Глава 38.
Центральная площадь Уинстона!
Первоначально она и без того была довольно людной, но сегодня здесь было просто не протолкнуться. Впрочем, это было и не мудрено: вскоре должна была начаться настоящая битва. Правда, её участниками были не воины, а кузнецы.
— Надеюсь, что Гриду удастся победить и защитить кузницу Хана. Эта кузница — наша последняя гордость.
— Точно. Если кузница попадет в лапы Компании Меро, в Уинстоне больше не останется ничего уинстонского.
— Грид, вперёд! Ты не можешь проиграть!
Жители Уинстона искренне молились, чтобы Грид выиграл это состязание. Что касается игроков — они относились к этому событию достаточно нейтрально, поскольку результат состязания никак не сказывался на их собственном благополучии.
— Производственное состязание? Звучит скучно, но делать всё равно нечего, так что можем на какое-то время остаться и посмотреть.
— У меня тоже нет никаких планов. Если будет слишком скучно, просто уйдем.
Как результат, большинство игроков воспринимало это состязание как рядовое событие деревенского масштаба.
— Не понимаю, откуда здесь такая толпа людей? Что интересного в наблюдении за кузнецами, делающими предметы?
— Да. Я даже заранее могу предсказать результат: созданный предмет будет эпическим.
— Эпический? Бу-ха-ха! Хорошо, если им удастся выковать редкий предмет. Я слышал, что никто из тройки лучших кузнецов принимать участие в этом не будет.
— Что? Тогда в чём цель этого фарса? Друзья, это пустая трата времени, так что давайте лучше пойдём на охоту. В любом случае, кому какая разница, кто станет владеть кузницей?
В конце концов, игроки сочли этот вопрос слишком тривиальным и начали расходиться по своим делам.
Однако спустя какое-то время, когда посреди площади появились сами участники состязания, игроки-мужчины передумали уходить.
— Итак! А теперь позвольте мне представить главных героев этого состязания! Представитель Компании Меро — Эрина! И преемник Хана, Грид!
— Во-о-о-о-о-оу… — невольно вырвалось у мужчин, как только они увидели поднимающуюся на подиум блондинку.
— Вау. Действительно красивая!
— Кажется, я влюбился.
— Просто идеальная фигурка!
Голову блондинки покрывала шляпа. Однако её красоту попросту невозможно было скрыть, даже учитывая то, что лицо девушки находилось в тени.
Таким образом, игроки мужского пола, первоначально совершенно не заинтересованные в результате состязания, тут же выбрали вполне очевидную сторону.
— Эрина! Я за Вас!
— Эрина, пожалуйста, выиграйте!
— Эрина! Эрина! Эрина!
В одно мгновение сформировался настоящий мужской фан-клуб. Тем временем сама Эрина, она же Ефемина, элегантно пожала плечами и, взмахнув рукой, произнесла:
— Спасибо за поддержку.
— О-о-о-о-ох! — тут же выдохнула толпа. Всё это напоминало реакцию солдат, перед которыми выступала поп-звезда.
Мягкая улыбка девушки заставляла её казаться настоящей богиней, на что Грид тяжело вздохнул и подумал:
Во всех соревнованиях мужчины всегда болели за женщин. Таким образом, женщинам было бы естественно поддерживать мужчин.
И вот, широко улыбнувшись, Грид последовал вслед за Ефеминой, помахав рукой женской половине аудитории.
Грид ожидал ответного приветствия девушек-игроков. Однако их реакция оказалась несколько иной, чем ожидалось.
— Что делает этот парень? Ох, что-то мне дурно…
— Кажется, хлеб, который я недавно съела, просится обратно…
— Он выглядит просто ужасно.
Хуже реакцию и представить было сложно!
Девушки не просто не стали болеть за него, но ещё и отвернулись! Единственным спасением оказались жители Уинстона, прокричавшие расстроенному Гриду:
— Грид, мы с тобой! Мы верим в тебя! Только не забудь выиграть!
— Давай, преемник Хана, покажи, на что способен!
— Грид! Грид! Грид!
Что настоящие мужчины, что NPC, — все они были одинаковыми. Вот почему мужское население Уинстона совершенно позабыло о том, что эта блондинка является их врагом. Даже Хан не мог отвести от неё взгляда!
Блондинка была настолько соблазнительной, что привлекала внимание даже пожилых NPC. Что касается самого Грида — стоя рядом с ней он был не краше устрицы.
— Ты. Сегодня ты обязательно проиграешь, и я с удовольствием посмотрю, как твоё милое личико исказится, — заявил Грид, чувствуя праведный гнев по отношению к этой девушке.
Услышав это, Ефемина была попросту поражена. Пусть этот человек и был её противником, но как он мог игнорировать её красоту?
Тем не менее у Ефемины был гордый характер.
С этой мыслью Ефемина приподняла поля своей шляпы, которую она использовала, чтобы скрывать свою личность. Её прекрасное лицо тут же раскрылось, и Грид попросту не мог не залюбоваться им.
В то время как Юра была изящной и зрелой женщиной, Ефемина была молодой и свежей девушкой. Однако, несмотря на то, что они были разными, обеих представительниц прекрасного пола объединяла поистине трансцендентная красота.
В мире не было такого мужчины, который мог пойти против её красоты!
— Грид, нам ни к чему враждовать. Возможно, когда-нибудь мы снова встретимся. Может быть, нам даже удастся наладить хорошие отношения, — произнесла Ефемина, намереваясь окончательно добить своего оппонента.
Её глаза были похожи на полумесяцы, а голос попросту растапливал сердце. Не было никого, кто сумел бы устоять перед этими чарами.
Однако Грид лишь фыркнул:
— Что? Наладить хорошие отношения? Не говори такие ужасные вещи, мелкая.
Лицо Ефемины покраснело.
— У-ужасные? Что ужасного в налаживании хороших отношений? Кроме того, что это ещё за "мелкая"?
— Да, ужасные! Я не хочу никаких отношений с такой лисой, как ты! Мелкая, ты ведь даже не закончила среднюю школу, правда? А несовершеннолетние меня не интересуют. Возможно, ты намерена не дать мне сосредоточиться на состязании, но этому не бывать.
Грид был твёрд, как никогда. Кроме того, у него был свой собственный идеальный тип женщин. Рост его избранницы должен быть не менее 168 см, а размер груди — третий! Ефемина же была довольно красива, но она была далека от этих параметров. Её рост был всего лишь 160 сантиметров, а размер груди — второй.
Таким образом, вне зависимости от привлекательности её личика, не было никаких оснований для того, чтобы Грид запал на неё.
Ефемина безучастно смотрела на своего оппонента, в открытую насмехавшегося над ней. Стыд, который она не испытывала уже очень много лет, вызвал у неё настоящую ярость!
— Мне уже больше двадцати!
Так всё и было. Ефемина уже давно стала совершеннолетней, хоть и выглядела моложе своего возраста. Тем не менее Гриду удалось задеть Ефемину за живое, поскольку вопрос её роста всегда был для неё проблемным.
— Может быть, ты гей? Что ж, даже мать-природа иногда ошибается. Каким бы крутым ты себя не считал, тебе меня не победить.
— Ч-что? Гей? Это я-то гей? Что за бред!? Никакой я не гей, ты, мелкая неудачница! — тут же возмутился Грид.
Услышав слово "неудачница", Ефемина испытала ещё один шок. Она никогда не думала, что настанет такой день, когда она услышит это от мужчины.
— Н-неудачница? Я-я? Да такой отброс, как ты, и рядом со мной не стоял!
С точки зрения Ефемины, Грид был каким-то психически больным, поскольку первым перешёл на оскорбления, да ещё и такие унизительные. Вот почему девушка, не в силах справиться с таким позором, со слезами на глазах воскликнула:
— Видеть тебя не хочу! Начинаем состязание прямо сейчас!
— Ладно, давай начнём. Просто знай — сегодняшний день станет самым неудачным в твоей жизни.
Ведущий состязания ещё не успел объявить о начале конкурса, как Грид уже поместил железную руду в раскалённую печь. В прошлом Ефемине тоже доводилось сталкиваться с кузнечным ремеслом, а потому и она не стала мешкать, начав плавить руду.
Бу-жу-у-у-у…
Двое рассерженных людей источали такую решимость, что атмосфера вокруг них накалилась ещё быстрее, чем от расплавленного металла.
— Итак, состязание началось! Задача участников — сделать кинжал. Победителем будет тот, кто произведёт более качественную работу за отведенный срок, — прокричал ведущий.
Кинжал можно было сделать относительно быстро. Конечно, чтобы создать настоящий шедевр, нужно было потратить огромное количество времени, однако умелым кузнецам было достаточно и двух часов, чтобы выковать хорошее изделие.
Что касается конкретно этого состязания — Грид и Эрина располагали всего тремя часами.
— Покажи ему, Эрина!
Тем временем к площади продолжало стекаться всё больше и больше людей, в связи с чем количество сторонников Ефемины увеличивалось со скоростью зараженных раком клеток. Подбадривания жителей Уинстона были просто-напросто похоронены за их криками, а потому Грид чувствовал себя так, словно в одиночку сражался против целой армии.