Глава 791-792
— Нет, — коротко кинул Рон Юн.
Хм, вот как? Все чудесатей и чудесатей. Неугомонное четвероногое принялось азартно бить хвостом по лапам: Су Ло ведь ясно видела ту гамму эмоций, промчавшихся по лицу Гроссмейстера буквально за считанные секунды! И ведь он явно любовался и восхищался красотой женщины.
Взгляд девушки переместился на картину. По её скромному мнению, Учитель, не смотря на свою антарктическую холодность, был крайне привлекательным во всех отношениях мужчиной: идеальная внешность, невероятный и непревзойденный (по крайней мере, на этом континенте) талант в Аптекарском деле, да и уровень культивации у него, небось, о-го-го! Харизматичный негодяй, сердце которого не смогли похитить ни Ли Яояо, ни Фея Ян Ся.
И при всем при этом, женщина на картине… Добровольно отказалась от такого сокровища?
— Мастер, а кто она? — не выдержала настойчивого ворчания сгорающей от любопытства кошки Су Ло и придвинулась к Гроссмейстеру чуть ближе. И ошеломленно заметила, что рука Учителя, сжимающая янтарную чашу, мелко подрагивала. Впрочем, мужчина очень быстро пришел в себя, дав «исчерпывающий» ответ:
— Не твоего ума дело.
— Угум, — кивнула Су Ло, но отступать явно не намеревалась, тихо скользнув вплотную к Учителю и, выхватив буквально у него из-под носа бутылку, налила себе вина в пустую чашу, сделала быстрый глоток — для храбрости — и, пока мужчина откровенно офигевал от её наглости, невинно поинтересовалась:
— Но, в таком случае, где же Ваша жена?
— Я не женат, — буркнул он, отбирая назад прихватизированный алкоголь.
— Вот оно как… — «Значит, Мастер был тайно влюблен в эту прекрасную незнакомку и так и остался холостяком на всю жизнь…» — снова пошла в разнос женская интуиция. — «Это чувство горело, пока не стало воспоминанием, и превратилось в вечный пепел самого мироздания». Давайте же выпьем, — отсалютовала девушка Гроссмейстеру чашей с вином, по горлу побежала обживающая жидкость…
Но предаться опьянению ей не позволил внезапный вопрос Рон Юна:
— Кто научил тебя этому стихотворению?
— Эмм… — кто научил? Этот стих она узнала в своем мире, давным давно, но стоит ли говорить о путешествии своей души во времени Гроссмейстеру? — Да никто, просто строчки откуда-то появились в моей голове.
Мужчина нахмурился и пробурчал себе под нос что-то вроде «Это невозможно… Неужели она вернулась раньше?»
— Мастер, что случилось? Кто вернулся раньше?
— Пей своё вино, — отмахнулся от неё Гроссмейстер, возвращаясь к своим мрачным думам.
А в голове Су Ло мелькнула некая догадка, мазнула своим хвостом, как комета, и помчалась дальше — девушке так и не удалось её ухватить.
Но, раз уж у них сегодня выдался столь «интимный» разговор, почему бы и не попробовать?...
— Учитель, не могли бы Вы помочь Вашей ученице?
— В чем дело? — от выпитого, глаза мужчины, казалось, засияли ярче звезд.
— Ну, Вы же знаете, что я не являюсь биологической дочерью Су Цзяня, — Су Ло покрутила в руках чашу с вином, но все же решила отставить её. — Я хочу попросить Учителя помочь узнать мне мое истинное происхождение.
Наньгун Луюнь пытался уже, но всякий раз, когда он подбирался к истине — какая-то могущественная сила вставала у него на пути, не позволяя продвинуться ни на миллиметр ближе. Что ж там за тайна Барбадоса сокрыта?
На самом деле, Су Ло просто проверяла, не имеет ли Гроссмейстер некое отношение к её происхождению. Этот мужчина вызывал стойкое ощущение, что он знает все и обо всем на свете, и ничто не могло произойти без его ведома и контроля. Весь этот цирк с его избранием ученика, фееричное появление Ян Ся, которая умыкнула у него из-под носа Ли Яояо… И вся эта катавасия ничуть, казалось, ничуть не удивила Аптекаря.
И вот, девушка с надеждой уставилась на Рон Юна, но тот лишь приподнял чашу с вином, отсалютовал им Су Ло, выпил все до последней капли, запрокинув голову, и хмыкнул:
— Твое происхождение? А что с ним? Просто включи фантазию и представь, будто твои родители… Ну не знаю, великие путешественники.
Су Ло от досады скрипнула зубами: ведь врет, как дышит!
— Ну конечно, какое у меня может быть происхождение? И отца с матерью у меня быть не может. Я сюда попала прямиком из разлома валуна, вылезла из палеолита, так сказать! — пока она демонстративно кривлялась, то и дело бросала косые взгляды на Гроссмейстера. Но тот был по-прежнему невозмутим, нацепив на физию, видимо, тот самый валун из палеолита.
Хорошо, мы пойдем другим путем.
— Быть может, мой отец — главный пират, бандит с большой дороги, бессердечный, ненадежный человек…
Ноль эмоций, Учитель продолжал как ни в чем не бывало сербать вино. Что ж, значит, её отец не вызывает у него особых эмоций — значит, надо зайти с другой стороны.
— А моя мама? Кукушка, бросила собственного ребенка. Или, может, я родилась такой уродливой, что она не захотела меня видеть, или и вовсе — я незаконнорожденная, бесполезный балласт…
«БАХ!» — договорить Су Ло не успела, так как Гроссмейстер ни с того ни с сего грякнул рукой по столу — на ни в чем не повинной мебели проступил ровненький отпечаток его ладони. Девушка аж подпрыгнула от неожиданности, а сердце стремительно перекочевало в область пяток. Однако общий испуг не помешал ей торжествующе подметить: ага, попался!
Вот только ликование её продлилось недолго — ровно до того момента, как Гроссмейстер поднял на неё свой тяжелый взгляд. Никогда она еще не видела его настолько разъяренным. Да что уж там — эмоции на его лице вообще не были частыми гостями.
— Заткнись! — черная тень метнулась к Су Ло, и в следующий момент девушка оказалась подвешенной в воздухе и теперь судорожно цеплялась в руку Гроссмейстера, беспощадно сжимающую её тонкую шею. — Еще хоть слово, и — клянусь! — я тебя удушу!
И как-то сомнений даже не возникало: придушит, как куренка придушит!
Это что ж за женщина была её мать, что одно упоминание о ней вызвало такую бурную реакцию у этого невозмутимого ледышки?!
— Мас…Мастер… — прохрипела из последних сил девушка, её лицо уже пошло пятнами (благо, пока не трупными, но данная перспектива открылась во всей своей уродливой красе).
Рука, удерживающая её за горло, ослабила св
🔒 Последняя часть главы доступна после входа