Глава 1: Воин-Романтик

Глава 1: Воин-Романтик

Такэда Кэйдзи
Третий год обучения, класс "F"

1.

И стория с Бугипопом очень изменила меня. Я до сих пор не могу разобраться в своих чувствах.
Его уже нет, но я не знаю, легче мне от этого или наоборот.
Он был таким… необыкновенным.
В жизни не встречал такого странного семнадцатилетнего подростка. И очень сомневаюсь, что ещё когда-нибудь встречу.
После всего, что случилось, он превратился в настоящего героя.
По телевизору такие люди выглядят смешно. Но если вы ввязываетесь в подобную историю, будьте готовы к крупным неприятностям. В моём случае нельзя точно сказать, у кого они были.
Я никогда не видел, чтобы он улыбался.
Он всегда мрачно смотрел на меня и говорил что-нибудь угнетающее, вроде "Такэда-кун, у этого мира множество недостатков". Этими неприятными речами с очень милым лицом он заставлял моё сердце биться чаще.
Но Бугипоп исчез.
Я никогда не узнаю, было ли правдой всё то, что он мне говорил.

***

Однажды в воскресенье, в середине неожиданно наступившей осени, я стоял перед станцией и ждал свою девушку Мияситу Току. Мы договорились встретиться в одиннадцать часов. Но было уже три, а она так и не появилась.
Кстати, я говорил, что она на год младше меня? Видимо, у неё были очень строгие родители, так как мне, по какой-то глупой причине, нельзя было даже звонить ей домой. Всё, что мне оставалось – ждать, пока она сама не свяжется со мной. Вот так, в очередной раз, я вынужден стоять здесь, если хочу её увидеть.
- Эй, Такэда-семпай! - позвал меня кто-то.
Я обернулся и увидел Саотомэ. Это был мой кохай , который, как и я, состоял в комитете. С ним были ещё трое школьников, двое из которых – девушки.
- У вас что, двойное свидание? – спросил я, понимая, что являюсь последователем более традиционных встреч.
- Что-то вроде того. А ты кого-то ждёшь? – Что-то в Саотомэ производило очень странное впечатление, то ли форма, то ли что-то ещё. Где бы он ни был, он впишется в любую компанию. – Свидание по всем школьным правилам, да?
- Аккуратней со словами.
- А, ты же тоже состоишь в дисциплинарном комитете? – спросил парень, стоявший за Саотомэ.
"Ах, да, прости", - подумал я… Но не решился сказать это при кохае , поэтому просто пожал плечами.
- Тогда нам не о чем беспокоиться, - сказал он и положил руку на плечо одной из девушек.
Как я и думал, они были на свидании. По крайней мере, так казалось.
- Да я-то по пустякам не волнуюсь, но учителя – совсем другое дело. Так что смотрите в оба, не попадайтесь им на глаза, - проворчал я.
Ребята согласно покивали головами, засмеялись и пошли дальше. Как только они отошли, я услышал голос девушки: - Угадайте, кто остался не у дел?!
Я подумал: "Не твоё дело!"
Не то, чтобы мне нравилось состоять в дисциплинарном комитете. Просто кто-то берётся за работу, а кто-то, как я, например, её заканчивает.
Сегодня Тока так и не появилась.
(Неужели я, и правда, остался не у дел? Или же это было предупреждение?)
Я чувствовал себя ужасно, но ждал до пяти, не в силах заставить себя уйти.
Хотя и знал, что никого не дождусь.
Я поплёлся домой с таким чувством, будто весь мир отвернулся от меня. Из всего класса только я не собирался поступать в колледж. Чёрт, все уже готовились к вступительным экзаменам. Не удивительно, что я чувствовал себя аутсайдером.
Тогда-то всё и началось.
Какой-то человек, шатаясь из стороны в сторону, вышел из толпы.
Это был тощий молодой парень. Его грубо постриженные волосы стояли дыбом. Одет он был ужасно - на голое тело накинута расстёгнутая испачканная белая рубашка, на ногах брюки. По-видимому, босой, он волочил их по земле.
Голова, похоже, была ранена, так как половина лица была в крови. Она, в большей степени, уже запеклась, поэтому волосы слиплись в пучки. Едва взглянув на него, я подумал, какой он отвратительный, однако не мог отвести глаз.
Его взгляд не был ни на чём сосредоточен, он громко стонал. Ничего удивительного в этом, конечно, не было, он просто был похож на больного психопата. Возможно, накачался наркотиками.
(Господи, неужели в нашем городе водятся и такие типы?..)
Я в ужасе отступил. Остальные сделали то же самое, образовав вокруг него свободное пространство.
Несколько секунд он, еле держась на ногах, стоял в центре.
Затем, неожиданно, рухнул на землю.
Никто не успел ничего понять, как он начал бесшумно рыдать.
- Эээээ… эээээээ, - жалобно плакал он. – Уггхххх.
По щекам крупными каплями катились слёзы, но он ни на кого не обращал внимания.
Люди, собравшиеся вокруг, в числе которых был и я, просто смотрели. Никто из нас не решался к нему подойти.
Это было самое странное зрелище, которое я только видел.
Абсолютно дикое, словно сюрреалистический фильм из Восточной Европы.
Но нашёлся человек, который подошёл к нему.
Ростом ниже меня, одет в длинный чёрный плащ с высоким воротником и чёрную шляпу, похожую на укороченную трубу или цилиндр без полей. Для его головы шляпа была слишком большой, поэтому наполовину прикрывала лицо.
На шляпе и плаще сверкали кусочки металла, напоминающие заклёпки или что-то вроде жетонов, пришитых вдоль подола, как на броне.
В соответствии с чёрной экипировкой помада на его губах тоже была чёрной. Зато лицо было таким белым, что казалось накрашенным глянцевой краской.
Очевидно, ещё один странно одетый сумасшедший.
Склонившись так, что чёрная шляпа прикрыла лицо, он что-то прошептал на ухо этому психу.
Тот поднял на него заплаканные глаза.
- …
Он кивнул и перестал плакать.
Толпа вокруг зашевелилась. Эта картина чем-то напоминала беспомеховую сотовую связь.
Человек в плаще внезапно поднял взгляд и сверкнул глазами в толпу. Они горели, словно он был в бешенстве.
- Думаете, нормально просто смотреть, как ваш товарищ плачет?! – внезапно закричал он, громко и сердито, чистым мальчишеским сопрано. – К этому вас привела цивилизация?! Городская жизнь учит вас истреблять слабых?! Отвратительно!
Говоря это, он был похож на ещё одного полоумного и, избегая зрительного контакта, тут же отвёл глаза. Я уже хотел было поддержать его, но он остановил меня взглядом. Я наконец-то разглядел его лицо.
Слова о справедливости застряли у меня в горле из-за шока, который я испытал в этот момент.
Наверное, лучшим примером, чтобы объяснить, что я чувствовал в данной ситуации, будет история о призраках нопперабо – безликом призраке, где ты ожидаешь, что у него нет лица, но, вместо этого, оказывается, что он выглядит, как ты. Первое, что тебе приходит на ум – ты сошёл с ума.
Я уставился на него, широко раскрыв глаза и рот.
Для него я был чем-то большим, чем все остальные, поэтому он перевёл взгляд на человека, стоящего рядом со мной.
Тут выскочили двое полицейских. Кто-то из них крикнул, указывая на психа:
- Это он?
- Взять его!
Полицейские попытались схватить парня за ноги. Тот даже не пытался сопротивляться.
- Не надо так грубо с ним обращаться. Он же боится, - сказал человек в плаще без всякой издёвки.
- А ты ещё кто? Родственник?
- Всего лишь случайный прохожий, - тихо ответил человек. – Не выворачивайте ему руку!
- В сторону! – крикнул полицейский, другой попытался вытолкнуть парня в плаще.
Но он изогнулся, как в танце, и уклонился от руки полицейского.
- Ой! - закричал полицейский, теряя равновесие и падая на колени.
Эта сцена напоминала кунг-фу или тай-чи. Я лишь отметил, что парень очень изящно увернулся.
- Вот, что происходит, когда вы прибегаете к силе, - выпалил человек в плаще.
- А это уже называется "Мешать действиям полиции"! – проревел полицейский, поднимаясь с колен.
- Сначала выполните свой долг, а потом уже обвиняйте меня. Ваша работа – помогать людям, попавшим в беду, а не топтать их, - сказал человек в плаще, будто произносил речь.
Между тем полиция совсем забыла о психе, который невероятно быстро, но, по-прежнему шатаясь, шёл вниз по улице.
Полицейский поспешно обернулся, чтобы начать преследование и прокричал: - Эй, ты! А, ну, стоять!
В этот момент человека в чёрном уже и след простыл. Его плащ развевался в далеке, становясь всё меньше и меньше.
- А! Стой! – Полицейский не знал, кого преследовать.
Парень в плаще бежал, как ветер, и пропал за ближайшим углом.
Я же, совершенно ошеломлённый, не мог двинуться с места.
Не мог не из-за странного поведения человека в плаще. Ну, может и из-за этого тоже, но в большей степени я был поражён его лицом, всё ещё стоящим у меня в глазах. Шляпа спадала на глаза и частично скрывала его, но никакой ошибки, эта миндалевидная форма глаз… они принадлежали девушке, которую я ждал целый день – Миясите Токе!
Вот так закончилась моя первая встреча с загадочным человеком в плаще – Бугипопом.
2.

Н а следующий день я пошёл в школу пораньше.
Школа, в которой я учусь, академия Синьё, не похожа на другие учебные заведения. У каждого ученика была своя ID-карта. И каждый раз, при входе или выходе из здания, он должен проводить ею по стойке, как с турникетами на железнодорожном вокзале. Это называется Административно-Информационная Система Учёта Учащихся (сокращённо АИСУУ). Она, как предполагается, помогает администрации школы вести точный учёт учащихся, так как с недавних пор их число резко сократилось.
Но, на самом деле, она мало что меняет. Несмотря на всю грандиозность такого замысла, в этом году несколько учеников сбежали из дома и, что ещё хуже, бесследно исчезли. Система, которой так гордились, оказалась бесполезна. Она не останавливала учеников, когда те хотели сбежать из школы. Вот она – свобода.
Наша школа находится высоко в горах, поэтому нас всегда ждала длинная, крутая, покрытая зеленью, дорога. Сегодняшнее утро было особенным - по дороге я почти никого не встретил. Спортивные клубы давно начали утренние тренировки, а вот остальных школьников пока не было.
- Эй! Кэйдзи!!! – послышался за спиной весёлый женский голос.
Я обернулся. Меня догоняла одноклассница Камикисиро Наоко.
Эта девушка имела обыкновение произносить имена так, словно она их пела на каком-то иностранном языке. К тому же она всегда была очень жизнерадостной.
- Ну-ну! Чего такой мрачный? Сегодня же чудесное утро! – сказала она, как только догнала меня, и изо всех сил ударила по спине.
Камикисиро и я нарушали школьные правила, касающиеся личных встреч. Вы можете подумать, что это нас, в некотором смысле, сблизило; вынужден вас разочаровать. Мы всего лишь симпатизировали друг другу, чего нельзя ожидать от друзей своего пола. Обычно мы вместе шутим, но сегодня я был не в духе.
- Ты рано, - уклонился я от темы. – Обычно приходишь в последний момент.
Камикисиро почти всегда опаздывала и всегда настаивала на том, что всё из-за низкого кровяного давления. Если учитель сердился, она театрально и очень кокетливо извинялась, я мог её поддержать, что, как правило, заставляло преподавателя-мужчину смутиться, но это был всего лишь трюк, спасающий её от лишних неприятностей. Сильная техника, ничего не скажешь.
- Да, сегодня надо заняться одной глупостью. Зато я не опоздала! Как прошло свидание?
- Н-не спрашивай.
- Вы что, поссорились? – спросила она, с интересом вглядываясь в моё лицо. У неё была привычка слишком открыто демонстрировать свои чувства. Она была милой, но слишком открытой и, к тому же, громко смеялась. Таким образом, Камикисиро заставляла других думать о себе плохо, независимо от того, насколько она хороший сердечный человек.
- Поссорились? Если бы, - вздохнул я.
- Тогда что? Что-то серьёзное?!
- Неважно.
Кто-то проехал мимо на велосипеде, и мы замолчали.
Как всегда, у ворот стоял один из членов комитета, как охранник на вокзале, чтобы проверять карты, несмотря на то, что мы ими пользуемся, когда проходим через турникет.
- О, Такэда-семпай, ты рано, - сказала сегодняшний "охранник", Ниитоки Кэй – президент дисциплинарного комитета. Несмотря на угрожающее звание, это была крохотная, милая девочка с детским личиком.
- Т-тебе того же, - заволновался я. В этом году мы оба посещали департамент здравоохранения, поэтому, после двух лет, стали видеться гораздо чаще.
- Доброе утро, Кэй! – поздоровалась Камикисиро. Несмотря на то, что они до сих пор были подругами, Ниитоки игнорировала свидания Камикисиро, но это их даже сблизило.
- Ой-ой, вы сегодня вместе? – уставилась на нас Ниитоки.
- Не пугай меня так, - засмеялась Камикисиро.
- Я ничего такого не имела в виду. Даже если бы это было правдой, мой рот всегда на замке.
- Уж окажи услугу. Надеюсь, недорого?
- Не очень, - засмеялась президент комитета.
Если бы она знала, что Камикисиро за её спиной встречается и с парнем из второго класса, и с парнем из первого, сомневаюсь, что она была бы сейчас такой добренькой. Она бы стала очень серьёзной, рассердилась и, наверное, не стала бы слушать никаких объяснений.
Мы положили наши карты на сканер и прошли дальше.
- Семпай, не забудь про сегодняшнее собрание! – сказала Ниитоки, и я, в знак подтверждения, махнул ей рукой.
- Она такая милая, - хихикнула Камикисиро.
- Кто?
- Кэй. Знаешь, она что-то сильно давит на тебя. Юношеская любовь…
- Только тебе могли прийти в голову такие мысли
Любые отношения с ней, в конце концов, заканчиваются военными действиями. Я поражаюсь, как она может ещё и шутить по этому поводу.
- Так что случилось? Фудзи-тян отшила тебя? – Никто не знает, почему Камикисиро называет Току по-разному читающимися кандзи, содержащимися в её имени, как сейчас.
- Она не пришла.
- Теперь понятно, отчего у тебя душевная боль! Ха-ха-ха!
Подозреваю, она тоже много раз не являлась на свидания.
- Слушай, а о чём думают девушки, когда занимаются этим? - спросил я. – Уверен, о чём угодно, только не о своих парнях.
- Ответить не так-то просто. Хмм… Смотря по ситуации. Думаю, что не всегда, потому что в этот момент они не хотят тебя видеть. Знаешь, не думай о таких глупостях.
- Ну, а что, если они опаздывают и одеваются, как мужчины?
- А? Ты о чём? Что ты имеешь в виду? – У Камикисиро округлились глаза.
Понятно. Я не знал, что ей ответить.
- Неважно. Нужно проще смотреть на мир.
- Знаешь, мне не нравится… что ты постоянно один. Когда ты, наконец, найдёшь свою истинную любовь? – сказала она и запела песню.
- Что? – раздражённо переспросил я, но она только продолжала петь.

"Жизнь, как мгновенье, для влюблённой девушки;
Пока твои красные губы не поблекнут,
Пока страсть теплится в груди,
Ты знаешь, "завтра" не наступит"

- У тебя хорошее настроение. Опять влюбилась?
- Вроде того. Хи-хи-хи.
- Сколько можно? Уже в который раз?
Перед тем, как зайти в коридор, мы потихоньку расстались. Мы, конечно, не были парочкой, но давать повод для слухов – не самая удачная идея.
Ноги понесли меня в класс Токи.
Однажды, зайдя сюда, я не смог сказать ей ни слова, поэтому сейчас не был уверен, зачем иду. Но ничего не мог с собой поделать.
Тока училась в классе 2-С.
Внутри я почувствовал неожиданно нахлынувшую усталость и опустился на стул.
Слова человека в плаще вновь пробежали у меня в голове: - Думаете, нормально просто смотреть, как ваш товарищ плачет?!
На секунду я замер.
Это была настоящая Тока?
Может, брат-близнец?..
Нет, она никогда о нём не рассказывала.
Я услышал, как кто-то вошёл, поэтому быстро встал и вышел из кабинета.
Как можно незаметней я отдалился от класса на несколько ярдов и внимательно огляделся. Я чувствовал себя даже более жалким, чем выглядел.
(Вот, чёрт…)
Тока пришла в первой двадцатке учеников.
Она выглядела как обычно, и никакой странной шляпы.
Но кроме школьного портфеля у неё с собой была огромная сумка Spalding. В таких, обычно, носят кеды или спортивную одежду.
Она заметила меня.
Посмотрела шутливым невинным взглядом.
Я невольно улыбнулся и кивнул.
Она мягко улыбнулась и кивнула в ответ.
Всё, как обычно.
Она стояла передо мной, и в ней не было ни тени волнения.
В школе мы практически не видимся, поэтому и разговаривать нам тяжело. Но нам не нужны слова. Мы, не без труда, освоили собственный язык жестов, который никто не знал.
И сейчас я применил один из этих жестов - поднял вверх указательный палец. Это значит "Встретимся после занятий на школьном дворе".
Она повторила жест, давая своё согласие.
Да, как будто ничего не произошло.
Словно в тумане, я пошёл в свой класс.
Камикисиро ещё не пришла. Наверное, до сих пор занимается своими глупостями. Впрочем, как и я.

***

Собрание дисциплинарного комитета состоялось во время обеда.
- Кхм, надеюсь, вы заметили, что в этом году дисциплина слегка пошатнулась. На сегодняшний день у нас уже трое сбежавших учениц.
Они устроили собрание, но мы почти не беседовали. Говорил только учитель.
Откровенно говоря, нам было что сказать, но никто не гнался за иллюзией порядка, мы умели держать себя в руках. Большинство из нас, в том числе и я, сами, порой, нарушали школьные правила.
Парень, которого я вчера встретил в городе, Саотомэ, был нашим секретарём. Он вёл протокол в своём блокноте. Несмотря на двойное свидание за спиной комитета, здесь он разряжал атмосферу - незаменимый участник.
- Если кто-нибудь из вас что-нибудь узнает по этому вопросу, сразу же сообщите мне. Их друзья могут связаться с ними.
Мы промолчали. Впрочем, как всегда. Учителю же всё равно.
- Кстати, наша хулиганка Кирима Наги сегодня так и не появилась. Надо бы за ней проследить. И не говорите мне, что она связана с чем-то незаконным.
Он внимательно оглядел кабинет.
Мы продолжали молчать.
Слышался только скрип ручки Саотомэ, продолжавшийся до смешного долго.
Внезапно затрещала система громкой связи.
- Миясита Тока, класс 2-С. Пожалуйста, вернитесь в медпункт. Миясита Тока, класс 2-С…
Я так резко вскочил со стула, что он заскрипел.
- Мм? Что-то не так? – пристально глянул на меня учитель.
- У меня… ну… голова кружится, - оправдывался я, хотя голова и в самом деле немного кружилась.
- Ты в порядке, семпай? – спросила президент. – Ты какой-то бледный.
- Третий класс? Тебе лучше вернуться на занятия.
Все старшеклассники готовятся к экзаменам, поэтому в жизни комитета особой роли не играют. Чёрт, им даже не надо приходить раньше всех на собрания. Я, конечно, не сдаю экзамены, но учитель, видимо, забыл об этом.
- Хорошо.
Президент тоже встала.
- Сенсей, я провожу его до медпункта.
Учитель кивнул, но приказал поскорее возвращаться.
- …Всё в порядке? – спросил я Ниитоки.
- А ты в порядке? – прошептала она в ответ.
Я сказал, ничего страшного, и рванулся в медпункт.
Но там никого не оказалось.
Я тяжело дышал.
Току просили вернуться, значит, она уже здесь была, но куда-то ушла.
(Нет, даже если она решила пойти домой, она не сможет покинуть территорию школы. Её карта сейчас не работает…)
Мысли с бешеной скоростью пролетали в голове, я присел на стоящую рядом лавку.
- …Волнуешься за неё? – спросила Ниитоки.
- Немного.
Я поднял глаза, и она быстро сказала: - Я так и думала. Мы же с ней одноклассницы.
Я удивлённо посмотрел на неё, а она продолжала говорить.
- В последнее время она ведёт себя немного странно. Как будто ей не сидится на месте. На уроках постоянно смотрит в окно, а учитель кричит на неё. Я подумала, что, может, это из-за тебя.
Я ничего не ответил.
- Знаешь, ты мне тоже нравишься. Но…
- …
- Но, похоже, она тебе нравится больше.
Она посмотрела на меня.
Я не знал, что ответить.
- Мне надо возвращаться, - хлюпнула она и вышла из медпункта.
Не нужно говорить, что день сегодня выдался хлопотный.

***

После уроков я пошёл на школьный двор, где мы с Токой договорились встретиться, однако её там не оказалось.
Солнечный свет едва проникал в безлюдный дворик, я стоял в темноте.
Я бросил портфель на землю, засунул руки в карманы и прислонился к стене.
От нечего делать посмотрел на небо.
Край школьной крыши выглядел, как прямая линия, разрезающая небо пополам.
Но над этой линией виднелась тень.
От удивления я разинул рот.
Это был силуэт человека. Человека с ровным трубообразным выступом на голове, одетого в какую-то накидку.
В этот момент я понял, что это он. Загадочный незнакомец в плаще.
Когда он увидел меня, отвернулся и отошёл.
Я крикнул ему: - С-стой!
Справа от меня находилась пожарная лестница. Она проходила мимо окон на каждом этаже и вела на крышу.
Я перепрыгнул через закрытые ворота и побежал по лестнице вверх, явно нарушая школьные правил.
- Миясита! Это ты?! – прокричал я, оказавшись на крыше.
Человек в плаще медленно вышел из тени. Он ещё раз посмотрел мне прямо в глаза.
- Ты… знаешь Мияситу Току? – спросил он голосом Токи. Он прозвучал немного таинственно, больше как мужской, но если прислушаться, то становилось очевидно, это был её голос. – Понятно. Мы встретились с тобой вчера. Я ошибся в тебе. Я не обратил на тебя внимания и за это… извиняюсь.
Я бросился вперёд и схватил его за плечи.
- О чём ты говоришь?!
Вдруг моё тело отнесло по воздуху, и я с глухим ударом рухнул на что-то твёрдое.
- ?!
Он что, сделал мне подсечку? Прежде, чем я успел что-либо осознать, боль разлилась по всему телу.
- Что?.. Что происходит? – закричал я.
- Вынужден тебя разочаровать, я – не Миясита Тока. На данный момент я – Бугипоп, - прошептал человек в плаще.
- Н-на данный момент?
Значит, утром это была она? Это он имел в виду?
- Уверен, ты уже слышал о раздвоении личности. Теперь ты меня понимаешь? – продолжал этот "Бугипоп".
- Р-раздвоение?..
- Ты ещё не знаешь, но школа в опасности… и всё человечество. Поэтому я и появился.
Я не совсем понял, имел ли я к Бугипопу, к "нему" или к "ней", какое-либо отношение, но по выражению его лица я понял, он говорит серьёзно.
3.

В ечером я позвонил Токе домой.
- Миясита слушает, - ответила её мать.
- Здравствуйте. Это Такэда из дисциплинарного комитета академии Синьё, - представился я серьёзно. - Току можно?
Когда её мать услышала "дисциплинарный комитет", в трубке послышалось учащённое дыхание.
- Тока что-то натворила?.. Но мы ничего такого не замечали с тех пор, как она пошла в старшую школу…
Такого?
- Я бы хотел поговорить с ней лично, если это возможно.
- К-конечно! Подождите, пожалуйста. – Её тон был слишком вежливым для разговора с учеником старшей школы. Любая другая мать сказала бы: "Подожди секунду", или что-нибудь подобное. Она, наверное, очень встревожилась.
- Тока слушает, - обычным голосом сказала Тока.
- Привет, это Такэда.
- Да? – решительно спросила она. Наверное, её мать стояла где-то рядом.
Видимо, Миясита говорила не по отдельному телефону.
- Что ты делаешь в воскресенье?
- Ничего особенного, - ответила она и дважды постучала по трубке. Я понял, что она пытается показать два пальца - согласно нашему языку, это значит "Прости, не получится".
Я, конечно, знал, что она ответит, но всё же спросил:
- Слушай.
- Да?
- Ты что-нибудь знаешь о Бугипопе?
- А? – удивилась она. Я застал её врасплох. - Что? – Она не притворялась. Она и правда ничего не знала.
- Ничего. Не важно. Я просто хотел услышать твой голос. Извини.
- Спасибо, - вежливо сказала она, чтобы её услышала мама. Я перевёл это, как "Приятно было поболтать".
Видимо, она, всё-таки, на меня не сердится.
- Тогда увидимся завтра в школе.
- Звучит неплохо.
Я положил трубку и погрузился в тишину.
Скрестив руки, я попытался всё осмыслить. Этот парень Бугипоп не врал. Тока, в конце концов, забыла о нашем вчерашнем свидании и обещании встретиться после школы.
- Она ничего не знает, – говорил он, стоя на крыше школы в свете солнечных лучей. – Если что-то угрожает разрушить точку опоры её незнания, она тут же всё забывает. Из-за этой аномалии она не встретилась с тобой вчера - стёрла из головы все воспоминания о свидании.
- Стёрла? – переспросил я, еле вставая на ноги. – То есть забыла о том, что мы должны были встретиться?
- Именно. Но, конечно, не потому, что она не воспринимает тебя всерьёз. Совсем наоборот. Думаю, ты ей очень нравишься. Вот почему она должна была забыть абсолютно всё.
- Как же так?
- Так, чтобы не испытывать чувства вины. Она не хочет думать, что ты от неё без ума. Поэтому и не может себя контролировать, - сказал он её же губами.
- А ты кто? Сколько ты ещё будешь… владеть ею?
- Владеть? Мне не очень нравится такая трактовка. Не я ведь решаю, когда появляться.
- Зачем же ты появляешься?!
- Потому что опасность среди нас, - ответил он, ровно и пристально глядя на меня.
Я вздрогнул. Его взгляд пронзил меня насквозь.
- Всё происходит само собой. Если я чувствую приближение опасности, сущность Мияситы Токи меняется. Вот почему я, Бугипоп – всего лишь иллюзия, словно мыльный пузырь.
- Опасности? Какой ещё?..
- В вашей школе поселился дьявол.
Знаю, звучит глупо, но когда он это говорил, в его глазах не было ни тени сомнения – он говорил абсолютно серьёзно.
На закате крыша была исполосована длинными тенями. Чёрная одежда Бугипопа делала его почти невидимым и он, фактически, растворился в темноте.
- Он прячется среди вас, что таит в себе большую угрозу. Это только начало, но когда-нибудь настанет конец света.
Его слова напоминали бред сумасшедшего, но если бы вы его видели и слышали, они бы казались до ужаса правдивыми.
- А… ты – не что-то похожее? – спросил я, пытаясь хоть что-нибудь ему противопоставить. Этот человек, завладевший телом Токи, интересовал меня не меньше конца света.
- Я лишь знаю, что никогда не появляюсь надолго. Это тоже происходит само собой. В остальное время я живу, как Миясита Тока; смотрю на тебя с тёплыми чувствами, - спокойно ответила другая сущность Токи.
- Тёплыми чувствами? Эй!..
Это его привычная манера говорить. Он даже называет меня " кими ", как какого-нибудь учёного эры Мэйдзи.
- Моё время скоро закончится. Это значит, что на сегодня я заканчиваю своё наблюдение за школой. Все расходятся по домам.
- …То есть опасность, которую ты выслеживаешь, таится в одном из учеников? – подобрал я вопрос.
- Скорее всего, - кивнул Бугипоп.
- А если поточнее, что это за опасность?
- Тебе лучше не знать.
- Почему?
- Потому что это слишком опасно. Если будешь знать слишком много, с тобой может что-нибудь случиться. Тебе лучше позаботиться о своей любимой, Миясите Токе.
Знаю, я уже упоминал это, но он и правда говорит от её лица и её голосом.
- Если он так опасен, думаю, мне стоит знать. Ты же понимаешь, это ведь не только твоё тело. – Как я уже говорил, часть меня не воспринимала этого парня всерьёз. Очевидно, всё это было просто параноидным бредом, связанным с некоторыми странными психологическими отклонениями, пошатнувшими сознание Токи… Кроме того, человек передо мной был Токой и, в это же время, не был ею. Другого объяснения я не нахожу.
- Хорошо, - вздохнул Бугипоп. – Но никому не рассказывай.
- Хорошо, - ответил я и тяжело сглотнул. Я весь, почему-то, напрягся.
Но его слова оказались на удивление простыми.
- Это людоед.

***

После звонка Токе я, в подавленном состоянии, упал на кровать.
В голове был хаос.
Раздвоение личности?
Школа… Нет, весь мир в опасности?
Какого чёрта?!
Эта история была похожа на бред. Она напоминала одну из этих безумных школьных RPG.
(Но я, конечно, не собирался лечить Току от психических заболеваний…)
Бугипоп сказал, что Тока всё забыла. Значит, в худшем случае, даже если мы пойдём в больницу, и доктор её посмотрит, Бугипоп может больше никогда не появиться, что сделает её нормальной. Между тем, как сейчас кто-нибудь может принять её за полную идиотку.
Возвращаясь со школы домой я купил книгу в мягком переплёте Крик Души – Множественное Раздвоение Личности , и сейчас решил в ней покопаться. Я взял первую попавшуюся книгу, но, к своему удивлению, оказался в секции психологических отклонений. Несомненно, мир был сумасшедшим и без этих болезней.
Автор пишет в разговорном стиле, поэтому читать было достаточно легко, но выводы содержали множество сложных слов, от которых голова шла кругом. Я нашёл фразу "Это очень редкая болезнь – в Японии практически неизвестная".
Как я уже сказал, множественное раздвоение личности, как правило, проявляется, когда кто-то угнетает человека. Тот, не в силах справиться с действительностью, переключает эмоции на другую личность в попытке создать новую жизнь. "Человеческая психика открыта как для добра, так и для зла. На мой взгляд, множественное раздвоение личности проявляется, когда одна из этих перспектив подавляется обществом, она становится независимой и начинает борьбу за существование. Но независимо от того, как проявилась болезнь или насколько она влияет на хозяина тела и его окружение, разницы между добром и злом, вероятнее всего, не будет". Большую часть прочитанного я понимал, но не всегда. Видимо, в Японии этот тип воздействия со стороны общества, в чистом виде, обычно, не проявляется. Это видно по количеству инцидентов, которые, чаще всего, заканчивались шизофренией, нежели множественным раздвоением личности. Лично мне разница между этими понятиями напоминает разницу между "Богом" и "Вселенной".
Автора зовут Кирима Сэйити. На книге авторского портрета не было, поэтому я ничего не могу сказать о том, кем он был или насколько образован. Но, каким-то образом, я чувствовал, что всё прочитанное – правда.
(Тогда кто же такой Бугипоп? Что его сдерживает?)
Я лёг на спину и стал смотреть в потолок.
" Думаете, нормально просто смотреть, как ваш товарищ плачет?! "
Эти слова снова звучали в моей голове. Я, почему-то, не мог от них избавиться.

***

- …Вот, что я хотел тебе сказать. Что думаешь? – спросил я Бугипопа. На следующий день после школы мы вновь встретились на крыше.
- Подавляющая сущность? Хмм… думаю, неплохое объяснение.
Мияситы в классе не было, поэтому я поднялся на крышу, уверенный, что он уже здесь. Похоже, он перевоплотился как раз к концу занятий.
- Но в моём случае я – не другая сущность Мяситы Токи.
- Тогда кто ты?
- Хороший вопрос. Этот мир?.. – совершенно естественно начал он.
В этот момент я не понял, что он имел в виду. Он не закончил фразу, вместо этого просто замолчал. "Этот мир?.." Этот мир что ?
Проигнорировав мой недоумевающий взгляд, он напомнил: - Я не контролирую себя. Я не знаю, о чём думает Миясита Тока. Возможно, она сама хочет выпустить меня. Но мне всё равно. У меня нет мечты, есть только долг, ради которого я и появился.
- Спасти человечество?
- Да.
- Почему именно ты?
- Хотел бы я знать, - вздохнул Бугипоп и посмотрел на небо.
Не оглядываясь на меня, он продолжал: - Значит, ты хочешь меня вылечить?
Я подпрыгнул. Конечно, в какой-то степени, хочу. Ведь Миясита Тока была моей девушкой. Но в то же время я чувствовал, что не хочу.
- Мм, нет… Я не знаю.
Я не ответил, не потому, что хотел посмотреть на его реакцию; я правда сомневался. Похоже, это его не задело. А Тока осталась в неведении, ей повезло.
(Нам мешало только одно – наше свидание)
- Я признаю, было бы гораздо лучше, если бы меня не существовало. Если бы я никому не был нужен…
У него был именно такой женский профиль, который мне нравится, какой-то одинокий, отстранённый. Я выпалил: - Тебе, наверное, тяжело.
Согласен, нести бред в ответ на бред человека с множественным раздвоением личности – не самая удачная идея.
- Ну, мне тяжело даже сейчас, поэтому…
Думаю, моя неудачная попытка выразить свою симпатию могла его рассердить, но он молча согласился. Никаких безумных выпадов.
Мы долго смотрели в небо. Было облачно. Красивого заката уже не было… только темнота. В воздухе похолодало, и в любую секунду мог пойти холодный дождь. Похоже, сегодня был один из тех дней, которые подавляют человеческую сущность.
- Можно кое-что спросить?
- Что?
- Что ты сказал тому бездомному, когда я впервые увидел тебя?
- Ничего особенного.
- Как же ты заставил его прекратить плакать?
- Я просто поддержал его, в чём он и нуждался. Каждому нужна помощь, когда он страдает.
- Он нуждался в помощи? Как ты узнал?
- Он плакал. Можно было догадаться, что он страдает, по одному его виду, - просто объяснил он, словно это было самое очевидное в мире.
- Но… Но… - после вдоха быстро заговорил я. – Остальные ни о чём не догадались. – Говоря это, я чувствовал себя ничтожеством.
- Ты – хороший человек, - неожиданно сказал Бугипоп.
- А?
- Я, кажется, знаю, чем ты приглянулся Миясите Токе.
- Пожалуйста, не говори так от её лица. Когда я завтра встречусь с ней, даже не знаю, что буду делать… - сказал я, осознавая, что воспринимаю Бугипопа, как независимую личность.
Его лицо странным образом исказилось. Левый глаз под шляпой сузился, а правая часть рта изогнулась вверх. Такое несимметричное лицо Тока никогда не делала.
- Не волнуйся. Я – это я, а она – это она.
Позже я пытался узнать, была ли эта издёвка, но, если так, она расстроила меня. В этой ухмылке было что-то саркастическое и, в то же время, что-то дьявольское.
Хотя я никогда не видел, чтобы он улыбался.
4.

П осле этого я каждый день проводил с Бугипопом на крыше, пока он "наблюдал".
- Я уже даже не часть нашего класса, - жаловался я ему.
- Ты не сдаёшь экзамены?
- Нет, знакомый моего отца – владелец дизайнерской фирмы. Какое-то время поработаю там. Он сказал, что у меня хороший склад ума, и что я не должен беспокоиться насчёт колледжа. Говорит, я могу обеспечить себя сразу, работая на него.
- Любимый художник босса.
Тока же сказала только: - Ты уверен? По-моему, рискованно… - Слова Бугипопа звучали убедительней.
Обрадовавшись, я оживился: - Точно, художник. Вот, что значит дизайнер. Буду делать, что скажут.
- Похоже, ты звёзд с неба не хватаешь, - сказал, почти с завистью, Бугипоп. Половину своей жизни он проводил в каком-то неземном мире, который знал только он.
- Но Миясита думает, что это опасно.
- Она и должна так думать. Я не очень хорошо её знаю, но она сильно отличается от девушек, которые избегают романтиков.
- Правда? В смысле, насчёт романтиков? – Это слово меня смущало.
- Я не уверен, но, думаю, людям нужна какая-нибудь мечта. Разве нет? – Когда Бугипоп говорил что-нибудь подобное, он всегда выглядел очень серьёзно.
- Не знаю, - пробормотал я.
- Если у тебя нет мечты, если ты не можешь представить будущее, значит, у этого мира есть недостатки. К сожалению, не я борюсь с этими недостатками, а ты и Миясита Тока, - охарактеризовал себя защитник мира, посмотрев вдаль.
Исходя из его слов и одежды, трудно поверить, что он – не клоун. В конце концов, у него женское лицо, но говорит он, как мужчина.
Но, как мне кажется, если бы он был клоуном, то я тоже хотел бы стать клоуном.

***

Проводя так время, разговаривая с ним, я не чувствовал присутствие Токи. Что она такого сделала, что появился он?
- Когда ты впервые появился? – спросил я однажды.
- Около пяти лет назад. Родители Мияситы поссорились и хотели развестись. Её непостоянные чувства могли спровоцировать такое упрямое создание, как я. Но, по-моему, я был далёк от образа охотника за убийцами, который бродит по улице и привлекает к себе внимание.
Я догадывался, о каком убийце он говорил. Пять лет назад серийный убийца расправился с пятью девочками, а потом повесился, когда его попытались схватить. История стала очень популярна, поэтому все его действия списали на манию.
- Голос матери Мияситы звучал так, словно она знала о тебе…
- Мм, она видела меня пару раз в средней школе. Свобода Мияситы Токи была сильно ограничена. Однажды её мать даже поймала меня, когда я вылезал в окно.
- Должно быть, она очень удивилась.
- Она была в истерике, что повлекло за собой множество проблем. Она заперла меня в доме, поэтому мне пришлось вырубить её и сбежать. Ведь приближалась опасность.
- Серьёзно? – Не удивительно, что её мать была так взволнована. Эта ситуация также объясняла, почему у Мияситы не было отдельного телефона в своей комнате.
- Кажется, после этого Мияситу Току повели к психологу, но я могу только догадываться. Я тогда не появлялся.
- А она не показывала какие-нибудь… необычные знаки?
Столкнувшись со случаем, о котором в Японии практически никто не слышал, доктор, скорее всего, на слово ей не поверил.
- Думаю, нет. Хотя, можно представить, что у них были сомнения относительно её матери. После этого у супругов некоторое время были разногласия. Но, видимо, в итоге, из-за этой пустяковой ситуации, отец признал свою вину и попытался исправить положение. После этого всё затихло.
- Хммм… - Это напомнило мне отрывок из книги. Не о множественном раздвоении личности, а о случае с девушкой с маниакально-депрессивным психозом. В школе она никогда ни с кем не разговаривала, но дома всегда была радостной и счастливой. Её родители, дедушка и бабушка были равнодушными и безучастными, но она отчаянно пыталась развеять мрачную атмосферу. К несчастью, она не справилась со стрессом, что стало ярко проявляться. Она начала вести себя всё более странно, и, в конце концов, оказалась в больнице, где и всплыла вся правда. Её подвергли лечению, на которое семья дала своё согласие, и, в конце концов, дом стал казаться гораздо более мирным местом. Такая "миротворческая деятельность" психологических отклонений, видимо, была обманчива.
Почему-то этот случай напоминал отношение Бугипопа ко мне.
- Знаешь… - сказал я и поведал ему эту историю.
Он снова сделал странное выражение лица: – Миясита Тока могла всё прекрасно понимать.
- Но ты опять появился, несмотря на то, что инцидент был исчерпан. Почему? Ты ведь больше никогда не появлялся дома, так?
- Так.
- Тогда почему?
- Я не могу объяснить. У меня всего лишь есть долг, который я обязан исполнить.
- Когда "опасность" минует, ты просто исчезнешь?
- Да. Хотя, я буду скучать, ведь я не смогу больше встречаться с тобой.
Я удивился.
- Не сможешь?..
- Именно. Вместо меня будет Миясита Тока. Я знаю, она тебе больше нравится. – Он немного опустил голову.
Я не знал, что ответить, поэтому продолжал молчать.
Мы оба смотрели на вечернее небо.
Бугипоп стал свистеть. Он напевал быстро и весело, дышал правильно, попеременно, то быстро, то медленно. Но так как это был свист, мелодия звучала несколько печально.
Я вспомнил, что Миясита свистеть не умеет.
(Возможно, скрывает...)
Даже я, её парень, наверное, подавлял какую-то её часть.
Эти мысли тяготили меня.
Он закончил свистеть, и я зааплодировал: - Неплохо. Что это за песня?
- Увертюра первого акта "Мейстерзингера вон Нюрнберга".
- Что?
- Самое яркое произведение этого шумного романтика, старого композитора Вагнера.
- Классика? Хнн. Я думал, это рок…
- Предпочитаешь "Атомное Сердце Матери"? У меня же склонность к классической музыке, - сказал он, прищурив один глаз.
Все наши вечерние беседы проходили в том же бесцельном русле.
5.

О днажды Камикисиро пропала. Она просто перестала ходить в школу.
Я ничего не знал, но, похоже, она сбежала.
- Шутишь? – спросил я, когда услышал об этом.
- Серьёзно! Нам учитель сказал. Она не вернулась домой, - спокойно сказала одна школьница.
- Зачем? Зачем ей сбегать?
- Не знаю. Она с нами даже не разговаривала. Уверена, она подумала, что её миленькое личико позволит ей добраться до Токио или ещё куда-нибудь, - фыркнула девушка.
Девчонки в классе были экспрессивными, в отличие от Камикисиро, которая всегда смеялась и шутила.
- Но… она хорошо училась. Похоже, готовилась к вступительным экзаменам в какой-нибудь колледж.
- Ты хорошо её знаешь.
- А почему ты так ею заинтересовался, Такэда-кун?
- Не то что бы. Просто… - начал я.
Староста, которая сидела с другими девушками, Сасаки, тихо сказала: - Кажется, я знаю, что с ней. Она просто захотела сбежать.
- Сбежать? От чего? – удивлённо спросил я. У Камикисиро было два парня, один - в первом классе, другой – во втором. Может, они как-то замешаны в этом деле?
Но Сасаки имела в виду кое-что другое: - Ты не поймёшь, Такэда-кун.
- Почему?
- Потому что ты не сдаёшь экзамены. Как ты можешь понять такое давление?
Против этого аргумента возразить мне было нечем.
- Да, ты не поймёшь.
- Да-да.
Остальные девушки, почти обвинительно, закивали.
Другие ученики не обращали на нас никакого внимания. Они просто сидели вокруг, уткнувшись в свои словари.
- Я бы тоже сбежала, но не могу. Мы не такие безответственные, как Камикисиро, - очень грубо сказала Сасаки.
Все закивали.
Никто даже не пытался показать, что беспокоится за неё.
"…как ваш товарищ плачет" , услышал я шёпот Бугипопа в ушах.
Пришёл учитель. Мы прекратили беседу и расселись по местам.
Я просто сидел и ждал, когда закончатся занятия.
Парень передо мной что-то учил. Все в классе ждали распечаток; они были уверены, что результаты теста гораздо важнее уроков. Даже учителя соглашались, поэтому просто читали скучные лекции, никогда никого не вызывали, никого не спрашивали, если были какие-то вопросы.
Что мы вообще здесь делаем?
Что случилось с Камикисиро? Неужели, её внешняя жизнерадостность была обманом? Может, иногда было и так, но, не думаю, что она из тех, кто просто бежит от своих проблем.

"Ты знаешь, "завтра" не наступит"

Но даже так, я ничем не отличался от людей, среди которых находился. Я ничего не понимал.
Я даже не знал, что Токой завладел этот парень – Бугипоп.
Я не слушал учителя до конца урока и, конечно, ничего не записывал. Я относился к своим проблемам ещё менее серьёзно, чем ребята – к экзаменам. Я просто скучал здесь без всякой цели.

***

Сегодня Бугипопа на крыше не было.
- …
Я ждал его до захода солнца, потом отправился домой.

***

На следующий день, когда я поднялся на крышу, Бугипоп уже ждал меня, но на этот раз он был одет в женскую школьную форму, а не в этот странный костюм.
- Эй, - позвал он, подняв руку. Этот жест, как я знаю, принадлежал ему. В противном случае я решил бы, что это Тока.
- А где костюм?
- Он мне больше не нужен. Поэтому она не принесла его с собой.
Он объяснил, что до этого Тока неосознанно брала костюм с собой, но до сегодняшнего дня я даже не задумывался об этом.
- Что это значит?
- Опасности больше нет, - решительно заявил он.
- Что?
- Всё кончено, Такэда-кун.
- П-погоди! Значит…
- Именно. Это моя судьба. Когда опасность уходит, я исчезаю. Как мыльный пузырь.
- Опасность… Ты что, спас мир? Не может быть!
- Моя работа окончена. А спасать мир – не моя работа, - тихо сказал он, покачав головой.
- Но ты же сказал, что должен сразиться с дьяволом, который поселился в школе!
- Я сразился. Хотя, я не единственный, кто на него охотился.
Я открыл рот, но не знал, что сказать: – Но… Но… Это…
- Спасибо, Такэда-кун. – Бугипоп неожиданно поклонился. – Мне было приятно проводить с тобой время. До сих пор я никогда ничего не делал, только боролся. Ты – первый, кого я могу назвать другом. Возможно, ты встречался со мной, потому что я – часть Мияситы Токи, но мне всё равно приятно.
- …
Вдруг я понял, как он мне нравится.
Нравится с тех пор, когда мы впервые встретились в городе.
И не потому, что у него лицо Токи.
Всё, что я хотел сказать, но не мог выразить словами… рано или поздно он должен был снять шляпу. Вот, почему он так мне нравился.
- Не уходи.
- Что?
- Не уходи. Ты мой единственный друг. Мне, правда, нравилось встречаться с тобой. – Опустив голову, я почти перешёл на шёпот. Я готов был заплакать.
Бугипоп снова сделал это выражение лица.
- Неправда, Такэда-кун.
- Правда!
- Сейчас ты просто не связан с окружающим тебя миром.
Я затаил дыхание.
- Миясита Тока тоже беспокоится о тебе. Не думай, что ты – единственный, кто способен волноваться о других.
- Но… Но как же ты? Если ты кого-нибудь покинешь, разве тебе не будет грустно?
- Кого-нибудь – это тебя?
- Но я…
- Вы с Миситой Токой будете вместе, в то время, как у меня есть свои обязанности. Вы создадите свой собственный мир. У вас нет времени терять друг друга, - отрезал Бугипоп.
Мне нечего было ответить. Я опустил голову и, запинаясь, произнёс: - Н-Но…
Когда я посмотрел вперёд… его уже не было.
Испугавшись, я обежал крышу.
Но не нашёл ни следа его присутствия.
Всё произошло, как при нашей первой встрече. Его сдуло ветром.

***

Когда я спустился по пожарной лестнице, меня ждала Миясита.
Я моментально догадался, что это был не он. Когда она увидела меня, улыбнулась.
- Опаздываешь, Такэда-семпай! – сказала она. В голосе чувствовалось волнение.
- А…
- Ты сказал мне ждать здесь, а сам опоздал.
Я растерялся. Но потом понял, о чём идёт речь.
"Она же ничего не помнит".
"Она даже не знает, что ничего не помнит. Её память автоматически была изменена".
Это всё объясняет.
Она сама придумала причину, по которой сейчас находится здесь.
- А, ну… П-прости. Я тут встретил друга.
- На крыше? Тебя что, позвали драться?
- В нашей школе даже такое бывает?
- Хорошая шутка, - засмеялась она.
Неожиданно я почувствовал к ней привязанность. – У тебя сегодня были дополнительные занятия?
- Да, в пять.
- Я пройдусь с тобой до остановки.
Она удивилась: – Со школы пойдём вместе?
- Эй, я же в дисциплинарном комитете.
- Ты уверен?
- Дежурные у ворот – мои кохаи . Они нас пропустят.
Я не дал ей возразить, а она и не собиралась.
У ворот дежурила Ниитоки. Кирима Наги, доставлявшая школе столько проблем и у которой в прошлую пятницу закончился срок временного отстранения от занятий, стояла рядом.
Она была высокой и стройной. Все ребята говорили, что она похожа на модель. Она резко оглянулась на меня.
Между нами стояла Ниитоки. Я удивился, когда увидел их вместе. Они вели себя, как подруги, выглядели при этом, как сёстры с большой разницей в возрасте или, даже, как мать и дочь.
- О, семпай , - обратилась Ниитоки, не обращая внимания на свою одноклассницу Току, которая стояла рядом со мной.
- Эй, - кивнул я.
- Хмм. Значит, ты – Миясита Тока, - резко сказала Кирима Наги, шагнув вправо и оказавшись прямо перед ней.
- Д-да…
- Я – Кирима. Приятно познакомиться, - сказала она, протягивая руку. Её речь больше напоминала мужскую.
- Эй! – вмешался я, но Тока кивнула головой и пожала руку.
Кирима Наги криво улыбнулась, что напомнило мне о Бугипопе, и вернулась на место.
Пока мы стояли в ступоре, Ниитоки сказала: - Давайте быстрее, семпай , Миясита-сан. Доставайте свои карточки.
Мы сделали, как было сказано, и покинули территорию школы.
Дорога была покрыта опавшими листьями.
- Листья клёна такие красивые, когда падают, но это всего лишь мусор, - сказала Тока, аккуратно ступая, чтобы не испачкать обувь.
- Мм, но пока они падают, сохраняют свою красоту.
- Это мнение художника?
- Не совсем.
- Знаешь, я тебе завидую, - надулась Тока и вдруг начала идти прямо по листьям.
- Э-эй…
- Сегодня у меня был тест по идиомам. Ненавижу. – Листья хлюпали у неё под ногами, словно она отбивала чечётку.
- Ты так говоришь, но…
- Но я всё равно поступлю в колледж, - прервала она меня, не поворачиваясь и продолжая давить листья. – И неважно, что ты сказал.
- А что я сказал? – Я не мог вспомнить.
- Ты решил, что можешь сам о себе позаботиться. Ты был так уверен в себе. Такое ощущение, что ты смеялся над нами.
- Так это… - Вообще-то я говорил "Все остальные занимаются делом", но она серьёзно посмотрела на меня, и я замолчал.
- Знаешь, было тяжело. Я думала, что никогда не справлюсь. Давай на этом закончим.
Она посмотрела вверх.
Я удивился.
Она выглядела, как Бугипоп.
- Скажу тебе правду, семпай , я помнила о нашей встрече в воскресенье.
- Что?
- Но я хотела немного подразнить тебя. Прости, - сказала она и опустила голову.
Это была Тока. И ни намёка на Бугипопа.
(Этого просто не может быть…)
Её тревога была вызвана Бугипопом?
Или же это был тот самый "школьный дьявол"?
Значит, он одолел меня?
Она рассказала мне о своих переживаниях через Бугипопа, поэтому больше не боится. "Опасность" прошла.
Я остановился и широко раскрыл глаза. Тока внимательно смотрела на свои ботинки. – Теперь они грязные, - сказала она.
Потом робко захихикала.
Бугипоп говорил, что у него нет мечты. Он никогда не смеялся.
- Хи-хи-хи.
Я посмотрел на Току, на её весёлую улыбку, и подумал, что Бугипоп так не может.
Смеяться – это наш долг.
Интерлюдия

Возвращаясь немного назад…

Г де-то между днём и ночью, в сумерках, в мрачной комнате лежала девушка. Одежда её была расстёгнута. Она не двигалась.
Мантикор приблизился к ней.
В комнате было тихо.
Медленно, элегантно, он склонился над лежащей девушкой.
Он убрал её волосы назад и поцеловал в лоб.
Стал опускаться к её носу, затем к подбородку, шее, груди и животу, облизывая каждую часть тела и оставляя тонкий синий след. В разных местах слюна была разного цвета.
Когда Мантикор полностью вылизал девушку, он убрал язык.
Её тело стало меняться.
Кожа, треск, треск, начала лопаться и вскрывать внутренности.
- …
Мантикор глянул в пустоту.
Процесс продолжался, тело девушки крошилось на мелкие кусочки, как статуя из грязи на солнце.
В воздух поднимался пурпурный дым.
Мантикор вдохнул его ртом.
Дым поднимался всё выше и выше, словно в газовой камере повернули кран, но Мантикор продолжал вдыхать этот дым. Горло двигалось, поглощая его.
Когда Мантикор заглотнул последнее облако, он высунул свой прекрасный язык. На губах была красная помада.
Из уголка рта потекла капля и скатилась на подбородок. Эта капля дыма была цвета крови и плоти.
Она была ни чем иным, как остатком девушки, или дымом.
Ох-хо-хо!
Ох-хо-хо!
Ох-хо-хо-хо-хо-хо!..
Мантикор смеялся во тьме.
Её звали древней Персиянкой, имея в виду "Людоеда".
Этот утончённый смех расцветал, как утренняя роза, торжественно благословлявшая зло.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://1001ranobe.ru

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://1001ranobe.ru

Отблагодаритьте нашу команду: https://1001ranobe.ru

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://1001ranobe.ru

************************************