом, он не взял на себя инициативу атаковать рыцаря правосудия.

Рыцарь суда был немного встревожен, сила сверх-божественного оборудования была больше, чем он ожидал. Культивация Лонг Хаочена была явно намного ниже его, но при этом обмене он не получил ни малейшего преимущества.

Он и костяной Король-Дракон взревели одновременно. Снова напав на Лонг Хаочен, он начал тотальную атаку.

Вечный меч в руке Лонга Хаочэна взлетел вверх и опустился, как будто он совершал неспешную прогулку, неустанно отражая атаки этих двух бессмертных императоров. Они могли атаковать, как им заблагорассудится. Длинный Хаочень все еще плавал там. Девять цветных лучей меча открывались и закрывались, блокируя снова и снова атаки противника.

В то же время долгое время Хаочэнь стабилизировал ситуацию, бои других сторон были уже в самом разгаре.

Тот, кого искал Цай Эр, был иллюзорной фигурой, чье тело было полностью черным, что делало невозможным разглядеть черты его лица. Это было потому, что она чувствовала, что власть теневого императора была необычайной. Это было даже более страшно, чем Король-Лич.

Действительно, как только она встретилась с теневым императором, произошел несчастный случай.

Со вспышкой серпа бога смерти, Цай Ир был подобен молнии, уклоняющейся от противника. Однако она была потрясена, обнаружив, что ее Серп Бога Смерти не попал в настоящее тело, а, казалось, пролетел по воздуху. Когда она обернулась, то увидела только, что теневой император был уже менее чем в ста метрах от развивающегося Хаоюэ.

Не хороший. Цай Эр был сильно шокирован. Мощный белый свет вырвался из ее тела, охватывая тысячу метров в одно мгновение. Он образовал белую завесу света, преграждая путь теневому императору.

Однако теневому императору, казалось, было все равно, и он устремился прямо к очищающему свету. Но на этот раз ему это не удалось.

При виде его черной фигуры, столкнувшейся с очищающим светом, раздался скорбный свист души, и тело теневого императора отскочило еще быстрее, чем прежде.

Цай Эр холодно фыркнул, думая, что если противник может избежать воздействия ее физической атаки, он все еще хочет избежать воздействия очищающего света?

Что же касается битвы с нежитью, то никто так не подходил к ее силе, как Цай Эр. Самой сильной способностью наследства от Бога Смерти было очищение нежити! Хотя культивация теневого императора была чрезвычайно высока. Однако из-за своей беспечности его душа все же была сожжена очищающим светом.

В то же самое время Цай Эр подняла левую руку, и со вспышкой золотого света на ее ладони появилась маленькая Золотая пагода с семью полами.

Вспышки различных цветов света были выпущены из пагоды, быстро летящей к Хаоюэ на земле, в то время как серп Бога Смерти в руке Цай Эра превратился в десять тысяч фигур света в воздухе.

Из башни вечности вылетело в общей сложности двенадцать струящихся огней, и когда они приземлились на землю, они случайно образовали круг, защищая Хаоюэ. Разве не они были теми двенадцатью святыми стражами, которые много раз испытывали яркие лучи солнечного света в башне вечности?

Отпрыск светлого потока покинул Цай Эр не только с этим божественным снаряжением башни Вечности, но и с двенадцатью святыми стражами, которые сражались с ним на поле боя в прошлом и внесли бесчисленный вклад. Однако, поскольку башня вечности была опущена с края сверх-божественного оборудования до уровня божественного, сила этих двенадцати святых стражей была в определенной степени ослаблена. Они были электростанциями девятого уровня, но только в начале девятого уровня. Но даже так, у них все равно двенадцать электростанций девятого уровня с тысячелетним боевым опытом!

Во время Великой битвы в храме, если бы ей не разрешили использовать оружие, Цай Эр была бы непобедима против всех противников, даже если бы она полагалась только на башню вечности. Конечно, после обретения Божественного престола Вечности и творения, сила группы Лонг Хаочен уже была несравнима с другими командами.

Двенадцать святых стражей обладали тысячелетним боевым опытом. С ними, охраняющими Хаоюэ, даже если бы эти императоры прорвались через печать охотящегося на демонов отделения света, они не смогли бы непосредственно повредить Хаоюэ.

Ян Вэньчжао и Дуань и стояли на самом близком к Хаою месте, и, увидев великую битву в небе, оба были ослеплены. В частности, в тот момент, когда появился божественный престол Вечности и творения, потрясение в их сердцах достигло своего пика. До сих пор Ян Вэньчжао отказывался от всякой мысли сравнивать Лонг Хаочэнь с ним, потому что он знал, что даже если бы он заплатил всю свою жизнь за подготовку и обучение, он не смог бы догнать Лонг Хаочэнь.

Сила теневого императора была действительно так велика, как и ожидал Кай Эр. После того, как его душа была ранена, он быстро стабилизировал свое положение. Из его тела потекли серые струйки воздуха. Даже когда они встречались с очищающим светом, они не рассеивались. Вместо этого площадь, которую они покрывали, становилась все больше и больше. Они образовали поле битвы между Цай Эром и им.

Темная и холодная аура напала на Кая Эра, который держал Серп Бога Смерти, но не действовал опрометчиво. Очищающий домен продолжал распространяться, но не слишком далеко. Его диаметр составлял всего двадцать метров. С таким расстоянием в качестве буфера, независимо от того, с какой стороны на нее нападет теневой Император, она все равно сможет вовремя среагировать.

Внезапно по его спине пробежал холодок. Цай Эр почти мгновенно повернулся без колебаний, Серп Бога Смерти нес с собой резкий и холодный блеск молнии. Это были семь искусств Бога Смерти, смертельный Серп смерти.

— Динь … — с резким звуком тело теневого императора вспыхнуло и исчезло. Серый блеск, окружавший его тело, фактически блокировал очищающий свет Цай эра, но он также недолго оставался в очищающей области, отступая сразу же после своей атаки.

Глаза Цай Ир сузились. Она знала, что встретила беспрецедентного врага. Как убийца, она попала в засаду и была атакована теневым императором. Но у нее не было другого выбора. С точки зрения способности скрывать она была намного ниже его.

Возможно, владения теневого императора и не имели никакого отношения к его атакам, но это оказало огромное влияние на его способность скрываться и усиливать сопротивление. Иначе он не смог бы блокировать очищающий свет. Однако, с точки зрения физической и умственной силы, Цай Эр, этот император теней был нежитью, несмотря ни на что. Пока это была нежить, не было никого, кто не был бы подавлен очищающим светом. Его противник, возможно, и смог бы защититься от очищающего света в течение короткого периода времени, но после долгого времени, он все еще не мог сопротивляться. В противном случае, обладая силой теневого императора, он бы уже давно предпочел встретиться с ним лицом к лицу вместо того, чтобы участвовать в битве.

Вы хотите использовать всю мою духовную энергию? В уголке ее рта появилась холодная улыбка Цай Эр. Хотя ее культивация была намного хуже, чем у Лонг Хаочена, способность к восстановлению очищающего домена ни в коей мере не уступала владениям Бога Света Лонг Хаочена. В этом месте, полном нежити, очищающий свет всегда очищал ауру смерти.

В этот самый момент сбоку внезапно появился холодок, и серп Бога Смерти Каи Эра был снова запущен.

Раздался еще один резкий звук «Динь». На этот раз тело Цай Ир сильно задрожало, и ее цвет лица изменился.

Сила атаки теневого императора была очень сильна, и даже с серпом Бога Смерти в руке, Кай Эр был сильно потрясен. Более того, она могла обнаружить его только тогда, когда ее противник был рядом с ней. Она была, без сомнения, очень пассивна. У теневого императора не было основного тела, и только казалось, что он существует в форме души. Это привело к тому, что его физические атаки не оказывали на него никакого воздействия. Если бы она продолжала пассивно подвергаться нападкам, положение Кай’Эр становилось бы все более невыгодным, потому что она была бы в состоянии избежать невыгодного положения, если бы она полагалась на семь искусств Бога Смерти, чтобы столкнуться со своим противником. Можно себе представить, сколько из семи искусств Бога Смерти было поглощено.

Точно так же, как Лонг Хаочен против рыцаря правосудия Немертвых существ и короля костяного Дракона, Цай Эр был в тупике. Единственная разница заключалась в том, что Лонг Хаочэнь подавлял своего противника, в то время как Цай Эр был подавлен с другой стороны.

Цай Эр искал теневого императора, а Йатинг-императора-призрака. У обоих императоров было нечто общее, а именно то, что у них не было физического тела. Именно с ними двумя было труднее всего иметь дело, за исключением рыцаря правосудия нежити.

Меч короля был уже не один, а целая тысяча. Он соединился в воздухе и непрерывно блокировал путь бегства призрака императора.

Способность светлого атрибута Yating унаследовала чистоту родословной Long Haochen. Хотя император-призрак был могущественен, его наступательная мощь в основном отражалась на его душе. Как эльфийский Король света, душа Йатинга была чрезвычайно стабильна. И более того, тело текущей королевы Луны не было ее собственным. Поэтому, когда она была феей светлых элементов, она также приняла форму души. После слияния двух мечей у нее появилась возможность укрепить свою душу. Можно сказать, что он прекрасно противостоял нападению императора-призрака.

Таким образом, Йятинг полностью подавила своего противника, и Император призраков тоже попытался прорваться. Но под ударом Королевского меча он совершенно не мог приблизиться к телу Йатинга. Он мог только непрерывно уворачиваться. Он действительно был в плачевном состоянии.

Тем не менее, надо сказать, что на поле боя, кроме Лонг Хаочена и Йатинга, которые одержали верх, силовые установки отряда по охоте на демонов были подавлены в разной степени во всех аспектах.

Чэнь Ин’Эр столкнулся лицом к лицу с Королем-Личом. Они все были хороши в призыве. С точки зрения домена, домен Бога-зверя Чэнь Иня был неспособен подавить своего противника, но он был в состоянии усилить ее призывающие существа. Но Немертвое существо, вызванное Королем-Личом, по своему рангу превосходило ее вызывающий объект.

Пространство, которое они занимали во время битвы, было также самым большим. Со стороны Чэнь Ин’Эр, через усиление ее владений, она призвала тридцать шесть магических зверей девятой ступени, чтобы напасть на Короля-Лича, в то время как Король-лич не проявлял никаких признаков ослабления. Воспользовавшись абсолютным преимуществом Легиона Бонг дракона, она подавила численное превосходство Чэнь Ин’Ер.

Рядом с Чэнь Инем непрерывно вращались, сверкая, шесть оранжево-красных хрустальных шаров эпического класса. Более сотни духовных ядер на ее духовном одеянии Святого сияли еще более ярко, помогая ей восстановить свою духовную энергию.

Она должна была завершить призыв второй группы, прежде чем Легион костяного Дракона сможет победить ее призыв. Король-Лич тоже не сидел сложа руки, начав серию атакующих заклинаний на Чэнь Ин’Ер. Все они были заблокированы дьявольским драконом, в которого превратился Макдалл.

Хотя на ней было божественное снаряжение, разрыв между ними был слишком велик. Можно было предвидеть, что со временем Чэнь Инь будет определенно побежден Королем-Личом.

Положение Ван Юаньюаня было не намного лучше, чем у Чэнь Инь, а ее противником был тот самый император-скелет.

В начале битвы император скелетов достал огромный черный костяной клинок, полагаясь на абсолютное преимущество своего тела, чтобы начать яростную атаку против Ван Юаньюаня.

Гигантский щит Божественной Души в левой руке Ван Юаньюаня и кровавая Буря в правой, она использовала всю свою силу, чтобы сопротивляться. Однако ее по-прежнему понемногу отталкивали назад. Император-скелет был слишком силен. При каждом обстреле Ван Юаньюань отступал на несколько шагов в воздух. Ее область крови была компенсирована областью пожирания души ее противника. Эти двое полностью столкнулись в силе. Если бы не тот факт, что гигантский Божественный духовный щит достиг уровня бессмертной степени после того, как был встроен в пространственный Кристалл, и запустил несколько мощных атак, Ван Юаньюань, вероятно, не смог бы противостоять им. Тем не менее, ей все еще приходилось время от времени использовать духовную печь пространственных Врат, чтобы изменить свое положение, прежде чем она сможет заставить императора скелетов двигаться. Она не позволит ему приблизиться к Хаою.

— Бах!»Громкий взрыв сопровождался сильной вспышкой пурпурной молнии, осветившей все поле боя фиолетовым оттенком.

Эти ужасные молнии вырвались из гигантского шара света Сима Сианя. Держа гигантский шар света в обеих руках, он прижал огромный металлический шар к своей груди. Через усиление гигантского шара света наступательная сила грома, манипулирующего духовной печью, возросла до чрезвычайно ужасающей степени.

В сотне метров от него отвратительный император, чье тело было покрыто белой плотью, смотрел вниз на свою собственную грудь. В центре его груди виднелась черная ожоговая рана диаметром в несколько метров. Он мог даже заглянуть глубже внутрь своих органов.

— Рев, рев, рев!— Омерзительный император ударил его левой рукой в грудь, в то время как правая рука была в контакте с его грудью. Огромный ржавый железный крюк был выброшен, и алый блеск протянулся от цепи позади крюка до самой передней части цепи, преследуя Симу Сиань.

Его стук в грудь был не совсем бесполезен. Он ясно видел, что из раны было выжато большое количество отвратительного желтого жира, полностью скрывающего рану и заживляющего ее с пугающей скоростью.

«Какого черта! Это было слишком невыгодно.— Сима Сиань была сейчас очень подавлена. Причина, по которой он отправился на поиски отвратительного императора, заключалась в том, что этот парень казался достаточно большим, так что он должен быть достаточно хорош, чтобы сражаться. Но кто бы мог подумать, что он столкнется с металлической пластиной? Оборонительная мощь этого отвратительного императора была чрезвычайно устрашающей. Гигантский шар света Сима Сианя падал на него несколько раз. Эффект дробления и тройного подрыва оказывал крайне ограниченное воздействие на его организм. Даже если бы он был избит до полусмерти, его тело было бы в состоянии восстановить себя в очень короткие периоды времени.

Сима Сянь только что использовала громовую духовую печь для манипуляций, и хотя ущерб был немного больше, все же этого было недостаточно, чтобы нанести тяжелый урон отвратительному императору.

Что вызывало у Симы Сианя наибольшее отвращение, так это огромный крюк отвратительного императора. Думая, что император был огромным в размерах, он был чрезвычайно ловок в управлении металлическим крюком. Особенно для красного свечения на металлическом крючке, как только он коснется, это немедленно произведет эффект, подобный энергетическому шару света. Даже если бы кто-то захотел бежать, это было бы трудно. Если бы не тот факт, что оборудование Сима Сианя имело некоторые специальные эффекты, он бы уже давно понес большие потери.

Увидев, что железный крюк снова замахнулся на него, Сима Сянь сердито фыркнул, глядя в небо с доблестным выражением на лице. Гигантский шар света в его руке пронесся горизонтально, прямо столкнувшись с ним. Он тоже был в ярости.

Два дальнобойных орудия столкнулись в воздухе, создавая бесчисленные искры. Будь то размер или вес, но гигантский шар света не имел ни малейшего преимущества. Однако он уже достиг эпического уровня. Власть, которой он обладал, была несравнима с мерзостью гнусного императорского крюка.

Один за другим раздавались взрывы, и в конце концов металлический крюк все еще был отбит в сторону. Сима Сиань захлопал крыльями за спиной, взлетая еще выше, когда он сердито посмотрел на отвратительного императора. — просто он старше меня.— А оружие было большое? «Тогда я посоревнуюсь с тобой и посмотрю, кому достанется больше.»

Как только он сказал это, Сима Сянь бросила гигантский шар света в его руке вверх. Странное золотое сияние исходило из сердцевины гигантского шара света. Этот вид золотистого света на самом деле мерцал слабой радугой цветов. Бессмертие? Гигантский шар света действительно поднялся до уровня неумирающего оборудования?

В то же самое время, тело Симы Сиань сияло на свету. От толчка его тело мгновенно распухло, и в мгновение ока он достиг высоты ста метров, почти на одном уровне с отвратительным императором. Самое страшное было то, что размер его гигантского светового шара тоже быстро увеличивался. Диаметр его был, по-видимому, около пятидесяти метров.

Омерзительный император посмотрел на Симу Сиань, на крючок в его руке, и не смог удержаться от непонимающего взгляда. Почувствовав опасность, пара маленьких глаз яростно сверкнула, и темно-зеленый туман вырвался из его тела, быстро покрывая Симу Сиань. Это был уникальный для него домен упадка, и он был лучшим в групповых сражениях. Эксперты по любому признаку были бы разрушены этой чумой. Чем дольше это продолжалось, тем сильнее была эрозия.

Глаза Симы Сиань загорелись, но он не стал избегать чумного царства. Сделав шаг вперед, он накрыл голову гигантским шаром света и направил его на отвратительного императора.

В операционном центре отряда охотников на демонов Лонг Хаочен приобрел две драгоценные пилюли, которые могли бы помочь энергетическим домам девятой ступени сконденсировать их домены. Один был отдан Симе Сиань, а другой-Линь синюю. Линь Синь уже завершил свои владения Святого Солнца, и с помощью своего маленького белого цветка, оружие Сима Сианя не только улучшилось по качеству, но и обрело свои собственные владения. Точнее говоря, это было доменное оружие, так же как и Лонг-Йейтинг.

Он слишком любил свой гигантский шар света, и поэтому его владения полностью соответствовали его собственным мыслям по мере развития. Его тело быстро расширялось, увеличивая его силу и защиту, а также силу гигантского шара света. Лысый жрец Сима Сиань просто принял форму человекоподобного зловещего оружия. Были и недостатки, которые препятствовали дальним атакам. Неспособный использовать какие-либо навыки, уровень потребления духовной энергии был чрезвычайно высок.

Два колосса нагло схлестнулись там, участвуя в простейших и наиболее прямых физических сражениях. Это было столкновение плоти и крови. Время от времени он даже видел, как расплескивается жир отвратительного императора. На всем поле боя это сражение можно было считать экстраординарным.

С одной стороны, их тела столкнулись, а с другой стороны, между Линь синем и подземным демоном-пауком императором, была битва между магией и ними.

[Проклятие святого Солнца] висело высоко над его головой, и два неумирающих снаряжения Линь Синя ярко сияли. Неугасимый огонь дракона продолжал указывать вперед, и на [проклятие святого Солнца] постоянно испускалось тираническое голубое пламя, направленное на подземного демона-паука императора.

После изучения [проклятия Святого Солнца], Линь Синь был для него как тигр в Крыльях. В частности, область, которую он освоил, была основана на [проклятии Святого Солнца], поднимая это абсолютное искусство на беспрецедентный уровень.

Культивирование подземного демона-паука императора также превысило 300 000 духовных энергий, и его мощное заклинание яда нежити было чрезвычайно мощным. Но, к сожалению, пламя имело определенную степень сдержанности против нежити, и удобный блестящий Святой Огонь также имел световой эффект. Эти две стороны были фактически равны друг другу. И кроме того, Линь Синь, казалось, имел преимущество. В этом черно-красном мире скорость восстановления Линь Синя была очень быстрой. Он не заботился о потреблении всей своей силы в его безумных атаках, которые заставляли подземного демона-паука-императора быть в взволнованном состоянии.

Носящий Божественный трон страха и печали, Божественный трон страха и печали, Хань Юй был одет в темно-зеленые божественные доспехи, покрывающие все его тело. Его оружием был только щит, и на темно-зеленом щите было два рисунка: с одной стороны-демон страха, а с другой-Скорбный ангел.

Его противником был император-зомби. Движения императора зомби были обратно пропорциональны его жесткому телу, быстро, как молния. Но как бы он ни двигался, Хань Юй всегда успевал остановить его. Каждый раз, когда атака императора зомби приземлялась на этот тяжелый щит страха и печали, его духовное пламя сильно дрожало. Естественно, его тело было вялым. После этого Хань Юй немедленно отбросит его в сторону. Хань Юй также не взял на себя инициативу атаковать, только взяв твердую защиту, оставив императора зомби полностью в недоумении относительно того, что делать.

Нося Божественный трон мудрости и духа, обладая титулом рыцаря учения храма и Божественного рыцаря наследования, Чжан Фанфан делал то же самое на поле боя, что и Хань Ю. Оба они были чрезвычайно стойкими рыцарями. Божественный престол мудрости и духа дал ему молот и круглый щит. Каждый раз, когда боевым молотом размахивали, высвобождалась чрезвычайно интенсивная вспышка световой сущности. Этот взрыв был даже более мощным, чем гигантский шар света. Атаки императора адского огня были столь же мощными, но он ничего не мог сделать под надежной защитой Чжан Фанфана.

С полей сражений Хань Юй и Чжан Фанфан можно было видеть, насколько Божественные Престолы увеличивали силу рыцарей. Независимо от того, был ли это император зомби или император адского огня, их культивация составляла по меньшей мере 300 000 единиц внутренней духовной энергии. Кроме того, все они были специалистами, специализирующимися на ближнем бою. Но перед двумя божественными рыцарями они не могли сделать ни одного шага вперед.

Ситуация была едва ли в состоянии поддерживать равновесие, но как только в этой ситуации появился разрыв, это, вероятно, было полным поражением. Особенно это касалось членов отряда охотников на демонов света. В конце концов, они сражались на чужой территории. Вдалеке большое количество нежити жадно следило за ними.

После того, как рыцарь правосудия Немертвых существ и берсерковые атаки короля костяных драконов были бесплодны, они отказались от своих атак. Глядя на длинного Хаочэня, все тело которого было покрыто белой броней, они не могли не чувствовать себя беспомощными.

Как самый сильный император этого плана, император-Судия управлял всем на протяжении последних тысяч лет. Культивирование этого источника энергии из другого мира не могло сравниться с его собственным, но его светлая духовная энергия была ужасающе чистой. Даже он, энергетик седьмого ранга девятой ступени, не видел предела.

Долгое время Хаохэнь спокойно воспринимал многочисленные усиления, принесенные ему Божественным Престолом Вечности и творения, в то время как его восприятие охватывало весь стадион. Он ясно чувствовал каждую перемену на поле боя.

Нося вечные доспехи, и Рыцарь суда, и костяной Король-Дракон больше не могли оказывать на него никакого давления. Но и долго Хаохену было нелегко победить их. Базы культивирования этих двух тиранов были близки к миллиону единиц духовной энергии, и их сила была чрезвычайно огромной. Более того, они не должны были делать все возможное. Целью Лонг Хаочэня было только сохранить эволюцию Хаоюэ нетронутой, а не рисковать своей жизнью против этих императоров. Поэтому лучшим выбором было сохранить свои силы и позволить критическому моменту вырваться наружу.

У него тоже был уникальный навык, который еще не был использован, и сейчас было не время его использовать. После достижения девятой ступени в развитии, его товарищи по команде не прошли достаточно закалку. Эта битва не на жизнь, а на смерть перед ним была намного лучше, чем та, что произошла в великом сражении в храме. В то же время это позволит им слиться со своим новым оборудованием. Поэтому Лонг Хаочен не спешил выкладываться до конца. Это было существование, которое разделяло жизненную силу Как области мгновенной вспышки, так и души, разделяющей цепи. Он не боялся, что его товарищи действительно окажутся в опасности.

Хаоюэ спокойно полз по склону холма. В это время казалось, что вся жизненная сила в его теле исчезла. Аметистовые чешуйки утратили свой прежний блеск и только молча лежали там.

Ян Вэньчжао и Дуань и были ближе всех к Хаою, и они внимательно следили за его изменениями. Хотя эти двое еще не пробились на девятую ступень развития, они все еще были локомотивами молодого поколения храма рыцарей. Когда их глаза остановились на Haoyue, они испытали неописуемое чувство страха.

Хаоюэ казался спокойным, как будто черная дыра постепенно формировалась. Ян Вэньчжао однажды попытался использовать свое восприятие, чтобы исследовать состояние Хаоюэ. Однако он только начал, когда понял, что его душа, казалось, вот-вот будет высосана. Он был так напуган, что поспешно отказался от своего восприятия. Он не осмеливался продолжать расследование.

Беззвучный и неподвижный хаоюэ заставлял Ян Вэньчжао и Дуань и нести тяжелую ответственность. Никто не знал, как долго продлится эта битва. Прежде чем Хаоюэ завершит свою эволюцию, битва продолжится. В то же время им обоим было очень стыдно. Независимо от того, как они хотят, чтобы они могли появиться в небе на поле боя и бороться против императора нежити! Однако их сил было далеко не достаточно.

Огонь Души в глазах рыцаря правосудия постоянно мерцал, источая холодную ауру. После того, как их атаки прекратились, его инерция медленно увеличивалась. Лонг Хаочен чувствовал, что в следующий раз, когда он использует всю свою силу, он будет еще более свирепым, чем раньше.

Рыцарь возмездия ждал, ждал, когда на стороне отряда охотников на демонов света появится отверстие. До тех пор, пока один из них будет нарушен, они будут иметь преимущество во всех аспектах. Хотя Лонг Хаочен полагался на свое сверх-божественное снаряжение, чтобы блокировать его, Рыцарь суда был полностью уверен в своей собственной силе. Это был решающий момент. Даже если он не сможет победить Лонг Хаочена, он все равно сможет сдержать своего противника. Среди этих электростанций из других миров единственной реальной угрозой, по его мнению, был Лонг Хаочен.

Оказалось, как и ожидал судья Найт, что изъян появился.

Это был Ван Юаньюань.

Атаки императора-скелета были чрезвычайно свирепыми, и его огромное тело ни в малейшей степени не влияло на его движения. Черный костяной клинок продолжал испускать в воздухе черные молнии, атакуя Ван Юаньюаня.

Сама Ван Юаньюань также была хороша в атаке, а не в защите. Поэтому, она выпустила свой домен крови в то же самое время. Она могла только сопротивляться.

— Треск!— Черный костяной клинок превратился в Черную молнию в воздухе, сильно ударив в Ван Юаньюаня. Ван Юаньюань не осмелился использовать относительно слабый шторм крови, чтобы сопротивляться. Гигантский щит Божественной Души в ее левой руке взметнулся и мгновенно столкнулся с черным костяным лезвием.

С семью пространственными кристаллами, встроенными в него, гигантский Божественный духовный щит уже был способен показать свою полную мощь. Он был способен вызвать слой пространственной турбулентности, чтобы блокировать атаки противника.

Однако на этот раз все было по-другому. Нападение императора-скелета было явно спланировано заранее. В тот момент, когда его черное костяное лезвие было выброшено гигантской Божественной душой

Щит, костяной клинок вдруг стал иллюзорным. Он сверкнул три раза со скоростью, которую трудно было разглядеть невооруженным глазом, и еще раз яростно ударил тремя клинками по гигантскому Божественному духовному щиту.

Со сдавленным стоном Ван Юаньюань больше не мог выносить ужасающей силы этого нападения. Все ее тело было рассечено в воздухе, падая на землю.

Император скелетов не пощадил ее, и со вспышкой молнии он догнал Ван Юаньюаня в воздухе. Толстый слой черного цвета мгновенно поднялся с его ног, Прежде чем полностью сосредоточиться на костяном лезвии. В этот момент цвет его первоначально темных костей, казалось,немного поблек. Только костяной клинок излучал цвет бездны.

В этот момент левая рука Ван Юаньюаня сильно болела, а ее жизненная энергия и кровь бурлили внутри нее. Очевидно, император-скелет очень долго ждал этой возможности. В то же самое время, как он хранил свою силу на костяном лезвии, его домен был полностью активирован, и он не колеблясь использовал большое количество духовной энергии, чтобы запереть Ван Юаньюань, делая время открытия ее духовной печи пространства вялым. Таким образом, у Ван Юаньюаня не было другого выбора, кроме как блокировать атаку в лоб.

Ван Юаньюань стиснула зубы, ее сердце наполнилось неохотой. Она знала, что, несмотря ни на что, она не сможет блокировать эту атаку. Хотя Лонг Хаочен определенно спасет ее, она не будет удовлетворена, если на ее пути появится брешь.

Черный как смоль костяной клинок бесшумно пронесся в воздухе, как призрак, и прямо в это время золотая фигура внезапно появилась перед Ван Юаньюанем без всякого предупреждения. Тут же вспыхнула сильная аура света. Двенадцать молний злобно обрушились на черное костяное лезвие.

Бах! В руке золотой фигуры был массивный золотой щит легендарного уровня. После того, как его атаковали двенадцать стрел золотой молнии, он заблокировал падающий костяной клинок. Интенсивный золотистый свет вспыхнул вокруг него, и костяной клинок был отбит в сторону. Однако гигантский щит в руках золотой фигуры был разорван вдребезги. Часть легендарного оборудования была повреждена именно так.

Эта золотая фигура была аватаром второй духовной печи жизни Чжан Фанфана!

Выйдя на поле боя, Чжан Фанфан внимательно следил за действиями Ван Юаньюаня и с помощью божественного трона блокировал неприступную оборону противника. Он уже давно видел, в какой опасности находится Ван Юаньюань. В этот критический момент он решительно взялся за дело. Он отпустил своего клона, который нес его бывший гигантский щит, и бросился вперед. Эти двенадцать столпов Света собирались и высвобождали свою силу в течение долгого времени. Это случилось, чтобы спасти Ван Юаньюань.

«Yuanyuan，Хранение Мощности.— Голос Чжан Фанфан раздался в ее ухе, и этот двойник, сверкнув золотым светом, нагло бросился на короля скелетов. Она использовала всю свою силу, чтобы начать контратаку на него.

Вместе с подъемом его культивирования, духовная плита эволюционировала, и вторая духовная плита Zhang Fangfang достигла своего пика. Сейчас его двойник составлял по меньшей мере девяносто процентов от всей базы культивирования. Он был в состоянии поддерживать его в течение четырех часов. В то же время он мог носить и другое снаряжение. Просто он не мог унаследовать способность Чжан Фанфан оборудовать свое собственное оборудование.

Однако доппельгангер все же был доппельгангером, и Чжан Фанфан пришлось отвлечься, чтобы контролировать его. Блокировать атаки императора адского огня было слишком большой натяжкой. Но он в основном сосредоточился на обороне. Он не стремился к успеху, но не мог ошибиться, и в конце концов наверстал упущенное со стороны Ван Юаньюаня.

Время, проведенное Ван Юаньюань и Чжан Фанфан вместе, было недолгим, и они сразу поняли, что он имел в виду. Вместо того, чтобы атаковать вместе с этим двойником, они сосредоточились на восстановлении духовной энергии, одновременно поднимая гигантскую Божественную душу

Щит у них в руках высоко в воздухе.

Серебристо-белое сияние начало распространяться от ног Ван Юаньюаня, медленно поднимаясь вверх и зажигая слой серебристо-белого пламени по всему ее телу. Еще более странным было то, что ее глаза были на самом деле кроваво-красными, и они блестели кровавым светом, как два Рубина. Окруженный серебристо-белым ореолом, он выглядел еще более свирепым.

У Ван Юаньюаня было прозвище «Кровавая богиня войны», как это можно было назвать бесполезным? После огромной потери, понесенной от рук императора-скелета, непоколебимый боевой дух в ее сердце воспламенился.

Серебристо-белая пространственная духовная энергия становилась все более интенсивной, и Ван Юаньюань вдруг испустила пронзительный крик, перед ее глазами мгновенно вспыхнули, превратившись в два луча кровавого света, которые взмыли к небу.

В небе открылась серебряная дверь Света, освещенная кровавым светом. Сразу же десятки тысяч лучей серебряного света вырвались из тела Ван Юаньюаня.

Интенсивные пространственные колебания заставили все вокруг Ван Юаньюаня выглядеть искаженным, и только два кроваво-красных огонька рассеялись, когда они соприкоснулись с серебряными космическими воротами, превратившись в кроваво-красный барьер, который упал с неба.

Ван Юаньюань внезапно топнула правой ногой по земле, испустив еще более сильный крик. Гигантский щит Божественной Души в ее левой руке был поднят, и тонкий слой кроваво-красных прожилок покрывал огромный щит.

— Бум!»

Огромный столб серебристого света взмыл в небо, пожирая серебряную дверь Света, которая открылась в воздухе. Искаженные пространственные флуктуации заставили всех на поле боя вздрогнуть, когда они все одновременно посмотрели в сторону пространственных флуктуаций.

Серебряный свет постепенно ослабевал, и в нем неосознанно появилась огромная фигура. Эта фигура была по меньшей мере десяти метров ростом, и все ее тело было облачено в серебряные доспехи. Снаружи доспеха была окровавленная аура, а не серебряный блеск.

Чтобы спасти Лонг Хаочэнь, находящуюся в башне вечности, Ван Юаньюань использовала свой духовный взрыв, чтобы воспламенить свою пространственную атрибутивную духовную энергию, завершив таким образом технику Нисхождения Бога на гигантскую Божественную душу и победив святую стражу одним ударом. Она чуть не погибла в той битве, но осталась жива из-за Чжан Фанфан.