Статуэтка

Статуэтка

Что-то не оправдывает твоих надежд.
Что-то просто никак не получается.
Что-то ставит в тупик.
Подобные случаи вовсе не редки.
Давайте для примера возьмем обычную покупку: некоторые покупают фирменные вещи, а потом обнаруживают, что им подсунули подделку; некоторые заказывают что-то по интернету и получают нечто совершенно другое. Таких историй полно.
Это случалось со всеми не раз и не два, и они либо возвращали покупку, либо оставляли все как есть.
Но если вам попадется реликт - так не получится.
Если он окажется простой подделкой - одно дело.
Но если реликт настоящий, и его сила совершенно отличается от ожидаемой, то тут уже не до шуток.
Совсем не до шуток.
♦
На кровати лежал тяжело дышащий ребенок.
Ей не было и десяти лет, она уже три дня страдала из-за простуды. Её лицо покраснело от жара, а капли пота все проступали на лбу, сколько бы ни вытирала его мать. Начинающийся время от времени кашель сопровождался болезненными стенаниями - мигрень усиливалась от резких спазмов.
В деревне не было врача. Среди полей единственной профессией было земледелие.
Лекарств в деревне тоже не было. Хотя бродячие торговцы лекарствами иногда останавливались на ночлег, у большинства не было денег, чтобы купить лекарства. Иногда жителям деревни удавалось получить лекарства взамен на ночлег и еду, но их хватало далеко не всем...
Поэтому отдых являлся единственным доступным лечением.
Поэтому всякий, кто усугублял свой недуг, умирал.
Мы узнали об этих тяжелых обстоятельствах в тот же день, когда прибыли сюда.
— Я умоляю, пожалуйста, спасите нашего ребенка!
Учитывая, в каком положении находилась деревня, неудивительно, что родители ребенка уповали на нас. Ибо раньше мы притворялись врачами.
Да, можно сказать, что мы притворялись врачами.
Но это не совсем так.
На самом деле мы не использовали никаких лекарств и не проводили операций.
Он всего лишь дотрагивался.
Мой господин просто прикасался к больным.
- Можешь больше не беспокоиться, - нежно прошептал он и дотронулся правой рукой до лба ребенка.
Мгновением позже...
Ее судорожное дыхание начало постепенно успокаиваться. Жар, от которого ее щеки покраснели, и на лбу выступил пот, будто канул в бездну. Бесконечный болезненный кашель прекратился, и ребенок открыл глаза, словно ничего этого не было.
- М-м? Что такое?
Это были ее первые слова после трех долгих дней лихорадки.
Поняв, что она-таки осталась в живых, родители бросились в слезы и обняли свою недоумевающую дочь.
Наблюдавшие за этим жители деревни сначала зачарованно молчали, но потом стали осыпать нас словами благодарности и восхищения.
Его прикосновение тут же излечивало любой недуг.
Его прикосновение тут же исцеляло любую рану.
Это было чудо, которое не могла породить рука человека.
В его правой руке обитало нечто божественное.
♦
- Здорово!
Поздоровавшись как обычно, я, Токия Курусу, вошел в магазин.
Полки были забиты всевозможными аксессуарами, банками, портретами и прочим хламом. Товар был “забит” - не “расставлен” - ибо это походило скорее на кладовку, чем на магазин. Хотя на самом деле многие кладовки, наверное, были опрятнее.
В этом заброшенном закоулочном антикварном магазине "Цукумодо (ПОДДЕЛКИ)" я и подрабатывал.
- Есть кто?
Обычно за прилавком стояла довольно симпатичная девушка в черном, но она, похоже, находилась в другой части здания.
Я открыл дверь позади прилавка и углубился внутрь. Магазин был напрямую соединен с помещениями, где жили эти двое.
Я вошел в гостиную и вместо людей, которых искал, обнаружил на столе нечто странное.
- Это еще что такое?
Это был горшок с растением и кукла собаки. В горшке рос какой-то сорняк, привязанный веревкой к кукле. К тому же, на горшке был циферблат со стрелками, отмерявшими время.
Присмотревшись, я понял, что это будильник, заведенный на пять вечера.
А сейчас как раз без одной минуты пять. Собака открыла глаза и принялась расхаживать по столу, вытягивая сорняк из горшка.
По всей видимости, это были часы-автоматоны [2] , хотя я не совсем понимал, для чего они предназначались.
По мере того, как собака вытягивала сорняк, понемногу начал проглядывать его коричневый корень. Я присмотрелся к корню, и он начал казаться мне похожим на человеческую голову, от чего у меня по телу побежали мурашки.
Но меня это не удивило. Все-таки владелица этого магазина была без ума от таких диковинок.
"Но блин, что за гротескный будильник. Не хотел бы просыпаться под него каждое утро", - подумал я, в то время как собака шаг за шагом отдалялась от горшка, все больше вытягивая головоподобный корень.
Этот будильник напомнил мне о чем-то.
Дайте подумать...
А разве не было ли легенды или рассказа, в которых собаки вытягивали какое-то растение?
Как же оно называлось?.. М-м...
- А. Мандрагора.
- Если вытянуть корень мандрагоры, растение кричит и убивает любого, кто его услышит, и поэтому собирают его собаки...
-...О нет, пожалуйста, только не это.
В ту же секунду, когда меня охватило дурное предчувствие, стрелка передвинулась на пять часов, и кукла собаки сделала последний шаг.
Головоподобный корень выскользнул из горшка и завопил с выражением лица подобно тому, как на картине "Крик" Эдварда Мунка.
- КРЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯ!!!
- УАААААААААААААААААААААААААААААААААА! ЭЙ! Я опрокинул часы-мандрагору.
Часы упали на пол и продолжили стонать.
- Черт, всего лишь фальшивка, - бросила женщина, будто наблюдала все это время.
Это была владелица этого магазина и мой работодатель – Товако Сэцуцу.
Наверное, лучше будет описать ее крутой красоткой. Четко очерченные брови украшали её лицо, глаза светились силой воли, а изумительно блестящие гладкие черные волосы опускались до пояса. Она была стройной, немного выше меня(мой рост был как у обыкновенного ученика старшей школы), что делало ее внешность довольно соблазнительной. То же самое можно было сказать и о ее одежде: она была одета в облегающую футболку, куртку и обтягивающие кожаные штаны, подчеркивающие ее длинные ноги.
Но ее поведение сильно разнилось с ее внешностью.
Она не только коллекционировала странные предметы, но также находила забавным испытывать их на мне, как на подопытном кролике.
Хотя она коллекционировала их не только в качестве хобби.
На самом деле то, что она коллекционировала, звалось реликтами.
Не антиквариат и не предметы классического искусства, а инструменты с особыми свойствами, созданные могущественными старцами или магами, или предметы, долго находившиеся под влиянием человеческой ненависти или природных духовных сил, в результате полностью ими пропитавшиеся.
В сказаниях и легендах часто встречаются инструменты, наделенные некой силой.
Например камень, который приносит удачу; кукла, у которой по ночам растут волосы; зеркало, которое показывает, как ты будешь выглядеть в будущем; меч, который приносит погибель любому, кто вынет его из ножен.
Наверняка все слышали об их существовании.
Большинство считают реликты лишь фантазиями, потому что не видели их. Они не замечают их, даже если те появляются прямо перед их глазами, а если случается что-то и впрямь загадочное – объясняют все как совпадение.
Некоторые остаются равнодушными; другие уверены, что подобных вещей вообще не существует.
Но, к сожалению, реликты ближе к нам, чем мы думаем.
Коллекционировать эти реликты - ее хобби.
Ну, в большинстве случаев, как сейчас, ее оставляли в дураках, продавая подделки.
- А я столько денег потратила на эти часы... - выключив кричащий будильник, проворчала Товако-сан.
- Хочу уточнить: а что, если бы они не были фальшивкой?
В версии с изображениями тут находится картинка.
- Ты бы погиб.
- Черт подери, и это вы называете будильником?
- Ой да ладно, это же не конец света.
Это он и есть! По крайней мере для слушателя. Моя жизнь точно сократилась на пару лет от этой штуки...
- Кстати, когда вы вернулись?
Неделю назад она уехала на поиски реликтов.
- М-м, только что. Токия, положи это на полку, - приказала мне добавить в ассортимент магазина часы-мандрагору (подделку) Товако-сан.
И вот так не перестает расти куча предметов, не имеющих ничего общего с антиквариатом.
- Куда их положить?
- Все равно.
- Почему бы вам для разнообразия не придумать систему?
Я вернулся в зал и поставил часы на свободное место рядом со старым фотоаппаратом. Который, кстати, был (подделкой) фотоаппарата, запечатлевающего прошлое человека, которого снимали.
Затем в зал вошла также и Товако-сан, и, проходя мимо кассы, нажала на одну из клавиш.
Увидев распечатку продаж за неделю, она скорчила кислую мину. Похоже, выручка ее все-таки волновала .
Хотя я бы настоятельно порекомендовал забыть ей об этом.
- Что ещё вы купили?
- По правде говоря, на этот раз мне попалось кое-что интересное.
История продаж мгновенно улетучилась из ее головы, и она рассказала мне о своей находке.
- Это статуэтка из деревни, покинутой около ста лет тому назад. Но какая же она нелепая. И, тем не менее, говорят, она излечивает любое заболевание, если к ней прикоснуться.
- Это правда?
- Никто никогда не пробовал.
- По-моему, это чертовски сомнительно.
- Если бы на этом история заканчивалась, я бы тоже её не купила, но есть другой миф, повествующий о том, что если дотронешься до статуэтки - умрешь от неизлечимой болезни.
- Разве это не противоположный эффект?
- Да. Один миф говорит, что она излечивает любую болезнь. Другой - что она убивает болезнью. А ты как думаешь? Тебе разве не хочется узнать, почему у одной статуэтки два противоположных мифа?
- Ну, этого отрицать не стану.
- Поэтому я раздобыла кое-какие документы и материалы, которые буду изучать с сегодняшнего дня. Оставляю магазин на тебя, - выпалила она и повернулась ко мне спиной. - Ах да, не забудь, - внезапно добавила она, - ни в коем случае не притрагивайся к статуэтке голыми руками, пока мы не выясним, какими свойствами она обладает! Если захочешь взять ее в руки, то только в перчатках. В противном случае я не несу ответственности за твою смерть.
- Понял.
Я кивнул... и замер.
Нашему взору предстала помощница по магазину – Саки Маино – державшая голыми руками странную статуэтку.
♦
- Смерть ей!
- Эта шлюха - ведьма в человеческом обличье!
- Она навлекла бедствие на нашу деревню!
Снаружи храма раздавались бесчисленные разъяренные крики. К тому времени храм окружила, скорее всего, большая часть жителей.
- Как так получилось? Я просто хотела спасти их.
Я подняла статуэтку на уровень лица.
Эта статуэтка излечивала любую болезнь. , которую завещал мне господин. , наполненная его нежностью... и тем не менее...
"...Должно быть, он оставил после себя проклятье", - вспомнила я слова одного жителя.
Были ли они правдивы? Действительно ли он оставил после себя проклятье?
Мне хотелось верить, что это ложь, что это не так.
Мне хотелось верить, что он бы так не поступил.
Вдруг в храме стало теплее. Тогда была зима, и весна не могла просто так объявиться. Я не понимала, что происходит, а температура тем временем поднималась.
Температура продолжала возрастать, когда я услышала как трещит дерево.
Я тут же поняла, что храм подожгли.
Тепло вскоре переросло в жар.
- Надо бежать.
Когда я попыталась встать, меня стошнило на пол.
Я видела, что меня вырвало кровью.
С недавних пор меня так часто тошнило кровью, что я уже привыкла. Я тоже заразилось чумой.
Но я была больше озабочена статуэткой в моих руках.
- Пожалуйста, не запачкайся моей кровью.
Рукавом я стерла кровь, попавшую на статуэтку, и снова крепко сжала ее в руках.
Мое заболевание, однако, осталось неизлеченным.
, которая раньше могла вылечить любое заболевание, больше не могла вылечить ни одного.
- От чего я погибну быстрее? От болезни или от огня?
Мое сознание притуплялось и затуманивалось внутренним и внешним жаром.
Пока я постепенно теряла сознание, начали всплывать воспоминания былых дней.
Его звали Джуан.
Хотя ему было едва за тридцать, его волосы были белыми, как снег. Но он не казался от этого пожилым и хрупким; наоборот, вкупе с его белой кожей, словно ни разу не видевшей солнца, они олицетворяли его непорочность.
В то время Джуан-сама обитал в покинутом храме в горах. Не относя себя к какой-либо определенной школе, он просто искренне поклонялся Будде.
Иногда он молился, иногда - вырезал статуэтки Будды, а временами - лечил людей своей правой рукой.
Жители деревни часто посещали его храм, нуждаясь в его правой руке.
Люди в этой деревне были бедными, а земля - бесплодной. Они скудно жили за счет небольшого урожая, который так неохотно даровала им земля. Так как никто не мог позволить себе лекарства, и так как в деревне не было врача, захворавший приходил к нему, чтобы принять благословение его правой руки.
Чума, охватившая деревню, начиналась с кашля, после чего поднималась температура, и больного тошнило кровью. Затем его сковывал паралич, обмен веществ замедлялся, и в итоге он умирал.
Но с тех пор, как мой господин - и его правая рука, в которой обитает божественная сила - приехал в эту деревню, никто больше не пал жертвой чумы.
И я тоже получила благословение его правой руки.
Мои родители бросили меня в горах, и я была на грани смерти то ли от голода, то ли от переохлаждения, потому что была погребена в снегу, когда меня спас тогда еще путешествующий Джуан-сама.
Хотя я не очень хорошо помню, что случилось, когда он меня спас, я точно знаю, что ощутила, как тепло наполнило мое холодное тело и вдохнуло в меня жизнь.
С тех пор я стала жить с ним и помогать по хозяйству.
Я была не единственной, кто хотел жить с Джуаном-сама, но он всегда отказывал всем остальным.
Не было никакой особой причины, по которой лишь мне выпало быть с ним. Скорее всего, он просто сжалился надо мной - девочкой, что была моложе его более чем в два раза, и которой было не на кого больше надеяться.
Чтобы отплатить ему за его доброту, я убирала, готовила и стирала в храме каждый день без исключения.
В храме поклонялись позолоченной статуэтке Будды, принадлежавшей Джуану-сама. Он вырезал ее из кипариса и позолотил своими руками. Хотя размером она была всего лишь с бездомную кошку... Может, сравнение грубоватое. Но, так как у меня не было образования, я не могла придумать ничего лучше.
Как бы то ни было, Джуан-сама дорожил статуэткой, поэтому ей дорожила и я.
Он лелеял статуэтку и излечивал людей не ведая неудач. Исцеляя, он всегда держал ее при себе, чтобы заимствовать ее силу.
Утром первым делом мне нужно было протереть статуэтку.
Каждое утро я протирала ее полотенцем, смоченным студеной зимней водой.
- Прости, что обременяю тебя столь тяжелой работой.
Джуан-сама часто выказывал свою благодарность, когда видел, что я убираю или стираю ледяной водой.
Но подобные поручения вовсе не утруждали меня. Мне было не важно: ледяная вода или теплая.
Одной из причин, конечно, была моя преданность, но по большей части это было потому, что мои руки уже онемели, а кожа была твердой как камень.
Я, наверное, была погребена под снегом слишком долго до того, как меня спасли. Мои руки были полумертвыми.
Даже правая рука Джуана-сама не смогла вылечить мертвую плоть.
Его правая рука излечивала любую болезнь или рану, но она не могла воскрешать мертвых. Как и не могла излечивать отмершие части тела.
Тем не менее, благодаря его руке, я смогла сохранить свои.
Я не могла свободно двигать пальцами - лишь немного. Я могла держать вещи в руках, так что, когда я приспособилась, это не доставляло серьезных неудобств.
Меня все устраивало.
Однако...
- Прости меня. Если бы только я обнаружил тебя раньше...
Время от времени, он вдруг брал мои руки в свои и нежно гладил их.
В версии с изображениями тут находится картинка.
Только в эти моменты мне хотелось, чтобы мои руки были способны что-то чувствовать.
Я говорила, что в его правой руке обитает божественная сила, но я верю, что Бога нет.
Если Бог даже не может спасти деревню от чумы или ребенка от голодной смерти в пустыне, то неважно, существует он или нет. И если это не важно, тогда он так же мог просто не существовать.
Поэтому для меня он был Богом.
Если он, спасший деревню от чумы и ребенка от голодной смерти в пустыне, не Бог, то кем еще он мог быть?
Но когда я сказала ему об этом, он упрекнул, что мне не следует говорить столь возмутительные вещи.
И так я прекратила говорить их вслух, хоть эти мысли и не покидали меня.
Однажды я расспросила его про правую руку.
Видимо, началом всему был сон.
Он поранил руку ржавым гвоздем, из-за чего слег с жаром и несколько дней находился на грани смерти. Но в один из этих дней во сне перед Джуаном-сама предстал Будда и коснулся правой рукой его щеки.
Несмотря на то, что он был во сне, он ощутил спад температуры.
Наконец, перед своим уходом, Будда дотронулся до его правой руки и наказал ему спасать людей.
Когда на следующее утро он очнулся, жар как рукой сняло.
Первое, что он сделал, когда проснулся - прикоснулся к воробью со сломанными крыльями.
Все были уверены, что воробей уже никогда не взлетит, но когда он дотронулся до него, воробей вспорхнул в высь.
Именно тогда он понял, что Будда наделил его правую руку силой.
И тогда же он решил, что его призвание - спасать людей.
Он начал путешествовать, творя чудеса и спасая людей.
Но жизнь идет вопреки нашим желаниям.
Его таинственные способности принесли не только благословение, но и сомнения, и страх.
Чем больше людей он спасал, тем больше людей считали его силу каким-то проклятьем, и нередко прогоняли, боясь, что он демон в человеческом обличье.
Если его прогонят и отсюда, я последую за ним, как и делала до сих пор.
Я была счастлива просто находясь рядом с ним.
Я и подумать не могла о том, чтобы покинуть его.
Но все же, мы искали мир и покой.
Здешние люди приняли нас.
Мне хотелось остаться тут навсегда.
Мне нравилась наша жизнь здесь, и я хотела, чтобы она продолжалась.
...Меня беспокоило только одно.
Не так давно мой господин начал часто кашлять.
Так же, как кашляли посещающие его в поисках излечения жители деревни.
Когда я попросила его вылечить себя правой рукой, он лишь засмеялся и сказал, что я права.
♦
была, одним словом, зловещей.
Сложно было сказать, из чего она сделана. По виду - похоже на ржавое железо, но напоминало и медь. Сошло бы даже за прогнившее дерево. Она была иссохшего темно-красного цвета и высотой в полметра, но настолько широкой, что когда я обхватил ее ладонями, то еле-еле сомкнул пальцы.
Однако величайшей загадкой для меня являлась ее форма. Она не была похожа ни на Будду, ни на дьявола. Выглядя столь абстрактно, она оставляла жуткое впечатление; очень похожее ощущение возникнет, если на дереве или стене увидеть лицо.
Статуэтку, которая ни в какой степени не подпадала в категорию предметов искусства для украшения комнат, мы на время поставили в шкаф в гостиной.
Что касается Саки, дотронувшейся до статуэтки, до которой мне сказали не дотрагиваться:
- Добро пожаловать! Апчхи! Я могу вам чем либо помочь? Апчхи! Приходите к нам еще! Апчхи!
Она отрабатывала свою смену как обычно, но все время чихала и выглядела слегка нездоровой. Кстати, этот покупатель понял, что сделал ошибку, как только открыл дверь, и тут же развернулся. Наш первый посетитель того дня провел в магазине одну секунду.
- Ты заболела? - спросил я ее от нечего делать.
- Похоже на то. Апчхи! Я плохо себя чувствую со вчерашнего дня. Апчхи! Но не думаю, что это что-то серьезное. Апчхи!
Наблюдать за тем, как неизменно каменное лицо Саки изменяется раз за разом - хоть и лишь из-за чихания - было довольно занимательно.
Если уж мы говорим об этом, “чихание” - довольно широкий термин. Есть сдержанные звуки, такие как “чхи” или “тси”, но есть и чихание от души, например “А-а-ааптчха-а!” Специалисты приравнивают это к “черт побери!”, но так чихают только мужчины, так что это совсем другое.
Всем плевать на то, как чихают мужчины, но чтобы показаться более симпатичной, девушке достаточно чихнуть лишь раз. Кстати, я предпочитаю “апчхи”.
С этой точки зрения, Саки чихает довольно неплохо...
- ...
Когда, почувствовав на себе холодный взгляд, я пришел в себя, Саки и правда холодно смотрела на меня.
- Что?
- Ты опять думал о всякой чуши?
- Часть про "чушь" могла и пропустить.
Проработав со мной год, она, похоже, научилась читать мои мысли.
Но ничего не поделаешь. Было настолько скучно, что мне пришлось думать про подобную чушь. Блин... я только что признал, что это чушь.
- Если Товако-сан увидит тебя - Апчхи! - таким рассеянным - Апчхи! - она урежет твою зарплату - Апчхи! Апчхи!
- Она заперлась в своей комнате - об этом можно не беспокоиться.
Товако-сан уже на протяжении трех дней не выходит из своей комнаты, изучая документы.
По словам Товако-сан, статуэтка могла излечить любую болезнь, но раз уж она не смогла вылечить обыкновенную простуду Саки, то надеяться было почти не на что. Что касается версии, что она навлекает смертельную болезнь: я никогда не слышал о смертельном заболевании, начинавшегося с насморка. Эта версия тоже не подавала больших надежд.
Хоть она и не хотела признавать этого, все указывало на то, что ей опять попалась подделка.
- Значит, "все прекрасно на земле" [3] ?
- У тебя уже кризис среднего возраста?
Товако-сан, наконец, выползла из своей комнаты и похлопала меня по спине, попивая витаминный напиток с экстрактом моркови. Ее волосы были завязаны в хвост, скорее всего, чтобы не мешали, а глаза превратились в щелки, вероятно, из-за недосыпа. Создавалось ощущение, что до трехдневной щетины оставалось недолго.
- Уж кто бы говорил. И? Вы выяснили что-нибудь?
- М-м... Я только начала читать, так что пока делать выводы рано, но кое-что я разузнала.
- Например?
- Изначально этой статуэтке поклонялись в каком-то храме.
- Этому уродству?
- Эти статуэтки не обязательно должны изображать Будду или Бодхисаттву. Есть же знаменитый пример, когда люди поклонялись тому, что мужчины носят между ног, разве нет? У них у всех есть свое значение, и важно именно это.
- И какое же значение у этой штуки?
- Без понятия. Но еще одна прелюбопытнейшая история рассказывает о том, что священник того храма обладал божественной способностью излечивать любое заболевание своим прикосновением.
- Точь-в-точь как статуэтка, получается?
- Про это даже есть несколько историй. Однажды ребенок с лихорадкой в момент излечился, прикоснувшись к статуэтке. В другой раз мужчина упал с крыши и сломал ногу. Но как только до него дотронулся священник, его кости срослись, и он снова мог ходить. Ах да, был и очень забавный случай: однажды тот храм угостил всю деревню грибным супом, но все жители отравились, потому что грибы оказались ядовитыми. Затем священник ходил и прикасался к ним, после чего они вставали, будто ничего не произошло.
- Подозрительно, не так ли? Прямо как какая-то чокнутая секта.
- Да, создавать видимость того, что священник обладает какой либо силой - распространенный трюк для заманивания новых членов. Мне просто не нравится, что таких случаев так много.
Я взглянул на зал магазина.
Судя по кашлю Саки, сидевшей за прилавком, статуэтка была подделкой. Скорее всего, близился день, когда на полках появится новый товар.
- Саки, можешь передохнуть, - сказал я, но ответа от прилавка не последовало. - Саки?
Когда я похлопал ее по спине, она подняла голову и удивленно посмотрела на меня влажными глазами. Она собралась было что-то сказать, но ее прервал кашель.
Кашель? Но разве до этого момента она не чихала?
- Саки, ты в порядке?
- Все нормально, - топорно, как и всегда, ответила она, но тут же кашлянула.
Похоже, ее только что подхваченная простуда ухудшилась.
- В любом случае, я тут управлюсь, а ты отдохни.
Саки какое-то время вдумчиво молчала, потом пробормотала слегка хриплым голосом: “Хорошо”, - а затем встала. Она пошатнулась и облокотилась на меня. Я почувствовал, как она коснулась меня лбом. Он был слегка горячим.
- Эй... тебе настолько плохо?
- Господи, проявляйте свою любовь где-нибудь в другом месте, - сказала Товако-сан.
С ее ракурса, наверное, казалось, что мы обнимаемся.
- Похоже, она действительно простудилась! Эй, держись!
Я похлопал Саки по щекам, чтобы она пришла в себя. Слабо кивнув, она вошла в гостиную.
- Кто знает? Может это “неизлечимое заболевание” статуэтки?
- Исключено, - оборвал я шутку Товако-сан.
- Исключено...
♦
В последнее время его кашель стал ухудшаться. Его лоб был горячим каждый раз, когда я проверяла. Еще он начал иногда ронять вещи.
Симптомы явно указывали на то же заболевание, что постигло деревенских.
Болезнь быстро распространялась, и очереди больных в храм не было конца. Джуан-сама был занят их лечением.
- Я уверена, что Джуан-сама ставит лечение других выше, чем самого себя, - упрекнула я его, с трудом переборов свое благоговение к нему. - Кто будет заботиться о людях, если с вами что-то случится?
Это было ложью.
Мне было все равно, что будет с деревней.
Я просто не хотела смотреть на то, как он страдает.
Но Джуан-сама наотрез отказывался излечивать себя.
Потом симптомы болезни появились и у меня. Кашель не давал мне покоя, и так же поднялась температура. Оставалось недолго до того, как мое тело онемеет.
- Подойди. Я излечу твою болезнь, - подозвал меня Джуан-сама и протянул правую руку.
Но я отказалась.
На его лице отразилось легкое удивление.
- Пожалуйста, не беспокойтесь обо мне.
- Почему ты так говоришь?
- Пожалуйста, вылечите себя прежде, чем меня.
- Со мной пока еще все в порядке.
- Вы говорите: "Все в порядке"? Но разве вы не кашляете постоянно, господин? Разве у вас не постоянный жар? Вы больше не можете свободно двигаться. Вы думали, я не замечу?
- Ты, может, и не поверишь, но у меня сильное тело. Подожди, и со временем болезнь пройдет. Я знаю свое тело лучше, чем кто либо. Я больше беспокоюсь о тебе. Ну же, дай мне вылечить тебя.
- ...
- Прошу, не заставляй меня беспокоиться.
Услышав слово “беспокоиться”, я почти послушалась его. Я ни в коем случае не желала беспокоить Джуана-сама. Я не хотела видеть его обеспокоенным.
Тем не менее, я отказалась.
Если бы я согласилась, то он бы в который раз отложил свое лечение. Может, он боялся, что мог использовать правую руку ограниченное количество раз и не хотел тратить один раз на себя.
Если так, то я тем более должна была заставить его вылечить себя в первую очередь.
- Что бы вы ни сказали, я не позволю вам вылечить меня прежде, чем вы вылечите себя.
Поняв, что мое решение непоколебимо, он, наконец сказал мне.
Что он не мог вылечить себя своей правой рукой.
♦
С тех пор прошло три дня.
Состояние Саки и не думало улучшаться.
Она не переставала кашлять, и температура не спадала. Соображала она тоже неважно, так как не могла нормально переодеться и, среди прочих примеров, роняла ложку, когда ела.
- М-м... ужасно, - простонала Товако-сан, выйдя из комнаты Саки после того, как помогла ей переодеться.
- Ей плохо?
- М-м? Да, это так, но меня тревожит кое-что другое. У нас больше не осталось сменной одежды...
- Чего?
- Нет, слушай, я оставила все хозяйство на Саки. Ее чистая одежда кончилась. Если уж на то пошло, моя тоже.
- Разве вы не постирали ее?
- У меня плохо с домашним хозяйством, - гордо пояснила она.
Я мог только офигеть.
- Хочешь, переложу эти обязанности на тебя?
- Нет уж.
- Ээ? Тебе далеко не каждый день доводится стирать одежду двух девушек, знаешь ли. Там есть пижамы и нижнее белье!
- Я напрочь отказываюсь.
- Вот зануда...
- Мне просто не до этого.
- Хмф, как хочешь. Саки-чан только что проснулась - навестил бы ее. Но слишком долго не задерживайся, хорошо?
Товако-сан удалилась с грязной одеждой Саки, а я тем временем вошел к ней в комнату.
Я не впервые нахожусь в ее комнате, но она всегда казалась мне пустой. Почти без мебели, ничем не украшенная - противоположность переполненного магазина. Тут были лишь стол, шкаф и кровать. Ни мягких игрушек, ни плакатов.
Чаще всего она одевалась в черное, но ее комната была белой. В данных обстоятельствах она сильно напоминала больницу.
- Что ты так осматриваешься? - пожаловалась Саки, наполовину высунув лицо из-под одеяла.
- Просто подумал, что у тебя очень мрачная комната. Хочешь, в следующий раз принесу тебе часы-мандрагору?
- Они мне не нужны.
- Я так и подумал. Мне тоже, - пошутил я и сел на стул возле ее кровати, где до меня, наверное, сидела Товако-сан. - Как ты себя чувствуешь?
- Ужасно.
- Нечего было работать, когда болеешь.
На лбу у нее был обычный компресс, чтобы немного понизить жар... Я подумывал, не написать ли на ней “мясо”, но сдержался - шутка была бородатой.
Но, когда я протянул руку, Саки, почувствовав опасность, быстро отползла назад.
- Я ничего не сделаю, правда.
- Дело не в этом.
Саки высунула лицо из-под одеяла и посмотрела на меня.
- Я не мылась, - прошептала она так тихо, что я еле разобрал слова.
- М-м? Но от тебя не пах...
Я получил удар по носу, когда понюхал ее. Удар был гораздо сильнее, чем можно было ожидать от больного человека.
- Прости.
- За что? За удар?
- За то, что не работаю. Все-таки я уже три дня не работаю.
Неужели она извинилась так вежливо, потому что простуда ослабевает дух? Твои слова достойны уважения!
- Не беспокойся. Все равно тут нечего делать.
- Если бы Товако-сан это услышала, она бы разозлилась!
- Ее здесь нет, так что все нормально.
- Но я здесь, разве нет?
Я резко обернулся - я и не заметил, как Товако-сан вернулась. У нее в руках была бутылка с водой. Кинув мне бутылку, она велела мне зайти к ней, как закончу, и ушла.
- Я же говорила... ты слишком беспечный!
Саки несколько раз попыталась открыть пластиковую бутылку, но так и не смогла. Видимо, она окончательно ослабла. Я выхватил у нее бутылку, открыл и вернул ей.
Она приподнялась и принялась жадно пить, чтобы удовлетворить жажду.
Затем я с удивлением заметил то, во что она была одета.
- Что?
- Ничего, просто не знал, что ты этим увлекаешься.
Саки была облачена в коричневую пижаму, напоминавшую костюм. Ей оставалось лишь натянуть ее на голову, и из нее получился бы самый настоящий енот.
- У Товако-сан не было других пижам... Ну почему она не черная?
- Тебя беспокоит цвет?!
- А что же еще?
- Ну, черных енотов все-таки не бывает. Может лучше будешь пингвином?
- Нет, у пингвинов белый живот.
В версии с изображениями тут находится картинка.
- Что значит “нет”? Вообще-то у енотов тоже белый живот.
На что она ответила:
- И правда. Как небрежно с моей стороны.
Ей нечего было стыдиться, но, похоже, ее тяга к черному не позволяла идти на компромиссы... Какой бессмысленный разговор.
- Эм-м, ну, забудем о пижаме. Хорошенько отдохни! Я уверен, завтра тебе станет лучше.
- М-м.
Не желая изнурять ее долгим разговором, я встал и направился к двери.
- А, постой, - остановила меня Саки.
- М-м? Что-то еще?
- Нет. Просто... – отвернувшись прошептала она так, что я еле-еле расслышал, - ...спасибо.
- Ее щеки наверняка покраснели от жара.
Чтобы скрыть свое смущение, она быстро поднесла бутылку к губам, но секундой позже кашлянула и выплюнула воду на одеяло.
- Спокойно, расслабься.
Наверное, вода пропала не в то горло. Я засмеялся, и тут я кое-что заметил.
На одеяле появились красные пятна.
- Э?
Мой взгляд был тут же прикован к ней.
На руке, которой она прикрывала рот, было что-то красное.
♦
Джуан-сама рассказал мне все о своей правой руке.
Я узнала, что его рука не излечивала заболевания и раны, а была лишь посредником, через которого он мог передавать свою жизненную силу.
Другими словами, если бы жизненная сила была водой, то его правая рука была бы ковшом, черпавшим ее.
Жизненная сила, которую он передавал человеку, до которого прикасался, приводила в движение жизненную силу этого человека, позволяя тому поправиться с помощью его собственной регенерации.
Вот почему он не мог воскрешать мертвых, и почему части тела, отмершие в результате ожогов или обморожения, не восстанавливались.
У мертвого не было жизненной силы, которую можно было бы привести в движение.
Вот почему Джуан-сама не мог вылечить себя.
Количество жизненной силы не изменилось бы от того, если бы он перелил ее в себя же.
Именно тогда я осознала, что его лечение было фактически самоубийством.
Джуан-сама сказал, что количество энергии было мизерным, и, чтобы восстановить ее, требовалось лишь поесть и отдохнуть один день.
Он сказал, что, следовательно, излечивать людей - не самоубийство.
Но с его ослабевающим телом, это было ни что иное, как самоубийство.
С тех пор как я узнала об этом, я начала отказывать всем жителям, которые нуждались в правой руке Джуана-сама.
Я хотела, чтобы он был в покое.
Я подробно объяснила жителям ситуацию.
Что Джуан-сама заразился тем же заболеванием, что и они. Что он не мог вылечить себя правой рукой. Я так же обещала им, что они смогут увидеть Джуана-сама, как только он поправится.
Сначала они соглашались, но со временем стали что-то подозревать.
Обвиняя нас в том, что мы намерено отказывали им из корыстных побуждений.
Обвиняя нас в том, что мы отдавали предпочтение тем, кто много платил.
Они забыли об услугах, которые сделал для них Джуан-сама, и начали распространять слухи.
Я решила оградить Джуана-сама от жителей еще больше.
Для меня важнее него не было ничего.
Разумеется, я ничего ему не сказала.
Я сказала ему, что чумы больше нет, и что жители как никогда здоровы.
Мне было больно смотреть на его лицо, полное облегчения и радости, но я, полная решимости, врала до последнего.
Но его самочувствие ухудшалось день ото дня – нескончаемый кашель, не спадающий жар – и, наконец, он очутился в состоянии, когда еле мог есть или передвигаться самостоятельно.
Однажды Джуан-сама вдруг продолжил вырезать статуэтку Будды еле подвижными руками.
Он соскреб позолоту со статуэтки, которой так дорожил, и приложил к ней молоток и стамеску.
Когда я спросила его, почему он решил так поступить, он ответил, что хочет завершить статуэтку, вырезав ее как можно ближе к образу Будды, которого он встретил во сне.
Джуан-сама счел статуэтку незавершенной, хотя в моих глазах она была превосходна.
День за днем он погружался в работу, вырезая ее до поздней ночи.
Он продолжал, будто не желая тратить лишний день, час, лишнюю минуту, ни даже секунду.
Он работал, словно его что-то подгоняло.
Я не хотела даже думать, что его подгоняло.
Он не слушал меня, когда я, беспокоясь за его здоровье, предлагала ему отдохнуть.
Его окружала внушительная аура.
Говорят, что вырезая статуэтку Будды, ты показываешь свою веру в него.
Может, вырезая статуэтку, он молил Будду о спасении, в то время как его собственная жизнь постепенно утекала.
Он мог спасти всех, но спасти его не мог никто.
Лишь Будда мог спасти его .
То, что он делал, было деянием веры. Каждое движение было доказательством его веры в Будду.
И все-таки иногда мне казалось, будто он замахивается на Будду мечом.
Наверное, у меня было что-то не в порядке с глазами.
Несколько дней спустя.
Джуан-сама закончил вырезать статуэтку.
Выражение ее лица было спокойным, словно идеально гладкое озеро, и ясное, словно безоблачное небо, на котором не виднелось и птицы.
Ни его неистовая спешка, ни внушительная аура не проглядывали в статуэтке.
Только когда я увидела конечный результат, я поняла, что до этого статуэтка действительно была незавершенной. Хотя я была необразованной, я понимала, насколько она была искусно вырезана.
Но для меня она была по-настоящему прекрасной из-за того, насколько она была схожа с ним.
Это был Джуан-сама, явившийся ко мне, когда я была на грани смерти, замерзшая и оголодавшая.
Он определенно стал бы отрицать это.
Но статуэтка была не кем иным, как Джуаном-сама.
В ней содержалась вся его сущность.
Она являлась его воплощением.
...Но к тому времени, как он закончил статуэтку, он уже не мог даже встать с кровати.
Помимо этого, он начал кашлять кровью, и когда я ухаживала за ним, она часто попадала на меня.
В таких случаях он извинялся и стирал кровь правой рукой.
Правой рукой, тощей, словно усохшее дерево.
Видя его таким немощным, я была не в силах сдержать слезы.
Не успела я опомниться, как мне стало невыносимо смотреть на него.
Я знала, как спасти Джуана-сама. Но никак не могла заставить себя сказать ему об этом.
Однажды он сказал мне:
- Отрежь мою правую руку.
Я...
Я... была без ума от счастья.
Он пришел к такому же выводу, что и я!
Я была рада, что у него появилась та же самая идея, которую я не осмеливалась высказать.
Я взяла стамеску, которой он вырезал статуэтку, и с размахом вонзила ему в правую руку. Еще раз, и еще раз, и еще раз, и еще раз.
Единственной радостью было то, что он уже не чувствовал боли.
После нескольких дюжин ударов стамеской, мне, наконец, удалось отсечь его правую руку.
Затем я взяла руку и прикоснулась ей к Джуану-сама.
Если он не мог вылечить себя своей правой рукой, мне оставалось лишь сделать так, чтобы она больше не принадлежала ему.
Если это больше не его рука, то она могла излечить его, как и остальных.
- Да передаст ему эта правая рука мою жизненную силу.
- Если он поправится, мне не важно, что со мной будет.
- Каждая капля моей жизненной силы будет его.
...Но Джуан-сама не излечился от болезни.
Почему?
Почему моя жизненная сила не достигла его?
Это было неправильно.
Этого не могло быть.
Теперь, когда его правая рука отсечена, она должна была спасти его.
После отсечения она должна была стать способной спасти его.
Джуан-сама смотрел на меня.
Он пытался мне что-то сказать.
- !!!
Увидев Джуана-сама, я закричала.
Из обрубка его локтя струилась кровь. Его жизненная сила вытекала.
Лежа на полу с обрубленной рукой, весь в крови, он посмотрел на меня.
"Почему он лишился правой руки?"
...Потому что я отрезала ее.
"Почему он лежит на полу?"
...Потому что я отрезала ему руку.
"Почему он умирает?"
...Потому что я отрезала ему руку.
- AAAAAAAAAAAAAAAAAAAA!!!
В ужасе от своего поступка я бросилась прочь из храма.
Что я наделала?!
Я думала, что могла спасти Джуана-сама.
Это все, что вертелось у меня в голове.
...Я даже не задумывалась о возможности неудачи.
Я просила помощи у жителей деревни.
Но после отказа в ответ на их мольбы о спасении никто не хотел помогать мне.
Они лишь испуганно вскрикивали при виде меня, заляпанной кровью. Но одна пожилая женщина выслушала мою мольбу о помощи.
Она была бабушкой ребенка, которого как-то спас Джуан-сама. В отличие от остальных, она беспокоилась о Джуане-сама и, когда он заболел и не мог оказывать лечение, не стала считать это само собой разумеющимся.
Я привела ее в храм.
Женщина упала на колени при виде отвратительного зрелища.
В луже собственной крови лежало тело покойного Джуана-сама.
А возле него – статуэтка Будды, присматривающая за ним на его смертном ложе.
Подойдя к трупу моего господина, я обхватила его руками.
Я заметила листок бумаги, торчавший из его кимоно.
Я не умела читать и поэтому попросила женщину.
Узнав, что его стремления не совпадали с моими, я бросилась в слезы.
В тот день я ослепла.
♦
- Кашель, жар, кровохарканье и скованность движений... очень похоже, - сказала Товако-сан с серьезным лицом.
- Похоже на что?
- На чуму, упоминавшуюся в рассказах про статуэтку.
- Если эта штука – реликт, вызвавший эту болезнь, то как нам ее вылечить?
- Боюсь, я пока не встречала случая, когда кто-то исцелялся от неизлечимого заболевания этой статуэтки.
- «Не встречали»? Поймите наконец. Это не подделка. Перед вами реликт, поражающий неизлечимой болезнью всех, кто до него дотронется.
- Не будь таким угрюмым! Я сказала «пока». Я еще пороюсь в этих документах.
- Я помогу вам.
- Если бы я знала, что такое случится, то прочла бы их гораздо раньше.
Отбросив страх, что мы не успеем вовремя, я принялся за документы, которые дала мне Товако-сан.
Это были сжатые пересказы историй о заброшенной деревне, в которой нашли статуэтку.
По-видимому, это были исследования людей, заинтригованных историей про статуэтку, несшей смерть через болезнь или вылечивавшей от любого заболевания.
Я начал с относительно старого документа. В нем упоминалось много случаев, когда священник касанием вылечивал жителей деревни. Хотя ни в одном из случаев не говорилось о воскрешении мертвых, историй об исцелении болезней и ран была уйма. Среди этих заболеваний были такие, описания которых походили на симптомы недомогания Саки.
- М-м?
Я наткнулся на странную запись.
Если верить ей, священник сам заболел и отошел от дел, чтобы восстановить силы. Как священник, способный вылечить любую хворь, мог заболеть и нуждаться в восстановлении сил?
В последующих документах священник вообще перестал упоминаться. Кто-то говорил, что он умер от болезни, другие – что он исчез.
Вместо него рассказывалось про его ученицу и статуэтку, которой, по всей видимости, поклонялись в его храме.
Теперь уже ученица со статуэткой странствовала и излечивала людей.
Еще дальше в записях отмечалось, что много людей умерло от эпидемии, так как прикосновение к статуэтке не помогало. Говорили, что статуэтка потеряла свою силу.
Потом произошел неожиданный поворот событий – люди, прикоснувшиеся к статуэтке, заболевали смертельной болезнью.
С этого места документы становились довольно неясными и бессвязными. Просто собрание историй понаслышке.
Как мне думалось, сверхъестественными способностями обладал не священник, а статуэтка, и священник просто создавал видимость, что лечит людей касанием.
Не знаю, что произошло со священником, но статуэтка перешла к ученице. Но ученица не стала заморачиваться и лечила людей, давая им прикасаться к статуэтке.
Пока все понятно. Проблема в том, что случилось после.
Почему статуэтка вдруг перестала излечивать людей и начала заражать их какой-то болезнью?
Может, рассказы о ее целительных свойствах с самого начала были враньем?
Или же ее сила изменилась?
Или, может, она могла исцелять только при особых условиях?
Об этом нигде не упоминалось.
- Черт побери, ответ может помочь нам спасти Саки!..
В одном из документов было послесловие, в котором автор выражал свое мнение по этому поводу.
«Говорят, статуэтка чудной и абстрактной формы сродни воплощению ненависти и стенания. Кстати, это описание и правда соответствует самому объекту. Удивительно, но некоторые утверждали, что статуэтка изображала мирного Будду.
Возможно, эта статуэтка была каким-нибудь сосудом, служившим заменой людям. Таким образом, поглощая болезни и раны бесчисленных эгоистичных людей, статуэтка постоянно осквернялась, пока, наконец, не превратилась из Будды в зловещего дьявола.
Я один так считаю?"
Возможно, мы, люди, у нее в долгу? Вернуть который можно лишь тогда, когда умрет столько же людей, сколько спаслось?..
Вдруг я услышал тихий кашель, доносившийся из комнаты Саки.
Я вошел в комнату проверить, как она.
Лицо девушки, лежавшей в кровати, было бледным, словно воск, несмотря на охвативший ее тело жар. Она, похоже, спала, но то и дело содрогалась в приступах кашля.
Я протянул руки, чтобы поправить ее одеяло, когда у меня в голове что-то промелькнуло.
В глазах потемнело.
Я не хотел этого видеть. Я совершенно точно не хотел видеть будущее, порожденное этой ситуацией.
Но мое желание было проигнорировано.
Я не властен над тем, когда активируется “видение”.
Голову пронзил звук, сопровождаемый болью...
Саки, лежа на полу, взглянула на меня тоскливыми глазами.
Я кинулся к ней, но споткнулся обо что-то.
Возле моих ног лежала та проклятая статуэтка.
Я пнул её прочь и бросился к Саки.
Её глаза были полузакрыты, и она тщетно пыталась сфокусировать взгляд.
Она не видела меня, хотя смотрела в упор.
Саки приоткрыла рот, пытаясь что-то сказать.
Но вместо слов полилась кровь.
Все же, пытаясь что-то произнести, она снова открыла окровавленный рот.
Но ее слова не достигли меня, и, дрогнув губами, она...
- Ты... что-то увидел?
- !
Я пришел в себя.
Я не заметил, как Саки проснулась и наблюдала за мной.
Мое сердце бешено стучало.
Я еще могу успеть. В будущем, что я видел, Саки повалилась на пол, но сейчас она на кровати. В будущем, что я видел, глаза Саки больше не видели, но сейчас она смотрела на меня. Ее глаза ещё видят. Она отчетливо меня видит.
То будущее пока не наступило.
Время еще есть.
Я не знал, когда это произойдет. Но не сейчас. Точно не сейчас.
- ...Я-Я разбудил тебя? - игнорируя ее вопрос, я поправил ей одеяло.
- Ответь. Ты что-то увидел? - повторила она вопрос.
Я кивнул.
- Да... Я увидел твое слюнявое лицо с разинутым ртом, пока ты спала! – я натянуто засмеялся.
Неуклюже, словно старый несмазанный механизм.
Поправив одеяло и будучи не в силах больше находиться в ее комнате, я удалился, словно сбежал оттуда.
- Из тебя никудышный лжец.
Ее хриплый шепот никак не покидал меня.
♦
У меня не было времени предаваться отчаянию.
Я должна была унаследовать его волю.
Статуэтку, которую он вырезал до самой смерти.
Статуэтку, которую он мне оставил.
Статуэтку, что переняла силу его правой руки.
Статуэтку, что связывала нас.
С помощью этой самой статуэтки мне предстояло спасать людей.
Взяв ее с собой, я покинула гору.
Я чувствовала, как они с подозрением и уважением смотрели на меня.
Но меня это не беспокоило.
Я спросила, были ли в деревне больные.
Я разузнала, что один больной пожилой человек уже месяц не встает с постели, и наведалась к нему.
Его дочь язвительно спросила, что мне было нужно. Разумеется, она держала на меня злобу, так как я отказала ей в помощи, когда та приходила в храм.
- Я здесь, чтобы спасти тебя.
- А что ты можешь сделать? Где Джуан-сама? Приведи его!
- Будь уверена – эта статуэтка спасет твоего отца. Ему нужно только дотронуться до нее.
Повлияли ли на нее мои последние слова, или же я была ее последней надеждой, остается в тайне, но она согласилась быстрее, чем я думала, и провела меня в дом.
Послышался кашель пожилого мужчины. Похоже, это все-таки была эпидемия.
Я села рядом с ним и взяла его за руку.
Его тут же поразил приступ кашля. В следующее мгновение у меня с лица что-то капнуло.
Несомненно, это была кровь.
- Простите меня, пожалуйста. Наверное это было невыносимо. Но будьте уверены – эта статуэтка вылечит вас.
Я прижала его руку к статуэтке.
После чего кашель тяжело дышащего старика мгновенно прекратился.
Он приподнялся как ни в чем не бывало и изумленно распахнул глаза.
Дочь и несколько жителей деревни, пришедшие посмотреть, завалили меня словами восхищения.
Эта картина напоминала то, когда мы впервые появились в этой деревне и спасли ребенка.
Конечно напоминала.
Ведь символически это был повтор того случая.
- Теперь вы здоровы.
- Аа... А!.. – признательно простонал мужчина и поспешно вытер попавшую на меня кровь.
- Не утруждайтесь, - мягко сказала я.
Он схватил мою руку и начал вновь и вновь выражать свою благодарность.
Среди зевак пробежала волна удивления.
- Что произошло?
- Как это можно объяснить?
- Словно его коснулся Джуан-сама!
Обернувшись, я объяснила им:
- Эта статуэтка – воплощение Джуана-сама.
С тех пор я мало-помалу стала снова завоевывать доверие жителей, посвятив себя их исцелению.
Мне приходилось лечить людей одного за другим, будто это была расплата за то, что я отказывала им раньше. Молва распространилась за пределы деревни, и люди начали приходить как из соседних деревень, так и издалека.
Конечно, я не отказывала им.
Я вылечила сотни, тысячи их ран и болезней.
И намеревалась спасти всех, кому еще предстояло прийти.
Как мой господин.
Как он завещал.
- Пожалуйста, помогите! Мое дите! У моего ребенка лихорадка!
В тот день тоже пришел посетитель и постучался в дверь храма.
Ребенок в её руках задыхался и кашлял в промежутках между дыханием. Его лоб был невероятно горячим, когда я померила температуру.
- Пожалуйста, спасите моего ребенка с помощью статуэтки!..
- Идемте за мной, - пригласила я женщину с ребенком.
Облегченно вздохнув, она вошла в храм.
- ! Где статуэтка? – подгоняла она меня, выискивая взглядом статуэтку.
Увидев статуэтку на алтаре, она кинулась к ней.
- Стоять! – резко крикнула я.
Женщина замерла с испуганным лицом.
- Не спешите прикасаться к ней. Только больные и я могут к ней притрагиваться.
Это была драгоценная статуэтка, которую оставил мне Джуан-сама.
Я не могла позволить, чтобы кто-то сломал или украл ее. Я не позволю опрометчиво прикасаться к ней даже матери с ребенком.
- П-простите меня.
Я пошла снять статуэтку с алтаря и вернулась к ребенку.
- Ваш ребенок будет как огурчик в два счета!
Я позволила ребенку прикоснуться к статуэтке.
Кашель прекращается, жар спадает, и больной встает с постели здоровее некуда – обычно.
Однако ни с того ни с сего ребенка хватил жуткий приступ кашля.
- Гх! Гх-х!.. Гх-г! Гх-гу!.. Аг-х!
- ?
- Что случилось?
- Почему болезнь не исчезла?
Я заставила ребенка снова прикоснуться к статуэтке.
- ...Уэ...а-а-а! ...Гх, гх! ...Гх-гху-гх!
Кашель стал еще хуже. Ребенок начал размахивать руками и ногами.
Кроме того, что кашель ухудшился, ребенок начал харкать кровью. Ощущая кровь, прилипавшую к лицу и телу, я не знала, что делать.
- Что такое? Соберись! Ну же! Спаси моего ребенка!! – разъяренно прокричала женщина.
Ребенок тут же прекратил кашлять и успокоился.
- О, болезнь исчезла, - не успела я подумать, как...
Женщина завопила во все горло.
Я не знала, что произошло.
Но по деревне начали расползаться слухи.
Слухи о том, что я не смогла спасти ребенка.
Но они мне не вредили.
Сотни и тысячи спасенных мной жизней нельзя было перечеркнуть одной неудачей. Его правая рука и его статуэтка не могли воскрешать мертвых, и все это знали.
Поэтому, предполагая, что болезнь зашла слишком далеко, и спасти ребенка было уже невозможно, этот случай проигнорировали. Или так оно должно было быть.
Однако все обернулось по-другому.
- Гх, угхху! ...ГХ! Гх! Угх! Гхо! Гхо!.. Уге!
Опять.
Опять кто-то, кто прикоснулся к статуэтке, не вылечился, а наоборот, его симптомы стали ухудшаться. Его бросило в приступ кашля, после чего он захаркал кровью и в конце концов умер.
Я ощущала вопросительные взгляды.
Но я не могла дать ответа.
Я задумалась над тем, что случилось со статуэткой.
Что изменило ее?
- Можем мы услышать объяснение?
Это было первым, что я услышала, когда пришла к главе деревни по его зову.
- Среди тех, кто умер после того, как прикоснулся к статуэтке, конечно должны были быть те, кому уже нельзя было помочь. Но правда ли это? Не было ли тех, кого еще можно было спасти? – спросил он.
- Я не...
У меня не было ответа. Мне оставалось только молчать.
- Как я и говорила!
Вдруг, чей-то голос прервал тишину.
Зеваки разошлись по сторонам, и передо мной предстала...
Пожилая женщина, проследовавшая за мной до храма в тот день, когда я отрезала правую руку Джуана-сама.
- Я видела! Я видела, как умер Джуан-сама! Но это была неестественная смерть. Его убили. Покромсали стамеской...
- Опять эта твоя история? Не распространяй подобные...
- Я не вру! Я видела все своими глазами. Ну?.. Никто мне не поверил.
Действительно, ей могло показаться, что Джуан-сама был убит той стамеской. И она с легкостью могла предположить, что убийца - я, так как на мне были пятна крови.
Она рассказала об этом жителям, но никто ей не поверил, потому что я исцелила несметное количество людей.
Но в этот раз все было иначе. Они сомневались.
Толпа позади нее начала обвинять меня:
- Она все-таки была права! - Это проклятье Джуана-сама! - Он мстит нам за то, что ты убила его!
Но были и те, кто заступились за меня:
- Эта статуэтка спасла нашего ребенка! - Джуан-сама никогда бы не помыслил о мести! - Тех, кто умер, все равно уже нельзя было спасти.
- Похоже, люди расходятся во мнениях. Мне тоже хочется тебе верить. Но сейчас уже невозможно обойтись без сомнений. Я прошу доказательств. Доказательств лечебных свойств статуэтки. Доказательств, что из-за нее никто не умер.
- А то, что я жива, разве не доказательство?
Я подняла статуэтку над головой.
Если он оставил за собой проклятье, то меня бы тут же убило.
Если эта статуэтка убивала, то она бы тут же убила меня.
Но этого не случилось.
Разве не являлось безоговорочным доказательством то, что я не умерла от прикосновения к статуэтке?
- Ха, наверняка какой-то фокус, - усмехнулась пожилая женщина.
- Вы что же, не читали письмо, которое оставил Джуан-сама?
- Ты наверняка сама написала его и спрятала в его одежде, так ведь? – ее сомнения уже глубоко укоренились. – Джуан-сама был человеком достойным восхищения, да! Бог знает сколько раз он спасал моих детей и внуков. Я чуть было не поверила, что он и есть сам Будда!
Как и я. Нет, я верила в это даже сильнее, чем она.
- Ты знаешь историю о человеке... который убил бога?
- ?
- Давным давно, когда бог всё ещё обитал в этих краях, был человек, который убил бога. Пропитанный божественной кровью, меч получил таинственную силу, и тот глупый человек, неумело обращавшийся с мечом, вдруг прославился в битвах. Но однажды в его дом проник вор. Человек обнажил клинок, чтобы защитить свою семью, но его меч не смог поразить противника. Невероятно острый на поле битвы, сейчас меч не мог даже зарезать вора - нет, не мог даже поцарапать его кожу. Он и его семья были убиты вместо грабителя.
Божественная кровь наделила меч силой. Но бог ни на секунду не забыл свой гнев на человека, убившего его. Это была божественная кара. Тогда, когда ему нужно было защитить самых близких ему людей – когда меч должен был резать лучше, чем когда либо – клинок его предал и потерял свою остроту.
Ты понимаешь смысл этой истории? Она про тебя!
- Э?
- Ты убила Джуана-сама и окунула статуэтку в его кровь, да? Ты завидовала его силе и хотела быть похожей на него?
- Н-нет! Я бы никогда...
- Притворяйся, что ничего не понимаешь, если хочешь. Но знай, что смерти, вызванные статуэткой, уже доказали мою правоту! Это проклятье Джуана-сама. Нет... это небесная кара! Джуан-сама хочет тебя наказать!
Женщина шлепком выбила статуэтку из моих рук.
- Ч-что вы делаете со статуэткой, которую он мне завещал?!
- Только взгляни на свою статуэтку. Что прежде было божественно красивым, теперь превратилось в безобразное! Вы все, откройте глаза. Сколько можно давать ей обманывать вас? Если вы не опомнитесь, вас постигнет его наказание!
Я почувствовала их страх, они отшагнули назад.
- Пожалуйста, кто-нибудь, поднимите статуэтку! – издала я крик о помощи, но никто ее не поднял.
Через семь дней женщина умерла от болезни.
В тот же день я утратила их доверие.
♦
Войдя в гостиную, я повалился на пол.
Закрыв глаза, я вспомнил ужасное будущее, которое показало мне «видение».
"Видение"?
Значит, оно показывает будущее?!
Ну я и сам могу догадаться, что с ней произойдет! Какой толк видеть это будущее сейчас?
Почему я не увидел его до того, как Саки прикоснулась к статуэтке?
Я заметил статуэтку.
Ненавистная статуэтка, которая собиралась вот-вот унести Саки из жизни.
Бросающая в дрожь статуэтка стояла в стеклянном футляре, как будто не знала, что сотворила.
Я протянул руку к кейсу.
Может, я увижу другое будущее, когда дотронусь до неё?
Может, "видение" покажет мне мою смерть?
Может, я найду подсказку к спасению Саки?
Я хотел было снять перчатки, как чья-то рука остановила меня. Возле меня стояла Товако-сан.
- Не прикасайся к ней.
- Я и не собирался! Я просто делал вид, понимаешь?...
- Ты умрешь.
Когда я почувствовал вес ее слов, мои оправдания застряли в горле. Только Бог знает, остановил бы я руку, если бы "видение" ничего мне не показало, а Товако-сан не остановила бы меня.
- Узнали что-нибудь новое? – спросил я ее.
Товако-сан молча помотала головой.
Мое тело разочарованно поникло.
- Токия... почему ты так утруждаешь себя?
Моя попытка прикоснуться к статуэтке была встречена критическим тоном.
- Потому что если я ничего не сделаю, она...
- Все же.
- Потому что, знаете, она...
Она что? Да, мы многое пережили, но с тех пор, как мы познакомились, прошел лишь год. Сейчас мы просто коллеги. Нас больше ничего не связывает.
Но мои чувства не соглашались.
Я чувствовал, что мы знаем друг друга гораздо дольше.
Я чувствовал, что наша связь гораздо глубже.
Причины не было.
Я не мог это объяснить.
Как бы то ни было, потерять Саки для меня было немыслимым. Нет, не совсем так. Мысль о ее потере не давала мне покоя. Только подумав об этом, я чуть не свалился на пол, потрясенный невыносимой пустотой.
Не знаю почему.
Вот что, наперекор разуму, кричали мои чувства.
...И все же, я был бессилен.
- ...Нгх!
Я опрокинул статуэтку вместе с футляром со стола.
Кейс разбился вдребезги, и статуэтка покатилась по полу. На полу валялись осколки и кусок, отколовшийся от статуэтки.
- Не вымещай злобу на реликте. Реликты просто существуют. Они не виноваты.
- А кто тогда виноват?! Саки, потому что прикоснулась к ней?!
- Нет, - Товако-сан снова помотала головой. – Виновата я. Потому что принесла ее сюда.
- ...!
Мне нечего было возразить. Я наступил на обломок реликта.
- Ты тоже ничего не узнал? – спросила она.
- Да, иначе меня здесь бы не было.
- Я хотела только немного расследовать эти противоречащие друг другу традиции... – грустноватым тоном сказала Товако-сан.
- ...Интересно, может, её сила изменилась? – предложил я.
- Я ни разу не слышала о реликте, изменившем свою силу.
Если не сила, то что тогда изменилось в статуэтке?
Почему она вдруг начала убивать людей?
- Что-то... случилось?..
Выглянула Саки, облокотившись на дверь. Она, наверное, пришла узнать, что был за шум-гам.
Она была по-прежнему бледной, и было видно, что ей тяжело стоять. Нет, «по-прежнему» - удобная ложь. Она выглядела гораздо хуже, чем раньше.
- Что ты делаешь? Будь паинькой и...
Прежде, чем я успел закончить предложение, Саки упала на колени. Схватившись за грудь, она несколько раз кашлянула. У меня было плохое предчувствие.
Саки повалилась на пол. Она слегка подняла голову и посмотрела на меня грустными глазами.
- Саки!
Я кинулся к ней, но споткнулся обо что-то.
Возле моих ног лежала та проклятая статуэтка.
Я отшвырнул ее ногой. отскочила от стены и упала рядом с Саки, попавшись ей на глаза.
- !
У меня по спине пробежала невыразимо холодная дрожь.
Это было не что иное, как будущее, которое показало мне «видение».
В моем видении Саки упала.
Она взирала на меня грустными глазами.
Я споткнулся об эту чертову статуэтку.
Я отшвырнул ее ногой.
Подсказок было более чем достаточно.
- Это одно и то же. Нет. Это одно и то же! Нет!
В голове звучали два противоречащих друг другу голоса.
Я отбросил их и направился к Саки.
Кашляя, она отчаянно пыталась встать. По руке, которой она прикрывала рот, стекла капля крови и упала на статуэтку.
В следующее мгновение она чуть не упала на статуэтку, но я быстро поймал ее. Я боялся, если она еще раз дотронется до статуэтки - ей конец.
Она снова закашлялась, брызгая мне на лицо каплями крови.
- ...Прости... меня...
Саки попыталась отстраниться от меня, чуть снова не упав на пол, но на этот раз ее поймала Товако-сан.
- ...Смой кровь... Она может быть заразной...
Саки попыталась стереть кровь с моего лица. Но ее рука тоже была в крови.
- Я... только сделала... хуже.
Она вдруг опустила руку. Когда она чуть было не коснулась статуэтки, Товако-сан быстро остановила ее.
В прошлом люди вот так же умирали?
Искавшие спасения, но преданные?
А еще больше людей беспомощно смотрели, как те умирают?
Я замахнулся ногой, чтобы отпнуть статуэтку подальше от Саки, когда заметил, что ее капля крови впиталась в статуэтку.
- !
Нет, не так. Кровь не впиталась. Она прилипла к поверхности статуэтки. Просто кровь была почти такого же цвета, как и статуэтка.
Кое-что привлекло мое внимание.
- Токия?
Я оставил Саки на Товако-сан и поднял статуэтку, одев перчатки. Затем пальцем вытер кровь Саки. Остатки крови размазались по поверхности.
Теперь цвет полностью совпадал, и крови было совсем не видно.
спасла тысячи жизней.
Первым симптомом чумы был обычный кашель, затем шел кашель с кровью. В конце концов, больных хватал паралич, и они умирали.
Сколько раз до статуэтки прикасались больные в поисках помощи?
- !..
Товако-сан сказала, что сила реликтов не изменяются.
Поэтому я предположил, что один из двух мифов неверен.
Но что, если они оба правдивы?
Что, если сила статуэтки заключалась не в том, чтобы излечивать от болезней или заражать смертельным заболеванием, а что-то другое, что влекло за собой эти последствия?
Если изменилась не сила, то что тогда?
Это упоминалось в документах.
Говорят, статуэтка чудной и абстрактной формы, словно воплощение ненависти и стенания. Также некоторые утверждали, что статуэтка изображала мирного Будду.
Иными словами.
Изменилась не сила.
Изменилось обличье.
Запятнанная заразными флюидами тысяч людей, пораженных болезнью.
От того, что я пнул статуэтку, по ней расползлись трещины, и отвалилась часть наружного слоя.
А под ним проступил...
♦
- ...
Я пришла в себя. По-видимому, я потеряла сознание.
Я услышала, как рядом упала балка.
До меня донесся звук падающей поблизости колонны.
Судя по звукам и жару, пожар было уже не остановить.
Видимо, они решили сжечь меня.
Я не боялась смерти.
Наоборот, я была даже рада отправиться туда, к нему.
Я сожалела только о том, что мне не удалось исполнить его волю.
В письме, что он оставил мне, он просил меня заменить его правую руку статуэткой и спасать людей вместо него.
Следуя его наставлению, я спасала людей, насколько хватало моих сил.
Но, в итоге, я стала неспособна спасать их, и тем самым предала их. Нет, меня даже подозревали в убийстве.
До самого конца я так и не узнала, почему статуэтка утратила целительную силу.
Я могла лишь предположить, что это наказание свыше.
За мое богохульное неверие.
За мою самонадеянную попытку заменить Джуана-сама.
И все же, я не прекращала спасать людей.
Ибо чтить его последнее наставление было превыше всего остального, даже если это означало сделать моими врагами богов.
Еле двигая почти парализованным телом, я вырвала половую доску и начала копать.
Не обращая внимания на рвущуюся кожу, кровоточащие пальцы и ломающиеся ногти, я продолжала копать онемевшими руками.
Ямка была небольшой, но ее хватало, чтобы защитить статуэтку.
Я бы хотела положить ее в футляр или что-то наподобие, но на это не было времени.
Раньше я каждый день полировала статуэтку, чтобы сохранить ее блеск. Его это всегда радовало.
Но теперь она была запачкана землей. Запачкана моей кровью. Нет, ее запятнали гораздо раньше. была запятнана кровью больных, которые кашляли на неё. Она, должно быть, впитала бесчисленное количество крови.
Внезапно меня что-то ударило по голове.
Обвалилась часть потолка. Но я не почувствовала боли. Вместо этого на меня напало любопытное ощущение.
Перед моими незрячими глазами предстала искаженная картина.
То, что я увидела в этом искаженном образе, был вид сгорающего храма.
Было ли это шуткой судьбы?
Из-за удара по затылку, мое зрение, которое я потеряла в тот день вместе с моим господином, временно вернулось.
Я бы предпочла смотреть в черную пустоту.
Я не хотела смотреть на то, как храм, где я жила со своим господином, сгорает дотла.
Я не хотела, чтобы это было последним, что я увижу в жизни.
Я отвела взгляд от полыхающего храма и посмотрела на статуэтку у меня в руках.
Я намеревалась выжечь у себя в памяти лицо статуэтки, так похожее на лицо Джуана-сама...
...Я потеряла ход мыслей.
Что произошло?
в моих руках совершенно отличалась от той, которую я знала.
, чье лицо раньше было спокойным, подобно озеру, без намека на рябь, и чистым, словно безоблачное небо без единой птицы, превратилась в отвратительный, уродливый, темно-красный кусок дерева.
Я тут же поняла, что это была кровь.
На статуэтке осталась кровь сотен, тысяч людей, спасенных ей. Разумеется, тогда этот факт не ускользнул от моего внимания. Я чувствовала, что статуэтка запятнана кровью.
Поэтому я каждый день усердно полировала ее как могла.
Но из-за своей слепоты и онемевших рук, я не смогла стереть ее до конца. Кровь сотен, тысяч прилипала к статуэтке, слой за слоем, пока в один день она полностью не покрылась кровью.
Я вспомнила слова пожилой женщины:
«Что прежде было божественно красивым, теперь превратилось в безобразное!»
Тогда я думала, что это злорадная ложь.
Но теперь я знаю, что это была правда.
И теперь я также знаю, почему статуэтка прекратила спасать людей.
Окутавшая ее кровь подавила ее целительную силу. Нет, даже хуже – кровь возродилась и, будучи производной болезни, несла с собой смерть.
Я хотела было разбить мерзкую статуэтку.
...Но рука не поднялась.
Я не могла разбить вырезанную им статуэтку.
Я бы хотела снять слой крови, но у меня не оставалось на это времени.
Кровь была отвратительна, но она также олицетворяла огромное число людей, спасенных ею.
Выразив благодарность и попросив прощения у статуэтки Джуана-сама, я зарыла ее в яме – пожелав, чтобы кто-нибудь нашел ее и вернул к былому виду.
Как высокомерно.
Несмотря на то, что я не верила в богов, я загадала желание.
И все же, я не могла не помолиться.
Помолиться, чтобы кто-нибудь унаследовал нашу волю и спас как можно больше людей...
♦
Короче говоря - жуткая статуэтка.
Под темным слоем того, что сначала казалось медью и прогнившим деревом, проступил золотой блеск.
То, что из-за своей странной формы вызывало жуткое чувство, подобное тому, когда мерещатся лица в деревьях или стенах, оказалось, под темным слоем на самом деле изображало Будду.
Остатки красного слоя, отвалившегося от удара, можно было с легкостью удалить кусок за кусочком. Когда я соскреб их, перед моими глазами предстала статуэтка достойная того, чтобы ей поклонялись в храме, хотя позолота в некоторых местах истерлась.
Видимо, эта золотая статуэтка была покрыта кровью. Ее испачкали огромным количеством крови. Полагаю, это была кровь сотен, тысяч прикоснувшихся к статуэтке для исцеления.
Я поднял очищенную статуэтку и ринулся к Саки.
Хотя я не был уверен, все же взял статуэтку и прислонил ее к девушке.
Сразу после этого жар спал, дыхание нормализовалось, а непрекращающийся кашель оставил её.
Прикосновение статуэтки, поразившей ее заболеванием, избавило ее от этого же заболевания.
Точь в точь, как описывалось в ранних историях о статуэтке...
Как-то раз я спросил ее:
- Так в чем же заключалась сила статуэтки?
- Ну, это лишь мое мнение, так что не принимай на веру, - начала она со вступления к своему объяснению.
По ее словам, статуэтка не вылечивала болезни и раны, а скорее стимулировала жизненную силу и телесную восстановительную силу.
Другими словами, статуэтка сохраняла жизнь болезнетворным микробам в облепившей её крови и заражала любого, кто прикасался к ней, или обостряла уже присутствующее заболевание.
- Хотя мы не можем быть уверенными на все сто, - закончила она.
Всплывало множество других вопросов.
Почему священник и его ученица не вытирали кровь? Куда исчез священник? И куда отправилась ученица, оставив статуэтку позади?
Может, он ушел, потому что статуэтка не могла больше выполнять свое предназначение? Может, он сам умер из-за статуэтки?
В документах, однако, не было ответов на эти вопросы.
Поэтому мы могли лишь строить собственные догадки.
Единственное, о чем нам поведали документы, это что деревня, опустошенная чумой, больше не существовала.
Может, деревня была обречена с момента, когда статуэтка утратила свою изначальную силу.
- Но то, что она спасла бесчисленное количество жизней - это факт, - сказала Саки, потянувшись к статуэтке, которая чуть не убила ее.
На золотой статуэтке появилась трещина, наверное, потому, что я треснул ею об пол.
Эта прямая вертикальная трещина была больше похожа на щель, присутствовавшую там изначально.
Вдруг трещина с хлопком и скрипом расширилась, и статуэтка раскололась надвое.
Статуэтку, видимо, выдолбили изнутри стамеской. Внутри скрывалось то, что сейчас открылось нам.
Она была совсем сморщенной, как будто из нее вытянули всю жизненную силу – или ее предназначение было выполнено.
Иссохшая, как мертвая ветка...
Внутри статуэтки оказалась...
Правая рука.

Автоматон — заводной механизм (автомат), внешне напоминающий человекообразного робота либо животное. Некоторые из них могли выполнять вполне комплексные движения, например: писать, играть на музыкальных инструментах

Цитата Роберта Браунинга. Две строчки из его пьесы "Пиппа проходит мимо" стали классическими, выражающими либерально-оптимистическое отношения к миру: «Бог на небе, / Все прекрасно на земле» («God’s in His heaven— All’s right with the world!»)

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://1001ranobe.ru

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://1001ranobe.ru

Отблагодаритьте нашу команду: https://1001ranobe.ru

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://1001ranobe.ru

************************************